Выбор за нами

Глава 1 «Мечты сбываются»

О чём можно мечтать, когда тебе девятнадцать? Блестящая карьера, удачный брак, счастливые дети – словно маяк, светящий вдали. Всё в твоих руках и мир у твоих ног. Дорожек открывается множество, выбор остается за тобой. Жаль, что камни на развилке, как в сказке не ставят, тогда можно было бы точно знать, чем грозит очередной выбор – счастье, болото, в котором утонешь от неразрешимых проблем, или обычная, ничем не примечательная жизнь. По мнению Василисы, её жизненный путь обязательно будет усыпан красными розами. Она встретит своего принца на белом мерседесе. Конь – это уже пережиток прошлого, а красивый белый сверкающий автомобиль – это то, о чём мечтает любая уважающая себя девушка. Да и кому в наше время в городе может понадобиться четвероногое непарнокопытное, даже если и белое.

У Василисы, конечно, были поклонники, но они не шли ни в какое сравнение с идеалом: один бедный, у другого волосы немытые, у третьего зуб кривой, а четвёртый вообще стихов читать не умеет. Ей не нравились их дешёвые хризантемы или пионы. Да и ужинать хотелось не в какой-нибудь пиццерии или кафешке, а в роскошном ресторане. Жизнь требовала перемен. Скоро она получит диплом фельдшера, устроится на работу, и её обязательно должен заметить принц, а не сосед из бедного квартала.

С чего начинаются изменения в жизни? С новой прически или наряда! Выбор пал на второе. Ярко-красная курточка привлекала к себе взгляды прохожих. Час назад Василиса приобрела обновку и, не желая больше ждать ни минуты, тут же нарядилась в неё, срезав ярлыки и тщательно свернув пуховик. Пронизывающий весенний ветер гнал её вперед, не позволяя задерживаться около зеркальных витрин магазинов. Несмотря на замерзшие руки, Василиса ощущала себя самой счастливой. На губах сияла блаженная улыбка. В недавно прочитанном журнале было написано, что мужчины обращают внимание на женщин, умеющих радоваться жизни. Именно к таким причисляла себя Василиса.

Парень в дорогом кожаном костюме отчаянно пытался прикурить сигарету. Все его попытки гасил ветер. В раздражении он резко повернулся, пытаясь укрыться от резких порывов. Идущая навстречу девушка, поглощенная в собственные мысли, коснулась его ноги сумкой.

− Смотреть надо, куда идешь, − не поворачиваясь, грубо отреагировал молодой человек.

Бросив сквозь зубы «извините» и задрав повыше нос, Василиса прошла мимо. Гнев за испорченное настроение гнал её вперед. На задетого ею человека она даже не взглянула. «Сноб», − про себя охарактеризовала его она. «Наглый сноб! Подумаешь, задела!», − продолжало негодовать внутри.

− Девушка, подождите, − кричали позади. Василиса нехотя обернулась. Парень, подняв черные очки, окинул её заинтересованным взглядом. – Извините, погорячился. Дмитрий. Можно просто Митя, − протянул руку он.

− Василиса. Можно просто Лиса, − раздалось в тон ему. – Ударение на первый слог, − строго уточнила новая знакомая.

Митя улыбнулся, и на щеках заиграли красивые ямочки. Выразительные серые глаза с восторгом смотрели на девушку в ярко-красной куртке.

− Можно тебя проводить?

− Думаю, не стоит, − с притворным негодованием отвергла его предложение Василиса. Парень начинал ей нравиться. Да и кого же не заинтересует такой красавчик-блондин. При одном взгляде на правильные черты лица и обаятельную улыбку сердце начинало биться в бешеном ритме.

Митя небрежно бросил так и не закуренную сигарету и достал из кармана куртки сотовый телефон. Ловким движением пальца экран был выдвинут вперед. Завороженно Василиса смотрела на это чудо техники.

− Тогда диктуй номер, − самоуверенный тон привел её в чувство.

− Улица Ленина, сорок пять, комната тридцать семь, − прозвучал ответ, брошенный через плечо. Василиса заспешила вперед, помахав на прощание рукой.

− Я найду тебя, − услышала она обещание. Перед поворотом девушка обернулась, а молодой человек, заметив взгляд, послал воздушный поцелуй. Василиса ущипнула себя, проверяя реальность происходящего. Это не сон! Красная куртка помогла.

