Тайна нефритовой маски майя

В поисках артефактов

Серия книг

Книга первая

Тайна нефритовой маски майя

Хирург

Лил сильный осенний дождь. Молодой человек лет тридцати быстро шагал по мокрым питерским улицам. Он не замечал дождя, как не замечает ничего человек, в чём-то кому-то обязанный. Слова «долг», «должен» для кого-то – пустой звук, лишь временные неудобства. Небольшая заноза, давящий ботинок на любимую мозоль, назойливый комар, от которого можно отмахнуться. Всё это подошло бы для простого обывателя, который занял у соседа сто рублей и не отдал, но не для Григория Лаврова. Все его мысли были сосредоточенны лишь на одном: ОН БЫЛ ДОЛЖЕН! И, может, ничего страшного не было в том, что фреска, привезённая заказчику из Египта, оказалась подделкой, однако деньги, полученные за нее, он уже потратил – потратил на ту, которую любил и от которой уходил сейчас в смятении…

Любовь – деньги, деньги – любовь. Когда у него были деньги – была «любовь». В таком разбитом состоянии он переступил порог человека, у которого была назначена встреча, но он на неё ни за что бы не пошёл, если бы его не загнали в угол с этими деньгами.

Обычно заказчики связывались с ним по Интернету, но в этот раз раздался звонок и короткое: «Зайди ко мне, ты мне нужен».

Человек, которому он так срочно понадобился, – довольно известный в особых кругах пластический хирург, заработавший деньги в постсоветское время, преображая лица людей с сомнительной репутацией, которым необходимо было срочно «исчезнуть».

Но речь не о них, а о том, куда вкладывал деньги этот «достопочтенный» человек. Всей страстью его жизни было собирательство редких артефактов, на поиски которых он не жалел ни времени, ни средств. Постепенно это переросло в болезненное, сводившее его с ума влечение. Пока позволяли силы, бывший хирург сам, с несколькими помощниками, мотался по всему миру, устраивая где легальные, а чаще – никем не санкционированные раскопки. Но после того как в Африке он переболел инфекционными заболеваниями и чуть не отправился к праотцам, здоровье его сильно пошатнулось. Возраст начал давать о себе знать, и ему пришлось искать человека, который мог бы выполнять его поручения с достаточной точностью, но в то же время и не очень щепетильного в законности этих изысканий. Звали хирурга Анатолий Павлович Семеникин.

Нужного человека он нашёл в лице Григория Лаврова два года назад. «Роясь» в Интернете, Анатолий Павлович наткнулся на объявление о предложении любых услуг в области археологии и раскопок. При личной встрече Семеникин выяснил, что Григорий – выпускник детдома, окончил Санкт-Петербургский государственный университет, кафедру археологии.

«Это хорошо, что детдомовский, – подумал про себя хирург, – если где-нибудь пропадет – никто не кинется его искать…»

– Ты почему без зонта? – обратился он к Григорию, едва тот переступил порог. – Весь паркет мне испортишь, снимай плащ и проходи в комнату.

Гостиная Анатолия Павловича представляла собой редкостное зрелище.

На стенах висели небольшие стрелы из зелёного и серого обсидиана, антропоморфные погребальные урны, покрытые росписями неизвестных филиппинских племён, стояли на высоких полках у окна; китайские артефакты из жадеита, использовавшиеся для гадания пять с половиной тысяч лет назад, «прятались» за толстым стеклом в многочисленных стеклянных шкафах, стоявших вдоль стены. Глиняные таблички с шумерской клинописью бережно покоились на бархатных подушечках. С потолка на толстых цепях угрожающе свисали топоры кельтов времён поздней бронзы, изготовленные настоящими мастерами кузнечного дела три с половиной тысячелетия назад. Различные печати, талисманы и многие другие редкие и интересные вещи хранились в жилище этого странного человека.

Хирург поставил перед гостем начатую бутылку дорогого коньяка и тарелку с нарезанными ломтиками лимона, а также одну коньячную рюмку, так как сам, по здоровью, не употреблял этот напиток. Гриша посмотрел на лимон и сглотнул слюну.

– Зачем я Вам понадобился, доктор?

Он всегда употреблял это слово, когда хотел позлить Семеникина.

