Мираж хищного мира 1
- -
- 100%
- +
Опять же, по рассказам брата, закинувшего сестру на Хищную планету, девочка знала, что местные охотятся на очень опасных тварей – смрадов, а те в свою очередь охотятся на всё живое. Смрады нужны ярым из-за железы находящейся в черепах, из которой делают дорогое лекарство. Очень сильную вакцину способную заживить не просто ужасные раны, способную, в чистом виде, срастить даже оторванные конечности. И оно же применяется, как противоядие, от разного рода ядов. А ядов в этом мире предостаточно. Эта железа своего рода, живая вода, и к тому же вакцина долголетия.
Именно из-за огромного количества ядов, а не только из-за постоянного ураганного ветра, местным приходилось носить такую плотную амуницию. Может…
Но ещё больше эта железа нужна для изготовления прививок для новорожденных детей. Иначе, новое поколение может ожидать высокая смертность ещё до того, как они встанут на ножки. Ветры, носившиеся по планете, носили в себе не только подъёмную мелочь, они носили выхваченные из-под чёрных гор пыльцу ядовитых растений и ядовитые газы. А это большая нагрузка даже на дыхательную систему взрослого долгожителя и не только человека.
Место схватки девочка не просто осматривала, она искала, передвигаясь по кровавым следам, но тел не было. Нашла топор, крепко вбитый в ствол. А стоило ей дотронуться до него, только коснуться. Чёрный металл, из которого был сделан весь топор: топорище и рукоятка – «заиграл», признавая родную кровь. Щёлкнула потайная застежка, и на землю выкатился шар, сантиметров пять в диаметре. И это не всё – девочка всем своим существом почувствовала того, кому принадлежало оружие. Она чувствовала, что он ещё жив. Он долго ещё был живой.
Несколько дней щемящее чувство не покидало её. Боль не утихала – его боль. И всё это время она сидела, прижимая к груди свою находку, словно драгоценное сокровище, непослушные слёзы стекали по щекам, она чувствовала, как вздрогнув, с последним выдохом оборвалась ниточка его жизни её родича. Она почувствовала последнее дыхание хищного воина – смерть. Смерть, она рядом. Больно кольнуло у неё в груди. Больно! И остановилось маленькое сердце. Остановилось дыхание. Жизнь!
Она сидела и смотрела в небо, куда-то туда, далеко-далеко в непроглядную чёрную тьму. И казалось ей, что видит она могучие сосны и чувствует запах смолы. Сейчас побежит и увидит отца. И всё будет хорошо! Ей просто приснился плохой сон. Страшный сон, в котором она падает в чёрную непроглядную тьму, живую и вязкую.
***
– Это тебе, – стоял рядом незнакомец в её сне, такой родной душой исходило от него, он протягивал ей чёрный топор, – нам предстоит долгий путь и битв предстоит немало…
Она знала и, вздохнув с облегчением, радуясь тому, что ОН рядом, коснулась головой родной, сильной груди. В путь, так в путь!
***
Словно молния ударила, пробрало девочку. Темнота и яркая вспышка слились. Сердце забилось, дыхание выровнялось… Свет браслета на руке пульсировал в такт биению сердца. Всё будет хорошо? Да! Она с псом возвращалась на свою территорию. Мир менялся на глазах. Шли они через густые заросли, шли по болотам, шли по выжженной земле, стонущей от выбросов ядовитого газа, шли через луга, усеянными огромными плотоядными цветами и стреляющими парализующими шипами, шли одной стаей – огромный массивный зверь и маленький пронырливый «зверёныш». Шли…
И если там, над поверхностью планеты солнце просматривалось тёмным пятном. То здесь, в Нижнем мире, в очень редкие моменты, особенно на рассвете, солнечный свет скользил по поверхности сверкающей горы, освещая мир под ним, северным сиянием и многочисленными радугами. Красивый и опасный мир.