На асфальте перед входом в общежитие торжественная надпись гласила «Митя + Василиса = любовь». Каждый раз, проходя мимо, Василиса чувствовала себя самой счастливой. Шикарные подарки и букеты не шли ни в какое сравнение с серенадами под гитару и красивыми признаниями в любви. От его слов и поцелуев она пьянела.

Белый мерседес мчал их по улицам города. Для Мити не существовали правила дорожного движения. Главной была скорость. Ветер залетал в открытое окно, сбивая прическу, и рвался наружу, унося громкие звуки электронной музыки.

Митина щедрость не знала границ. Если они шли вечером в ресторан, то днем обязательно покупали ей красивое платье, туфли и делали прическу в салоне. Василиса любовалась собственной внешностью. Наряды подчеркивали достоинства тонкой фигурки. Тщательно уложенные волосы уже не напоминали тонкие пряди, висящие в беспорядке. По просьбе Мити она перекрасилась из светло-русого цвета в тёмный шоколад. «Блондинки – это диагноз, − любил повторять он. – А ты у меня уникальна». Для нового образа была приобретена вся необходимая косметика, которой Василиса пользовалась достаточно умело.

Сегодня они сбирались в кинотеатр на новый блокбастер. Раньше она млела от сериальных историй, с томлением ожидая, что скажет Хосе Игнасио своей невесте в начале следующей серии. Слезы текли от переживания тяжелых испытаний героями очередной мелодрамы, а счастливый конец поддерживал веру в чудо, казавшееся возможным не только на голубом экране, но и в жизни. Теперь в её судьбе появился Митя, с которым она разделит все, растворится в нем, чтобы стать единым целым, а не двумя половинками, бродившими по свету в поисках друг друга.

Любимый человек привил интерес к фантастике. Он подробно описывал после сеанса, как создается тот или иной спецэффект, какие изменения ждут планету в будущем. Восхищению Василисы не было предела. Её большие голубые глаза с восторгом смотрели на жениха.

Огромные стрелы сегодня летели с широкого экрана. Зал сотрясался от страшного скрежета и гула. Василиса теснее прижалась к Мите, дрожа от страха, желая, как в детстве, крепко сжать руками уши, закрыть глаза и спрятаться под стол. Увлеченный происходящим в блокбастере жених даже не заметил проявлений её тревоги. Стараясь отгородиться от фильма хотя бы зрительно, девушка зажмурилась. Грянул выстрел, а затем зал погрузился в тишину, прерываемую горестными вздохами и шепотом. «Конец», − решила Василиса и открыла глаза. Главный герой победно обнимал героиню, стоя на краю пропасти. Солнце ярко освещало зелёную поляну, усеянную вражескими трупами. Митя довольно улыбался.

− Тебе понравилось?

− Да, − прошептала невеста, презирая себя за обман.

− Я рад, − молодой человек крепко обнял её. – Надо чаще ходить на такие фильмы.

− Да, − раздался тихий утвердительный ответ.

На улице ветерок щедро одарил их прохладой. После духоты закрытого зала Василиса наслаждалась весенней свежестью. В глазах резко потемнело. Тело стало невесомым. Она почувствовала, что падает. Митя подхватил её и донес до машины.

− Сейчас в «скорую» позвоню, − забеспокоился он, судорожно нажимая на кнопки сотового.

− Не надо, − слабо сопротивлялась она, не в силах пошевелить ни руками, ни ногами.

− Лежи! – приказал жених.

После обследования в больнице был поставлен диагноз «беременность» и определен срок – три недели. Митя закружил её по коридору:

− Женимся!!!

− Но ты мне ещё предложения не сделал… − смущенно протянула Василиса.

− Делаю, − строго сказал Митя. – Василиса, выходи за меня замуж, я тебя люблю!

− Да! Да! Да! – радостно закричала в ответ невеста.

