- -
- 100%
- +
– А в том, Роман Алексеевич, что сейчас распродают страну. Бывший Советский Союз. И вот это надо покупать. Чем быстрее, тем лучше. Ты слово «ваучер» знаешь?
– Кому они нужны? – рассмеялся Калугин.
– Так, Роман Алексеевич, думают все простые люди. А те, кто это придумал, именно на это и рассчитывают. Эти бумажки людям раздали бесплатно. Что с ними делать никто не знает. А тут такое предложение поменять на деньги. Почему бы и нет? Меняют. А фишка, Рома, здесь вот в чем,– если таких бумажек купить много, то потом на них можно отхватить приличный кусок. Этого куска хватит не только тебе, но и твоим детям и внукам.
– Борис Маркович, – пристально посмотрев на ювелира, спросил Роман. – А почему вы, с вашими возможностями, не скупаете эти бумаги?
– Откуда такие выводы, Рома? – удивился Бершицкий. – Как раз этим я и занимаюсь. Но никому об этом не говорю. Только тебе. Ты же мне как сын. Так что, господин Калугин, добро пожаловать в новые реалии! А то поглядите на него, собрался работу через газету искать! С твоим образованием, дисциплиной и способностями, надо быть впереди на белом коне!
– Спасибо за добрый совет, Маркович.
– Мне думается, что этих советов будет ещё немало, – ювелир свернул салфетку и аккуратно положил её на стол. – Завтра придешь ближе к вечеру, я дам тебе денег и скажу куда ехать и что покупать. Если все будешь делать правильно, капитал накопишь быстро. А там и бумажки начнешь скупать.
Мужчины уже встали из-за стола, чтобы уйти, но в этот момент к ним подошел невысокого роста полный мужчина.
– Добрый день! – вежливо и нарочито учтиво он поздоровался с Бершицким. – Борис, ты можешь уделить мне несколько минут? Очень важное дело.
– Конечно, Миша! Кстати, познакомься, – Маркович положил руку на плечо Романа. – Роман Алексеевич. Мой добрый друг и с сегодняшнего дня мой коллега по бизнесу.
– Михаил! Очень приятно! – мужчина протянул Роману руку. – Владелец этого кафе.
– Взаимно, – ответил Роман.
– Боря, пускай твой друг посидит здесь. Девочки принесут ему чай с десертом. А мы зайдем в мой кабинет. Тема не для посторонних ушей.
– Нет, Миша! – возразил Бершицкий. – Роман пойдет с нами. Он мой друг и скрывать от него нечего.
– Хорошо! – согласился Михаил.
Кабинет директора скорее был похож на склад. Коробки с посудой, какое-то старое кухонное оборудование, куча папок с документами, занимали большую часть комнаты. Михаил предложил гостям присесть на стулья в углу, а сам захлопотал с приготовлением чая. Он хорошо знал, что Борису Марковичу предлагать спиртное днем не имеет смысла.
– Миша! – прервал хлопоты директора Бершицкий. – Мы с Романом хорошо пообедали, поэтому прекрати суетиться и рассказывай, что у тебя случилось.
– Плохое у меня случилось! – с тяжелым вздохом присел на стул Михаил. – Ты же знаешь, что всем нам приходится платить так называемый взнос, за так называемую безопасность. Я уже год исправно плачу и никаких претензий ко мне не было. Но сегодня утром приходят три мордоворота и говорят, что теперь они хозяева в этом районе и платить надо им. Я тут же позвонил «своим» бандитам и они мне сказали, что если я вздумаю платить новой бригаде, у меня будут большие проблемы. К ментам я не пойду. Ты помнишь, что со мной сделали в прошлый раз, когда я обратился к ним. Боря, я боюсь! Я не знаю, что мне делать!
– Миша! Спокойно! – Бершицкий своим невозмутимым тоном попытался успокоить Михаила. – Я хорошо знаю правила, по которым нам приходится жить. Я тоже плачу. Все платят. Что ты хочешь от меня? Чем я могу тебе помочь?
