Сценаристы апокалипсиса. Зеленая гекатомба
- -
- 100%
- +
– Как ни крути, но проблема зеленых человечков все равно вскроется. А может, уже вскрылась, но только нас не хотят будоражить. Люди всегда недостойны знать правду, а то рухнет мировой порядок.
– Хм, у меня сразу родилась теория заговора, что эта фигня происходит с людьми много лет и зеленые человечки как раз оттуда. Но раз она остается на уровне легенд, значит, с ней не знают, как бороться. Ее замалчивают либо делают предметом маргинальных дискуссий.
– Не знаю. Раньше мертвецы точно разлагались. Давай пока никому ничего не скажем, даже родителям. Может, это сезонная проблема, как грипп, – предложила Алина.
– Хорошо, не будем, – согласился Александр. – Я, наверное, выброшу все свои зеленые майки. Какие-то ассоциации неприятные возникают.
– Ага, ты еще начни останавливаться перед зеленым сигналом светофора или бросай есть огурцы. – Алина звонко рассмеялась. – Паранойи нам еще не хватало. Видишь, правильно делают власти, что людям не рассказывают.
– Не удивлюсь, если все они пришельцы. – Брат невесело усмехнулся. – Знаешь, Иринке пришлось рассказать, что мы с тобой образцы взяли. Теперь ждет от меня результата.
– А чего скрывать в семье? Конечно, рассказывай. Еще неясно, что это такое, поэтому переживать по-настоящему преждевременно.
– Ладно, пока, Алин. Теперь по утрам обязательный созвон или хотя бы строчка в мессенджер, – настойчиво попросил брат.
– Хорошо, и обязательный ответ.
– Договорились.
Алина отключилась. Бросила телефон на тумбочку и упала на заправленную кровать, раскинувшись на ней как звезда. Подняла перед собой руку и рассмотрела ладонь на свет. Никакого отклонения от нормы, ни намека на изменение цвета ткани.
– Я точно сойду с ума, если стану думать об этом каждую минуту, – произнесла она и вскочила с кровати. – Надо прогуляться перед сном, проветрить мозги. Мозги-и-и, – добавила она загробным голосом и громко рассмеялась.
Прогулка по вечернему городу пошла на пользу. Алина устала, что являлось залогом крепкого здорового сна. Зашла в квартиру и приоткрыла окно, чтобы проветрить помещение перед сном. Сходила в душ, умылась, почистила зубы, сняла остатки косметики и легла в кровать. Только начала засыпать, как с улицы донеслись вопли пьяной компании. Пришлось встать, чтобы закрыть окно.
– Когда же вами братец займется, – произнесла Алина, откидывая штору в сторону.
И вдруг разом со всех деревьев шумно с криками взлетели птицы. Это было так пугающе неожиданно, что Алина вздрогнула. Сердце учащенно забилось. Вороны и грачи, каркая во все горло, словно их самих кто-то спугнул, носились на уровне окна черным мельтешением. На этом пугающий аттракцион не закончился: все окрестные дворовые и бродячие собаки подняли настоящий волчий вой. Разноголосицей в сотни пастей тявкали, лаяли и выли. На это накладывалось тысячеголосое воронье карканье. Событие приняло форму пугающего мистического явления. Даже пьяная компания заткнулась. Алина захлопнула окно и задернула шторы. Звуки снаружи ослабли. Вернулась в кровать и накрылась одеялом с головой. Она пожалела, что в эту ночь одна. С родителями ей было бы намного спокойнее.
Воронье и собаки не унимались еще как минимум полчаса. Все это время Алина не спала, хотя и пыталась изо всех сил. Сон не шел. Сердце трепыхалось в неприятных предчувствиях. Видимо, на нервной почве ей стало мерещиться, будто из холодильника доносятся посторонние звуки. Алина всячески пыталась убедить себя, что это галлюцинация, пока не поняла, что единственный способ избавиться от нее – это заглянуть в холодильник. С огромным нежеланием выбралась из кровати и направилась в кухонный угол квартиры. Открыла дверцу и громко вскрикнула. В стеклянной банке бился о стены кусок ткани мертвеца, который она принесла из больницы. Он был живым и как будто находился в агонии, непрерывно сокращаясь и довольно ощутимо шлепая по стенкам емкости. Алина не придумала ничего умнее, как схватить банку и вытряхнуть образец в унитаз. Смыла его, села сверху и расплакалась. Не могла самой себе объяснить, что ее так напугало. А напугана она была очень сильно. Руки тряслись, как у хронического алкоголика.