Глава 2 «Принцы на белом коне не всегда оказываются таковыми»

Свадьба должна была состояться через месяц, а знакомство с родителями жениха так и не произошло. Отец и мать были постоянно заняты на работе или уезжали в командировку. Василиса, поглощенная заботами о платье, тамаде, аренде банкетного зала, меню, фото- и видеосъемке, принимала на веру все объяснения жениха. Её жизнь превратилась в бесконечные звонки, договоры, изменения и снова звонки… Всю подготовку оплачивал Митя, предоставив в распоряжение невесты кредитную карту. Василиса старалась быть экономной, искать разные варианты, выбирая подешевле. Однако жених настаивал на самом лучшем, а, значит, дорогом. Митя привык к шикарной жизни и не понимал, зачем нужно что-то сберегать, оставлять на потом. Есть деньги – их нужно тратить. Это его правило жизни. Единственной проблемой, мучавшей его последнее время, было знакомство невесты с отцом. Мать уже давно жила за границей с новым мужем, считая, что по достижении сыном шестнадцати лет её родительский долг выполнен в полной мере. Отец же настаивал на браке с дочерью компаньона. Она, конечно, и умница, и красавица, и в обществе себя вести умеет, но рядом с ней Митя ощущал себя айсбергом. Сочетание пустого взгляда и голливудской улыбки вызывали отторжение. Не то, что его Василиса! Милая, непосредственная, ласковая!!! Ему нравились её эмоциональность, умение восхищаться мелочами. Конечно, в высшем обществе будущей жене предстоит пройти огонь, воду и медные трубы, но вместе они справятся.

Сейчас главный вопрос – как сказать отцу, что у него другая невеста, которая ждет от него ребенка. Начатый и подготовленный заранее разговор обычно осекался после обсуждения темы женщин. Родитель не признавал никаких чувств по отношению к дамам, кроме плотских. Поэтому вопрос женитьбы был по сути деловым, и решать его предстояло через контракт.

Митина нерешительность мешала ему рассказать о предстоящей свадьбе отцу. Праздник прошел только в присутствии друзей и подруг. Родственники с той и другой стороны отсутствовали. Василиса расстроилась, заметив отсутствие свёкра в ЗАГСе, однако объяснения жениха о срочной командировке успокоили её. Бабушка и дедушка не приехали, ссылаясь на занятость. На огороде поспевали овощи, созревали ягоды и все требовало ухода особенно в такую жаркую погоду, которая стояла сейчас. Внучка понимала, что, скорее всего, они стеснялись столичного общества и не знали, как себя вести. Да и она не хотела выглядеть бедной провинциалкой рядом с красавцем-мужем, поэтому настаивать на приезде родственников не стала.

Гости и молодожены веселились от души. Жених и невеста только и успевали целоваться под дружные крики «горько!». Первая брачная ночь прошла в квартире мужа, теперь уже их общей жилплощади. Василиса была невероятно счастлива.

К суровой действительности их вернуло утро. Около десяти часов в дверь настойчиво забарабанили. Звонок надрывался, сообщая о приходе нетерпеливого гостя. Митя спросонья натянул шорты и пошел открывать. Приглаживая растрепанные после сна волосы, Василиса накинула халат.

− Кого это черти несут в такую рань? – бубнил молодожен.

За дверью послышался голос отца.

– Не выходи из комнаты, пока не скажу, − отрезал Митя.

Василиса послушно спряталась в безопасном пространстве спальни. Мягко закрыв дверь, она прижалась к ней спиной, боясь пропустить его зов. Тонкие стены не щадили её слух.

− Женился, молокосос?! – кричал отец сыну. – Как ты посмел сорвать мне контракт? Нищебродку приравнял к нашей семье! Как ты посмел?

− Я уже взрослый, папа! Я могу принимать решения сам! – в тон ему отвечал отпрыск.

− Взрослый? – усмехнулся Сергей Иванович. – Да ты ни дня в своей жизни не отработал! Ты тратишь мои деньги, не думая о завтрашнем дне!

− Я закончил учиться и буду работать.

− Да кому ты нужен без моей протекции? Инженеришка с троечным дипломом! – мужчина с силой ударил по стене. Василисин слух уловил звук разбитого стекла. Тело сотрясала мелкая дрожь. Вжавшись в дверь, она напряженно ждала продолжения. – С другой стороны, − уже спокойнее рассуждал отец, − если ты хочешь быть взрослым, давай попробуем…

Не дожидаясь приглашения, мужчина прошел на кухню. На столе, усыпанном крошками, переливалось в лучах солнца пятно от красного вина. Под презрительным взглядом отца Митя съежился. Вчера вечером об уборке никто не думал. В спальне его ждала молодая жена. Бутылка вина не сразу поддалась штопору. Рука дрогнула, проливая яркую жидкость. Соорудив бутерброды из того, что было, новоявленный семьянин помчался к супруге.

