Планеты

Предисловие      

Вселенная безбрежна и бесконечна, как бездонный, необъятный океан, полный далеких, холодных звезд. Но, несмотря на всю свою огромность, пугающую воображение, она пустынна и одинока. Лишь крохотными бриллиантами, подобно песчинкам в круговороте бури, сияют редкие островки жизни и разума, разбросанные во тьме грандиозных просторов космоса. Едва зарождающиеся, уже начинающие строить цивилизацию, цветущие и прекрасные, чуждые и неподдающиеся пониманию, завершающие свою жизнь, умирающие и безвозвратно погибшие планеты. И каждая из этих планет уникальна, неповторима и непохожа на другую. Каждая из них имеет свое собственное «лицо»– красивое или безобразное – все зависит от существ, ее населяющих. Кто-то погрузился в хаос, разруху и кровавые, бессмысленные войны, кто-то не может существовать без насилия и жестокости; кто-то не хочет или отказывается видеть дальше своего носа, закрывшись в тесном мирке, и продолжает жить в смрадном бульоне жадности, глупости, зависти и склок. Но кто-то сумел подняться из зыбких болот, переосмыслив все эпохи своей жизни, все ошибки и промахи, научившись мудрости, пониманию, гуманности, научившись созидать, прощать, ценить, беречь и любить. Таких планет очень мало, но они сильны и целеустремлены. Они способны изменить целые миры. И эти изменения уже начались. Они затронули все уголки Вселенной. И где-то в глубинах среди россыпей звезд зарождаются новые жизни, новые миры, новые тайны, новые истории. Истории о радости и боли, о надеждах и разочарованиях, о любви и ненависти. Удивительные истории безбрежной Вселенной.

– Филадельфия! Твое поведение недостойно королевской крови, что течет в твоих венах! – глаза Фиделя требовательно и жестко смотрели на девушку, что стояла перед ним в роскошном, но изрядно потрепанном платье, дерзко вскинув хорошенькую, фиолетововолосую головку. – Ты понимаешь, что лазать по деревьям, словно дикий зверь в компании простолюдинов – занятие не для дочери Императора?

– Простолюдины? – на юном лице империты появилось неподдельное изумление. – Император! С каких пор вы стали называть деллафийцев простолюдинами? Разве это достойно Правителя?

Император помрачнел, пальцы, украшенные великолепными перстнями, крепко сжали подлокотники Древнего Трона. Девушка спокойно взирала на отца; легкая, едва заметная улыбка играла на губах, но в самой глубине синих глаз затаилось странное выражение – отчаяние, обреченность, но вместе с тем – вызов. Фидель шумно вздохнул, снова заговорил:

– Ты уже не дитя, Филадельфия, и должна понимать, что рано или поздно, но я отойду ото всех дел, и тогда на мое место придешь ты, моя дочь. На твои плечи ляжет тяжелый груз правления, и я хочу, чтобы ты стала хорошей Императрицей. Вместо того, чтобы прилежно заниматься, ты носишься где- то целыми днями, и боюсь, что и сейчас ты не слышишь моих слов.

– Я прекрасно вас слышу, Император, – негромко произнесла империта, – но и вы поймите меня. Я еще так молода, а вы требуете от меня решений непосильных мне задач. Мне хочется свободы, друзей, а вы бросаете меня в лапы бесконечных наставников, учителей, репетиторов, которые говорят совершенно непонятные мне вещи, от которых болит голова…

– И меня с детских лет обучали искусству правления! – вдруг закричал Император, вскакивая с Трона. – И твоего деда и прадеда! Это твой долг и меня не интересует, хочешь ты этого или нет! Ты должна! Поэтому выбрось из головы все свои детские глупости и иди заниматься! Это приказ!

Филадельфия с трудом сдержала слезы. Глаза полыхнули ярким огнем, но голос не подвел ее, когда она твердо сказала:

– Я не буду Императрицей!

– Что? – округлил глаза Фидель, не веря ушам.

– Я не хочу быть и не буду Императрицей! – повторила девушка, ни на секунду не сомневаясь в своих словах.

– Негодная девчонка! Хочешь опозорить нашу семью? Немедленно отправляйся к репетиторам!

– Нет! Я решила!

– Ты – моя дочь и будешь делать то, что я скажу! С этого дня ты не выйдешь из Дворца без моего разрешения!

Филадельфию бросило в дрожь от злости и негодования.

– Вы не заставите меня, Император! Можете отречься от меня или посадить в подземелье, но я говорю – нет!