– Сколько раз я тебе говорил! Не называй меня так! – тряся нефритовыми чётками у его лица, почти прокричал хирург.

– Последний раз Вы обозвали меня бездарным недоучкой и сказали, что больше не воспользуетесь моими услугами.

– А! Ты ещё будешь строить из себя обиженного?! Из-за твоей липовой фрески я потерял… большую сумму денег, – воскликнул он, размахивая в воздухе огромной кубинской сигарой.

– Я верну деньги, – Гриша выпил и закусил лимоном, по телу пробежал озноб, он согревался.

– Да чёрт с этими деньгами! – Анатолий Павлович подошёл к окну и, задумчиво глядя на моросящий дождь, выпустил клуб дыма. – Пора и о душе подумать…

При этих словах хирурга губы Григория исказила кривая улыбка. В голове пронеслись десятки дел по контрабанде и перепродаже в Европе и бывших странах Советского Союза огромного количества археологических ценностей. Хотя, что скрывать, в половине всех этих дел был замешан и он, потому Лавров не строил на этот счёт никаких иллюзий, прекрасно зная, чем это может для него закончиться.

– О душе?! – Гриша налил себе ещё коньяка. – Не поздновато ли?

Хирург развернулся от окна и посмотрел в чёрные глаза гостя так, что у того по коже побежали мурашки. Это был холодный, гипнотический, пронизывающий насквозь взгляд змеи.

– Не юродничай, мальчишка, – угрожающе тихо проговорил он. – Сколько я извлёк на свет божий удивительных вещей, которые сейчас не гниют в земле, а бережно хранятся в частных коллекциях достойных людей! А сколько я реликвий по музеям раздал?! Да какого я тут перед тобой отчитываюсь! – Он покрутил в пальцах сигару. – Если бы не я, был бы ты до сих пор голодранцем.

– Я и так голодранец…

– Да, но сейчас ты голодранец с хорошей квартирой, а раньше был просто голодранец. А насчёт денег… Я тебе давно советовал бросить эту, как там её, твою мамзель… Алёна?..

– Это не Ваше дело, – процедил сквозь зубы Лавров.

– Ладно, хватит о лирике, давай о деле. Один западноевропейский заказчик хочет получить в свою коллекцию нефритовую маску майя.

При этих словах лицо Григория удивлённо вытянулось.

– Это настоящее безумие! Вы прекрасно знаете, что таких масок во всём мире по пальцам можно пересчитать! Я не собираюсь её красть!

– Успокойся. Я сам ему примерно так и сказал, но… дело в том, что у него есть карта, на которой прозондированы георадаром все пустоты вокруг Паленке в радиусе пятидесяти километров.

(Георадар – геофизический прибор для проведения быстрого профилирования грунта. Это наиболее совершенная техника получения разрезов грунта, не требующая бурения или раскопок. Прибор «просвечивает» грунт на глубину до ста метров. Прим. автора.)

– И что? Вы хотите, чтобы я как крот облазил их все в поисках усыпальницы одного из правителей майя? Это утопия! Там кругом табачные фермы, туристы, местные племена, и в этом штате, как там его, Чьяпас, вроде как партизанское движение за индейскую автономию.

– Ну, какое-никакое, а разрешение на раскопки у тебя будет. Правда, не в Паленке, а на окраине восточной части полуострова Юкатана – так, для отвода глаз.

– Мне нужен месяц на подготовку, – Гриша задумался.

Анатолий Степанович в сомнении покачал головой:

– Две недели, не больше, двадцатого сентября ты должен вылететь в Мехико. Клиент торопит.

– Какова сумма вознаграждения?

Хирург взял бумагу и написал на нём шестизначное число.

– М-да. Впечатляет, но Вы сами понимаете, шансы очень невелики, – Лавров налил себе ещё коньяка.

Семеникин покраснел от злости:

– Меня не интересуют шансы! Мне нужна маска! Пока не найдёшь её – не возвращайся! В средствах я тебя не ограничиваю. На связь будешь выходить как всегда – раз в неделю. В Мехико полетишь через Франкфурт, там тебя встретит человек от заказчика – немец Алоис Майер, он будет сопровождать вас в экспедиции, и ему ты отдашь маску и всё, что найдёшь ещё. Карта с промерами, разрешение на раскопки и телефоны пару людей, если влипнешь куда, – всё это будет у него. В твоих интересах, чтобы этот немец с артефактами попал на территорию немецкого консульства, только после этого клиент перечислит деньги за проделанную работу на мой счёт. Деньги на поездку я перевёл на твои кредитки, понадобится ещё – сообщишь. Ну, ни пуха ни пера, – Семеникин на прощание улыбнулся. – Как будешь на месте, позвони.

