Мшел. Книга 1. Нэбутори

© Панченко Сергей

© ИДДК

Книга 1. Нэбутори

Книга 2. Энлиль

Книга 3. Вавилон

Глава 1

Липняковы сидели на кухне за столом в гостях у Петренко. Его нельзя назвать было праздничным, так, субботний стол с закуской и выпивкой, проводить неделю. Семьи часто собирались вместе уже на протяжении десяти лет. Мужья, Дмитрий Липняков и Андрей Петренко начинали вместе в одной фирме водителями. Сдружились сами, сдружили жен и детей, да так и продолжили встречаться даже после того, как Дмитрий перешел на другую работу. Татьяна Липнякова виделась с Натальей Петренко даже чаще, чем их мужья. Дети ходили в одну школу, и проблемы их часто были общими.

И тем и другим приятно было осознавать, что в быстро меняющемся мире есть островок стабильности в виде их дружбы. Дети, сыновья Липняковых и дочери Петренко, собравшись вместе, проводили время в экранах телефонов, изредка общаясь на тему новых приложений. Так себя вели почти все их ровесники, и это было для них нормой.

Андрей вынул из холодильника бутылку самогона с самодельной этикеткой, распечатанной на принтере. Большими буквами на ней было написано «JOSH, 40 %, тройная дистилляция». Самогоноварение последние три года являлось его любимым хобби, к которому он относился творчески. Ему нравился не столько конечный продукт, сколько экспериментальный процесс. Он ставил брагу из всего, менял параметры, дозы, оборудование, но чаще оставался недоволен конечным результатом, смешивал неудачные партии самогона вместе и перегонял их еще раз. В этой бутылке был как раз такой дистиллят.

– Я назвал его «джош». – Андрей поставил бутылку на стол. – Уникальный напиток, имеющийся в мире всего в двух экземплярах. Один мы выпьем сейчас, а другой я дам вам с собой.

– Что заставило дать ему имя? – поинтересовался Дмитрий, открыв бутылку и понюхав содержимое. – Отлично пахнет.

– Хотел сделать сливовицу из покупной сливы, но она совершенно безвкусная. Добавил туда апельсиновых корок и корицы, чтобы появилось хоть какой-нибудь вкус, но получилась отрава. Пришлось перегнать. И в итоге вкус сливы стал ощущаться даже лучше, чем раньше.

– А почему джош? – спросила Татьяна.

– Во сне увидел этикетку с таким названием. Есть джин, пусть будет и джош. Аромат сильный, вкус мягкий, запоминающийся, имеет право на жизнь. – Андрей разлил самогон по рюмкам себе и Дмитрию.

Жены пили вино. Дмитрий понюхал из рюмки и протянул ее, чтобы чокнуться с другом.

– Ну, с окончанием рабочей недели.

– Да уж, нелегкая была. – Андрей звонко стукнулся с ним. – Машина сломалась в трехстах километрах от города. Связи нет. Я пошел в деревню, попросить взять на галстук и попал под дождь. Поскользнулся, упал в лужу вместе с барсеткой. Документы, карточки, паспорт, все намокло. Давайте, чтобы таких недель в году было не больше одной.

На закуску заказали роллы и запеченные куриные крылышки. Салат из огурцов и помидоров, приправленный деревенским пахучим растительным маслом, Наталья сделала сама. Мужики, раззадорив крепким алкоголем аппетит, набросились на еду.

– Странный случай произошел одновременно на восточном побережье Японии и западном побережье США, – сообщила диктор новостей по телевизору, висящему на стене в гостиной. – Почти все материалы, содержащие пластик, подверглись странным метаморфозам. – На экране появились изображения стекающего густыми рваными языками автомобильного бампера. – Примерно так выглядит большинство автомобилей в Калифорнии с сегодняшнего утра. Что послужило тому причиной, пока неизвестно. Накануне прошел сильный дождь. Грозовой фронт принесло с Тихого океана. По непроверенным данным ученые втайне проводили эксперимент по уничтожению большого пластикового пятна с помощью искусственных бактерий, разлагающих углеводородные полимеры. Официальные власти штата Калифорния пока никак не отреагировали на инцидент. Тем временем мы уже слышали, что происходят внезапные короткие замыкания из-за нарушения изоляции электросетей. В Японии картина аналогичная. После дождя пластиковые изделия стали на ощупь мягкими, источая при этом непривычный едкий запах. Есть свидетельства, как огромный рекламный щит в центре прибрежного города растаял на глазах изумленных горожан. – На экране показали скелет из металлических рам, а затем картинку, которая на нем висела прежде. – И снова власти не спешат сообщить населению о причинах странного явления. Будем ждать подробностей.

