Ангел-хранитель для неудачника

Пролог

– Матвей! – ко мне широкими шагами приближался Архангел Михаил.

Коридоры Небесной канцелярии становились слишком узкими, а двери, в которые можно было улизнуть, и вовсе исчезали, когда надвигалась правая рука Бога.

– Какого Херувима твой подопечный делает в больнице? Он же должен сейчас делать предложение своей девушке!

– В больнице? А мне-то откуда знать? Этот неудачник вечно во что-то влипает.

– А может, он неудачником стал оттого, что его Ангел-хранитель балду гоняет? Живо отправляйся на Землю и узнай, как у него дела!

– Сейчас, иду, – ответил я, а сам подумал, что раз Дмитрий в больнице, значит, чтобы ни случилось, за ним приглядят другие Ангелы. Ведь к врачам приставляли только лучших из лучших, «Ангельскую элиту», так сказать. Не убудет с Дмитрия, если я на пару мгновений подзадержусь. Эта новая приставка такая интересная. Всё-таки умеют люди делать вещи!

– Матвей! – послышался крик за дверью моего Ангельского дома. Ну кто бы там ни был, кричит он так, словно за ним адские гончие несутся. – Матвей, открывай! – от громогласного крика сотрясался весь дом. Я знал, что кричавший и сам может войти, но подождать, когда тебя пригласят, эдакий кодекс этикета у Ангелов.

Пришлось плестись открывать дверь.

На пороге в этот раз был Архангел Гавриил. Не ладили мы с этим парнем. И его вечно посылали ко мне, когда с подведомственными мне людьми случалось ЧП. А Гавриил нагло пользовался своим положением и пропесочивал меня перед всей Небесной канцелярией. Сколько раз мне из-за него доставалось! Последний, когда подведомственный мне человек – смотрящий на корабле, – не увидел айсберг. Гавриил всё так преподнёс в канцелярии, что у всех сложилось впечатление, будто я крупнейшую катастрофу на воде устроил. Злодейский узурпатор. А я всего-то решил, что парень устал. Вот и дал ему отмашку подремать пять минуток. И с троянским конём не моя вина! Эти бестолковые своей головой должны думать. Они же поговорку выдумали: «На Бога надейся, а сам не плошай». И что в итоге? Повелись на такую пакость! Вот с Помпеями, правда, нехорошо вышло. Меня тогда чуть в ссылку не выслали! Ангела, да в ссылку! Ну кому такое в голову придёт?

В общем, с Гавриилом отношения у нас не самые тёплые. И его появление на моём пороге значит только одно – большие неприятности.

– Матвей, тебя вызывают на Ангельский суд.

– Давай через полчасика, мне как раз уровень пройти осталось…

– Прямо сейчас! – заревел Гавриил.

Щелчок пальцами, и мы оказываемся в огромном светлом пространстве. Я – посередине. На возвышенности – судьи. По бокам – слушатели заседания. Моё самое нелюбимое место на Небесах. Все смотрят на тебя, а ещё больше взглядов получает Михаил. Ему сочувствую. Как-никак племянничек. Ангельская кровь.

Обычно Бог занимает центральное место на суде. Но сейчас это место пустовало. Надеюсь, Создатель посетит данное мероприятие, ведь милости его нет границ, и что бы ни случилось, он войдёт в моё положение и поймёт.

Оба кресла по бокам от пустующего были заняты. С одной стороны сидел довольный Гавриил, с другой – Михаил. На месте свидетелей стояла Алёна. Да уж, компашка собралась…

Я подмигнул Алёне, девушка поджала губы и отвернулась. Не знаю, пристало ли Ангелам выражать неприязнь? Но Алёну никто не одёрнул, а значит, пренебрежение к другому Ангелу в очередной раз сошло ей с рук.

