Чекисты, оккультисты и Шамбала

Знающим тайну Дюнхор Великое дает возможность созерцать мир и жизнь из Центра в бесконечность глазом Будды.

Истинно, время Шамбалы пришло.

© Андреев А. И., 2023

© ООО «Издательство „Родина“», 2023

От автора

Имя А. В. Барченко (1881–1938) стало известно сравнительно недавно и сразу же привлекло к себе всеобщее внимание. Литератор, ученый-парапсихолог, работавший в тесном контакте с В. М. Бехтеревым, и в то же время оккультист, последователь французского мистика А. Сент-Ива д'Альвейдра, создавший в 1920-е гг. в Петрограде эзотерический кружок «Единое Трудовое Братство» и пытавшийся организовать при поддержке советского правительства экспедиции в Афганистан и Тибет для установления связей с «братствами Шамбалы», якобы хранящими утерянную человечеством древнюю мудрость.

Искатель новых знаний, самоотверженный и целеустремленный, Барченко принадлежал к эпохе «героических 1920-х» с ее богоборчеством, насильственным насаждением пролетарской культуры и в то же время великим энтузиазмом и безудержным экспериментированием во всех областях науки и искусства. Увы, он в полной мере разделил судьбу своего поколения. Арест в мае 37-го поставил точку в жизни и исканиях этого необыкновенного человека, идеалом для которого служил погибший на костре Джордано Бруно.

Герои этой книги – А. В. Барченко и люди его времени – ученики, единомышленники, покровители, те, кто верил в возможность построения новой России на основе соединения науки и социализма и трудился ради этой цели. Впервые я попытался рассказать о них в статье «А. В. Барченко – русский искатель Шамбалы», опубликованной в 2002 г. на страницах петербургского альманаха «Невский архив». В том же году появилась и моя книга «Время Шамбалы. Оккультизм, наука и политика в Советской России», первая часть которой была целиком посвящена А. В. Барченко. По сути, это была попытка воссоздания его биографии по немногим уцелевшим документам и воспоминаниям.

Два года спустя эта книга была переиздана московскими издательствами «Яуза» и «ЭКСМО» под названием «Оккультист Страны Советов. Тайна доктора Барченко». Текст предыдущего издания был существенно переработан мною и расширен за счет включения новых материалов. Это, прежде всего, рассказ о сотрудничестве Барченко с В. М. Бехтеревым и бехтеревским Институтом мозга в Ленинграде и о его собственной биофизической лаборатории, созданной в 1923 г. в Красково под эгидой Главнауки Наркомпроса. В приложениях к книге я привёл несколько новых документов – краткий автобиографический очерк А. В. Барченко, отрывок из письма духовного главы хасидов И-И. Шнеерсона о встрече с Барченко и чудом сохранившиеся 4 письма Барченко В. М. Бехтереву (1920–1923 гг.), обнаруженные мною в одном из петербургских архивов.

Публикуемая ныне книга – это переиздание «Оккультиста Страны Советов» с небольшой правкой, внесённой мною в Предисловие (Пролог) и Послесловие. В ней читатель найдёт практически всё, что нам известно сегодня об А. В. Барченко.

А. И. Андреев

19 сентября 2022 г.

С.-Петербург

Пролог. О Шамбале, ее обитателях и искателях

Людям свойственно мечтать о более совершенном мире, чем тот, в котором мы живем. Вероятно, именно поэтому в далеком от социального благополучия западном обществе получил такое распространение в ХХ веке буддийский миф о Шамбале – Счастливой стране совершенных людей, затерянной где-то в дебрях Центральной Азии. Известный культуролог и религиовед Мирче Элиаде, впрочем, считал, что тяга человека к мифам происходит из скрытого – «латентного» – желания «слышать истории» о происхождении миров и о том, что было «потом»[1].

В переводе с санскрита слово «шамбала» (śambhala) означает «источник счастья» – место, где царят покой и безмятежность. Основным источником наших сведений о такой стране являются книги священного буддийского канона, Ганжура. Расположенная на севере мифического материка Джамбудвипа, который современные ученые обычно ассоциируют с индийским субконтинентом, Шамбала окружена цепью высочайших гор и потому недоступна для людей остального мира. Ее жители добродетельны и разумны; им неведомы болезни, голод и любые другие страдания. Большинство становится совершенными существами (буддами) еще при жизни благодаря практике учения, которое называется Калачакра (санскр. kālacakra) – Тантра Колеса времени. Одним словом, Шамбала в том виде, в каком эту страну изображает древнее буддийское предание, – это прообраз земного рая, земли обетованной.

