КРЕСТОВЫЕ ПОХОДЫ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ НА РУСЬ И ПРИБАЛТИКУ
- -
- 100%
- +
Предисловие
События, описанию которых посвящена эта книга, начались во второй половине первого тысячелетия, в конце Великого переселения народов, эпохи формирования государств Западной Европы и их границ. К этому времени вандалы были вытеснены с земель Южной Балтики полиэтническими образованиями готов и, пройдя через земли Западной Европы, закончили свой путь в Северной Африке созданием процветающего государства со столицей в Карфагене. В 455 году вандалы без боя заняли Рим, а в 533 году государство вандалов пало под ударами византийской армии Велизария.
Готы мигрировали с берегов Балтики в Северное Причерноморье. Затем, под ударами гуннов, покинули территории Русской равнины и с разрешения императора Римской империи Флавия Юлия Валента, переправились через Дунай в земли Римской империи.
В 6 веке н.э. западные славяне уже жили на землях бассейна Лабы (совр. Эльбы), Южной Балтики, Померании, бассейнов рек Одры (Одера), Салы (Заале), Варты и далее на юг в сторону Рудных гор (горной гряды между совр. Германией и Чехией).
Саксы, «переплыв в поисках новых мест обитания через океан (Северное море – прим.), заняли левый берег устья Эльбы» [7]. В то время король франков Теодорих (531-534 гг.) вел войну с герцогом Тюрингии. Племена саксов приняли участие в войне Теодориха на его стороне, за что получили право занять отвоеванные северные земли Тюрингии. Из-за отказа вождей саксов платить дань, началась многолетняя война племен саксов с королевством франков. Стремление саксов обладать всем устьем Лабы (Эльбы, Альбии) с выходом в Северное море привело к противостоянию саксов и с западными славянами. В конце 8 столетия племена саксов, после поражения в войне с Карлом Великим и западными славянами, были включены в состав королевства франков, а позднее, после Верденского договора 843 года, составили основную часть населения Восточно-Франкского королевства, Германии, Священной Римской империи. Таким образом, в конце первого тысячелетия княжествам западных славян Южной Балтики судьбою было предначертано встать на рубеже с королевствами Западной Европы.
Жертвенность и героизм многовековой борьбы западных славян Южной Балтики за свои земли и независимость отражены в исторических документах стран Скандинавии, Центральной и Западной Европы. На немецком языке издаются книги по славянской истории федеральных земель Шлезвиг-Гольштейн, Мекленбург-Передняя Померания, Бранденбург, Саксония. В этих федеральных землях находятся многочисленные остатки древнеславянских городищ, сотни славянских топонимов, открыты музеи, посвященные истории западных славян: Wallmuseum в Oldenburg (ранее Старигард), в Brandenburg (ранее Бранибор), в Gross Raden, Slavenburg-Raddusch в Nieder Lausitz, Ukranenland в Torgelow, в Wollin, на острове Рюген (ранее Руян) и другие. В ряде музеев отреставрированы или воссозданы в натуральную величину крепости славян, рассказывают о религии славян, их вооружении, флоте, достижениях того времени в металлургии, животноводстве и коневодстве, изготовлении обуви и одежды из кожи, ткачестве, гончарном мастерстве, изготовлении ювелирных изделий, создании аптекарских огородов, о мастерстве в строительстве домов, кораблей, крепостей и мостов из дерева, о торговых связях, организации торговых перевозок, успехах в иных ремеслах и видах деятельности. Красной нитью в экспозициях музеев проходит мысль, что, благодаря силе духа, высокому для того времени уровню развития флота, войск и экономики славянских княжеств, им долгое время удавалось противостоять Священной Римской империи, Королевству Дании и их сателлитам, объединенным армиям Западной Европы того времени. Славянские музеи активно посещаются туристами из разных стран, в музеях проводятся лекции для учащихся школ Германии, реконструкции исторических событий, битв.