– Поговори со своим компаньоном Александром Богдановичем, чтобы меня под свое крыло взял Архип, – конец фразы Михаил произнес шепотом.
– Ах! Вот ты куда клонишь! – Маркович задумался. Он переводил взгляд то на Романа, то на Михаила. Видимо обдумывал свой ответ. – Миша! Я надеюсь, ты понимаешь, о чем просишь?
– Конечно! Архип это серьёзная фигура. Лучше платить ему и быть уверенным, что меня никто не тронет…
– Архип, – перебил собеседника Бершицкий. – Это жестокий и умный бандит. Если ты думаешь, что Архип будет к тебе относиться так же, как к нам с Богдановичем, то ты крупно ошибаешься. Не забывай, что сестра Сашкина замужем за Архипом. Поэтому мы живем относительно спокойно. А ты можешь даже не заметить, как лишишься всего и пойдешь по миру.
Калугин внимательно слушал и очень хорошо понимал, о каком Архипе идет речь. Он решил не спрашивать ни о чем Марковича, чтобы не выдавать интереса к Архипову. Калугин слушал. Слушал и анализировал.
– Что же мне делать? – еще больше заволновался Михаил.
– Во-первых, перестань паниковать. Во-вторых, пригласи этих бродяг на встречу. Пускай это будет их проблемой, кому ты будешь платить. Здесь закон джунглей, кто сильнее тот и прав. Миша, перестань бояться. Страх приводит к простатиту, а затем и к импотенции. Оно тебе надо?
– Господи! – взмолился Михаил. – Причем здесь простатит и импотенция?
– Что, боишься? – засмеялся Бершицкий. – Видишь, что такое клин клином вышибают? Ты испугался импотенции, зато сразу перестал бояться бандитов.
– Тебе легко шутить, – с обидой сказал Михаил.
– Шутить, Миша, очень даже нелегко. Чтобы шутить, надо иметь острый ум и чувство юмора. Кстати, я думаю, что скоро наступят времена, когда на этом можно будет хорошо зарабатывать.
– Может все-таки к Архипу? – не успокаивался Михаил.
– Нет, Миша! Архип, это конец твоего бизнеса. А я тебе зла не желаю. Сделай, как я сказал. Так будет правильно, – ювелир посмотрел на часы. – Так, через семь минут мне надо открыть мастерскую. Несмотря на бардак в стране, бардак в бизнесе недопустим. Счастливо тебе, Миша. Ничего не бойся. До встречи.
Калугин проводил ювелира до мастерской и попрощался до завтра. Всю дорогу домой он обдумывал то, что услышал сегодня. Бершицкий прав, пора прощаться со старой советской жизнью. Менять образ мышления. Так как было, уже не будет никогда. А вот про бывшего курсанта Архипова, Роман узнал много нового. Надо завтра об этой встрече рассказать Четвертову. Пока все складывается удачно. Возможно, план Александра сработает.
На следующий день в полдень состоялось офицерское собрание, на котором почти единогласно было принято решение уволить Калугина из Вооруженных Сил. Против выступил только Влад Лисицын. Он служил с Романом в одном батальоне. Влад выступал эмоционально. Клеймил позором соглашательскую позицию офицерского коллектива. Но ему было можно. Он был заслуженный офицер. Орденоносец. Влад мог себе позволить пренебрегать авторитетами. Ни новый начальник, ни комбат, не могли повлиять на мнение Лисицына. Что ни говори, а «Орден Красного Знамени» исполнял роль непробиваемого щита. Тем не менее, с армией Калугин попрощался.
По пути домой Калугин зашел к дежурному и попросил позвонить. Тот разрешил. Роман набрал номер, который ему дал Четвертов.
– Слушаю, – раздался голос на том конце провода. Роман узнал Александра.
– Это я! – не представляясь, сказал Роман. – Я согласен.
– Тогда сейчас встретимся. Жди меня в училище. Я скоро буду, – сказал Четвертов и быстро положил трубку.
