Горячая секретарша

Глава 1

Аманда помедлила, прежде чем пройти в салон самолета. Она никогда не отправлялась в полет, не бросив взгляда на табличку с данными производителя стальной птицы. Ей непременно нужно было убедиться, что самолет построен по всем правилам, на настоящем заводе и, даст бог, не свалится с неба вместе с ней.

Исполнив ритуал, Аманда опустила глаза, чтобы не встречаться взглядом с недовольными стюардами. Пассажиры разделяли их негодование: как же, ведь из-за нее вылет задержался на целых пять минут! В обычной ситуации никто бы и внимания не обратил на столь незначительную задержку, но людям в самолете, судя по их приглушенным недоброжелательным комментариям, эти пять минут показались вечностью.

Аманде очень нужно было попасть на вечерний, последний на сегодня рейс. Важная деловая встреча в Окленде, куда она летела, назначена на десять утра завтрашнего дня, а утренние самолеты часто задерживаются из-за туманов. Мысль о возможном опоздании приводила Аманду в ужас. Только каким-то чудом старая университетская подружка Кэтрин добыла ей место и уговорила персонал аэропорта подождать, пока Аманда вихрем пронесется по коридорам на посадку. Еще секунда – и она уткнулась бы в закрытые двери.

Даже не взглянув на соседа по ряду в кресле у окна, Аманда сунула ноутбук в отделение для ручной клади. Как только самолет наберет высоту, надо приниматься за работу. Они проведут в воздухе меньше часа, но Аманде важна каждая минута. От ее расторопности зависит, останется ли фирма на плаву, сохранит ли она свое место. Деньги для нее сейчас – вопрос жизни и смерти.

Аманда со звонким щелчком застегнула ремень. Самолет уже плавно ехал в направлении взлетной полосы, стюарды привычной скороговоркой знакомили пассажиров с правилами поведения в экстремальных ситуациях. За последние два месяца она так часто летала по этому маршруту, что выучила правила наизусть. Только сейчас Аманда обратила внимание, что сидит в бизнес-классе. Как же давно она не путешествовала с привилегиями! Благослови тебя Господь, милая Кэтрин…

Самолет замер в начале полосы, ожидая разрешения на взлет, и знакомый страх пришел на смену благодарному умилению. Аманда прижалась затылком к спинке кресла, закрыла глаза и попыталась вызвать в памяти утешительную статистику – факты и цифры, доказывающие, что самолеты все-таки чаще долетают, чем не долетают до места назначения. Попыталась убедить себя, что с точки зрения физики нет ничего невероятного в том, что продолговатая железная штука с крыльями отлично держится в воздухе на расстоянии десяти тысяч метров от земли.

Не сработало. Аманда почувствовала, как на ее лбу выступает холодный пот.

Она попробовала сосредоточиться на мыслях о работе. Это наверняка приглушит тревогу.

Ничего подобного.

Может быть, если она подумает о дедушке…

Бесполезно.

Сердце подкатило к горлу, мешая дышать. Аманда так не потела, даже когда била рекорд самого стремительного пробега по аэропорту в истории человечества. Не хватало только поддаться панической атаке и причинить еще какие-нибудь неудобства остальным пассажирам… Но стук сердца становился все лихорадочнее, все громче.

Надо просто дышать.

Легкие едва не взорвались, когда Аманда постаралась спокойно вдохнуть. Шум крови в ушах словно пытался заглушить рев двигателей. Она вцепилась в подлокотники, сфокусировавшись на том, что сейчас не может позволить себе потерять сознание. Или закричать.

– Человек достаточно эгоистичный и безответственный, чтобы задержать самолет. Я должен был сразу догадаться, что это ты, Аманда.

Аманда резко повернулась к соседу. Его голос прорезал гул в ее голове, как алмаз режет стекло.

Глаза темнее полуночного неба, обрамленные густыми черными ресницами, встретили взгляд девушки. Аманда смотрела в знакомое лицо с широким лбом, высокими скулами, горбинкой от старого перелома на носу и полными губами без тени улыбки.

Как давно она не видела эти черты, которые когда-то знала лучше, чем свои собственные!

– Здравствуй, Джаред.

Она даже не почувствовала, как самолет оторвался от земли. Перегрузка, вжавшая ее затылок в подголовник кресла, не заставила Аманду отвести глаза от насмешливой гримасы на лице мужчины.

