Чудная деревня. Четвертая часть. Последний дракон

Глава первая.

Я очнулась, но глаз открыть пока не могла, вокруг меня кто ходил, до меня доносились какие- то слова, но смысла их не понимала. Пока, просто тщетно попыталась вспомнить,– кто я, и где я, этому мешала щекотка по всему телу и чувство что я пьяна, причем в стельку. Открыть глаза тоже никак не получалось не смотря на все попытки, а ощущения так себе. Казалось, что меня, то кидает резко вверх на нереальную высоту, и я лечу не в силах ухватить взглядом размазывающиеся от скорости окрестности то так же лечу в темноту вниз, пытаясь хоть за что- то ухватится, но мои пальцы ловят только пустоту. Сердечко заходится от страха удара о землю, я жду его и это пугает куда больше, но… не достигнув дна я снова взлетаю и эти бесконечные качели порядком вымотали меня. После бесконечных полетов и падений страх уходит и меня пробивает на хи – хи. Такие забавные звуки вылетают из меня и щекочут. Вот только над чем смеюсь, не понимаю. Мою горячую кожу касается прохладная влага, и мучавшая меня щекотка ненадолго стихает. Я вдруг понимаю меня обмывают, но кто и зачем!? Только что в голове плавала сплошная темнота не давая ни на чем сосредоточится, и вот вдруг она стала осыпаться хлопьями и тут же перед глазами заплясали картинки. Сначала черно белые картинки, затем цветные, они то замедляются, то останавливаются, но понять, что конкретно вижу я не могу. Перед глазами мелькают какие -то дома, люди, затем все вдруг бешено закрутилось калейдоскопом и исчезло.

Мне полегчало, и тошнота наконец исчезла, а открыв глаза я увидела склонившиеся надо мной женское лицо, родное и в то же время незнакомое. Я снова зажмурилась пытаясь мучительно вспомнить ее. Вот- вот минута и пойму кто же она такая. Она что- то говорит мне, но я ее не понимаю, но ее голос будит во мне приятные воспоминая, детские и такие родные.

Я пытаюсь протянуть к ней руку, ухватиться за нее и все вспомнить, но где она, куда исчезла. Женское лицо сменилось передо мной на мужское и тоже знакомое. Мужчина таких приятных чувств не вызывает, тем более я слышу, как он что – то раздраженно выговаривает мне. Пытаюсь закрыть уши руками, не хочу слушать его голос и … боюсь. Воспоминания в моей голове роятся кусками, наслаиваясь одно на другое, а что из них реально непонятно. В памяти обрывками всплывают какие лица, чьи то крики, мелькают до тошноты зеленые пятна деревьев, и я куда – то, снова и снова лечу в пустоте и не могу остановится. Пытаюсь, но руки ловят только воздух. Устав сопротивляется я вся отдаюсь на волю своих видений и лечу свободно. Контролировать то что происходит я не могу, но ведь рано или поздно мой кошмар закончится. И это оправдалось сполна. Полет замедлился и воспоминания стали выстраиваться, как по линеечке, и я вспомнила свое имя. Надеюсь, что свое и это уже достижение.

Зовут меня Елена и я целительница жила в последнее время в усадьбе знахаря Валерия, скрываясь от кого -то,– шептала я самой себе пытаясь вызвать в памяти картины воспоминаний. И тут же увидела перед собой образ молодого бородатого мужчины и уже точно знала, что это тот самый Валерий, но какой -то неправильный.

Все мысли в разброд и нужно сосредоточиться, но почему у меня так болит голова. Ну да, мне же что – то вкололи, это я помню. Света невзрачная девушка тоже ученица Валерия ударила меня в лесу по голове и… В плече кольнуло, и я поняла это укол. Мне снова что-то ввели, но стало легче. Только вот сознание, как и прежде спутанное и никак не подчиняется. Стала повторять как мантру (слово то какое смешное),– я Елена и меня хотели похитить, кто? Какой – то крутой московский бизнесмен Симоненко,– вдруг ясно всплыло в голове,– а почему?

Вроде так легче продираться через дебри сознания. Задаешь себе вопрос и возникают через какое- то время и ответы. Только теперь нужно связать все их вместе может картинка и срастется. Точно, мой муж погиб, и я осталась без защиты поэтому то на меня снова началась охота. У меня есть муж,– продолжала размышлять я, и тут же всплыло имя Андрей и поняла, что мы с ним давно не вместе, но боли мое воспоминание не вызвало, значит. Да нет это ничего не значит и думать нужно мне о другом, более важном.