В земле Мекленбург Передняя Померания существует пантеон захоронений славянских князей и их потомков, властвовавших и принесших заметный вклад в историю Западной Европы и Скандинавии. Но, к сожалению, в отечественных школьных учебниках истории вы не найдете упоминаний об этом славном периоде истории славян. И известен он далеко не широкому кругу отечественной интеллигенции. Поэтому не всегда легко оценить важность опыта борьбы западнославянского народа, причинно-следственные связи событий средневековья с политическими процессами наших дней, необходимые для понимания событий современности.
Современникам известно о ботике Петра I, отца русского флота, но развитый военный флот западных славян за восемь веков до Петра I уже успешно контролировал морские пути Балтийского моря, а, при необходимости, прибрежные города и воды стран Скандинавии («славяне опять отстроили свои корабли и заняли богатые острова в земле данской»). Не случайно Балтийское море называли Варяжским, Варварским, Скифским [3, 9]. Торговый флот включал как речные, так и морские суда. Сухопутные, речные и морские транспортировки осуществлялись с использованием емкостей стандартных размеров, форм и были прообразами современных контейнерных перевозок, а сведения об их применении свидетельствуют о налаженных морских и континентальных торговых связях.
В 12 веке западнославянские княжества Южной Балтики и остров Рюген оказались в окружении Священной Римской империи, ее вассалов, королевства Дании и польского княжества, которое при князе Мешко I, приняло католическую веру западноевропейского сюзерена. Несмотря на самопожертвование и стойкость западных славян, многолетние войны с Восточно-Франкским королевством, Германией, Саксонией ослабили западнославянские княжества и, как следствие, привели к поражению западных славян от объединенных армий крестоносцев и гибели их последнего языческого князя Никлота.
После поражения западных славян Южной Балтики, которые веками сдерживали натиск армий римско-католического мира, лавина экспансии крестоносцев обрушилась на земли Прибалтики, на Новгородские и Псковские земли Руси. Эти события ярко проявили значение и историческую миссию, которая выпала на долю западных славян Южной Балтики в их многовековом противостоянии агрессии Священной Римской империи на западных рубежах славянского мира.
Провозглашенной римскими папами целью крестовых походов на земли славян и Прибалтики, в частности, было обращение язычников Северной Европы в христианство по латинскому обряду, но фактические цели, кроме провозглашенной, были направлены на «расширение пределов христианских» [220], захват и колонизацию территорий, на недопущение распространения православия в Прибалтике, как альтернативной конфессии; на доминирование военного и торгового флота на Балтике, захват ее акваторий, портов, установление контроля над торговыми путями, включая пути «из варяг в греки», получение пошлин за торговлю, за прохождение торговых судов; увеличение десятин, даней, оброков, податей с вновь «обретенных» земель.
После дележа завоеванных активов между духовно-рыцарскими орденами крестоносцев и епископами, на землях прибалтов формировались государственные образования Тевтонского и Ливонского орденов крестоносцев, епископов с подчинением Святому престолу.
На колонизированных землях Эстляндии, Курляндии, Ливонии, Пруссии местное население было в значительной степени уничтожено, оставшиеся обращены в католическую веру. Коренное население замещалось переселенцами из стран Западной Европы. Потомки крестоносцев и переселенцев из Священной Римской империи в Прибалтике составили правящую элиту духовной и светской власти на многие века, а выжившие прибалты стали народом, который ее фактически обслуживал.
Сопоставление текстов хроник походов крестоносцев с фактическим описанием событий указывает на различное толкование одних и тех же терминов, что порою может привести к их неправильному толкованию. Например, восстания завоеванных народов против крестоносцев называлось вероотступничеством. Крестоносцы, которые истребляли местное население и подчиняли выживших, назывались пилигримами, гостями, братьями Христовыми, а «хорошими обычаями» назывались порядки, устанавливаемые захватчиками. Призывы к крестовым походам на земли западных славян Южной Балтики, завоевание и истребление коренных народов Прибалтики преподносилось понтификами римско-католической церкви как «мирная» миссия с целью христианизации язычников, а крестоносцы как миротворцы. Епископ Ливонии называл крестовый поход на куршей «удостоиться милости божией». «Помощь крестоносцев по защите прибалтов» от набегов соседних литовцев означало установление вооруженного контроля крестоносцев над землями прибалтов с их последующей колонизацией. Захват земель прибалтов крестоносцами назывался «приобретением», «обращением к почитанию веры», «покорением христианской вере», «принятием проповеди».