– Сколько мы не виделись, лет десять? – промурлыкал он. – Я думал, за это время что-то изменилось, но, видимо, ошибался.

«Мы не виделись девять лет, – подумала Аманда. – Девять лет и семь месяцев».

– Что-то изменилось, что-то – нет.

Она скользнула взглядом по его одежде. Джинсы. Джаред всегда ходил в джинсах – в школе, после школы, когда стриг газоны, таскал коробки, мыл машины под раскаленным летним солнцем или в зимний холод. Интересно, он знал, как они ему идут?

Ей не нужно было особенно всматриваться в лейблы, чтобы понять – это совсем другие джинсы, дизайнерские, не те выцветшие, с дырками на коленях, которые Аманда так хорошо помнила. Она посмотрела на его черный свитер из кашемира. Да, кое-что определенно изменилось.

Ну почему из всех людей на планете в соседнем кресле оказался именно Джаред Джеймс? С другой стороны, сегодняшний день был ужасным с самого начала, с чего она решила, что к вечеру ситуация исправится? Аманда высунулась в проход, высматривая свободное место в экономклассе, но все кресла оказались заняты.

– Пересядешь к простым смертным только для того, чтобы быть подальше от меня? – усмехнулся Джаред. – Как трогательно!

Аманда даже привстала, надеясь разглядеть просвет среди голов пассажиров. Если она останется рядом с Джаредом, она отказывается отвечать за последствия.

– По-прежнему думаешь только о себе? – Он повел бровью в сторону стюардессы, катившей между рядами тележку с прохладительными напитками. – Посмотри, как нелегко приходится этой милой девушке. Ей некогда искать человека, который поменялся бы с тобой местами.

Стыд и ярость, в которые жгучая обида на Джареда переродилась за девять лет и семь месяцев, захлестнули Аманду, словно огненная волна. Она так и не смогла забыть два года влюбленности, перечеркнутые одной ночью.

Из-за него она была вынуждена покинуть город, где прожила всю жизнь. Из-за него испортила отношения с дедушкой. Из-за него провела последние школьные годы в одиночестве и изоляции.

С тех пор каждый раз, когда Аманда приезжала домой, вместе с ней возвращались и мысли о Джареде. Она видела повсюду его тень, слышала его шаги. Удивлялась, где он и что с ним стало. А потом, после моментальной слабости, безжалостно топтала воспоминания, повторяя: «Я не хочу знать. Я не хочу помнить».

Она по-настоящему любила Джареда. Не важно, что он думал о ее чувствах, но Аманда действительно его любила. Он оставил на ее сердце морщинку, которую она так и не смогла загладить, как ни старалась, как ни убеждала себя, что эта любовь в прошлом. Она совершила обычную девичью ошибку, сотворила кумира из бессердечного юнца. Ее глупость не заслуживала наказания, которое она понесла по его вине.

Но сейчас, глядя на Джареда, Аманда понимала, почему влюбилась тогда. Разве могла неопытная шестнадцатилетняя девушка сопротивляться его интригующей, темной привлекательности? Во внешности Джареда было что-то латинское – оливковый тон кожи, опасно блестящие темные глаза, шапка черных волос, вечно растрепанных, словно он не знал, для чего существуют расчески. Годы тяжелой работы сформировали его сильное, мускулистое тело. В нем чувствовались тайна, бунтарство, намек на затаенную боль – взрывоопасная смесь, которая возбудила ее любопытство. А как он себя держал! Никто из мужчин города не умел подать себя так, как Джаред Джеймс.

Аманда была не единственной жертвой его чар – все женщины города реагировали на Джареда одинаково. Просто она оказалась самой доверчивой и неосторожной.

– Аманда Команда.

Старое прозвище все еще обижало. Аманда часто слышала его в шепотках за спиной, но в лицо ее так осмеливался называть только Джаред.

Его глаза и губы дразнили ее, но это не было ностальгической шуткой старого друга. Аманда вздернула подбородок. Ледяная вежливость поможет ей справиться с ситуацией. Манеры делают женщину, разве нет? Джаред никогда не забивал голову правилами приличного поведения, во всяком случае, в отношении себя Аманда хороших манер за ним не замечала. Впрочем, она не могла его за это винить. В свое время она вела себя с Джаредом просто отвратительно, пользуясь правом помыкать им, как ей хотелось. По молодости Аманда полагала, что это – хороший способ привлечь его внимание. У нее ничего не получилось, результат оказался совсем не таким, какого она ждала. Тогда, наслушавшись рассказов старших подруг о том, какой Джаред жесткий, требовательный, но неотразимый любовник, Аманда решила действовать по-другому. Она решила, что, если предложит ему самое ценное, что у нее есть, он наконец-то разглядит в ней женщину, достойную его любви.

