Причерноморская Русь

Прежде всего надо определиться с объектом исследования – есть ли основания. Некоторые авторы категорически отрицают какие-либо Русии, кроме т.н. Киевской. Поэтому сначала покажем факты, позволяющие уверенно говорить о наличии другой Руси, в частности, действовавшей в акватории Черного и Каспийского морей. Во-первых, нападение на Византию в 860 г. Археологические изыскания киевских предместий показали, что даже к концу IX в. никакого Киева на Днепре еще НЕ БЫЛО. Археолог М.К. Каргер (К вопросу о Киеве VII-IX вв. Выпуск 6. КСИИМК) писал: “Археологическими раскопками на территории Владимирова города было с несомненностью доказан … факт существования на территории Киева нескольких самостоятельных поселений, лишь позже (по-видимому, в конце Х в.) слившихся в один большой город.” Академик РАН археолог Н.А. Макаров («Исторические свидетельства и археологические реалии: в поисках соответствий») пишет: «… мы не видим археологических памятников этого времени, которые могли бы выступать как места сосредоточения значительной военной силы, как административные центры, располагавшие ресурсами для организации грандиозных походов на Византию. Скромные размеры поселений, бедный набор оружия, отсутствие погребений военизированной знати …». Украинский археолог А.В. Комар (Киев и Правобережное Поднепровье) утверждает, что “книжная легенда об особом полянском княжестве в Среднем Поднепровье с центром в Киеве сегодня не подтверждается археологией. … наблюдаем три небольших неукреплённых поселения культуры Луки-Райковецкой на соседних выступах Киевского плато: Старокиевском, Детинке и Кудрявце, окружённые рвами позднее (уже в Х в.), а также городище на Замковой горе, называвшееся летописью в контексте событий Х в. именно градъ Кыевъ.” Как показывают данные кладов куфических монет, участок Днепра ниже Чернигова не принимает никакого участия в международной торговле. Т.е. применительно к Киеву периода VIII-IX вв. археология не заметила ни величия, ни оружия, ни кладов. Во-вторых, не надо забывать, что морские походы русов на Каспий были зафиксированы европейскими и арабскими хроникерами еще в IX в. Из какой Руси они были совершены? Морской набег на Абаскун ок. 880 г. не мог быть осуществлен из Киева, потому о нем летописец и не знал. В-третьих, договор 911 г. Византия заключала с Русью, имеющей не только выход в Черное море, но и представлявшей весомую роль на этом море. Арабский историк аль-Масуди называет Черное море «морем русов», где «они (русы) обосновались на одном из его берегов». А киевляне, согласно летописи, не имеют еще выхода к морю – мешают уличи и печенеги.

Значит была какая-то другая Русь, не отраженная в официальной истории страны. Следовательно, есть все основания для исследований.

В разных источниках фигурируют Азово-Причерноморская или просто Причерноморская, а также Прикаспийская Руси.

Особенно интригует Прикаспийская Русь. Анализ работ, посвященных русам в Каспийском море, показал, что данный термин основывается только на пребывании русов на островах Каспия, «которые находились лишь в нескольких милях от нефтеносной [области]». Это пребывание было как краткосрочным (на время набега), так и многомесячным – зимовка. Вот только все походы на Каспий пролегали через Дон и Волгу. Вывод: морские походы русов на Каспий в рассматриваемый исторический период с длительным пребыванием (зимовкой) на море некоторые исследователи ложно назвали Прикаспийской Русью. Поэтому в нашем рассмотрении такой Руси не будет.