Калачакра – некое сокровенное знание, обладание которым позволяет достичь просветленного состояния Будды в течение одной жизни, высший гносис, доступный лишь посвященным. Считается, что основатель буддизма Будда Шакьямуни через год после достижения просветления, или нирваны, преподал тайное учение царю Шамбалы Сучандре внутри ступы Дханьякатака, находящейся на юге Индии. Вернувшись на родину, в Шамбалу, Сучандра стал проповедовать это учение, а также написал пространный комментарий к нему. Много столетий спустя учение Калачакры вернулось из Шамбалы в Индию, где получило широкое распространение среди буддийских монахов. Произошло это на рубеже Х и XI веков н. э. Затем учение было перенесено странствующим пандитом (учителем) Соманатхой из Индии в Снежную страну – Тибет. Соманатхе также приписывается введение в Тибете в 1027 г. лунно-солнечно-юпитерного календаря – 60-летнего цикла, изложенного в Калачакре. Впоследствии, между XI и XIV веками, тибетские ламы под руководством индийских проповедников перевели основные доктринальные тексты Калачакры с санскритского на тибетский язык.

В Тибете учение Калачакры, иначе Дуйнхор (тиб.: dus 'khor), особенно привлекло к себе монахов секты «гелуг» («добродетельной»), основанной в XIV веке знаменитым ученым и реформатором буддизма Цзонкхапой. В то же время большой интерес к Калачакре начинают проявлять Панчен-ламы, вследствие чего монастырь Таши-лхумпо в Южном Тибете (в провинции Цзян), являющийся их резиденцией, превращается в один из главных центров учения. В лице Панчен-лам (считающихся воплощением Будды Амитабхи – создателя и владыки рая Сукхавати, куда попадают все уверовавшие в него) Калачакра приобретает совершенно особых покровителей. Согласно древнему буддийскому пророчеству, в конце Кали-юги, или Железного века на земле, когда учение Будды придет в упадок, 25-й кулика-царь Шамбалы Рудра Чакри (по-тибетски Ригден Джапо), воплотившись в одном из Панчен-лам, начнет войну против варваров – последователей религии Лало (намек на мусульманских гонителей буддизма). В результате великой битвы, которая произойдет на берегах реки Шрита (Сита) в Индии, полчища Лало будут разбиты, и на земле вновь воцарится счастливый золотой век – Крита-юга.

Калачакра, с точки зрения современной тибетологии, – это одна из важнейших и сложнейших систем буддийской тантры, принадлежащая к классу Аннуттара-йога. Само слово «тантра» имеет два значения: в широком смысле это название одного из направлений буддизма – Ваджраяна, или Алмазная Колесница, в котором первостепенное значение придается психофизическим (йогическим) практикам; в узком техническом смысле «тантра» означает базовый текст Ваджраяны, наставление, данное самим Буддой. Аннутара-йога-тантра – это тантра наивысшей йоги. Считается, что практикующий ее может достичь высшего состояния сознания – «просветления» (санскр. bodhi) и стать Буддой в наикратчайший период времени – уже в этой жизни.

Калачакра-тантра традиционно подразделяется на «внешнюю», «внутреннюю» и «альтернативную», или «трансцендентную». Их различие тибетский ученый Геше Джампа Тинлей характеризует таким образом:

«Во внешней Калачакра-тантре (далее КТ) содержится подробное объяснение внешнего мира, поскольку он тесно связан с миром внутренним. Круговорот галактик, движение планет и тому подобные вещи описываются именно во внешней КТ. Тибетская астрология также берет начало во внешней КТ. ‹…› Во внутренней КТ содержится знание о внутреннем мире – внутренних каналах, энергиях и т. д., – изложенное для того, чтобы мы могли использовать это знание для духовной практики. Но основное содержание КТ, необходимое для духовной практики, развернуто в альтернативной КТ, которая является главной по отношению к внешней и внутренней КТ, – последние служат как бы информационной базой для высшей КТ»[2].

