Ходячее проклятье в Академии магии

© Гришина М., текст, 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Пролог

Пожилой профессор вытер пот со лба, тяжело вздохнул и откинулся наконец в кресле. Перед ним на кушетке лежала молодая девушка в форменной студенческой одежде. Она была стройной, явно не новые и не по размеру вещи только делали её тоньше и придавали ощущение хрупкости. Студентка спала. Беспокойно крутила головой, что-то бормотала и пыталась повернуться.

Вот только верёвки на её запястьях и лодыжках не давали это сделать.

Одна штанина была закатана, оголяя ногу до колена. Никто из присутствующих не обращал на это внимания, все смотрели только на странное устройство, которое было надето на щиколотку. Оно напоминало широкий браслет, сделанный из тёмной кожи и украшенный серебряными узорами. Если приглядеться, среди них можно было найти знакомые символы, но никто из присутствующих не смог бы прочесть всю надпись. На вид браслет казался старинным, повидавшим не одно поколение людей. Зато замка на нём не было видно – после произнесения правильного заклинания края предмета просто срослись.

Серебро изредка сверкало, отчего по коже пробегал электрический импульс и явно просвечивали вены. В такие моменты девушка особенно сильно дергалась, затягивая узлы на веревках.

– Её постоянно будет бить током?

Вопрос словно повис в воздухе. Задавший его мужчина, высокий, с благородной сединой в волосах и в преподавательском плаще, подошёл к кушетке. Шрам, видневшийся из-под ворота рубашки, говорил о том, что этот человек знает, что такое боль.

– Такая молоденькая. Вы уверены, что нельзя было обойтись без этого? – он жестом показал на браслет, который казался тяжёлым на женской ножке.

– Вы же знаете, профессор Гремлайн. Это был единственный выход. Несколько месяцев мы делали всё возможное и даже немного больше, чтобы решить эту проблему. Ни в одном из древних фолиантов нашего архива нет никакой информации о подобном. Эта девушка представляет серьёзную опасность, и поэтому мы не можем её отпустить.

Немолодая, но удивительно красивая женщина встала и, подойдя вплотную к профессору Гремлайну, положила руку ему на плечо.

– Такое решение далось нам нелегко, Освальд. Но оно единственно верное. А за неё не беспокойся, – женщина кивнула в сторону спящей студентки. – Она сильная. Справится. Иначе, боюсь, нас ждут большие неприятности.

Глава 1

Дождь барабанил по брусчатке, ледяной ветер задувал под одежду, вызывая озноб. До чего ж противно! Волосы давно повисли сосульками, вода с них текла за шиворот, заставляя ёжиться.

Большая площадь перед главным корпусом Магической Академии была забита промокшими студентами – сегодня начинался новый учебный семестр. Вот только это всё больше напоминало прогулку в тюрьме, а не праздник голодных до знаний студиозов. Не спрашивайте, откуда я знаю про тюрьму. Я всё равно этого не вспомню. Но точно знаю, что видела её изнутри. И, судя по нервно подрагивающим рукам, мне там не понравилось.

Все стояли парами, одетые в одинаковые оранжево-чёрные одежды. Это была не парадная форма, а какое-то недоразумение. Девушки носили чёрные брюки или юбку, оранжевую блузу простого покроя и чёрный пиджак с эмблемой отделения. На ногах – удобные ботинки из мягкой чёрной кожи, единственное, что примиряло меня с происходящим. Они были чертовски удобными и даже пока не промокли.

Парням повезло меньше – вместо пиджака им достался чёрный жилет, а вместо ботинок – высокие сапоги. На вид ужасно тяжёлые. Хоть бы шляпы выдали, что ли. К такому наряду они неплохо подошли бы.

Да, кстати. Вся одежда знавала и лучшие времена. На студентах решили сэкономить, и потому местами виднелись заплаты, следы от искр и пятна, о происхождении которых лучше не знать. Моя одежда была не лучше. На воротнике рубахи кто-то оставил подпалину, а на штанине внизу была целая россыпь маленьких дырочек. Ну хоть в глаза не бросались, и на том спасибо.

Кто-то покупал себе форму и выглядел как нормальный человек. Но дело в том, что не все могли себе это позволить. За учёбу мы не платили, зато компенсировали это наличием сильного дара. А царских ты кровей или выходец из деревни – значения не имело. Поэтому и отбор проходил жёсткий, чтобы оставить только подающих большие надежды. Как-никак, лучшее магическое учебное заведение королевства.

