Элендил Эльфов. Из книги Летописи

1. Элайджа Скромби и Денни Джемджи

Соединенные Штаты Америки, Нью-Йорк, 21 век 2003 года. Современная жизнь была шумной и ожесточённой. Нью-Йорк рос во всей своей красе: его огромные небоскрёбы, доходившие до самых небес, были красивыми и величественными. Автомобили, разной длины и ёмкости, разъезжали по длинным, ровным и красивым дорогам города, образуя пробку. Обычная жизнь обычного американского народа текла своим чередом. Но оказалось, что далеко не у всех жизнь была столь необыкновенна, без приключений. Хотя в нашей жизни случаются какие-то моменты, что мы называем их «приключением» Но, наверное, люди не встречались с настоящим приключением, которое могло бы полностью изменить их жизнь. Вот об одном таком мне бы хотелось рассказать…

В одной обеспеченной семье жизнь шла, как и у всех. Глава семьи, папаша Джон Скромби, работал в фирме по части торговли с крупными городами и фирмами. Его рабочие часы начинались в восемь часов утра и заканчивались в девять часов вечера. Но на работу Джон любил выходить за час. Он любил посидеть в своём кабинете в одиночестве и о многом поразмышлять.

Мать Джуди Скромби была домохозяйкой. Люди нередко отмечали, что Джон и Джуди были красивой парой. Первого ребёнка, девочку, Джуди родила в двадцать лет. Девочку назвали Алисия, но, не доживя и до года, она умерла. Врачи ничего не сказали родителям, то ли потому что сами ничего не знали, то ли просто не захотели травмировать их. Горе в семье было большое, но очень скоро Джуди родила мальчика. С рождения он был красивым, но имя для него выбирали долго. Но однажды пришёл домой крёстный дядюшка Рэдклифф и заявил, что с именем и думать не надо! Предложенное им имя было таково: Элайджа.

Элайджа Скромби рос достаточно одарённым мальчиком. Он в два года уже умел хорошо читать, писать и считать. У мальчика был талант к музыке, книгам. Он мог легко сочинить песню, но больше всего его увлекало чтение. Он часами засиживался в огромной библиотеке отца.

Когда Элайдже Скромби исполнилось пять лет, его отец умер от рака. Мальчика стал помогать воспитывать крёстный.

Элайджа рос умным и очень красивым мальчиком. Его лучшим другом был Денни Джемджи. Денни был ровесник Элайджы. Им обоим было по двенадцать лет, да и родились они в один день.

Родители Денни были предпринимателями. Но, когда мальчику было девять лет, отец его, Макс Джемджи, попал в аварию и скончался в больнице. Мать Элизабет была тяжело больна, но ради сына она крепилась.

Друзья ходили в одну школу, которая была через квартал, и в один класс. Мальчики были очень дружными, куда один, туда и второй. Однажды, когда друзьям было по восемь лет, Элайджа поссорился с одним выскочкой из параллельного класса, и тот разбил ему нос. Узнав, Денни так разделался с обидчиком друга, что тот несколько недель не появлялся в школе. Правда, после этого пришлось Элайдже и Денни побегать по директору и заучу школы, но это не беда – главное для ребят было отмщение друг за друга.

Денни Джемджи любил Элайджу Скромби, как друга. Он считал своей обязанностью быть всегда рядом с ним. Элайджа же отвечал ему взаимностью и нередко говорил, что если б не было Денни, не было б и его. Родители мальчиков, видя их отношение друг к другу, только головами качали, говоря, что дружба их пока временная, а потом жизнь разбросает кого куда. Но на самом деле они ещё не знали, как велика была их дружба, да и сами ребята не представляли себе её силу. А сила была, которая и помогла впоследствии друзьям выжить.