Очень редко и в Нижнем мире сбивал её ветер. Если попадала в своеобразный воздушный рукав. Чтобы устоять на ногах, требовалось неимоверных усилий всех четырёх «лап». Вот до неё и дошла такая замечательная особенность диких псов, замечательно приспособившихся к природным условиям. И она приспособилась, передвигаться самостоятельно, или низко прижавшись к земле, цепляясь за выступы и камни, или прыжками словно кузнечик, подчиняясь стихии.
Находящаяся на ней одежда, когда она попала в неприятности, прослужила совсем ничего. Осенняя безрукавка с капюшоном прослужила чуть дольше. Повезло, может быть, что температура в Нижнем мире сохранялась терпимая, держась в плюсовых показателях. Это пока, то, что у Хищной планеты есть сезонные изменения, догадывалась.
Само тепло исходило из недр, а в некоторых районах планеты находились долины огненных гейзеров. Что в Верхнем, что в Нижнем мире. Вот ещё одна из причин, почему на поверхности зверьё рыло глубокие норы, – в них было теплее. И о ветров они спасали. Кое-где имелись целые подземные туннели. А внизу, действительно спастись можно было только в пористых образованиях застывших гор. Сколько девочка не пыталась, не могла от гладкой поверхности горы отколоть ни кусочек, ни крошечку.
Первое время, безмерно помог ей респиратор, которым снабдил девочку отец во время пожара в деревне, добротный, шахтёрский. Если бы не он, и не старинные очки сварщика, которые она нашла на улице там же, в тот «последний» день своей обычной земной жизни. Само её существование, наверняка, находилось бы под вопросом. Проблема у неё возникла лишь с обувью: помучившись, какое-то время в развалившихся кроссовках, она предпочла остаться босой. Но лишь пока не научилась более-менее сносно изготавливать подобие сапог, которые больше смотрелись страшными носками. Благо, мелкого зверья водилось предостаточно. Как могла, так и выделывала кожу. Спасибо ещё, что Кутя зачастую возил верхом. Иначе…
А как напугалась она, увидев спуск в Нижний мир впервые. Ведь дремала верхом, уткнувшись носом псу в холку. Не ожидала, что под самой горой, у подножья которой клубился густой туман – резкий обрыв.
Тогда, увидев бесконечную бездну, для неё остановилось время. Она не могла вспомнить, сколько потребовалось сил, и откуда они взялись, чтобы не соскочить с зверя, не свалиться в неожиданно представший перед ней ад. Тогда, она увидела свой сон наяву – чёрную бездну, в которую падала вечность в своих кошмарах. Как хотелось кричать от ужаса, но… «доверься» шепнуло ей подсознание, такое же бесконечно глубокое.
Покрепче обняв могучего зверя, доверилась она. Пёс благополучно достиг ровной поверхности со своей ношей. Ни через год, ни через два, ни через три, отвесная скала так и не поддалась ей для одиночного путешествия. Трудный путь она преодолевала только верхом. Так, раз в земной год. Как пёс соизволит прогуляться.
Кутя оказался не одиночкой, а альфой. Его стая состояла всего из одной самки и трёх детёнышей. Одной самки из первого помёта, и двух маленьких щенят из последующего. То, что когда-то стая была куда больше, «говорили» многочисленные норы.
Самка альфы встретила их, если так можно выразиться, радушно. На нового члена семьи, правда, пофыркала, а потом приняла как родное дитя. Видимо, что-то такое увидев. Может, как она гладила пищащие комочки, успокаивала, подкармливала. Казалось ей, что эти странные псы не такие дикие. Как будто у них есть зачаток разума. Зверёнышем вар стала она – зверьком.