– Ты продолжаешь перечить мне? – громыхнул Правитель и в этот момент воистину был великолепен и страшен. – Что ж, раз ты упрямишься, пусть будет по-твоему! Тебя привлекает свободная жизнь космического бродяги больше, чем Древний Трон? И раз ты не обеспокоена ни судьбой Деллафии, ни Союзом Четырех, я дам тебе свободу! Отныне ты предоставлена самой себе, и помощи моей не жди! Завтра из космопорта Пареля вылетает корабль «Эндор», направляющийся на Камарлен. Я думаю это именно то, что тебе нужно и чего тебе так не хватает! – на последних словах глаза Императора потухли, словно вся злость и жизненная сила покинули его; он уже не смотрел на дочь.

– Нет моей вины в том, что не привлекает меня Древний Трон, Правитель! – тихо прозвучал голос империты в огромном зале. – Простите!

Филадельфия медленно двинулась к величественным воротам, украшенным затейливым рисунком из драгоценных камней.

– Никто не отрекался от Трона, – услышала она голос отца и были в нем и удивление, и неверие, и грусть, но девушка не остановилась: очень велика в ней была тяга к свободе, больше, чем желание остаться во Дворце.

Бесшумно раскрылись перед ней ворота и также тихо закрылись, словно отрезали ей путь назад.

Часть первая: Камарлен

В обзорном экране сияли мириады звезд. Далеких-далеких и в то же время таких близких звезд, что казалось, стоит лишь протянуть руку и вот они все на ладони, такие же маленькие и яркие. Затаив дыхание, Дели смотрела в бездну космоса и не могла отвести глаз. Вот она – свобода! Ее пьянящий дух заполнял ее, словно вода – кувшин.

«Эндор» стремительно прорезал безвоздушное пространство, хоть на первый взгляд можно было подумать, что корабль висит неподвижно среди окружившей его тьмы. Лишь бесконечные цифры, непонятные значки на экране главного модуля говорили, что «Эндор» бесстрастно мчится к своей цели.

В рубке управления царило молчание. Все были заняты своими делами. Трайд Марион с самым серьезным видом вел молчаливую «беседу» с бортовым модулем. Констат Тасури и энод-арон Джанулория уткнулись в сложнейшие голографические схемы. Наконец, трайд, круто развернувшись на своем кресле, посмотрел на империту. Ему было за двадцать пять – возраст довольно молодой, чтобы дослужиться до звания трайда, но, тем не менее, на «Эндоре» он был главным. Правильные черты лица несколько жесткие, что делало его старше. Темно–голубые непроницаемые глаза с красивой щеточкой длинных ресниц смотрели цепко и внимательно. Упрямая линия рта, который, похоже, никогда не улыбался. Светло – фиолетовые непослушные волосы, несколько прядей падают на лоб, что, как ни странно, придает ему неуловимое обаяние. Красивый, как и все деллафийцы, но что-то в его красоте отталкивало. Присмотревшись, Дели поняла, что взгляд этих больших глаз – холодный, изучающий, пронзительный, – проникает в самую душу, словно видя насквозь, и при этом остается таким же недоступным и непроницаемым, бросает в дрожь и заставляет поскорее отвести глаза в сторону. Но трайд, лишь на мгновение остановив на ней свой взгляд, повернулся к своей команде.

– Остался один гиперпрыжок, – произнес он. – Скоро будем у цели. Всем приготовиться.

Энод-арон тряхнул пышной гривой, вздохнул и сказал – пропел своим мурлычущим голосом, немного растягивая слова:

– Наконец-то я смогу прогреть свои старые косточки на жарком солнце Камарлена. Эти бесконечные прыжки совсем меня доконали.

Трайд хмыкнул что- то нечленораздельное и активировал внутренний стабилизатор. На мгновение стало темно, как внутри, так и снаружи, но вскоре в обзорном экране снова появились далекие звезды, а чуть слева – небольшой шарик, окрашенный слабым, красноватым цветом. Широко раскрыв глаза, Дели смотрела, как плавно приближается незнакомая ей планета. Казалось, это она летит к кораблю, а не корабль к ней. Смешение серого и красного сквозь тонкую пелену облаков или тумана. Камарлен. Камарлен. Ее сердце невольно сжалось от предвкушения неизведанного и захватывающего. Скорее! Скорее! Но «Эндор» начал торможение, и время словно остановилось.

– Нельзя ли побыстрее? – в нетерпении воскликнула девушка.

