Город запретов

ПРЕДИСЛОВИЕ, КОТОРОЕ МОЖНО НЕ ЧИТАТЬ (НО ЛУЧШЕ ПРОЧИТАТЬ)

Если вы взяли в руки эту книгу, у вас есть три варианта развития событий.

Первый. Вы собираетесь в Сингапур и хотите узнать, что там на самом деле происходит, помимо этих ваших «Скайпарков» и «Мерлионов». Хотите понять, можно ли там выжить, если вы привыкли плевать на тротуар и жевать жвачку на ходу. Спойлер: можно. Мы выжили. И даже не были оштрафованы. Хотя один из нас (имя называть не будем, но это точно был Артём) пытался запустить дрон над бассейном Марина-Бэй, а другой (Саша) - измерить статую Шивы рулеткой. Мы живы, свободны и пишем эту книгу не из тюремной камеры. Уже хорошо.

Второй. Вы уже были в Сингапуре и хотите убедиться, что мы всё это придумали, потому что такого просто не может быть. И вы будете правы: такого действительно не может быть. Потому что Сингапур - это не место. Это симуляция. Мы это доказали. Мы попали туда, где всё работает как часы, где даже уличные продавцы имеют санитарные сертификаты, а таксисты не пытаются вас убить на каждом повороте. Мы были в шоке. Мы искали подвох. Мы его не нашли. И теперь мы пишем эту книгу как свидетельство того, что рай существует. Он просто платный. И там запрещена жвачка.

Третий. Вы просто хотите почитать что-то смешное и слегка абсурдное про компанию идиотов, которые поехали в город, где запрещено всё, что они любят, и в итоге влюбились в него по уши. Если вы выбираете этот вариант - добро пожаловать. Наша команда - это идеальный набор безумцев: юрист, который измеряет всё рулеткой и вносит в протокол даже падения членов команды; дипломат, который боится порки больше, чем ядерной войны, и при этом умудряется упасть в лужу у самого фотографируемого места в Азии; технарь, который пытается взломать любой автомат с газировкой, потому что ему «интересно, как он работает»; и я - режиссёр, который задаёт один и тот же вопрос в кадре тридцать девять дней подряд: «Где здесь душа?». Спойлер: она оказалась там, где мы не искали. В еде. В улыбках. В черепахах. Да, черепахи тоже были.

Эта книга - для тех, кто считает, что Сингапур - это скучный стерильный город для бизнесменов и роботов. Мы развенчиваем этот миф. Сингапур - это город, где можно упасть в лужу у Мерлиона, съесть лаксу руками, напечатать на 3D-принтере дракона и съесть его, поговорить с роботом-гидом, который сломается в самый ответственный момент, и загадать желание у фонтана, который, по слухам, исполняет их - если, конечно, ты не измеряешь его рулеткой. Мы всё это сделали. И мы готовы рассказать.

Эта книга - для тех, кто боится правил. Мы тоже боялись. Мы думали, что в Сингапуре за каждым углом стоит полицейский и ждёт, когда ты ошибёшься. Оказалось, полицейские там улыбаются и желают вам приятного дня. Мы думали, что сингапурцы - холодные и безэмоциональные. Оказалось, они просто воспитанные. Они не кричат, не матерятся, не плюются - но они улыбаются. И это заразительно. Через неделю мы сами начали улыбаться. Через месяц - обниматься с незнакомыми продавцами. Это был культурный шок, но в хорошем смысле.

Эта книга - для тех, кто ищет приключений. Мы их нашли. Мы потеряли паспорт (дважды), чуть не утонули в бассейне с пластиковыми шариками (Музей мороженого - это опасно, поверьте), съели дуриан, который пахнет адом, но на вкус - ничего, и даже подружились с гиеной. Нет, не с настоящей. С плюшевой. Её зовут Клаус. Она сидит на моём столе и напоминает мне о том, что даже в самом идеальном городе есть место для иронии.

