Ганеша и его культ: происхождение, иконография, мифология
- -
- 100%
- +
Согласно А. Кумарасвами, раньше якши нередко изображались с ушами слона, а слоны в древней космологии были связаны с водой (Coomaraswamy, 1931: 32). Есть мнение, что прототипом иконографического образа Ганеши мог послужить слоноволикий якша из Амаравати. Похоже, первым, кто обратил на это внимание, был именно А. Кумарасвами. Его предположение приняли и другие специалисты. Дж. Банерджи соглашается с А. Кумарасвами относительно того, что образ Ганеши – это тип якши, указывая при этом на связь иконографического образа Ганеши также с типом нага, отмечая, что нага (nāga) имеет значение не только «змея», но и «слон» (Banerjea, 1956: 356).
Во второй части своего исследования, посвященного якшам, А. Кумарасвами говорит, что якши связаны с водой через миф о сотворении мира, где творение начинается с возлежащего на воде первочеловека. Из его пупка возвышается дерево, из которого все происходит. Этот изначальный человек описывается как якша (Coomaraswamy, 1971: 25–26). Кроме того, на раннем этапе своего существования якши были связаны с водой через культ плодородия. Символика воды позже перешла к Кубере (Bermijn, 1999: 71).
О связи якшей с плодородием свидетельствует тот факт, что им наряду с нагами предлагали лотосы (Gupta, 2001: xviii). Также у Куберы в руках часто можно встретить лотос и раковину, а у многих якшей ваханой является макара. Изображение якши с лотосом в руке встречается и в буддизме. Например, в Санчи, где якша изображен в качестве дварапалы. Естественно, что якши, воплощающие идею плодородия, оказались связанными с дождем и с ростом растений. С якшами связана и идея митхуны – символа, имеющим прямое отношение к культу плодородия – пары в древнем искусстве часто изображались в виде якши и якшини (Coomaraswamy, 1931: 23, 30). Эротические мотивы в качестве украшений храма характерны как для древней и средневековой Индии, так и для современной. Они воплощают архаическое представление о том, что подобные сюжеты обеспечивают процветание данного места.
Функции Ганеши сходны с функциями Куберы, который является богом богатства и царем якшей, о чем говорят некоторые его эпитеты: Якшеша, Якшараджа, Якшендра (Banerjea, 1956: 337). Кроме того, он часто изображается в виде толстого карлика с короткими конечностями, хотя иногда встречаются изображения Куберы в виде стройного высокого мужчины, как это можно видеть на ступе из Бхархута (Rao, 1991: 146 [yaksha]). В Раджастхане, в джайнском храме Махавиры, Ганеша соседствует рядом с Куберой (Tiwari, Giri, 1991: 103).
Одним из многочисленных эпитетов Куберы является Дханада – Дающий богатство, что особенно сближает его с Ганешей. С богатством связана и Лакшми – богиня удачи и процветания. На одной из матхурских скульптур богиня Лакшми изображена вместе с Ганешей и Куберой. (Dhavalikar, 1991, с. 58). «Махабхарата» (Сабхапарва, 10:19) говорит о том, что Лакшми живет во дворце Куберы. А в «Рамаяне» (5: 6: 14) Лакшми сидит на колеснице Куберы (Bermijn, 1999: 71). «Нарада-пурана» называет Лакшми женой Куберы. На ступе в Бхархуте, относящейся ко II веку до н. э., Лакшми упоминается вместе с Куберой и называется якши (Bermijn, 1999: 74). На некоторых изображениях гуптского времени Ганеша находится в одной компании с Куберой и Лакшми (Bermijn, 1999: 75). Все это свидетельствует о существовании определенной связи между тремя божествами – Ганешей, Куберой и Лакшми, образующими треугольник. Есть еще и надпись из района Джайпура, относящаяся к 822 году, где тоже упоминаются вместе трое божеств – правда, наряду с Ганешей и Куберой вместо Лакшми здесь фигурирует Чандика (Ghurye, 1962: 72).