– Нельзя, империта, если вы не хотите на всей космической скорости врезаться в планету.-Не поворачиваясь, ответил трайд.– Кстати, позвольте задать вам вопрос, империта?– Его холодные глаза посмотрели на нее.

– Пожалуйста.

– Для чего вы летите на Камарлен?

Она неожиданно смутилась, чувствуя, как румянец заливает щеки.

–Если честно, – не знаю, – заявила Дели, ощущая себя полной дурой.

Трайд едва заметно кивнул, удерживая на ней свой взгляд.

– Честный ответ – это уже хорошо, – он снова кивнул. И только собирался сказать что- то еще, как его прервал изумленный возглас Тасури:

– Трайд, взгляните! Что это?

Все устремили взгляды на экран модуля, где медленно приближался Камарлен, а рядом, почти сливаясь с планетой, пульсировало какое- то размытое пятно.

– Странно, радары ничего не могут засечь, – удивленно произнес констат. – Это не корабль, не шаттл, не зонд.

– Исследовательский Центр не отвечает, – подал голос Джанулория.

Марион увеличил изображение пятна, и их взору открылось невероятное зрелище: нечто в космосе светилось странным бледно-голубым цветом, то вдруг меняя его на ярко- желтый, розовый, белый, то неожиданно окрашиваясь черным. Оно без конца шевелилось, словно облако, представая то прозрачным клочком тумана, уносимого ветром, то многолучевой звездой, то дрожащей спиралью, то смутным очертанием корабля, непонятным существом, то растекаясь лениво, как Млечный Путь. Это было бы очень красиво – все эти переливы, мерцание, яркие вспышки, похожие на молнии, если бы не было так пугающе страшно.

Дели увидела, как почти одновременно вздрогнули офицеры, а трайд громко приказал:

– Включить силовое поле! Активировать лазерные пушки!

По его напряженному голосу девушка поняла, что им грозит что- то очень опасное. Сердце предательски застучало.

– Что это такое? – вскричала она.

И в этот момент пятно начало быстро приближаться, угрожающе вспыхнули искры внутри него.

– Звездный Призрак! – Выдохнул Марион и побледнел лицом.

У империты сдавило горло. Она не была космическом странником, но страшные рассказы о Звездном Призраке коснулись и ее слуха. Звездным Призраком пугали маленьких детей, самые серьезные клятвы скреплялись его именем, и нарушить их считалось – накликать беду на свою голову. Однажды Патрульно – разведывательный корабль Деллафии обнаружил в космосе большой крейсер, принадлежащий Таллассе. На сигналы никто не отвечал и, заподозрив неладное, офицеры ПаРаСКон1 проникли в крейсер. То, что предстало их взору, было ужасно. Шестеро таллассцев обгорели до неузнаваемости, несмотря на то, что на них было полное обмундирование! Все оборудование оплавилось, как от сильнейшего пожара. Нашелся лишь один таллассец, который чудом выжил, но провалялся без сознания на грани жизни и смерти несколько недель, и регенерационная камера ничего не могла с ним поделать. Лишь много позже он, содрогаясь от воспоминаний, поведал о том, что их крейсер повстречался со Звездным Призраком. А через несколько дней таллассец неожиданно умер. Кто–то сказал, что его душу забрал Звездный Призрак.

Это была не шутка, и Дели это сразу поняла по лицу трайда. Ее глаза не могли оторваться от пульсирующего, туманного существа, что плыло к ним плавно, словно хищник, готовящийся к прыжку.

Голос Мариона выстрелил в напряженную паузу резко и громко:

– Тасури, лазерный огонь!

Констат взял ручное управление пушками, потому что главный модуль упорно «не видел» приближающееся пятно. Мощные снопы лазерных лучей вырвались из стволов и разом ударили по мерцающему туману… и исчезли в нем, как канули. Констат послал еще пару лучей, но результат был тем же. И тогда хищник прыгнул, и прыжок был стремителен, как язык молнии. Звездный Призрак поглотил их. В глазах потемнело. Потом ударил такой яркий невозможный свет, что Дели вскрикнула. Нестерпимый жар лизнул ее, обжигая кожу, въедаясь в плоть. Время остановилось или его не было вовсе. И ее, Дели, тоже нет. Остался только этот слепящий свет, невыносимый жар и кто- то еще, который держал ее голову в стальных тисках, рисуя огненные слова, что, словно выжигались в мозгу, сменяя друг друга, оставляя после себя жгучую боль. Не выдержав, она закричала. И тут послышался оглушительный треск, вспышка зеленого огня и все исчезло: огненные слова, жар, слепящий свет, боль. Медленно вернулось время, зрение и ощущение себя.