И, наконец, эта книга - для тех, кто любит путешествовать с юмором. Мы не пытались быть серьёзными. Мы пытались быть живыми. Мы записывали всё: от падений до восторгов, от страха перед поркой до слёз радости, когда фильм набрал миллион просмотров. Мы не скрывали своих ошибок, потому что ошибки - это самое интересное. Если бы всё было идеально, это был бы рекламный проспект. А у нас получилась книга. Смешная, честная и немного абсурдная. Как и мы сами.

Кстати, о нас: мы не профессиональные путешественники. Мы не знали, куда едем. Мы просто взяли билеты, блокноты и ноутбуки - и прыгнули в неизвестность. Сингапур стал для нас не просто точкой на карте. Он стал местом, где мы перестали бояться правил и начали видеть систему. Мы поняли, что порядок - это не тюрьма. Это свобода. Свобода не бояться, не оглядываться, не ждать подвоха. Просто жить. И смеяться. И есть лаксу. Много лаксы.

Если после прочтения этой книги вы захотите купить билет в Сингапур - мы выполнили свою задачу. Если вы захотите купить жвачку, чтобы проверить, оштрафуют ли вас - мы вас предупреждаем: оштрафуют. Мы проверяли. Не на себе, но мы видели человека, который пытался. Это было грустно. Но смешно.

Приятного чтения. И помните: в Сингапуре всё по-настоящему. Даже черепахи. Особенно черепахи.

Анатолий Шигапов

P.S. Если вы найдёте в этой книге ошибки - это не ошибки. Это часть нашей философии. Мы не идеальны. И мы не хотим быть идеальными. Мы хотим быть живыми. И вы тоже.

ДЕНЬ 0. ЗВОНОК ИЗ БУДУЩЕГО, ИЛИ КАК МЫ ПРОДАЛИСЬ И НЕ ПОЖАЛЕЛИ

Прошло три месяца после Камбоджи. Три месяца, которые изменили всё.

Сезон «Русских Иностранцев» о Камбодже взорвал интернет. Два с половиной миллиона просмотров за первую неделю. Премия «Тревел-медиа года» - мы даже не знали, что такая существует, пока нам не позвонили и не сказали, что мы её выиграли. Приглашения на три международных фестиваля - в Лиссабон, Сеул и, почему-то, в Мурманск. Последнее мы до сих пор не поняли, но решили не переспрашивать, чтобы не обидеть организаторов. Вдруг у них там своя атмосфера.

Команда, которая ещё год назад снимала на коленке в тайских храмах и пряталась от обезьян на Пхукете, вдруг стала знаменитой. Не голливудской, не мировой, но вполне себе узнаваемой в узких кругах - кругах тех, кто смотрит тревел-блоги, мечтает о путешествиях и ищет в интернете что-то кроме котиков.

Анне начали звонить из университетов. Не шучу. Её приглашали читать лекции о тревел-журналистике. Сначала в МГУ, потом в Питер, потом вообще из Томска написали: «Приезжайте, мы оплатим билеты, расскажете студентам, как снимать правду в странах третьего мира». Анна сказала, что Камбоджа - не третий мир, а вполне себе первый по части духовности и крабов, но лекцию всё равно прочитала. Говорят, студенты плакали. То ли от восторга, то ли от того, что им сказали, что они никогда не будут так снимать, потому что «у вас нет камеры за сто тысяч». Анна - строгий режиссёр.

Алису звали на интервью. Много. Все хотели поговорить с «дипломатом в медиа» - так её окрестили в одном глянцевом журнале, и это прозвище прилипло намертво. Она сидела в дорогих студиях, пила воду из стеклянных стаканов и рассказывала о том, как дипломатический подход помогает находить общий язык с местными жителями. Она не упоминала, что однажды чуть не поссорилась с продавцом крабов в Кепе из-за того, что он не хотел давать ей скидку. Это осталось за кадром. Дипломатия, знаете ли.

