Инициация Млессии

Глава 1. День, который все решил.

Из одного разговора:

– Ты подозреваешь в ней какие-то скрытые таланты?«– Он нам совершенно не нужен, а вот она, наоборот, может быть очень интересна.

– Процент из спроектированных ею созданий оказался удачным в 99,9 % из 100 – такими результатами может похвастаться только она.

– Но на этом все, просто хороший работник. Было бы что-то необычное, за 200 лет давно бы проявилось.

– Согласись, иногда результаты могут зависеть от условий.

– Можем понаблюдать за ней некоторое время, если пойдет, но считаю это потерей времени, вряд ли она обладает чем-то, что может как-то кардинально повлиять на тот мир.

– Мы можем очень удивиться…»

– Посмотрим.

Когда все идет как надо мы можем этого даже не заметить. Но стоит событиям отклониться от наших планов, как окружающий мир приобретает резкость в наших глазах. В этот момент мы становимся зоркими птицами, пытаясь высмотреть ту саму точку отсчета, где именно все пошло не так. Только это не просто, особенно если прошло уже очень много времени с этого момента, и мы наставили уже множество таких точек. Вытоптали тропинку, так сказать.

И начинается хаос в душе, в голове, который мы вполне успешно транслируем во внешний мир. Распутать запутанное не представляется возможным, В ближайшем будущем нас ожидают последствия сделанных когда-то давно шагов.

Обычно внутренний анализатор подсказывал хоть что-то, но в этот раз ответа просто не было. Млессия еще надеялась на то, что просто не расслышала, не увидела, не заметила… Так бывало раньше. А потом уже задним числом вспоминалось, что знак все-таки был. Мысль промелькнула: Да я же все знала! Знала, но не хотела признаваться себе в этом и заглушала внутренний голос, имеющий свойство говорить правду и только правду.

Была такая негласная примета – пока Разрешение не получено, не стоит паковать вещи, как-то готовиться к этому событию, даже рассказывать о своих планах. Такое поведение было бы типичным для жителей развивающихся миров. Тем не менее, большинство поступало именно так и в их мире. В мире, который считался самым предсказуемым, технически обоснованным, максимально изученным и не имеющим никаких тайн и загадок, женщины оставались такими же, как и 1000 лет назад, когда мир только был открыт и первые колонисты только закладывали город.

День, решающий многое и принесший перемены, невозможно не узнать. Момент, ломающий стержень нашей прежней жизни, никак не пропустить. Потому что это очень больно.

Глава 1. День, который все решил.

Как быстро все меняется! Еще утром день был другим, планы иными, а настроение хоть и наполнено ожиданием, но радостным. Так было до Инициации. Простая и безболезненная процедура, требующая только посещения Библиотеки. Приложить руки партнеров к экрану и задать вопрос, самый важный:– Можно нам переселиться на Остров Детей?

Пауза.

И вежливый, наполненный теплотой голос сказал (как только хватило ума такую интонацию записать для отрицательного ответа!): «Млессия 97 % – Инициация пройдена. Хол – 73% Инициация не пройдена. Детей могут иметь только родители, оба прошедшие Инициацию. Приходите через 20 лет. Всего доброго!»

Да как только подсчитывают эти проценты?! Как получилось, что 20 лет назад у нее было 130 %, а сегодня всего 97? Она же работала все это время, многому научилась. Самое страшное – Инициация считается пройденной только после 95 % – она же на грани, еще через двадцать лет она может скатится ниже этой отметки. Непонятно. Совсем ничего не ясно.

Вдруг онаосознала, что Хол все это время что-то говорил:

…– Вспомни пару Лилы и Масива, которые уехали на Остров Детей только в 300 лет, а тебе всего лишь 200. Времени достаточно, куда ты так спешишь?

Млессия вытерла слезы, оказывается,те все это время лились рекой. И ответила:

– У этой пары не было проблем с Инициацией. Первый раз онипрошли тест в пятьдесят лет, а потом занялись собственным развитием. И когда приняли решение продолжить род, снова вместе прошли. Я изучала этот пример. Зачем ты рассказываешь, если даже не познакомился с их историей?