Описание Шамбалы, сведения о ее истории, правителях и пророчество о грядущей великой Шамбалинской войне – все это в текстах внешней КТ. Здесь же содержатся и разнообразные сведения о физических науках и различных технических устройствах, например, рассказывается о способах изготовления катапульт и других видов оружия, которые будут использоваться воинами Ригден-Джапо в битве с силами зла. Но основной акцент внешняя КТ, как отмечает американский исследователь Эдвин Бернбаум, делает на времени и астрологии, а также на математике, необходимой для различных хронологических и астрологических исчислений. «В движении звезд и планет практикующий внешнюю Калачакру пытается обнаружить циклические проявления сил, управляющих нашей жизнью»[3].

Сведения о Шамбале проникли в Европу на исходе Средних веков благодаря рассказам путешественников по азиатскому Востоку. Первыми о загадочной стране поведали португальские миссионеры-иезуиты Эстебан Качелла и Жоао Кабрал. В 1628 г., пытаясь пройти из Бутана в Катай, о котором в то время имелись очень скудные сведения, они узнали о существовании неведомой им страны – «Ксембала» (Xembala). Бутанский правитель сообщил им, что это очень известная страна и что она граничит с другим государством под названием Согпо. Из такого ответа Качелла заключил, что Ксембала – это и есть Катай, поскольку сообщенные ему сведения – огромные размеры Ксембалы и ее соседство с владениями монголов (Согпо) – соответствовали тому, как Катай-Китай изображался на географических картах. После этого Качелла предпринял путешествие в Ксембалу и ему удалось добраться до города Шигадзе во владениях Панчен-ламы (т. е. в Тибете). Сюда в начале 1629 г. из Бутана прибыл и его спутник Кабрал. Путешественники, однако, довольно быстро сообразили, что попали не в Катай, а в страну, которая на европейских картах того времени именовалась Большой Татарией.

Другой европейский путешественник – венгерский востоковед Александр Чома де Кёрёши, побывавший в Бутане и Тибете в начале XIX века, дополнил сведения португальских монахов. В опубликованной им в 1833 г. в журнале Азиатского общества Бенгалии небольшой статье говорилось, в частности, что Шамбала – это «мифическая страна, расположенная на севере» и что ее столицей является Калапа – «прекрасный город, резиденция многих прославленных царей Шамбалы». Называя Шамбалу «мифической страной», Чома де Кёрёши тем не менее указывает ее относительно точные географические координаты – «между 45-м и 50-м градусами северной широты, за рекой Сита или Яксарт»[4].

Эти первые сообщения о Шамбале долгое время оставались достоянием лишь узкого круга европейских ученых – географов и востоковедов. Более широкой публике индо-тибетский миф о «Счастливой земле» становится известным только на рубеже XIX–XX веков, главным образом благодаря теософскому учению Е. П… Блаватской. Пытаясь доказать, что на заре человеческой цивилизации наука и религия были неразделимы, составляя некую единую эзотерическую доктрину – «первоначальное откровение, данное человечеству», – Блаватская обратилась к истокам мировых религий – древнейшим мистериальным культам и учениям, сохранившим, по ее мнению, остатки этого синтеза. В своем капитальном труде «Тайная доктрина» Елена Петровна, со ссылкой на публикации Чема де Кереши и сообщения немецких путешественников по Тибету братьев Шлагинтвейт, упоминает о Шамбале и о происходящей из нее священной книге «Дус-Кьи-Хорло» (тиб. dus-kyi ʹkhor-lo, Колесо Времени). Эта система тибетского мистицизма, по утверждению Блаватской, столь же древняя, как и человек, практиковалась в Индии и Тибете задолго до того, как Европа стала континентом (!), хотя первые сведения о ней появились 9 или 10 веков тому назад. До сих пор эзотерический «Благой Закон» сохраняется в своей первоначальной чистоте «в глуши Трансгималаев – слишком общо называемых Тибетом, в наиболее недоступных местах пустынь и гор»[5].