Не то чтобы девушка была злой, но мы с ней цапаемся уже не одно тысячелетие. Она у нас – пример всем Ангелам. Странно, что её ещё не перевели в разряд Архангелов. Она не первый век ведёт своих подопечных к победе. Ньютон, Эйнштейн, Аристотель, Македонский, Цезарь, Гагарин – под её руководством люди достигали небывалых высот. Даже мы, Ангелы, с интересом следили за судьбой её подопечных. С другими она была безмерно мила и даже входила в Ангельский совет. А при встрече со мной всячески давала понять, что я ей не ровня.

– Я не протеже одного из Архангелов Создателя, – как-то заметила она, имея в виду меня и Михаила.

Наша с ней взаимная нелюбовь началась из-за подопечных. Её человек с блестящим будущим схлестнулся с моим. Может, я действительно чуть запустил ситуацию и дал случиться дуэли, да ещё в отсутствие второго Ангела-хранителя. Но тот парень, Серж Пушкин (кажется, или как его там?), был удивительно вспыльчивым! Как Алёна тогда разнервничалась! Будущее поэзии! Всемирно известный маэстро! Как ты мог погубить талант! Почему не вызвал меня с собрания Ангелов! Как будто я знал, кто его хранитель и где он пропадает. Конечно, не очень трудно было узнать, но, справедливости ради, своему подопечному я не помогал. Только собрался с мыслями, чтобы устроить вьюгу там или туман, дабы отложить дуэль, как они уже стреляются! А то, что я с самого утра своего Дантеса наделил небывалой везучестью – так что ж, каждый Ангел так или иначе переживает за своего подопечного. Тут меня даже в пример ставить надо!

Ударили в гонг. Значит, начинается судебное заседание. Мне пришлось отвлечься от своих мыслей.

– Уважаемые присутствующие Ангелы и Архангелы, сегодня мы собрались здесь, чтобы рассудить поступок нашего собрата Матвея. Несколько часов назад подопечный Матвея попытался свести счёты с жизнью.

Вот же зараза!

Среди Ангелов нет ничего более страшного, чем самоубийство подопечного. Добровольное желание расстаться с жизнью, дарованной Создателем, – тяжкий грех. Были случаи, когда агенты из Нижнего мира влияли на людей, и те сворачивали со своего жизненного пути. Отрекались от Ангела и совершали немыслимые поступки. Так, если один из людей проявлял жестокость или допускал убийство невинной души, то Ангел терял возможность наставлять человека. До последнего вздоха Ангел сопровождал заблудшую душу, стараясь вернуть её к свету, но агенты Нижнего мира были очень убедительны и редко отпускали своих жертв. А если Дмитрий решил свести счёты с жизнью, значит, какой-то агент рядом с ним. А я его не обнаружил.

– Слово даётся Ангелу среднего разряда Алёне. Опишите ситуацию, о которой вы нам доложили.

Белокурая девушка выпрямилась и поднялась со скамьи.

– Сегодня утром в отделение реанимации, где дежурила моя подопечная, поступил пациент, пытавшийся покончить с жизнью. Человек двадцати девяти лет по имени Дмитрий. Прыгнул с моста в воду. Учитывая спортивное прошлое, весьма удачно приземлился и получил лишь переохлаждение. Ангела-хранителя рядом с собой не имел. О случившемся было доложено хранителю – патрульному – для дальнейших выяснений подробностей.

– Скажите, вы видели рядом с пострадавшим агента Нижнего мира?

– Нет.

– Какое сейчас состояние у Дмитрия?

– Стабильное. Оставлен на попечение патрульного.

Патрульные – отдельный подвид Ангелов-хранителей. Они оберегали землю от агентов Нижнего мира. Если видели кого-то из них, то преследовали и запечатывали. Уничтожить творение Создателя противоестественно. Поэтому для некоторых существ был сотворён Нижний мир. На Земле его прозвали преисподней. Туда заточали заблудшие души за содеянное ими зло. Но некоторые из существ Нижнего мира чувствовали себя вполне вольготно и шастали на Землю как к себе в мир. Они искушали и заставляли невинные души сходить с их истинного пути.