Помучившись я вспомнила, что всплыло слово снова, а значит такое со мной уже было. Снова, значит это происходит уже не первый раз. Воспоминания стали всплывать быстрее. Андрей не погиб, и я его спасла, как не помню, но устала невероятно и очень ослабла. Н-да и именно поэтому то меня так легко схватили, что- то вкололи в плечо, загрузили в багажник машины как мешок картошки и увезли в неизвестном направлении, то есть похитили. Я смогла приоткрыть глаза и суть не ослепла от яркого света. Прищурившись стала ждать что бы глаза привыкли и все яркие пятна улеглись. Вроде стало легче, но четко рассмотреть все вокруг не получалось, плыло. Но все равно я как-то приободрилась главное, что на подвал или застенок помещение явно не тянуло. Высокий потолок с лепниной и росписями как- то не ассоциировался с моими мыслями о насильственном похищении. Нежно розовые обои с бледными пионами. Окно перед моими глазами оформлено, что- то, как -то, замысловато вычурно тоже в розово белой гамме в тон с обоями и обрамлено какими – то бантами, завитушками и напоминало убранством пышный торт с розочками. Цветы перед глазами закрутились в каком – то танце, заплясали сливаясь в розовое пятно. Это от усталости и глаза пришлось закрыть для короткого отдыха, слишком яркая картинка отпечаталась в голове и назойливо мелькает розовыми лепестками. Может, мои воспоминания не полные. Что –то это место совсем не похоже на подвал или застенок. А ведь вряд ли неведомый бизнесмен располагал бы меня с такими удобствами, и в такой нарядной комнате. Перед глазами еще все плыло, но я упорно открывала и закрывала их пытаясь привыкнуть к мельканью и нормально оглядеться.

Со стороны изголовья услышала тихий мужской шепот,– она очнулась, придерживай ее Мари.

Передо мной сразу всплыли два лица женское и мужское с разных сторон, между прочим. Скосив глаза туда -сюда я слегка обалдела, потому что сразу же их узнала. Но это невозможно никак, может у меня просто бред, я плотно зажмурилась. Затем снова посмотрела на них туда – сюда стрельнув глазами … они не исчезли. Нуда конечно, я мечтала и давно встретиться с ними, найти их, но не так. … А может это они и похитили меня. Хотя нет, я их не хотела видеть это точнее по смыслу. Ведь, когда – то они уже бросили меня и похищать им меня не нужно. Да точно бросили, и я пообещала себе никогда с ними не встречаться.

Уже спокойно еще раз я посмотрела на них. Лица уже не расплывались перед моими глазами видела я их четко и теперь была уверенна, что мне не кажется. У моей кровати с разных сторон смотрели на меня мои покойные бабушка и дедушка по отцу. Лица очень напоминали фотографию из дома моего отца и тут же вызвали шквал воспоминаний. Я в доме отца у камина держу в руках это фото, мой отец зачем-то ищет меня, но не знает, что я стою перед ним. Я не стала открывается перед ним, неважно по какой причине, но мне было очень больно и повторять такую ситуацию не хочу. Да и зачем мне теперь все мои родные? Все девочка выросла у чужих людей и не хочет менять ничего в своей жизни.

Дед с бабкой совсем не покойные, а вполне себе живые и выглядят для их возраста великолепно и даже судя по обстановке они совсем не бедные. … Но как я оказалась в их доме, или с ними в одном доме. А память продолжала подсовывать мне воспоминания. Дед с бабкой ведь погибли, разбились в машине, когда мне было всего три года – это официальная версия, … и я скучала по ним. А уже будучи взрослой тогда в доме отца я поняла подержав в руках фотографию, что они живые и … И что скрывать в тот момент меня захлестнуло такой обидой не передать словами. Они исчезли бросив меня. Почему – то, что меня бросили родители так больно не задевало, а вот предательство бабушки и деда ударило по мне больно. Мне и сейчас перехватывает дыхание от боли и обиды. Я все вспомнила и вздохнула свободней не понимая только, что же мне теперь делать?

Тут я почувствовала, что бабушка меня берет нежно за руку. И что она моя родная бабушка и любит меня, я тоже почувствовала. Родную кровь не обманешь, тем более с моими способностями. Но это все ложь, если бы она любила меня, то не оставила бы, … и я оттолкнула руку.