Рис. 1. Барченко с учениками в Крыму

Здесь надо отметить, что Шамбала для Блаватской и ее последователей – это уже не «мифическая страна» Дэджунг (тиб. bde byung) – «Источник счастья», но некое реально существующее братство или община посвященных йогов – адептов эзотерического учения, которых она называет «махатмами». Таких мистических братств, хранящих остатки древней «универсальной науки», по утверждению Блаватской, на земле существует немало, однако они не имеют никакого отношения к «цивилизованным странам». Более того, местонахождение их должно оставаться тайной для остального мира – до тех пор, пока «человечество в массе своей не очнется от духовной летаргии и не раскроет свои слепые очи навстречу ослепительному свету Истины»[6].

Путешествовавшие по Центральной Азии в конце XIX века Н. М. Пржевальский, В. И. Роборовский, М. В. Певцов, Г. Е. Грум-Гржимайло, П. К. Козлов и др. столкнулись с еще одной удивительной легендой – о Беловодском царстве, или Беловодье, стране справедливости и истинного благочестия. Находясь в 1877 г. на берегах «блуждающего» озера Лобнор, севернее реки Тарим в Западном Китае, или Синьцзяне, Пржевальский услышал от местных жителей о том, как в эти места в конце 1850-х – начале 1860-х пришла партия русских алтайских староверов числом более сотни человек в поисках беловодской «земли обетованной». Большая часть пришельцев, не удовлетворившись условиями жизни на новом месте, двинулась дальше на юг, за хребет Алтын-таг, где и устроила поселение. Но и те и другие в конце концов вернулись на родину. Рассказ об этом хождении искателей Беловодья, записанный со слов одного из его участников А. Е. Зырянова, вместе с приложенной к нему маршрутной картой всего путешествия, был впоследствии опубликован А. Н. Белослюдовым в Записках Русского географического общества[7].

Беловодье – еще одна загадка центральноазиатской истории. Современный исследователь К. В. Чистов, правда, считает, что это «не определенное географическое название, а поэтический образ вольной земли, образное воплощение мечты о ней»[8]. Поэтому не случайно эту счастливую крестьянскую страну русские староверы искали на огромном пространстве – от Алтая до Японии и Тихоокеанских островов и от Монголии до Индии и Афганистана. Первоначально же (во второй половине XVIII века) Беловодьем назывались поселения в двух плодородных долинах Юго-Восточного Алтая – Бухтарминской и Уймонской, куда не достигало «начальство» и попы – гонители староверов, не принявших церковной реформы патриарха Никона. Эта «нейтральная земля» между Российской и Китайской империями была включена в 1791 г. в состав России, и именно тогда, как утверждает Чистов, возникла легенда о Беловодье. Ее распространение тесным образом связано с деятельностью секты «бегунов», или странников, которая является крайним левым ответвлением старообрядчества.

Первые сведения о поисках староверами заповедной страны относятся к 1825–1826 гг., но уже во второй половине XIX столетия (1850–1880 гг.) хождения в Беловодье приобретают массовый характер. Для нас, однако, наибольший интерес представляют сообщения о центральноазиатских маршрутах искателей Беловодья (Монголия – Западный Китай – Тибет), ибо именно там, в самом сердце Азии, по-видимому, и произошла контаминация двух легенд – христианской о Беловодье и буддийской о Шамбале, что впоследствии дало повод некоторым авторам говорить об их едином «корне». В то же время крайне любопытен другой факт – побывавшие в Индии и Тибете искатели Беловодья принесли оттуда в Россию элементы восточных учений (может быть, даже буддийской тантры), которые затем были ассимилированы некоторыми русскими мистическими сектами старообрядческого толка.