Вся эта толпа из двухсот разномастных студентов стояла на огромной площади, мокла и проклинала весь педагогический состав и их родственников до седьмого колена. В прямом смысле проклинала – с моего места была видна парочка ведьм, которые что-то шептали и стреляли зелёными глазищами в наших охранников. Это с десяток парней внушительной наружности, явно выбранных на эту должность не за научные достижения. И у каждого была дубинка, по которой проскакивали сине-красные разряды заклинания. На первый взгляд непонятно, что она делает. А проверять не хочется. Но кого когда-нибудь волновали мои желания?

От стоящей неподалеку кучки студентов отделилась девица, высокая, одетая заметно лучше других и с противным высокомерным взглядом. Ее тёмно-каштановые волосы выглядели на удивление сухими, чёрная юбка и шёлковая оранжевая рубашка тоже не мокли, видимо нарушала правила и пользовалась амулетом с заклинанием. Эх, мне б такой.

Она прошлась прямо по лужам, разбрызгивая воду на стоящих у неё на пути. Точнее, на тех, кто не успел слинять. Большинство сразу же сторонились, стоило ей подойти. Да, это местная знаменитость. И направлялась она прямиком в мою сторону.

Не скажу, что люблю начинать знакомство со скандала, но и прятать взгляд и шарахаться в сторону от какой-то выскочки я не намерена. Я уже приготовилась высказать ей всё, что думаю, и отыграться за противную погоду, как девица остановилась.

– И с каких пор в лучшую академию Веории берут малолеток? Деточка, ты не заплутала случайно? – В характере будущей магички я явно не ошиблась. – Тебя ж на первом же занятии снесут и не заметят!

Невысокая девчонка с длинной русой косой и веснушками на курносом носу оглянулась по сторонам, словно пытаясь понять, с кем это разговаривают.

– Ой, и не надо делать вид, будто я не с тобой говорю! Ты что здесь забыла? В тебе ж магии ни на грамм, шла б в своей деревне помогала коров доить, а тут учатся будущие маги! – На этих словах девица зажгла на руке огонёк, который стал разгораться и шипеть от падающих на него капель. – Нормальному магу это было б не страшно, – усмехнулась она и протянула руки с огнём к косе девчонки. Та вся сжалась, попыталась отступить, но попала ногой в лужу, оступилась и упала, подняв кучу брызг.

Все, кто стоял рядом, засмеялись, будто услышали шутку. А сами отводят глаза, чтобы никто не увидел, как они про себя радуются – сегодня досталось не им. Злорадствуют, сволочи.

– Если ты такая нормальная, то что пристаешь к другим? Неужели не выучила первое правило боевого мага – не обижать тех, кто не может постоять за себя?

Слова вырвались раньше, чем я успела придумать, зачем мне это нужно. Хотела ж просто пережить этот день.

– Это кто у нас тут такой смелый, что посмел высказаться против меня?! Ванессы Лордек, будущей графини! Хм, очередная выскочка, причём из новеньких. Я тебя здесь не видела раньше. И сейчас сделаю так, что больше не увижу!

Пока будущая графиня говорила, окружающие незаметно отступили к краю площади, оставив нас с ней в почти идеальном кругу. И охрана что-то не спешит вмешиваться.

– Ой ли? Нападаешь на студентов, применяешь магию и запрещённые амулеты – видимо, ты решила вылететь? Буду рада тебя больше не видеть. И знакомством с тобой точно гордиться не стану.

Неожиданно рядом со мной оказалась та самая девчушка, тронула меня за рукав и покачала головой. Мол, не связывайся. Ага, поздно уже. Ванесса заметно позеленела от злости и задымилась. От применения огненных заклинаний её тело стало нагреваться, и вся влага с одежды испарялась. Чёрт. А она не шутит.

Я не готова была к поединку прямо тут, в первый же день в этом месте. А мне ещё обещали спокойствие и защиту, но как-то подзабыли всё это обеспечить.

Пока я думала, как выкрутиться, в меня полетел огненный сгусток. Небольшой, размером с мяч, и увернуться от него не составило проблемы, вот только второе заклинание полетело прямо мне под ноги. Я споткнулась, по ноге прошлась волна горячего жара. Чёрт, больно!

Выпустить третье заклинание противница не успела. Под ногами дрогнула земля, камешки заплясали по брусчатке, как при землетрясении. Ветер загудел ещё сильнее, сдувая последнюю листву с деревьев и бросая в лицо всем, кому не посчастливилось оказаться здесь и сейчас.

