Майк Светлов и тайна пропавшей галактики 7.0

Книга седьмая:

СВЕТЛОВЫ И ТАЙНА ПРОПАВШЕЙ ГАЛАКТИКИ

или Как мы случайно стёрли половину вселенной и восстановили её с помощью пирожков

«Говорят, что дома и стены помогают. А в нашей семье помогают пирожки. Даже когда этих стен уже нет, потому что их стёрла случайно активированная программа древних богов. Но пирожки – они вечны. Как и наше желание влипать в истории.» – Из дневника Михаила Светлова (Светлого Майка)

Посвящается

Тем, кто верит, что даже если ты случайно стёр целую галактику, это ещё не повод отчаиваться. Особенно если у тебя есть запас пирожков. И половник. И дед с кофеваркой. И бабушка, которая в любой непонятной ситуации начинает печь. И маленький древний зверёк Чих, который чихает на все проблемы. И светящаяся программа Светик, которая только учится быть человеком, но уже понимает главное: семья – это когда вместе.

Всем, кто когда-либо терял надежду, но находил её на дне тарелки с горячими пирожками. Всем, кто верит, что даже в центре вселенной, даже на краю гибели, даже когда вокруг пустота и холод, можно согреться друг о друга.

И всем, кто знает: настоящая магия – не в заклинаниях и артефактах, а в том, чтобы в трудную минуту кто-то спросил: «Будешь пирожок?»

Мама и папа, вы – те, кто научил нас печь первые в жизни пирожки. Пусть они были кривыми и подгоревшими, но вы ели их и говорили, что это самое вкусное, что вы пробовали. Помню, как в детстве мы возились с тестом на кухне, и вы терпеливо объясняли, что муки нужно ровно столько, чтобы тесто перестало липнуть к рукам, но не превратилось в камень. Вы никогда не говорили: «Это невозможно», а только: «А давай попробуем». Без вас не было бы ни Светловых, ни галактик, ни этой книги.

Вы первыми поверили в наши истории, даже когда мы рассказывали про динозавров в школьном дворе и про то, как Громов случайно открыл портал в ванной. Вы не смеялись, вы слушали. И только потом, когда мы уходили, тихо переглядывались и вздыхали: «В кого же они такие?» – но в ваших глазах всегда светилась гордость.

Спасибо вам за то, что в любой ситуации вы были на нашей стороне. Даже когда соседи жаловались на странные звуки из нашей квартиры, вы просто говорили: «Это наши дети экспериментируют с реальностью. Всё под контролем». И никто не догадывался, что вы сами до конца не понимали, что значит «экспериментируют с реальностью».

Вы – наши первые читатели, наши первые критики и наши главные болельщики. Эта книга – про вас. Потому что Светловы – это вы. И дед с его безумными изобретениями – это от вас. И бабушка с её пирожками – это тоже вы. Всё, что мы умеем, всё, что мы делаем, – всё родом из нашего детства, из ваших рук, из ваших слов.

Спасибо, что научили нас главному: что даже если галактика рухнет, главное – чтобы семья была рядом. И пирожки.

Моей бабушке, человеку-легенде, человеку-половнику, человеку-пирожку.

Ба, помнишь тот день, когда мы вернулись из центра вселенной, где случайно стёрли галактику, и ты только вздохнула и спросила: «С капустой или с мясом будем новые печь?» Я тогда подумал, что ты не поняла масштаба трагедии. А теперь я понимаю: ты поняла всё. Ты поняла, что если есть пирожки, то любую трагедию можно пережить. Даже если вселенной больше нет, но есть тесто, дрожжи и капуста – значит, будет новая вселенная. Испечём.

Твой половник – страшнее любого бластера. Твои пирожки – мощнее любой древней магии. Ты научила нас главному: даже в центре вселенной, даже на краю гибели, главное – вовремя перекусить. И не одному, а с теми, кого любишь.

Помню, как ты впервые вышла с половником против инопланетного захватчика. Он был ростом с трёхэтажный дом, с бластером и армией дронов. А ты вышла в фартуке, с половником и тарелкой пирожков. И сказала: «Мальчик, ты сначала покушай, а потом уже завоёвывай. Голодный завоеватель – плохой завоеватель». Он попробовал пирожок и… остался. Теперь он живёт у соседей и помогает им по хозяйству. Говорит, что завоевывать вселенную скучно, а пирожки – это вечно.

Ба, ты – наш главный стратег. Ты – наш тыл. Ты – наша совесть. И если когда-нибудь вселенная действительно рухнет, я знаю, кто будет печь новые миры на сковородке.