И если старшие в семействе заботились, кормили и защищали, то маленькие щенки стали для девочки радостью и забавой. Так они и жили, гуляли более-менее свободно на прилегающих территориях, зачищенных Кутей от других хищников. Играли с застывшим в фиолетовом смоге светом, словно в каком-то волшебном зазеркалье. Хорошо, но…
Глава 4 искательница
Она росла. Голова требовала информации, знаний, изголодавшееся сознание подстёгивало на необдуманные поступки – крайности. Чтобы освоиться в новом, непознанном мире, ей хотелось знать о нем всё. Изучив территорию стаи, она начала вместе с Кутей отходить всё дальше и дальше. На разведку, на охоту.
Благо идти было куда. Были места похожие на преисподнюю. Чёрные столбы, плавлеными свечками, исчезали в клубившихся вокруг них туманах. Огонь извергался из гудящей пасти, и, казалось, заглушает нечеловеческие крики. Близко подходить к таким местам девочка не решалась, жар обжигал лёгкие. Но именно недалеко от таких мест, в своего рода «карманах», примыкающих к таким преисподним, обитала её стая. Другим хищникам, видимо, нестерпимо чувствовать под подошвой раскаленные камни. А вары, они жили на горячих вулканических породах.
Однажды, девочка дошла до целой пустыни, конца и края которой не было видно. И не смогла по ней пройтись из-за гудящей почвы и извергающих из её недр газов и огня. Хотя, тогда она что-то почувствовала. Незримая нить тянула её туда, в сторону огненной долины, из её браслета, если его потереть, появлялся пучок яркого света, и указывал направление. Взяв этот указатель за точку «севера» на компасе, начала она ориентировалась исключительно по нему, и ни разу не заблудилась.
В одной из прогулок, она набрела на странное место. Далеко от хоженых троп её псов, за болотами. Подметила, что, скорее всего, вода прибывала на территорию сезонами. Огромная гора из ила, веток и брёвен напоминала пирамиду. Из грязи и слизи виднелись обрывки от амуниции местных рыцарей, да ещё попадались какие-то странные предметы и разное холодное оружие, многое ржавое, негодное, но для неё, в её ситуации, всё, что она находила, являлось её сокровищем. Возиться в склизкой и смолянистой чёрной болотной яме не доставляло удовольствия, но страсть изучения оказалась сильнее отвращения. А больше-то и заняться было нечем. Выжила. Наелась. Нашла что-нибудь человечное. И уже счастлива.
Смрадов – ужасных хозяев болот она видела редко. Старалась близко не приближаться к их территориям, к их тропам, которые можно было с лёгкостью отличить от любых других по характерным следам, запаху и слизи, которую они оставляли, помечая брюшком свой след для остальных сородичей. И из-за этого специфического запашка, скорее всего и название тварей произошло. И лапы у них, что клешни у рака, там и хватательные, и атакующие, и ходильные ноги, и плавательные ласты на хвосте. Наверное, первое сравнение этих чудовищ с муравьями не совсем верно, кроме того, что у них есть иерархия, как у муравьёв или пчёл. У них имелось гнездо, матка, и делились они на четыре вида внутри семейства. В высоту, это если они вытягивались на задних лапках, быстрых и цепких, то почти полтора метра. От носа до кончика хвоста чуть-чуть длиннее трёх. Не сказать, что отвратительные создания, просто твари. И, действительно, были невероятно быстры, кровожадны и умны. Только дикие псы бесстрашно соперничали с ними. В дикой среде, только стаей.
Матке гнезда подчинялись все в колонии и кормили. Такой огромный головастик с короткими лапками, от двух до трёх метров в диаметре и очень неповоротливый. Но это, нельзя сказать о её языке: он вылетал из пасти, в несколько рядов снабженной акульими зубами, на порядочное расстояние, от пяти до семи метров, и хватал притаившуюся добычу, протыкая её насквозь, расположенными на конце длинными зубьями. Ужас!