Я не могу это контролировать. Сила рвётся из меня как живая. Порывы ветра (если можно это так назвать) напоминают ураган со мной в эпицентре, они сносят всё на своем пути, оставляя в радиусе нескольких метров непривычную пустоту. Со стен начинают выпадать камни, дрожь усиливается. Кто-то закричал и не удержался на ногах. Кто-то пытался создать щиты, но они не помеха. Сырая сила сносит их и впечатывает в стены. Остальные пытаются бежать.

Меня трясёт, в ноге пульсирует ужасная боль. Разряд. Я падаю на колено, опустив голову. Сила воет вокруг меня, создавая безжалостный смерч. Она не хочет утихать, её цель – защитить меня. Ото всех. Мне больно, значит, она разнесёт всё вокруг.

Разряд. Я не чувствую ногу, вместо крови по жилам течёт боль. У меня заканчиваются силы, сознание держится на чистом упрямстве.

Ещё разряд. Падаю на землю, ледяная вода приятно холодит моё тело. Есть несколько мгновений, чтобы отдышаться и утихомирить вихрь.

Слышу голоса, они приближаются. Топот ног. Я почти справилась с силой, вой ветра утих. Она никуда не делась, просто вернулась на своё привычное место у меня в груди и свернулась клубочком. Она не согласна с моим решением, но подчинилась. Это прогресс, мы даже не разнесли сегодня ни одной башни.

С трудом подняла глаза на окруживших меня людей. Мокрые волосы прилипли к лицу и мешают их рассмотреть. Судя по одежде – охрана, преподаватели, старшекурсники. Что ж, такое они вряд ли скоро забудут.

Какая-то женщина выходит вперёд, кажется, я её уже видела где-то. Такая красивая, но очень встревожена. Держит в руке камень, от одного взгляда на который меня бросает в дрожь. Синий, с проблесками серебра внутри, он приковывает мой взгляд. Я одновременно любуюсь и надеюсь, что ошиблась.

Женщина шепчет слова, камень вспыхивает и, уверена, обжигает ей руку. Но это такие мелочи по сравнению с тем, какой силы заклинание пронзает меня. Я ведь почти поднялась, почему же земля так стремительно приближается?..

Глава 2

Потолок. Белый потолок с трещинами и разводами. Это первое, что я увидела, открыв глаза. Моргнула. Потолок никуда не делся, но стал заметно кружиться. Собралась и всё-таки повернула голову набок, чтобы осмотреться. Темно, видимо, уже ночь. Полупустая комнатёнка – кровать, шкаф, стол с книгами, окно и кресло со спящим парнем. Хм, я его не знаю.

Студенческая форма, тёмные волосы растрёпаны, лет двадцати. Возможно, даже симпатичный. И ему явно неудобно спать в кресле, а кровать занята мной. К тому же организм ясно давал понять, что в отключке я пробыла уже долго.

– Эй! Доброе утро.

Ничего лучше я не придумала, а встать и толкнуть неизвестного соседа у меня не хватило бы сил. Он встрепенулся, проморгался, силясь сообразить, где он и что тут забыл. Вспомнил и как-то сразу помрачнел.

– Очнулась? Круто. Твоя комната напротив, дверь сработает на ауру и пустит тебя. Так что освобождай моё место и дай нормально поспать.

– А ты вообще кто?

– Спас тебя от карцера, на свою голову. Но уже жалею.

– А имя у спасителя есть? – Его несговорчивость начинала нервировать не меньше головной боли.

– Арик Венсон.

– Приятно познакомиться, Милена Дрейк.

– Слушай, Милена Дрейк. – Арик устало вздохнул. – День был крайне неудачным, а спать в кресле – удовольствие сомнительное. Я всё тебе объясню, но утром. Будь человеком, дай поспать.

В честности ему не откажешь. Пришлось подниматься, и пусть не сразу, но мне это удалось. Держась за стену, вышла из комнаты и оказалась в небольшой гостиной. В ночной темноте было тяжело разглядеть обстановку. Зато зеркало стояло прямо возле двери напротив (получается, это и была моя комната). И оттуда на меня глядела высокая лохматая девица в подранной форме, со следами грязи на лице и с расцарапанной щекой. Да, иногда я выглядела получше. Можно и испугаться, приняв меня за призрака.