− Хозяйка у тебя прескверная, − вынес суровый приговор отец. – С завтрашнего дня будешь проживать в доме, который оставила тебе любимая мамочка. Эту квартиру освободишь. Деньги заработаешь сам. Вещи разрешаю забрать, − благородно заявил он.

Мрачное выражение лица сына вполне соответствовало его ожиданиям. Брезгливо отряхнув брюки и пиджак, Сергей Иванович медленно встал.

−У меня больше нет сына, − бросил он уже у выхода.

Василиса сползала по двери. Страх, дрожью пробегающий по коже, превращался в громкие рыдания:

− Что же теперь будет?

Со злостью Митя стукнул по стене, которая недавно сотрясалась от удара другого мужского кулака:

− Как же я тебя ненавижу, папочка! Вещи он разрешает мне взять… Ничего не надо!

Молодой человек залпом выпил стакан холодной воды из-под крана. Под тапкой что-то хрустнуло.

− Чёрт! – выругался он. Осколки стекла горошинками осыпали пол. Его нога скрывала профиль отца. Мелкой сеточкой переливалось лицо матери. Митя с силой наступил на ненавистный профиль человека, оставившего его без гроша в кармане. Ничего, он справится, он его обхитрит.

− Василиса! – крикнул супруг, вспомнив о второй половинке. – Собирайся! Мы уезжаем!

Из открытой двери показалась поникшая тень. Шмыгнув носом, Василиса робко посмотрела на мужа:

− Совсем собираться?

− Совсем. Бедная моя, испугалась? – ласково прижал он её к себе. – Какая ты у меня чувствительная!

Ища защиту, девушка обняла его. В душе снова воцарился мир. Её муж – самый лучший человек на свете. Он придумает, как им жить дальше. Главное – верить в него.

Приготовив ещё не разобранную сумку, Василиса быстро переоделась. Обходя комнаты, Митя кидал что-то в рюкзак, напоследок положив несколько спортивных костюмов и рубашек. Поразмыслив, он схватил демисезонную кожаную куртку и дубленку.

− Прощай, квартирка! – пробормотал он на выходе. Не потрудившись захлопнуть входную дверь, молодой человек вызвал лифт. Заходя внутрь кабинки, Василиса тревожно оглянулась назад, однако предпринимать ничего не стала. Металлические двери сомкнулись, отрезая их от прошлого. Бесшумно лифт спустил их вниз, раскрывая створки и пропуская в новую жизнь.

Женская ладошка доверчиво сжимала крепкую мужскую. Митя помог жене сесть в белый мерседес, а затем бросил вещи на заднее сидение. Из открытого окна по московским улицам разносилась громкая музыка. Остановка около каждого следующего банкомата грозила перерасти в ураган. Митя обнаруживал, что остался без гроша в кармане. Все кредитки были заблокированы отцом. Последняя попытка ничем не отличалась от предыдущих. Молодой человек облокотился на руль, пытаясь собраться с мыслями. В кошельке осталось несколько пятитысячных, подаренных на свадьбу друзьями. Снять квартиру и остаться без денег – данный вариант Митя отбросил сразу же. Они поедут в материнский дом. Возможно, дом не в таком плохом состоянии, как ему помнится, и там можно прекрасно жить. Друзьям он скажет, что у них теперь загородный коттедж, а на работу можно добираться на машине. От осознания новых перспектив Митя заметно повеселел. Набрав на навигаторе адрес, он отправился в путь. Василиса молчаливо притаилась на переднем сиденье, наблюдая, как центральные улицы сменяются окраиной, а затем лесом.

Через пару часов они въехали по бугристой проселочной дороге в небольшой населенный пункт со смешным названием «Бухалово». Жители в точности соответствовали ему. Некоторые лежали на лавочке, обнимая бутыль, другие принимали остатки крепкого напитка внутрь. Поглядывая по сторонам, Василиса пригорюнилась. Её родной поселок мало чем отличался от этого: те же красные отекшие лица мужчин, согнутые женские спины, босые, грязные дети. Покошенные домики подтверждали её выводы.

Около добротного дома на окраине поселка Митя остановился. По поблекшему виду стен можно было представить, как выглядел дом несколько лет назад. Яркие краски придавали ему сказочный вид. Черная крыша постепенно переходила в красно-оранжевые стены с голубыми ободками окон. На стенах бледнели цветы с маленькими зелёными листочками. Вход в дом был украшен небесно-голубым резным ободком. Около деревянного двуэтажного сооружения раскинулся небольшой огородик. Тут и там из тщательно прополотых грядок выглядывали зелёные кустики моркови и свеклы, торчали вверх луковые и чесночные перья. Рядом с домом из-под темных листьев озорно глядели красные ягоды клубники. Справа от забора ровной полосой были посажены кусты крыжовника и смородины. Василиса почувствовала себя спокойнее. Место напоминало ей родной поселковый дом.

