Жуар и французские повстанцы города Жульен

Списано из сна.

Стояло тёплое лето. Лёгкий ветерок приносил светлую прохладу, не давая прохожим слишком сильно нагреться на солнце. Среди них можно было заметить скромного невысокого кудрявого мальчика, неспешно идущего куда-то. Его имя Жуар, в этот город он вместе с родителями приехал совсем недавно. Тогда почему Жуар гуляет один? Всё потому, что город был небольшой, и теряться тут было негде, поэтому мальчика отпускали без особой опаски.

Вот, во время очередной прогулки, Жуар набрёл на книжный магазин. На витрине стояли разноцветные книги и казалось, что их порядок напоминает радугу. Переборов сомнения, он открыл дверь в магазин. Было тихо. Жуар стал осматривать внутреннее устройство помещения. Внутри оно больше напоминал библиотеку – высокие, до потолка, полки с книгами зрительно делали магазин больше, чем он был на самом деле.

Тут, из закутка где-то в глубине, послышался голос пожилого мужчины: «А, вот где эти альманахи!»

– Извините! – позвал мужчину Жуар.

– О, покупатель! – Приветливым тоном отозвался продавец, подойдя к прилавку. – Я смотрю, наш маленький городок пополнился новым читателем.

– Нет, что вы, я не читаю книг – опешил Жуар.

– Самое время начать – улыбнулся продавец.

– У меня даже нет денег на книги – с грустью ответил его собеседник.

– На этот счёт не переживай, у меня можно читать прямо в магазине, если книга понравится – купить – подбодрил мальчика держатель магазина.

– Тогда сегодня же начну! – воодушевился Жуар и исчез между полок.

Следующие две недели пролетели незаметно. Теперь Жуар постоянно проводил время в магазине. Помимо него здесь были и другие читатели, поэтому всё прочитанное тут же обсуждалось. Вскоре новоприбывший в город стал помощником продавца и за своё увлечение получал небольшие деньги.

Один день изменил всё. С утра лил дождь. Такой дождь, который обычно показывают в мелодрамах, и, возможно, где-то в городке кто-то расставался, но нас это не волнует. Жуар сидел на полюбившемся месте и читал книгу «Кому звонит колокольчик». Скрип входной двери оторвал его от этого занятия.

В магазин вошёл пожилой мужчина среднего роста в плаще. Продавец поприветствовал вошедшего как старого друга. Мальчик наблюдал за разговором, любопытно разглядывая незнакомца. Тот был одет в бежевый плащ и чёрную шляпу, из-под которой выглядывали седые волосы. Лицо мужчины из-за яркого освящения магазина разглядеть было сложно. Незаметно Жуар постепенно уплыл в свои размышления, вернувшись к книге, но голос хозяина магазина вернул его к реальности. «Жуар, подойди сюда!» – отдалённым эхом донёсся голос продавца. Подойдя к прилавку, маленький работник получил свёрток. «Помоги господину донести его покупки домой и возвращайся сюда» – наставническим голосом сказал человек за прилавком.

Незнакомец, определив, кто будет его попутчиком, побрёл к выходу. Мальчик отправился за ним.

Глава 2. Старый писатель

Дождь закончился. Был полдень, когда Жуар вышел из книжного магазина. Сверток, данный продавцом, был не очень увесистым и наощупь это была разная канцелярия. Тот, чей пакет был в руках мальчика, шёл впереди спокойной походкой человека, что вышел на улицу после долгих посиделок дома. Оба молчали. Молчание прекратилось, когда они подошли к многоэтажному зданию, скорей всего, построенному в начале века. Мужчина открыл парадную дверь и жестом пригласил своего попутчика войти.

На входе его встретили два льва: первый был мраморный, а второй, похоже, из гранита, за ними тянулся небольшой коридор с мягким красным ковром на полу, и Жуар, прежде, чем вступить на ковёр, снял обувь и спрятал её за белого льва. Незнакомец шёл вглубь коридора, и, встав у одной из массивных дубовых дверей, повернулся к попутчику. Жуар опять попытался разглядеть его лицо, но в коридоре было мало света. Пока парнишка подходил к незнакомцу, тот открывал дверь в свою квартиру.