– Как я здесь оказалась,– по слогам, но четко смогла проговорить я, это ведь оказалось не просто мой голос срывался, хрипел и слова из глотки выталкивались с усилием и болью.

Несколько слов выпили мои силы, и я снова провались в темноту на этот раз вроде как недолго. Не до конца потеряла сознание и хоть перед глазами было темно, звуки я слышала. Родные переговаривались, суетились около меня.

Мне так хреново от наркотика, что мне вкололи, – дошло до меня,– но почему? Ведь Агриппа говорила яды мне страшны. Или она ошиблась, и я никак не могу очнуться. Да и вообще непонятно сколько времени то прошло с моего похищения. Питирим, там, наверное, уже с ума сходит. Ведь анчутка, мой личный, мелкий бес по имени Чебурашка (бред, то какой) должен был сообщить ему в какую ситуацию я в очередной раз попала. Скажи такую фразу обычному человеку и все … сразу упекут в желтый дом. Бред то это точно, но анчутка была. Он или она непонятно, так то они вроде бесполые, а я назвала его Чебурашкой. Значит у меня это он, но точно я все равно не знаю. Совсем запутавшись затрясла головой, но смогла сосредоточится … и стала терзать свои мысли дальше. Предварительно выкинув из головы ненужную мысль какого же пола бывают бесы. Ведь помню, как анчутка метнулся от меня и исчез, и я очень надеялась, что он сообщит о моем бедственном положении. Интересно анчутки могут запомнить номер автомобиля и как точно он может объяснить куда меня увезли. Ведь я про них так мало знаю, хотя сколько раз зарекалась вызубрить материал про мелких бесов. Да и до этого всего что произошло, я их просто убивала, так как они обычно сосут из живых существ жизненную энергию и являются по природе своей врагами людей. Они в жизни встречаются постоянно, а анчутки из бесов самые не опасные, хотя смотря для кого.

Когда я очнулась повторно видение бабушки и дедушки у моей кровати не исчезло, но насколько они все – таки реальны и почему я у них. Все хватит валятся и прятать голову в песок как страус, нужно прояснить все вопросы и не мучится. Попыталась оглядеться комната та же ничего не изменилось значит, мне ничего не показалось.

Дед увидев, что я смотрю на него тут же улыбнулся и спросил,– ты знаешь кто мы девочка?

– Да,– ответила я,– видела ваше фото в доме отца и почувствовала, что вы живые. – Но почему я здесь и зачем, ведь вы бросили меня.

– Чушь, мы тебя не бросали никогда, мы считали тебя погибшей,– раздались сразу два обиженных голоса.

Повернув голову я столкнулась взглядом с бабушкой которая так разнервничалась что заплакала. Дед нахмурился, резко встал. Какое-то время он раздраженно вышагивал у моей кровати явно не зная, что сказать, затем резко повернулся ко мне.

– Ты была у отца, – зачем! как попала в его дом, и он что знает, что ты жива?

Кто кому вопросы задает я даже рассердилась, но ответила, тайны в его вопросах не было.

– Я не знала… сначала, кто он. – Моя клиентка которую я лечила, она … оказалась его женой, но говорить ему, что его узнала, не стала.

– Почему,– снова напряженно спросил дед.

Он так внимательно и настойчиво смотрел на меня, что я поежилась подумав, мне здесь совсем не нравится.

Попыталась равнодушно пожать плечами очень не хотелось вызывать к себе жалость и проговорила холодно,– он поздно вспомнил обо мне, я уже выросла и не нуждаюсь в его поддержке. – Да и мне показалось что искал он меня … гм… не для того чтоб к груди прижать. – Не понимаю зачем ему сейчас взрослая дочь тем более у него новая семья строилась на тот момент.

Дом, в котором я находилась точно мне не знаком. Из окна виднелся только кусочек неба и зеленые ветки деревьев, звуков машин или просто шума улицы тоже нет. Мы за городом где, может рядом с Алексеевкой какой поселок, или…, думай. Но думать то, как раз было тяжело, мысли снова расползались в разные стороны, и я как не пыталась, не могла их собрать вместе. Н – да,– мне хотелось сказать больше и обидней, но глядя на плачущую Бабушку и взволнованного и чем – то растерянного Деда уже понимала, что все непросто как мне кажется. И нужно их хотя бы выслушать, а уж затем и делать выводы. Моя жизнь и я уже убедилась в этом полна сюрпризов.