Начался новый эпизод, никак не связанный с предыдущим. Дмитрий хмыкнул.

– Ни фига себе, если микробы сожрут пластик, то все остановится, – произнес он. – Весь наш мир пластиковый. Крах цивилизации.

– О, не преувеличивай, – отмахнулась Татьяна. – Во-первых, это у них, а во-вторых, не так его и много.

– Как немного? Изоляция электрических проводов – раз. Много ли мы сможем без электричества? Водопровод и канализация сразу отключатся. Нет света, не работает телевизор, телефоны молчат, а в них тоже полно пластика. В итоге мы не можем нормально сходить в туалет, приготовить еду…

– А если газ? – попыталась разбить его аргументы супруга.

– А что газ? Его прокачка тоже связана с электричеством. Не, знаю, конечно, сколько пластика на подстанциях используется и влияет ли он на передачу тока до потребителей, но в любом случае из-за опасности замыканий электричество придется отключить. К тому же все управление сетями идет через компьютеры, которые используют пластик. Поэтому крах неизбежен. А я еще не сказал про автомобили, которые не смогут ездить, и про магазины, которые закроются из-за отключения сетей, потому что учет у них общий.

– Зато в нашем доме магазинчик мгновенно озолотеет, – засмеялась Наталья. – Они вообще стараются работать только за наличку, и, насколько я знаю, весь учет у них на бумажке.

– Это если люди в панике не кинутся грабить все, что можно, – заметил Андрей, разливая по второй. – Кстати, на всякий случай надо завтра круп прикупить и консервы.

– Никак ты не дождешься конца света. У нас уже две волны запасов было, – посмеялась Наталья. – И каждый раз в крупе заводились жучки, приходилось их выбрасывать.

– Не выбрасывать, а сдавать в собачий приют, – напомнил Андрей. – Очень благородный поступок. Давай, Диман, чтобы микробы, поедающие пластик, сдохли раньше, чем доберутся до нас.

Дмитрий чокнулся с ним и выпил одним глотком.

– Зачетный джош. – Он зажмурился и потянулся вилкой к роллу. – Хотя не знаю, каким он должен быть в оригинале.

– А это и есть оригинал, вернее, эталон, – заметил Андрей. – Только я точно не помню рецептуру. Смешивал на глаз.

Наталья и Татьяна постепенно перешли на разговоры о школе. Близился конец учебного года, добавляющий забот с экзаменами и прочими вещами. Мужчины явно заскучали слушать их и перешли на свои разговоры. Дмитрий поинтересовался работой друга, потому что там еще оставались те, кого он знал.

– Пашка сейчас начальник транспортного отдела. Наел пузо, купил не сильно старый джип, не узнать, – рассказал Андрей про общего знакомого.

– Зазнался?

– Нет, нисколько. Дважды подменял, когда я в ковид слег. Нормальный мужик, я с таким тылом спокойно работаю. Один звонок, и техничка уже в пути. Если не считать, когда связи в дороге нет. Но я в такие дали нечасто заезжаю. А что у тебя?

– А что у меня? – Дмитрий почесал голову. – С утра под чью-нибудь машину залезаю и давай в ней ковыряться. День сурка, ладно хоть зарплаты нормальные. Хорошо, когда жена бухгалтер в фирме, в которой работаешь.

Татьяна отвлеклась на его реплику.

– Я всем считаю одинаково по нормо-часам.

– Ну тогда причина в том, что я трудоголик. – Дмитрий взял бутылку. – Потому и жду каждую субботу, чтобы снять стресс.

– Мы не пьем, а дегустируем, – придал Андрей их увлечению иной окрас.

Начался новый блок новостей, и первой же новостью стала информация о причинах странного явления на побережьях двух стран.