Умом она понимала, что ожить мертвая ткань у замороженного и размороженного несколько раз трупа никак не могла. В природе такого явления не существовало, по крайней мере, у сложных организмов. Она представила, как позеленевшие покойники в истлевших гробах глубоко под землей дергаются в конвульсиях. Ей было ясно, что встревоженные вороны и собаки не были случайным совпадением. Мертвая ткань ожила после какого-то события, которое ощутили животные.
Алина поднялась с унитаза, закрыла крышку и придавила ее половым ведром со шваброй. Подошла к окну и посмотрела на ночной город. Там была тишина, как будто ничего не произошло. Открыть окно, убедиться в этом окончательно Алина не решилась. Посмотрела на ночное небо и заметила едва различимое переливающееся сияние, похожее на отголосок полярного. В Ключевске его никогда не было, а стало быть, это явление хорошо ложилось в общую картину тревожных мистических событий. Алине удалось убедить себя в том, что это именно полярное сияние, вызванное мощной солнечной вспышкой, спровоцировало и животных, и видоизмененную ткань проявить себя. Она не разбиралась в физике и потому легко предположила, что магнитное поле планеты, возмущенное нагрузкой ветра солнечной плазмы, напитало энергией странную полуживую ткань покойника, и та действительно запустила на короткое время метаболизм и сразу же пришла в агонию без поступления химической энергии извне.
Она пробежалась по ленте «Ключевск очевидец». Люди были напуганы криками птиц, воем собак, фыркающими котами, одуревшими хомяками и сиянием ночного неба. Всему имелись многочисленные подтверждающие ролики. Общее волнение произвело на Алину успокоительное действие. Она легла в кровать и уснула. Проснулась только после третьего будильника. Оказалось, что это был звонок от брата.
– Фух, Алька, дура, ты чего так спишь крепко? – В голосе Александра звучало неподдельное волнение.
– Да потому что я полночи не могла уснуть. Эти вороны, грачи, собаки. Я же одна, мне страшно.
– Вот, поняла, наконец, что одной страшно, – укорил брат. – Ладно, рад, что дозвонился.
– Постой, постой, не клади трубку. Знаешь, почему еще я не могла уснуть?
– Ну.
– Тот кусок мышечной ткани, который я срезала с трупа в больнице, ожил и бился в банке, как будто у него агония. Я с перепугу слила его в унитаз.
– Серьезно?
– Утром это звучит даже забавно, но после того, как я была напугана криками животных, этот кусок чуть не довел меня до истерики. Он натурально скакал по банке и лупил со всей силы по стенкам. Можешь себе представить, каково это?
– С трудом. Надеюсь, это была галлюцинация.
– Я тоже. – Алина вздохнула, вспомнив, какие чувства пережила прошлой ночью. – Сегодня же куплю себе сердечные капли.
– Ничего, сестрица, иногда надо протестировать нервную систему на максимальную нагрузку. Справилась, значит, молодец, годная.
– К чему?
– К жизни. – Александр рассмеялся. – Ну давай, завтра чтобы без косяков, проснулась вовремя и написала мне.
– Ладно, прости, такого больше не повторится. Жене и племяшкам привет.
– Непременно. Пока.
– Пока.
Алина бросила телефон на кровать, сама потянулась и направилась в туалет. Но вначале подошла к окну посмотреть на мир в лучах утреннего солнца. Как и ожидалось, от ночных страхов в нем не осталось и следа. Пернатые куда-то улетели, собаки умолкли. Привычно цокали каблуки по тротуарам, шумели машины и автобусы, не затыкаясь пиликали звонки замков в подъездах. Все как всегда.
– Вот я дура мнительная, – покритиковала Алина саму себя. – Пора уже заводить мужчину, чтобы не сойти с ума.
Она наскоро умылась, позавтракала и выпорхнула на улицу. Не пройдя и десятка шагов, поняла, что поступила опрометчиво. Над городом собирались тучи. Надо было вернуться за зонтом, чтобы не прийти на работу с прической мокрой собаки. Алина так же весело вернулась в квартиру, схватила с вешалки зонт и, уже закрывая дверь, услышала с улицы крики.
Не снимая обуви, она прошла к окну и увидела странную и одновременно ужасную картину: абсолютно голый зеленый человек, двигаясь, как будто у него сведены все мышцы, напал на женщину и шутя свернул ей шею. При этом на асфальте уже лежал мужчина без признаков жизни. Ночной кошмар снова вернулся с еще большей силой. Алина отступила назад, уперлась в стенку и сползла по ней на пол.