После смерти душа прибывала на Небесный суд, где считали её деяния – добрые и злые. И по итогу выносилось решение. Провинившиеся после суда отбывали в Нижний мир для перевоспитания. Затем им давался второй шанс на исправление. Но были души, которые не хотели меняться. Жизнь за жизнью они развязывали войны, рушили судьбы. Из таких глава Нижнего мира собрал себе отряд.

Формально доступ на Землю им был закрыт. Но люди, сами того не зная, отрывали для них двери – скоплением негативных дел и чувств. Зависть, злость, эфемерные эмоции воздействовали на физическую оболочку Земли, разрывая её и открывая порталы для агентов Нижнего мира. А те, прорываясь, начинали сеять зло и панику. Патрульные вовремя закрывали дыры в оболочке, отлавливали агентов и отправляли их обратно, награждая печатью, которая не даст существу доступ к миру людей.

Если в следующий раз кто-то будет в депрессии, отравлен ядом зависти или лжи, и оболочка земного мира прорвётся, а запечатанное существо будет поблизости от портала, оно просто не сможет проникнуть внутрь, на Землю. Если кто-то из людей был на примете у агента, то патрульный сопровождал этого человека до тех пор, пока агент не был пойман и запечатан. К сожалению, в большинстве случаев воздействие агентов было настолько велико, что даже после их запечатывания ставший на кривую дорожку человек не исправлялся, а всё больше и больше скатывался, отдаляясь от Света.

Патрульные были гордостью обычных Ангелов. Бравые воины и служители Света. Меня от них тошнило. Где-то там, на Земле, мой подопечный Дмитрий сейчас и не подозревает, что нажил себе неприятностей. И первый, от кого он получит трёпку, так это от меня. Надо же! Умереть он решил без ведома Ангела-хранителя. Нет, друг, так дела не делаются!

– Позвольте высказаться мне, – со своего места встал Гавриил.

– Ну началось, – я закатил глаза.

– Сперва я бы хотел открыть некоторые моменты судьбы Дмитрия, а затем и рассказать о происшедших в его жизни изменениях за последний месяц. Дмитрию было предначертано помогать людям: он мог стать учителем, наставником, психологом – на его выбор. Но ему не хватало сил и смелости, а в решающее для его жизни время Матвея не было рядом. Так, Дмитрий провалил экзамены в институте. Поссорился с родителями и ушёл из дома. Попал в аварию, после которой на щеке остался шрам. Из-за этого он сильно комплексовал и в итоге закрылся в себе. Как следствие – он не нашёл друзей. И был одинок. Согласитесь, судьба весьма нелёгкая. И вот тут должен был бы вступить хранитель и наставить его на путь. Но… Матвей притащил с Земли приставку! А последний месяц вовсе не сопровождал своего подопечного.

– Матвей! Приставка? – возмущению Михаила не было предела.

– Какая безответственность! – вставила свои пять копеек Алёна.

– За это время Дмитрия уволили с работы, а девушка, которой он собирался сделать предложение, ушла от него к другому. И Дмитрий, сломленный и одинокий, принял решение покинуть земную жизнь, намного раньше отведённого ему срока!

– Что ты скажешь в своё оправдание, Матвей? – сурово спросил Михаил.

– Я всё исправлю. Налажу Дмитрию жизнь.

– Как ты наладил Дантесу в ущерб моему Пушкину? – с обидой в голосе произнесла Алёна.

– Вот только не начинай…

– Я считаю, принимая во внимание все обстоятельства, следует отправить Матвея в ссылку, – проговорил Гавриил.

– С ума сошёл? Какая ссылка? Михаил, скажи ему!

– Я думаю, Матвей, пора осознать, что ты уже не один век позоришь имя Ангела и разрушаешь судьбы не меньше, чем агенты Нижнего мира. Я вынужден вынести тебе суровый приговор. У тебя есть ровно неделя на Земле, чтобы заставить твоего подопечного хотеть жить. Мы не можем потерять светлую душу по твоей халатности.