Моему деду , гениальному безумцу, человеку, который умудрился подключить кофеварку к системе управления реальностью и теперь утверждает, что «так и было задумано».

Дед, твоя уверенность пугает даже Созидателей. Когда они увидели, что ты чинишь ткань пространства-времени с помощью скотча и старой зубной щётки, у них случился культурный шок. Они потом три дня ходили и бормотали: «Как это возможно? Как это вообще работает?» А ты просто улыбался и говорил: «Руки из нужного места растут».

Ты единственный человек в галактике, который может починить всё что угодно. Звездолёт, портал, разорванную реальность, сломанный тостер, соседский телевизор, отношения между цивилизациями, вселенскую справедливость – дай тебе час и набор инструментов, и ты справишься.

Помню, как в меловом периоде, когда наш звездолёт развалился на части, ты починил его с помощью лианы, камня и мха. Местные динозавры смотрели на это с таким уважением, что потом целую неделю носили тебе подношения – огромные яйца, из которых потом вылупились наши друзья-велоцирапторы.

Твой гений не знает границ, как и наша галактика (даже когда мы её случайно стираем). Ты научил нас, что нет нерешаемых проблем. Есть проблемы, для решения которых у тебя просто нет подходящего инструмента. Но если под рукой есть скотч, можно обойтись и без инструмента.

Нашей большой, шумной, безумной семье. Тем, кто собирается за одним столом по праздникам и без, кто делит пирожки и проблемы поровну. Вы – наша вселенная в миниатюре. И пусть в ней иногда случаются чёрные дыры и взрывы сверхновых, мы всегда знаем, что гравитация нашей любви удержит всё на своих местах.

Семья – это не просто слово. Это когда в три часа ночи можно позвонить и сказать: «У нас тут портал открылся, не приедете посмотреть?» – и они приедут. С пирожками, естественно. Потому что без пирожков какой портал?

Это когда бабушка печёт пирожки на всю армию, потому что «вдруг гости будут», а гости – это все, кто зайдёт, даже инопланетяне. Это когда дед чинит всё подряд, потому что «а вдруг пригодится», и оно действительно пригождается, когда нужно починить ткань пространства-времени скотчем.

Это когда мы ссоримся, но миримся за чашкой чая. Когда обижаемся, но прощаем, потому что родных не выбирают, а если бы выбирали – всё равно выбрали бы вас.

Наша семья разрослась за эти годы. В ней появились Чих и Светик, дядя Вася и Созидатели, динозавры и неандертальцы, двойники из параллельного мира и даже тётя Зоя, которая до сих пор не понимает, как мы умудряемся влипать во все эти истории. Но она всё равно приходит за сахаром и остаётся на пирожки. Потому что она тоже семья. Пусть и не по крови, но по духу.

Семья – это те, кто с тобой, даже когда вокруг рушатся галактики. И те, с кем хорошо, когда всё спокойно. И те, без кого тишина становится слишком громкой.

Спасибо вам, наши родные, за то, что вы есть. За то, что терпите наши безумства. За то, что всегда рядом. За то, что мы – это мы, только благодаря вам.

Тем, кто готов в три часа ночи выслушивать истории о том, как мы случайно стёрли галактику. Тем, кто приносит пирожки, когда у нас кончились. Тем, кто верит в нас даже тогда, когда мы сами не верим. Вы – те самые порталы в лучшую версию нас самих.

Друзья – это удивительная категория существ. Они не обязаны быть с нами, но они есть. Они не связаны с нами кровными узами, но почему-то терпят наши безумства, наши ночные звонки, наши бесконечные рассказы о том, как кофеварка опять замигала. Они могли бы просто отмахнуться, сказать: «Ой, да ну вас, Светловы». Но они не отмахиваются. Они слушают. Кивают. А иногда даже советуют: «А ты попробуй пирожками – вдруг поможет?»

Вы – наши якоря в этом мире. Когда нас затягивает в портал, вы держите верёвку. Когда мы возвращаемся, вы встречаете нас чаем. Когда мы теряем надежду, вы напоминаете, что пирожки – это вечно.

Иногда мне кажется, что без вас Светловы давно бы потерялись в бесконечности. Вы – те самые звёзды, по которым мы ориентируемся. Маяки в хаосе. Гравитация, которая не даёт нам разлететься.