Глава 4
Алина резко пришла в себя. Открыла глаза и долго не могла понять, почему находится в такой позе. Память стерла последние минуты перед отключкой. Некоторое время ушло, чтобы она восстановилась. Прислушалась к звукам снаружи и поняла: то, что она увидела, не было галлюцинацией. Снаружи доносились шум, крики, рев моторов, удары и даже редкая стрельба.
Алина вспомнила, что оставила открытой дверь. Бросилась к ней и, перед тем как закрыть, увидела соседку в крови, забегающую в свою квартиру.
– Закрывайся! Они уже в подъезде! – выкрикнула она.
Алина резко захлопнула дверь и закрыла на замок. Вспомнила, что ключи остались снаружи, и собралась открыть дверь и забрать их, но интуиция заставила ее вначале посмотреть в глазок. И не зря. На лестничную площадку, тяжело топая, как будто спотыкаясь на каждой ступени, поднялся дерганый зеленый человек. Как бы человек. Манера двигаться ничего не имела общего с человеческой. Он был излишне резок и непластичен и совершенно не вращал головой. Зеленец замер на месте, словно не знал, что делать дальше. Алина старалась неслышно дышать.
И вдруг у нее зазвонил телефон. Зеленый человек мгновенно отреагировал на шум и рывком ударился в дверь, как будто хотел пройти сквозь нее. Удар был неслабым, но дверь выдержала. Алина непроизвольно закричала, бросилась в туалет и закрылась в нем. Посмотрела на экран и увидела, что звонок от брата.
– Алло, Саш. – Алина заплакала.
– Ты уже в курсе, – произнес Александр встревоженно. – Я хотел узнать, где ты?
– Дома. – Алина зашмыгала носом. – Уже вышла, но вернулась за зонтиком, а там крики…
– Вот и правильно, сиди, никому не открывай, ни на что не реагируй.
Зеленец снова ударился в дверь.
– Что это за грохот? – заволновался брат.
– Зеленый человек услышал, как зазвонил телефон, и пытается вломиться. Я закрылась в туалете. – Алина снова разревелась.
– Возьми себя в руки, сестренка. Я попробую за тобой приехать.
– Не надо. Я видела, как один из них убил женщину. Он свернул ей шею, как цыпленку. Откуда они взялись, Саш? Как получилось, что они стали такими?
– Ночью в дежурную часть пришло сообщение, что на городском кладбище слышатся звуки из-под земли. Как раз после того, как в городе прошел собачий флешмоб. А потом было несколько звонков от людей, которые видели странных грязных существ, неестественной походкой передвигающихся по улицам города. А следом начались нападения, как только рассвело и люди стали выходить из домов. Похоже, что трупы не просто так зеленели. Зеленые зомби, мать их. Как в кино.
На улице раздались выстрелы. Зеленец перестал биться в дверь и затопал по лестнице вниз. Оступился и загромыхал по ступеням.
– Кажется, ушел, – произнесла Алина.
– Хорошо. Не вздумай никуда выходить, ни на какую работу или в магазин. Сиди на попе ровно.
– Ладно. – Алина зашмыгала носом. – Кто они такие?
– Живые мертвецы, только зеленые. Природа, похоже, придумала, как создать экозомби.
– Это же ненаучно, Саш. Такого быть не может.
– А значит, не может. Глаза нас обманывают. – Брат иронично хмыкнул. – Что там ваша наука вообще знает? Они до сих пор понять не могут, как работает мозг, а туда же – размышляют о том, что может всесильная природа, а что нет. Выходит, что она может все, вопрос в том, зачем она это сделала?
– Я не знаю. Наверное, мы нарушили экологический баланс, и она нам мстит, – предположила Алина.
– Логично. Короче, Алин, сиди дома. Подопри дверь комодом на всякий случай и никуда не выходи. Я позвоню родителям. Узнаю, как у них дела и что нам делать дальше. Потом перезвоню.
– Хорошо, Саш, буду ждать звонка. – Алина уже поняла, что ожидание будет тянуться невыносимо медленно.
– Давай, сестренка, до связи.