Ужас был бы, если бы девочке пришлось ходить по самому болоту. Но благодаря многоярусности Нижнего мира, сложившихся, видимо, из-за наводнений и густоты лесов. Да и сами деревья в оазисах обладающие колоссальными размерами, что ввысь, что вширь, да ещё переплетённые подобием тропических лиан, повлияли на необычное оформление, много этажность и заселение разными видами.
Несколько раз девочка натыкалась на болотную тварь. Наблюдала за ней с высоты. Но хорошо рассмотреть болотную госпожу полностью никак не удавалось. Перекатываясь с места на место та, иногда выпучивала из воды своё округлое брюхо. Иногда, хищницы чуяли друг друга и пытались пересидеть. Лишь однажды, девочка попалась той на глаза и впредь, предпочла быть осмотрительнее. Что-то невыносимое, почувствовал она от такого пронзительного взгляда, гипнотического, смертельно опасного. И головокружение, она так поняла, было вызвано именно ею. У-у-у… А сколько потребовалось времени, чтобы уйти на подкашивающихся ногах, по ветхим переплетённым лианами сучьям?!
Не хотелось ей больше, испытать тот дикий внутренний страх, не хотелось попасть в объятия цепкого языка. Не хотелось, но они всё же жили в одном мире, в одном спасительном оазисе. Тут хочешь – не хочешь, приходилось пересекаться. Но её спасали многочисленные укрытия, которые даже мощные челюсти смрадов не прогрызали. Укрытия всё из того же материала, что сам купол над ними. Оно было похоже на огромные гладкие скалы из крепкой породы испещрёнными норами, словно сыр. Сидя в глубине, она ждала момента затишья, когда опасные твари пройдут мимо, унося туда, куда она не стремилась попасть, неосторожную добычу. Если смрады ушли домой с добычей, знала девочка, у неё есть несколько дней, а то и целая неделя в запасе.
Для неё время имело стратегическое значение. Больше времени, больше возможности осмотреть завалы, образовавшиеся из-за тех самых сезонных наводнений. Почему-то интересные находки зачастую попадались именно там. Иногда она чувствовала исходившие от предметов вибрации, и рыла, рыла и рыла. Иногда на одно и то же место ей приходилось возвращаться по нескольку раз в течение двух или трёх месяцев. Но такая настойчивость вознаграждалась. Она знала!
Знала, что ещё не время переживать. Сезон долгой ночи ещё не скоро. А значит, наводнение, которое принесёт с собой одних из опаснейших смрад, только впереди. Как пугал её брат, что в то время, их госпожа впадёт в спячку, отложив кучу яиц, и надобности носить ей еду отпадёт. Так что смрады-ищейки, отличающиеся большими размерами и имеющие дополнительные наросты на голове, своего рода командиры, ведущие за собой толпы смрад-солдат, отличающиеся умом и сообразительностью, останутся не у дел. Но это до поры до времени, пока их же младшие сородичи, которые питались остатками еды со стола госпожи, не проголодаются. Выползут из своих болот обладатели недоразвитых крыльев и начнут жрать всё и всех. И берегись тогда всё зверьё хищного мира! Будет бойня!
Время у неё ещё есть. И девочка наслаждалась превосходными местами, передвигаясь нехожеными людьми тропами. От красоты захватывало дух, а от понимания опасного соседства, по спине пробегал холодок ужаса. В кровь выбрасывался адреналин и туманил разум.
Туман, временами хоть и бесил своей вечностью, но также он выполнял для неё спасительную функцию. Особенно фиолетовый, который действовал, как выяснилось, и на бронированных воинов, и на смрадов, ослепляя и дезориентируя в пространстве. Что-то в нём было. Захватывающее…
Под многотонными стволами, переплетёнными тысячами разновидностей лиан, можно было видеть, как просачивается родник чистой ключевой воды – били ключи. Неимоверная красота! Проблемы в Нижнем мире с пресной водой абсолютно не имелось. День под чёрным сводом был жарким, а ночь умеренно холодной. И как на Земле существовали сезоны:
Первый сезон – сезон дня – когда ночей практически нет, лучи солнца постоянно ласкают мир.
