Дарьяна. О той войне

Мститская Империя

Вирт-Ваор, столица

Вивиан ступала осторожно – так, что в пустом каменном коридоре, освещённом лишь тусклым светом факелов, не раздалось ни единого шороха.

По стенам, пугающим своим холодом, скользили языки пламени. Они играли со сквозняком, изредка вспыхивая на красивом лице мститы, идущей к своей цели.

Девушка сохраняла абсолютное спокойствие. Её не пугали ни стража, ни опасности, с которыми могли столкнуться её верные воины, пробиравшиеся к покоям Императора другим, более опасным путём.

Поправив прикреплённый к бедру кинжал, скрытый под длинной юбкой с разрезом, Вивиан остановилась у высоких деревянных дверей. Её взгляд скользнул от самого верха, где лепнина изображала страшную морду ягуара, держащего в пасти меч, к низу, покрытому незнакомыми узорами и символами. Мстита замерла на украшенной золотом ручке. Ладонь упрямо сжала холодный металл, но не повернула – словно она никак не могла решиться сделать этот шаг.

– Госпожа? – голос одного из верных подчинённых вывел Вивиан из задумчивости.

Девушка медленно обернулась к воинам. Мужчины, по обыкновению, выстроились за её спиной клином, выпрямили спины, положив одну ладонь на рукоять меча, а другую – на сердце, и склонили перед ней головы.

В свете метнувшихся огней отразился горящий яростью зелёный взгляд, чтобы тут же исчезнуть: пламя заиграло на хмурых лицах вояк. Свет прошёлся по их крупным фигурам, облачённым в тёмно-зелёные кожаные куртки и штаны.

– Ждите меня здесь, – тихо произнесла мстита, машинально вскинув руку перед мужчинами.

Повернувшись к ним спиной, она смело толкнула двери, мысленно удивившись, как легко те поддались, и тут же оказалась под прицелом двух пар чёрных глаз истинных мстит.

Анна, сидевшая у изножья кровати, резко подскочила, в то время как бледный Филипп лишь слегка приоткрыл глаза и усмехнулся.

За несколько лет болезни мужчина знатно изменился: цвет его кожи, некогда белоснежной, как снег, посерел, сравнявшись с оттенком пасмурного неба в ненастную погоду; по худому измученному лицу градом катились капли пота, а обтянутая кожей грудная клетка тяжело вздымалась. Похоже, Вивиан ворвалась к правящей чете как раз во время очередного приступа, которому был подвержен Император.

– Здорово тебя перекосило, дорогая, – пропела Вивиан, продвигаясь в глубь комнаты.

Она по-хозяйски провела ладонью по заваленному бумагами столу, попыталась разобрать какую-то бумажку, но тут же оставила это дело и двинулась к крадущейся к дамскому столику Анне.

– Что ты там ищешь?

Анна, выдвигавшая один ящик за другим, замерла и обречённо прикрыла глаза. Она знала: Вивиан стоит у неё за спиной. Даже если императрица успеет удобно перехватить кинжал, ворвавшаяся в спальню мстита не даст напасть, не позволит холодному металлу даже коснуться кожи. Она убьёт Анну раньше, чем та сделает хотя бы шаг.

И, словно вторя её мыслям, неприятный холодок прошёлся вдоль шеи императрицы и остановился, ранив нежную кожу. Анна рвано выдохнула, готовясь к смерти.

– Не трогай Аню, пожалуйста, – тихий голос Филиппа слишком резко разорвал тишину спальни. Обе девушки вздрогнули.

Анна попыталась воспользоваться моментом и вырваться из захвата, оттолкнув мститу. Но Вивиан не растерялась: моментально создала мощную ударную волну, которая смела императрицу к противоположной стене.

– Я бы с удовольствием убила тебя, но с этим прекрасно справилась твоя супруга, – ответила Ви. – Но вы в любом случае друг друга стоите. Убийцы.

Мстита застыла посреди комнаты, не нападая на очнувшуюся Анну, но и не подходя близко к Филиппу.

– Не её кровь тебе нужна, – прошептал мужчина слова, которых в этой комнате никто не ожидал услышать.

Опираясь на стену, Анна осторожно поднялась, в её глазах промелькнула боль, что не укрылось от проницательного взгляда Вивиан.

– Что значит «не моя»? – прошептали сухие губы императрицы.