Бабушка плакала, дед так же хмурился, я попыталась еще раз оглядеться и рассмотреть своих новоиспеченных родных. Комната явно в богатом доме судя по интерьеру и обстановке. Да и мои родные выглядели так то неплохо после смерти. Гораздо моложе, чем на том старом фото. Конечно они уже в возрасте, но больше пятидесяти лет им не дать и то они сейчас … тем более бабушка вся в слезах и растрепана, а дед в гневе и соответственно они в волнении, и как ни крути выглядят не очень … то есть старше. Интересно каков их реальный возраст.

– Мари не плач не пугай Елену, она про нас ничего не знает и с чего ей кидаться в наши объятия,– негромко одернул бабушку дед. Он явно принял какое-то решение и обняв бабушку усадил ее на стул рядом со мной подал носовой платок,– все Мари успокойся и приведи себя в порядок. – Тем более малышка считает, что мы ее бросили … сначала нужно все ей объяснить.

Мне стало жаль бабушку, ну не возможно равнодушно слушать ее жалобный плач, так ли они виноваты, что когда – то оставили меня теперь неизвестно и для начала нужно их выслушать. Моя жизнь не проста и с каждым разом становится все запутанней, непонятней или может я, наконец, узнаю все тайны своего рождения.

– Маленькой,– тихо произнесла я,– была уверенна, что если бы вы не погибли, то обязательно бы забрали меня. – Я не помнила вас, но вот такое ощущение у меня было.

Бабушка всхлипнула и тут же обняла меня несмотря на мою слабую попытку сопротивления… и это было приятно. Я почувствовала все ее эмоции, страх и сожаление обо мне, застарелую страшную боль, связанную со мной.

– Может, вы мне все расскажете,– попросила я пытаясь приподнять голову что – бы видеть их обоих, – а потом мы все обсудим и почему я вашем доме. – Вроде как меня похитили не вы или я чего то не помню, … и что случилось с теми людьми, кто это сделал?

– Все расскажу,– пообещал дед, – попробуй сесть и тебе сначала нужно поесть хоть бульончика. – Ты трое суток бревном пролежала похитители вкололи тебе убойную дозу снотворного для магов. – Я с таким средством то и не встречался. Дед расстроено и виновато посмотрел на меня,– считай смертельную дозу почти тебе вкололи. – Антидот нам пришлось разрабатывать самим на глаз и от этого тебе плохо. – Похитители явно тебя боялись и вкололи … чтоб уж наверняка тебя вырубить.

Дед выговорился и встав протянул ко мне руки чтобы помочь сесть, но я жестом отклонила его помощь прошептав,– нужно самой двигаться.

Села я с трудом голова кружилась еще сильно. Попытка пролечить себя провалилась … слабость мешала. Но хоть мне и было плохо кушать все равно хотелось. А еще мне плохо оттого что кожа горит огнем, я чувствовала свой неприятный запах. Это яд выходит порами кожи и мне срочно нужно в душ и туалет, или наоборот. Несмотря на их возражения я спустила ноги с кровати и встала, покачиваясь. Покрутила головой прогоняя хмарь одернула на себе мятую рубашку или сорочку … непонятно.

– Туалет и душ обязательно, мне надо,– коротко выдавила я стараясь показать, что мне без этого никак не обойтись.

Говорит было сложно, меня тошнило и мотало. Если говорю, то тут же ноги заплетаются, стану твердо так голова тут же плывет, а вместе всем телом управлять мне сложно. Как только смою с себя яд станет легче и это я попыталась объяснить родным. Дед понимающе махнул рукой и вышел из комнаты сказав, что распорядится о чистом белье и еде. Бабушка, подхватив меня под руку сначала повела меня к туалету. Двери она закрывать не стала, а мне как-то уже и без разницы, главное, что я сама двигаюсь. Затем сразу она отвела меня в душ рядом другая дверь, но мне показалось что шла я долго. Вместо душа изящная ванна на ножках и я тихонько взвыла влезть в нее мне казалось проблематичным, но бабушка помогла мне скинуть рубашку и с трудом влезть в ванну. Бабушка не стала выходить осталась помочь мне помыться, да я и не спорила понимая уже что сама не справлюсь. Она включила воду и отрегулировав ее стала поливать меня, сама бы я точно лейку в руках не удержала. Я мылилась выливая на себя все до чего смогла дотянуться. Пузырьков с шампунями и гелями на полочке стояло много на любой выбор. Сначала я просто выливала их на себя размазывая по телу чтобы избавится от неприятного запаха. Трое суток пролежать бревном выгоняя потом яд – это всегда неприятно и не только для меня, а еще и тех, кто ухаживает, но ничего не поделаешь. Больные люди как я заметила из собственной практики никогда не пахнут розами и морщить нос глупо. Мне казалось, что никогда не смою липкую пленку со своей кожи и запах, но через три или четыре раза полного намыливания мне стало легче и вроде запах тоже перестала чувствовать. Бабушка тоже помогала интенсивно работая щеткой по моей спине, и она же мне вымыла волосы.