Мы уже третий раз не можем пройти Инициацию. Ты слышишь меня! Больше так не могу! Еще 20 лет я не выдержу. Да еще если бы знать, что это будет такой срок. Не известно, как все повернется через столько времени. Я почти провалила Инициацию. Сегодня – 97, столько только после первичного обучения набирают ставшие на путь Взрослых.

Она хотела продолжать кричать, что это Холвиноват, что все из-за него, но огромным усилием воли остановила себя. Кто знает, как они подсчитывают баллы. Поговаривали, что наблюдение ведется круглосуточно, учитывается каждая эмоция, разговор между партнерами тщательно анализируется и изучается с самых разных сторон. Теперь эти слухи уже не казались бредом. Она вдруг поверила во все, о чем болтали подружки в период первичного обучения.

И мир вдруг обрел совершенно другие черты.

Жизнь на Острове сильно отличается от поселений, где живет все остальное население мира. Никто не знает точного местоположения, но все пришли оттуда. Остров Детей так назван лишь по одной причине – это место, где рождаются дети и взрослеют там до двадцати лет вместе с Родителями. Потом детидолжны пройти Первичную Инициацию и переселится в мир Взрослых. В первый раз достаточно набрать 70 %,и ты можешь стать полноценным жителем вне Острова. Можно остаться жить с Родителями, если они вернулись с Острова с тобой, а можно поселиться отдельно. Если Первичная Инициация обязательна, то потом ты можешь больше не приходить в этот прохладный зал Библиотеки, за исключением того момента, пока тебе не исполнится двести лет или ты не решишь иметь детей. Каждые двести лет Инициацию нужно было проходить снова.

Для Млессии все началось с момента, когда пришло понимание, что она готова посвятить время рождению и воспитанию детей. Требовалось лишь выполнить несколько простых условий, как тогда думалось. С партнером нужно прожить не менее двадцати лет. Пройти Инициацию и в течение месяца с вещами прибыть по адресу, который укажет библиотечный автомат, чтобы отвезти вас на Остров. Если пропустить этот срок, придется снова ждать двадцать лет. В общем, ничего страшного. Если набрать достаточное количество баллов тебе и партнеру, твоя жизнь становится предсказуемой и очевидной лет на сто вперед.

Пока все эти мысли водили хороводы в голове, они пришли к дому. Большому, красивому дому. Такому безжизненному, холодному, пустому. Дому, в котором нет детей.

– Не возражаешь, если я пойду поиграю с ребятами? Нужно отвлечься, – донесся как сквозь туман до нее голос Хола.

Конечно, иди, – ответила Млессия каким-то деревянным голосом, прошла на веранду, села в любимое кресло и застыла там.

Когда Хол скрылся из виду, она снова разрыдалась. Потом пила чай, потом снова плакала. Потом просто бродила по огромному дому. Прошло уже шесть часов, а мужа все не было.

Сон не шел, а в голову все лезли и лезли разные мысли, одна ужаснее другой. Было страшно об этом думать.

Виноват Хол. Все свободное время посвящает играм и развлечениям. На работе никак не продвинулся. Как был смотрителем на станции обслуживания жилых домов, так и работает там уже семьдесят лет. Нет, уже лет сто. Он был на этой работе еще до свадьбы.

Виновата она. Потому что до сих пор живет с Холом. Что это любовь? Боязнь одиночества? Желание удовлетворить свой инстинкт материнства? Почему бы не найти нового партнера и все не вопролить мечты? Она не делает это потому что любит Хола или потому, что придется остаться в одиночестве на неизвестное количество времени. Пока не встретит другого партнера, а потом нужно потратить время на совместную адаптацию и прийти к желанию воспитать ребенка? Это нужно забыть все свои планы и двадцать лет заниматься только воспитанием новой личности. Как сказать в начале отношений:Эй ты, готов стать отцом? Если нет, то ничего у нас не получится. А свободных мужчин не так много в округе. Совсем нет, если быть точной. Придется ехать в другой мир или выставить свою кандидатуру на «Ярмарку невест», где озвучить свои требования и ждать, пока кто-то не откликнется. Этот вариант энтузиазма совсем не вызывал. Как и все остальные.