Саша, наш юрист, который в Камбодже проверял каждый договор с лупой и требовал включить в контракт пункт о защите от духов, получил предложение, от которого не мог отказаться даже он. Ему позвонили из одного московского издательства и сказали: «Саша, вы - уникальный специалист. Вы знаете правовые системы Таиланда, Камбоджи и, кажется, даже Лаоса, хотя там никто ничего не знает. Напишите книгу. «Правовые системы Юго-Восточной Азии для чайников». Мы дадим вам аванс, редактора и кофе в редакции». Саша сказал, что подумает. Он думал три дня. На четвёртый согласился, потому что понял: если он напишет эту книгу, его будут цитировать в судах. А если его будут цитировать в судах, он сможет умереть спокойно.

Артёму, нашему технарю, предложили работу сразу в трёх IT-компаниях. Две в Москве, одна в Дубае. Все хотели, чтобы он «внедрил свою нейросеть в их бизнес-процессы» и «оптимизировал аналитику». Артём сказал, что подумает. Он думал полдня, а потом сказал, что никуда не пойдёт, потому что «мы - команда, а команды не разваливаются». Мы все прослезились. Даже Саша, хотя он не умеет плакать и утверждает, что это «физиологический процесс, не имеющий юридической силы».

Всё шло хорошо. Даже слишком хорошо. Мы уже начали привыкать к тому, что нас узнают в кафе, просят автографы (кто-то даже у Саши, хотя он просто стоял с блокнотом и выглядел как налоговый инспектор) и предлагают снимать рекламу. Одна компания по производству рюкзаков хотела, чтобы мы снялись в их рекламе: «Вы же путешественники! Вы идеально подходите!» Мы отказались, потому что наши рюкзаки были куплены на распродаже в «Спортмастере» и выглядели так, будто их жевала та самая обезьяна, которая украла паспорт Артёма.

Но всё хорошее когда-то заканчивается. Или начинается. Смотря с какой стороны посмотреть.

Это случилось во вторник. Обычный такой вторник, когда мы сидели в нашей московской «штаб-квартире» - так мы называли кухню в съёмной квартире, где стояли три ноутбука, один принтер и шесть кружек с надписями «Правда», «Код», «Дипломатия», «Камера», «Кофе» и «Не тронь мою кружку». Зазвонил телефон. Я взяла трубку, и голос на том конце был таким идеальным, что я сразу поняла: это не спам-звонок. Спамеры так не говорят. Спамеры говорят с интонацией «я сейчас продам вам окна», а эта женщина говорила с интонацией «я могу изменить вашу жизнь, и вам это понравится».

- Здравствуйте, это Мелисса Тан, директор по коммуникациям Сингапурского туристического совета, - сказала она. Акцент - лёгкий, британский, с нотками чего-то экзотического. - Мы посмотрели оба ваших сезона. И Таиланд, и Камбоджу. Мы впечатлены. Очень.

Я чуть не уронила телефон в кружку с кофе.

- Честно говоря, мы не ожидали звонка из Сингапура, - сказала я, стараясь звучать профессионально. - Мы думали, вы нас ненавидите. Мы же в Таиланде всё время нарушали правила, а в Камбодже вообще искали духов.

- Именно поэтому вы нам и нужны, - ответила Мелисса. - Сингапур хочет обновить имидж. Мы устали быть просто «городом штрафов». Мы живой город. Культурный. Вкусный. Мы хотим, чтобы вы показали нас такими, какие мы есть. Без прикрас. Без глянца. Без фальши. Ваш формат - «правда без прикрас» - именно то, что нам нужно.

Я поставила телефон на громкую связь. Комната затихла. Даже принтер, который обычно жужжал и выдавал ошибки, вдруг замолчал, как будто тоже хотел послушать.

- Мы предлагаем полное финансирование, - продолжила Мелисса. - Перелёт бизнес-классом. Отель Marina Bay Sands. Доступ к любым локациям - от хокер-центров до правительственных зданий. И гонорар, который вы не сможете отказаться обсуждать.