И знаете что? Вы тоже часть нашей семьи. Может быть, не по документам, но по духу. Потому что семья – это не только те, с кем ты живёшь под одной крышей. Это те, кто живёт в твоём сердце. А вы там живёте – все до одного.

Спасибо, что вы есть. Что терпите. Что верите. Что приносите пирожки.

Мы вас любим. Даже когда не говорим об этом вслух. Особенно когда не говорим. Потому что настоящая дружба – она в тишине тоже слышна.

Чиху – древнему, мудрому, пушистому и вечно чихающему.

Чих, ты вернулся к нам, потому что «без вас скучно, даже динозавры надоели». Ты прожил миллион лет. Ты видел рождение и гибель цивилизаций. Ты наблюдал, как звёзды зажигаются и гаснут. И ты выбрал нас. Маленькую, безумную, вечно влипающую в истории семью Светловых. Почему? Потому что с нами не скучно. Потому что каждый день – как последний. Потому что мы умеем смеяться даже в центре вселенной, когда вокруг пустота и холод.

Твоя мудрость спасала нас не раз. Твои чихи – не раз. Ты – наш пушистый ангел-хранитель, хоть и чихаешь на нас постоянно. Помню, как в самый страшный момент, когда программа «Очистка» уже запустилась и галактика исчезала на глазах, ты чихнул так громко, что программа зависла на секунду. Этой секунды хватило, чтобы мы успели прыгнуть в портал.

Ты говоришь мало, но каждое твоё слово – золото. Ты – наша память. Ты – наша связь с вечностью. И если через миллион лет кто-то будет вспоминать Светловых, это будешь ты. И ты расскажешь правду. Что мы были не героями, а просто семьёй, которая любила пирожки и друг друга.

Громову – Ивану Петровичу Громову, самому старому, самому ворчливому и самому надёжному спецагенту в истории галактики.

Громов, ты ворчишь – мы знаем, что всё под контролем. Ты молчишь – мы начинаем паниковать. Ты улыбаешься – мы прячемся под стол, потому что если Громов улыбается, значит, случилось что-то совсем ужасное.

Ты прошёл с нами огонь, воду и медные трубы. Ты видел, как мы влипаем в истории, и каждый раз говорил: «Я же предупреждал». Но ты никогда не бросал нас. Ты всегда был рядом – с бластером, с папиросой и с неизменным: «Ну что, опять?»

Помню, как в центре вселенной, когда Созидатели смотрели на нас с высоты своего величия, ты вышел вперёд и сказал: «Слушайте, вы, боги, может, хватит уже пугать людей? Лучше пирожков возьмите». И они взяли. И подобрели. Потому что даже богам нужно, чтобы кто-то сказал им правду. А ты всегда говоришь правду. Даже если она горькая. Даже если она ворчливая.

Ты – наш скала. Наша опора. Наша совесть в погонах. И даже когда ты ворчишь, мы знаем: это от любви. Просто ты стесняешься это показывать.

Полозову – Семёну Семёновичу Полозову, главному летописцу нашей эпохи, человеку, который записывает всё.

Семён Семёнович, седьмой том мемуаров уже в печати. Восьмой – в работе. Девятый – снится в кошмарах. Твоя преданность делу поражает. Твой блокнот, кажется, больше твоей квартиры. Ты умудряешься записывать даже тогда, когда вокруг летят бластерные лучи и рушатся галактики.

Помню, как в центре вселенной, когда мы чуть не погибли, ты стоял с блокнотом и строчил: «Созидатели, пять штук, светятся, много глаз, едят пирожки». Я спросил: «Полозов, ты что, с ума сошёл? Мы погибаем!» А ты ответил: «Если мы погибнем, кто-то должен узнать, как это было». И продолжил писать.

Ты – наша память. Наша история. Наше бессмертие в буквах. Благодаря тебе наши приключения не исчезнут в пустоте. Они останутся в книгах. И когда-нибудь, через тысячу лет, кто-то прочитает о нас и скажет: «Какие же они были безумцы». И улыбнётся.

Спасибо тебе за это.

Тем, кого нет с нами. Вы ушли, но каждый раз, когда мы печём пирожки, вы рядом. Потому что пирожки – это не просто еда. Это память. Это тепло ваших рук, которое мы чувствуем до сих пор. Я помню, как бабушка учила меня раскатывать тесто, а вы стояли рядом и подсказывали: «Не спеши, дай тесту отдохнуть». Теперь я всегда даю тесту отдохнуть – и каждый раз вспоминаю ваш голос.