Хуже всего было то, что смена партнеров не приветствовалась, даже порицалась, становилась достоянием общественности. Публичные разговоры с Психологами, разбор твоей жизни, как негативного примера для остальных. Млессия не знала, готова ли пройти подобное.

Хотелось всего и сразу, чтобы им разрешили уехать на Остров. Ощутить жизнь внутри себя, взять на руки младенца, свою доченьку или сыночка. Ей было абсолютно все равно, какого пола родится ребенок.

А если онадействительно не достойна быть матерью? Чтобы воспитать ребенка, нужно самому быть взрослым и встречаться с возникающими трудностями лицом к лицу. Избегать проблем, лишь бы удовлетворить свое чадолюбие, признак инфантильности.

Какое решение принять? Расстаться с мужем? Начать все с начала? А где это начало? Прошло еще два часа. Хол так и не пришел. Спать совершенно не хотелось. Но девушка заставила себя лечь в кровать, долго глядела в потолок и, наконец, провалилась в какой-то липкий, беспокойный сон.

Снилось, что она бежит-бежит, силы уже на исходе, а останавливаться нельзя. Спотыкается и падает, доброжелательный голос говорит: «Млессия – 53 %. Инициация не пройдена. Хол -100% Инициация пройдена. Детей могут иметь только родители, оба прошедшие Инициацию. Приходите через двадцать лет. Всего доброго!».

… Дети бегут по зеленой лужайке, играют, а она стоит за стеклом и не может пройти к ним. Малыши не видят ее. Никто не видит. Она кричит, но никто не слышит…

Пробуждение было резким и не очень приятным. Млессия чувствовала себя совершенно не выспавшейся и разбитой. Проснулась в одиночестве. Муж так и не вернулся, внутри вдруг ожило какое-то неприятное чувство потери и предательства. Да ее просто надули! В тот самый момент, когда так нужна была поддержка и забота, он ушел из дома. Играть! Сказал играть! И спустя двенадцать часов так и не вернулся.

Пора закрывать эту дверь, становиться взрослой и смотреть в лицо проблемам. Хол совсем ей не подходит! Нужно прекращать это бесполезное ожидание и делать уже решительные шаги. Девушка решительно встала и прошла в соседнюю комнату, которая служила ванной. Дверь бесшумно закрылась.

– Герметика! – скомандовала Млессия, дверь издала еле слышный щелчок.

Перед ней застыл водопад четырехметровой высоты и лагуна, в которую впадал. Млессия поставила настройки на панели, и водопад ожил. «И зачем нам эта громадина,» – подумала, глядя на водопад. Хол, как всегда, делал подарки, которые превосходили потребности и всегда проделывали огромные дыры в бюджете. Пока принимала душ, решительности немного поубавилось, а если быть честной, то совсем ушла. Теперь одолевали уже совсем другие мысли.

Почему Хол до сих пор не вернулся? Что происходит на самом деле? Знает ли она своего мужа так же хорошо, как ей это представлялось все время брака? Почему у него была такая странная реакция?

Из душа вышла посвежевшей, привела в порядок волосы и лицо, выбрала одно из своих самых красивых платьев. Но тучи черных мыслей это не помогло разогнать.

Растерянность. Так можно было охарактеризовать ее состояние. О работе даже не хотелось вспоминать. Сегодня она точно ничего не сможет сделать.

Работа заключалась в разработке новых видов животных и растений. Млессия создавала модель в программе, потом в другой программе проверяла ее жизнеспособность. Далее отправляла файл в Главный офис. Если работу принимали, то через некоторое время на счет поступала солидная сумма бонусов. Хорошее воображение и высокий профессионализм – были столпами ее труда. Проекты были долгими и трудоемкими, но это того стоило. Все финансовые вопросы былина ее плечах, но она этого не ощущала. Но именно сегодня мысль о том, что Хол в общем-то умудряется тратить огромные суммы с ее счета на вещи, без которых можно легко обойтись, назойливо вертелась в голове.

«А куда еще нам тратить,» – говорил Хол задумывая очередную масштабную покупку. Она никогда не спорила. Им действительно хватала всего с избытком. А детей не было.