Григорий встал, прошёл в коридор и, медленно натягивая плащ, сказал:

– У меня в последнее время ощущение, что кто-то постоянно стоит у меня на пути, спутывая все карты. Вы никому не поручаете параллельно те же дела, что и мне?

Семеникин удивлённо поднял брови:

– Почему ты так решил?

– Я уверен, что фреску вёз оригинальную, а довёз подделку. Два раза грабили мою квартиру, на меня нападали какие-то люди.

– Не бери в голову, – хирург улыбнулся. – С делами, которые я тебе поручаю, больше никто не справится. Иди, готовься, об остальном я позабочусь, – и он закрыл за Лавровым дверь.

Антон Павлович сел в большое кресло, его взгляд сконцентрировался на одной точке, он задумчиво перекатывал в пальцах сигару.

– Почему Вы ему прямо не хотите сказать, что не он один занимается Вашими делами?

В межкомнатном проеме появилась высокая мужская фигура. Семеникин вздрогнул и поднял глаза на мужчину.

– Достаточно того, что ты знаешь. Лавров – честолюбивый и заносчивый молодой человек, узнав, что я не полностью доверяю ему, он может вообще отказаться от всего… Упрямство, гордость, максимализм – гремучая смесь, скажу я тебе. Твоя задача – проконтролировать, чтобы товар попал по назначению. И не надо заниматься самодеятельностью.

Нападение

Гриша вошёл в подъезд своего дома на Васильевском острове и поднялся на четвёртый этаж пешком, не вызывая лифт. Подойдя к двери, он машинально заглянул под половик. После недавнего ограбления квартиры Лавров стал класть под него печенье. В этот раз чьей-то тяжёлой ногой оно было раздавлено на три части. Он потянул за ручку – дверь была закрыта…

Гриша достал ключи. Замок щёлкнул два раза, и дверь тихо приоткрылась. В квартире было темно. Он медленно зашёл и включил в коридоре свет. Одна из комнат находилась справа от Лаврова, из двухстворчатой двери приоткрыта была только одна половина. Свет синего ночника, падая на статую египетского бога Осириса, проецировал большую вытянутую тень на паркет.

Не снимая плащ и не разуваясь, Гриша шагнул в полумрак комнаты и… получил сильнейший удар по рёбрам слева, за ним последовал не менее сильный удар в голову, от которого он отлетел в угол комнаты, зацепив полутораметровую статую Осириса. Скульптура покачнулась и с грохотом упала на паркет, её отлетевшая голова подкатилась к его ногам. Грише показалось, что он на секунду потерял сознание. Лавров поднял голову и тут же прищурился от яркого света двух фонарей, направленных на него. Они медленно приближались…

Он даже не попытался с ними заговорить, прекрасно понимая тщетность этого действия. У нападающих были вполне конкретные планы. В запасе оставалось всего несколько секунд. Фонари, как два зловещих глаза хищника, увеличивались в размерах…

Его рука скользнула под плащ. Глубоко вдохнув и закрыв глаза, он резким движением выхватил из кобуры газовый пистолет «Вальтер» и выстрелил два раза в направлении нападающих. Едкое облако слезоточивого газа заполнило пространство комнаты. Не открывая глаз и стараясь не дышать, лишь на ощупь и по памяти он выбрался на лестничную площадку. Только там он открыл глаза, но слезоточивый газ всё-таки попал в его легкие, и Гриша, кашляя, поднялся этажом выше. Открыв шпингалеты, распахнул окно. Свежий осенний ветер пахнул ему в лицо, жжение в горле уменьшилось.

На спину легла чья-то рука… Гриша вздрогнул от неожиданности.

– Тебе плохо, сынок? – пожилая женщина с верхнего этажа в зелёном плаще внимательно смотрела на него.

– Нет, мать, всё нормально, просто вышел подышать.

– Ну, ладно, пошла я тогда.