- Мы не отказываемся обсуждать, - быстро сказал Саша, который уже открыл блокнот на чистой странице. - Мы принципиально не отказываемся от обсуждения, пока не увидим цифры.

Мелисса назвала сумму. Саша замер. Я видела, как его рука дрогнула, когда он попытался записать цифру. Он переспросил. Она повторила. Саша закрыл блокнот и сказал:

- Я согласен. Даже не читая контракт. Почти.

Контракт пришёл на почту через час. Сорок семь страниц. Саша читал его три часа. Он не отрывался, не пил чай, даже не моргал. Он читал каждое слово, каждую сноску, каждое примечание мелким шрифтом. Когда он закончил, его лицо было бледным. Я испугалась, что он нашёл пункт о том, что нас съедят акулы, если мы не привезём жвачку.

- Впервые в моей практике, - сказал он медленно, - я не нашёл ни одной лазейки. Ни одного скрытого пункта. Ни одной формулировки, которую можно было бы трактовать против нас. Это либо ловушка, либо мы имеем дело с настоящими профессионалами.

- А если ловушка? - спросила Алиса, которая уже начала собирать чемоданы.

- Тогда нас посадят, - ответил Саша. - Но в Сингапуре тюрьмы, говорят, очень чистые. И там есть кондиционер.

Артём, который всё это время молчал и что-то быстро печатал на своём ноутбуке, поднял голову:

- Я запустил нейросеть. Вероятность ловушки - двенадцать процентов. А вот вероятность того, что Сингапур изменит нас навсегда - девяносто шесть процентов.

- Это хорошо или плохо? - спросила Алиса.

- Это неизбежно, - ответил Артём. - И я хочу это проверить.

Через неделю мы стояли в аэропорту Домодедово. Мы, которые ещё недавно летали эконом-классом и просили у соседей салфетки, теперь стояли у стойки регистрации бизнес-класса с билетами до Сингапура. Нам подавали шампанское. Мы смотрели друг на друга и не верили, что это происходит.

- Мы продались? - спросила Алиса, поправляя новую сумку, которую купила специально для этого путешествия.

- Мы продались, - подтвердил Саша. - Но мы не пожалеем. Я проверил контракт.

- А если пожалеем? - спросил Артём.

- Тогда я изменю контракт, - ответил Саша. - У меня есть юридический опыт. Я могу это сделать. Теоретически.

В этот момент у Саши завибрировал телефон. Он посмотрел на экран и улыбнулся - той редкой улыбкой, которую мы видели только три раза за всё время знакомства.

- Сергей Новиков прислал телеграмму, - сказал он и прочитал вслух:

«Сингапур - это улей. Идеальный, стерильный, бездушный. Найдите там душу. И не жуйте жвачку - там за это порка. Или штраф. Я точно не помню. Пчёлы не врут, а сингапурцы - да. Но вежливо. Удачи. Сергей».

Мы засмеялись. Сергей Новиков, наш первый зритель, наш главный критик и самый неожиданный философ, никогда не переставал удивлять.

Самолёт взлетел. Москва осталась внизу, затянутая облаками, а впереди был город, где запрещено плевать, кормить голубей, ввозить жвачку и переходить дорогу не по зебре. Город, где за вандализм - порка, за наркотики - смертная казнь, за мусор на тротуаре - штраф, от которого у тебя завянут пальцы. Мы летели туда с папкой из трёхсот сорока страниц сингапурских законов. С нейросетью, обученной на сингапурском английском. С тремя чемоданами одежды, потому что «Сингапур - это мода, вы что, не понимаете». С новой камерой и старым вопросом, который Анна задавала в каждом кадре:

«Как снимать правду в городе, где всё идеально?»

И я уже знала: мы найдём ответ. Не сразу. Не в первый день. Может быть, не в десятый. Но мы найдём. Потому что мы - «Русские Иностранцы». Мы ищем правду там, где её никто не ищет. И мы всегда её находим. Даже если для этого нужно полететь в самый идеальный город на земле и попытаться найти там душу. Даже если для этого нужно нарушить несколько правил. Даже если для этого нужно съесть дуриан.