Войдя в дверь, Жуар попал в ещё один, но более узкий коридор, который был заставлен книжными шкафами. На полках пылились многотомные энциклопедии, слезливые романы, мелодичные оперы и стопки рукописей.

Мужчина провёл мальчика в комнату – это было круглое помещение со столом в центре, вокруг него были кучи бумаг, как исписанных, так и смятых в комок. Жуар осторожно входил в комнату, боясь разрушить царящую в ней атмосферу. Дойдя до стола, Жуар положил свёрток и его взгляд поймал связанную пачку бумаг с титульным листом, на котором было написано «Французские повстанцы города Жульен». Рука непроизвольно потянулась перелистнуть первую страницу, но шаги по коридору не дали ему этого сделать. Войдя в комнату, незнакомец сказал: «Благодарю за помощь, а теперь прошу тебя вернуться в магазин, хозяин, наверное, уже тебя потерял. Давай не будем его расстраивать». Жуар очень хотел остаться и расспросить человека об этих рукописях, но продавец действительно мог за него волноваться. С легкой грустью на сердце, помощник отправился к выходу. Незнакомец провожал его взглядом. Жуар переступил порог, и дверь за ним закрылась. Вернулся в магазин Жуар довольно быстро. Войдя, он первым делом нашёл продавца и стал расспрашивать его о человеке, которому он помог:

– Ооо – протянул продавец – это мой давний клиент, писатель, переехавший сюда после войны. С тех пор он постоянно покупает у меня книги, бумагу, чернила и прочее. Он всегда не особо многословен, сколько я ни пытался его разговорить, он слова не вымолвит о том, над чем работает.

– Боится критики – пожал плечами Жуар.

Продавец похлопал его по плечу и добавил – Не волнуйся, он должен прийти примерно через неделю.

Всю следующую неделю мальчик просматривал каталоги и картотеку в поисках любой информации про французских повстанцев, но они все числились у некого Пола Морена. Жуар подумал о незнакомце, ведь в том узком коридоре квартиры было несколько книжных шкафов. Подтверждение своих мыслей мальчик получил, просмотрев дату покупки мсье Мореном книг – за такой период должен был образоваться приличный слой пыли.

Писатель действительно появился спустя неделю. Он опять долго о чём-то разговаривал с продавцом, и когда тот достал свёрток, Жуар уже стоял у прилавка. «Бери свой рюкзак. Как отнесёшь заказ – иди домой, мне сегодня надо отлучиться по делам». Паренёк не верил такой удаче! Сегодня он точно расспросит писателя о повстанцах. Получив свёрток, он вместе с покупателем отправился по уже известному маршруту. Теперь по пути Жуар думал, о том, как начать разговор, но разговор начался сам собою. Начал его писатель, взглянув на небо:

– Какое чистое – блаженным голосом вздохнул писатель.

– Да. очень – подхватил Жуар.

– Я знаю, что ты разглядывал мои рукописи. Надеюсь, ты ничего не списывал? – По-дружески спросил мужчина.

– Нет, что вы! – Самым честным голосом воскликнул паренек.

– Ну хорошо – усмехнулся писатель.

– Жуар. – Представился Жуар.

– Жак. – Отозвался мсье.

«Значит, это не он» – пролетело в голове у парня.

– И как же ты оказался в помощниках у этого человека? Сколько он тебе платит? – Уже с лёгкой улыбкой поинтересовался Жак.

– Просто зашёл и остался там, – ответил Жуар.

– А, значит, ты один из читателей, – протянул Жак.