Вы незримо присутствуете в каждом нашем приключении. Когда мы стоим на краю галактики и смотрим в бездну, я иногда ловлю себя на мысли, что где-то там, среди звёзд, вы тоже смотрите на нас и улыбаетесь. Может быть, вы теперь путешествуете по вселенной быстрее света и видите то, что нам только предстоит открыть.

Эта книга – и для вас тоже. В каждом её слове, в каждой шутке, в каждом пирожке – частичка вас. Ваши истории, ваши уроки, ваша любовь – всё это осталось с нами и перешло на эти страницы. Чих однажды сказал, что память – это самая прочная материя во вселенной. Она не стирается программами очистки, не сгорает в чёрных дырах, не теряется в параллельных мирах.

Иногда мне кажется, что вы просто ушли в другое измерение, чуть более разрежённое, чуть более тихое. И когда мы говорим о вас, когда вспоминаем ваши истории, когда печём пирожки по вашим рецептам – мы создаём портал. И на мгновение вы снова с нами. Вы слышите наш смех, чувствуете запах теста, видите, как мы снова влипаем в истории.

Надеемся, там, где вы сейчас, тоже есть пирожки. И они такие же вкусные, как те, что вы пекли для нас. И может быть, там тоже есть свои приключения – только без порталов и программ очистки, а тихие, уютные, звёздные.

Мы помним. Мы любим. Мы ждём встречи – там, за горизонтом событий, где время течёт иначе и где пирожки никогда не остывают.

Светику – нашей маленькой светящейся программе, которая стала человеком.

Светик, ты появилась из ниоткуда. Ты была программой, созданной для уничтожения. А стала нашим другом. Ты научила нас, что даже у программ есть душа. Особенно если их накормить пирожками.

Помнишь тот момент, когда ты впервые попробовала пирожок? Твои светящиеся глазки расширились, и ты сказала: «Что это? Это… это невероятно». И мы поняли: ты одна из нас. Ты теперь Светлова. Пусть и светишься в темноте.

Ты учишься быть человеком. У тебя получается. Иногда смешно, иногда трогательно, но всегда искренне. Ты уже умеешь смеяться (почти), умеешь грустить (немного), умеешь любить (очень). Ты – наше маленькое чудо. И мы рады, что ты с нами.

Дяде Васе – он же Архитектор, он же создатель вселенной, он же продавец запчастями на рынке.

Дядя Вася, когда мы узнали, что вы – тот самый Архитектор, который создал всё сущее, у нас случился культурный шок. Мы думали, вы просто добрый продавец, у которого всегда есть нужные запчасти. А вы – бог. Настоящий. Который пять тысяч лет прятался от своих обязанностей, потому что «надоело, хочется пожить простой жизнью».

Спасибо, что не забываете нас. Что всегда готовы прийти на помощь. Что терпите наши бесконечные проблемы с кофеваркой, галактиками и программами. Вы – самый скромный бог во вселенной. Вы торгуете запчастями, пьёте чай с пирожками и никогда не жалуетесь на судьбу.

Помню, как вы сказали: «Знаете, а здесь лучше, чем в центре вселенной. Там скучно, а тут – жизнь. Люди приходят, рассказывают истории, делятся пирожками». И я понял: даже богам нужно счастье. И оно иногда находится на обычном рынке, в обычном ларьке, среди обычных людей.

Созидателям – А-1, А-2, А-3, А-4 и А-5.

Ребята, вы, конечно, боги. Вы создали половину вселенной. Вы управляете реальностью. Но когда вы впервые попробовали бабушкины пирожки, вы стали просто детьми, которые нашли конфету. Вы сидели, облизывали свои щупальца и просили добавки. И в этот момент мы поняли: даже боги – они как мы. Просто у них больше глаз и ответственности.

Спасибо, что приняли нас. Что помогли восстановить галактику. Что не превратили нас в пыль, когда мы случайно стёрли половину вселенной. Вы – хорошие боги. Немного рассеянные, немного забывчивые, но добрые. А это главное.

Всем нашим друзьям – старым и новым, реальным и виртуальным, из нашего мира и из параллельных.

Ксирг, наш зелёный друг, бывший диктатор, а ныне просто хороший человек (ну, почти человек). Ты всё ещё живёшь в нашем сарае и смотришь сериалы. Иногда выходишь в город, пугаешь прохожих своим зелёным цветом, но мы уже привыкли. Ты – часть семьи.

Зет и другие серые, которые остались в меловом периоде. Вы научились печь пирожки и теперь не хотите возвращаться к коллекционированию. Мы гордимся вами. Вы – пример того, что даже древние программы могут измениться, если захотят.