– Ученые из Калифорнийского университета выступили с заявлением, подтверждающим наши догадки. Большое пластиковое пятно, раскинувшееся на тысячах квадратных километров в Тихом океане, послужило экспериментальной основой для изучения способности искусственной бактерии поглощать пластик. Микроорганизм научили питаться большинством известных видов полимеров: полиэтилентерефталатом, полипропиленом, поливинилхлоридом и их производными. Бактерия, поглощая пластик, разлагает его на углекислый газ и различные спирты. К сожалению, в самом начале эксперимента случился неожиданный шторм, и часть микроорганизмов была подхвачена атмосферными течениями и попала на сушу. Ученые убедили общественность, что опасности нет, так как микроорганизмы запрограммированы на определенное количество делений. Исследования на большом пластиковом пятне показали их высокую эффективность. В связи с происшествием будет сделана корректировка в сторону уменьшения количества делений. Также стало известно, что в рамках борьбы с глобальным потеплением в тандеме с микроорганизмами, разлагающими пластик, были опробованы цианобактерии, поглощающие углекислый газ. Синергетический эффект, по заявлениям ученых, от этого союза потрясающий. Готовится доклад для мировой общественности.

Далее началась другая новость.

– Ну вот, из всего я понял, что скоро можно будет ставить брагу на пластике, – усмехнулся Андрей. – И перегонять не придется, на выходе только спирт и углекислый газ.

– Кому что, – цыкнула Наталья.

– А вот если до нас доберется эта беда, вы в городе останетесь? – поинтересовался Дмитрий.

– А куда ехать? – спросил друг.

– Я бы в деревню сразу смылся, – ответил Дмитрий.

– Как бы ты смылся, если до нее еще доехать надо, а у тебя бортовая электроника и изоляция переваривается в желудке инфузории-туфельки?

– Опасно в городе оставаться, когда паника начнется, – решил Дмитрий. – Деревня в этом плане спокойнее. Тем более наша далеко от города, туда точно никто не ломанется, да и за мать спокойнее будет. Сортир и так на дворе, вода в скважине, еда растет в огороде. А в городе придется биться за каждую каплю воды, за каждый кусок еды, и, возможно, ты сам станешь им, если проиграешь.

– Дим, умерь свое воображение, – попросила Татьяна.

– Я чисто гипотетически. Проблема, конечно, будет дойти до деревни. Триста верст, и на себе ничего не унесешь. Надо будет купить старенькие «Жигули», там электроники мало. Бронепровода замотаю промасленной тканью, расширительный бачок заменю на железный, а всю остальную электрику просто отключу.

– Так, Дмитрий, я тебя предупреждаю, ни копейки из семейного бюджета не позволю на всякие глупости тратить, – серьезно стуча пальцем по столу, пригрозила супруга. – Он уже не первый раз поднимает эту тему со старой машиной. На рыбалку хотел, а теперь, смотри, решил под экологическую катастрофу выпросить. Что тебе не пьется в гостях по субботам?

– Танюш, замечательно пьется. Но если вдруг…

– Никаких вдруг. Мы же на море собрались в этом году, а ты хочешь разбазарить семейный бюджет.

– Понял. Забыли. Пьем. – Он снова налил по рюмке.

– А у нас нет такой деревни, – произнес Андрей. – Родители городские. Дачи и те забросили. Я все же думаю, что в случае какого-нибудь катаклизма в городе будет шанс прибиться к какой-нибудь группе людей, чтобы противостоять всяким грабителям, мародерам. В деревне с этим сложнее. Там на километры никого, раздолье для разбойников.

– Хватит уже, – теперь не сдержалась Наталья. – Что за темы для разговоров, мужики? Обычно мы портим вам ужин, а сегодня вы решили нас перещеголять.

– Неспокойно в мире. Надо быть готовыми ко всему, – ехидно ответил Андрей. – Ладно, забыли. Давайте расскажу вам, как я выбрался из той передряги почти без последствий, – предложил он.

Все согласились. Его рассказ растянулся на полчаса. Андрей умел украсить его такими моментами, что приходилось надрывать животы от смеха. У женщин закончилось вино. Пришлось достать им вишневую наливку с приятным миндальным послевкусием. К концу истории незаметно закончились роллы, а расходиться еще было рано. Татьяна позвонила в службу доставки грузинской кухни.

– Две такие доставки, и это будет равняться стоимости старых «Жигулей», – заметил супруг.

Под грузинские блюда Андрей достал имитацию коньяка, настойку самогона на дубовой щепе. По вкусу она совсем его не напоминала, но все равно была приятной. К тому же он сделал ее покрепче, что сработало как диджестив, убиравший тяжесть в желудке от предыдущей еды.