Тем временем они уже подошли к нужной двери. Жуар задумал украсть рукописи. План был прост и сложен одновременно: надо было успеть взять пачку бумаг так, чтобы Жак не заметил. Но всё повернулось совершенно иначе: попав в круглую комнату, писатель взял первую главу «Французских повстанцев…» и положил перед Жуаром:

– Ты же на эти рукописи смотрел, я прав? – поинтересовался Жак.

– Да, я заметил именно эти, – удивился Жуар.

– Можешь взять, но только если пообещаешь никому их не показывать, так как она не закончена – разрешил писатель.

На лице Жуара расплылась улыбка.

Глава 3. Глава первая

Вернувшись домой, мальчик спрятал рукописи, чтобы мама случайно их не нашла. Вечером после ужина Жуар устроился на кровати и стал читать:

«Посвящается свету повстанческого движения Мари Дельен».

Следующая страница.

«Лето. Я был ещё юнцом. Тогда я не думал о том, что моя жизнь может так резко измениться. А всё началось с того момента, когда с неба посыпались листовки, в которых было сказано, что Париж был взят и что всем необходимо сдаться, если они хотят жить. Я лишь выбросил бумажку и побежал дальше к друзьям играть в «казаки-разбойники». Это меня и спасло.

Вернувшись домой, я обнаружил, что дома никого нет. Не понимая, что происходит, я отправился к знакомым. Увидев меня, они спросили, почему я пришёл без родителей. Я только и ответил, что не знаю, где они. На их лицах появился ужас. Мой народ был изгнан, как я выяснил потом. К тому же, родители сотрудничали с народом, чьи солдаты захватили Париж. Знакомые не объяснили мне, что происходит, но решили отправить меня в Кумару, к родне знакомых. «Там безопасно» – так сказали они мне.

Добирался я туда на поезде. Понятия не имею, как мне это удалось, учитывая то, что меня могли раз десять поймать захватчики. В Кумару меня встретили и поселили у себя родственники знакомых. Чтобы не прослыть бездельником и не оказаться на улице, я устроился чистильщиком обуви. Получал немного, но на хлеб хватало.

В один из обычных рабочих дней я увидел девушку с причёской, которую носили немногие в то время – по слухам, такая причёска портила волосы, но правда это была, или нет, не знаю. Девушка была в компании человек десяти, а может и больше. Вся группа, двигаясь легко и непринуждённо, свернула в переулок. Я вернулся к работе. Но переулок приметил.

Закончив с последним клиентом, я из детского любопытства пошёл в тот переулок. Это было узкое пространство между двумя зданиями, пара помоек дополняли картину. И вроде было бы логично сказать, что компания просто прошла переулок насквозь и ушла дальше, но это был тупик. Дверей не было видно. Я осмелился проверить каждый угол, и вот, за последним мусорным баком, я нашёл люк. Для моих детских лет люк был слишком тяжёлый.»

Следующая страница.

«Всю следующую неделю я провёл за тем, что следил за тем переулком, но тщетно. И вот в один из дней мне надо было сходить за продуктами на рынок.

Рынок в те годы, может и сейчас тоже, располагался на главной площади. Всё что делалось в городе и привозилось в город, проходило через рынок. Прикупив то, что было необходимо, я было собрался уходить, как вдруг увидел знакомую причёску. Это была та самая девушка, без сомнений. Я решительно проследовал за ней. Она шла к заброшенному зданию. Я чувствовал себя настоящим шпионом! Я крался так тихо, как только мог. И вот она вошла в здание, и я заметил, что на одном из этажей был свет. Удивительно, что все окна были целы. Я осмелился войти.

Проскользнув в дверь, я попал в небольшой коридор, который был завален хламом и мусором, в конце была лестница, ведущая на верхние этажи. Я несмело пошёл к туда. Чем ближе я подходил, тем яснее слышал чьи-то голоса и тем ярче был свет на верху. Я стал подниматься, но мои намерения обрушила старая лестница, сломавшись подо мной. Я не видел, куда упал, помню только боль и крики сверху. Когда я проснулся, я был на чьих-то руках:

– Ты в порядке? – Тревожно спросил приятный женский голос.