Идиотка. Джаред лишь разбил ее наивные мечты, лишил свойственных и необходимых юности романтических иллюзий. Аманда никогда ему этого не забудет и не простит. Но она выучила урок. Ей больше не нужно его внимание, и сегодня она не предложит ему ничего, кроме вежливой беседы на отвлеченные темы.

Аманда на мгновение опустила глаза, собираясь с духом. Больше всего ей хотелось влепить Джареду затрещину, но вместо этого она повернулась к нему с вымученной лучезарной улыбкой:

– Так как ты жил все это время, Джаред? Темные глаза мужчины сузились.

– В делах.

Ну конечно, в делах. Сколько Аманда его помнила, он всегда был чем-то занят. Каждую свободную минуту вне школы зарабатывал деньги за себя и за своего отца-алкоголика, который приходил в себя слишком редко и ненадолго, чтобы найти работу.

– Как тебя занесло в наши края? Навещал друзей?

– Это была транзитная остановка, – казалось, новые тучи набегают на лицо Джареда с каждым ее вопросом, – десять минут, чтобы взять пассажиров из Кристчерча. Пятнадцать с учетом твоего опоздания. Я лечу из Квинстона, с горнолыжного курорта.

– Катался на горных лыжах?

– На сноуборде.

– Как мило.

«Наверное, Джаред в неизменных джинсах со снежинками в темных волосах выглядел на горе очень круто, – подумала Аманда. – Он и сейчас выглядит круто. И сидит слишком близко». Сердце сладко трепыхнулось в груди, давая ей понять, что двадцатипятилетняя женщина имеет немногим больше шансов устоять перед его диковатой, неукротимой сексуальностью, чем шестнадцатилетняя девушка.

Она глубоко вздохнула, попыталась отогнать эти мысли и снова разозлиться. Самолет набрал высоту, а Аманда заметила это только сейчас. Шок, который она испытала, обнаружив свою первую любовь в соседнем кресле, вытеснил из головы все остальное. Но давать Джареду понять, как ее взволновала эта случайная встреча, нельзя. Маскируя нервозность, Аманда вытащила лэптоп. Сконцентрироваться будет нелегко, да что там, невозможно, но, по крайней мере, она сможет спрятаться за монитором и сделать вид, что погружена в работу.

Давнее унижение все еще жгло ей душу. Аманда почувствовала себя червяком, который выпал из салата и вот-вот будет смыт со стенок раковины брезгливой домохозяйкой. Но она справилась с нервами и спокойно открыла крышку лэптопа, стараясь держаться гордо и с достоинством. Ей больше не шестнадцать лет, слава богу.

Стюардесса поставила перед ними с Джаредом по чашке кофе.

– А ты, Аманда, чем ты занималась? – спросил Джаред, сделав глоток.

«Неужели он все-таки овладел базовыми навыками цивилизованного общения? – с сарказмом заметила про себя Аманда. – Но вспомнил об этом только сейчас?»

– Работала.

Джаред фыркнул. Аманда снова повернулась к нему – только чтобы убедиться, что он не захлебнулся горячим кофе, разумеется. Его взгляд был полон недоверия и сух, как пески Сахары.

– Дорогуша, ты не понимаешь значения этого слова. – Ни голос, ни поза Джареда не выдавали эмоций, но напряженные глаза словно просвечивали молодую женщину насквозь.

– Ты больше не знаешь меня, Джаред.

Откуда ему знать, как повернулась ее жизнь? Джаред помнил Аманду избалованной, капризной, глупой девчонкой, он думал, что такой она и осталась. Но ей пришлось повзрослеть, взять на себя ответственность.

– Ты не такая уж большая загадка.