Из дверей тут же вышла семейная пара:

− Дмитрий, здравствуйте! Как мы рады тебя видеть! Как ты? Как папа? – спрашивали они.

− Женился, − кратко констатировал он. – Василиса, − представил супругу муж. – Отец выгнал из дома. Будем здесь жить.

Мужчина и женщина многозначительно переглянулись. До сентября было принято решение делить дом на две семьи. Причем Митя сразу выбрал второй этаж, не обжитый арендаторами. С любопытством Василиса осматривала внутренне убранство. На первом этаже красивые тканые половики, вязаные салфетки придавали шарм комнатам. Словно современная техника и мебель волшебным образом перенеслись в комнаты наших бабушек и прабабушек. На втором − царили грязь и забвение. Старые вещи, небрежно кинутые, покрывал толстый слой пыли. Василиса громко чихнула.

− Вся правда. Здесь мы будем жить, − подытожил собственные мрачные мысли Митя.

Жена оглянулась вокруг. Пространство, конечно, большое. Места хватит всем. Водопровода нет, но на участке есть колодец, недалеко расположено озеро. Вещи можно разобрать и почистить. Хозяйский взгляд заскользил по стенам, прикидывая, как и куда можно расставить имеющиеся предметы. Митя кинул сумки у порога и спустился во двор. Закатав рукава рубашки, Василиса отправилась на поиски тазов, ведер и тряпок. Ольга, так звали жену арендатора, пришла ей на помощь. Настороженность, с которой она её встретила, постепенно сменялась доброжелательной улыбкой. Наблюдая за активностью жены, молодожен только скептически сжимал губы. Василисины босые стопы проносились от дома к колодцу, затем к огороду или яме, чтобы вылить грязную воду. Предложение жены − подвигать мебель − было встречено усмешкой.

− Ты думаешь, от этого что-то изменится? Лучше я съезжу в магазин. А то нам есть нечего.

Поездка затянулась на пять часов. В местном «супермаге» предлагался слишком простой набор продуктов для его изысканного вкуса, поэтому решено было купить все необходимое в Москве. Шумные улицы, насыщенность магазинов людьми, улыбки и флирт молоденьких продавщиц благотворно подействовали на Митино настроение. В багажник белого мерседеса опустились пакеты, наполненные любимыми морепродуктами, пивом, различными видами сыра и сырокопченых колбас. Добавив пару бутылок кока-колы, Митя почувствовал себя настоящим мужем, проявляющим заботу о драгоценной супруге. Теперь они могут наслаждаться жизнью. «Свободной жизнью», − мысленно поправил себя молодожен.

Поднявшись на второй этаж, мужчина замер от удивления. Вещи, недавно бывшие абсолютно неприглядными, сияли чистотой. Василиса создала уют там, где, казалось, он был невозможен. Воспоминания захлестнули его с неожиданной силой. Вот на этом покрывале они собирались втроем на пикнике. Красивые чашки, задорно выглядывающие из бабушкиного серванта, мама купила специально для них наперекор своей матери, не любившей ярких вещей. Александра была душой семьи. Каждая минута рядом с ней наполняла жизнь праздником. Жаль, что этого времени в его жизни оказалось так мало.

В стенах деревенского дома никто никогда не ссорился. Отец прилагал всевозможные усилия для создания иллюзии полной счастливой семьи после возвращения жены от других мужчин. Здесь они пережили самые лучшие моменты своей жизни. Именно по этой причине, когда мама окончательно ушла, мужчины покинули дом. Из него ушла душа, осталась лишь черная пустота. Возвращаясь в настоящее, Митя медленно выдохнул. Похоже, сегодняшний вечер из праздничного превращается в поминки. В лестничном проеме показалась шоколадная головка:

− Тебе нравится?

− Ты моя хозяюшка! А где здесь спальня? – подмигнул он, поднимая молодую жену на руки.

Василиса махнула в направлении дивана и счастливо засмеялась.