– Ладно, сейчас же отправлюсь на Землю и всё исправлю. Делов-то! Напичкаю его верой до краёв, и будет он жить и радоваться.

– Нет, Матвей, дослушай. Тебе нельзя пользоваться Ангельской силой. Ты отправляешься на Землю как обычный человек. Даю срок ровно в неделю. У тебя есть семь дней. Не управишься – останешься навсегда на Земле.

– Как же так? Ангел, и на Земле? – я немного растерялся.

– Не Ангел – человек. Не успеешь, останешься человеком. Навечно.

– Алёна, проверь, чтобы твоя подопечная вылечила Дмитрия, и присматривай за ним…

– Подождите…

– Суд объявляю завершённым, наказание привести в исполнение.

Налетел сильный ветер. Я начал куда-то падать, вот только возможности взлететь или телепортироваться у меня не было, глаза застила белая пелена и последнее, что я почувствовал, – сильная боль…

Глава 1

Тело ломило так, будто меня сбил КАМАЗ. Не то чтобы Ангелов могла переехать эта огромная фура, но боль была настолько сильной, что именно это сравнение первым пришло на ум. Я пытался пошевелиться. Получилось, но не сразу. Открыв глаза, я увидел белые потолки. Опустив взгляд ниже, приметил кремовые стены. Повернув голову вбок, я обнаружил вторую кровать и внимательно смотрящего на меня человека. Каштановые волосы и карие глаза, на щеке – небольшой шрам.

 Дмитрий! Корень зла. И моих проблем. Я попытался скатиться с кровати, чтобы устроить ему тёмную.

– Эй, парень, ты чего?! – Дмитрий испуганно смотрел на меня. – Лежи, тебе вставать нельзя с твоими травмами!

– Сейчас и у тебя будут травмы! Хотел на тот свет? Вот я тебя туда и отправлю.

Кое-как скатившись с постели, я начал наступать на парня.

– Так! Это ещё что такое? А ну, вернитесь на свою койку! – в палату забежала медноволосая девушка в белом халате. А вслед за ней, жуя жвачку, появилась Алёна.

– А ты, стукачка! – Я, игнорируя рыжую, запустил подушку в Алёну. Девушка лишь улыбнулась, и подушка пролетела сквозь её тело. Ну конечно, Ангелы бесплотны в мире людей. – Думаешь, я тебя не достану? Наслаждайся шоу, пока можешь. А когда я верну себе крылья, тебе тоже попадёт.

В момент, когда я вёл диалог с хранительницей, в плечо мне воткнулось что-то острое. Сначала я почувствовал слабость, а потом мир начал вертеться, а глаза – закрываться. На грани сознания я услышал голоса, они шептали что-то о помутнении рассудка из-за аварии и о том, что снотворное будет действовать минимум два часа. Мерзавцы! Хотят украсть моё бесценное время. А мне ещё Дмитрия перевоспитывать! Вот зараза. Но план у меня есть. Просто запугаю его Нижним миром так, что он не то что руки на себя наложить побоится, а будет у меня дорогу переходить только на зелёный сигнал светофора!

Второй раз просыпаться было гораздо легче. Тело слегка ныло – как после долгих полётов. В прошлом столетии мы с ребятами соревновались, кто быстрее перелетит океан. У меня потом так же ныли все мышцы. Особенно досталось крыльям.

Дмитрия я обнаружил на соседней койке. Что-то никогда не меняется.

– Эй, Дмитрий.

Парень повернул ко мне голову.

– Откуда ты знаешь, как меня зовут? – спросил он с сомнением в голосе.

– Это долгая история. Что там тебе сказала эта врач? Переохлаждение, да? Ты же уже в норме? Нам пора отсюда делать ноги.

– Погоди, нужно дождаться выписки, и тогда уходить.

– И когда там твоя выписка? – я скептически посмотрел на парня.

– Через неделю.