Татьяна отделила часть доставленного ужина в одну большую тарелку и позвала старшую дочь Петренко.

– Катюха, иди сюда.

– Чего вам? – явилась она со скучающим видом.

– Что, неинтересно тебе с малышней? – догадалась Татьяна.

– Норм, – ответила Катя.

– Возьми еду и покорми их.

– Ладно. – Она взяла тарелку. – А чего там творится в мире? Я сейчас ролик видела, как в Америке машины облезают и дома горят из-за замыканий. Какие-то микробы пластмассу жрут.

– А ну покажи, – попросил отец.

– Ща, желудков покормлю.

– А ты включи интернет на телевизоре, – предложила Наталья.

Андрей взял пульт и забил запрос. Тема оказалась обсуждаемой. Количество роликов с сюжетами о растаявших бамперах, ручках автомобилей, оголившейся проводке, размякших телевизорах, полах, стенах, розетках, выключателях, пластиковой таре в магазинах превышало сотни. Андрей включил первый попавшийся. Какой-то импульсивный американец показывал свой дом, покрытый жижей растаявшего сайдинга. Он громко комментировал, трогал пальцем, нюхал и, когда собрался войти в дом, раздался взрыв. К счастью, человек не пострадал, громко ругаясь, отбежал от развалин быстро догорающего дома, продолжая снимать.

– А почему дом взорвался? – не поняла Татьяна.

– Наверное, спиртовые пары собрались, а потом произошло замыкание, – предположил Дмитрий.

– Отсюда вывод, если у нас такое начнется, надо вырубать свет в доме, иначе взлетим на воздух, – посоветовал Андрей.

– Мы выключим, а соседи не подумают, и взлетим заодно, – мрачно предположила Наталья.

– Вот поэтому надо в деревню. Там и дома подальше стоят друг от друга и прочие удобства, – напомнил глава семьи Липняковых.

– Все, мужики, выключайте. Эти американцы сами себе геморрой нажили, и поделом. Лезут куда только можно, вот и получают в ответ всякие проблемы. Андрей, включи музыкальный канал, пусть негромко играет фоном, – попросила супруга.

Заиграла музыка. Полуголые девицы вульгарно отплясывали под примитивный мотив и еще более примитивный текст.

– Вот, совсем другое дело, – развеселилась Наталья. – Можно продолжать нормальный субботний вечер.

Больше в этот вечер тема далекой экологической катастрофы не затрагивалась. Мужики хорошенько набрались. Когда пришла пора расходиться по домам, они с трудом держались на ногах. Петренко вышли на улицу провожать гостей. Майская ночь пахла сыростью. Ветерок пронизывал одежду насквозь. Гостей скорее посадили в такси и вернулись домой.

Все воскресенье Андрей страдал от похмелья. Дочь бегала ему то за кефиром, то за безалкогольным пивом. Тема с микробами, пожирающими пластик, в этот день его совсем не интересовала. Ближе к вечеру Андрей налил ванну и откисал в ней не меньше часа. Водная процедура облегчила симптомы похмелья. Супруга крепилась, но все же не сдержалась.

– Тебе же завтра в такую даль ехать, а ты напился.

– Завтра буду в норме, – ответил Андрей, доставая из холодильника банку безалкогольного пива. – В первый раз, что ли?

– Как знаешь. – Наталья сполоснула термос, в который завтра собиралась налить чай в дорогу, и поставила его вверх ногами. – Завтра заварю тебе с чабрецом и душицей, чтобы здоровье поправить.

– Не люблю я с сеном. – Андрей сморщился.

– А мне не нужен больной муж на старости лет. Будешь пить с сеном и радоваться, – категорично заявила супруга.

– Заваривай, – согласился он.

Наталья вышла из кухни. Андрей взял пивной бокал и налил в него пиво. Выглянул из кухни, чтобы проверить, чем занимается жена. Она расставила на полу сушилку для лака и все оборудование для педикюра.

– Катерина, неси лак, будем ногти красить, – позвала она дочь.

– Бегу. – Старшая обожала подобные процедуры и мигом явилась с коллекцией лака.

