Атака из преисподней. Реальная звёздная экспансия

Глава 1

Солнце – всего лишь очень яркая булавочная головка в утыканной звёздами бархатистой черноте космоса.

Выпуклая линза поверхности планеты занимает большую часть стены-экрана. Серые дымчатые разводы атмосферных вихрей на жёлто-коричневом фоне перечёркнуты тенями от гигантских колец, а сами кольца совсем рядом; некоторые большие глыбы льда даже можно разглядеть. Прекрасно виден также сложный узор на поверхности ближайшего кольца – результат гравитационных взаимодействий между составляющими его частицами.

На обзорных экранах космической крепости «Норфолк» вот уже четверть века отображались лишь окрестности газового гиганта под названием Сатурн. Впрочем, с таким же успехом на месте Сатурна могла бы находиться и какая-то другая планета, входящая, например, в систему звезды из другой галактики. Владелец крепости одним желанием перемещал своё убежище в любой из уголков виртуального мира под названием «Paradise University», поскольку владел примерно сорока процентами акций этой вселенной. Первые сто с небольшим лет он так и делал, но, заметив, что перестаёт обращать внимание на окружающие виртуальные красоты, «бросил якорь» на орбите шестой планеты Солнечной системы. Здесь было ничуть не хуже, чем где-то ещё. Всё когда-нибудь приедается. Особенно, если ты недавно отпраздновал своё двести тридцати семи летие, и собираешься жить вечно. Сэр Ричард Корби изначально запланировал для себя личное бессмертие. И его план воплотился в реальность.

Вечное существование виртуальной вселенной казалось Ричарду непреложной константой.

Бренные останки оригинального сэра Корби покоились в семейном склепе одного из самых роскошных кладбищ города Окленд, в Новой Зеландии. Как ни пытался тот, первый Ричард продлить свой земной путь с помощью чудес медицины и доступных ему донорских органов и имплантатов, прожил он всего сто семь лет, зато перед смертью успел снять копию своего сознания, завещав своему последующему «я» всё своё немалое состояние. То есть, строго говоря, Ричард Корби, сидящий сейчас перед виртуальным камином своего виртуального космического замка, существовал в таком виде «всего» сто тридцать лет. Но, разумеется, воспоминания и ощущения он сохранил о всех двухстах тридцати семи.

Звёздный замок Ричарда при взгляде со стороны больше всего напоминал чёрного морского ежа, подвешенного в пустоте и ощетинившегося сотнями блестящих иголок. Виртуальная крепость, как, впрочем, и вся виртуальная вселенная не подчинялись законам всемирного тяготения, да и в принципе законы физики здесь соблюдались весьма условно, поэтому сторонний наблюдатель мог бы удивиться многим несуразностям в конструкции «Норфолка». Пылающий камин в рабочем кабинете Ричарда был далеко не самой примечательной из них.

Интерьеры замка отчасти повторяли интерьеры его резиденции в Окленде; также Ричард сохранил виртуальные копии множества близких его сердцу вещей. Деревянные балки из ореха украшали стены и потолок, а в простенках, драпированных бархатистыми полотнищами цвета экрю, висели прекрасные образцы именного холодного и огнестрельного оружия, принадлежавшего его великим предкам.

Слабый запах горящего можжевельника, исходящий из камина, пропитывал «воздух» рабочего кабинета. Сам сэр Корби, переодевшийся к ужину, в глубокой задумчивости глядел на огонь, погрузившись всем телом в глубокое кожаное кресло. Длинные пальцы его левой руки легонько сжимали ножку тонкостенного бокала, наполненного рубинового цвета вином. Ричард с удивлением прислушивался к своим чувствам. Впервые за последние, по крайней мере, тридцать лет он испытывал нетерпение в ожидании прибытия гостя. Судя по предварительной информации разговор намечался крайне интересный.

Слабое «Динь!» предварило появление в кабинете мажордома. Его высокая фигура в белом фраке возникла на фоне колец Сатурна.

– Мистер Купер в приёмной, сэр.

– Впустите, Бентон, – кивком головы Ричард подтвердил допуск постороннего в кабинет.

Мажордом распахнул двери, и в помещение просочился высокий шатен в чёрном плаще, – Джеймс Купер, давний осведомитель сэра Корби, вращающийся в высшем эшелоне объединённых спецслужб западной коалиции.