В начале XX века среди европейских оккультистов получил распространение еще один миф – о подземной стране Агарти (или Агарта). В 1873 г. французский литератор Луи Жаколлио (Louis Jacolliot) в фантастическом романе «Сын Божий» (Le Fils de Dieu) поведал о том, как индийские брахманы показали ему некоторые древнейшие тексты, в том числе «Книгу исторических Зодиаков», и позволили присутствовать на шиваистской «оргии» в подземном храме, где рассказали историю о стране «Асгарта»[9]. Согласно Жаколлио, «Асгарта» – это доистрический «город Солнца», резиденция главного брахманского жреца Брахматмы, являющегося воплощением Бога на земле. Несколько десятилетий спустя (в 1911 г.) в Париже появилась еще одна удивительная книга на ту же тему – «Миссия Индии в Европе» (Mission de l'Inde en Europe), написанная недавно умершим французским оккультистом А. Сент-Ивом д'Альвейдром. В этом произведении рассказывалось о таинственной подземной стране, скрывающейся где-то в недрах Гималаев, – об Агарте (Agartha), сведения о которой Сент-Ив, как мы узнаем от его биографов, также получил от своих индийских учителей-брахманов. Агарта имеет «синархическую» форму правления, и ее население достигает 20 миллионов человек (!). Здесь надо пояснить – согласно учению Сент-Ива существует два типа организации человеческих сообществ: анархический, господствующий на Земле в течение последних 5 тысяч лет, и предшествовавший ему синархический. Сущность синархического строя (ςυνάρχίά по-гречески означает «совластие») состоит в троичной «социальной» иерархии власти: жречество – посвященные миряне – главы семейств (отцы и матери), соответствующей тройственной природе человека – интеллектуальной, моральной и физической. Такая система управления социумом является воплощением высшего Божественного Промысла, залогом социальной гармонии и справедливости. (В книге об Агарте Сент-Ив называет «синархический закон» одновременно теократическим и демократическим.) Первой синархической державой на земле была созданная около 9 тысяч лет тому назад легендарным Рамой (героем древнеиндийского эпоса «Рамаяна») гигантская универсальная империя Овна (Empire Universel du Belier), с которой, согласно Сент-Иву, начинается неизвестная науке сакральная история человечества.

В этой империи Агарта выполняла роль одного из религиозных центров или «университетов», где хранился высший гносис и совершались инициатические обряды. Приблизительно за 3 тысячи лет до н. э., однако, вследствие раскольнической деятельности принца Иршу, отвергшего божественные принципы, начался распад рамидской империи, и на Земле постепенно воцарилась анархия. Именно поэтому агартийцы «ушли под землю».

Характеризуя «социально устроенное» – синархическое – государство Агарты, Сент-Ив всячески стремился подчеркнуть его отличие от государств анархического типа.

Агарта недоступна для насилия, ей неведомы такие пороки современного общества, как нищенство, проституция, пьянство, антагонизм верхов и низов, деление людей на касты и проч. Управляемая «вождями величайшей духовной силы», она есть «центр посвященных», хранящий в своих недрах «летописи человечества за все время эволюции на Земле в течение 556 веков». Города Агарты, по утверждению Сент-Ива, «размещены чаще всего в подземных постройках» и потому невидимы людям. Там, в чреве земли, надежно упрятаны от взоров и посягательства профанов богатейшие библиотеки агартийцев, содержащие «полное собрание всех искусств и всех древних наук».

То, что подземная страна совершенно изолировалась от наземной цивилизации, Сент-Ив объясняет стремлением ее правителей не допустить, чтобы высокоразвитая наука Агарты стала «орудием борьбы против человечества Антихристу и Анархии подобно тому, как это сделали наши науки»[10].

Любопытно, что Сент-Ив был не только первым западным оккультистом, кто создал «конспирологическую модель истории» (говоря словами А. Дугина), но и приложил немало усилий, чтобы воплотить свои идеалы в жизнь. Он неоднократно обращался c различными воззваниями к «анархическим» правителям мира сего – к английской королеве Виктории, русскому царю Александру III и римскому папе – и создал во Франции организацию с целью пропаганды принципов «социального государства» – Синархии. Организация эта отвергала западный либерализм и капитализм и призывала возвратиться к традиционным культурным ценностям. Руководители ее, однако, скомпрометировали себя в 1930-е годы сотрудничеством с вождями нацистской Германии.

Как бы то ни было, идеи французского мистика оставили заметный след в истории европейского эзотеризма. Особенно привлекательными они оказались для немецких оккультистов, мифотворцев Третьего рейха, которые использовали миф об Агарте (имеющий то ли азиатские, то ли скандинавские корни[11]) и индо-индийский миф о Шамбале для создания собственной конспирологической парадигмы мировой истории. Её смысл можно свести к следующему: 3 или 4 тысячи лет назад в районе нынешней пустыни Гоби обитал народ, обладавший высокоразвитой культурой. Эта культура погибла в результате какой-то катастрофы, и именно тогда древняя гобийская страна превратилась в пустыню. Оставшиеся в живых мигрировали частично в Северную Европу, частично на Кавказ. Народ, вышедший из Земли Гоби, представлял собой «коренную расу» (Grundrasse) человечества – арийскую расу. Руководители погибшей культуры – великие мудрецы, духовные сыны «иного мира» – поселились после катастрофы на огромном высокогорье, «под Гималаями». Там они разделились на две группы – одни пошли «Путем правой руки» (Weg rechter Hand), другие «Путем левой руки» (Weg linker Hand). Центром первых стал Агарти – «неведомый Град, Обитель созерцания, Храм удалившихся от мира»; центром вторых – Шамбала – «Град могущества и власти», повелевающий стихиями и людскими массами[12].