Мотив Гаджа-Лакшми появляется примерно с I века до н. э. – I века н. э. Причем, эти изображения встречаются преимущественно в буддийских местах, таких как Бхархут и Санчи. В буддизме Гаджа-Лакшми считается женой Куберы и таким образом оказывается связанной с богатством (Kumar, 2012–2013: 66). Изображения Гаджа-Лакшми были обнаружены на территории Джуннара в Махараштре – в Надсуре, Питалкхоре и Бхутлинге, в буддийских (хинаяна) пещерных храмах (Kumar, 2012–2013: 67). Джайны тоже поклонялись Лакшми, как и представители различных течений индуизма. В конце I тысячелетия до н. э. эта богиня богатства оказалась связана с торговлей, о чем свидетельствуют монеты, относящиеся ко II веку до н. э. На них она изображена с цветком лотоса в руке, а на оборотной стороне изображены слоны (Bermijn, 1999: 73). В Бхутлинге есть довольно любопытная композиция, где рядом с Гаджа-Лакшми изображены якши и якшини. Сама композиция создана в виде полукруга из семи лепестков, и в каждом лепестке изображена какая-либо фигура. В центральном верхнем лепестке – Гаджа-Лакшми, с обеих сторон от нее – по слону, а в остальных лепестках – якши (Kumar, 2012–2013: 69).
Как и Ганеша, Кубера является одним из дикпалов, выполняя функцию стража и охраняя северное направление [36]. Свиту Куберы составляют гухьяки, киннары, гандхарвы, апсары. Он, как и Ганеша, близок к Шиве, у обоих почитатели просят богатства, материальных благ, успеха, удачи. Кроме того, в «Вишнудхармоттара-пуране» говорится, что женой Куберы является Риддхи – персонификация процветания. В иконографии она изображается сидящей на его левом колене (Banerjea, 1956: 339). Но Риддхи считается также женой Ганеши. Но несмотря на наличие общих черт, у Ганеши и Куберы имеются принципиальные отличия. Ганеша – сын Шивы, а Кубера – почитатель Шивы; Ганеша – повелитель ганов, а Кубера – один из ганов.
Гаджа-Лакшми (Бронза, XX в.)
Якши могут быть изображены стоящими на слоне (Gonda, 1965: 86). Как сообщает текст «Рупамандана»[37], ваханой Куберы является слон (Rao, 1916: 537). Хотя обычно ваханой Куберы считается человек (нара-вахана). В данном случает речь, скорее всего, идет о культе хранителей сторон света – локапалах [38]. У каждого из них имеется свой слон (диггаджа, дигнага, диннага), который тоже называется локапала. В буддизме хранители сторон света называются четырьмя великими царями, среди которых числится и якша Кубера, отвечающий, как было сказано выше, за северное направление. Данный культ был широко известен не только в индуизме, но и в буддизме, и был распространен как на территории Индии, так и в местах, располагавшихся на Великом шелковом пути, к примеру, в Хотане (Coomaraswamy, 2001: 7). Важные места почитания Ганеши в Колабском районе (штат Махараштра) расположены вдоль древних караванных путей, что свидетельствует об изначальной связи культа Ганеши с культом якш (Глушкова, 1999: 290).
Обнаруженные археологами три изображения якши с головой слона из Матхуры, датируемые периодом с I по III век н. э., свидетельствуют о существовании в самом начале нашей эры некоего божества с головой слона. Кроме того, известно, что ко II веку н. э. существовал образ якши с головой слона. Тем не менее, нет никаких данных, позволяющих с уверенностью сказать, что это и есть Ганеша. Можно с уверенностью говорить лишь о том, что концепция якши сыграла важную роль в развитии индийской мифологии и оказала исключительное влияние на формирование культа Ганеши.