– Нет, за неделю здесь не только ты, но и я наложу на себя руки.

– У тебя так вообще месяц. Тебя же КАМАЗ переехал.

Гавриил! Точно его проделки.

– У тебя сломаны рёбра, сотрясение мозга… Удивительно, как ты жив остался. И что внешность твою не подпортило. Я как-то попал в передрягу, так шрам на всю жизнь.

– Знаешь, Дмитрий, шрамы мужчин украшают. Так, нет времени болтать, нам нужно отсюда улепётывать.

– Нет, ты бредишь. Видел я, как ты со стеной говорил.

– Да нет же, послушай, я после КАМАЗа прозрел, мне нужно людям помогать, и ты первый в моём списке! Вот скажи, ты сюда как попал? Наверняка не от хорошей жизни?

– Я с моста упал. Случайно.

Вот же врунишка.

– Кого ты обманываешь? Я по глазам вижу, отнюдь не случайно ты упал. А ещё падать планируешь?

– Ну не знаю, – испуганно ответил мне Дмитрий.

– Так вот, давай заключим пари. Я тебе показываю, как круто жить в этом мире. И исполняю своё новое предназначение.

– В этом мире? А ты что, в другом бывал? Или после КАМАЗа на тот свет шёл, но не дошёл и сюда вернулся?

– Выражение образное. Вы, люди, его постоянно употребляете, так что не тебе меня критиковать.

– Мы люди, а вы – нет. Кажется, надо доктора позвать, – и рука Дмитрия потянулась к кнопке вызова персонала.

Ну нет! Ещё двух часов у меня в запасе не имеется.

– Как знаешь. Я тоже за тобой бегать желанием не горел. Я за неделю так круто могу твою жизнь изменить, что бывший босс локти будет кусать. Такого сотрудника потерять! А девушка будет сама за тобой бегать.

– Откуда ты вообще про это…

– Просветление! Вознёсся на Небеса и переговорил с… м-м-м… Ангелами! – я прикоснулся указательным пальцем к виску.

– Ага, при условии, что они есть. Я лично сторонник теории Дарвина!

– Ты что? – меня слегка оскорбили слова Дмитрия. – Вообще понимаешь, что говоришь? Теория Дарвина глупа! Это то же самое, что верить в то, что люди произошли от огурца! Он ведь состоит на восемьдесят процентов из воды, как и люди. Давай, Дмитрий, хватит дурака валять. Прямо сейчас мы с тобой приступим к изменению твоей жизни.

– Я и правда не хочу покидать больничный корпус. Мария Львовна…

– Это ещё кто?

– Наш с тобой лечащий врач, это она тебя проверить пришла, когда ты проснулся.

Неожиданно у меня появилась страшная догадка…

– Ты, что ли, в неё уже втюхался?!

– Почему сразу втюхался? Она прекрасный врач. Людей спасает, я в своё время тоже хотел помогать. У неё благородная профессия.

Этот взгляд у людей я видел не одно тысячелетие. Меня уже не обмануть.

– Вот блин… Алёна.

– Не Алёна, а Мария.

– Да, Мария, но ветер дует со стороны Алёны. Ладно, не будем об этом. Вставай, я собираюсь показать тебе настоящую жизнь.

– Я всё ещё не дал согласие на твоё предложение. Мне кажется, ты безумен.

Я встал с кровати и подошёл к зеркалу.

Ну хоть внешность не изменили: всё те же светлые волосы, голубые глаза, высокий рост и широкий разворот плеч. Как-то явился я во сне к одному своему подопечному, дабы разъяснить этому недалёкому, как ему поступить, чтобы его творения стали пользоваться популярностью. Так он через время сделал мою скульптуру. Назвал Аполлоном и установил новую моду. Греческий профиль, как сказали они. Другие Ангелы, конечно же, разозлились. Говорили там что-то о невмешательстве в жизнь смертных. Ругались. Завидовали, одним словом.

– Так ты идёшь или нет? – обратился я к Дмитрию.