«У любой задачи целый веер векторов-вариантов для решения». Так всегда говорил учитель. Это означало, что нет таких задач, которые не имеют решения. В зависимости от выбранного варианта действия ты придешь к тому результату, который в общем-то виден уже в начале пути. С математикой всегда все было хорошо, особенно на работе, но вот в жизни она часто попадала в просак, Просчитать и учесть все параметры самой никогда не удавалось. На Острове всегда была возможность подойти к учителю и проконсультироваться по любому вопросу. Здесь же она избегала это делать. Мало того, что тебе назначали консультанта в зависимости от сформулированной задачи, но и еще потом в обязательном порядке нужно было писать отчет о проделанной над собой работе. А через год вернуться к этому специалисту для диагностики и наблюдения.

Стоит попробовать? Эта мысль тоже мелькнула, но сегодня свалялся уже целый ком нерешенных проблем, что теперь онабы уж точно не решилась обратиться за помощью. В особо запутанных случаях таких вот несчастных изолировали на десяток лет, чтобы потом все же разрешить жить Взрослой жизнью, но под неусыпным контролем, с ежемесячными отчетами. Так было с соседом, с чьими землями граничил их участок. Знакомый так и не смог вернуться к нормальной жизни, а потом и вовсе пропал. И никто так и не узнал, куда. К Холу и Млесии тоже заходили и интересовались соседом, и это значило, что в Управлении и сами не знают, где его искать. Млессия мысленно поставила у себя в голове еще одну галочку. Это же очевидная несостыковка, нарушающая идеальное общество и идеальный мир.

Первая зарубка – это тихие и редкие разговоры о тех, кто не проходил инициации до двухсот лет. Людей куда-то отправляли. Никто не знал, что это за место, но саму процедуру называли Переселением. Но это случалось только в том случае, если никто не вступался за несчастного и не брал на себя ответственность за него. Случаи такого Не Взросления были крайне редки, но все же случались. И каждое такое событие подробно фиксировалось, и информация об этом хранилась в Библиотеке. Любой желающий мог ознакомиться с материалами, чтобы понять, почему это произошло, сделать выводы.

Потом Остров Детей. Что на самом деле мешало рожать и воспитывать детей дома? По официальной версии, это делалось для того, чтобы в одном месте собрать всех детей до двадцати лет, для взаимодействия, чтобы учились друг у друга, наблюдали за поведением старших и конкурировали между собой, что способствует развитию. Но то же самое можно было делать и дома. Родители бы с радостью встречались и собирали вместе детей, невзирая на то, что между каждым домом были огромные расстояния. Но трудности легко преодолевались. Современная техника позволяла это делать как в одиночку, так и транспорт для групп был всегда доступен и безопасен.

И все эти странные разговоры, обрывки которых сейчас всплывали у нее в голове. «Мы находимся под постоянным наблюдением…», «Даже когда покупаем дом, то делаем не свой собственный выбор, потому что сначала происходит анализ личностей тех, кто будет жить по соседству и психологическое соответствие с новыми жильцами, даже если расстояние в сто км…». «Почему всегда рождаетсяодинаковое количество разнополых детей -10/10, 12/12,7/7 и т. д. ?»… Подруги пытались втянуть в подобные обсуждения, но в то время, (ей не исполнилось еще и двадцати) какие-то сверх замыслы казались совершеннейшей ерундой.

Сегодня Млессия впервые стала ловить себя на мысли, что постоянно пытается контролировать свое поведение, чтобы не добавлять лишних «минусов» в свою систему накопления баллов. А ведь и правда, как Библиотека высчитывает процент Инициации, если только не ведется неусыпное наблюдение над личностью и анализ всех ее проявлений?

А ведь все просто. Лежит на поверхности. Это же логично. И тем более непонятно, как она до сих пор этого не увидела раньше. Какой-то искусственный мир, как с теми животными, которых сама создавала в симуляции, чтобы дать жизнь в одном из экспериментальных миров. Почему, делая эту работу, она не допускала мысли, что собственный мир такой же точно? Просто плацдарм, где тестируются различные модели (в данном случае человека) и остаются самые жизнеспособные и удачные.