Гриша кивнул и снова высунул голову в окно.

Из его квартиры послышались дикие крики: нападавшие пытались промыть глаза водой, но маслянистые капли ортохлорбензолиденмолонодинитрила, или, в просторечье, CS, прекрасно растворяясь в воде, только усилили их страдания. Через три минуты они пулей вылетели из квартиры и устремились вниз по лестнице.

Гриша увидел их в окно, правда, лиц не разглядел. Два среднего роста парня в чёрных куртках бежали в сторону трамвайной линии.

Постояв у окна ещё минут тридцать, он зашёл в квартиру, открыл все форточки и, защёлкнув на замок входные двери, спустился по лестнице, выйдя из подъезда на улицу.

Малыш

«Да кому, чёрт возьми, я перешёл дорогу!» – крутилось у него в голове, но, не найдя ответа на этот вопрос, Гриша стал думать о предстоящей поездке в Мексику. Он направлялся к своему давнему другу и помощнику по многим делам Игорю Ростову, который в данный момент должен был находиться в своём небольшом тренажёрном зале, оборудованном для занятий бодибилдингом.

Так оно и оказалось. Гриша зашёл в зал, когда Игорь делал очередной подход на приседания со штангой. Ростов был чуть выше среднего роста с мощным борцовским торсом и бычьей шеей, которая начиналась чуть ли не от верхней кромки ушей. Они оба были из одного детдома, но потом их пути на какое-то время разошлись. Гриша поступил в университет, а Игорь подался в рэкет. Его чудом не убили и не посадили. Лавров встретил товарища в конце девяностых, когда тот уже активно колесил по миру в поисках артефактов для своих заказчиков. Игорь мечтал о своем фитнес-клубе, и Гриша помог ему деньгами. Ростов оборудовал небольшой спортзал, где тренировал мальчишек и занимался сам. С тех пор они не расставались. Игорь был его постоянным партнёром во всех поездках и не раз выручал Лаврова в трудных ситуациях.

Гриша вспомнил поездку в Египет, в «Долину царей», где при раскопках одного из захоронений местные крестьяне (феллахи), которых он нанял на работу, отказались за прежнюю плату извлекать песок из захоронения, требуя увеличить гонорар втрое. Он тогда не знал, что предпринять, но Игорь вовремя пришёл на помощь.

Собрав всех феллахов, Ростов доходчиво им объяснил, что работают они медленно и мало выносят на поверхность песка.

– Я каждому заплачу в пять раз больше, если вы сможете выносить песка столько, сколько выношу его я! – И, взяв с собой четыре плетёные корзины, скрылся в темноте коридора, ведущего в склеп. Через двадцать минут он вышел, неся в каждой руке по две корзины. Каждая корзина весила около сорока килограмм. После чего феллахи ретировались и принялись за работу.

Ещё в детдоме он получил ироничное прозвище Малыш, которым близкие друзья называли его до сих пор.

Гриша зашёл в тренажерный зал, когда Игорь делал приседания со штангой. Зрелище было впечатляющее: на теле вместо футболки висели какие-то лоскутки от майки, мышцы налились, обнажая мелкие и крупные вены – особенно на шее в момент, когда Игорь распрямлялся, поднимая штангу. Одним словом, атлет во всей своей «тяжёлой» красоте.

Заметив боковым зрением друга, он опустил на подставку штангу и направился к нему с широкой улыбкой, на ходу вытирая полотенцем катившейся струйкой по груди пот.

– Гриша! – несмотря на то, что его друг был весь мокрый, он крепко обнял товарища.

– Ссадина на скуле, перегар, весь хоть выжимай. Опять с Алёнкой проблемы?

– С ней всегда проблемы, – Лавров грустно улыбнулся. – У нас появилось новое дело.

– Сейчас ключи вынесу, подожди меня в машине, я быстро, – он хлопнул друга по плечу.

Они вышли из тренажёрного зала и сели в припаркованную у дома старенькую «Ауди» Ростова.

– Что за дело? – не отрывая взгляда от дороги, спросил Игорь.

– Мы едем в Мексику, – Лавров обречённо вздохнул.

– Что будем искать?

– Маску майя.

– Снова копать?

– Да, и очень много.

– Когда летим?