Глава 5
Теории происхождения образа и культа Ганеши
Необычная внешность Ганеши вызывает интерес у многих индологов, пытающихся выяснить происхождение культа этого божества и проследить его развитие. Образ Ганеши хранит в себе следы ведийской мифологии и древнейших культов, существовавших некогда на территории Индостана и за его пределами. Любопытную интерпретацию имени Ганапати и версию происхождения культа Ганеши предлагает С. М. Майкл. Исходя из значений двух слов, составляющих имя (gaṇa и pati), получаем значение «вождь племени», или «лидер подданных». Брахманаспати и Индра не могли быть племенными вождями, следовательно, являлись главными божествами некоторых арийских племен в соответствующие периоды их истории. Иными словами, они были божествами-покровителями существовавших тогда племенных вождей, и по этой причине жрецы-поэты восхваляли Брахманаспати и Индру – именно как богов-покровителей своих вождей.
Жрец и царь – главные действующие лица в процессе создании гимнов «Ригведы», а прославляемые ими боги – их покровители. С этой точки зрения Брахманаспати-Ганапати, как о нем говорится во второй мандале, был главным божеством одного из множества арийских народов. Позже лидирующие позиции занял бог-воин Индра. Это означает, что вожди племен, у которых Брахманаспати был божеством-покровителем, были побеждены племенами, которые поклонялись Индре. По-видимому, именно в этом кроется причина того, что в десятой мандале Индру называют именем Ганапати. Единственной причиной того, что одно божество уступает свои позиции в качестве главного бога другому, С. М. Майкл считает победу одного народа над другим, когда божество победившего народа возвышается, а божество побежденного народа дискредитируется. Действительно, многие гимны «Ригведы» упоминают о сражениях арийских народов друг с другом и с неарийскими народами, автохтонными. У каждого народа и его вождя был свой бог, которому они молились о победе.
Помимо «Ригведы» имя Ганапати встречается в других текстах, где говорится не об одном Ганапати, а о многих («Ваджасанейи-самхита», «Манавагрихьясутра», «Яджнявалкья», «Махабхарата»). Причем о ганешварах и винаяках говорится во множественном числе и как о существах, которые вызывали только страх и неприятие. Откуда же такой контраст по сравнению с «Ригведой»? С. М. Майкл видит причину в том, что народы, почитавшие Индру и прежде одерживавшие победы, постепенно начинают терпеть поражения и восприниматься как нарушители покоя. Соответственно, и статус Ганапати существенно понизился (Michael, 1983: 105). И действительно, со временем положение ведийских богов изменилось, они начинают сходить со сцены. Давно забыты такие ведийские божества как Бхага, Пушан, Мартанда, Синивали, да и Индра существенно понизился в должности и превратился в локапалу.
Итак, согласно С. М. Майклу, почитатели Ганапати, как и само божество, со временем лишились своего высокого статуса. Поэтому Ману говорит, что совершающие гана-яджню должны быть исключены из похоронных ритуалов, а комментатор Говиндараджа уточняет, что речь в данном случае идет о ганапатьях, почитающих Ганешу – божество шудр (Michael, 1983: 107). Но в пуранах Ганапати – это уже совершенно иной образ, который составляет прямую противоположность Ганапати грихьясутр и Ганапати Ману. Это не только Вигхнараджа, устраняющий любые препятствия, но и сам Брахман – Абсолют.
Что случилось с прежним Ганапати? С. М. Майкл полагает, что почитатели целенаправленно повышали статус своего божества, создавая соответствующие тексты. Примером может служить Ганеша-стотра из «Нарада-пураны», которая завершается такими замечательными словами: «Тот, кто скопирует это (стотру) в восьми экземплярах и распространит копии среди восьми брахманов, обязательно достигнет быстрого успеха в обучении, и это благодаря милости Ганеши» (Д. Чаттопадхьяя, 1959: 135; Michael, 1983: 109). А чтобы продемонстрировать мудрость Ганеши, была создана «Ганеша-гита», где Ганеша обсуждает философские темы.