Александр отключился. Алина осторожно приоткрыла дверь из туалета и прислушалась. На лестничной площадке было тихо. Подошла к входной двери и ужаснулась. По центру образовалась выпуклость. По периметру появились большие зазоры, а на полу лежал слой осыпавшейся штукатурки. Алина придвинула комод к дверям. Он встал как раз под ручку открывания. Подошла к окну и посмотрела на улицу. Там лежало с десяток трупов в лужах крови. Два зеленых зомби в остатках истлевшей одежды бродили под окнами. Время от времени они останавливались и начинали судорожно трястись и стучать рука об руку. Получалось звонко, словно деревяшкой о деревяшку. Потом замирали на несколько секунд и шли дальше. Походка их напоминала движения человека, к которому привязали тугую резинку. Они как будто преодолевали сопротивление невидимой силы.
Громыхнул гром и пошел дождь. Экозомби замерли и расставили руки в стороны. Кажется, им нравилась влага. Один из них даже упал в появившийся на дороге ручей, чтобы он обтекал тело. Алина хоть и со страхом, но с не меньшим любопытством наблюдала за ними. Лежавший мертвец поднялся и пошел намного пластичнее, чем до дождя. Вода словно размочила его подсохшее тело. Потом они оба внезапно сорвались с места. Бордюр, ограничивающий тротуар, стал для обоих зеленцов непреодолимым препятствием. Они зацепились за него ногами и свалились. Вскочили и стали неистово лупить рукой об руку, после чего спокойно переступили бордюр, как будто странный ритуал помог им понять, где находится препятствие.
Алина задернула шторы и включила чайник. Подумала, что в такой ситуации воду вполне могут отключить, и набрала во все свободные емкости. Начистила полведра картошки нового урожая и поставила ее вариться в большой кастрюле. В другой решила сварить рис, накатать его шариками и убрать в морозилку. Работа увлекла ее на время. Потом позвонил брат.
– Живая? – спросил он.
– Пока да, – ответила Алина. – Как дела у наших?
– Вроде все хорошо. Отец уже сходил два раза в погреб, чтобы принести в дом по мешку картошки. В последний раз еле успел закрыть подъезд. Тварь влетела в нее с ходу. Хорошо, у них еще те старые двери с бандитских времен, только танком можно высадить. Обещал больше не выходить на улицу.
– Хотелось бы верить. – Алина вздохнула. – Я так понимаю, что и на машине теперь небезопасно ездить. Если они такие дуболомы, то и через лобовое стекло в салон залететь могут.
– Да, на легковушке передвигаться по городу не вариант. У нас на работе есть полноприводный грузовик с будкой. Думаю, на нем можно попробовать.
– А куда ехать, Саш?
– Из города подальше, – не задумываясь ответил брат.
– Ты думаешь, это только у нас эпидемия зеленых человечков?
– А вдруг?
– Позвони тете Свете из Миролюбовки. Она как раз рядом с деревенским кладбищем живет. Если у нее спокойно, то можно попробовать, – посоветовала Алина.
– Точно, спасибо. Значит, ты не на стрессе, раз котелок варит. Сейчас наберу. Бывай, сестренка.
– Бывай, братишка.
После разговора Алина вынула сварившуюся картошку шумовкой, но воду из-под нее выливать не стала. Решила сварить в ней суп из всего, что можно было найти съедобного, хранящегося непродолжительное время без холодильника. Нашла костлявые обрезки курицы и бросила их вариться. Вынула подвявший перец и нашинковала. Оказалось, что у нее в холодильнике уже который месяц лежал батат, рекомендованный кем-то из подруг. Алина так и не решилась приготовить его, но теперь сам Бог велел. Порезала его как картошку и тоже бросила в кипяток. Туда же пошли капуста, патиссон, самые несвежие помидоры с дачи, морковь. Получился такой густой овощной суп.
– На неделю хлебать, – оценила Алина объем приготовленного блюда.
Брат все не звонил, но позвонила мама.
– Алиночка, как ты? – спросила она, едва сдерживая слезы.
– Нормально, мам, как вы с папой?
– У нас тут в окно первого этажа один такой зеленый запрыгнул к Семеновым. Они оттуда врассыпную на улицу, а со всех сторон как затрещит, выбежали с десяток этих страшилищ. Никто из Семеновых не успел далеко убежать. Боже, какой ужас.
– Так много их? А я всего двоих видела, и те убежали.
– А те, кого с утра убили, они ведь тоже такими стали, зелеными.
– Правда? – Алина подбежала к окну. Никого из тех убитых, кто лежал на асфальте, там уже не было. – Значит, и мы, когда умрем, станем как они.