Прежде, чем заниматься исследованиями, выражу свое отношение к разным терминам Руси. На мой взгляд, другие Русии могли располагаться на крупных реках, имеющих выход в море, в частности, Черное. К таким рекам относятся Дунай, Днестр, Днепр, Кубань и Дон. Учитывая тот факт, что арабские авторы Меотиду считали устьем Дона, то имеем все основания относить Дон к указанной совокупности рек. Вся история Руси показывает, что она всегда боролась за выход в Черное море и его удержание. Тогда Русь, расположенную на любой из этих рек, можно считать Причерноморской, отличие будет только в локации самих русов. Следовательно, определяющим фактором может выступать только эта локация – условно дунайская, днестровская, днепровская, кубанская или донская. Полагаю, что в таком подходе не будет принципиальной ошибки, т.к. более широкое понятие – Причерноморская Русь (с различными локациями русов) позволяет рассматривать вопрос более объективно не только территориально, но и в хронологии существования.

Где могла быть первая локация русов в Причерноморье?

Одни исследователи видят локацию русов на Дунае в границах Болгарии. Основанием для этого им служат названия болгарских городов типа Киев-Киевец, Новград и др., а также «Список русских городов дальних и ближних». Дунайский Киев, согласно М.Н. Тихомирову (Русское летописание), ссылающегося на болгарского исследователя Р. Стойкова, действительно существовал вплоть до XV в. Но топоним «кий» имеется не только в Болгарии, но и в Польше, Литве, Моравии, Венгрии. Значит этот топоним связан как-то с природным фактором. В словаре В.И. Даля XIX века написано, что «кий – палка, трость, посох, жезл; костыль, комлястая палка, дубина, палица; кием глушат рыбу подо льдом, бьют глиняную печь и пр.». Т.е. такие топонимы формируются в местах переправ. Например, саму переправу с древних времен называли киюванием. В работе Пигулевской И.С (История, мифы и боги древних славян) дается интересное сообщение: «Греческий скипетр первоначально был просто палкой, дорожным посохом. А кий – первоначально такая же палка. Если же кий считался посохом, символизирующим власть, то вот еще одно объяснение названия поселения: это место, где находятся символы власти в племени.» Так что большое количество одинаковых названий в разных местах Европы не означает присутствия здесь русов. Более вероятно – славян. Но русы и славяне – разные этносы. Относительно списка Киприана можно отметить, что список составлен в период его борьбы за митрополию Москвы – четкая целенаправленность списка. Следует отметить позднюю датировку этого списка – XIV век. И главное, патриарх Фотий указывает на значительную отдаленность локации нападавших: “нападали оттуда, откуда [мы] отделены столькими землями и племенными владениями, судоходными реками и морями без пристаней”. Это не Дунай, который рядом. К тому же какая-никакая база имперского флота была в Исакче. Поэтому дунайская локация отпадает.

Другие исследователи склоняются к тому, что росы-русы были на Днестре. Основанием для этого им служит название пролива, через который Днестровский лиман соединяется с Черным морем – Цареградское гирло. Это узкий судоходный искусственно-углубленный пролив. До углубительных работ его глубина составляла 10 футов – 3м [13; 24]. Значит в самый сухой период, когда уровень вод в реках и озерах и даже в Каспии был на 3-4 м ниже современного, по Днестру было проблематично дойти до этого мелкого лимана. С моря суда с осадкой более 7-8 футов [2,1-2,4 м] не могли подняться по лиману к городу Аккерман (совр. Белгород-Днестровский) для разгрузки и стояли на якорях в море у пролива шириной всего 300 м, создавая естественную блокаду. Отклоняется.