– Добрый день, сэр!

Данная фраза давно закрепилась в качестве универсального приветствия, поскольку время суток в виртуальной вселенной, разумеется, было понятием весьма условным.

– Добрый день, Джеймс.

– Рад видеть вас в добром здравии, мистер Корби. Как поживаете?

– Давай без этого, Джеймс. Выкладывай, что у тебя.

И Купер начал свой доклад. Рассказ его не блистал вычурными фразами, он был просто сухой выжимкой фактов, полученных разведывательными службами коалиции.

Противостояния между государствами на планете Земля ушли в далёкое прошлое, но подозрительность к друг другу никуда не исчезла. Целые отделы при военных министерствах продолжали мониторить облачные сети в поисках фактов, доказывающих нарушения международных договоров. Этим и ограничивались, поскольку старые добрые методы, такие, как внедрение агентов и подкуп должностных лиц в современном высокотехнологичном мире стали невозможны. Практически все люди Земли ещё в детстве проходили процедуру инвазии наноботами и являлись, по сути, легко отслеживаемыми приёмопередатчиками.

Извне информационные пространства крупных технологических зон были доступны лишь в некоторой степени, и отслеживать то, что государства старались скрыть друг от друга удавалось с огромным трудом. По сути, на текущий момент у разведчиков оставались всего три надёжных способа получения информации. А именно: спутниковая разведка, изучение видеоряда с камер наружного наблюдения, просмотр записей, выкладываемых в общественную сеть, а также оценка интенсивности обмена данными между отдельными серверами.

Осведомитель долго перечислял приобщённые к докладу факты, не связанные друг с другом на первый взгляд, и по отдельности не имеющие никакой ценности.

– Не томи, Джеймс, – прервал его, наконец, Ричард, – переходи к делу!

Купер всё же выдержал паузу, стараясь, видимо, подчеркнуть ценность информации.

– Тем не менее, даже на основании таких косвенных свидетельств сотрудники разведки пришли к выводу, что в антагонистических кластерах прямо сейчас происходит нечто невероятно важное.

– Пока не вижу ничего выдающегося, – недовольным голосом произнёс сэр Корби. Он, конечно, знал, что его осведомитель вот так, беспричинно, никогда не запросит срочную аудиенцию, но пока не понимал суть дела.

– Шесть месяцев назад наша разведка зафиксировала многократно возросший траффик зашифрованной информации между китайским и русским технологическими кластерами. Тогда же резко увеличилось количество запусков к космическим станциям в точках либрации L4 и L51. Уже само по себе нашим специалистам это показалось подозрительным. А на прошлой неделе мы зафиксировали ничем не объяснимое практически одномоментное выпадение из информационного пространства двухсот тысяч человек. Двухсот тысяч, привязанных к российским дата-центрам. Как вы понимаете, это беспрецедентный случай в современных условиях. Спутниковая разведка, на следующий же день произведённая над территорией России, обнаружила сорок два военных тренировочных центра, плотно экранированных от любого электромагнитного излучения. Эти объекты прикрыты системами радиоэлектронной защиты и равномерно рассредоточены в границах страны от Москвы до Владивостока. Естественным было бы предположить, что все двести тысяч «пропавших» перемещены в эти центры и проходят там в данный момент некое обучение.

Это было уже кое-что. Ричард даже подался вперёд, оторвав спину от кресла.

– Наблюдалась ли в Китае «пропажа» большого количества индивидуумов, привязанных к информационному полю, подобная той, что случилась в России? – быстро спросил он.

– Нет, сэр Корби. Но, исходя из прогноза, выданного аналитической службой, данное событие должно обязательно произойти не позже чем через несколько месяцев. Для нас не было сюрпризом обнаружение на территории Китая семидесяти пяти аналогично оборудованных тренировочных центров.

– М-да… Ладно, Купер. Я не люблю разгадывать ребусы. Выкладывайте выводы экспертов.

Осведомитель шаркнул ножкой и слегка поклонился.