В обзорном экране Камарлен разбух так, что, казалось, протяни руку и дотронешься до серых облаков, в проплешинах которых хорошо виднелась красная земля.

Джанулория лежал на полу, бессильно разметав тонкие руки и свесив голову на грудь. Марион и Тасури с трудом приходили в себя. Натужно ревела сирена, и аварийный модуль повторял, как заводной: «Опасность первой степени! Всем немедленно покинуть корабль! Опасность первой степени!..»

Трайд подскочил, как ужаленный, бросился к девушке.

– Империта, вы в порядке? – крикнул он, заглушая сирену. – Можете идти? Нам нужно срочно покинуть корабль! Идите к аварийному катеру!

Дели только кивнула в ответ и бросилась в коридор. Она уже сидела в катере, а модуль твердил: всем немедленно покинуть корабль, когда появились трайд с констатом, несшие Джанулорию. Марион быстро активировал бортовой модуль, шлюз открылся, и катер рванулся вперед по узкому разгонному треку, открылся второй шлюз, и они нырнули в бездну пушистых облаков, оставив позади бездыханный «Эндор», который серебристой громадой неудержимо падал, попав в зону притяжения планеты.

Сквозь прикрытые веки Дели видела, как стремительно проносятся мимо облака и казалось, им не будет конца. Но вот катер, легко разрезав прозрачную пелену, выпрыгнул в огромный безбрежный простор. Внизу простирались обширные луга красной травы. Невысокие холмы пересекали ровную местность. Вдали мелькнули пики гор, снова луга, луга, луга, где извивались реки и речушки, поблескивая на солнце. Они летели все дальше, а вокруг все исходило бардовым, алым, пурпурным, вишневым цветом. Но вскоре показался шатер величественного леса, полыхающего на солнце подобно костру. Катер летел чуть выше макушек, и от ветра листва колыхалась и дыбилась, как языки пламени. Это было удивительное зрелище, несомненно, но империту оно затронуло лишь слегка: шок и потрясение от встречи со Звездным Призраком все еще не оставляли ее, навалившись усталостью и липким страхом. Офицеры молчали, мрачно насупившись, и, казалось, тоже не замечали ничего вокруг. Они летели довольно долго, и за это время не было сказано ни одного слова. Джанулория все не приходил в сознание, а вскоре и девушка вслед за ним погрузилась в темный омут беспокойного сна. Разбудил ее трайд довольно грубо: тряхнув за плечо.

– Просыпайтесь, империта, мы на месте.

Катер стоял на обычном космодроме, какие можно найти на некоторых планетах, подведомственных Союзу. Недалеко возвышался купол Исследовательского Центра, выглядевший несколько чужеродно среди пустынной дикой местности. Но, странное дело, на космодроме не было ни души – никто не встречал прибывший катер, не суетился инженерный персонал, даже ни одного робота в радиусе нескольких фионов2.

– Разве никто не знает, что мы прибыли? – удивленно оглядывая пустынный космодром, спросила девушка.

– Это меня сейчас интересует больше всего, – лицо трайда напоминало грозовую тучу, из которой вот- вот должны были посыпаться молнии.

На миторе3 они добрались до Исследовательского Центра. Вблизи он напоминал непрозрачную полусферу с большим количеством круглых окон. На верху купола расположились множество антенн, радаров, зеркал всевозможных размеров. Вокруг полусферы на несколько десятков фионов раскинулась площадка, на которой разместились приземистые здания непонятного назначения. Здесь тоже не было никого.

Большие двери открылись после недолгой, но тщательной идентификации прибывших. Их встретила мертвая тишина. Трайд и констат направились к лифту, Дели – за ними. В сердце И.Ц. – Центре управления – было пусто, никто не колдовал над многочисленными приборами и модулями, да и сами приборы безжизненно молчали.

– Ничего не понимаю, – бормотал Марион, возвращаясь в Центр управления. – Такое ощущение, что все вымерли.

– Главный модуль неисправен, – констатировал Тасури. – Все остальное оборудование тоже. В журнале только отчеты о работе Центра, но ничего больше.

– Ладно, разберемся с этим позже, а сейчас нужно позаботиться о Джанулории, – вздохнул трайд. – Медицинский отсек работает?

– Да, у него автономный энергоблок, и он вполне исправен.