Истерика, одиночество, безысходность, потеря жизненных ориентиров – все эти понятия, которые до этого момента встречала только в учебниках, вдруг нахлынули на нее и закружили в безумном вихре. И если само состояние, никак не могла понять в процессе обучения, хотя сами понятия учила наизусть, то сейчас вся их тяжесть легла на плечи и опустилась холодным комом в желудок. И одним из открытий вдруг стало понимание – это очень больно, просто невыносимо.

Да, да. Все помнила. Она знала, изучала и теперь понимала, что все библиотечные описания этих состояний просто бледное отражение действительности. И еще поняла, что намного больнее переживать все это в одиночестве. Где же Хол? Теперь она стала всерьез беспокоиться и называть себя бесчувственной машиной, которая за собственными переживаниями не разглядела чувств любимого, наверняка волновавшегося не меньше. Просто он так выражает свои эмоции, пытаясь от отвлечься игрой, друзьями.

– Млессия! – она резко обернулась. Муж стоял у двери. – Иди ко мне.

Побежала, крепко обхватила за шею и стояла так, стыдясь своих мыслей и поливая его слезами. Хол гладил ее по волосам и шептал разные нежности. Потом вместе готовили еду, пили чай, говорили на отвлеченные темы – про работу, природу, новый заказ Млессии, но старательно избегали разговоров на тему Инициации.

Она ловила на себе какой-то новый взгляд и ждала продолжения. Ощущала внутри себя это новое чувство. Что-то должно произойти. И это ожидание тоже узнавалось из курса психофизиологии. Его называли Предсказание (Предчувствие из-за того, что мысли не успели выстроить логическую цепочку, а знание о происходящем уже приходило). И, как она помнила, это было достаточной редкостью. Столько метаморфоз за короткое время! И как же дорого обходятся подобные знания.

– Идем в душ! – Хол затеял какую-то игру. Сил не было, но она согласилась, надеясь изгнать из своих мыслей всю тяжесть.

Второй водопад за короткое время. И снова это принесло за собой изменение настроения. Тем более в этот раз Хол тонко угадал настроение и вместо любовных игр, заботливо и нежно уводил мысли в сторону от происшедших событий. Сидел на теплых камнях, кидал в воду пригоршнями песок, переключал температуру воды и вызывал неожиданный ветер и волны в лагуне.

Потом решили прогуляться по лесу. Сначала немного проехали, а когда огромный дом совсем крылся из виду, оставили платформу и отправились дальше пешком. Хол даже браслет управления оставил рядом с платформой, так что Млессия через время заволновалась, ведь это именно она любила такие прогулки, а муж часто передвигался рядом на платформе, ссылаясь на быструю усталость. А сейчас они все шли и шли. Муж радовался каждому жучку и бабочке, а пушистые жители, не боясь, сопровождали их, вызывая его смех и ее умиление.

– Стоп! – больше она не могла сдерживаться. – Спасибо, что пытаешься меня поддержать, и тебе это удалось. Но давай все же начнем говорить откровенно. Всех этих животных я видела много раз, незачем заострять на них внимание. Ты ответь, что мы будем делать дальше?

– Обычно ты не нарадуешься всем этим зверушкам, – ответил Хол и Млессия почувствовала в этой фразе какое-то издевательство. Но то, что он сказал дальше заставило забыть это чувство и полностью переключиться на то, что так волновало.

– Я не зря ушел после Инициации к друзьям. За время работы успел обзавестись некоторыми связями и узнать много всего интересного. Например, ты в курсе, что наш мир не совсем такой, каким его преподносят на Острове?

– Начала догадываться. Но с кем ты мог познакомиться, если на работе только техника, обслуживающая техническое оснащение ближайших домов? И почему раньше ничего не рассказывал?

– Я давно не провожу время на работе, – увидев, как вытянулось лицо жены, – Хол добавил, – Конечно, хожу туда, проверяю оборудование, делаю необходимые настройки, а потом иду по своим делам. Незачем сидеть рядом с механизмами и наблюдать за безупречной работой. Если что-то случится, все равно не смогу помочь. Здесь нужен техник более высокого уровня доступа, а сигнал и так уйдет куда нужно.