– Двадцатого сентября. Так что советую тебе за оставшиеся две недели попробовать выучить испанский, – Гриша улыбнулся. – Мы будем вести раскопки в Лапандонской сельве. Это тропические джунгли.

– Сколько обещают?

– Много, тебе хватит на последнюю модель «Ауди».

– Ого! – Игорь поражённо присвистнул.

– Игра стоит свеч.

– Да уж… – Лавров ненадолго задумался.

– Завтра мы пойдём в больницу и сделаем все необходимые прививки.

– Что, всё так серьёзно? – Игорь поморщился.

– Угу, нас там ждёт немало сюрпризов.

Подъехав к дому Ростова, друзья припарковались.

– Сегодня я переночую у тебя. В моем хаосе нездоровый климат.

Пока они поднимались к Игорю, Гриша рассказал, что произошло сегодня в его квартире.

– Интересно, кому ты перешёл дорогу?

– Я сам хотел бы это знать.

Они зашли в квартиру Ростова.

– Сейчас соображу на стол.

Через полчаса Гриша вышел из ванной и присоединился к Игорю на кухне, где они продолжили обсуждать предстоящее путешествие.

– Я себе представляю нашу поездку так. Мы вылетаем в Мехико транзитом через Франкфурт, где подбираем с собой ещё одного попутчика – немца Алоиса Майера. Это человек от заказчика, у которого будут нужные карты и схемы. Потом нам понадобятся два хороших внедорожника, их купит Алоис. Маршрут составим позже. Надо собрать всю информацию о Мексике и месте раскопок. Этим займусь я, а ты по этому списку завтра отправишься за покупками.

– Гриш, а зачем нам немец? Мы же всегда сами работали.

– Если честно, Малыш, этот немец и мне кажется лишней обузой, но это условие заказчика. И потом, нам меньше проблем.

– Каких?

– Мы всучим этому немцу всё, что найдём, и препроводим его под белы рученьки на территорию немецкого консульства в Мехико, на этом наша миссия закончится. После чего вернемся домой и будем ждать оплаты за проделанную работу.

– Я этому фрицу…

– Алоису, – Гриша улыбнулся.

– Ну, Алоису, я ему валандаться не дам, будет пахать как все. Он у меня после этих раскопок сможет русский в школе преподавать с гуманитарным уклоном…

Третий

На следующий день Лавров отправился в библиотеку Питерского университета. Он взял книгу Хосе Диаса Болио «Гремучая змея и цивилизация майя» и уже направлялся к столу, как вдруг столкнулся нос к носу со своим университетским однокашником Петром Кавериным.

– Петя! – Гриша протянул товарищу руку.

– Гриша?! – он внимательно посмотрел через толстые линзы очков на Лаврова, потом скользнул взглядом по книге. – Тебя и не узнать, возмужал-то как. Сколько мы не виделись? Лет пять?

– Не меньше! А ты всё такой же худой и бледный, – Гриша улыбнулся.

– Что это ты культурой майя увлёкся? – Пётр кивнул на книгу в руках Лаврова.

– Да так, собираюсь в отпуск в Мексику, решил немного знаниями запастись, чтобы на экскурсии бездарно за гидом не ходить.

– У меня кандидатская была как раз по этой теме.

– По какой – этой? – Гриша внимательно посмотрел на Каверина.

– По письменности майя и символической иконографии ольмеков. Очень интересная, но сложная тема.

– Ну и как? Защитил кандидатскую?

– Ну да. Теперь вот преподаю на нашем факультете, где когда-то сам учился.

– Слушай… – Гриша взял товарища под руку. – Пойдём посидим в каком-нибудь кафе, пообщаемся, если ты не спешишь.

– Пойдём, а то когда ещё увидимся.

– Ты женился? С кем живёшь?

– Нет, живу всё так же, с мамой. На мою преподавательскую зарплату отдельное жильё не скоро купишь.

– Ладно, пошли, – Лавров ободряюще хлопнул товарища по плечу.

На следующий день Пётр Каверин написал заявление на отпуск без содержания.

Странные происшествия

Прошла неделя. Каждый вечер на одной из квартир Васильевского острова собирались трое: Игорь Ростов, Пётр Каверин и Григорий Лавров, чтобы детально проработать план предстоящей поездки в Мексику. В этот вечер хозяин квартиры был как никогда расстроен и взволнован.