Роман медленно прогуливался по аллее около штаба. Вдруг он услышал за спиной знакомый голос:
– Рома! – это был Четвертов. – Пойдем, поговорим.
– Пойдем, – безучастно ответил капитан. – Я все-таки надеялся, что ты оставишь меня в покое.
– Роман, да мы вроде обо всем договорились. Ты дал согласие. О каком покое ты сейчас говоришь?
– Извини, Саша, – Роман тяжело вздохнул. – Понимаешь, настроение такое поганое. Сейчас бы стакан водки засандалить и забыться.
– Ну, так поехали, – с улыбкой сказал Четвертов. – Составлю тебе компанию.
– Ты сейчас серьезно?
– Конечно! Не здесь же на лавочке нам сидеть и отсвечивать. Есть хорошее место. Поговорим о наших делах. Я там тебя с хорошим человечком познакомлю. Он тебе будет полезен.
– Заманчиво, – Роман снял фуражку и взъерошил волосы. – А, правда, Саша, поехали, оторвемся.
– Поехали, – Четвертов хлопнул Романа по плечу. – Дело решим и, за одно, стресс твой снимем. Жизнь продолжается, Рома. Я пойду кое– что заберу в своем бывшем кабинете. А ты иди, переодевайся и жди меня около дома. Как-то не очень прилично в форме отрываться в кабаке.
Ресторан с типичным, еще советским названием «Вечерний», находился на выезде из города. В прежние времена он слыл приличным заведением. Здесь завсегдатаями были люди с деньгами. Разные местные руководители и начальники, работники торговли, офицеры, и, конечно, командировочные. Куда без них. Теперь все поменялось. Публика стала иной. Как, собственно, и вся жизнь этой страны. Зарплаты теперь не платили. А если платили, то с большой задержкой. Надо было как-то сводить концы с концами. Не до ресторанов было. А вот у криминала и зарождающего класса предпринимателей, деньги были. Они-то и стали основными посетителями ресторанов и баров.
Офицеры приехали в «Вечерний» днем. В ресторане было пусто. На входе стоял пожилой швейцар. Четвертов подошёл к нему и что-то тихо сказал. Тот снял фуражку и услужливо произнес:
– Сейчас все устроим. Пойдемте!
Друзья прошли за швейцаром к столику в углу. Он был скрыт от посторонних глаз большой колонной.
– Прошу вас, – указывая на столик, сказал швейцар и слегка наклонился. – Сейчас к вам подойдут.
Роман рассказал Четвертову о вчерашней встрече с Бершицким и о том, что он услышал об Архипове.
– Я в тебе не ошибся, дружище. Смотри, как быстро ты проник в мир капитала, – со смехом сказал Александр. Затем, перейдя на серьезный тон, сказал. – Роман, послушай меня внимательно и постарайся все запомнить. С сегодняшнего дня ты человек свободный. Я вижу, что как заработать себе на жизнь и прокормить семью, ты уже понял. Кстати, семья это твое самое слабое место. Помни это всегда.
В этот момент к столику подошла невысокого роста эффектная блондинка. Короткая стрижка, огромные голубые глаза, скрытые под красивыми роговыми очками и легкая, слегка надменная улыбка на губах. На вид девушке было лет двадцать пять, не более. Роман смутился от внезапного появления столь эффектной и уверенной женщины.
– Познакомься, Роман, – приподнимаясь со стула, сказал Четвертов, – это Светлана.
– Роман, – представился Калугин.
– Очень приятно, – сказала девушка и по-мужски протянула Роману руку.
– Света, сядь, посиди с нами немного, – предложил Четвертов. – Пообщаемся. Заодно и с Романом близко, близко познакомишься.
– Это зачем? – удивился Роман.
– Это, Рома, надо для дела. Света работает у нас уже несколько лет. Теперь вся связь только через неё. Про мои телефоны забудь. Любая связь, даже экстренная, только через Свету. Ты Роман, должен стать, как бы, её близким человеком. Напарником. Старайся это не афишировать. Здесь люди ушлые, могут всё понять. Света, все твои контакты я Роману дам. А ты позови к нам официанта и не забудь, чтобы на тебя тоже накрыли. Будем, под хорошую выпивку и закуску, создавать команду.
– Хорошо, Саша, команду так команду, – Света рассмеялась и ушла.
– Саша, это что все серьёзно? – шепотом спросил Роман. – Нам обязательно надо так плотно общаться?
– Почему тебя это пугает? – с иронией ответил Четвертов. – Будь я на твоем месте, даже думать бы не стал. Ты посмотри, какая шикарная девчонка. Красивая, умная, разведенная.
– Но как я понимаю, это не правильно, – продолжал возмущаться Калугин. – Это нарушает все правила.
– Рома! – осадил друга Александр. – Не путай. Ты не нелегал в чужой стране. Ты живешь в своём городе, в этом обществе, в котором всегда жил. Тебе надо просто получить доступ к информации. Чем больше у тебя будет простых людских пороков, тем легче тебе будет внушить к себе доверие. Так что, давай, во все тяжкие. Если вы станете любовниками, я буду это приветствовать. Но с головой. Голову не отключать. Иначе все провалишь.
К столику подошла официантка. Пышная женщина средних лет со смешной, покрытой толстым слоем лака, прической. Мужчины заказали водки и нехитрой закуски. А для дамы, шампанское. Выпили много. Но Романа водка не брала. Нет, конечно, состояние опьянения было, но видимо стресс тормозил действие алкоголя. Засиделись допоздна. Четвертов предложил Роману проводить Свету домой. Поймали такси. Сели на заднее сиденье. Света назвала адрес.
– Кстати, Роман, – сказала Светлана. – Вам надо знать, где я живу. Поднимитесь со мной до квартиры.
Роман многозначительно посмотрел на девушку.
– Не думайте обо мне плохо, – Света захихикала. – Я вам предлагаю только подняться до дверей квартиры. И все. Мало ли что? Чтобы вы точно знали, куда нужно прийти и не рыскали по подъезду. Рома, это понятно?
– Теперь понятно, – ответил Калугин.
Такси остановилось около дома, где жила Света. Они с Романом поднялись на третий этаж.
– Вот моя квартира, – девушка указала на дверь с номером девять. – Будешь приходить, в звонок не звони. Стучись. Я пойму, что это ты. Запомнил?
– Да! – Роман кивнул головой.
– Теперь ты всё знаешь, – Света поцеловала Калугина в щеку и с лукавой улыбкой сказала: – Езжайте, Роман Алексеевич, домой. Завтра у вас начинается новая жизнь.
***
– Все это можно с легкостью перестроить, Максим Анатольевич, – говорил восторженно визгливым голосом управляющий директор Семенов, семеня короткими ногами в стоптанных туфлях. – Раз вы стали владельцем этого замечательного здания, вы можете сделать здесь все что угодно. Документацию я подготовлю.
Архипов молча, без тени эмоций на лице, ходил по зданию ресторана «Вечерний», которое «чудесным» образом стало его собственностью.
– Слышь, Бруня! – обратился он к своему другу Брауну. – Что здесь делать будем?
– Ну как что, Архип? – выпучил глаза Браун. – Смотри! На первом этаже, ночной клуб с кабаком. А на втором, казино. Круто будет. Эй, как там тебя, – Браун щелкнул пальцами, обращаясь к директору. – А подвал тут есть?
– Конечно, Дмитрий Иванович, – продолжал голосить толстый Семенов. – Очень большой подвал. Под всем зданием.
– Ну вот, – продолжал Браун. – А в подвале сделаем сауну с бассейном. Ништяк! Все получится!
– Значит так, Славик! – обратился к Семенову Архип. – Готовь свои бумаги. Только быстро. Если кто-то будет мешать, скажешь мне фамилию. Убедим человека, – Архип громко рассмеялся.
– Максим Анатольевич, прямо сейчас начну все делать, – услужливо наклонившись как покорный слуга, сказал Семенов.
– Поехали, Бруня. Нас серьезные люди ждут, – Архип вместе с другом направился к машине.
Возле большого черного «Юкона» стоял водитель Архипова,– здоровенный, под два метра ростом, парень по кличке Бегемот. Где бы не находился Бегемот, он всюду и всегда грыз семечки. Они не кончались у здоровяка никогда.
– Блин, Бегемот! – подойдя к машине, сказал Архип. – У тебя когда-нибудь закончится этот корм?
– А у него в кармане подсолнухи растут, – сказал Браун и громко захохотал.
– А что, Архип, я аккуратно. Я только на улице грызу, – стал оправдываться Бегемот.
– Интересно, – продолжал Архипов, усаживаясь на заднее сиденье. – Когда ты спишь, ты тоже грызешь?
– Не, по-детски заулыбался Бегемот. – Когда я сплю я.… Сплю. И всё. Куда едем?
– Поехали на стадион, – скомандовал Архип. – Ступа стрелку забил. Что-то важное у него.
Ступа, это Семенченко Константин Константинович. Авторитетный жулик. Человек скрытный и незаметный. Жил скромно. В маленьком доме на окраине города. Но вместе с тем, большая часть прибыли от подпольной торговли алкоголем и наркотиками, оседала у него. К тому же, он слыл среди братвы человеком справедливым. Насколько это понятие возможно применить к вору и бандиту. Если Ступа назначал кому-либо встречу, то отказываться не стоило. Архип это знал. Ссориться со Ступой не хотел. Ему были выгодны ровные отношения.
«Юкон» остановился около служебного входа на стадион. Там, в основном, располагались тренировочные залы и небольшое, затрапезное кафе. В нем и назначил встречу Семенченко. Архип с Брауном зашли в зал и, после приветствия присутствующих, сели за стол напротив Ступы.
– Как дела, Архип? Все ли у тебя хорошо? – хриплым голосом спросил тот.
– Спасибо, брат! Все нормально. Зачем звал? – соблюдая все формальности, ответил Архип.
– Проблема есть. Твои люди, Архип, кинули моих друзей, – Ступа указал на трех человек сидящих в углу зала.
Архип обернулся и стал разглядывать мужчин. Это были цыгане. Посередине, видимо старший, сидел толстый цыган с сальным лицом и неопрятной седой бородой. Рядом с ним сидели два бравых, по цыганским нормам, щеголя. Все трое наблюдали за разговором «авторитетов», смотря исподлобья и с явной агрессией. Архип медленно повернулся к Ступе.
– Ступа, давай конкретно. Кто из моих людей кинул? Где и как?
– Ромалэ, иди сюда! – небрежно взмахнув рукой, подозвал старшего Ступа. – Расскажи уважаемому Архипу, что случилось.
Толстый цыган тяжелой поступью переместился к столу, за которым сидели «авторитеты». Вытер комканым платком пот с широкого сального лба и хриплым прокуренным голосом стал объяснять:
– Мы имели дело с хорошим человеком, Борей Бершицким. Он присылал нам сигареты. Мы торговали. Через месяц отправляли деньги. Все было как по маслу. Ну,
пару раз получалось, что не успевали расторговаться и задержали бабло. С кем не бывает?
– Послушай, кучерявый, – грубо перебил цыгана Браун. – Ты нам еще расскажи, как твой табор образовался! Рассказывай, как кинул тебя Бершицкий.
– Так не Бершицкий меня кинул. Не Бершицкий, – засуетился цыган.
– Ступа, он что, отмороженный, что ли? – спросил Архип с явно недовольным взглядом.
– Слышь, ромалэ! – зло зашипел Ступа. – Ты давай, ближе к делу. Уважаемым людям некогда твои романсы слушать.
– Я все понял, – поспешил исправиться цыган. – Кинул меня Роман.
– Какой ещё Роман? – удивился Архип. – Бруня, ты знаешь среди наших Романа?
– Не знаю.
– Он приехал от Бориса, – пояснил бородатый. – Нормальный чел. Вежливый. Хорошо одет. Приезжал за деньгами несколько раз.
– Ну и? – нервно спросил Архип.
– Теперь денег у нас нет.
Архип на минуту задумался, затем повернулся к цыганам и резко приказал:
– Так, вышли погулять. Нам надо перетереть тут со Ступой кое-что.
Цыгане послушно удалились.
– Ступа! – обратился к собеседнику Архип. – Давай по чесноку. Эти лохи тебе зачем? Что ты за них вписываешься?
– Архип, они моим товаром торгуют, – очень спокойно пояснил Ступа. – У них хорошая сеть. Зачем мне терять таких барыг. Надо людям помочь. Разберись, Архип. Сделай доброе дело.
– Ладо, Ступа, я тебя услышал. Разберусь. Если косяков с их стороны не было, деньги верну, – Архипов резко поднялся и, не прощаясь, вышел.
Через полчаса они с Брауном зашли в мастерскую Бершицкого. У ювелира была небольшая очередь. Браун подошел к прилавку и громко хлопнул по нему ладонью.
– Граждане, жаждущие расстаться с золотом и бриллиантами, лавочка ненадолго закрывается. Подождите за дверью, пожалуйста.
Посетители не стали возражать, видя угрожающий вид бандита. Все очень быстро вышли из помещения. В этот момент из подсобного помещения вышел Калугин.
– Товарищ капитан! – удивленно сказал Архипов. – Вы– то, как здесь?
– Стреляли! – отшутился фразой из известного фильма Роман. – А если серьезно, то давно уже не капитан.
– Что, турнули? – с иронией поинтересовался Архип.
– Ну да. Можно и так сказать.
– Но вас-то за что? – вступил в разговор Браун. – Вы вообще от Бога офицер.
– Видимо, нет, – возразил Роман.
– Роман Алексеевич теперь работает со мной, – пояснил Бершицкий.
– Ба! – воскликнул Архип. – Так вот кто у нас Роман, который цыган на бабки кинул.
– Максим Анатольевич, у вас неверная информация, – начал пояснять Борис Маркович. – Никакого кидалова не было. Роман Алексеевич, немного экстравагантным способом изъял у должников наши деньги. Заметьте, мы с этой прибыли заплатили вам хорошую долю.
Архип вопросительно посмотрел на Брауна. Тот подтвердил кивком головы.
– Ну-ка, капитан Калугин, расскажи про этот экстравагантный способ, – обратился к Роману Архипов.
– Ничего особенного, – скромно сказал Калугин. – Эти цыгане стали раз за разом недоплачивать. Долг нарастал как снежный ком. Я не знаю, на что они рассчитывали. Судя по всему, они вообще не собирались деньги возвращать. Борис Маркович предложил обратиться за помощью к вашим людям. А я подумал, что и сами вопрос решим. Стал ездить к ним часто. Усыпил бдительность. Они начали мне доверять. Подумали, что простачок, подвоха от меня не ждали. В один из приездов уже поленились пойти за деньгами. Рассказали, как найти их бухгалтера. Дали записку. Я пошел. Там сидит бухгалтер, девчонка лет четырнадцати, не больше. Читает по слогам, считать совсем не умеет. Деньги хранятся в больших шифоньерах. Пачки снизу доверху. Считает их девчонка не рублями, а пачками. А я подумал, почему бы не считать сразу шифоньерами. В общем, долго рассказывать, но я тогда понял, что долг мы вернем с процентами. Приходил к их барону, брал записку, по дороге переписывал как мне надо. Почерк-то, примитивный. Ну и вот. Больше мы с ними не работаем. Деньги у цыган закончились.
– Ну, ты, Калугин, головастый, – громко рассмеялся Архип. – Учись, Бруня. Без паяльников, без шума, без войны, денежки вот они, – и снова обратился к Калугину. – А не боишься, что цыгане тебе предъявят? Могут ведь ножичком почикать.
– Не боюсь, – спокойно ответил Роман. – У нас все их расписки есть. Косяк за ними конкретный. Да и потом, Максим Анатольевич, они ведь не только нас кидали. Они и из вашего кармана деньги тянули. Сейчас все встало на свои места.
– В общем, да, – почесывая подбородок, согласился Архип. – Предъявить вам нечего. Закрою я этот вопрос. А с тобой, Калугин, надо бы нам почирикать за одно дело. Я тебе скажу, когда приехать. Пошли, Бруня. Пускай люди работают.
Когда Архип с Брауном уселись в свой черный джип, Максим сказал водителю:
– Бегемот, пойди, погуляй минуту. Нам с Бруней надо поговорить.
Браун посмотрел на Архипова с нескрываемым удивлением.
– Что такое, брат? – спросил Бруня.
– Ты почему мне вовремя не сказал, что ювелир заслал нам бабло сверх нормы? – тихо, но очень сердито сказал Архип.
– Да, брат! Я просто забыл. Ну, заслал и заслал, – стал сбивчиво оправдываться Браун.
– Если бы я знал об этом заранее, я бы не выглядел идиотом, – рявкнул Архип. – Я должен знать обо всех движениях моих денег. Ты понял?
– Да, понял я, братан, все я понял, – испуганно залепетал Бруня.
– Зови этого грызуна. Поехали.
Вечером того же дня, на квартире у Светланы, Роман ждал Четвертова. Света поставила на стол вазочку с конфетами и налила чаю. Александр пришел вовремя.
– Ну, шпион-разведчик, – начал, шутя Четвертов. – Рассказывай, зачем звал?
Роман рассказал Четвертову о сегодняшней встрече с Архиповым и о том, что Архипов хочет пригласить Романа на какой-то важный разговор.
– Как мне себя вести? На что соглашаться, а на что нет? – спросил Калугин.
– Рома, веди себя естественно. Не думай о том, что тебе надо, во что бы то ни стало добыть какую-то важную информацию. Что дойдет до тебя естественным путем, то и дойдет, – инструктировал Романа Четвертов. – На явный криминал не соглашайся. Ты не пацан из бригады. Ты мозги. Вот так себя и позиционируй. Главное, Рома, пусть все идет своим чередом.
– Все понятно, – обдумывая сказанное Александром, сказал Калугин.
– Теперь о тебе, Света, – обратился Четвертов к Светлане. – Архипов выкупил ваш ресторан, но ты попробуй там остаться на работе. Ты девушка видная, опытная. Думаю, от такого работника Архип не откажется. Но все же, дистанцию держи. В пекло не лезь. Если нет, то нет. Мы найдем для тебя варианты.
– Хорошо, – тихо ответила Света.
– И вот ещё что, – продолжал майор. – Теперь свою связь не светите вообще. Обстоятельства могут поменяться в любой момент. Поэтому вы не друзья. Просто были когда-то знакомы и всё. Понятно?
– Понятнее некуда! – сказал Роман.
– Ну и хорошо! А теперь давайте по чайку и разбегаемся.
Они пили чай, рассказывали анекдоты, хохотали и ещё не знали, насколько трагические события ждут их впереди. Они просто жили и радовались этому. Насколько это было возможно в их положении.
***
Сережа Ершов двигался по службе как по эскалатору в метро. Ровно и без остановок. Благодаря усилиям высокопоставленной мамы, Сергей Валентинович прибыл на службу в немецкий Магдебург сразу на «сладкую» штабную должность. А через четыре года был направлен в Высшую школу военной контрразведки. Через некоторое время капитан Ершов стал офицером особого отдела. Карьера складывалась как нельзя лучше. Надо сказать, что Ершов был умным, изворотливым и всегда держал нос по ветру. Он всегда за версту чувствовал малейшие изменения, происходившие вокруг него, и мгновенно занимал выгодную сторону. После развала Советского Союза майор Ершов, к тому времени опытный комитетчик, понял, что принадлежность к структуре безопасности сулила выгодное положение в обществе. Не только должностное, но и финансовое. Одним словом, Сергей Ершов стал воспринимать службу как бизнес. Похоже, что процветанию бравого майора ничего не могло помешать.