Потребовалась всего одна фраза, чтобы девушка сжалась. Она изо всех сил впилась ногтями в ладони, переводя потерянный взгляд с супруга на старую подругу и не находя ответа.

– Наследник жив… – ошарашенно произнесла Вивиан.

Она так и застыла, приоткрыв от удивления рот.

– Жив? – повторила Анна. – Жив?! Что значит «жив»!? Филипп! – кинувшись к мужу, императрица была тут же перехвачена поперёк туловища воинами Вивиан, ворвавшимися в спальню на её истошные крики. – Не смей молчать! Не смей! Ответь мне, что значит он жив?! – кричала девушка, яростно вырываясь из захвата уводивших её из покоев мужчин.

Вивиан же, справившись с эмоциями и вернув былое хладнокровие, вновь закрепила на бедре кинжал. Когда за Анной и уводящими её стражниками закрылась дверь, девушка пристально посмотрела на Филиппа.

– Когда я говорила, что вы друг друга стоите, я ошиблась.

– Ви…

Мстита всё же приблизилась к умирающему императору, чтобы тут же склониться над его лицом и заглянуть прямо в глаза.

– Ты хуже, Фил. Намного хуже даже меня.

Но мужчина не смог ничего ответить – он закашлялся и потерялся в новом приступе смертельной болезни, захватившей его тело.

Дарьяна

Деревня Малюткино, под городом Файрвич

Осенний холодный ветер заставил поёжиться и сильнее закутаться в меховую жилетку. Но, несмотря на ужасную погоду, работа в полях кипела и требовала полной отдачи.

– Давай ещё один, последний сюда! – крикнул мне дядя Вент, махая из трактмобиля.

Вздохнув, я полностью сосредоточилась на своей силе, сплетая заклинание левитации на огромный тюк сена, который следовало поднять выше остальных.

В нашей маленькой деревне жило не больше тысячи алесов, и, к сожалению, ни один из них не мог похвастаться даром выше двойки. Кроме меня. Именно поэтому я взвалила на свои плечи всю самую сложную работу, зарабатывая на поддерживающие лекарства для мамы.

Тюк дрогнул, не желая подниматься. Я влила ещё немного силы, желая покончить с этим и поскорее вернуться домой. Секунда, две – сено взлетело очень высоко и направилось к дяде Венту.

– Умница, Даруш! – воскликнул мужчина, разворачивая трактмобиль на дорогу.

Я улыбнулась, глядя на чистое осеннее поле и работников, покидавших свои места. Сложный сегодня день. Очень сложный. А ещё тяжелее было использовать свою силу на полную мощь и пытаться контролировать мститский дар, который так и норовил проявиться в самый неподходящий момент.

Да, я – мстита. Подкидыш, которого приютила одна добрая женщина…

Она меня спасла. Ведь я никому не была бы нужна. В детском доме меня наверняка добили бы сами же дети за моё происхождение. Вражда между алесами и мститами была давней и с каждым годом набирала обороты, даже несмотря на то, что Алесская Империя считалась центром, объединяющим народы.

Чей-то крик заставил вздрогнуть. Я обернулась и заметила бегущего Эрнта – молодого паренька, подававшего надежды на успехи в будущем. Его сила росла со стремительной скоростью, радуя мать и огорчая отца: от двух слабых алесов не мог родиться сильный маг.

Сколько же слухов ходило об их семье! Но ведь это же деревня.

– Мститы! Там мститы! – прокричал он, падая на колени. Его плечи тут же задрожали. – Они её убили… убили…

Григорий, отец Эрнта, замер. В его глазах промелькнули страх, боль, неверие и отчаяние. Медленно он двинулся к сыну, заставляя того подняться на ноги. А тем временем моё сердце сделало два громких удара и ухнуло куда-то вниз. Не слушая сбивчивый рассказ парня, под громкие крики мужчин я рванула в сторону деревни.

Мама… мамочка!

Чем ближе я подбегала к дому, тем отчётливее слышала громкие звуки взрывов и крики алесов. Сильный встречный ветер выбивал из лёгких воздух, в ушах тянуло болью, а ноги норовили подкоситься, но, несмотря ни на что, я как сумасшедшая неслась к деревне, боясь опоздать. Лучше уж мы умрём вдвоём… Нет! Об этом не нужно думать! Я успею! Успею!

Когда деревня показалась на горизонте, я на миг замерла, не веря собственным глазам: родной дом полыхал огнём, словно огромный костёр. Пламя пожирало всё, до чего могло коснуться.