Экспансия крестоносцев в Прибалтике, во многом, повторила события, методы раскола, захвата и колонизации, происходившие ранее при завоевании западнославянских княжеств Южной Балтики. Военной экспансии предшествовала миссионерская активность католических монашеских орденов, преимущественно, Цистерцианского ордена (ветви Бенедиктинского ордена) и Ордена Святого Августина по обращению населения с языческой верой в католическую.
Хроники донесли до современников, что миссионерство вносило трещины, а потом и раскол в религиозную общность западнославянских народов и Прибалтики. Это способствовало использованию «новообращенных» в войнах с их соплеменниками иной веры. Обласканные вожди, например, вождь ливов Каупо, который одним из первых проявил преданность крестоносцам и был отмечен римским папой, стал верным вассалом Альберта, епископа Риги, Ордена меченосцев, одним из тех, кто возглавлял походы по уничтожению соседних народностей и своих соплеменников. Жестокость ливов и лэттов, которые, приняв католическую веру, превосходили «жестокостью другие народы», «не знающие, как евангельский раб, жалости к товарищу-рабу» [217], поразила даже крестоносца, монаха-хрониста 13 века Генриха Латвийского. Использование новообращенных христиан из числа прибалтов в войнах с их соплеменниками иной веры и другими народностями позволяло крестоносцам сохранять жизни братьев-рыцарей.
Если миссионерская деятельность, направленная на принятие католической веры взамен народной, вызывала противодействие прибалтийских народов, то вводилась блокада портов прибалтов и торговых операций с последующей вооруженной агрессией крестоносцев. Об этом, в частности, содержатся сведения в Хронике Германа Латвийского, которая охватывала период с 1180 по 1227 год. Когда рижский епископ Альберт столкнулся с нежеланием местных народов менять свою веру на католическую, то папа Иннокентий III (1198 – 1216 гг.) «строжайше, под страхом анафемы, запретил всем, кто бывает для торговли, посещать местную гавань (устья Западной Двины – прим.)». «Кто впредь вздумает войти туда для торговли, лишать имущества и жизни» [217]. Папа Григорий IX, в преддверии крестового похода против новгородцев, призывал воспретить поставлять на Русь оружие и металлы. Перечитывая хроники крестоносцев, складывается впечатление, что это описание событий современности.
После миссии проповедников следовала вооруженная экспансия духовно-рыцарских военных орденов, прообразов западных ЧВК нашего времени: воинов Христа (Братьев рыцарства Христова/ Ордена меченосцев) с подчинением папе римскому и рижскому епископу; Тевтонского ордена (Ордена братьев Немецкого дома Святой Марии в Иерусалиме) c подчинением римскому папе и императору Священной Римской империи; Братьев рыцарской службы Христу в Пруссии (польского князя Конрада Мазовецкого); Ливонского ордена (ландмейстерства Тевтонского ордена в Ливонии).
За крестоносцами следовали колонисты из Западной Европы, преимущественно из Германии, которые получали привилегии, в том числе Тевтонского ордена, на завоеванных землях, а римский папа не оставлял крестоносцев «без своей опеки», «способствуя пополнению их таящих рядов». Результатом «опеки» стал захват прибалтийских земель крестоносцами, истребление и ассимиляция местного населения, их христианизация по латинскому обряду. Для обращения прибалтов в католическую веру, идеологического закрепления завоеванных земель, новой власти и получения церковной десятины «заботами папы» создавались епископства.