Вытащив энод-арона из митора, занесли его в медицинский отсек и погрузили в регенерационную камеру.

– Полное восстановление наступит через шесть часов интенсивной терапии, – сообщил модуль, обследовав т, ахьянца.

– Отлично, теперь нужно проверить весь Исследовательский Центр, каждый отсек и каждый закоулок. Что-то здесь произошло, и это что-то мне совсем не нравится. – Марион взял в руки бластер, обвел всех настороженным взглядом. – Будьте начеку.

Он решительно вышел из отсека и тут же остановился, как вкопанный, глядя куда-то себе под ноги.

– Тасури, погляди- ка сюда, – он присел на корточки, внимательно изучая пол. – Это действительно то, о чем я думаю?

– Это кровь, – уверенно подтвердил констат, – уже засохшая, поэтому мы и не заметили ее раньше.

– Нужно поискать еще. Наверное, кровь есть и в других местах.

И действительно, темные пятна нашлись в жилом и инженерном отсеке, в Центре Управления, в лабораториях, и даже в складах и оранжереях. Они прошли весь И. Ц. вдоль и поперек в поисках хоть какой-нибудь зацепки или подсказки, но всюду их ждали лишь тишина, безмолвие и неизвестность.

– Когда же Джанулория восстановится? – в нетерпении повторял Марион, беспокойно меряя шагами Центр Управления. – Случилось ужасное, я чувствую это! Но кто мог сделать такое?

С трудом дождавшись назначенного времени, трайд отправился в медицинский отсек за Джанулорией. Вскоре они вернулись. Т, ахьянец выглядел бодрым, но встревоженным, видимо, трайд ввел его в курс дела.

– Рад вас видеть в добром здравии, – улыбнулся энод – арон империте и констату. – Трайд мне сказал, здесь случились странные события?

– Даже слишком странные, – мрачно отозвался Тасури.– Может такое быть, чтобы во всем Центре не было ни одной живой души?

– И везде кровь, в этом нет сомнений. – Трайд вопросительно взглянул на Джанулорию, словно тот знал причину произошедшего.– Неужели случилось убийство?

– Главный модуль работает? – спросил энод – арон.

– Нет, вообще ничего не работает. Остались только автономные блоки.

– Напрашивается вывод, что кто-то проник в Исследовательский Центр, перебил весь персонал, спрятал трупы, привел в негодность главный модуль и скрылся. – Задумчиво проговорил трайд.

– Какой ужас! – Воскликнула Дели. – Неужели вы и в самом деле допускаете мысль, что кто-то может забраться сюда, поубивать всех и смыться? Это невероятно! Должно быть, это просто чья- то глупая шутка! Кто-то решил посмеяться над нами или напугать!

– Нет, здесь работают серьезные люди, и им незачем приводить в негодность модули, разбрызгивать кровь, таинственно исчезать лишь для того, чтобы кого- то напугать. Здесь произошло преступление.

– В чем-то империта права. – Вмешался Джанулория.– Исследовательский Центр – не игрушка, и сюда так просто не попадешь, так что посторонние не могли проникнуть внутрь. Тем более, есть защита от вооруженного нападения.

– Она отключена, Джанулория! Я ничего не понимаю! Кто мог убить их? Кому это было нужно? – Похоже, у Мариона шла кругом голова. – Мы пытались связаться с Исследовательским Центром еще на орбите Камарлена, но они не отвечали. Но тогда мы не придали этому значения, списывая все на магнитные бури. Но и из катера я не мог связаться и уже тогда заподозрил неладное. Но чтобы настолько неладное!

– Я знаю, что случилось! – Неожиданно заявила Дели. – Их забрал Звездный Призрак!

– Что? – Вытаращились на нее три пары глаз.

– Ну да, Звездный Призрак! Ведь он напал на нас у самого Камарлена. Выходит, что сначала он сожрал всех в Исследовательском Центре, а потом помчался к нам. Я слышала, что Звездный Призрак любит поедать корабли и людей, после чего они исчезают без следа.

– Бред! – решительно отверг трайд это предположение. – Звездный Призрак появляется только в космосе, он не мог спуститься в Исследовательский Центр.

– Но ведь мы ничего не знаем о нем, трайд, – снова встал на сторону империты Джанулория. – Не знаем кто или что это, и какова его цель.

– А, в самом деле, что это – Звездный Призрак? – спросила девушка.

Удлиненные зеленые глаза энод-арона ярко вспыхнули, лицо скривилось.