– Нет, – прошептали мои губы. Обхватив себя руками из-за порывов холодного ветра, я осмотрелась и снова рванула к дому.

Забор и сарай полностью сгорели, где-то там лежали трупы умерших от огня или дыма животных: коров, свиней, гусей. Дом ещё не разгорелся полностью – полыхала крыша. Защитив себя куполом, я вбежала внутрь.

– Мама! Мамочка!

Но никто не откликнулся. Сердце от осознания этого болезненно сжалось. Пробираясь сквозь дым, я упорно искала маму. Вот только, к счастью или к несчастью, её в доме не оказалось. На обратном пути бедная старая крыша всё-таки обвалилась. Закашлявшись, я попыталась левитацией оттолкнуть балки, преградившие мне путь на улицу, но у меня ничего не вышло из-за слишком маленького резерва. Я ведь все силы вложила в тюки сена…

Очередной обвал сбил меня с ног. Глаза защипало, воздуха стало катастрофически не хватать – я задыхалась. Защитный купол под напором треснул, и огонь атаковал меня. Слишком быстро он перекинулся на штанину, не давая до конца осознать всю безвыходность положения. Я закричала, пытаясь погасить пламя силой, но я ведь не стихийница, да и огонь естественный: такой могли потушить либо водники, либо огневики, но никак не чисто тёмный маг, как я.

С очередной попытки я всё-таки смогла отбить горящие балки, освободив себе выход. Вот только доползти до него не успела – сознание покинуло меня прежде, чем я себя спасла.

Голоса. Слишком много голосов врывались в сознание, заставляя внутренне сжиматься. Голова трещала, не давая снова провалиться в беспамятство. Я протяжно застонала, пытаясь хоть как-то пошевелиться, но тело не слушалось и отзывалось лишь резкой болью.

– Эта очнулась!

От подобной реплики я вздрогнула и машинально открыла глаза. И тут же очень удивилась, осознав, что сижу посреди деревни, связанная вместе с мститами, окружённая целой ротой алесских воинов, которые в буквальном смысле пожирали нас полными ненависти взглядами.

– Какие сказки расскажешь? – передо мной опустился на корточки молодой мужчина, деловито хрустнув пальцами. Он обхватил моё лицо рукой, заставляя смотреть ему в глаза.

– Что рассказать? – прошептала я, чувствуя, как в груди медленно нарастает паника.

Они приняли меня за мститу! Только не это!

– Дуру не строй! – выплюнул тот, и следом мне в живот прилетел сильнейший удар ногой в тяжёлом сапоге. – А это за убитых детей и женщин!

– Я не мстита… я ничего не делала, – прошептала я сквозь слёзы, сгибаясь на земле.

– Не мстита? Кого ты пытаешься надурить? Я, что ли, по-твоему, слепой?

– Капитан Аргус, эта девушка прибыла отдельно, её нашли лежащей без сознания в одном из горящих домов, – сообщил другой военный.

Но я уже не обратила на это внимания. Боль от удара смешалась с обидой на всех и вся. Собственная западня душила, она кралась ко мне медленно, тянула свои противные грязные лапы и тащила куда-то в бездну, из которой я просто не видела выхода. Все произносимые ими слова словно глушились. Мозг вдруг перестал принимать их и толковать значения…

Мамочки, что же делать?

Мама…

Эта мысль отрезвила. Я собралась с силами и, оттолкнувшись от земли, приняла прежнее сидячее положение и попыталась хоть что-то придумать себе в защиту. Капитан Аргус, глядя на мои потуги, усмехнулся.

– Ну так что, тварь?

Подобное обращение заставило меня поморщиться. Так меня никто никогда не называл. Неприятно.

– Я не мстита. Я живу здесь с самого рождения, вы можете спросить обо мне у любого жителя деревни! – под конец фразы мой голос оборвался, превратившись в грубый хрип. Я закашлялась, а всё тело снова отозвалось жгучей болью.

– Тогда где же твои документы?

– С-сгорели вместе с домом, – прошептала я в ответ, чувствуя, как по щекам катятся слёзы.

«Я даже скрывала собственную сущность, чтобы хоть как-то походить на остальных…»

Но это возымело какой-то эффект, так как мужчина нахмурился, и в его взгляде я различила проблеск осознанности, который был мне так необходим.