– Все хватит,– тихо прошептала я, но Бабушка услышала тут же выключила воду, помогла мне выбраться из ванной, обтерла меня насухо полотенцем и натянула на непослушное тело чистую длинную, простую рубашку.

Когда мы вошли в комнату белье на кровати уже тоже сменили, и я легла в чистую кровать с чувством громадного облегчения почувствовав себя уже гораздо лучше. Бабушка тут же пристроилась рядом и поправив подушку под моей головой и замотав мне шею салфеткой она с ложечки стала меня кормить ароматным бульоном с зеленью. Как я себя сдерживала от желания проглотить все залпом, а не с ложечки, не передать словами. Бульон только раззадорил мой аппетит, но нужно было сделать перерыв, иначе могло стать худо. По своим ощущениям я не ела давно и желудок болел весьма ощутимо. Покормив бабушка заботливо обложила меня подушками. Помогла мне полуприсесть так что бы все комната оказалась перед моими глазами. Дед шумно подтянул к кровати кресло, стоящее в отдалении и сел в него так что бы я его видела. Они явно готовились к долгому разговору, почему бы и нет. Тем более я уже чувствовала себя хорошо и готова их выслушать. Откладывать разговор на потом не хотелось никому. Я то точно боялась, что помру от любопытства если их сейчас не выслушаю. Хотя не буду врать, было страшно оттого что я сейчас могу узнать. Семейные тайны такая поганая штука, но нужно разобраться. Устала я получать информацию о своей семье крохами и от чужих людей. Вели мои родные себя спокойно, хотя нет присмотреться так все – таки нервничают. Дед с интересом смотрит на меня все свои эмоции он уже взял под контроль только вот кончики пальцев на спокойно сложенных руках нет- нет да подрагивают. Но вот прочитать я его не могу как ни старалась. Защита у него замечательная, цельная, интересно кто ему ее ставил. … А вот бабушка немного открыта как раз что бы я смогла считать все ее эмоции … и сделано это специально, но для чего пока не понятно. Поймать меня на крючок заботы или показать, как она скучала возможно конечно, но почему тогда дед прячет свои эмоции. Я смотрела на него и бабушку и видела себя в их чертах. Мы так похожи даже анализа крови не нужно… хотя я ведь сейчас выгляжу совсем по-другому наверняка, и они догадываются об этом. Мне ведь изменили внешность перед тем как я стала прятаться в усадьбе Валерия.

Валерия я тоже вспомнила и меня торкнуло тут же чувством вины и все… любовных эмоций его имя у меня не вызвало. Недаром бывший муж звал меня рыбой мороженой. Мы ведь с Валерием любовники и сейчас я вспоминаю его только потому что жила в его доме, никаких сожалений или переживаний нет и в помине… что тоже странно. Моя вина оттого что он единственный кто не в курсе что я сбежала и влипла в неприятности, а еще и вдобавок Питирим сорвется на него, когда все узнает. …А еще наверняка Валерий во всем винит себя. Н-да неприятненько, а ведь я все сделала в тайне от него фактически обманом. И снова все мои неприятности и-за Андрея, черт бы его забрал. Подставила Валерия своим поступком и даже то, что свое похищение предусмотреть я не могла меня никак не оправдывает. А вот имя Андрея вызвало у меня сразу же прилив гнева. Как я устала от него не передать словами … и да видеть не хочу его совсем … и все неприятности мои и – за него это точно. Ладно, главное, я пока жива и пытать меня никто вроде и не собирается и особо торопиться мне некуда. Я хотела узнать судьбу своих родных и время пришло, так что нужно их выслушать. Сколько лет я мучилась не понимая почему от меня отказались родители, считала себя виноватой во всем что случалось со мной рядом, и пора взглянуть правде в глаза. Еще не исключено что я по своей природе злобный монстр которого все боятся и ждут неприятностей.