Глава 3 «Голод – не тетка»

Семейное счастье закончилось вместе с деньгами. На работу в элитную фирму Митю не брали. Видимо, отец все-таки постарался. Должность простого рабочего в какой-то там конторке недалеко от поселка не устраивала амбициозного юношу, привыкшего к роскоши и почтительности. Мысль о том, что он будет низшим звеном в профессиональной цепочке, сжигала все внутри, оставляя только невыносимую тоску по прошлой жизни.

Живот у Василисы становился все заметнее, что мешало близким отношениям. Он не понимал, почему соседи так восхищаются её видом, подчеркивая, что беременность красит девушку. Ему нравилась та прежняя Василиса, веселая задорная, готовая на риск. Сейчас все подчинялось маленькому, ещё не родившемуся существу. Все чаще Митя стал задерживаться в беседке у трех березок. На скамейках собирались все «сливки» местного общества. Ему импонировала их жизненная позиция, заключающаяся в обвинении в плохой жизни жен, детей, правительства, прошлого. Эти люди, как и он, покалеченные жизнью, поддержали его в трудные времена, помогали забыть о проблемах, спасали от взгляда вопрошающих небесных глаз.

Василиса тяжело переживала изменения в поведении мужа. Его муки были её муками, его гнев болью отзывался в сердце. Молодой человек, выросший в роскоши, с хорошими жизненными перспективами, вдруг оказался в бедном поселке без денег и без работы. И все это случилось только по её вине. Если бы не свадьба, его отец не разгневался на сына. Не смея вмешаться в происходящие с ним изменения, Василиса наблюдала за мужем. Едва держась на ногах, Митя возвращался с дружеских посиделок. Её нежные руки помогали ему раздеться и подняться на второй этаж. Ночью она часто смотрела на родной профиль. Саморазрушение, которому он себя подвергал, сказывалось прежде всего на лице. Легкими движениями пальчики разглаживали хмурый изгиб бровей, плотно сжатые губы. Только во сне муж улыбался, крепко её обнимая.

Чувство голода не давало Василисе покоя. Деньги закончились. Урожай они не вырастили, а в магазине бесплатно продукты не предлагали. Кусок хлеба, брошенный соседской собаке, казался самым лакомым. С завистью девушка смотрела, как она нехотя поглощает его, с хрустом разгрызая засохшую корочку, и мечтала оказаться на её месте. Даже во сне желудок сжимался от боли, требуя пищи. Страх умереть гнал ближе к людям, а гордость мешала попросить хотя бы горбушку. Днем она гуляла по лесу, стараясь насытиться хотя бы ягодами. Варенье без сахара варить не имело смысла. Бруснику и чернику девушка сушила или замораживала.

Наблюдать за развитием ребенка тоже не представлялось возможным. Фельдшер в поселке так и не прижился, а на поездки в город средств не хватало. Василиса ласково поглаживала живот, разговаривая с малышом, который активно двигался внутри. Она благодарила его за ответ на свои горькие размышления. Он жив! С ним все в порядке.

Сочувственным взглядом местные бабули провожали её. Порой угощали хлебом или стаканом коровьего молока. Не зная, как ответить на их доброту, девушка благодарила. Случай не заставил себя ждать. Соседке прописали уколы, а делать их в поселке было некому. Ездить в город каждый день неудобно. Урожай на грядках поспевал, нужно срочно собирать, солить, сушить, заниматься заготовками. Пожилая женщина плакала, жалуясь на тяжелую жизнь и невнимание детей Ольге. Проходя мимо, Василиса откликнулась:

− Я могу делать уколы.

− Три раза в день? – недоверчиво усмехнулась соседка.

− Конечно, − доброжелательно кивнула девушка.

− Когда начнешь? – все ещё сомневаясь, уточнила собеседница.

− Могу завтра утром подойти.

− Сколько потребуешь?

− Да вы что, Татьяна Петровна? Вы столько для меня делаете! Я просто вам помочь хотела, − заплакала Василиса. Слова соседки прозвучали для неё словно пощечина.

− Милая, прости меня. Я уже отвыкла от простых человеческих отношений. Дети приезжают, требуют денег, урожая, а в ответ ничего. Да и сколько разговоров вокруг о неблагодарности и зазнайстве молодых, что привыкаешь думать именно так, − женщина обняла плачущую, причитая и радуясь одновременно. Теперь она подкармливала её чаще. В доме молодоженов появились картошка, огурцы, помидоры. Митя ругался на отсутствие денег: