Карельский национальный округ

Становление советской национальной политики

Российское многонациональное государство складывалось и развивалось веками. Оно всегда отличалось многообразием национальных культур и традиций.

Особенности языка, культуры, промыслов и земледелия народа оставались неприкосновенными. В арсенале национальной политики царской России имелись: наказы царя воеводам уездов проявлять гибкость в отношении местного населения, стремление государства к охране промысловых угодий, что было вызвано интересами казны, пресечение проявлений межнациональной розни. Нужно отметить, что до 1917 года в России никогда не ставилась задача истребления, какого-либо народа. До того периода сохранились особенности уклада жизни, быта, традиционные местные производства. За все время существования Российского государства с его этнической карты не исчез ни один народ.

Основное население России, особенно русские, относились инертно к вопросу национальностей, отличались национальной терпимостью. Поэтому национальный вопрос не был важным фактором свершения Октябрьской революции 1917 года, хотя советские историки заявляли, что революция спасла народы от угнетения царизма и установила между ними отношения дружбы и сотрудничества.

В программах политических партий накануне Октябрьской революции 1917 года национальному вопросу было уделено незначительное внимание. Более конкретно эти вопросы освещались в программе эсеров. В материалах III съезда, прошедшего в мае-июне 1917 года, говорилось о развитии в России «автономизма и федерации». Акцент делался на единство и централизацию страны. Одновременно заявлялось о создании в России автономных национальных образований, в которых можно развивать язык, пропорционально отчисляя от бюджета деньги на нужды национальных меньшинств [3].

В. И. Ленин еще в июле 1903 года писал, что требования национального самоопределения должны подчинить интересам классовой борьбы пролетариата. Он заявлял, что национальный вопрос – это не стратегический, а тактический [4].

Такой подход в дальнейшем привел к бедам и несчастиям, так как последователи вождя, ссылаясь на него, повели страну к «безнациональному» будущему. В 1913 году В. И. Ленин писал, что социализм стоит на первом месте, а национальная борьба на девятом [5].

В преддверии первой мировой войны национальный вопрос обострился и в России. В. И. Ленин в эти годы написал ряд работ по национальному вопросу: «Тезисы по национальному вопросу»; «О праве наций на самоопределение»; «Критические заметки по национальному вопросу». На основании обсуждения этих работ в отличие от других партий, предлагавших национально-культурные или национально-территориальные автономии, большевики выдвинули лозунг самоопределения народов вплоть до отделения. Этот лозунг звучал эффектно и революционно.

В. И. Ленин неоднократно говорил, что нельзя путать «право» на отделение с «целесообразностью отделения» [6].

С этим лозунгом большевики пришли к революции 25 октября (7 ноября) 1917 года, большевистская партия стала правящей. Нормы межнациональных отношений из партийных документов и теоретических работ лидеров партии стали переноситься в реальную жизнь.

На X съезде РКП (б) 8—16 марта 1921 года было принято постановление «Об очередных задачах партии в национальном вопросе». В разделе втором постановления «Советский строй и национальная свобода» сказано, что шовинизм и национальная борьба неизбежны, неотвратимы, пока крестьянство и вообще мелкая буржуазия в первую голову державных наций, полное националистических предрассудков, идет за буржуазией. Наоборот, национальный мир и национальную свободу можно считать обеспеченными, если крестьянство идет за пролетариатом, то есть обеспечение диктатуры пролетариата [7].

Поэтому, сказано в постановлении съезда, победа Советов и установление диктатуры пролетариата являются основным условием уничтожения национального гнета, установления национального равенства, обеспечения прав национальных меньшинств.

Говорилось, что политика царизма, политика помещиков и буржуазии по отношению к нерусским народам состоит в том, чтобы убить среди них зачатки всякой государственности, калечить их культуру, стеснять язык, держать их в невежестве и, наконец, по возможности русифицировать их.

Теперь, когда советская власть провозглашена народными массами, задача партии состоит в том, чтобы помочь трудовым массам невеликорусских народов развить и укрепить у себя советскую государственность в формах, соответствующих национально-бытовым условиям этих народов. Развить и укрепить у себя действующие на родном языке суд, администрацию, органы хозяйства, органы власти, составленные из людей местных, знающих быт и психологию местного населения. Развить у себя прессу, школу, театр, клубное дело и вообще культурно-просветительные учреждения на разном языке, поставить и развить широкую сеть курсов и школ как общеобразовательного, так и профессионально-технического характера на родном языке [8].

Карелы были названы в числе наций, имеющих определенное классовое строение и занимающие определенную территорию в пределах РСФСР.

В отношении национальных меньшинств, не имеющих своей территории в пределах РСФСР (латыши, эстонцы, поляки, евреи и др.), поставлена задача «помочь полностью использовать это обеспеченное за ними право свободного развития».

Съезд решительно осудил великорусский шовинизм и местный национализм, как уклоны, «вредные и опасные для дела коммунизма, считает необходимым указать на особую опасность и особый вред первого уклона в сторону великодержавности, колонизаторства» [9].

Это постановление съезда по национальному вопросу практически полностью основывалось на тезисах И. В. Сталина по докладу об очередных задачах партии в национальном вопросе.

В списке членов комиссии по национальному вопросу, возглавляемой И. В. Сталиным были в основном представители восточных народов, от русского народа был один С. М. Киров [10].

25 декабря 1922 года в политбюро ЦК РКП (б) было передано письмо, подписанное 31 работником из автономных республик и областей – делегатов X съезда Советов. В этом письме авторы высказали свое соображение по вопросу образования Союза: «Возникновение различных форм автономий, как-то: союзно-независимых автономных республик и автономных областей было продиктовано в каждом отдельном случае ходом революционных событий» [11].

Авторы считали, что после победы революции и гражданской войны, успех, может быть, достигнут при тесном сотрудничестве всех национальностей. Они заявили, что автономные области не должны быть игнорированы, поскольку существование их предусматривает форму самоопределения малых национальностей. Был сделан вывод, что в основу конструирования Союзного ЦИК и Совнаркома должно быть положено непосредственное и широкое участие в них не только независимых, но и всех автономных единиц.

И. В. Сталин считал такие договорные отношения как «отсутствие всякого порядка и полный хаос». По его мнению, надо выбирать одно из двух: либо полное невмешательство центра и решение вопросов в порядке переговоров равного с равным, либо «действительное объединение советских республик в одно хозяйственное целое». Сам И. В. Сталин был за второй вариант [12].

Очень остро вопросы национальной политики были поставлены на XII съезде РКП (б), прошедшей 17—25 апреля 1923 года. С докладом о национальных моментах в партийном и государственном строительстве выступил И. В. Сталин.

Он сказал, что после Октябрьской революции национальный вопрос обсуждается третий раз на восьмом, десятом и двенадцатом съездах партии.

После обсуждения этого вопроса И. В. Сталин доложил съезду о работе секции по национальному вопросу, заявив, что одна группа во главе с Бухариным и Раковским слишком раздула значение национального вопроса [13].

Политической основой пролетарской диктатуры, по мнению И. В. Сталина, являются, прежде всего, и главным образом центральные промышленные районы, а не окраины, которые представляют собой крестьянские страны.

Ежели мы, говорил Сталин, перегнем палку в сторону крестьянских окраин, в ущерб пролетарским районам, то может получиться трещина в системе диктатуры пролетариата. Это опасно.

По его мнению, право на самоопределение подчинено праву рабочего класса на укрепление своей власти.

На съезде Бухарин предложил исключить пункт о вреде местного шовинизма, а сделать акцент на великорусский шовинизм. И. В. Сталин по этому поводу заметил, что ранее Бухарин грешил против национальностей, отрицая право на самоопределение, а на съезде стал раскаиваться.

Была принята резолюция по национальному вопросу.

В качестве практических мер съезд поручил ЦК провести:

а) образование марксистских кружков высшего типа из местных партийных работников национальных республик;

б) развитие принципиальной марксистской литературы на родном языке;

в) усиление Университета Народов Востока и его отделений на местах;

г) создание при ЦК национальных компартий инструкторских групп из местных работников;

д) развитие массовой партийной литературы на родных языках;

е) усиление партийно-воспитательной работы в республиках;

ж) усиление работы среди молодежи в республиках [14].

Таким образом, одной из главных проблем национальных отношений в СССР после Октябрьской революции власть определила проблему взаимоотношений между русским народом и другими национальностями бывшей Российской империи.

На XII партийном съезде РКП (б) в апреле 1923 года были приняты принципы политики коренизации. Под равенством народов понимались не только экономическая развитость, наличие национальной письменности, но и управление национальными территориями коренными силами. Было решено, что титульные народы каждой «национальной» территории должны быть пропорционально представлены в аппарате партии и государства.

Языком управления и преподавания должны стать национальные языки. Политику коренизации начали осуществлять на практике. Язык «титульных» народов стал официальным на своих территориях. Начальное обучение было организовано практически везде, десятки малых народов стали создавать свой литературный язык. Правда, делопроизводство и высшее образование к середине 1930-х годов перевели на национальные языки только в некоторых наиболее развитых республиках. Но, упрекать политику коренизации в 20-30-х годов XX века в излишней медлительности, нет никаких оснований [15].

Решения о создании национальных районов исельсоветов принимали республиканские и областные органы власти. Московский обком ВКП (б) и облисполком 30 июня 1931 года выделил 4 карельские национальные района на территории Московской области: Лихославльский, Максатихинский, Рамешковский и Толмачевский (Новокарельский). В Лихославльском районе из 40 сельсоветов 23 были карельскими национальными сельсоветами, в Максатихинском – 27 карельских национальных сельсоветов из 40, в Рамешковском – 32 из 51, в Толмачевском районе – 27 карельских национальных сельсоветовиз 28.

В других районах области отдельно были выделены карельские национальные сельсоветы:

– Весьегонский район – Чистодубровский, Чурилковский, Чамеровский, Можаевский, Поповский, Острецовский, Кесемский, Остолоповский и Иваногорский, всего 9 карельских национальных сельсоветов.

– Есеновицкий район – Кузнечковский, Типиховский, Елеховский, Багайкинский, всего 4 карельских национальных сельсовета.

– Краснохолмский район – Селезневский. Перховский и Васильковский, всего 3 карельских национальных сельсовета.

– Сонковский район – Бережковский, Душковский и Прилуцкий, всего 3 карельских национальных сельсовета.

– Спировский район – Козловский, Еремеевский, Б. Нивищенский, Овинниковский, Захаровский, Олехновский, Будиловский, Петровский, Трубинский и Язвинский, всего было выделено тогда 10 карельских национальных сельсоветов.

В Погорельском районе Западной области с центром в городе Смоленске, были выделены 3 карельских национальных сельсовета – Васильевский, Ивановский и Семеновский. После образования в 1935 году Калининской области они вошли в нее в составе Погорельского района.

В том же году все карельские национальные районы и карельские национальные сельсоветы Московской области отошли к Калининской области. Кроме перечисленных районов, карельские сельсоветы находились также в Брусовском, Лесном, Молоковском и Сандовском районах, а позднее – в выделенном из Весьегонского, Овинищенском районе Калининской области.

Образование округа

8 июля 1937 года Политбюро ЦК ВКП (б) рассмотрело вопрос об организации в составе Калининской области Карельского национального округа. В постановлении политбюро сказано:

«Принять предложение Калининского обкома ВКП (б) об организации в Калининской области Карельского национального округа с центром в городе Лихославле.

Поручить Совнаркому РСФСР выделить необходимые средства на организационные расходы, связанные с образованием округа» [16].

На основании этого решения Политбюро ЦК ВКП (б) 9 июля 1937 года Президиум ВЦИК принял постановление, которым предусматривалось:

«Образовать в Калининской области Карельский национальный округ с центром в городе Лихославле, в составе Лихославльского, Новокарельского, Рамешковского, Максатихинского районов и вновь образуемого из карельских сельских Советов Спировского района – Козловского района.

Предложить Калининскому облисполкому в месячный срок представить в Президиум ВЦИК проект административно-территориального состава вновь образованного Козловского округа» [17].

Этим постановлением перед партийными и советскими органами Калининской области были поставлены одновременно две задачи: образовать Карельский национальный округ и создать новый район – Козловский.

Центр округа город Лихославль. Центр округа город Лихославль произошел от небольшой деревни Осташково, первое упоминание о ней имеется за 1624 год, на которуюв дальнейшем большое влияние оказала железная дорога.

В 1925 году станции Лихославль придан статус города, тогда в нем было 2962 жителя. К моменту создания округа число жителей возросло до 8856 чел. В Лихославльском районе было тогда 211 населенных пунктов, а также рабочий поселок Калашниково.

Население района составляло 46,4 тысячи человек, из них 46,6% – карелы.