Андрей включил телевизор на кухне, открыл холодильник, достал бутылку самогона и легким движением руки превратил безалкогольный напиток в алкогольный. По-быстрому убрал все на место и сел перед телевизором с видом человека, интересующегося новостями. После блока политических событий внутри страны показали репортаж с калифорнийских берегов. Седовласый мэр какого-то городка докладывал о последних событиях:

– Последствия вчерашнего происшествия успешно ликвидируются при помощи санитарных мер. Территория обеззараживается аэрозольными генераторами и поливальными машинами. Новые очаги распространения микроорганизма не выявлены, поэтому мы вправе рассчитывать на успех. В любом случае небольшое ЧП не должно никак повлиять на меры по улучшению экологической обстановки и уменьшению негативного влияния человека на природную среду.

Затем было прямое включение из города Санта-Барбара, наиболее пострадавшего от микроорганизма, питающегося пластиком. Андрей впервые услышал имя виновника трагедии именно в этот раз. Корреспондент назвал его Нэбутори, так его окрестили японцы в момент появления на их побережье. Репортаж показывал утро знаменитого городка, наполненного спецтранспортом, обеззараживающим территорию и дома. Улицы были полны изуродованных машин без бамперов, ручек, корпусов зеркал и даже колес.

– Ого, он что, и резину жрет! – громко удивился Андрей.

– Что там опять? – поинтересовалась жена из другой комнаты.

– Опять про микроба смотрю. Катастрофы не будет, люди потравили его в зачатке. Только твою любимую Санту-Барбару не успели спасти.

– Она мне никогда не нравилась, – ответила жена.

Корреспондент брал интервью у человека, ответственного за санитарную обработку территории. Прямо в момент интервью у них над головами раздался шум. Оператор успел поднять камеру вверх и заснять стремительно пикирующий авиалайнер с дымящимися двигателями. Он упал совсем рядом от места репортажа. Несколько машин и домов потонули в облаке огня. Оператор упал, и съемка прекратилась.

– Вот такие дела творятся на западном побережье Америки, – вышел из положения ведущий новостей. – Или нам что-то недоговаривают, или это трагическое совпадение. Разъяснить ситуацию в мире нам поможет профессор микробиологии института РАН Суджевский Аркадий Семенович. Добрый день, Аркадий Семенович, расскажите нам, что думает об этом российская наука.

– День добрый. Что она думает? Мы уверены, что зарубежные коллеги проводили эксперимент с большим пластиковым пятном в Тихом океане втайне от всех. Западная наука служит не только людям планеты, но в первую очередь она должна работать на прибыль и на статус страны. Американцы решились на смелый шаг. В случае удачи они могли поднять свой статус великой экологической державы на небывалую высоту. По тому, как мало освещалась тематика разработки микроорганизма, питающегося разнообразными полимерами, мы понимаем, что эта тема являлась стратегической и как ее торопились внедрить, что и привело к подобным результатам.

– Насколько это опасно для всего мира? Удастся ли обуздать аппетит Нэбутори?

– Я уже говорил, что не имею почти никаких сведений об этом микроорганизме. Одно могу сказать точно: американским ученым удалось создать всеядное существо. Мы тоже ведем эксперименты в этом направлении, но пока не добились таких успехов. Наш микроорганизм отлично перерабатывает полиэтилентерефталат, но пасует перед другими видами полимеров. Мы сейчас работаем над синтезом энзимов, помогающих расщеплять различные виды пластика. Перед нами стоят серьезные проблемы, и в первую очередь – насколько продукты переработки экологически менее вредные, чем сам пластик. Полимеры, как правило, инертны в экологической среде, а продукты расщепления могут оказаться активно ядовитыми. Это не так страшно, если строить закрытые мусоросборники для пластика, но во внешней среде, как мы наблюдаем в Америке и Японии, это приводит к печальным последствиям.

– Как насчет ограниченного количества делений микроорганизма? – спросил ведущий.

– Вы понимаете, что лабораторные опыты и опыты на природе с миллиардами вариаций, это совсем разные понятия. То, что хорошо выглядело в стенах лаборатории в идеальных условиях, может оказаться совсем не таким в естественной среде. Мутации обязательно будут. Любой микроорганизм пластичен в подстраивании под внешние условия. Я не хочу нагнетать, но обойти блокировку ограничения количества делений ему под силу.

– Американцы и японцы бодро рапортуют, что им удалось локализовать катастрофу в зачатке. Вы согласны с этим?