2. Обычная безделушка

В этот раз была суббота, и ребята отдыхали от школы. Денни был вместе с другом на даче за городом. Дача принадлежала родителям Элайджы. Она находилась на холмике, окружённая лесом. Невдалеке протекала речушка, полученная из-за бившего из земли ключа. У речки была беседка, а за ней поле. Денни и Элайджа любили гулять по нему. Поле было длинным с мягкой зелёной травой и душистыми полевыми цветами. Мальчики любили эти места и пропадали в поле на весь день. Сейчас же друзья шли по траве, весело болтая:

– Классно сегодня прошёл урок физкультуры! – смеялся Денни – Помнишь, Элайджа, как мы бегали по спортзалу, а у Гарри в кармане зазвонил сотовый. Его, видите ли, отец вызвал с собой по делам! Так он, ни у кого, ни чего не спросив, выбежал на ходу за дверь, а физрук так и остался стоять с открытым ртом!

– По-моему, ему здорово влетит в школе, – сказал Элайджа – И давай лучше не говорить о ней, а то у меня голова и без того пухнет.

– Знаем мы, от чего она у тебя пухнет, – заявил Джемджи – Небось, от взгляда Келли. Она с тебя весь день глаз не сводит. Наверное, влюбилась!

– Денни, лучше помолчи! – нахмурился Скромби – Келли полная дура, переменяла сотню пацанов, а теперь и за меня взялась.

– А что? – удивился Денни – Ты хочешь сказать, что она плоха по внешности? Келли ведь классная девчонка!

– Она не в моём вкусе, Денни, и давай сменим тему.

– Как скажешь, – согласился тот.

Остальную часть пути шли молча. Вдруг Элайджа наклонился, взял что-то с земли и показал другу.

– Смотри, Денни, какая замечательная, красивая вещь!

В его руке была сверкающая брошь с изображением странного, но прекрасного листа. Она излучала холодно-голубоватый оттенок. Брошь была так искусно сделана, что не всякий смертный смог бы сделать такую.

– Да, это безделушка сделана искусно. Но зачем она тебе понадобилась? – удивился Денни.

– Разве брошь тебе не нравится? – спросил Элайя.

– Ну, почему не нравится, нравится. Просто, зачем она тебе сдалась-то?

– Не знаю. Она мне просто очень понравилась, – закончил Скромби – А теперь пойдём домой, Денни. А то мы с тобой загулялись.

Денни Джемджи ничего не ответил, а лишь молча пошёл рядом с Элайджей.

Элайджа всю дорогу любовался странной брошью, которая лежала на его ладони. Его взгляд был прикован к холодно-голубоватой пустоте. Мальчику казалось, что безделица не столь обыкновенна, как казалось на первый взгляд. Изнутри золотого листа просвечивалась древность былых времён и мудрость, не принадлежавшая обычным смертным. И вдруг из броши послышался чуть различимый шёпот, но Элайе была непонятна речь. Она была какая-то древняя, но на красивом, нездешнем наречии. Голос того, кто шептал, был властным, но с тем же красивый и мелодичный, он лился, как ручей! Мальчик, словно завороженный, слушал его, совершенно ничего не понимая. Найдя в себе силы, Скромби оторвал взгляд от броши и заметил на себе удивлённый, но и испуганный взгляд Денни.

– Ты в порядке, Элайджа? – спросил он.

– Да, а почему ты спрашиваешь?

– Да ты сейчас стал бледным, как смерть, а глаза твои были испуганными и неподвижными! – разъяснил Денни.

– Странно, но мне показалось…, хотя это не важно, – отмахнулся Элайя.

– Нет уж, договаривай, – попросил его Джемджи.

– Да это не важно. Пойдём скорее.

И мальчики быстро направились домой. На даче друзья были одни. Они прошли на кухню, поели и пошли в гостиную. Ребята не знали, за что им взяться: то ли посмотреть телевизор, то ли послушать музыку, то ли почитать книги.

Элайджа Скромби спрятал брошь с листом в тумбочку своей комнаты и больше к ней не прикасался. Но настойчивые мысли о странной находке не давали ему покоя. Но почему эта обычная безделица таила в себе столько тайн? Мальчик не понимал, но он остро чувствовал, как от золотого листа веяло древней, могущественной магией. Но, может быть, ему это только казалось? Элайджа не хотел об этом думать, но Денни ни мог не заметить неожиданные перемены в своём друге.