Возможно, С. М. Майкл и прав, но одних лишь усилий авторов, создавших несколько религиозных текстов, явно недостаточно для того, чтобы сделать свое божество значимым для всех направлений индуизма. Что касается слоновьих черт Ганеши, то, по мнению С. М. Майкла, они появились под влиянием культа винаяков, которые имели внешность различных животных. У одних были черты быка, у других – змеи, и можно предположить, что у того, который превратился в Ганешу, – были черты слона (Michael, 1983: 112).
Некоторые специалисты указывают на дравидийское происхождение Ганеши и говорят о нем как о солнечном божестве, восседающем на мыши, которая в древней мифологии символизировала ночь (Michael, 1983: 96; Hazra, 1985: 241). Палакапья, автор текста «Хастьяюрведа», объясняет, что слоны были созданы из того самого космического яйца, из которого появилось солнце [39]. По этой причине слоны являются его внутриутробными братьями и, следовательно, называются mātangajāh (Sathe, 2016: 312). Так устанавливается связь слона с солнцем, символом которого он является (Verman, 2016: 400). В группу из 56 Винаяков Каши входит Арка-Винаяка, или Солнечный Винаяка (arka означает «солнце» или «луч света»), который связан с поклонением солнцу, и «Каши-кханда» утверждает, что если ему совершать поклонение по воскресеньям, то исчезнут все страдания.
Другие специалисты выводят культ Ганеши от древнего божества, отвечающего за обильный урожай и плодородие. Да и упитанный живот Ганеши указывает на идею достатка, изобилия и плодородия. Впрочем, как и другие элементы его иконографии. Например, змея (сбрасывающая старую и наращивающая новую кожу), трава (быстро прорастающая после срывания), мышь (очень быстро размножающаяся) или всегда наполненный модаками горшочек.
Согласно тексту «Дхату-патха» (17.25), слово mūṣa происходит от корня muṣ, означающего «воровать»[40]. Существует даже любопытная теория, согласно которой Ганеша изначально именовался Мушак-вахан, то есть «Наездник на крысе», где слово «мушак» означает «вор» (Michael, 1983: 92). Таким образом, название «Мушак-вахан» подразумевает, что Ганеша подчинил своей воле полевых воришек-грызунов. С точки зрения иконографии такая трактовка вполне возможна. Ведь существуют же, например, изображения Кришны, танцующего на змее Калии, над которым он одержал победу. Известно, что крысы опустошают поля, а хороший урожай невозможен без контроля над грызунами.
С сельскохозяйственной сферой Ганешу может связывать эпитет Шурпакарна – Имеющий уши в виде корзинки-веялки, а также эпитет Экаданта – Однобивневый. При этом бивень, по мнению преверженцев данной теории, символизирует лемех плуга. Так Ганеша связывается с древним божеством урожая, главным инструментом-символом которого могла быть часть плуга, со временем превратившаяся в бивень (Karmarkar, 1950: 137). И поскольку для сбора урожая необходима как веялка, так и плуг, то именно через эту символику Ганешу привязывают к сельскохозяйственной сфере и урожаю.
Иногда слоновья внешность Ганеши объясняется весьма оригинально. Человеческое тело с головой слона – это якобы внешний вид крестьянина, несущего на голове связку кукурузы с покачивающимися стеблями и листьями в нижней части связки. А если к этому образу добавить две веялки и плуг, то получается образ слона (Michael, 1983: 98). Конечно же, такое объяснение вызывает справедливую критику специалистов и улыбку.
Тем не менее, имеется немало данных, которые действительно могут свидетельствовать в пользу «урожайной теории». В некоторых частях Махараштры (Ратнагири) на 5-й день месяца бхадрапада отмечается особый праздник в честь мушики, который называется Ундир Би, то есть Второй день мыши/крысы. В этот день пищу предлагают изображению мушики, которой поклоняются наряду с Ганешей. На следующий день подносы с предложенной грызуну пищей относят в поле и там оставляют. Считается, что после этого полевые мыши будут удовлетворены и не повредят посевы (Michael, 1983: 94). Кроме того, мышь/крыса – животное, которое очень быстро размножается, и можно предположить, что по этой причине могла стать символом плодородия и производительной силы.