Мы были готовы. Ну, почти готовы. По крайней мере, у нас были билеты.

Сингапур, держись.

Мы летим.

ДЕНЬ 1. Аэропорт Чанги: лучший аэропорт мира и первый штраф

Самолёт бизнес-класса Qatar Airways, выполнявший рейс Доха - Сингапур, начал плавное снижение над Южно-Китайским морем. Анна, сидевшая у иллюминатора, первой заметила, как бирюзовая гладь воды сменилась россыпью зелёных островов, а затем - идеально ровными линиями портовых терминалов и серебристыми иглами небоскрёбов, пронзающими утреннюю дымку. Она подняла камеру - новую, купленную специально для этого сезона, - и начала снимать. В кадре проплывали сотни кораблей, стоящих на рейде, контейнерные краны, похожие на гигантских журавлей, и бескрайний город, который с высоты казался не реальным, а нарисованным на компьютере.

Алиса, сидевшая рядом, потянулась и выглянула в окно. - Ого, - только и смогла выдохнуть она. - Это как... как в симуляторе. Слишком красиво, чтобы быть правдой.

- Это Сингапур, - ответила Анна, не отрываясь от видоискателя. - Город-государство. Пять с половиной миллионов человек. Один из самых безопасных и чистых городов мира. И один из самых дорогих. Мы должны снять его так, как никто не снимал. Без глянца. Без туристических открыток. Найти душу в идеальном механизме.

- Душу в механизме? - Артём, который сидел через проход, оторвался от ноутбука и поправил очки. - Ты говоришь как философ. Нейросеть говорит, что Сингапур - это экосистема с высокой степенью урбанизации и низким уровнем коррупции. Душа в таких системах не предусмотрена. Но я попробую её найти через алгоритмы.

Саша, сидевший у прохода (он всегда выбирал место у прохода - «для быстрой эвакуации в случае чрезвычайной ситуации»), отложил папку с сингапурскими законами и посмотрел в иллюминатор. - Я изучил статистику правонарушений. Уровень преступности - один из самых низких в мире. Уровень штрафов - один из самых высоких. За жвачку - до тысячи долларов. За кормление голубей - пятьсот. За плевок на тротуар - до тысячи. Это город, где правила работают. Я впечатлён.

- Ты впечатлён штрафами за плевки? - Алиса повернулась к нему. - Ты, который всегда жаловался на отсутствие правил в Таиланде?

- Да. Здесь правила есть. И они соблюдаются. Это идеальная юрисдикция для юриста.

- Ты будешь счастлив, - улыбнулась Анна. - А мы будем снимать твоё счастье.

Самолёт коснулся полосы аэропорта Чанги мягко, почти бесшумно. За иллюминатором замелькали стеклянные терминалы, зелёные газоны и указатели на четырёх языках. Команда пристегнула ремни и приготовилась к выходу. Впереди был лучший аэропорт мира. И первый день в городе будущего.

Двери самолёта открылись, и в салон ворвался воздух - прохладный, кондиционированный, пахнущий орхидеями и чем-то цитрусовым. Никакой стены жара, как в Бангкоке. Никакой влажности, от которой плавится макияж, как в Пномпене. Только прохлада, чистота и едва уловимый аромат, который, как позже выяснилось, был фирменным запахом аэропорта Чанги, разработанным специально для создания «ощущения спокойствия».

Алиса, поправляя причёску, с удивлением обнаружила, что макияж не потёк. - Здесь даже воздух дружелюбный, - прошептала она. - Я чувствую себя... желанной.

- Ты и есть желанная, - ответила Анна, поднимая камеру. - Ты - турист с кредитной картой. В Сингапуре это высшая каста.