– Приятно было оказаться с тобой в одной палате, – ответил мне подопечный и стал удобнее устраиваться на койке.

– Дмитрий, – я включил свою убедительность на максимум, – послушай, ты считаешь себя неудачником. Я предлагаю тебе уникальный шанс – за неделю я изменю твоё представление о себе и мире. В крайнем случае, что ты потеряешь? А пока ты думаешь, я раздобуду нам одежду. Не в больничных же халатах нам по городу рассекать. Меня Матвей зовут, кстати.

И я молча вышел из палаты.

В коридоре стояла гробовая тишина, я начал озираться по сторонам. Что же делать дальше? А если меня увидят? Как быть? В человеческом теле я ещё не освоился и чувствовал себя слегка неуверенно.

 Вдруг из стены вылетел пухлый младенец с крыльями. На спине у него болтался колчан с луком и стрелами, а на поясе висели несколько кульков. Купидон здесь. Этого пройдоху я знал тысячу лет, ничего хорошего от него ожидать не стоило. Лично я считал, что его шуточки со стрелами равны стихийному бедствию. Вот был адекватный подопечный, Купидон тут как тут. И всё – у человека крышу снесло от любви. Как-то раз был я хранителем одной венецианки. Родители её враждовали с соседним кланом, а дочь влюбилась в одного из их представителей. От её слёз и истерик я тогда чуть не оглох. Но, надо признать, Купидон в остальном был неплохим парнем. Пару раз мы с ним устраивали Ангельские дебоши. Крылатый младенец уж точно умел веселиться. Мы с ним, кстати, были лучшими друзьями.

– Пс-с, Матвей, ты видишь меня?

– Конечно, я же не ослеп.

– Неужели это правда? Ну… что тебя человеком сделали.

– Как видишь. Лучше помоги найти мне одежду.

– В соседней палате два мотоциклиста. Точнее, мотоциклисты на рентгене, а костюмы остались.

Я послушно зашёл в указанную палату, накинул одежду одного из отсутствующих парней и захватил комплект для Дмитрия. Особенно мне понравилась чёрная кожаная куртка – выглядит ну очень круто.

– Ну и какие слухи ходят там? – я посмотрел на Купидона и кивнул наверх.

– Да разные. Но я вот узнал от Михаила, что если не справишься, тебе сотрут память и оставят здесь, смертным.

– И как много наших знают эту информацию? – я старательно делал вид, что мне всё равно.

– Знают ты, я и вся Небесная канцелярия.

– Прекрасно.

– Не волнуйся, Матвей, мы своих не бросаем! Я тебе помогу.

– Найди, пожалуйста, мне квартиру и наличные деньги. Я собираюсь показать Дмитрию, что такое жизнь. Людям, что нужно? Шикарная картинка. На это и ставлю, – я подмигнул Купидону.

– Как скажешь, Матвей. Есть у меня подопечный, влюблён так, что повёз свою девушку на другой конец Земли. Ни связи, ничего. Квартира стоит. В центре города, с панорамным видом. Ключи достану тебе через час. Запоминай адрес: улица Эйфель, двенадцать, квартира сто один. И вот держи…

Купидон кинул мне пухлый кошель.

– Это я на первое время прихватил для тебя.

А малый не зря слыл весьма сообразительным парнем.

– Через два часа жду, ключи положу в почтовый ящик. Удачи, Матвей!

И Купидона словно ветром сдуло. Надо же, не знал, что мелкий проныра ещё и мастер воровать.

Зайдя в палату, я кинул одежду прямо на кровать Дмитрия.

– Собирайся, у нас мало времени. Скоро обход.

Через минуту Дмитрий, как и я, был облачён в одежду мотоциклистов, и мы начали путь к свободе. Изучив план больницы и сделав пару кругов по отделению, мы, наконец, вышли.

– Теперь нам нужно к моему дому, – я начал вспоминать путь, который мне описал Купидон. Надеюсь, мы доберёмся. Если же нет, чудик со стрелами должен бы отправиться на мои поиски.