Село Рамешки стало районным центром в 1929 году. К моменту образования округа в селе проживало около одной тысячи жителей, а в районе – 41,8 тыс. человек, из них 50% – карелы. Первое упоминание села Раменка за 1551 год.

Районный центр Новокарельского района – село Толмачи с населением 1230 человек, 76% жителей села были карелы. Район был создан в 1929 году, население к 1937 году составляло 20,8 тысячи человек, 93% – карелы.

Максатихинский район с населением 47,1 тысячи человек, из них 47,3% – карелы, центр – рабочий поселок Максатиха с населением 4400 человек.

В 1937 году был образован Козловский район, вошедший в состав Карельского национального округа. Центр района село Козлово-Карельское с населением около 500 человек. Население района составляло 13,7 тысяч человек, 80,6% – карелы [18].

Для выполнения задачи создания Карельского национального округа на заседании бюро Калининского обкома ВКП (б) 10 июля 1937 года было утверждено оргбюро по Карельскому округу в составе:

– первого секретаря оргбюро Василия Ивановича Иванова, работавшего до этого первым секретарем Осташковского РК ВКП (б).

– Второго секретаря оргбюро Александра Вуколовича Трифонова, которого освободили от работы первого секретаря Кушалинского РК ВКП (б).

– Председателя оргкомитета Советов Михаила Ивановича Феоктистова, который был освобожден от обязанностей председателя Новокарельского райисполкома.

– Первого секретаря Лихославльского РК ВКП (б) Петра Михайловича Новикова.

В тот день Василий Петрович Петров был утвержден инструктором сельхозотдела оргбюро по Карельскому национальному округу. Иван Ефимович Лебедев – редактором окружной газеты Карельского национального округа, освободив его от работы редактора Новокарельской районной газеты.

Бюро Калининского обкома ВКП (б) просило ЦК ВКП (б) утвердить данное решение в отношении В. И. Иванова и А. В. Трифонова. Было поручено составить смету расходов оргбюро по Карельскому национальному округу на 1937 год, выдать оргбюро первую сумму 10 тысяч рублей на организационные вопросы.

Поручить В. И. Иванову и работнику обкома партии Л. Ф. Булыгину совместно с заведующими отделами обкома ВКП (б) в декадный срок подобрать кандидатуры работников для окружных организаций Карельского национального округа и внести их на утверждение бюро обкома ВКП (б).

На руководящие должности в округ собирали карел по всем карельским районам области. На следующем заседании бюро Калининского обкома ВКП (б) 19 июля 1937 года были утверждены:

– Василий Иванович Федоров – заведующим отделом партийной пропаганды, агитации и печати оргбюро обкома по Карельскому национальному округу.

– Виктор Васильевич Белов – прокурором Карельского национального округа, освободив его от работы прокурором Бологовского района, Василий Андреевич Семенов – помощником окружного прокурора, освободив его от работы прокурора Горицкого района.

Справка. Семенов Василий Андреевич, 31 декабря 1901 г.р., уроженец села Трестна Трестенской волости Бежецкого уезда, карел, окончил Трестненскую сельскую начальную школу. До 1927 года работал в своем хозяйстве и на лесозаготовках. Его отца за участие в комитете бедноты в 1921 году деревенские жители бросили в печку риги, где сожгли руки и ноги, от ожогов отец умер.

В 1928 году Василий Андреевич поступил в Бежецкую уездную милицию, в 1929 году был направлен в Максатихинский район, где работал участковым инспектором. С 1929 по 1931 годы обучался в Бежецкой окружной совпартшколе, после которой работал народным следователем в Лихославле.

Позднее окончил шестимесячные курсы в Московском областном суде, после чего работал прокурором в Сандовском, Рамешковском и Горицком районах Калининской области. С 3 августа 1937 года – помощник прокурора Карельского национального округа. К тому времени был вдов, на иждивении двое детей, проживал в Лихославле, ул. Октябрьская, д. 15.

В этой книге приводятся сведения о многих организаторах и активистах Карельского национального округа.

19 июля 1937 года были также утверждены:

– Василий Прокофьевич Скобелев – председателем Карельского окружного суда.

– Леонид Евгеньевич Блинов – заведующим Карельским окружным финансовым отделом, освободив его от работы заведующего Сонковским райфинотделом.

– Николай Иванович Мельников – исполняющим обязанности заведующего Карельским окружным отделом народного образования, освободив его от обязанностей второго секретаря Брусовского райкома ВКП (б).