– Да, дочь. Это как в ваших дурацких фильмах про ходячих мертвецов.
– Мам, я и подумать не могла, что такое может случиться по-настоящему. Это ведь так невероятно. Как может мертвое ожить? Сашка вам не говорил, что у эксгумированного трупа экспертиза не обнаружила ДНК?
– Да, говорил.
– Получается, что в нас уже есть что-то, ожидающее смерти. И как только мы умираем, это что-то мигом вносит изменения в клетки, чтобы использовать наше тело, но уже как бы без нас.
– А почему их раньше не было?
– Были. Десять лет назад точно были, но ожили только сегодняшней ночью после того, как случилось что-то, напугавшее птиц и собак. Я видела свечение типа полярного сияния. Но, думаю, что это было сделано для активации зеленых человечков. Клеткам был дан сигнал, что пора восстать, и они восстали.
– Звучит как бред. А кто мог такое сделать?
– Без понятия. Мне кажется, что это за пределами наших знаний. Или я слишком недооцениваю людей.
– Вот именно. Ничто так не мотивирует людей, как желание создать оружие, уничтожающее конкурента без возможности ответного удара.
– Думаешь, это наши враги?
– Отец так считает. Говорит, что биолаборатории врагов были натыканы вокруг страны и давно уже ждали подходящего момента. Жуткая ирония, мы как бы убиваем себя сами, без постороннего участия. – Мать всхлипнула. – Какой кошмар, какой кошмар, господи.
Алина услышала знакомый перестук снаружи. Та самая женщина, которой свернули голову утром, шла по тротуару и колотила руками. Не хватало ей еще громко кричать на всю округу: «Спите, жители Ключевска, в городе все спокойно». Из дома напротив раздался выстрел. Стрелок попал несчастной позеленевшей женщине прямо в голову. Она качнулась в сторону, но не упала. Повернулась на звук и резко сорвалась с места. Наскочила на забор, ограждающий сад, свалилась, поднялась и снова завела трещотку. Наблюдение за ней позволило сделать вывод, что зеленцы становились незрячими, но, используя производимые руками звуки, они получали представление о том, что их окружает. Это напоминало эхолокацию. Хотелось знать: они отличали живое от неживого? Если прикинуться столбом и не производить ни звука, можно ли было обмануть их? Алина записала свои наблюдения и мысли в записную книжку.
Зеленая женщина добежала до дома, откуда стреляли, и стала ходить под окнами, непрерывно стуча. Стрелок высунулся из окна и снова выстрелил ей прямо в голову сверху вниз. Экозомби дернулась от попадания, но от своего занятия не отказалась, напротив, стала проявлять агрессию и кидаться на стены. Одновременно с этим со всех сторон раздался шум приближающихся трещоток. Появились около трех десятков зеленцов всех возрастных категорий в свежей одежде. Явно из тех, кто обернулся с утра.
Алина представила, сколько их уже в городе. Передвижение по нему даже на машине казалось невозможным. На любой остановке они могли накинуться на тех, кто в машине или пытается сесть в нее. Вспомнила, что брат обещал позвонить, и начала переживать. Набрала его номер. Вызов шел, но трубку не брали.
– Блин, что с ним такое? – Алина пустила слезу, представив, что на семью Александра напали.
На бедных маленьких племянников, которых она очень любила. Алина начала нервно ходить по комнате. Звонок заставил ее вскрикнуть от неожиданности. Это был брат.
– Ты чего трубку не берешь? – спросила она с истерикой в голосе.
– Тсс, тише. Мы выбрались на крышу. Я переключал на беззвучный режим. У нас в подъезде несколько зеленцов. Они каким-то чудом понимают, где дверь, и высаживают ее. Пришлось взять детей и Иринку в охапку и выбираться на крышу по лестнице. Теперь с балкона веревкой с крючком подцепляю продукты и воду и поднимаю наверх. И тебе советую перебазироваться. Эти твари совсем не тупые зомби. Они понимают, что такое дверь.
– У них эхолокация развита. Обратил внимание, что они стучат руками?
– Конечно. Я думал, они так вызывают панику.
– Нет, это для того, чтобы получить отраженный звук, который помогает им понять очертания рельефа. Я видела, как они после того, как упали через бордюр, постучали руками и спокойно его переступили.
– Ах вон оно что. Будем знать. Они что, не переняли от нас зрение?
– Видимо, нет. Ты дозвонился тете Свете?