В наше время, за информационным потоком новостей о текущих событиях порою тяжело рассмотреть скрытые политические мотивы и цели вершителей судеб. Сопоставление же фактов в их многовековой исторической взаимосвязи помогает проложить путь к пониманию первопричин событий нашего времени, произрастающих из далекого прошлого, тенденций и стратегических замыслов многовековых правящих домов. Информация в ее исторической ретроспективе помогает думающему читателю открыть новую страницу истории его предков, осознать опыт неудач и побед в многогранной борьбе за существование и процветание своего народа, получить поучительный урок истории, помогающий принимать непростые решения и в наше время.
Руководствуясь сказанным, излагаемый материал представлен в исторической последовательности событий и логично объединяет этапы единой стратегии экспансии западной цивилизации от левобережья Эльбы и далее на северо-восточные земли Прибалтики, дополняя историю Руси сведениями о славном периоде ее западнославянской ветви.
В начале будут рассмотрены основные причинно-следственные истоки взаимоотношений западнославянских княжеств Южной Балтики с Карлом Великим, империей Каролингов, Восточно-Франкским королевством, Германией, Священной Римской империей, с королевством Дании. Затем будут рассмотрены процессы трансформации политики королей франков, конунгов Дании и их преемников по отношению к князьям западных славян от союзнических договоров к вассальным присягам. Исторические первоисточники расскажут о том, как навязываемый вассалитет привел к серии национально-освободительных войн западных славян за свою независимость; поведают о целях экспансии западноевропейских феодалов на земли западных славян Южной Балтики, а затем Северо-Восточной Прибалтики, о способах разрушения народного единства, о механизмах колонизации, подчинения и выдавливания коренного населения с их земель.
Изложенный материал основан на материалах средневековых рукописей 11 – 12 веков саксонских и датских монахов, арабских путешественников, анналов Карла Великого и хроник монастырей, являющихся основными источниками знаний по истории Германии и Дании; на результатах современных исследований топонимики, лингвистики, остатков средневековых славянских городищ и крепостей Германии, генетических материалов захоронений, этнографии; трудов выдающихся зарубежных и отечественных историков, археологов, генетиков, лингвистов, этнографов; материалов музеев славянской истории Германии.
Описание событий крестовых походов на земли Прибалтики основано на текстах Хроники Генриха Латвийского конца 12 - начала 13 веков, Ливонской рифмованной хроники 13 века, новгородских летописных источников. В качестве основного источника знаний по истории завоевания и колонизации Пруссии использована «Хроника земли Прусской» монаха-крестоносца Тевтонского ордена Петра из Дусбурга 13 - 14 веков.
Приятного и полезного Вам прочтения.
Эволюция отношений западнославянских союзов с королевствами Западной Европы
Шверин
«Не бойтесь, королева, кровь давно ушла в землю. И там, где она пролилась, уже растут виноградные гроздья».
М.А. Булгаков
Северо-Восточная часть Федеративной Республики Германии. Город Шверин - столица земли Мекленбург-Передняя Померания. В недавнем прошлом - территория Германской Демократической Республики. До середины 12 века – земли западнославянских княжеств.
В наше время город Шверин утопает в цепи озер, парков и является прекрасным местом отдыха туристов и жителей крупных мегаполисов. Пешие и велосипедные прогулки вдоль озер - традиционный вид отдыха. Старинные сказания на этой земле уходят своими корнями в языческое прошлое. В них говорится о великанах, подземных жителях, русалках, белоснежном лебеде, об оборотнях, которые превращались в птиц, животных, насекомых. Некоторые из этих легенд отражены в произведениях А. С. Пушкина, которому посвящено название улицы в центральной части города. А царевна-лягушка, один из символов города, отлита в бронзе и «живет» в фонтанах гипермаркета, заполненного туристами.
В историческом центре, у подножия собора (Dom zu Schwerin) с его огромными цветными витражами раскинулась средневековая рыночная площадь и ратуша. Здесь можно встретить изображения львов. Это напоминание о герцоге Саксонии 12 века Генрихе Льве, палаче нарождавшейся западнославянской государственности Южной Балтики. В центре площади нельзя пройти мимо памятника, посвященного этому герцогу. Впрочем, героического профиля, отлитого в бронзе, вы не увидите. Вместо Генриха Льва на вершине стелы изображен лев, его символизирующий, а на сторонах стелы насмешливые жители Шверина увековечили память о «миссионерских» пристрастиях молодого герцога, проезжающего на своей кобыле среди рядов горожанок.