Ряд исследователей считают, что локация русов была в низовьях Днепра. Низовья Днепра начинаются от современного г. Запорожье, где Днепр делится на два рукава и образует остров Хортица, и заканчиваются устьем. Ниже Хортицы река текла многими руслами по болотистой равнине, которую весной и во время летних паводков заливала вода. Прадельта Днепра со временем переместилась в широтном направлении и заняла свое современное положение. А на месте старой дельты оставалось несколько постепенно отмирающих рукавов. Один из таких рукавов (с названием Герр – γέρρον, γέρρα, γέρρος, по-древнегречески означает “плетенка”, “переплетение”, “сплетение”) отделял западную часть Кинбурнского полуострова с Кинбурнской и Тендровской косами от основной материковой части. Это подтверждается исследованиями [14]. Он отделялся от нижнего течения Днепра примерно в месте впадения р. Ингулец и впадал в Каркинитский залив в районе совр. г. Садовска. В то время сток рукава Герр был более существенным, судя по вытянутой с севера на юг полосе подов и многочисленных озер. До сих пор в Каланчакский лиман Каркинитского залива впадает р. Каланчак – рудимент днепровского рукава Герр. В низовьях Днепра были сосредоточены запасы металлосодержащих песков – выносов Днепра из рудных районов. Из таких гематитомагнетитовых песков выплавлялись лучшие сорта железа. На берегу современного Егорлыцкого залива существовало довольно крупное ремесленно-производственное поселение с развитым железоделательным, стеклоделательным и другими ремеслами. Вот только не найдено здесь ни одного клада (ни монетного, ни вещевого) в интервале VIII-X веков. И это после слов Фотия о народе – “взошедший на вершину блеска и богатства”! Такая ситуация с кладами подвергает сомнению и недоверию возможность локации здесь росов.

Относительно локации на Кубани. Проблема существования вблизи пролива Боспор Киммерийский Приазовской (Тмутараканской) Руси существует в исторической науке давно. Например, А.В. Гадло (Предыстория Приазовской Руси. Очерки истории русского княжения на Северном Кавказе), под Приазовской Русью понимает только “южное Приазовье – Тмутороканское княжество”. Однако данное княжество образовалось только во второй половине Х в. Как отметил А.С. Королев [9]: “исходя из отрицания присутствия русов в Приазовье и Крыму ранее второй половине X в., невозможно объяснить сообщение ал-Мас‘уди (ум. 956 г.) о том, что море Найтас (Черное море) – это «Русское море, никто кроме (Русов) не плавает по нему, и они живут на одном из его берегов» [11, с. 130]. Кроме того, в русско-византийском договоре 944 г. есть статья «О Корсунской стране», обязывающая русов мешать набегам на Херсон черных болгар, появляющихся со стороны степей [7, с. 25]. Для выполнения этого обязательства русы должны были находиться где-то недалеко от Корсунской страны – в Крыму, на восточных или северных берегах Азовского моря. … Выходит, Приазовская Русь существовала, но русы эти не были славянами.” Один из рукавов Кубани выходил в Черное море до XIX в. [1]: “Современный Кизилташский лиман представляет собой затопленное устье одного из рукавов Кубани, когда-то впадавшего в Черное море”. Это черноморское русло – река Старая Кубань – было основным, по которому осуществлялся речной сток р. Кубань через Кизилташский лиман в Черное море [27]: “Расчистка в конце XVIII в. русла р. Переволоки, соединявшей р. Кубань с Ахтанизовским лиманом, вызвала перераспределение стока в сторону Азовского моря, сопровождавшееся постепенным отмиранием старого черноморского русла и формированием современной Темрюкской дельты. За прошедшие немногим более 200 лет новообразовавшаяся дельта продвигалась в среднем со скоростью около 5-6 км в столетие”. О.Н. Трубачев [29] писал, что “страна древних русов располагалась в кубанских плавнях”. Археология свидетельствует о плотной застройке правобережья Кубани, хорошем развитии в регионе скотоводства, металлургии и гончарного ремесла. Западные климаты Хазарии (Таманский п-ов) были наиболее богатым районом каганата. Именно здесь проходил западный участок «великого шелкового пути». На Тамани была нефть, необходимая Византии для “греческого огня”. Именно здесь упоминается Идриси (1100–1165 гг.) город Русийа. Он писал: «От города Матраха до города Русийа двадцать семь миль… [Город] ар-Русийа [стоит] на большой реке, текущей к нему с горы Кукайа...». Матраха – это Таматарха. Византийская миля в Х в. составляла 1574 м (римская -1480 м). В 27 милях (примерно 40 км) от Таматархи – Кизилташский лиман, в который ранее впадала Кубань, текущая с предгорий Эльбруса. Возможно, город Русийа сейчас лежит под водой лимана, но эта точка была бы отличной локацией флота русов. Тем не менее, эта локация не отвечает сообщениям арабских авторов о том, что русы везут от славян меха и пр. товары. На Таманском п-ве в то время не было ни славян, ни мехов. Отклоняется.