Логика в его рассуждениях была, но Млессия не могла не задать вытекающий из всего этого вопрос:

–А если ты не прошел Инициацию именно по этой причине? Неужели думаешь, что отсутствие остается незамеченным, тем более что ты делал это не раз?

– Пойми, Инициацию проходят те пары, на которые есть планы по рождению детей. Не твои планы, а планы вышестоящих. Здесь все под контролем! Думаешь зачем вытащил тебя так далеко от дома? Чтобы нас никто не услышал и не узнал того, что собираюсь тебе сказать.

– То есть ты еще не начинал?

– Нет. Слышала про исчезновения некоторых людей, Так вот, они уходят в другие миры. Все, кто хоть немного понимает, что происходит, кто проснулся и не хочет мириться с тем, что невозможно сделать собственный выбор, бегут отсюда прочь.

– Как бегут? Куда?

Хол взял ее за руку и сказал:

– Нужно уходить. Иначе система сожрет и не подавится. Я уже все разузнал. Есть один мир, очень подходящий для нас. В нем можно планировать детей без разрешения, самим выбирать, где и как жить, общаться с кем хочешь. Там живут семьи целыми поколениями вместе, никто не отсчитывается за свое эмоциональное состояние. Не нужно проходить Инициацию.Полная свобода, понимаешь? Но мы никогда не сможем вернуться. Ты готова?

Все выглядело стройно и логично, но ответ нужно было давать прямо сейчас. Понятно, что дома обсуждать все это нельзя. И муж проявил себя заботливым и здравомыслящим человеком, в отличие от моей истерики, сразу взял решение проблемы в свои руки.

Робкий внутренний голос что-то говорил про поспешно принятые решения, и она тветила:

– Конечно же нет. Нужно все обдумать, подготовиться к любым вариантам. Нам же вообще ничего не известно.

Лицо Холла просветлено и потемнело одновременно. В этот момент показалось, что она очень плохо знает своего мужа. Видимо, это смятение отразилось на лице, и он сказал:

– Что еще нужно знать, кроме того, что мы будем вместе и сможем планировать рождение ребенка?

Это был точный удар. При мыслях о детях у Млессии переставали работать все защитные механизмы, и осторожность полностью отключалась.

– Нужно будет только обустроиться на новом месте. Отсюда ничего не сможем взять, – добавил он. Но она уже ничего не слушала и не слышала.

В воображении уже все было обустроено. Не хватало только ребенка.

Вернулись к платформе молча, держась за руки. И когда пришло осознание того, что мечта на расстоянии вытянутой руки, внутри почему-то поселилось какое-то тягучее, гложущее чувство. И появилось множество вопросов, которые задавать было никак нельзя вблизи платформы, либо любых других технических приспособлений, которые окружали людей буквально на каждом шагу.

– Природа помогает обрести внутреннюю гармонию. Давай вернемся сюда в ближайшее время, – сказал Холл.

– Конечно, любимый, – включилась в его игру, понимая, что он приглашает снова поговорить.

Дом уже не казался мне таким пустым, хотя и был огромным для двоих. Каждая вещица стала милой, потому что имела свою историю и воспоминания. Вот отдельный экран, запечатлевший единственную встречу с матерью. И хотя это был просто обед, но иногда Млессии нравилось просто рассматривать, как они суетились вокруг, пытаясь поразить достижениями, шутками. И на какое-то мгновение показалось, что мама не просто нанесла визит вежливости, чтобы сделали пометку в базе, а еще вернется. Звонки были редкими и односторонними, а потом Млессия тоже перестала ее беспокоить. Сложно было придумать общие темы для разговора. Работа Млессии, ее мать не интересовала. Тему про достижения мужа Млессия избегала, так как таковых просто не было. Потому что то, что не волновало дочь, мать считала, наоборот, очень важным. Но Млессию все еще тянуло к матери. Жаль, что это было не взаимно. Отец же был и вовсе далек, даже еще дальше, чем мать. Только пару раз поинтересовался успехами дочери и пропал. Союз родителей давно прекратил свое существование за давностью лет.