Хозяйка игрушечной фабрики

Глава седьмая.

Да, жизнь постепенно налаживалась, и входила в свои определенные рамки. И текла, как плавная река, обычным чередом. Мила каждое утро, еще до самого восхода солнца, успевала вымести двор, брать мусор и окурки на всей бетонированной поверхности. А потом уже очищала, вскапывала, удобряла те несколько клочков земли, которые когда – то были клумбами. И под ее трудолюбивыми, заботливыми руками земля, нелюбимая и неухоженная, расцвела, похорошела весенними красками цветов. Только кусочек земли под самими окнами шефа пустовал. Мила хотела посадить там красивые розы. Но, зная, что сейчас на фабрике на счету каждая копейка, стеснялась попросить денег на саженцы. А у самой не было денег на покупку, потому что ее заработок практически весь уходил на еду. Она себя мысленно успокаивала, что, мол, все равно не сезон. Впереди лето и жара, которая может убить слабые ростки. Розы любят, чтобы их садили под осень. А на дворе уже вот-вот заявится краснощекое, горячее лето. И поэтому, не долго размышляя, молодая дворничиха посадила там чудные ромашки. Так, в работе, в уходе за цветами уходил почти, что весь день. А после пяти вечера, взяв щетку, тряпку, веник и ведро, женщина отправлялась убирать крохотный пошивочный цех. Усадив дочку за пустой стол закройщика, ловко орудуя веником, сметая пыль и мусор, иногда бросала острый, пытливый взгляд на дочку. Алинка тихонько, сосредоточенно теребила заячье ухо, и так игралась с плюшевым зайцем и медвежонком, которых ей подарили Галинка и Иринка. А в голове Милы проскальзывали грустные мысли: «И в кого она только уродилась, вот такая молчаливая да задумчивая? Вроде хлопот с ней нет никаких особых. Никуда не убегает, не капризничает. Все играет тихонько, не шкодничает. Но все равно, душа неспокойна, слишком она уж тихоня да молчунья! Точь-в-точь маленькая старушка, такая же серьезная да рассудительная! И на ребенка вовсе не похожа!». И лишь поздно вечером, покормив дочку скромным ужином, и уложив ее спать, плела красивые корзинки. И уже по дворе, в коридорчике, и в цеху они стояли, напоминая своим видом, что мусор все-таки лучше бросать в них, а не туда, куда захотелось. Или, собрав лоскутки, садилась шить веселых зверушек.

С момента ее поселения в бывшей дворницкой прошел почти что месяц. И за это время Мила успела почти, что со всеми перезнакомиться. И уже знала, что всеми делами на фабрике заправляет Николай. Он здесь был и Бог, и Король. Игорь больше сидел за чертежным столом, отвозил товар в маленький фирменный магазинчик. Иногда мотался за материалом или фурнитурой, если Николай был слишком занят. Или подменял Женьку в его караульной сторожке. Евгений здесь был охранником, и завхозом одновременно. А все, что придумал Игорь, в жизнь воплощали три подружки – хохотушки, три швеи, Юлиана, Иринка и Галинка. Мила и с ними успела наладить вполне сносные, можно сказать, дружеские отношения. И немного изучить их характеры.

Самая старшая из этой неразлей – водой компании была Галинка. Она любила помечтать, пофантазировать. Обожала строить воздушные замки. А потом населяла их сказочными феями и эльфами. И любую свободную минутку играла с маленькой Алинкой. Любила дарить ей обновки или милые пустячки.

Иринка очень отличалась от Галинки. Она не была такой фантазеркой и мечтательницей, как подруга. Это был скорее трезвый, до мозга костей, реалист. И, хоть и была более сдержана в проявлении своих чувств и эмоций, но все же не раз, и не два так, как бы мимоходом, да сунет Алинке то конфетку, то карандаши или мороженое.