О.Н. Трубачев [29] отмечал “феномен архаичной древнерусской гидронимии на Дону, в верхних двух третях его течения, как бы на подступах к Приазовью, бросается в глаза даже при первом взгляде. … Есть вероятие, что именно здесь начал шириться этноним Рус, Русь, почему говорят о Донской Руси. … Возьмем тот факт, что в достаточно своеобразном «Описании городов по северному берегу Дуная» четко названы Ruzzi, … в недвусмысленном контексте, по соседству с хазарами (Caziri), что как бы возвращает нас в Приазовье и Подонье. Примерно серединой того же века датируют известия о набегах с моря на Византию.” Археолог В.В. Седов [26] отмечал, что по Дону выше – в среднем и верхнем течении – обитали “неизвестные летописцу донские славяне”. Племенная принадлежность “донских славян” до сих пор неизвестна, поэтому везде они записаны в кавычках. “Донские славяне” неизвестны хроникам и выделяются лишь по археологическим свидетельствам – находкам особой археологической культуры – боршевской [23]. Хотя археологии соединили роменскую и боршевскую культуры в единую (роменско-боршевскую), между ними существуют отличия. Во-первых, в домостроительстве – полуземлянки боршевцев отапливались печами-каменками или печами, сделанными из камней и глины. Во-вторых, в погребальном обряде – часть боршевских курганов имеет более сложное устройство: внутри располагались деревянные погребальные камеры-домовины, вокруг которых устанавливались кольцевые оградки из деревянных столбиков. Эту культуру (бассейн Верхнего и Среднего Дона) некоторые археологи пытались связывать с вятичами и северянами. Но отношение “донских славян” к вятичам и северянам до сих пор остаётся неясным. Полагаю, что именно “неизвестные донские славяне” представляют собой народ – русы. По Дону русы могли спуститься к Меотиде, откуда выйти в Черное море, или выйти на переволоку Дон-Волга для движения в Каспийское море. Подтверждением донской локации может служить поход русов на Каспий уже после нападения на Византию. Сам факт прохода через территорию каганата говорит о том, что эти русы – в контакте с хазарами, действуют, как минимум, с молчаливого одобрения хазар.

Т. о., наиболее вероятной первой локацией русов в IX в. мог быть только Дон. В [20] более подробно рассмотрены различные версии появления этнонима русы-росы в истории, поэтому в данной работе будут приводиться только достоверные сообщения и версии автора.

Хроники о русах

IX

века.

Первым, достоверным, сообщением о русах в IX в., является сообщение Ибн Хордадбеха в работе «Книга путей и стран», датируемой двумя изданиями: 1) 232 г. х. (846-847 гг.) и 2) 272 г. х. (885- 886 гг.) [17]. «Если говорить о купцах ар-Рус, то это одна из разновидностей (джинс) славян. Они доставляют заячьи шкурки, шкурки черных лисиц и мечи из самых отдаленных [окраин страны] славян к Румийскому морю. Владетель (сахиб) ар-Рума взимает с них десятину (ушр). Если они отправляются по […] – реке славян, то проезжают мимо Хамлиджа, города хазар. Их владетель (сахиб) также взимает с них десятину. Затем они отправляются по морю Джурджан и высаживаются на любом берегу. Окружность этого моря 500 ф. Иногда они везут свои товары от Джурджана до Багдада на верблюдах. Переводчиками [для] них являются славянские слуги-евнухи (хадам). Они утверждают, что они христиане и платят подушную подать (джизью)