Осмотрев помещение, я нашла дверь в ванную и немного привела себя в порядок. От холодной воды в голове посветлело, даже вспомнила какие-то моменты вчерашнего вечера. Кто-то кричал, загоняя всех в помещение; кто-то приложил меня ещё и дубинкой с разрядом (я таки разобралась, чем она сверкала); а женский голос приказывал отправить меня в карцер. Дня на три. Если обычные комнаты не блещут роскошью, то там точно было б премерзко. Я сморщилась, заметив, что щека вдобавок к ссадине ещё и начала распухать. Завтра точно буду красавицей.

Что там было дальше? Мужской голос, видимо мой сосед, пытается поведать о случившемся. Типа, графиня сама виновата и сажать за провокацию в карцер – негуманно. Профессора шушукаются и предлагают ему выбор. Или он меня забирает под свою ответственность, или карцер. Зубами Арик скрипит знатно, но раз уж сам влез, куда не просили, – согласился.

Меня закинули на плечо, и я окончательно вырубилась. А теперь вот, стою в полутёмном коридоре и пялюсь на своё отражение. Оно молчит и становиться симпатичнее не собирается.

Решив, что о своей везучести (с приставкой «не») буду сокрушаться завтра, всё-таки прошла в комнатку. Такая же, как у соседа. Маленькая, с минимумом мебели и одним окошком. О, мои вещи уже тут. Потрёпанный чемодан, рюкзак, сумка с книгами и прочей мелочью. Надеюсь, ничего оттуда не украли и не потеряли. Не так много у меня вещей, чтоб их раздаривать. Всё проверю завтра, а сейчас надо попытаться отдохнуть.

Разбудил меня стук в дверь.

– Эй, недоразумение, ты решила ещё и проспать первый день?

Что, уже утро? Вот чёрт!

Подняться удалось на удивление легко. Только нога ныла сильнее обычного. В комнате ничего не поменялось, комфорта или мебели не прибавилось. Ну ничего, я спала и в худших условиях.

Кое-как достала свежую форму, переоделась и пошла изучать обстановку. При свете дня гостиная смотрелась симпатичнее, даже обнаружилась небольшая арка на импровизированную кухню – магический чайник, ларец с морозящим заклинанием, кружки и пара шкафчиков. Мило.

Сосед обнаружился там же, читал какой-то конспект и жевал бутерброд.

– Привет, Арик.

– Привет.

– Спасибо.

– Значит, вспомнила? – Меня наконец-то удостоили взгляда. А он ничего, симпатичный. Высокий, подтянутый, короткая стрижка, хоть здесь это немодно, темноволосый. А вот глаза светлые, то ли голубые, то ли серые. И наглые такие, что от поклонниц точно отбоя нет. Рукава у выглаженной рубашки закатаны почти по локоть, чёрные брюки сидят идеально.

– Частично. А почему мы соседи? Это женское или мужское общежитие?

– А это мне бонус. Чтоб не лез в чужие разборки. Я ведь так рассчитывал один пожить, а мне тебя поручили! – И сморщился так, типа хуже меня соседей у него не было. Брр. Зазнайка. Будто я рада такому началу года.

– Еда там. – Арик ткнул пальцем в первый ящик. – Чай, травы – там. Закупаемся по очереди. Нет – обедаешь только в столовой, но за вкус я не ручаюсь. Если что-то надо, стучишься. По пустякам не дёргаешь. Хахалей не водишь. Я в вышибалы не нанимался, но шума не потерплю. Вроде всё, мне пора.

– Эй, погоди! А ты вообще на каком факультете?

– Боевик, второй курс. Ванесса тоже со мной учится. И вряд ли теперь от тебя отстанет, так что лишний раз не встречайся с ней. Ну если только не горишь желанием умереть или вылететь.

Это сосед договорил уже от двери, развернулся и ушёл. А от захлопнувшейся двери отлетел кусочек краски. Я проследила за его полётом и пошла умываться.

Синяк был хорош. Синий, с тонким желтоватым краем и фиолетовыми прожилками, он здорово украшал правую часть моего лица. Видимо, падение на каменную площадь так сказалось. Осмотрела себя в зеркале.

Высокая, тощая. В нужных местах всё-таки немного выпуклая, и всё же хотелось бы больше. Волосы по лопатки, каштановые, за лето здорово выгорели. Глаза… разные. Вот сейчас карие, такие прям цвета вкуснющего и настолько же дорогущего шоколада. Иногда болотные, цвета тины в грязной воде. А в моменты, когда мой внутренний, не совсем ручной вихрь силы вырывается погулять, – антрацитовые. То есть цвета тёмной страшной тучи, несущей с собой ураган и ливень. И так же сверкают.