3. Явление Маблунга

Наступила ночь. Элайджа и Денни спали в одной комнате на двухъярусной кровати. Внизу – Элайя, вверху – Денни. В эту ночь было тепло, и друзья открыли окно. Элайя не спал, да и Денни тоже, но каждый из них лежал молча.

Во втором часу ночи за окном с неба упала ослепительная звезда, и тут же в комнате появился яркий свет. Мальчики одновременно вскочили и уселись на кровати с открытыми ртами. А между тем свет исчез, а на его месте появился удивительный старец в белом, длинном платье, поверх него был накинут тёмный плащ, на голове была широкополая шляпа, из-под которой выбивались длинные, белоснежные волосы. Борода была до пояса и тоже белая. Лицо старца было строгое и вдумчивое, глаза, видневшиеся из-под густых бровей, лучились большой тысячелетней мудростью. Старец держал посох, по-видимому, волшебный.

Элайджа, запинаясь от страха и удивления, спросил:

– Кто… кто вы?

– Я – Великий волшебник Маблунг и явился к вам из Ясноземья.

– Откуда? – удивился Денни – Послушайте, дедушка, не разыгрывайте нас. Мы и без того напуганы.

– Я вас и не разыгрываю, – ответил маг – Вы меня только не перебивайте. Я расскажу вам быстро одну историю, по поводу которой я здесь оказался.

В начале Первой Эпохи нашего мира из Ясноземья был утрачен Элендил эльфов. Элендил обладал могущественной силой, с помощью которой эльфы могли безприпятственно править миром. И никакие Чёрные Силы не были страшны нам. Но каким-то образом Свет Власти был утрачен, и теперь Ясноземье потускнело. Наш Светлый Совет Магов хочет найти звездинку эльфов, которой владеет Премудрая Владычица Благословенного Края Тинувиэль, так как народ Ясноземья не хочет, чтобы Эпоха эльфов завершилась.… Но, увы. Элендил утерян, значит, Эпоха встала под угрозой. Даже если он и найдётся, эльфы будут править уже не долго, ибо потеря Власти Элендила – это знак самой Судьбы, что эльфам пора покидать Ясноземье.

Наш Совет Светлых Сил долго искал звездинку эльфов и, наконец, нашёл её. Она у тебя, Элайджа.

Элайджа Скромби поднял на мага изумлённый взгляд больших голубых глаз.

– Что вы имеете в виду? – спросил он.

– Я имею в виду твою сегодняшнюю находку. И давайте перейдём на «ты», – ответил Маблунг.

– Но ведь моя находка самая обыкновенная, – начал объяснять мальчик – Она совсем не связана с Элендилом.

– Покажи мне свою находку, и ты увидишь, что это не так, – сказал маг.

Элайджа нехотя достал из тумбочки золотой лепесток. Он вспыхнул тут же холодно-голубоватым оттенком.

– Узнать настоящий эльфийский Элендил можно только с помощью заклинания, – проговорил тихо Маблунг, а потом, повысив голос, добавил – Попробуй-ка, мой друг, прочесть такое заклинание:

Скромби послушно повторил за стариком, и золотой лепесток в его руках тут же вспыхнул! Вокруг листа сияли лучи звездинки, и свет, который излучала звезда, был холодно-голубым. Вскоре звездинка погасла, и в руках Элайджы остался один лишь золотой лепесток.

– Что это? – испуганно прошептал Денни.

– Это Элендил эльфов – настоящий Элендил, – ответил Маблунг – Теперь мне нужна твоя помощь, Элайджа. Ты должен отправиться со мной в Ясноземье. Мы пойдём в Эльфский Дол, там ты отдашь Элендил Светлому Совету, и твоя миссия будет завершена.

– С какой это стати вы, то есть, ты решил, что я пойду в Ясноземье? – спросил Элайджа.

– Но только ты, мой мальчик, сможешь вернуть нам Элендил, так как это ты нашёл его. Существует много эльфийских элендилов, но этот самый главный. Он не поддастся никому из смертных. Им могут владеть лишь эльфы, а для остальных Свет Власти губителен. Элендил развращает сердца – человеческие сердца, которые так легко развратить.