– Нет. Я и до своих коллег не дозвонился. С машиной облом. Спуститься вниз нет никакой возможности. Этих тварей уже кишмя кишит.
Из дома напротив раздались частые выстрелы. Алина подбежала к окну. Зеленцы теперь уже понимали, что такое окна, и влетали в них с разбега. Стрелок пытался им помешать, но в панике палил мимо, выбивая из асфальта темные фонтанчики осколков и пыли. Алина поняла, что ей в квартире не отсидеться. Экозомби обучались и вполне могли передавать друг другу случайный удачный опыт, делая его системным. Как выбраться на крышу в их доме, она не знала. На последнем семнадцатом этаже она видела люк наверх, наверное, на технический этаж, но как в него забраться, не представляла.
– Саш, надо маме с папой сказать, чтобы они тоже поднялись на крышу, – решила Алина.
– Я им уже звонил.
– Они согласны?
– Нет, они трубку не берут, – поникшим голосом признался Александр.
– Нет! Наверное, они просто убавили звук и не берут, чтобы не привлечь внимание.
– Я тоже так думаю, – произнес брат.
По его интонации Алина поняла, что он так не думает.
– Я им сама позвоню. Пока. – Она отключилась и сразу набрала маму.
Гудки шли, но трубку никто не брал. Автоматический голос пробубнил, что абонент сейчас не может подойти, но после сигнала можно оставить сообщение.
– Мам, перезвони, как сможешь, – записала Алина.
Она не хотела верить, что родители могут погибнуть. У других могли, а ее нет. Эта уверенность позволила ей не впасть в очередной ступор. Она начала лихорадочно соображать, как выбраться на крышу. Вспомнила, что с ней в одном подъезде живет одноклассник Семен. Они не общались со школы, дежурно здоровались, но телефон его сохранился в записной книжке. Алина набрала.
– Привет. – Семен сразу взял трубку.
– Привет. Дома?
– Да. Не успел выйти. А ты?
– Успела, но вернулась за зонтиком. Это меня и спасло. Короче, Семен, дело такое. Эти зеленые человечки начинают штурмовать двери и окна. Отсидеться в квартире не получится. Надо выбираться на крышу с продуктами, с вещами, чтобы можно было как-то перекантоваться. Я видела люк на верхнем этаже, у тебя, случайно, нет стремянки?
– Есть. На балконе лежит.
– А инструмент есть, если там замок придется ломать?
– Конечно. Я же автослесарь. У меня в квартире можно капитальный ремонт делать, – не без гордости заявил Семен.
– Отлично, надо поспешить, пока эти твари не пробрались в наш подъезд.
– А ты уверена…
– Уверена. Ты что, в окна не смотришь? Слышал, стреляли? Так из-за этого стрелка их дом теперь осаждают полсотни зеленых зомбаков.
– Капец, конечно, выдалось утречко. Откуда они?
– Вначале с кладбища. Кого поубивали, те сами стали такими через некоторое время.
– Это что, эпидемия, вирус?
– Семен, бери стремянку и жди меня у дверей своей квартиры. Я сейчас соберу вещички и поднимусь к тебе.
– Лифтом?
– Конечно. Мне жутко идти по лестнице одной, вдруг они уже там.
– Ладно, я тоже подумаю, что взять.
– Давай, только быстрее. Каждая секунда дорога. – Алина отключилась.
Начала лихорадочно собираться. Кастрюля с супом оказалась не у дел. Пришлось брать только то, что не растечется. Один большой пакет забила всем, что было съедобного: хлебцами, молоком, колбасой, макаронами, рисом, гречкой, сахаром, вареньем, соленьями. Вес его получился неподъемным. Поделила пополам и до верха набила одеждой, средствами гигиены, аптечкой. Скрутила одеяло и привязала его за спину, как рюкзак. Отнесла обе сумки к дверям и потом еще пятилитровую бутылку воды.
Долго стояла у дверей, прислушиваясь. С трудом провернула замок. Геометрия проема сильно нарушилась из-за ударов зеленца. Толкнула от себя дверь. Она пронзительно скрипнула металлом о металл. Алина замерла, прислушиваясь к звукам. Тишина. Перенесла сумки и воду к лифту и нажала кнопку. К счастью, лифты работали исправно. Подошел грузовой. Алина замерла, дожидаясь, когда откроются двери. Боялась, что там окажется неприятный подарочек. Лифт приехал пустым. Она зашла и поднялась на два этажа выше. Снова не двигалась, пока не убедилась, что на площадке тихо.