Злость захлестнула Аманду жаркой волной. Да кем он себя воображает, какое имеет право сидеть рядом в своих модных джинсах, в кашемировом блейзере и осуждать ее? Хорошо еще, что коричневое шерстяное пальто не первой молодости, оставшееся более-менее приличным только за счет классического покроя, скрывает от него блузку и юбку, которые вышли из моды несколько сезонов назад…

Впрочем, Аманде все равно казалось, что Джаред уже раздел ее глазами. В свое время этот хищный, животный взгляд пробудил в ней женщину, но за годы разлуки она забыла, какую власть он над ней имеет. У нее никогда не хватало сил сопротивляться. Вот и сейчас она почувствовала, как искорки желания вспыхивают в ее крови, и испытала соблазн позволить им разгореться, а там будь что будет. В шестнадцать она лишь слегка прикоснулась к чувственной стороне натуры Джареда, но с тех пор мерила всех и вся по этому мимолетному прикосновению.

К счастью, Аманда вовремя вспомнила, чем это для нее закончилось. Джаред был плохим мальчиком – невоспитанным, несдержанным, норовистым. Аманде не следовало даже предполагать, что между ними может произойти что-то хорошее.

Он взял ее за руку. Аманда попыталась вырваться, но сильные пальцы сжали ее ладонь крепко, почти до боли, и она прекратила сопротивление. Джаред сразу же ослабил хватку, но не выпустил кисть Аманды, а, наоборот, подтянул через подлокотник поближе к себе для инспекции.

– Сдается мне, эти красивые ручки никогда не занимались тяжелой или грязной работой. – Указательный палец Джареда кружил по ее ладони.

Это было щекотно, и Аманде хотелось, чтобы он прекратил. Но в то же самое время… какая-то часть ее… хотела совсем другого. Джаред все еще ласкал ее ладонь. Улыбка, смягчившая жесткий, упрямый рот, одновременно возбуждала и нервировала Аманду. Такой улыбкой можно уложить женщину в постель за несколько секунд, но ей он так раньше никогда не улыбался!

О нет, она не может снова наступить в этот медвежий капкан, не может сдаться на его милость так быстро, так… легко.

– Эти ручки – только для удовольствий. – Джаред пробежался пальцами по ее запястью, довольный очевидным гипнотическим эффектом своих ласк. – Правда, Аманда?

Глава 2

Сжав пальцы в кулачок, Аманда отдернула руку. Только бы Джаред не догадался, что ее щеки горят не только от стыда за проявленную слабость. Но он, скорее всего, догадался. Благоразумие взрослой женщины и намерение держаться в рамках ледяной вежливости до конца полета покинули ее, с позором бежали с поля боя. Ей осталось только глубоко дышать в попытке вернуть утраченное душевное равновесие. И ненавидеть Джареда за власть, которую он над ней имел.

А он смеялся над ней, вот свинья! Веселые лучики разбегались от уголков бесовских, бездонных глаз. Аманда запретила себе смотреть на его рот, но взгляд скользнул сам собой… Улыбка осталась все такой же соблазнительной, только теперь была щедро сдобрена сарказмом.

«Ну до чего же унизительно», – подумала Аманда.

– Извини, Джаред. Меня ждет работа. – Это он должен понять, он же человек деловой и практичный.

– Неужели?

– Да. Вопреки твоим домыслам, у меня нет независимых средств, и я не купаюсь в незаслуженной роскоши. Я работаю, чтобы есть.

Кинув многозначительный взгляд на часы – как же долго тянется час полета на этом адском самолете! – Аманда уперлась глазами в экран компьютера. Она видела, как в фантастических фильмах героев иногда засасывает в виртуальную реальность, и сейчас была бы не против оказаться на их месте.

– Ты всегда была красавицей, Аманда, но тебе как-то удалось похорошеть еще больше. – Таким отстраненным тоном, как у Джареда, можно обсуждать погоду, но уж никак не женскую красоту.

– Ты так думаешь? – Она почти добилась интонации рассеянного любопытства, но не удержалась и подняла на него вопросительный взгляд, испортив эффект.

Джаред еще раз пристально оглядел ее с ног до головы.

– Уверен. Бледновата, похудела, насколько я могу разглядеть под пальто. Скулы стали резче. Ведешь бурную ночную жизнь?

«Веду, – захотелось ответить Аманде. – Только это совсем не то, что ты думаешь. Мои бессонные ночи никак не связаны с роскошными вечеринками, танцами в ночном клубе или безумным, страстным сексом». Она не сказала этого вслух, но Джаред словно бы прочел слово «секс» в ее взгляде, снова заулыбался, медленно, плотоядно.