– Наши аналитики начали поиск вероятных причин возрастания непонятной для нас активности России и Китая. Отмотав записи наблюдений к началу текущего года, мы начали проверять всё подряд. Отсеяв малозначимые события, мы обнаружили один примечательный факт. Шесть месяцев назад орбитальные антенные поля Земли приняли сигнал, пришедший из района космоса, известного, как Cetus (Созвездие Кита), а точнее, из системы Tau Ceti (Тау Кита). Сообщение по формату не отличалось от массивов данных, получаемых от исследовательских миссий, совместно организуемых двумя этими странами для отправки в ближайшие звёздные системы. Как и все предыдущие, это сообщение было закодировано так, чтобы исключить возможность расшифровки. Но, в отличие от прошлых случаев, Россия и Китай не выложили результаты исследований в открытый доступ спустя некоторое время. На неоднократные запросы наших учёных в официальные органы двух стран каждый раз приходит ответ, что обработка данных ещё не завершена. Такая ситуация длится, как вы понимаете, уже несколько месяцев, и не может не вызывать возмущения. Звезда, с которой пришёл сигнал, не считается особо перспективной в плане обнаружения возле неё планет, обладающих какой-либо биосферой, поэтому особых сенсаций никто не ждал. Но в то же время тот факт, что некая информация, полученная нашими антагонистами, придерживается к выкладке в общепланетный доступ, а также с учётом вышеизложенных мною событий, происходящих на территориях России и Китая, наши аналитики пришли к выводу, что непонятная активность двух стран вызвана тем, что в системе Тау Кита обнаружена пригодная для колонизации экзопланета. И обе страны в срочном порядке готовят миссии по созданию на ней своих плацдармов.

Сэр Корби снова откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Информация, принесённая Купером была, несомненно, интересна. И своё вознаграждение он заслужил. Но что делать с этой информацией Ричард пока себе не представлял. Лишь глухое раздражение бурлило где-то внутри его электронного мозга. Он всегда считал себя и себе подобных воротил теневыми правителями вселенной, а теперь ему весьма доходчиво объяснили, что по части освоения мира реального Россия и Китай обошли их уже не на голову, а, как минимум, на корпус.

Пул космических агентств западной коалиции предпринимал попытки отправки межзвёздных зондов-разведчиков параллельно с русско-китайскими зондами. Всего к концу двадцать второго столетия было произведено пять запусков. Два корабля, достигшие цели, лишь подтвердили данные, полученные от зондов России и Китая. Три миссии пропали без вести. Не в последнюю очередь вследствие этого, дорогостоящая программа межзвёздных запусков западными странами была свёрнута, и полномочия по исследованию дальнего космоса негласно были делегированы русским и китайцам. Космическая верфь, расположенная в точке либрации L22, на данный момент находилась в законсервированном состоянии, все работы на ней были приостановлены.

– Что наши правительства решили в итоге? – наконец, промолвил Ричард.

– О! Мистер Корби! Было бурное обсуждение. Решалось, будем ли мы противодействовать звёздной экспансии России и Китая, попытаемся ли присоединиться к ней на правах второстепенных партнёров, или останемся пассивными наблюдателями.

– И?

– Большинством голосов было принято решение занять выжидательную позицию, позицию сторонних наблюдателей. Текущий расклад устоялся, и всех устраивает тот баланс, что сложился в мире. Все беспокоятся только о том, чтобы лишние телодвижения не принесли новых забот.

***

После визита осведомителя сэр Корби планировал связаться со своим деловым партнёром, Томасом Морроу, который, как и сэр Корби, владел огромной долей акций «Paradise University». Но мысли Ричарда всё время возвращались к разговору. Он выглядел спокойным и слегка отрешённым. Но, на самом деле, то чувство раздражения, возникшее ещё во время доклада Купера мало-помалу овладевало им и превращалось в злость. «Русские»! «Китайцы!». При частом повторении этих слов, кажется, волосы на его загривке вставали дыбом. Это чувство глубокой неприязни унаследовано от далёких предков, и виртуальная сущность сэра Корби с удивлением и удовольствием предавалась ему.

Снова «Динь!», и снова в кабинете мажордом.

– Ужин подан, сэр! – слегка поклонившись, произнёс он.

– Иду, иду, Бентон. – Ричард со вздохом приподнялся из кресла и поставил бокал на журнальный столик. – Сегодня после ужина не пропадайте, пожалуйста, у меня будет для вас небольшое поручение.