– Эй, ты! Ты её знаешь? – капитан обратился к сидящему дяде Венту. Я напряглась, заметив в знакомом мужчине небывалую отрешённость. Он сидел и смотрел куда-то вдаль, держа в руках маленькую розовую куклу.

И вдруг старый маг вздрогнул и взглянул на меня своим мутным взглядом. О нет… неужели Мелли тоже больше нет в живых?

– Дара… Даруша! Вы зачем её связали? – услышав это, меня окончательно отпустило. Он подтвердил мою непричастность к врагам. А это самое главное. Теперь осталось выяснить, что с мамой.

Но алесы отпускать меня не спешили. Они увели куда-то причитающего о несправедливости дядю Вента и нахмурились, глядя на меня.

– А вдруг эта мстита его заколдовала, капитан? – подошедшая девушка вызвала у меня лишь очередной приступ отчаяния.

– Солна, мы дождёмся полковника Керта, и пусть он сам разбирается, что делать с этой недомститой, – сойдясь на таком решении, они тоже ушли, оставив меня среди врагов и надзирателей.

Никогда и никого я не ждала столь сильно, как этого загадочного мужчину, который всё никак не появлялся. Да и ожидание никогда не было столь мучительным. Нас связали магическими верёвками и держали на привязи, не давая возможности даже сходить в туалет. Зато мститы никак не приходили в себя, что не могло меня не радовать.

Воины же поглядывали на меня с настороженным интересом. Я часто ловила на себе извиняющиеся взгляды, которые тут же от меня отводили, и я их понимала. Да. Я могла оказаться врагом и играть роль бедняжки, которую ошибочно приняли за мститу. Никто не хотел брать на себя ответственность за освобождение врага. И не брал, ожидая Керта.

Прошёл целый день мучений, прежде чем глава полка соизволил появиться. И мне хватило одного его взгляда, чтобы понять: свободы мне не видать, как собственных нитей силы.

Он пришёл с ещё одной ротой. Или её частью, так как почти все воины кинулись друг к другу с рукопожатиями и разговорами, словно старые друзья, которые не виделись очень давно.

Увидев его, я сразу поняла, что этот алес (или он светлид?) тут самый главный и держит очень строгую дисциплину. А ещё я засомневалась в собственной невиновности. Да. Настолько его присутствие оказалось для меня тяжёлым.

Очень высокий, шириной с шкаф (если не больше) мужчина. Майка и военные штаны только подчёркивали его мускулистость. А смуглая кожа, квадратный подбородок и острый, орлиный нос говорили о его закалённости, твёрдости и беспощадности.

Моя кожа покрылась мурашками, стоило только светлому взгляду Керта встретиться с моим. Так страшно мне ещё никогда не было. А ещё ни один алес на свете не смотрел на меня с ТАКОЙ ненавистью и неприязнью. Что же такого мститы сделали лично этому магу, что он настолько их ненавидит?

Вот только деваться мне было некуда. Не к врагам же жаться? Я встретила его с гордо поднятым подбородком и выпрямленной спиной, а дрожащие от страха ноги спрятала под себя. От предстоящего разговора зависит моё будущее, моя жизнь и, возможно, даже жизнь мамы.

Деревня Малюткино, под городом Файрвич

Полковник Керт

Эти твари к нашему приходу успели напакостить основательно. От деревни остались только горелые обломки. Но хоть алесы успели спрятаться, и большая часть встретила нас живыми и здоровыми.

– Даруша! Где же она! – кричала особо буйная баба.

Она вывела меня из спокойствия своим неприятным визгом и истерикой. Если её нет, значит, попала под обстрел мстит! Война есть война. Её и многих других пришлось усыпить и насильно отправить в Фийск: там им всё доходчиво объяснят и распределят по защищённым военным точкам, специально созданным для мирных жителей.

Самое важное я выполнил и уже собирался отправляться обратно, когда ко мне пристали солдаты с какой-то мститой.

– Да убить их всех! Это прямой приказ генерала! Все мститы подлежат казни! – рявкнул я, услышав от одного, что девчонку жалко.

Нет тут девчонок, как и для них наших детей.

– Полковник Керт, её узнал местный! – не унимался Ким.

Вот же какой упрямый и жалостливый сержант!

Однако то, что её узнал местный, меня тоже заинтересовало. Какая-то барышня приютила молодую мститу? Интерес победил, и я пошёл вместе с солдатами смотреть на эту особу.