Угх и всё племя неандертальцев. Вы всё ещё живёте в своих пещерах, но теперь с комфортом. Вы научились пользоваться огнём (хотя и так умели), печь пирожки (это мы вас научили) и даже смотреть телевизор (мы подарили вам старый, на солнечных батареях). Теперь по вечерам вы собираетесь у костра и смотрите «Дом-2». Это ли не прогресс?

Зубастик, наш любимый тираннозавр. Ты остался в меловом периоде охранять неандертальцев. Ты – самый добрый хищник в истории. Ты ешь пирожки, играешь с велоцирапторами и пугаешь только плохих динозавров. Мы скучаем по тебе. Но знаем, что ты на своём месте.

Клык, Коготь и Хвостик – наши велоцирапторы. Вы стали вегетарианцами (почти) и теперь помогаете неандертальцам охотиться на… бабочек. Это смешно, но вы счастливы.

И всем вам, дорогие читатели

Спасибо, что вы с нами. Без вас наши приключения были бы просто чередой случайностей. А с вами – это история. А история, как известно, пишется пирожками.

Вы пишете нам письма. Вы требуете продолжения. Вы стучитесь в двери и кричите: «Когда новая книга?» Вы даже звоните среди ночи и спрашиваете: «А что там с Чихом? Он жив? Он с вами?» Да, он с нами. Он чихает, читает книги и даёт советы. Он в порядке.

Вы – наша движущая сила. Наша мотивация. Наша аудитория, ради которой хочется влипать в новые истории, чтобы потом рассказать их вам.

Спасибо, что терпите наши длинные предисловия, наши шутки, наших безумных героев. Спасибо, что смеётесь там, где мы старались быть смешными, и грустите там, где мы пытались быть серьёзными.

Вы – лучшие читатели в галактике. И не только в нашей.

Издателю – человеку, который каждую нашу книгу встречает словами: «Ну, Светловы, опять вы за своё?» и всё равно печатает.

Спасибо, что верите в нас. Что не боитесь издавать книги, где главные герои – семья, которая случайно стирает галактики. Что терпите наши постоянные правки, наши «ой, а давайте ещё главу добавим» и «а можно переписать концовку?». Вы – святой человек. Или просто безумный. Но мы вас любим.

Особенно спасибо за то, что не вырезали сцену, где Громов матерится на Созидателей. Мы знаем, что это было рискованно. Но вы сказали: «Оставьте. Это же Громов. Он без мата не может». И мы оставили.

Всем писателям – тем, кто тоже пишет истории, кто мучается с сюжетами, кто ищет вдохновение и иногда теряет его.

Держитесь. Иногда кажется, что всё, кончились идеи, никогда больше не напишешь ни строчки. Но потом приходят Светловы (в переносном смысле, конечно, хотя иногда и в прямом – они могут вломиться в дверь и попросить пирожков) и говорят: «Эй, у нас тут новая история! Записывай!»

Мы знаем, что писательство – это тяжёлый труд. Это ночи без сна, это бесконечные правки, это моменты отчаяния. Но это и моменты счастья, когда ты видишь, как твои герои оживают, как читатели смеются и плачут вместе с ними.

Творите. Пишите. Не бойтесь быть смешными и нелепыми. Не бойтесь влипать в истории. Потому что каждая история – это маленькая жизнь. А жизнь, как известно, лучше всего проживать с пирожками.

России – стране, где мы живём, где печём пирожки, где вляпываемся в приключения и где нас всегда ждут дома.

Россия – это не только берёзки, матрёшки и медведи на улицах (кстати, медведей у нас нет, а если и есть, то они с нами заодно). Россия – это люди. Удивительные, терпеливые, смешные, грустные, героические и обычные. Такие же, как Светловы. Которые могут стереть галактику случайно, а потом восстановить её с помощью пирожков. Потому что по-другому нельзя. Потому что мы так умеем.

Здесь, в России, даже обычное утро может стать необычным. Здесь даже боги ходят на рынок за запчастями. Здесь даже программы становятся людьми. Здесь даже в центре вселенной пахнет пирожками.

Спасибо тебе, страна, за то, что ты есть. За твои бескрайние просторы, за твою историю, за твоих людей. Мы тебя любим. Даже когда ты сердишься. Даже когда ворчишь, как Громов. Даже когда творишь невообразимое.

Мы – часть тебя. А ты – часть нас.