– Хоть т, ахьянцы и знают очень много, даже то, о чем другие и не подозревают, но о нем мы знаем совсем мало. Знаю лишь, что он обладает большой неизвестной силой или энергией со знаком «минус». Он поглощает целые флотилии кораблей, после чего те либо исчезают бесследно, либо сжигает их, но никто еще не ушел от него живым. Есть предположение, что его притягивает зло, разруха, войны, то есть то, что наполнено отрицательной энергией.

– Но ведь мы живы, энод – арон! – возразила Дели и ужаснулась. – Или это только пока – живы?

– Звездный Призрак не знал, что на «Эндоре» Джанулория, – хмыкнул Марион. – Думаю, только благодаря вмешательству энод- арона, мы остались живы. Не так ли, старина?

Тот немного смутился.

– Можно сказать и так, но и я перетрухнул при виде его. Сила его и в самом деле огромна, я едва смог противостоять ей. Но он напоследок так шандарахнул меня, что почти выбил мой дух вон. Но, слава великому космосу, мы все уцелели.

– А ты еще жалуешься на свою старость, Джанулория, – укоризненно, но тепло сказал трайд, наградив его благодарной улыбкой. – Да ты можешь один уложить всех офицеров ПаРаСКоН.

– Но что мы будем делать? – спросил Тасури, возвращая их к насущной проблеме. – Послать запрос на Деллафию мы не можем, разве что попробовать через бортовой модуль одного из кораблей Исследовательского Центра?

Трайд дал согласие и констат с энод – ароном ушли в ангары. Дели посмотрела на трайда, который сидел в глубокой задумчивости.

– Трайд, нам грозит опасность?

Голубые глаза поднялись на нее и уставились, словно увидели впервые.

– Опасность? – переспросил он. – Я не знаю, империта. Так мало информации и так много неизвестного, что трудно что- либо сказать наверняка. Но, будьте уверенны, что мы умрем, защищая вас, если нам действительно будет грозить опасность.

– А сюда могли проникнуть местные жители? – неожиданно задала вопрос Дели. – Ведь здесь живут аборигены?

– Да, конечно живут. – Марион снова задумался.

– Могли ли они напасть на Исследовательский Центр? – обращался он вполголоса, скорее, к самому себе, чем к девушке. – Нет, конечно, нет. Но кто тогда? Космические пираты? Но зачем? А если…

Его мысли вслух прервал сигнал данкара4.

– Что у вас? – спросил Марион, нахмурился, слушая. – Хорошо, возвращайтесь.

– Что случилось, трайд? – полюбопытствовала Дели.

– Мы не можем связаться с Деллафией и не можем улететь отсюда, потому что все корабли на космодроме неисправны.

– Как неисправны? Что значит неисправны? Как корабль может быть неисправен? Вы шутите, трайд? Что здесь вообще происходит? Мы что останемся здесь навсегда? – Империта перепугалась до смерти, услышав это зловещее «мы не можем улететь отсюда». – Я не хочу оставаться здесь до конца жизни!

Трайд раздраженно посмотрел на нее, сказал:

– Только не надо паники и слез раньше времени.

– Я не паникую и не плачу!

– Вот и хорошо.

Послышались шаги офицеров, а вскоре они уже появились перед ними.

– Невероятно, но все корабли находятся в неисправном состоянии, – доложил Тасури. – У всех повреждены бортовые модули. Что все это значит, в конце концов? – Врожденное спокойствие и невозмутимость, похоже, начали изменять имберианцу. – Терпеть не могу загадки, а они тут повсюду!

– Так, что мы имеем, – начал выстраивать все по полочкам трайд. – Бесследно исчезнувший персонал Исследовательского Центра, но есть пятна крови, свидетельствующие либо об убийстве, либо о пленении, ведь мы нигде не обнаружили тел. Далее, неисправные оборудование и корабли. Я думаю, это была лишь перестраховка на случай, если в Исследовательском Центре и остался кто- то, кого они не заметили, чтобы он не смог связаться с Союзом и позвать помощь. И не смог улететь с Камарлена. Значит, этим неизвестным было нужно незаметно попасть на планету, что они и сделали, устранив ненужных свидетелей. Все это случилось даальса5 два назад, примерно сужу по состоянию крови на полу. Также мы потеряли «Эндор», но у нас есть катер. И так как мы лишены возможности связаться с Деллафией, то мы должны узнать, что сталось с персоналом Исследовательского Центра, кто эти неизвестные, и с какой целью они столь дерзко вторглись на Камарлен.