Еще один интересный обычай. Кусок глины или горсть песка, взятого из пруда, в который погружали изображение Ганеши во время праздника, приносят домой и совершают с ним специальный обряд, помещая принесенную землю в амбар или бочки с зерном. Считается, что присутствие этой глины или песка предотвратит съедание зерна голодными крысами. А в некоторых общинах вода, в которую была погружена статуя Ганеши, отводится на поля, и как только вода достигнет поля, ожидается дождь. В некоторых частях Индии на куче зерна или на земле для сохранения урожая рисуют специальные знаки, в том числе и символы Ганеши. А последний срезанный сноп, который на языке каннада называется холигатту (holigattu) или бенаппу (benappu), тоже связан с Ганешей, ибо Бенаппу является одним из эпитетов Ганеши.
Ганеша является божеством, которому поклоняются на свадьбе молодожены, – в виде ореха бетеля, расположенного на зерне. После необходимых ритуальных действий орех и зерно завязывают в края одежды (Michael, 1983: 93–95). И любимая сладость Ганеши – модака, которую принято предлагать божеству, тоже ассоциируется с урожаем, поскольку в состав модаки входит рисовая мука, сахар-сырец и мякоть кокоса, то есть продукты, связанные с урожаем. Да и главный праздник в честь Ганеши (Ганеша-чатуртхи) приходится на время перед сбором осеннего урожая.
Как видим, все вышеперечисленные действия так или иначе связаны с зерном. Причем все они обставлены вокруг своеобразного треугольника, включающего Ганешу, мышь и зерно. Конечно, у данной теории есть свои слабые стороны, и одной из таких слабых сторон является отсутствие серьезной аргументации, объясняющей наличие у Ганеши головы слона. Впрочем, ни одну из выше перечисленных теорий нельзя считать удовлетворительной, так как все они оставляют в стороне многие вопросы, особенно те, которые связаны с пураническим преображением Ганеши.
Развитие культа Ганеши демонстрирует постепенную трансформацию архаических сюжетов и образов, в том числе ведийских, превращая это многообразие в знакомый нам образ божества с головой слона. Очевидно, что на происхождение данного культа одновременно оказывали влияние многие древние культы – как местные, так и пришлые. И под влиянием историко-экономического развития общества, его идеологических воззрений и социального уклада на протяжении многих веков происходило преобразование древнейшего мифологического материала, позже нашедшего свое отражение в пураническом индуизме.
На сегодняшний день в распоряжении ученых еще не достаточно данных, чтобы окончательно установить историческое происхождение Ганеши. Наверное, с большой долей вероятности можно лишь говорить об автохтонном и неведийском его происхождении. И, возможно, когда-нибудь кто-то сможет дать окончательный ответ на вопрос, как мрачный Винаяка превратился в доброго и веселого Ганешу. История возвышения этого божества еще ждет своего исследователя.
Ганеша с тремя из семи Матерей-богинь (Каменный барельеф, Индия, IX в. Денверский художественный музей)
Глава 6
Рождение Бога
Наряду с Картикеей, Хануманом и Кришной Ганеша принадлежит ко второму поколению богов – тех богов, у которых есть история детства. И, конечно же, у них есть история рождения. Известно, что Ганеша появился в семье Шивы и Парвати – в мифологии и иконографии он неизменно располагается в мире этой божественной пары. Поскольку он связан с шиваизмом, то вполне закономерно, что большинство мифологических историй о Ганеше встречаются именно в шиваитской традиции. В пуранах и агамах содержится множество историй, рассказывающих о рождении Ганеши, и весь этот материал отличается чрезвычайной вариативностью и необычайным многообразием. В одних версиях его происхождение связывается только с Парвати, в других – только с Шивой, в третьих к рождению Ганеши оказываются причастны оба супруга, в четвертых говорится, что Ганеша появился на свет без какого-либо участия своих родителей и, по большому счету, имеет независимое происхождение. Такую вариативность объясняет «Шива-пурана» (Рудра-самхита): в разные эпохи и рождение Ганеши разное (Картикея-кханда, 13. 5). Причем часто делается акцент на том, что Парвати не вынашивала сама своих детей. Ганеша, как и остальные дети божественной четы, появился и созревал не внутри материнского тела (ayonija)[41].