Родные мои все никак не могли решится на разговор, и я глядя на них снова задумалась. … А так то дед у меня интересный мужчина, высокий, стройный темноглазый, волосы хоть и с сединой ему это очень шло. Эдакий благородный налет серебра на волосах иногда красит мужчин, а взгляд цепкий не простой и чувствуется, что он действительно глава семьи и обладает авторитетом и властью. Бабушка тоже необычна красива той поздней красотой, сохраняющейся у редких женщин. Морщинки уже чувствуются и понятно, что она не молода, но при этом привлекательна, стройна, элегантна. Все вещи на ней явно дорогие, а смотрятся как будто она родилась в них. Значит, она родилась явно в небедной семье и с детства привыкла к роскоши как, впрочем, и дед. Это очень четко видно. Недаром говорят из грязи в князи и меня приучали к хорошей жизни и вещам, но я помню, как мне было сложно. Даже сейчас, когда я зарабатываю достаточно и могу покупать любые вещи я всегда выбираю себе те, которые можно носить долго вне времени и моды. Держа где-то там в голове что возможно мне придется отходить в них не один сезон или просто не будет возможности купить обновку и именно эта причина заставляет относится к вещам бережно. Богатыми хоромами меня удивить тоже невозможно, а вот слугами я командовать так и не научилась. Мои родные совсем не просты. Огромный дом со множеством прислуги. Обо всем я догадалась не выходя из комнаты, а что тут сложного. Моя спальня точно не на первом этаже, а прислуга разная. Даже за это короткое время я заметила, что еду приносила одна девушка, дополнительные подушки другая, а у двери я увидела охрану, состоящую из пары мужчин. Мельком конечно, но заметила, что охранники спортивного телосложения и с оружием.

Дед тоже пытался меня прощупать и с интересом наблюдал, как я реагирую на окружающую обстановку. Он явно остался доволен тем, что я не кричу от восторга увидев обстановку комнаты. Ну да ведь он уже знает где я жила и, наверное, подсознательно ждет восторга или настороженности от деревенской девчонки. Не он первый представляет деревенскую жизнь примитивно считая, что я ничего не видела кроме коров и огорода.

Дед прокашлялся привлекая мое внимание и начал неторопливый рассказ, а я навострила ушки стараясь уловить все его эмоции… раз уж не могу прочитать его.

– Мы очень любили тебя детка, и никогда бы тебя не оставили никому… тем более твоей матери,– тихо произнес он смотря мне в глаза. – Когда ты родилась, то жила с первого дня с нами … я хочу, чтобы ты знала это с самого начала нашего рассказа. – Когда-то мы приехали в Тамбов в поисках твоей семьи и особо то этого и не скрывали. – Тут все просто у нас с Мари был сын Анатолий он как ты поняла без магических способностей, но мы надеялись, что он жениться на девушке из вашей семьи. – Тебе, наверное, сложно поверить в такое, но мы, уж не буду рассказывать, как узнали, где скрывается ваша семья. – Мы решили, что так стоит попробовать и … смогли найти вас и все тогда было настолько сложным. – Причин было много и если ты уже сталкивалась с волшебными семьями, то понимаешь, что выбор невест очень- очень небольшой. – Мы все слишком тут уже все связаны близкородственными браками. – Ну и главное конечно, ваш семейный дар и возможность иметь здоровых внуков. – Знаешь тогда мы с Мари были молоды, к чему это я … сейчас бы я на такое не решился, пройти настоящий архисложный квест и найти тех, кто уже сам не помнит о своем происхождении и свести молодых стараясь что бы обо всем не прознали другие маги которых в тех краях как грязи,– выдохнул дед устало,– но мы справились.

Бабушка тоже заволновалась и схватила мою руку. Странно, дед говорил, а в моей голове снова стали мелькать картинки, как будто я вижу все со стороны это мой дар предвиденья так работает, но обычно я вижу не так четко, а редкими непонятными видениями. А сегодня… слушая его я как будто смотрела фильм причем цветной и видела все четко, ярко. Но возможно мой дар совершенствуется или это и-за того что рассказывает кровный родственник. Слушаю Деда очень внимательно пытаясь поймать его на лжи, а дар мне получается иллюстрирует его рассказ.