– Тогда возьми его себе! – воскликнул Скромби – Я не хочу владеть Элендилом, отнеси его в Ясноземье сам!

– Не предлагай мне его, не искушай меня! – строго произнёс маг, отшатнувшись – Я не находил Элендила, обо мне не сказано в пророчестве Мудрых: «Да поможет землянин Ясноземью»! Если я завладею Властью эльфов, то воссяду на престол Благословенного края, изгнав из Ясноземья Тинувиэль! И даже если я захочу Добра для своего мира, моё Добро всё равно выльется во Зло. Пойми, не я нашёл Элендил, а ты. О тебе говорит пророчество, а значит, тебе ничто не грозит, ты ведь по доброй воле захочешь помочь нам, и ты не пожелаешь взять Элендил себе.

Наступило молчание. За окном близился рассвет. Денни первый нарушил молчание:

– Маблунг, а моему другу точно ничего не будет?

– Не бойся, Денни, – ответил тот – Элайджа вернётся в целостности и сохранности.

– А как быть с родителями? – неуверенно спросил Скромби.

– Я решу с ними этот вопрос, когда мы вернёмся, Элайя, а вернёмся мы быстро, – сказал Маблунг – Ну, что? Давайте, решайтесь скорее, а то близится рассвет и мне надо обратно.

– Ну что ж. Я всегда мечтал побывать в сказках, – невесело улыбнулся Элайджа – Я положусь на тебя, Маблунг, и я помогу вам, раз уж такое дело.

– А я буду там, где мой друг, – невесело закончил Денни.

Вспыхнул яркий свет, и друзья потеряли сознание.

4. Ясноземье

Очнулись ребята на огромном зелёном лугу, залитому солнцем. Над головой было голубое небо, в некоторых местах были лёгкие, белые облака. Друзья приподнялись и увидели возле себя старого Маблунга. Тот помог им встать на ноги и сказал:

– Добро пожаловать, мои друзья, в Ясноземье! Чтобы не терять времени понапрасну, давайте-ка лучше пойдём вперёд, и куда бы мы не зашли, молчите об Элендиле и о том, что вы земляне, а не то накличете беду. Ну а теперь спрашивайте о чём угодно, вопросов ко мне, я думаю, у вас накопилось предостаточно.

И друзья двинулись в путь.

– А расскажи нам о Ясноземье, – попросил Элайджа.

– Ясноземье, – начал маг, – намного старше вашей Земли. Так что же тебе, мой юный друг, рассказать о своём мире? Ну, во-первых, Ясноземье – это самая светлая страна, во-вторых, здесь всегда жило Добро, по крайней мере, до сегодняшнего дня. Изначально Ясноземьем правили эльфы. Первыми правителями нашего мира были Селерберн и Глорфиндэль. Но чтобы не позволить зародиться в Ясноземье Злу, Глорфиндэль сотворила Всемогущий Элендил. Элендил был призван творить Добро и следить за тем, чтобы не зародилось Зло. Но Зло родилось, ибо корни его всегда присутствуют в любом мире. Прародителями Зла Ясноземья являлись Мейбл и королева Тьмы Маб. У них был сын Мортал… Как и все младенцы, Мортал родился чистым и невинным, но душа его уже была отравлена, поэтому ОН легко впитал в себя плоды Тьмы.

Узнав о Мейбл и Маб, Селерберн пошёл на них войной, ибо сила эльфов была могущественней силы Тьмы, так как настоящее Зло только зарождалось и ещё не окрепло. В Первой Великой битве Добра и Зла Зло было разбито, а Мейбл и Маб уничтожены. Но никто из Светлых Сил не вспомнил тогда о сыне Тьмы Мортале. Это произошло в Начальной Эпохе Ясноземья.