Второй сезон – сезон позёмок – когда к середине сезона, солнце последний раз, показавшись, исчезает. Исчезает с поверхности мира. Это что-то вроде белых ночей, только с густыми туманами и яростным ветром на поверхности.
Третий сезон – сезон длиной ночи – и этот сезон самый длинный, примерно, с пять земных лет. Пять лет, когда ни один лучик света, не касается поверхности Верхнего мира. А вот чёрным горам нипочём, солнце одаривает их верхушки своими лучами. И эти освещённые зубья становятся чем-то вроде маяка в ночи…
Четвёртый сезон – сезон рассвета – когда в ночной мгле начинают светиться туманы, когда робкие лучи солнца, растворяются в верхних слоях атмосфере и раскрашивают небо всеми цветами радуги. Наступает пробуждение, весна, жизнь.
И все эти сезоны вместе составляли от пятнадцати до семнадцати земных лет.
Однажды, странное чутьё привело девочку – искательницу приключений, к разбитому летательному аппарату, относительно небольшому, примерно десять на тридцать метров. Время практически полностью укрыло его, но не от её глаз. Сколько смогла, откопала и обследовала она его. Но что она могла обследовать своим детским разумом? А вот с дверью разобралась. И до ребячьего визга радовалась своему успеху, тому, что нашла, где включается свет. Что-то ещё работало, щёлкала некая автоматика, срабатывали экраны: вспыхивали и гасли, стоило по ним постукать. Постукивать, постукивала, но нажимать на неизвестные кнопки и рычаги побоялась, мало ли что может случиться? Так что скоро этот корабль стал потайным укрытием. Домом!
Она перетащило в него все найденные предметы и оружие, кое-что от амуниции, особенно шлемы. Стащила сокровища в сокровищницу.
Каждый шлем с амуницией имел свои секреты, потайные замки, защёлки, заклёпки и приспособления. Закрыть и открыть, снять или надеть бронированный костюм, не зная эти секреты, совершенно невозможно. Точнее, не каждый бронированный костюм имел отличия, имелся на них, своего рода, штамп производителя. Если попадалась схожая броня, то отличия были несущественные.
Оружия насобирала девочка невероятно много, рассортировала его, но ничего себе не взяла, всё было чужое, тяжёлое. Ей казалось, что если она присвоит себе хоть что-то, то она будет ничем не лучше мародера. Лишь три разные стрелы, сама не зная, зачем, она вплела в свои отросшие косы.
Самостоятельно она сделала себе небольшой лук, стараясь, как можно реже пускать его в ход, ей не нравилось убивать, она и не убивала, если не защищалась, ей было жалко зверюшек.
Чтоб вспугнуть, отпугнуть или дезинформировать живность, она использовала рогатку, которую сделал ещё отец, приучая дочь с малых лет всегда иметь при себе спички, зажигалку, иголку с ниткой, складной ножичек, маленькую аптечку с зелёнкой, а рогатка лежала для забавы. Всё на случай, если она заблудится в лесу. Как будто знал отец, что его «стрекозе» всё пригодится.
Со многими найденными предметами ей удалось разобраться самостоятельно. Помогали в этом сны, какие-то странные, но такие реальные, как воспоминания, только чужие, как будто не её. И браслет: широкий, возможно, даже каменный, цвета тёмного ночного неба с мерцающими в глубине звёздами, но не всегда. Иногда, украшение переливался всеми цветами радуги – светилось. Сколько девочка себя помнила, он находился на её руке, на левой руке, и никогда не снимался, он рос вмести с ней. Необычное чудо не мог объяснить ей даже отец. Сказал, что она появилась у него уже с браслетом на руке. Так же по ночам наблюдал он необычное его свойство – мерцающий блеск, обволакивающий ребёнка, когда она спит.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.