– Я, кажется, сказала тебе, что много работаю. – Аманда, не отрываясь, смотрела на экран. Кто бы вылез и забрал ее отсюда куда угодно, навсегда, ну пожалуйста…

Джаред уселся вполоборота к ней, наблюдая, выжидая. Аманда не могла выбросить из головы его слова. Если он тогда считал ее красивой, если она ему нравилась, зачем же он сделал то, что сделал?

Устав от мазохистской мысленной гимнастики, Аманда решила, что ничего не потеряет, если прямо сейчас расставит все по своим местам.

– У тебя был шанс.

– Хочешь сказать, второго не будет? – Темные глаза бросали ей вызов.

– Нет.

В его насмешливо изогнутых губах Аманде вдруг почудился полумесяц песчаного пляжа вдоль голубой лагуны. Захотелось разбежаться и нырнуть с головой, не думая больше ни о чем.

– Ты говоришь одно, твое тело говорит другое.

– Господи, какая пошлость. – Вот теперь сарказм у нее получился неподдельным, не хуже, чем у Джареда. – После этих слов женщина может согласиться только выпить с тобой бокал вина из жалости к твоему убогому воображению.

– Слишком близко к истине?

– Слишком много мужского шовинизма.

– Скажи мне «нет», и я послушаю. – Он наклонился к ней, глаза в глаза, заговорил плавно и мягко: – Мне никогда еще не приходилось уговаривать женщину. Обычно они меня уговаривают.

Аманда моргнула. О чем он говорит… на что намекает… что хочет ей напомнить?

– Я была очень юна. – Голос предательски дрогнул.

– Что ж, ты уже не так юна.

Пальцы молодой женщины сжали пластик кофейной чашечки. Она боролась с искушением выплеснуть кофе на шикарный блейзер Джареда.

– Попроси меня снова, – промурлыкал он, – и, может, в этот раз ответ будет другим.

Сладив с первым кровожадным импульсом, Аманда сделала глоток кофе. Она даже не заметила, что он остыл, такой пожар полыхал у нее внутри.

– Вряд ли тебе понадобится много времени, чтобы уговорить меня сказать «да», – продолжал Джаред.

«Может, все-таки выплюнуть кофе ему на одежду?» – подумала Аманда, но сглотнула и пробормотала:

– Мечтать не вредно, Дон Жуан.

Ответный смешок был таким грубым, таким раздражающим и, черт возьми, таким искренним!

– Сдаешься без боя? Застенчивость совсем не в твоем стиле, капризная Аманда, девочка, которая всегда получает то, что хочет.

Внезапно она поняла, что тут у них происходит. Джаред дразнит ее, пытается вывести из себя. Он не сказал ей ни слова правды, а она, дурочка, купилась на его клоунаду. Чем вежливее и сдержаннее она себя ведет, тем грубее и откровеннее становятся его провокации, а теперь Джаред все-таки пробил ее защиту. Он знал, где ее слабое место – он сам, их общее прошлое и влечение, которое Аманда до сих пор к нему испытывает. Ему есть над чем посмеяться…

Унижение, умноженное на пятьдесят. Неужели он поступает так с каждой из своих женщин? Аманда была уверена – Джаред умеет очаровывать женщин, только зачем ему стараться, если они и так падают к его ногам, как бы отвратительно он себя ни вел? Она, например, упала. И тем не менее Джаред возвращается из отпуска один. Совершенно очевидно, что он не женат. Но ведь должна же у него быть любовница…

Аманда мысленно шлепнула себя по глупой голове. Наверняка у него больше одной любовницы. Нет нужды возить с собой то, что можно найти на месте.

– Ты давно не был в Ашбертоне? – Если уж Джаред настроен беседовать, с этого момента она возьмет на себя выбор безопасных тем.

– Девять лет и семь месяцев.

Аманда с трудом сумела скрыть удовлетворение. Значит, Джаред помнит, сколько прошло времени, так же хорошо, как и она. Он уехал из города на неделе, когда она праздновала день рождения, и с тех пор Аманда его не видела.

– Почему? – Она действительно хотела это знать.

Джаред отвернулся, предположительно вдруг заинтересовавшись правилами эксплуатации ремня безопасности. Когда Аманда опять увидела его глаза, они не выдали эмоций.

– Не было причин.

В городе у него не осталось никого и ничего: ни семьи, ни близких, ни любви. А ведь все женщины в Ашбертоне, включая Аманду, были готовы подарить сколько угодно любви Джареду Джеймсу, ершистому, ожесточившемуся парню, сироте при живых родителях. Мать его бросила, а отец слишком увлекался алкоголем, чтобы интересоваться сыном. Джаред был одинок, необщителен и неправдоподобно хорош.