– Так, Дмитрий, поведай мне, о чём ты мечтаешь?

– Быть счастливым. Как все.

– Бог сказал, что счастье человек может найти в любом уголке Земли, вот мы и поищем.

– Аргумент «Бог сказал» вызывает у меня массу вопросов. Кому конкретно сказал? Где сказал? Кто ещё это слышал?

– Да, – тяжело вздохнул я. – Видимо, мне с тобой будет очень сложно.

Загорелся светофор, и я ступил на проезжую часть.

– Сынок, – окликнула меня сгорбленная маленькая старушка, – помоги перейти дорогу.

– Некогда, бабуля, мы торопимся.

– Матвей, давай бабушке поможем, это ж твоё предназначение – помогать людям, ты сам говорил.

– Нет, ей другой Ангел поможет.

Парень строго посмотрел на меня.

– Да ладно, Дмитрий, нет у меня времени на других.

Но подопечный встал как столб и не отрываясь смотрел на меня.

– Ты серьёзно? Ладно, ладно.

– Давайте, бабуля, переведу вас через дорогу.

– Спасибо, сынок, – тоненьким голоском отвечала старушка.

И крепко схватила меня за локоть.

Дмитрий шёл следом за мной. На середине дороги я почувствовал неладное. Будь я человеком, ничего бы не заметил. Но мои сверхсильные инстинкты улавливали вмешательство чужой ауры. Слишком близко бабулька стояла рядом со мной. Точнее…

Только ступив на тротуар, бабушка поблагодарила и резво начала двигаться в сторону. Что-то не так. Я сунул руку в карман и нащупал пустоту.

Бабка кошелёк прихватила!

Старушка в отражении витрины магазина поймала мой, полный ярости взгляд, и припустилась бежать.

Да, такими темпами мы далеко от больнички не уйдём. Правда, чувствую, отправят нас в другое отделение…

– А ну, стой! – и я понёсся за воровкой.

– Матвей, что случилось? – вот и Дмитрий бежит следом.

– Остановись, говорю тебе, не то хуже будет! – закричал я старушке. Хотя, какая старушка будет так носиться?

– Матвей, остановись. Хватит преследовать бабушку, у тебя что, опять случилось помутнение рассудка? – взволнованно верещал Дмитрий мне вслед.

Ну нет, паршивка не уйдёшь.

Эх, сейчас бы мои Ангельские крылья! Вмиг догнал бы воровку!

Резвая старушка свернула в узкую улочку и подбежала к забору. Отодвинув сомнительного вида картонку, пролезла в образовавшуюся щель и исчезла.

Да чтоб тебя! Я с размаху влетел в деревянный забор, выломал несколько досок и продолжил погоню.

За забором находилась заброшенная стройка. Плиты, недостроенная кладка. Позади послышался шум, и я заметил возмущённого Дмитрия.

Я сделал знак, чтобы парень молчал. Было видно, что ему всё это не нравится, но он подчинился и тихонько подошёл.

– Она где-то здесь, – одними губами сказал я.

То тут, то там слышался писк и пробегали мыши. Строительные отходы скрывали целое мышиное семейство.

Дмитрий брезгливо морщился.

– Да ладно тебе, все существа, созданные Богом, милые.

– Ты точно умом тронулся.

– Я знаю, она где-то здесь. Ждёт, когда мы уйдём. Но мы не уйдём.

– Может, лучше пойдём отсюда? Темнеет.

– На это и расчёт. Она мой кошелёк украла. С деньгами, – поведал я подопечному.

Я прислушался. Никаких сверхъестественных сил, только логика и тысячелетний опыт. Если человеку нужно спрятаться и выждать время, он выберет самую маленькую каморку, но с хорошим обзором. Я отставал от старушки на два метра. Но, судя по всему, она знает это место. Значит, она быстренько шмыгнула куда-то в укромный уголок.