Врагов всех повязали. Эти твари сидели и прожигали меня своими ненавидящими взглядами. Кроме одной – молодой, в буквальном смысле, девчонки.

Она сидела одна. В глазах плескался ужас. Всё её маленькое худое тельце дрожало то ли от холода, то ли от страха.

Мстита. Она в любом уголке Второй Вселенной – мстита. Девчонка обладала шикарной шевелюрой жёлтых, в данный момент грязных и нечёсаных, волос. Чёрные глаза не прожигали, но внимательно изучали меня. Но для врага её кожа являлась слишком загорелой, выдавая, что та много времени проводила на солнце. Мститы жили в холодном климате, поэтому все обладали светлым оттенком кожи. Тонкие худенькие ноги она прижала к себе слабыми руками, стараясь спрятать дрожь и показаться если не смелой, то хотя бы не жалкой.

Я усмехнулся, подходя к ней ближе. Довериться её внешнему виду? Нет. Эти твари слишком хитрые. Я не был уверен в ней, и то, что её узнал один из жителей, ничего не говорило. Она могла его околдовать. Да. Не повезло девочке. Ну что поделать? Рисковать я тоже не хотел. Правда, её попытка выглядеть храброй и уверенной вызвала у меня внутреннее одобрение. Так не поступила бы мстита, пытающаяся вызвать жалость. Девочка не брала жалостью. Но кто знает этих сволочей?

Но на этом сюрпризы с мститой не закончились. Когда я включил шестое чувство, дабы понять, насколько та сильна, то совершенно ничего не почувствовал. Понимая, что любой вид магии так или иначе влияет на тело, я нахмурился. Странно это, но ни знакомого покалывания от тёмной энергии, ни тепла, что излучает свет, я не ощутил.

– Керт!

Среди солдат так называла меня только Лена – навязчивая сестрица, что никак не давала мне покоя. Я обернулся, встречая взглядом взлохмаченную девушку.

– Солна и Даркур прибыли живыми, – запыхавшаяся девушка выглядела достаточно взволнованно. По её виду сразу можно было понять, насколько она рада появлению своих товарищей.

– Отлично, я с ними переговорю позже. Сейчас у этих надо укрепить нити, чтобы никуда не сбежали, и – к столице.

Лена удовлетворённо хмыкнула и обвела их взглядом, полным неприязни к этим тварям. На девчонке та, нахмурившись, остановилась.

– Дара?

Та тут же подняла свои напуганные чёрные глаза.

– Лена, – прошептала девушка, и даже моё окаменевшее сердечко дрогнуло от этого взгляда, полного надежды на спасение.

Деревня Малюткино, под городом Файрвич

Дарьяна

Это Лена… Сердце забилось в самые пятки. Пожалуйста! Узнай меня! Дорогая моя!

По взгляду того «шкафа» я сразу поняла, что спасения мне не видать. Это напугало больше всего. Я понятия не имела, что делают с мститами в столице. И эта неизвестность пугала меня больше всего на свете.

Старая подруга ничуть не изменилась. Всё та же блондинка с прямыми волосами, чисто-голубыми глазами и слегка смуглой кожей. Стройная, молодая, красивая, уверенная в себе девушка. Только теперь в её взгляде я видела злость и неприязнь, которых не было четыре года назад.

Воин. Она стала солдатом, и, видимо, её целительский дар наконец-то нашёл правильное применение.

– Отпусти её сейчас же! – закричала подруга, подбегая ко мне. – Даруня! – меня сжали в тёплых, успокаивающих объятиях. – Я с тобой, слышишь?

Я кивнула, сглатывая подступающие к горлу слёзы. Мне было всё равно, что я воняю. Всё равно, что я грязная, как свинья. Меня обняли! Кто-то рядом! Я не одна!

Узнала… она узнала…

Керт, неприятно хмурясь, провёл рукой по воздуху. Верёвки долгожданно спали. Вот только сил радоваться у меня совершенно не осталось. Я начала валиться на бок. Уставшее до предела тело отказалось слушаться. И последнее, что я увидела, – это испуганный и полный укора взгляд Лены.

Мститская Империя

Вивиан

– Пришла поиздеваться? – хрипло спросил Филипп.

В этот прекрасный солнечный день он чувствовал себя неплохо и даже смог сесть, чтобы впервые за несколько тяжёлых месяцев почитать книгу.

– Ты в курсе, что эти улучшения – вестник скорой гибели?