Прозвеневший звонок отвлёк от разглядывания себя. Быстро заплела косу, повязала её оранжевой лентой. Под цвет формы. Рубашка мятая, но чистая; брюки немного велики в поясе, но свалиться не должны; удобные ботинки; сумка с чистыми тетрадями. И огромное нежелание выползать из комнаты, но выбора-то нет. Сама пришла, сама напросилась. Теперь изволь соблюдать правила и постарайся никого не угробить. Уже ставший родным браслет отозвался лёгким покалыванием – мол, постараемся, но ничего не обещаем.

За дверью меня ждал первый сюрприз. Мелкий, веснушчатый и с длинной косой. Вчерашняя девчонка скромно стояла у двери, потупив взгляд и держа в руке какой-то свёрток. Увидела такую красивую меня и сначала хотела бежать, но потом вроде признала.

– Доброе утро… это тебе. – И протянула бумажный пакетик. Подлянки от неё я не ждала, поэтому взяла и заглянула внутрь. Пузырёк из тёмного стекла, никаких надписей.

– Это мазь от синяков, и ссадина тоже быстро заживёт. Я сама сделала.

Голос у неё был красивый, чистый, но больно уж робкий. Зато снадобье она принесла хорошее, даже так ощущался запах горечанки – редкой травы, но здорово помогающей.

– И спасибо тебе.

Ну вот, на голубых глазах задрожали слёзы, пшеничная коса только добавила трогательности. Эх, где ж таких красивых берут? Аккуратный носик с веснушками, розовые губы, белая кожа. Даже фирменная старенькая форма на ней смотрится так мило, что аж завидно.

– Не за что. Я Милена. А ты?

– Катрина.

– Будем знакомы. Покажешь, где столовая?

Катрина кивнула, заметно повеселев. Я открыла баночку и стала на ощупь мазать свой синяк. А заодно осматриваться. Когда я сюда приехала, видела только приёмную, кабинет ректора и какую-то аудиторию. А, ещё смутно помню комнату вроде карцера, но тогда во мне было столько зельев, что я вряд ли её узнаю. Оттуда секретарь меня отправила на площадь, где, собственно, и началось моё знакомство с академией.

Сейчас мы спускались с третьего этажа башни, где была ещё пара комнат, но ученики нам пока не попадались. В окно было видно серое небо, дождь и спешащих студентов. Самих окон вдоль лестницы было много, но они были маленькие и больше напоминали бойницы.

На втором этаже было шумно, сразу видно – студенческое общежитие. Кто-то вдалеке визжал, кто-то матерился, кто-то обжимался по дороге на лекцию. Жизнь кипит, в общем.

Первый этаж представлял собой холл – огромный, с колоннами и мраморной статуей воина на рвущемся вперёд коне. Красиво. И многолюдно.

По направлению основного потока студентов я и сама поняла, в какой стороне столовая. Моя сопровождающая тронула меня за рукав и показала в ту же сторону.

– Столовая там, у нас есть ещё двадцать минут на завтрак. Потом надо найти свои аудитории, опаздывать нельзя – накажут.

– А ты с какого факультета? – Я так засмотрелась по сторонам, что забыла про неё хоть что-то узнать.

– Я травница. С детства любила растения, а потом и дар открылся. – Русокосая собеседница пожала плечами. Она мне определённо нравилась.

Травники ценились. Они не только знали все травы и время, когда их правильно собирать, это могли делать и обычные люди. Они добавляли в каждое зелье немного своего дара, усиливая тот или иной эффект. Так, из обычного снадобья от мигрени могли сделать яд, просто «раскрыв» действие паргоны белоголовой. А если усилить наземник волчий, получалось отличное средство от похмелья.

После обучения зельеваров заставляли давать клятву, что они не будут использовать свой дар во вред людям. Но добавить вредной соседке в чайную настойку слабительного это никому не мешало.

В столовой пахло горелым. Поварихи ругались, студенты ждали своей очереди с обречёнными лицами. В перерывах между потоками брани (выясняли, кто же виноват в том, что блины сгорели) одна из работниц накладывала на тарелку студенту эти самые блины и наливала кружку чая. И, пока он не успел опомниться, кричала: «Следующий!»

Эта картина казалась на редкость безрадостной. Но, когда очередь дошла до Катрины, лицо поварихи посветлело.