Юлиана была девушкой своеобразной, холодноватой и высокомерной. И ее особенно портило какое-то легкомыслие, и ветреность. Она любила покурить втихую в туалете, вальяжно выставив при этом ногу в сторону. Обожала поболтать о дамских модах, о всяких там распродажах. Знала практически все о косметике, и была большим знатоком всех модных танцев. Работать она особо не любила. И большее время проводила в дизайнерской мастерской Игоря, попивая кофе. Или на проходной, в обществе Женьки, покуривая свой «Кемел». И лишь на какой-то час или два садилась за швейную машинку. И тут во всю включалась ее богатая фантазия. И на свет появлялись зайчики, разноцветные мишки, ежата и поросята. Зная эти особенности, подружки привыкли терпеть ее странности. Однако мало кто знал, что в свободное время она вела кружок эстрадных танцев. И поэтому на фабрике в последнее время была только до обеда. А потом, подхватив свою сумочку, и махнув рукой: «всем привет!», уходила в бывший дворовой клуб. К Миле она относилась и не плохо, и не хорошо, а так, нейтрально. И всегда смотрела снисходительно, как на деревенскую дурочку.

Иногда к Николаю заявлялась в офис его дочка. Это была шустрая, лет шести, девочка с большими голубыми глазами, с волосами, заплетенными в две большие светлые косы. И казалась куклой, которая ожила, и весело бегала по всем комнатам, смеется и шалит. Галинка как – то тихонько шепнула Миле, что Светланка сирота, ее мать умерла еще в родах. И ее воспитывает сам Николай. Правда, ему помогает еще его сестра, Тамара. Но сейчас она уехала в деловую поездку во Францию. И поэтому Николай берет дочку с собой на работу. Светланку любили и жалели все. И поэтому прощали ей детские, невинные шалости. Девочка познакомилась с Алинкой, и они подружились. Светланка все чаще появлялась на фабрике. И пока Мила убирала двор или поливала цветы, они собирали разноцветные пазлы на скамейке, играли с томагочиком или бросали друг другу разноцветный мячик. Жизнь не стояла на месте, а продолжалась своим чередом. Начинался первый месяц лета, июнь.

Утро, казалось, не предвещало ничего плохого. Однако мелодичный звонок мобильного телефона разрушил всю его красоту. «Пожар!». Николай сидел за своим столом, и задумчиво глядел в распахнутое окно. И машинально водил по чистому, белому листу карандашом. Из-под черного грифеля появлялись полоски, черточки, кружочки и замысловатые геометрические узоры. А мысль вращалась вокруг одной-единственной проблемы. «Что же мне делать? Мое крохотное дело только-только поднялось на ноги. И уже сбито метким ударом врага. На счета наложен арест. Неужели это все? Все? Осталось только объявить себя банкротом, пригласить всех сотрудников. Уволить их. Свернуть дела, и пустить все с аукционного молотка. И зарплату платить нечем, потому что мы банкроты! Банкроты! И все этот пожар! Проклятье! Просто какой-то замкнутый круг! Денег нет – материала нет, а материала нет, ничего не сделать». – Он тяжело застонал, обхватил голову обеими ладонями. В голове запульсировала, забилась боль. «Неужели моя мечта умирает? И все из-за чьей-то элементарной зависти!». – Скрипнул от внутренней боли зубами Николай. Летний ветерок ворвался через распахнутое окно в его кабинет. И принес на своих крыльях нежный, едва уловимый аромат ромашек. Тонкий, сладковатый и терпкий одновременно. Мужчина привстал и подошел к самому окну. Его напряженный взгляд упал на крохотную клумбу, которая была прямо под его кабинетом. «Цветы… хм, цветы? Цветы! Да это же идея! Мы временно перепрофилируемся на изготовление цветов. Материал еще остался. Да и связи не забыты. Он вернулся к столу. И нажал на кнопку селекторной связи. Его каждое слово было четким, и отрывистым.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.