Я лишь промычал что-то в ответ.

– Вот и отлично, как тебя зовут? – Услышал я тот же голос.

– Пол –прошептал я.

– Мари. – Представилась девушка – Ребят! Он очнулся!

В следующий момент ко мне подошёл высокий худощавый парень. Он внимательно рассмотрел меня своими карими глазами и спросил:

– А мы не встречались раньше? – Он немного отдалился, разглядывая меня.

– Возможно – кивнул я. – Я работаю чистильщиком обуви – добавил я в ответ на вопросительный взгляд.

– Да, точно, я видел тебя на улице – теперь кивнул мой собеседник.

– Где я? – Я оглянулся.

– Ты попал к нам, – ответила Мари без всяких пояснений, к кому это – «нам», – и теперь мы тебя отведём домой.

– Мы только пришли и теперь уходить? – Крикнул кто-то из другой комнаты.

– Это пока опасно, за нами могли следить… – Прошептали там же.

– Единственным, кто за нами следил, был этот мальчик – Пол – сказал парень.

– Нам нужно многое обсудить, а Пола мы просто отправим домой и всё – тихо ответила Мари.

– Нет, я хочу узнать, чем вы тут занимаетесь! – Воскликнул я и поймал недовольный взгляд парня.

– Извини, но ты пойдёшь домой – Мягко отрезала Мари.»

Следующая страница.

«Мне пришлось смириться и вернуться домой. Вскоре наш город наводнили захватчики. Они были повсюду: брали, что хотели, били, кого хотели. Мне каждый день приходилось чистить сапоги очередному командиру, который с очень ярким акцентом говорил о своей жене и что будет крепко её любить, когда он вернётся с победой домой. Так я лишился дома во второй раз. Людей, у которых я жил, расстреляли и поселили туда солдат, а мне снова просто повезло оказаться в тот момент на улице, где я потом и остался. Как назло, в этот месяц были самые сильные дожди, клиентов не было, да и магазинов с каждым днём становилось всё меньше. Я перебрался в канализацию, там нашёл себе сухое место у бродяг. Они стали моей новой семьёй. Я делил с ними еду, одеяла, мусор – всё, что находил и применял в третий или четвёртый раз. В один из дней я решил проведать ребят. Пришёл к тому же дому. Возле входа сидела Мари и читала книгу. Заметив меня, она улыбнулась.

– О, привет! Пол, верно? Как поживаешь? – Её ангельский голос запел в моих ушах.

– Я лишился дома и теперь живу в канализации с бродягами – честно ответил я.

Мари окинула меня взглядом и крикнула в дом:

– Ребят, тут пришёл Пол, и он очень скверно выглядит!

На улицу вышли три парня: один светловолосый невысокого роста, второй имел русые волосы и был довольно мускулистым, и, хотя и был ненамного выше меня, все-таки определенно был старше, и тот худощавый, с которым мне уже пришлось разговаривать, а также стройная светловолосая девушка. Они поздоровались и предложили войти, попутно разглядывая меня. В доме мне дали поношенную одежду размера на три больше моего и поставили тарелку супа. Я налетел на него с жадностью, а ребята сидели вокруг и смотрели как я ем. Стояла неловкая тишина, лишь мои причмокивания её нарушали.»

Когда Жуар оторвался от чтения, за окном стояла глубокая ночь. Готовясь ко сну, мальчик размышлял о прочитанном: ему виделись образы того дома, тех людей, и он всё больше и больше представлял себя на месте автора. Но звук шагов мамы по коридору вернул Жуара в реальность. Перед тем как лечь, юный читатель взглянул на следующую страницу, и она оказалось пустой. Эту ночь он спал плохо.

Глава 4. Жак?