– Как скажете, сэр. Вечером какие-то изменения предвидятся?

Мажордом всего лишь поинтересовался планами на ежедневные «плотские» утехи своего господина. Для них в замке отведён целый этаж.

– Номер два и номер семь оставьте. Всех остальных необходимо поменять. И пусть девушки ждут меня в красной комнате.

– Да, конечно, сэр.

Ричард переместился в гостиную, где обычно сервировался стол. Он рассеянно следил за ловкими движениями двух мальчиков-мулатов, подливающих вино и меняющих блюда. Естественно, без всего этого можно было обойтись. В его текущем состоянии нет необходимости в таких вещах, как пища, вода, воздух, и, тем более, женщины. Но Ричард привык жить роскошно пока был живым, и свою «загробную» жизнь он обставил с той же роскошью. Тем более, что даже виртуальная роскошь была баснословно дорога. Но деньги для того и существуют, чтобы их тратить, а сэр Корби многое мог себе позволить. Пожелай он вдруг «вернуться» в реальный мир, он бы сделал это молниеносно. Ни для кого не секрет, что многие события в мире реальном и так происходят не без его невидимого участия.

Выращивание человеческих клонов во всех странах мира уже сто лет как запрещено международным законодательством, но Ричард при желании мог бы обойти любые законы, тем более те, которые, возникли, как он считал, по недоразумению.

После ужина, лишь только стюарды-мулаты исчезли вместе с посудой, мажордом появился вновь, держа в руках старомодный планшет, заправленный бумажными листами. И ручку.

– Внимательно слушаю ваши распоряжения, сэр!

– Не утруждайте себя записями, Бентон. Вот вам распечатка со списком лиц, которых я желал бы видеть у себя в ближайшие дни. Обзвоните всех, определите с ними удобное время для визита, и приглашайте затем согласно расписанию. Эту неделю я объявляю приёмной.

Мажордом, выпучив глаза, таращился в невесомый свиток, изготовленный из тончайшей бумаги. Он не мог припомнить времён, когда в замке принимали столь высокопоставленных особ. В списке, кроме юристов и поверенных делами сэра Корби значилась дюжина фамилий, не сходящих с передовиц новостных порталов. Ричард прекрасно знал, кто может поучаствовать в задуманном им предприятии по активному противодействию российско-китайской космической экспансии.

– И вот ещё что, Бентон. Распорядитесь с завтрашнего дня переключить защиту крепости в пассивный режим. Негоже встречать дорогих гостей огнём. Для прибывающих кораблей необходимо сформировать уютный причал. Для тех, кто пожелает просто переместиться в наш замок, откройте портал в приёмной…

***

Эзра Шиф этим вечером был пьян. Причин хорошенько набраться у него было две. Во-первых, он решил «отпраздновать» месяц отсутствия каких-либо заказов. Бизнес его и так дышал на ладан, принося жалкие крохи, но такого провала в делах не было никогда. Во-вторых, вчера от него ушла жена, Сара. Она не выдержала перманентных скандалов из-за незапланированных трат. Не то чтобы Эзра серьёзно горевал по этому пустячному поводу, но и не обмыть такое событие ему показалось неправильным.

Поэтому он сидел сейчас за столиком забегаловки «Vecchia barca», потягивая через соломинку свой любимый коктейль.

Дальняя стена заведения – объёмный интерактивный экран. Каждый день этот экран зазывал посетителей бара в знаковые местечки Италии. Сегодня, например, можно было не напрягаясь войти в иллюзию и погулять по солнечной набережной Неаполя. Но Эзра специально отсел от экрана подальше, к настоящему окну. Плохому настроению солнце противопоказано; серым мыслям вполне созвучна серая дождливая реальность города-муравейника.

Одинарное запотевшее стекло почти не заглушало шум вечернего Бангкока. А уж сияние реклам и подавно. Вечно суетящийся город, казалось, не был подвластен разрушительному действию Мирового энергетического кризиса.

За соседними столиками, сдвинув их вместе, сидела стайка фриков-шилдеров. Эзра часто видел их здесь, поэтому сейчас он даже подмигнул одной из знакомых на лицо девиц, как и прочие, упакованной в алюминиевую фольгу. Девушка кокетливо улыбнулась ему в ответ, но тут же отвернулась и потупилась, одёрнутая соседом. Её сосед – бородатый силач в остроконечном блестящем шлеме, косо сидящем на голове, с укором покачал головой. Как в любой секте, у шилдеров соблюдалась строгая дисциплина, и духовный лидер внимательно отслеживал любые нежелательные поползновения в сторону своей паствы.

Шилдеры наивно полагали, что фольга может защитить их от всепроникающего излучения, которое формирует всепланетное информационное поле, поэтому вся стайка сверкала подобно новогодним игрушкам. Впрочем, следовало отметить, что девушки оборачивали свои фигуры не без некоторого изящества.

На столе у шилдеров, кроме коктейлей и лёгких закусок стояла герметичная ёмкость с веселящим газом, выполненная в виде кальяна. Сектанты по очереди вдыхали газ, передавая по кругу гибкую трубку с блокирующим клапаном на конце. О гигиене, шилдеры, впрочем, не забывали, подключая к клапану одноразовые личные мундштуки.

Кроме сектантов в помещении бара находилась ещё парочка молодых посетителей, увлечённо тискающих друг друга в уголке. Кто из них был мальчиком, кто девочкой, Эзра не мог разобрать. Вероятно, пара вообще была однополой. Ну и, конечно, здесь был бармен Джеронимо. Шиф резонно сомневается, что это настоящее имя. Уж очень оно не вязалось с чисто тайской внешностью бармена.

Все посетители вели себя до неприличия спокойно. Пьяных драк и прочих неординарных вещей сегодня, похоже, не предвиделось. Заскучавший Эзра откинулся на спинку стула, усиленно стараясь не думать о грустных перспективах на ближайшие дни. Он заказал еще один коктейль, и, сделав пару глотков, начал клевать носом. Ему грезилось, что он получил небывалый выигрыш в «Супер лотерею».

«Странно, – вяло думал Шиф во сне, – я ведь ни разу в жизни не покупал билеты.»

Сладкая дремота, впрочем, длилась недолго. Вышибала Бен, вызванный барменом, довольно грубо тряс его за плечо.

– Эй, дружище, тебе, похоже, хватит. Давай-ка я вызову такси и отправлю тебя домой?

Эзра прекрасно помнил, что на его счету после заказа последней выпивки осталась лишь пара кредитов, поэтому ему пришлось временно протрезветь.

– Бен, не вызывай такси ради всего святого, я уйду сейчас… уйду сам, пешком.

Он даже оторвал задницу от стула, демонстрируя порыв к движению на выход из бара.

– Как скажешь, – отвязался вышибала, – но не вздумай опять заснуть. Спать надо дома, в постели…

Когда Бен отошёл на несколько шагов, Шиф плюхнулся обратно на стул, решив сначала избавиться от некой досадной помехи. Он мотал головой, моргал и усердно двигал мышцами лица, пытаясь вытряхнуть из левого глаза длиннющую гусеницу, заползшую ему под веко как раз в то место, где обычно высвечивался текущий банковский счёт.

Мерзкая гусеница никак не пропадала, и постепенно до Эзры дошло, что это вовсе и не гусеница. Сначала он ущипнул себя за ухо, чтобы убедиться, что не спит. Потом закрыл глаза и попытался осознать величину цифры, которая необъяснимым образом оказалась на его счету.

– Сара, тупая ты дырка! – вдруг закричал он на весь зал. – Джеронимо, немедленно сооруди каждому из присутствующих по выпивке за мой счёт! На их выбор. Угости всех. Бен, дружище, где ты? Вызови мне такси.

Переслав щедрые чаевые на счета бармена и вышибалы, Эзра отправился домой. По дороге он с наслаждением погасил часть первоочередных долгов, светящихся ярким красным светом в его напоминалках. О том, откуда на его счету взялась баснословная сумма он решил подумать завтра.

Глава 2

Все звали его Эл, хотя на самом деле имя извозчика было намного длиннее. Действительно, длинное имя в его работе только мешало бы. Поди, выкрикни что-то сложнее, чем «ЭЛ!», когда твой рот забит дорожной пылью, а губы потрескались от жары.

Дилижанс, влекомый шестёркой серых усталых лошадок, тащится по дороге, которая когда-то гордо именовалась: «Вайомингское шоссе № 28». Шестнадцать пассажиров дилижанса, утомлённые однообразием дороги, один за другим убегают в сладкий мир грёз, где их, несомненно, ждёт огромное количество ледяной колы, фисташковое мороженое и прочие подобные прелести. Они могли это сделать, а вот Эл – нет. И даже не потому, что кому-то надо управлять лошадьми. Он просто физически не может подключиться к виртуальному миру. А всё благодаря набожности его родителей-мормонов, категорически запретивших делать ребёнку какие-либо прививки. Впрочем, Эл всегда лишь гордился этим. Поэтому, как всегда, заметив «отсутствие» пассажиров, он презрительно сплёвывает, и продолжает верной рукой направлять повозку, стараясь, чтобы колёса пореже проваливались в трещины и выбоины в древнем асфальте.

Эл одет нарочито по-ковбойски. Клетчатая рубаха, кожаный жилет, грубые джинсы. Остроносые сапоги, широкополая шляпа. Длинное скуластое лицо его обветрено и изборождено морщинами, светлые глаза зорко глядят из-под кустистых бровей. Возница знает свое дело. Раз он взялся вас довезти, то он довезёт, будьте спокойны. Даже если вы «в отключке» лежите в кабине дилижанса и вас не интересуют местные достопримечательности, коих в пути на самом деле не избыток.

Вот, кстати, одна из них.

За очередным поворотом, справа от дороги, открывается знакомый крутой склон скалистого отрога. Это только кажется, что он рядом. На самом деле путь до него займёт остаток дня. Зато потом начнётся длинный спуск в долину, и лошадям станет полегче. К вечеру должен подуть ветерок. Он прогонит духоту.

Завидев вдали перевал, лошадки слегка ускоряют ленивый бег.

Ближайшие два часа окружающий ландшафт практически не меняется. По обочинам дороги тянутся всё те же чахлые кустики. Склон за это время вырастает в размерах, но весьма незначительно.

Эл останавливает дилижанс, давая лошадям короткий отдых, поит каждую из ведра, наливая воду из бочки, притороченной к задней стенке повозки. Пассажиры даже не шевельнулись за это время. Нет чтоб выйти, размять ноги…

Извозчик присаживается на корточки в тени от дилижанса, достаёт из дорожной сумки дежурный сэндвич, жёсткий, как подошва, не торопясь скручивает крышечку с маленькой фляжки. Первый глоток – самый сладкий. Внимание его привлекает странное поведение лошадей. Чуткие животные вдруг начинают фыркать, «прясти» ушами, нервно переступать ногами на месте. Теперь и Эл чувствует странную дрожь земли, которая, видимо, стала причиной беспокойства его четвероногих друзей.

Серые фонтанчики небольших взрывов вдруг окутывают поверхность склона, светящегося под лучами солнца впереди. Вся гора теперь дрожит, окутанная пылью. Внезапный оползень сходит как раз в то место, по которому через несколько часов должен проехать дилижанс.

Грохот обвала докатывается чуть позже.

Местность меняется до неузнаваемости. Теперь в склоне зияют два отверстия. Как будто ноздри огромного великана, прилёгшего прямо на вершины Скалистых гор, и запрокинувшего во сне голову.

На этом представление не заканчивается.

Из одной из «ноздрей» поднимается сноп оранжевого пламени, затем в воздухе возникает длинное сигарообразное тело. Всего мгновенье оно висит неподвижно, затем с рёвом уходит ввысь, оставляя после себя дымную дугу.

Вторая «ноздря», по-видимому, хочет в точности повторить действие, произведённое первой «ноздрёй», но почему-то у неё это не получается. «Сигара», появившаяся из отверстия в горе, не следует за первой «сигарой», а резко накреняется и превращается в огромный огненный шар. И этот шар, рисуя в воздухе гигантский дымный штопор, несётся прямо на Эла.

За оставшиеся секунды извозчик успевает лишь перекреститься и поблагодарить бога за то, что его клиенты перейдут в мир иной, даже не заметив этого.

***

Для подавляющего большинства землян атака на китайскую космическую станцию прошла незамеченной. Те, кто в это время находился на ночной стороне земного шара, могли наблюдать только неяркую вспышку в звёздном небе. Настолько неяркую, что на неё не стоило и обращать внимания.