– Здравствуй, Катриночка! Что-то ты вчера на ужин не пришла, я тебе вкуснейшей рыбки оставила. С овощами и травками, как ты любишь. А кто это с тобой? Подружка? Новенькая, да? – Человек, который только что бранился на чём свет стоит, вдруг стал добрым и отзывчивым. Чудеса.

– Да, нала[1] Дагорна. Это Милена, она мне вчера очень помогла, вот мы и познакомились. – Катрина ласково улыбнулась поварихе и забрала тарелку с булочкой, вяленым мясом и компот. Я ж говорю, чудеса.

– Вот и хорошо! Девочкам надо дружить, нечего нам делить. – Она хитро подмигнула. – А племяшка у меня хорошая, вон какая красавица да умница выросла! Держи, деточка. Кушайте.

И в мою тарелку положили то же самое, что и Катрине. Я схватила поднос, пока никто не опомнился, поблагодарила Дагорну и пошла за девушкой к столу.

Завтракали мы молча. Я думала о первом дне и о том, сколько неприятностей он мне готовит. И можете считать меня пессимисткой, но мне казалось – день будет не из лёгких.

Глава 3

После завтрака я отправилась искать свою аудиторию. По расписанию значилась теория магических потоков у профессора Гремлайна. Примерное направление я знала, а там и обнаружила дверь с нужной надписью.

Помещение было большим, расставленные полукругом столы давали возможность хорошо рассмотреть, что творится в центре. Там стоял преподавательский стол и, видимо, находилось место для отработки заклинаний – кто-то начертил защитный круг (уже изрядно потрёпанный) и виднелись плохо затёртые следы жидкостей. Лучше не знать каких.

Профессора ещё не было, я выбрала себе место у стены и осмотрела своих сокурсников. На вид им лет девятнадцать-двадцать, хотя парень с военной выправкой у окна смотрелся на пару лет старше. А девчонке с длинной косой и фиолетовой прядью в волосах я б дала не больше шестнадцати. Вижу пару девушек-блондинок с эльфийскими ушками, они тоже осматриваются и явно близко знакомы. А может, и сёстры, вон как похожи. Но не чистокровные, у эльфов другой разрез глаз, и волосы не такого тёплого оттенка.

Пару раз ловила на себе заинтересованные взгляды, но все быстро отводят глаза. И старались занять место подальше. Ну и пусть, я сюда не ради общения попала. Мне нужны знания, помощь с контролем магии и ответы. Кто я и как справиться с дремлющей магией?

Профессор вошёл неслышно, сразу после звонка. Он производил впечатление человека, который уверен в себе, многое пережил и готов терпеливо делиться опытом и знаниями. Но на шею себе сесть не позволит.

– Доброго дня, студенты. Поздравляю с новым этапом вашей жизни – вы решили научиться правильно использовать дарованную вам силу, – его голос заполнил собой всё помещение. Высокий, темноволосый, его не портила даже лёгкая седина в волосах. Да уж, профессор Гремлайн умел произвести хорошее впечатление. – Однако одного желания мало. Вам придётся потрудиться, чтобы стать достойными магами. Или смириться, что одних усилий недостаточно. Те, кто не сможет сдать экзамены в конце года или завалит практику, будут отчислены. С пожизненной блокировкой магии.

А вот этого нам не говорили.

Стало как-то совсем тихо, я аж поёжилась. Казалось, все забыли как дышать и, пока у них хватает воздуха, могут только переваривать сказанное. Если в тебе мало магии и просто повезло на вступительных экзаменах, если ты думал валять дурака и выплыть на шпаргалках – тебя просто завалят, – в конце года можешь остаться пустым. Так называют тех, у кого магия когда-то была, но её заблокировали или она перегорела.

Говорят, они до конца жизни ощущают пустоту в теле там, где проходят магические потоки. Это как жестокое напоминание о том, чего человек лишился. Многие сходят с ума. Кто-то уходит к отшельникам. Но никто не остаётся равнодушным или довольным такой судьбой.

– Надеюсь, вы понимаете, насколько всё серьёзно. Это нововведение, вы первый поток, к которому будут применены столь строгие меры. Никто из преподавателей не желает вам этого. Мы дадим вам максимум знаний. Отправим на практику в такие места, где либо вы справитесь со своим даром и сможете им управлять, защищаясь, либо погибнете. И это будет не самым страшным из того, что может случиться. – Профессор внимательно осмотрел студентов. Мы были ошарашены, но, похоже, прямо сейчас принимали решение идти до конца. Получать знания не так страшно, как остаться пустым или погибнуть из-за собственной лени и тупости. – Есть вопросы?