– Хотя бы из любопытства.

– Для любопытства тоже нужны причины.

– Согласна.

Аманда постаралась не обижаться на отсутствие интереса к ее судьбе. Можно посмотреть на ситуацию с другой стороны: если Джаред так решительно отрезал себя от прошлой жизни, он, скорее всего, не знает, что случилось с ее дедом. Аманда старалась посвящать в эту историю как можно меньше людей, но хранить тайны в маленьком городке нелегко, особенно когда речь идет о заметном, публичном человеке. После всего, что дедушка сделал для города и для нее, он заслужил достойную старость, и Аманда работала на износ, обеспечивая ему комфорт и покой. Почему-то ей было важно, чтобы Джаред не думал о старике плохо. О ней – как угодно, но о дедушке – только с уважением.

Она переключила внимание на экран. Прочитала одно предложение пять раз, прежде чем уловила смысл, перешла к следующему. Нет, так работать невозможно. Лучше уж заняться украшательством доклада, поиграть со шрифтами и цветовым оформлением.

Завтра в десять утра она должна выиграть для своей компании этот проект. Экономический кризис поставил их фирму на грань закрытия, но большой заказ поможет удержаться на плаву, привлечет других клиентов. Обычное двуликое счастье Аманды – она нашла хорошо оплачиваемую работу в большом городе, но будущее все еще не выглядело определенным. А Аманда не могла позволить себе неопределенность. Дедушка зависел от нее, рассчитывал на ее помощь.

Но сейчас, не в силах сосредоточитьс я, она предвидела долгую ночь, полную нежеланных воспоминаний. А она не может позволить себе даже выпить снотворное, чтобы не проснуться вялой и дезориентированной. Вот черт! Ну почему Джаред Джеймс оказался с ней в одном самолете именно сегодня?

Джаред откинулся в кресле, пытаясь разобраться, что в его душе берет верх – раздражение или азарт. Азарт, похоже, побеждал, хотя и с минимальным преимуществом. С первого взгляда Аманда показалась ему такой аппетитной, свежей как огурчик, несмотря на глухое шерстяное пальто. Только намек на румянец смущения тронул ее бледные щечки, когда она поднялась на борт, игнорируя недовольных пассажиров. Могла бы извиниться хотя бы улыбкой, но нет.

Аманда Уинчестер, королева мира. Она была всем тем, чем Джаред не был, имела все, чего он не имел, олицетворяла все, что он хотел. Богатая и свободная, какие чувства она могла вызывать у нищего парня из неблагополучной семьи, который работал семь дней в неделю по двадцать четыре часа в сутки?

Что ж, со временем он поднялся, пробил себе место под солнцем. Даже в самолете он сидел в бизнес-классе, предназначенном для таких, как она. Он заслужил это право, но при виде Аманды все равно беспокойно завертелся в кресле, на мгновение представив, что его сейчас прогонят. Старые чувства нахлынули с новой силой: отчаянное желание сбежать от прошлого, контролировать жизнь, преуспеть, обладать… и не только вещами.

Джаред не мог отвести от Аманды глаз. Она не изменилась, все такая же избалованная эгоистка. Конечно, сейчас ее суть пряталась под маской снежной королевы, но он-то знал, что внутри. Аманда всегда получает то, что хочет, даже если для этого нужно задержать самолет с двумя сотнями пассажиров на борту.

Не знавший ни в чем отказа котенок из прошлого. Будь он проклят, она все еще будоражит его воображение – сейчас даже сильнее, чем тогда. Джаред так и не сумел забыть, как сияла бледная кожа Аманды в обрамлении черного шелка… Даже через девять лет и семь месяцев мысль о штормовом, обжигающем желании, которое он не удовлетворил, ощущалась будто неожиданный удар в пах. Джаред невольно скрипнул зубами, но заставил себя расслабиться. Прошло много лет, он больше не юное ничтожество, лелеющее мечты о запретной женщине.

«Нет ничего страшного в том, чтобы хотеть Аманду сейчас, – думал он. – Одна ночь с ней больше не табу. Мы оба давно выросли и выбрались из нашего замшелого городка». Джаред перестал ерзать, почувствовал, как просыпается в нем охотник.