Терминал встретил их стеклом, зеленью и светом. Ковровые дорожки были такими чистыми, что на них можно было есть. Повсюду стояли кадки с орхидеями, журчали фонтаны, а на табло мелькали надписи на английском, китайском, малайском и тамильском. Саша шёл, читая указатели, и тихо комментировал: «Зал прибытия - в трёхстах метрах. Иммиграция - прямо. Камера хранения - слева. Wi-Fi - бесплатный, скорость до гигабита. Я проверил».

Артём, который уже подключился к сети, присвистнул: «Гигабит в секунду. Это не интернет, это телепатия. Я могу скачать весь сезон за минуту. Я могу... я могу всё». Он уже открывал ноутбук, чтобы запустить нейросеть и протестировать скорость, но Саша остановил его: «Сначала иммиграция. Пункт первый протокола: пройти паспортный контроль. Пункт второй: получить багаж. Пункт третий: не нарушить ни одного закона».

- Мы ещё ничего не нарушили, - заметила Алиса.

- Мы ещё ничего не сделали, - ответил Саша. - Но я подготовился.

Он достал из рюкзака папку с надписью «Сингапур: протоколы». В ней было триста сорок страниц - распечатки законов, правил, инструкций. Алиса, увидев папку, покачала головой: «Ты написал триста сорок страниц до того, как мы вышли из самолёта?!» «Да, - ответил Саша. - И ещё двенадцать страниц дополнений, которые я сделал в полёте. Пункт четвёртый: не жевать жвачку. Пункт пятый: не кормить голубей. Пункт шестой: не плевать на тротуар». Артём добавил: «Нейросеть говорит: "Вероятность случайно нарушить закон в первые сутки - 23%. Рекомендация: смотреть под ноги и не трогать животных"».

Анна сняла их всех - Сашу с папкой, Артёма с ноутбуком, Алису с идеальным макияжем - и сказала в камеру: «День первый. Сингапур. Мы здесь. И мы ещё ничего не нарушили. Но это только начало».

Очередь на паспортный контроль двигалась быстро, организованно, без толкотни. Саша, стоя в очереди, перечитывал протокол: «Пункт седьмой: отвечать на вопросы офицера кратко, по существу, не шутить». Алиса вспомнила Пномпень и визовый сбор «в сердце чиновника» и улыбнулась: здесь, в Сингапуре, такое было невозможно. Здесь всё было по правилам. Именно поэтому Саша был почти счастлив - почти, потому что полное счастье для юриста наступает только тогда, когда он лично проверит все правила на практике.

Наконец они подошли к стойке. Офицер - молодой сингапурец в идеально отглаженной синей форме, с бейджиком «Офицер Лим» - взял паспорт Артёма первым. Открыл. Нахмурился. Перевернул страницу. Ещё раз нахмурился. Артём замер. Он знал, в чём дело. Паспорт. Тот самый паспорт. Со следами обезьяньих зубов. С Пхукета. С Monkey Hill. Где макака по имени Бандит схватила его и попыталась съесть. С тех пор угол паспорта был слегка обгрызен, а на обложке красовались едва заметные царапины от когтей. Артём надеялся, что никто не заметит. Офицер Лим заметил.

- Что это? - спросил он, поднимая бровь. Голос был спокойным, но в нём слышалось лёгкое недоумение.

- Обезьяна, - ответил Артём. - В Таиланде. Долгая история.

Офицер Лим посмотрел на паспорт. Потом на Артёма. Потом снова на паспорт. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнуло что-то, похожее на любопытство. - Обезьяна, - повторил он. - В Таиланде.

- Да. Она украла его. Мы пытались обменять на бананы. Она съела бананы и вернула паспорт. Но угол уже был обгрызен.

Офицер Лим помолчал. Потом улыбнулся - той самой сингапурской улыбкой, вежливой и сдержанной, но искренней. - Добро пожаловать в Сингапур, - сказал он. - У нас обезьян нет. Только в зоопарке. И они не воруют паспорта.