– А что им остается? Только представьте, какой имиджевый урон они нанесли себе. А этот самолет, упавший на наших глазах, говорит о том, что не все так, как они рассказывают. Я очень надеюсь, что им все же удастся победить собственного монстра до того, как он перекинется на другие континенты.

– Что необходимо предпринять властям нашей страны, чтобы не допустить попадания Нэбутори в Россию?

– Карантин. Санитарная обработка транспорта, людей, грузов, всего, что прибывает из потенциально опасной зоны.

– А как же ветер, он не проходит таможню?

– Хоть я и ученый, но тут приходиться уповать на Бога. Санитарным службам и войскам РХБЗ надо быть наготове. Убежден, нам ничего не грозит, но лучше быть готовым к любым последствиям.

– И еще немного о втором микроорганизме, который остался в тени Нэбутори, это искусственная цианобактерия, активно поглощающая углекислый газ из воздуха. Ее использовали вместе с пожирателем пластика, выделяющим углекислый газ. Ей тоже дали имя, но оно почти не на слуху, Энлиль. Как вы думаете, у этого микроорганизма есть своя обратная сторона медали?

– Нет. Объясню почему. В мире выделяется столько углекислого газа, что проблема его полного исчезновения нам не грозит. В первую очередь его источником являются вулканы. Мы вошли в эпоху тектонической активности. По миру одновременно извергаются десятки вулканов, выделяющих кубические километры углекислого газа. Эпоха двигателей внутреннего сгорания не закончилась, чадят угольные электростанции, работают мартены, горят леса. Я не вижу предпосылок бояться этого искусственного монстра. Если температура по планете упадет на пару градусов благодаря ему, то это благотворно скажется на общей экологической обстановке. У нас в стране некоторые природные зоны по гидротермическому коэффициенту уже входят в зону опустынивания. Будет замечательно, если там снова начнутся дожди.

– Как говорится, нет худа без добра. Кому вершки, а кому и корешки. Пусть всем жителям планеты в подарок достанется хорошая погода и только некоторым то, что мы видели в предыдущем репортаже, – цитируя пословицы и поговорки, закончил интервью ведущий.

– Не пытайтесь в одиночку нажиться на том, что принадлежит всем, и тогда не получите ужасных последствий, – успел добавить ученый.

Андрею от «коктейля» здорово полегчало. Он допил пиво и взял в руки телефон, чтобы позвонить другу, справиться о его здоровье и узнать, смотрел ли тот новости. Наталья на пятках зашла в кухню, у нее между пальцами были вставлены пластиковые подушечки, не позволяющие им соприкасаться, и подозрительно принюхалась.

– Безалкогольное? – спросила она.

– Ноль из ноля. Ученый выступал, сказал, американцы сами себя перехитрили с этим микробом. Хотели нажиться, но нажили только проблем. В твоей Санта-Барбаре прямо во время репортажа рухнул самолет. Похоже, микробы добрались и до его пластика.

– Да не моя она. Никогда не любила этот сериал. А что, до нас доберется?

– Ученый сказал, если санобработку будут проходить на таможне и люди, и грузы, то бояться нечего. А вот если ветром задует, то тут надо быть готовым ко всему.

– До нас не додует. – Наталья взяла бокал и налила воды из кувшина с фильтром. – Блин, а кувшин тоже пластиковый.

– Не переживай, если вода пропадет, то тебя мало будет интересовать, фильтрованная она или нет. Ты станешь пить даже из лужи, чтобы не умереть от жажды.

– И только ты будешь продолжать пить из бутылки, – поддела супруга, обнюхивая бокал.

– Только по субботам. Я думаю, у меня в породе были евреи, поэтому я с таким трепетом отношусь к шаббату.

– Был бы генетическим евреем, работал бы стоматологом или ювелиром, а не водителем.

– Я только по субботам еврей, по воскресеньям русский, а с понедельника по пятницу цыган. Бричка, дорога, песни с утра до вечера.

Наталья рассмеялась и снова вернулась к дочери, наносить следующий слой лака. Андрей набрал Дмитрию. Тот тоже весь день пролежал на диване, выпил таблетку от головной боли, но к вечеру уговорил Татьяну сходить в магазин и купить ему холодного пивка. Поговорили насчет экологической обстановки в мире, но сошлись, что ничего страшного не произойдет. Люди смогут найти выход из проблемы.