Следующие пару дней Жуар перечитывал рукописи вновь и вновь, пока не решился пойти к Жаку и расспросить писателя лично. Проделав знакомый маршрут, он встал у двери, но на стук никто не вышел. Толкнув дверь, Жуар обнаружил, что по квартире гуляет ветер. Тогда он осторожно прошёл в круглую комнату и закрыл окно. В этот момент из кухни вышел Жак:

– Привет, Жуар! Приятно тебя видеть! Ты принёс рукописи? – Приветливым тоном проговорил Жак.

– Да, они у меня с собой, – боязливо говорил мальчик.

– И ты хочешь знать, что было потом… – Голос Жака медленно просел.

– Да… – с неуверенностью ответил Жуар.

– Ну что ж… – Теперь слюну сглотнул его собеседник. – Садись и слушай мой рассказ…

Жак присел на стул, а Жуар расположился напротив на кровати.

И писатель продолжил своё уже начатое на бумаге повествование: «После того супа я познакомился со всеми, они не рассказали, чем занимаются, но поведали мне об анархизме, а я сидел и впитывал каждое их слово. От них я узнал про Бакунина и Кропоткина, про Штирнера и многих других. Так же они рассказали про захватчиков и про то, что такое фашизм.»

Глаза Жака начали наливаться слезами. «Я стал ходить к ним каждый день и слушать их рассказы обо всём, также там я помогал содержать дом в чистоте и порядке. Часто бывало, что нам приходилось прятать бежавших от войны людей в своих подвалах. Наш дом почему-то всегда обходили стороной патрули. В одно утро меня не выпустили мои собратья по несчастью – бродяги, с которыми я тогда жил, сказав, что меня могут забрать в лагерь. Целый день я просидел там, вспоминая рассказы ребят. На следующий день я сразу пошёл к ним, но обнаружил на месте дома свежее пепелище.»

Тут уже слезы выступили и у Жуара.

«Я стал разгребать кострище, чтобы уверить себя, что мои друзья в порядке. К счастью, я никого не нашёл. Тут со стороны улицы долетел голос из рупора: «Сегоьдня в польдень на главное площади горъода мы повещаим жалких анархистовь и еврейских швайне». Я стрелой полетел на площадь, думая, как им помочь. Но там ещё никого не было, и я направился к тюрьме. Подойдя к её стене, я крикнул негромко: «Anarchy is mother of order»1, на что в ответ услышал знакомый голос:

– Жак, это ты? – Прохрипел он.

– Да, это я! – Тихо воскликнул я, лихорадочно размышляя, как мне спасти своих друзей.

– С нами всё в порядке, уходи скорее, беги, нам ты уже ничем не поможешь, – услышал я тот же голос.

– Я не оставлю вас! – крикнул я в ответ.

– Нет, оставишь, без споров. – Твердо произнес человек за стеной. – А сейчас, уходи, пока не пришла охрана!

Со слезами на глазах я действительно отошёл на небольшое расстояние, но, заметив телегу с тяжелым грузом, в моей голове созрел простой план: я толкаю телегу в ворота тюрьмы и люди оттуда сбегают. Но я допустил много ошибок. К несчастью, телега оказалась недостаточно крепкой и развалилась, едва коснувшись ворот. Тогда я очень быстро убежал, и меня не заметили. В назначенный час ребят вывели на площадь. Я был с теми, у кого жил последнее время. Пока собравшимся зачитывали обвинение, я успел рассмотреть лица своих знакомых: их пытали, и очень жестоко. Тут обвинитель замолчал, и ребята хором закричали: «Конец войне, фашизму смерть!», и обвинитель дёрнул рычаг. Ребята не издали больше ни звука. Вообще. Я прижался к тому, кто был рядом и старался не разреветься. На следующий день я бежал из города.»

Жуар выскочил из комнаты, Жак побежал за ним. Мальчик бежал босиком по улице и рыдал, не желая признать смерть ребят. Писатель сократил путь, поймал паренька, прижав к себе, и сказал: «Да, я тебя понимаю. Но это было давно, это уже часть истории – моей истории, и твоей теперь тоже…»

Я проснулся в слезах.

1

«Анархия – мать порядка»