В конце Эпохи в нашу страну из-за Моря, из Зачарованной гавани, приплыли Белые корабли. На берег Ясноземья высадился первый величественный человек. Ему было предсказано, что именно здесь его сыновья воссядут на престол, и будут править западными землями. Первого короля Запада звали Эгил. Эпоха за Эпохой шёл древний род Эгила, но в Первую Эпоху эльфов (после Начальной и Предначальной Эпох) в Ясноземье пришёл другой род, не менее древний, Нуриона. Так рядом с Альфалэсом и Эланэсом выросли другие мощные твердыни – это Имладрис и Таверс. Род Эгила от рода Нуриона отделяли лишь Изгарные горы, но великие и мощные твердыни роднились друг с другом. Правители создали вечный союз «Союз четверых». Позже к ним присоединился правитель Галадрима, который был из рода Нуриона, но с древними эльфийскими чертами. Так «Союз» стал «Союзом пятерых».

Но мир Ясноземья длился не долго. Мортал слишком быстро возмужал в темноте Горгорота за Чёрными горами. Он пошёл войной на Глорфиндэль и Селерберна, дабы украсть и завладеть Великим Элендилом. Но первая попытка его не удалась, Мортал был разбит и вогнан обратно во Тьму.

Элендил остался у эльфов, но «Союз пятерых» заключил с ними союз, дабы при любом нападении Врага стоять друг за друга до последнего и идти друг другу на помощь.

Так прошли две Эльфийские Эпохи, и началась Первая Эпоха, когда люди укрепились на западных землях. На заре этой Эпохи Элендил был утерян, но теперь он у тебя, Элайджа, и твоя задача сохранить его до Эльфского Дола. Пока что ты Хранитель Элендила эльфов. И он не должен попасть в руки Мортала во второй раз.

Мальчики слушали повествование мага с открытыми ртами и даже не заметили, как наступила ночь. Спрятавшись в больших лопухах, друзья легли спать. Часовым остался Маблунг. Он уселся возле ребят, опершись о посох. Денни, устав с непривычки так долго идти, сразу же заснул, а Элайджа смотрел на звёзды в ночном небе, и они ему казались более яркими, чем на Земле. Его взгляд упал на мага, и мальчику показалось, что какая-то ноша пригибает его к земле, но какая?

«Сколько же ему лет? – подумал Скромби – Он знает столько всего удивительного, он помнит всю историю Ясноземья изначально. Когда же он появился на свет, и когда ему суждено покинуть этот мир?». В таких раздумьях мальчик и уснул.

5. Ветвистый лес

Проснулись мальчики рано и сразу получили от Маблунга несколько фруктов и ягод. Потом запили всё это из фляжки мага. Вода во фляжке была необыкновенна хороша и давала новых сил.

– А теперь давайте-ка продвигаться вперёд. До Эльфского Дола нам ещё далеко, а на нашем пути встретится много препятствий, – заявил старый маг, – Вскоре мы попадём в Ветвистый лес.

– Что это за лес? – спросил Элайджа.

– В Ясноземье есть много лесов, но почти все они произошли от Древнего леса, который находится за Драконьими горами, за Светлой рекой или, как её называют эльфы, за Главной Эльфийской. Древний лес возник при рождении Ясноземья. К нашему времени тех старых лесов не осталось, они сплотились лишь в Древнем лесе. В этом лесе сохранились те древние виды деревьев, которые уже вымерли. От Древнего леса корни пошли в Солнечную страну Стэллы. Там они образовали Великий лес. Этот лес впитал в себя весь свет Ясноземья с самого его рождения. И хотя в нашем мире свет потускнел, но Великий лес сохранил его в сени своей листвы. И свет его не померкнет до тех пор, пока живы эльфы.

В Благословенном крае Тинувиэль есть Заповедный лес. Его корни пошли от Древнего и Великого лесов.

А наш лес, в который мы идём, не произошёл от Древних лесов. Конечно, в Ветвистом лесу есть что-то от былых лесов, и всё же его называют ещё Лиходейским лесом, ибо это странные места. Лес весь ветвистый, даже тропки и речки, и те ветвистые! Не всегда знаешь, куда тебя заведёт тропа. Поэтому, не зная Ветвистого леса, лучше туда не лезть. Я, конечно, не ошибусь в нём, но, как говорят, и на старуху есть проруха. Боюсь, как бы мы в нём не заплутали. Из протекающих лесных речек лучше не пить, мало ли что?

– Маблунг, а почему ты говоришь, что Ясноземье ваше потускнело? По-моему, оно достаточно яркое, – поинтересовался Денни.

– Это вам так кажется, так как вы первый раз здесь. А нам, ясноземцам, видно, что после того, как власть эльфов над миром покачнулась, Ясноземье померкло.

– Маблунг, а что же стало с Глорфиндэль и Селерберном? – спросил Элайджа – О них ты нам так и не дорассказал.

– После того, как Мортал был введён во Тьму, – начал маг, – Селерберн погиб, ибо был сломлен ещё во время битвы. Глорфиндэль, рассчитывая на силу эльфов, отправилась через Чёрные горы, из Солнечного края, в Горгорот. Но там вместе с воинством и сгинула. Элендил эльфов достался Тинувиэль, старшей дочери Глорфиндэль. А та, образовав Благословенный край за Неприступными горами, ушла туда. И в Солнечном крае осталась её сестра Стэлла. Конечно, Стэлла не обладала такой наивысшей магией, как её сестра, но она могла читать людские мысли, могла внушать и свои. В стране Стэллы излечивались даже лиходеи, если, конечно, они сами этого желали.

– Хотелось бы мне побывать там, – мечтательно произнёс Элайджа.

– Ну, уж нет! – всплеснул руками Денни – Как только мы доберёмся до Эльфского Дола, ты, Маблунг, нас сразу же отправляй домой. Наши родители, наверняка, ищут нас, подняли, небось, на уши весь Нью-Йорк!

– Не ищут вас родители, – спокойно ответил Маблунг – Вы ещё не знакомы с Высшей Магией, так как на вашей Земле её просто нет. Когда вы проходили через материю времени, вы как бы раздвоились. Сами вы попали туда, куда и хотели попасть, а ваши резервные копии остались на Земле, поэтому, по ровному счёту, ваши родители вас и не теряли.

– Резервные копии! – пробурчал Денни – Эти копии хоть похожи на нас?

– Глупый вопрос, – сказал маг – Это же ваше второе я, это вы и есть. В ваших двойниках заложена программа самоуничтожения. Как только вы будете возвращаться на Землю, они самоуничтожаться или просто исчезнут. Вот и вся разгадка.

– Маблунг, я устал, – вздохнул Скромби.

– Если честно, то и я тоже, – ответил маг – Скоро мы выйдем на поляну, там и отдохнём.

– А далеко до Ветвистого леса? – спросил Джемджи.

– Не очень. Только я не слишком тороплю эту встречу. Лиходейские леса не слишком-то приятны для прогулки.

6. Поход по Ветвистому лесу

Вскоре, как и говорил маг, друзья вышли на небольшую полянку. Перед тем, как сесть отдохнуть, Маблунг спросил:

– Элайджа, Элендил у тебя?

– А у кого ему ещё быть? Разумеется, у меня, только, понимаешь, мне как-то всю дорогу не по себе. Давит он на меня что ли? Я не разберу, но, чувствую я,… даже объяснить не могу!

Маблунг приставил руку к карману Скромби, там, где хранился Элендил, и сказал:

– Я понимаю твоё чувство, Элайя, но крепись, не поддавайся жажде власти. Сохрани Элендил.

Элайджа Скромби улыбнулся и сказал:

– Я пообещал, а значит, не подведу.

Прилегли не надолго, старый маг заявил, что надо идти. Встали и пошли дальше. Желудки мальчиков ныли, а есть, было, нечего. Наконец, остановившись, Денни сказал:

– Маблунг, может, позволишь нам поесть?

– Привыкайте к долгому переходу. К тому же мы уже завтракали.

– А как же обед, ужин, первое и второе? – удивился Джемджи.

Но маг ничего ему не ответил, а Элайджа шепнул Денни:

– Денни, лучше потерпи. По-моему, он не настроен нас сегодня кормить.

Тот же шепнул ему в ответ:

– Ты хочешь сказать, что он этого ничего не знает? Но как же так?

– Ладно, держите, – не выдержал Маблунг и подал ребятам сухие хлебцы. Запили это друзья чудодейственной водой из фляжки старого мага.