Саша выдохнул. Алиса засмеялась. Анна сняла этот момент - офицер Лим, улыбающийся, с паспортом Артёма в руке, и Артём, красный от смущения. «Первый барьер пройден, - прокомментировала она. - Но впереди ещё тридцать девять дней». Саша записал в блокнот: «Офицер Лим - реакция: позитивная. Паспорт Артёма - статус: принят, несмотря на обезьяний след. Урок: тайские обезьяны - международная проблема».

Зона выдачи багажа в аэропорту Чанги была такой же идеальной, как и всё остальное. Ленты двигались бесшумно, чемоданы появлялись с интервалом в несколько секунд, и ни один не был перевёрнут или помят. Саша, который в Таиланде пережил потерю тушёнки на таможне, а в Камбодже - погоню за чемоданом по ленте, смотрел на это с подозрением. «Слишком хорошо, - пробормотал он. - Должен быть подвох».

- Саша, - сказала Алиса, - здесь просто хороший сервис. Расслабься.

- Я не расслабляюсь. Я анализирую.

Чемодан Анны появился первым - чёрный, с наклейкой «Русские Иностранцы». Чемодан Саши - вторым: строгий, с биркой «ХРУПКОЕ». Чемодан Артёма - третьим: серебристый, с наклейкой «I LOVE Python». Чемодан Алисы... не появлялся. Прошла минута. Две. Три. Лента сделала полный круг. Алиса начала нервничать.

- Где мой чемодан? - спросила она, и в её голосе зазвенели нотки паники. - Там все мои платья! Там косметика! Там...

- Спокойно, - сказал Саша, доставая квитанцию. - Пункт восьмой протокола: в случае пропажи багажа - обратиться в службу розыска. У меня есть бланк заявления. На трёх языках.

- Ты подготовил бланк заявления о пропаже багажа?! - изумилась Алиса. - Ты знал, что мой чемодан потеряется?!

- Я знал, что вероятность потери багажа в Сингапуре - 0.3%, - ответил Саша. - Но я всё равно подготовился. Это разумная предосторожность.

Артём запустил нейросеть: «Отслеживание багажа. Чемодан Алисы - последнее сканирование: Доха. Вероятность задержки - 98%. Вероятность утери - 0.2%». Алиса уже готова была заплакать, когда к ним подошла сотрудница аэропорта - миниатюрная сингапурка с бейджиком «Мей». «Миссис Романова? - спросила она. - Ваш чемодан задержался в Дохе. Он прибудет завтрашним рейсом. Авиакомпания приносит извинения и предоставит компенсацию в размере двухсот сингапурских долларов. Также мы предлагаем вам бесплатный набор первой необходимости - зубная щётка, паста, халат, тапочки».

Алиса открыла рот. Закрыла. Снова открыла. - Они... они предлагают мне халат? И компенсацию? Без моего требования?

- Да, мадам, - улыбнулась Мей. - Это стандартная процедура. Сингапур заботится о своих гостях.

Саша записал в блокнот: «Потеря багажа - компенсация 200 SGD. Сервис - на высшем уровне. Впечатление: положительное». Алиса, получив набор с халатом и тапочками, сказала: «Я почти рада, что чемодан потерялся. Почти. Но платье мне всё равно нужно». Артём добавил: «Нейросеть говорит: "Уровень стресса Алисы снизился на 60% после получения халата". Халат работает как антидепрессант». Все засмеялись и направились к выходу.

Такси - безупречно чистый Toyota Camry с кондиционером и водителем в белых перчатках - везло их по идеально ровным дорогам Сингапура. За окнами проплывали небоскрёбы, сады, фонтаны. Всё было новым, блестящим, спроектированным до миллиметра. Анна снимала через стекло: «Это как декорация к фильму о будущем. Только это реальность». Артём запустил нейросеть, которая идентифицировала здания: «Marina Bay Sands - отель-казино, три башни, соединённые небесным парком. Высота - 200 метров. Бассейн на крыше - 150 метров, самый большой в мире на такой высоте».