– Чем больше я узнаю информацию о штате Чьяпас, где мы будем искать маску, тем больше думаю о том, что не имею права подвергать вас такому риску. В данный момент штат кишит военными базами, боевиками-сапатистами, которые борются за права индейцев и с мешающими им боевиками от так называемых «традиционных» общин. Я хочу, чтобы вы хорошо осознавали всю степень опасности, которая вас ожидает во время поездки. Подумайте, сейчас ещё не поздно отказаться…

Гриша внимательно посмотрел на товарищей.

– Плохой я был бы тебе друг, если бы пошёл сейчас на попятную, – Ростов улыбнулся. – Мне всё равно – сапатисты, анархисты, я тебя одного не оставлю.

– Спасибо, Малыш, – его ладонь благодатно легла на плечо друга.

– Ну, не знаю, – Каверин снял очки и, подышав на них, стал медленно протирать кусочком бархатной тряпочки из футляра. – Я, как Игорь, не был с тобой ни в одной поездке, но знаю тебя очень давно и… благодарен тебе за то, что ты своим предложением вывел меня из академического ступора, в котором я пребывал уже лет пять. Мне надоело рыться в библиотеках и читать полусонным студентам лекции. У меня появилась возможность пожить реальной жизнью, увидеть, пощупать всё своими руками, и я ни за что не откажусь от такого шанса.

Лавров облегчённо вздохнул:

– Я знал, что могу положиться на вас. Хорошо! Больше к этой теме не возвращаемся. Теперь о деле.

Гриша разложил перед Малышом и Кавериным карту Мексики.

– Вот отсюда мы выедем на внедорожниках до штата Чьяпас. У нас будет хороший проводник, знающий не одно индейское наречье, об этом я позаботился, зная ваше и моё владение испанским. С собой нельзя брать почти ничего.

Тут у Ростова зазвонил сотовый, имитируя механический будильник, громко и резко.

– У меня горит спортзал… – растерянно повторил слова диспетчера Игорь.

На секунду все замерли.

– В машину, я сяду за руль. Малыш, дай ключи, – Гриша среагировал моментально.

Минуя лифт, все трое пулей вылетели на улицу, но… старенькой «Ауди» Ростова, где он её оставил пару часов назад, не было и в помине.

– Вот бл..ди! – Малыш взревел как раненый лев. – Убью, уроды!

Не теряя времени, Гриша поймал такси.

– Петя, Малыш, садимся, быстрее, быстрее…

Когда они подъехали к дому, где в подвальном помещении находился спортзал, там уже активно работали пожарные. Из входной двери и вентиляционных отверстий валил густой дым и вырывалось пламя.

– В спортзале должен быть Лёшка, охранник… – Ростов бросился к входной двери, но на его руках повисло трое пожарных. Чуть наклонившись, Игорь резко выпрямился, и всех троих отбросило метра на два, он же устремился внутрь горящего помещения, но тут чья-то крепкая рука остановила его.

– Вон он сидит, возле пожарной машины, – Лавров отпустил плечо друга.

Ростов подбежал к молодому человеку, уткнувшемуся лицом в колени, и стал трясти его.

– Лёша! С тобой всё в порядке?!

Парень поднял голову, по его лицу текли слёзы.

– Игорь, прости, я заснул, а когда проснулся, всё уже было в дыму, я ничего не смог сделать… Всё сгорело, всё! Тренажёры, маты, снаряды… Прости меня!

– Главное – никто не пострадал, – Игорь опустил на плечо парню свою огромную ладонь. – А остальное… дело наживное… всё купим, всё восстановим. Иди домой…

Спустя три часа Игорь, Гриша и Пётр сидели на кухне в квартире Ростова и молча пили водку.

– За один день потерял всё, – нарушил молчание хозяин квартиры. – И машину, и бизнес… А я ещё переживал, кому доверить спортзал в своё отсутствие, – Игорь горько усмехнулся. – Теперь эта проблема отпала сама собой…

– Не расстраивайся, я думаю, мы сможем заработать в Мексике тебе на новый спортзал, – Гриша улыбнулся другу. – До отлёта осталось три дня. Завтра заберём документы в консульстве. Я сегодня звонил туда, сказали, что всё готово.