Ключевым местом города, несомненно, является Шверинский дворец (Schweriner Schloss), возвышающийся на Дворцовом острове. С 14 века на острове находилась резиденция герцогов Мекленбурга. В настоящее время, во дворце, строительство которого было долгим и закончилось только в 19 веке, расположен парламент земли Мекленбург-Передняя Померания. С юго-западной стороны дворца, через мост можно попасть в дворцовый парк-розарий. Дворец и парк окружают фонтаны, которые установлены на глади озера и создают радужную игру красок. В дворцовом соборе проходят «Шверинские венчания». Концерты, в том числе оркестра Венской оперы, на берегу Шверинского озера тоже не редкость. Трудно пройти мимо, когда вечерами над озером льется музыка вальса Штрауса «Сказки венского леса».
Но далеко не все из посещающих этот город знают, что многие столетия эти земли были территорией сплошного заселения славян, а дворец построен на месте славянской крепости Зверин, от названия которой город и получил название Шверин. В 2014 году на территории дворца обнаружены хорошо сохранившиеся остатки оборонительного вала славянской крепости. Дендрологический анализ каркаса вала позволил определить и дату строительства. Это 965 год.
Название земли Мекленбург-Передняя Померания также уходит корнями в славянское прошлое. Одной из столиц союза оботритов была крепость (Велиград/ великий град). Под влиянием германского языка название трансформировалось в Mecklenburg, сохранив смысл «Большая крепость/ замок/ город». До наших дней сохранились и остатки кольцеобразной славянской крепости в деревне Мекленбург [212, 213]. Топоним «Померания» происходит от названия «поморян», живущих вдоль моря, «по морю».
Величественный памятник, который установлен над парадным входом во дворец в виде грозного, многометрового всадника в боевых доспехах, с копьем в руке, направленным в северо-западном направлении, – памятник Никлоту, последнему языческому князю западных славян междуречья Одера и Эльбы, который до последнего дня своей жизни был стержнем борьбы западных славян за свою независимость, за сохранение единой народной религии в борьбе с экспансией объединенных армий стран Священной Римской империи, Датского королевства и их вассалов.
В Германии Никлота рассматривают в качестве собирателя славянских земель, ныне федеральной земли Мекленбург-Передняя Померания, а также как отца Прибислава - родоначальника христианской ветви Мекленбургских герцогов, последний из которых скончался в 1918 году. В память о князе Никлоте в музее дворца экспонируется большое полотно Теодора Шлёпке «Смерть Никлота», которое увековечило момент гибели Никлота в его последнем сражении с саксонскими всадниками. А период истории, в течении которого эти земли были славянскими, «политкорректные» историки ФРГ называют славянским периодом истории Германии.
Памятник Никлоту напоминает о тех русских, славянских, в том числе, сербских героях, которые веками, заселяли земли Южной Балтики, Верхней и Нижней Лужицы, бассейнов рек Эльба, Одер, Сала, северо-востока Тюрингии, кровью которых обильно политы земли, которые в настоящее время вошли в состав федеральных земель Мекленбург – Передняя Померания, Бранденбург, Саксония, Саксония Анхальт, Шлезвиг Гольштейн. Под ногами туристов, посещающих дворец Шверина, под асфальтом, находится часть этих некогда славянских земель. Покоящиеся в этой земле воины до середины 12 века, сдерживали экспансию армий франкских королей, герцогов Германии, их вассалов, епископов Священной Римской империи, королевства Дании, других западноевропейских завоевателей на восточные земли Руси, Прибалтики. Светлая им память!