Ви осторожно прикрыла за собой дверь и осмотрелась. Спальня ничуть не изменилась за прошедшую неделю, в отличие от Империи, которую новая императрица загнала в тяжёлую войну.

– О, Ваше Величество, вы сама любезность, – искренне рассмеялся Фил.

В этот момент его измождённое лицо преобразилось, всего на короткий миг став тем, прежним, полным жизни. Ви залюбовалась им и отвела взгляд от больного императора лишь тогда, когда пропала его улыбка, уступив место потухшим глазам.

– Мне жаль, – вдруг сказала мстита, подойдя к мужчине ближе.

Окунув высохшее полотенце в лечебный отвар, Ви протянула руку к лицу Филиппа, чтобы вытереть капли пота и немного остудить его (даже несмотря на видимые улучшения, температура тела продолжала держаться высокой).

– Отпусти Аню, – тихо попросил мужчина, перехватив женскую ладонь.

Усмехнувшись, Вивиан грустно мотнула головой и резко поднялась. Перед императором предстала прекрасная картина: идеальные изгибы тела, подчёркнутые обтягивающим платьем из красной кожи; Ви взмахнула своими длинными светлыми волосами, отправляя их за открытую соблазнительным вырезом спину, и прошла к окну.

– Я не нашла наследника, – задумчиво протянула мстита, глядя в окно.

Ночная вьюга к утру утихла, и ближе к обеду выглянуло солнышко, согревая ледяные земли столицы. Там, за окном, виднелось замёрзшее у берега море; вдали, у самого горизонта, плыл величественный корабль, огибая высокие скалы, окружавшие город.

– Либо ты соврал, либо…

Ви обернулась к притихшему монарху. Он же вместо того, чтобы читать свою книгу, прожигал её взглядом, гадая, сможет ли девушка прийти к правильным выводам.

– Либо в наследнике нет твоей крови, – протянула Вивиан. – Ребёнок Артура, верно?

– Зачем тебе эта война? Зачем тебе этот ритуал? Да пропади оно всё пропадом, Ви, оставь всё!

– Нет.

Остановившись напротив зеркала, девушка растянула губы в улыбке и показательно поправила искусное ожерелье из редкого чёрного камня. Филипп продолжал смотреть на мститу, но уже молча.

Зеркальная поверхность, отражавшая такую странную пару, внезапно лопнула, заставив Ви отступить и злобно уставиться на мужчину. Заклинание далось ему нелегко, поэтому он тяжело дышал – о себе дал знать очередной приступ. Устало упав на подушки, Фил жалко протянул руку к стакану с водой, но не смог его удержать – осколки разлетелись по деревянному полу, в нескольких сантиметрах от ковра.

– Ещё одна такая выходка, и Анечка тебя опередит, – прошипела девушка.

Однако она не ушла. Взяв второй стакан с подноса, мстита, стараясь не встречаться взглядом с императором, наполнила его водой и, удерживая Филиппа за шею, помогла сделать несколько глотков.

– Хотя бы перед смертью взгляни на всё иначе, – мягкий голос Ви прозвучал в комнате чужеродно.

Мстита склонилась и, сидя на корточках, ласково погладила влажные и засаленные волосы Филиппа. Её зелёные глаза, бархатные и притягательные, вдруг сверкнули грустью.

– Пошла вон, – ответил мужчина, дёрнув головой.

Он не смог увидеть сжавшихся до боли кулаков девушки, зато прекрасно смог насладиться злой усмешкой, отразившейся на её лице.

– Как скажешь, – спокойно произнесла Вивиан, поднимаясь в полный рост.

Уже на выходе Ви всё-таки обернулась и, убедившись, что император спит, покинула спальню.

Где-то в подземельях

Анна

В одной из камер серого, сырого, старого коридора сидела женщина, бывшая императрица Мститской Империи, свергнутая буквально неделю назад. Она тяжело поднялась с пола, вновь оглядывая до боли знакомую пустую клетку: рядом с железными прутьями валялся засохший кусок хлеба – впрочем, это было всё.

Когда-то красивое платье превратилось в грязные лохмотья. Радовало одно: ткань была прочной и тёплой, – но даже этого не хватало, чтобы согреться в холодном помещении.

От писка рядом женщина испуганно обхватила себя руками – она так и не привыкла к своим «прекрасным» соседям, крысам, которых постоянно подкармливала, чтобы те ненароком не сожрали её саму.