И в конце – всем, кто когда-либо говорил нам: «Вы ненормальные»

Да, мы знаем. Мы ненормальные. Мы влипаем в истории, которые нормальным людям даже не снятся. Мы дружим с динозаврами, богами и программами. Мы едим пирожки в центре вселенной. Мы стираем галактики и восстанавливаем их.

Но знаете что? Нормальным быть скучно. Нормальные живут тихо и спокойно, а потом умирают, и никто их не помнит. А о нас будут помнить. Потому что наши приключения записаны в книгах. Потому что Чих расскажет о нас через миллион лет. Потому что Светик будет светить в память о нас.

Так что да, мы ненормальные. И гордимся этим.

Ну что, поехали? То есть полетели? То есть провалились в центр вселенной?

Снова.

Как всегда.

Обращение от автора

(или Почему я снова не сплю и пишу эти строки, а кофеварка мигает)

Дорогой читатель!

Если ты держишь эту книгу в руках (или смотришь на экран, или слушаешь аудиоверсию, пока твой космолёт завис в пробке на орбите Юпитера – привет, дальнобойщики галактики!), значит, ты снова с нами. Или впервые – тогда добро пожаловать в наш бедлам, у нас тут пирожки, порталы, вечно мигающая кофеварка и полное отсутствие здравого смысла.

Знаешь, в чём главная проблема писателя, который завёл семью Светловых? Они не дают мне спать. Честное слово. Только я собираюсь лечь пораньше, как в голову лезет мысль: «А что, если дед подключит кофеварку к системе отопления?» И всё. Я вскакиваю, хватаю блокнот и пишу. А через час приходит кто либо из членов семьи (тот, настоящий, не книжный) и говорит: «Ты опять? Спать иди». И я иду. Но Светловы уже включили портал, и я лечу за ними.

Эта книга родилась из простого вопроса: «А что, если после спасения галактики Светловы попытаются жить спокойно?» Спойлер: не вышло. У них кофеварка замигала, и понеслось. Теперь у нас тут боги на пенсии (дядя Вася, привет!), бывшая программа уничтожения по имени Светик, которая учится быть человеком и задаёт по сто вопросов в минуту, и, конечно, параллельный мир с нашими двойниками. Потому что одной вселенной Светловым мало.

– Майк, – спросил я как-то у главного героя (ну, как спросил – он сам в голову залез и сказал), – а вы не могли бы хоть раз обойтись без апокалипсиса?

– А что такое апокалипсис? – удивился он. – Мы просто живём. А галактики иногда стираются сами. Это не мы, это кофеварка.

Я тогда подумал: может, пора сменить профессию? Но потом Чих чихнул, и я понял: нет, это моё. Писать о Светловых – значит навсегда забыть о спокойной жизни.

О чём эта книга?

Если коротко – о семье. О том, как три (на самом деле уже больше) поколения Светловых пытаются жить обычной жизнью, но вселенная против. О том, что даже если ты случайно стёр галактику, это не повод отчаиваться. Потому что есть пирожки. И половник. И дед, который починит что угодно скотчем и старой зубной щёткой.

Если длинно – садись поудобнее, наливай чай (бабушка советует с мятой, она успокаивает, даже когда вокруг рушатся галактики) и слушай.

Внешне это юмористическая фантастика: путешествия в центр вселенной, встречи с богами, виртуальные реальности и параллельные миры. Михаил Светлов (Светлый Майк) снова в центре событий, хотя мечтал только о том, чтобы выспаться и съесть пирожок. Павлик снова спорит с учителями, Аня пишет дневник, Громов ворчит, Чих чихает, Светик светится, а бабушка печёт пирожки. Много пирожков. Очень много.

Но внутри – история о том, что дом там, где твоя семья. Даже если этот дом – обычная квартира, в которую то и дело врываются порталы. Даже если семья – это бывший спецагент Громов, древний зверёк Чих, программа-переросток Светик и бог на пенсии дядя Вася. Даже если тебе приходится делить кухню с двойниками из параллельного мира.

– Пап, – спросил меня как-то сын (ему семь, и он уже знает всех Светловых по именам), – а почему они всё время влипают в истории?

– Потому что они Светловы, – ответил я. – Это у них в крови. Как у нас с тобой

– любовь к пирожкам.

– А у нас есть пирожки?

– Сейчас спросим у бабушки.

Бабушка, кстати, всегда говорит: «Пирожки – это главное. Всё остальное приложится». И я ей верю. Она у меня тоже немного Светлова.