Но что нам известно о Никлоте? Какова его судьба и роль в героической истории западной ветви русского, славянского народа? Какой опыт он унаследовал от предыдущих поколений западных славян, которым выпала непростая доля сосуществовать с враждебными государственными образованиями Западной Европы, польского княжества, Дании, отстаивая свою независимость и единство веры, которая объединяла славян, и какой бесценный урок он оставил будущим поколениям? Попытке осознания сказанному, сохранению опыта, полученного ценою крови и жизни целого народа, посвящена эта работа.
Рассказ о князе Никлоте можно было бы начать со времени его появления на исторической сцене, отражая последовательность свершившегося. Но для понимания важности событий, связанных с его правлением, их причинно-следственных связей с событиями предыдущих столетий, необходимо рассматривать историю западных славян неразрывно с ключевыми политическими процессами, которые происходили в государствах Западной Европы тех лет. Дополнительные материалы, относящиеся к этому периоду, содержатся в предыдущих работах автора [212, 213, 214] и в других более ранних работах.
Границы союзов западных славян Южной Балтики
«Мы (германцы), сражаемся за славу и распространение своей власти, а для славян дело идет о выборе между свободою и рабством».
Видукинд Корвейский (925 – 973, германский хронист, монах Корвейского монастыря ордена бенедиктинцев
Записи о западных славянах Южной Балтики появились в франкских хрониках после контактов франков с полабскими славянами (славянами, которые жили в бассейне реки Лаба, совр. Эльба) в период войны королевства франков с племенами саксов. К восьмому веку после рождества Христова западные славяне, населявшие земли Южной Балтики, уже объединились в союзы оботритов (другие названия: бодричи, ободриты, ререги), вильцев (велетов, с 10 века лютичей), руян, поморян, а позднее и лужицких сербов. В Германии славяне этих союзов получили название венды, а лужицких сербов - сорбы.
«Славяне (оботриты, вильцы/ лютичи и поморяне – прим.), обитавшие к северу от территории, заселенной сербами, образовали область, которая если и не составляла единого целого с сербской областью, то, во всяком случае, была в значительной степени родственной как сербам, так и полякам» [102, гл.14]. Язык славян был настолько общим, что по выражению Л. Нидерле, «Славянская лингвистика пока еще не достигла такого уровня, чтобы внутри этой области… суметь выделить отдельные мелкие языковые области и племена».
Изначально, согласно исследованиям профессора А. Павинского [24], территория союза оботритов на западе начиналась от правого берега устья Альбии (Лабы, Эльбы, Elbe) и пролегала через северо-западную часть Южной Балтики до устья реки Варнов на востоке. Выходы в Северное и в Балтийское море представляли ценность для торговли с Западной Европой, а наличие сухопутного сообщения позволяло осуществлять транспортировку вдоль юга Вагрии без необходимости огибать морями берега не всегда лояльной Дании. В 8 веке западная граница союза оботритов под давлением северных саксов (нордальбингов) сместилась на восток и нордальбинги получили выход как в Северное, так и в Балтийское море. В начале 9 в. и в 11в. западная граница союза оботритов вновь возвращалась к устью Эльбы, противостояние между саксами и западными славянами союза оботритов также не утихало.
Столицей оботритов был торговый город Рерик, расположенный в северо-восточной части Висмарского залива Балтийского моря. Костяк союза оботритов составляли вагры, варны, полабы и оботриты (ободриты, бодричи, ререги). В союз также входили глиняне (линяне) и смолинцы (смельдинги, смоляне). В середине 11 века, после раскола союза лютичей, хижане и черезпеняне стали частью союза оботритов.
Из Рерика торговые пути по морю вели в западном направлении в Вагрию и далее, а в восточном направлении – в порты Прибалтики, Новгородскую Русь и далее по рекам, частично, волоком на Восток.
Континентальная торговля осуществлялась по системе рек и каналов, а также по сухопутным дорогам. О развитом военном и торговом флоте западных славян, существовавшим за 9 веков до ботика Петра I, имеется много свидетельств в исторических документах Саксонии и Дании. В наше время, земли западных славян-оботритов относятся к федеральным землям Мекленбург-Передняя Померания и Шлезвиг-Гольштейн.