Идейные нити от Сент-Ива д'Альвейдра тянутся, однако, не только в кайзеровскую и затем нацистскую Германию, но и в Россию – как царскую, так и советскую. Русские оккультисты проявляли большой интерес к идеям французского мыслителя-эзотерика и, насколько можно судить, поддерживали с ним связь через его русскую жену графиню М. Келлер и ее сына графа А. Келлера. Благодаря их усилиям в 1915 г. в Петербурге был опубликован русский перевод «Миссии Индии». С учением о синархии, как кажется, имели возможность познакомиться в годы эмиграции в Западной Европе и лидеры русской левой социал-демократии. А. Дугин высказывает любопытное предположение – о заимствовании большевиками у Сент-Ива термина «Советы» (le Conseil), входящего в название трех высших институтов власти в Империи Рама[13]. (Уже в наше время другой его ключевой термин – «Социальное государство» (l'Etat Social) – неожиданно появился в новой Конституции Российской Федерации (ст. 7), хотя в этом случае, конечно же, едва ли можно говорить о каком-либо сознательном заимствовании.)

После Октябрьской революции главным проводником идей Сент-Ива в советской России – в Петрограде и Москве – выступил литератор, ученый и эзотерик А. В. Барченко, герой этой книги. Правда, он сделал одну важную подмену в д'альвейдровской концепции социального государства, заменив термин «синархический» на «коммунистический». Это позволило ему утверждать, что коммунистическое общество существовало на земле в доисторическую эпоху и остатки его высокоразвитой науки до сих пор сохраняются в тайных братствах Агарты-Шамбалы – на стыке Афганистана, Тибета и Индии. Барченко как ученого более всего привлекала возможность вступить в контакт с этими братствами, чтобы изучить методы универсальной науки древних, которую он называл тибетским словом «дюнхор». Эта наука, полагал он, может дать человечеству – прежде всего России – ключ к решению социальных и экономических проблем, в частности, поможет овладеть неизвестными дотоле источниками мощных психических и космических энергий. Поисками следов «доисторической культуры» ученый интенсивно занимался в 1920-е годы на Кольском полуострове, на Алтае и в Крыму; в те же годы он также пытался организовать научные экспедиции в Афганистан и Тибет.

Еще более фантастические планы строил в те же годы наиболее известный из русских искателей Шамбалы, эмигрировавший в США в годы революции художник и теософ Николай Рерих. В начале 1920-х под влиянием «посланий» неких таинственных гималайских учителей – «махатм», которые получала его жена Е. И. Рерих (во время спиритических сеансов и в состоянии каких-то особых припадков – «приступов огней»), Н. К. Рерих совершенно уверовал в свою избранность, свою историческую миссию – в то, что он призван «свыше» стать освободителем и объединителем азиатских народов и ускорить приближение священной войны Шамбалы. Встречавшийся с Рерихом в Пекине накануне его тибетской экспедиции сотрудник советского полпредства и одновременно резидент ОГПУ Б. И. Панкратов вспоминал позднее: «Художник хотел въехать в Тибет как 25-й князь Шамбалы, о котором говорили, что он придет с севера, принесет спасение всему миру и станет царем света. Носил он по этому случаю парадное ламское одеяние»[14]. В эти же годы Рерих замышляет создать в центре азиатского материка – с помощью американского капитала и под советским покровительством – большое монголо-сибирское государство, «Новую Страну»[15]. Эта страна должна была стать оплотом обновленного буддо-коммунистического миропорядка в Азии, местом пришествия Будущего Будды, Майтреи, иначе говоря – материализовавшейся на земле Северной «Красной Шамбалой».