Рассмотрим основные версии создания и появления на свет Ганеши. И начнем мы с версии, согласно которой своим рождением Ганеша обязан матери. Именно она явилась инициатором его создания. При этом обратим внимание на два ключевых момента: на причину, по которой был создан Ганеша, и на загадочную субстанцию, из которой он был сотворен.
Итак, причина. В мифологических историях содержится два основных объяснения появления Ганеши. Первое: Парвати хотела стать матерью, реализовать себя как мать, желала получить опыт материнства. Второе: Парвати хотела иметь кого-то, кто бы охранял ее личное пространство.
«Брихаддхарма-пурана» (2. 60. 10–14) говорит, что на желание Парвати иметь сына Шива ответил отказом. Он напомнил ей, что не является домохозяином, что это боги были заинтересованы в его браке. Женщина нужна, прежде всего, домохозяину, а для того, кто не подвержен страсти, женщина является помехой. Сына может желать лишь тот, кто опутан сетями желаний. Сын нужен тому, у кого есть имущество, чтобы передать его по наследству. Лишь для домохозяина сын является источником комфорта и наслаждения своим отцовством, чтобы обеспечить все посмертные ритуалы и жертвы предкам для их лучшего перерождения [42]. А Шива не нуждается как в сыновьях, так и в роли отца. Шива – бессмертен, ему не нужны похоронные и посмертные ритуалы. Он объяснил Парвати, что сын ему ни к чему и предложил просто наслаждаться обществом друг друга, не обзаводясь потомством (Courtright, 1985: 42).
Но если Шива – самодостаточный Пуруша, то Парвати – Мать Мира, и ей нужны дети. Как же можно быть матерью, не имея сыновей? Согласно «Сканда-пуране» (Махешваракханда, II. 27. 45–51), ее желание иметь сына было настолько велико, что она готова была даже усыновить ребенка.
Текст содержит эпизод, в котором описано знакомство Парвати с одним из любимейших ганов Шивы по имени Вирака. Это был красивый и умный юноша, который выполнял у Шивы роль стража. Когда Парвати увидела его, то выразила страстное желание иметь точно такого же сына, на что Шива ответил, что незачем создавать еще одного такого же юношу. И подарил богине в качестве сына самого Вираку. Парвати души в нем не чаяла, она всячески украшала его и ласкала, изливая на Вираку свои материнские чувства.
Итак, согласно этой версии, первым ребенком Парвати был один из ганов Шивы по имени Вирака. А «Брихаддхарма-пурана» (2. 60. 15–18) продолжает рассказывать, как Парвати уговаривала своего божественного супруга: «Как только ты зачнешь мне сына, то сразу же сможешь вернуться к своей йоге, Господин. Воспитанием сына буду заниматься я, а ты будешь заниматься йогой. Я так жажду поцелуя ребенка. И раз ты сделал меня своей женой, то должен удовлетворить мое желание иметь сына. Твой сын не будет желать брака, и если ты не хочешь, то у тебя не будет никаких внуков, никакого потомства» (Courtright, 1985: 45). Но поскольку Шива отказался оплодотворить Парвати, она решила создать ребенка самостоятельно. А он ушел, чтобы спокойно медитировать.
То есть, согласно «Сканда-пуране» и «Брихаддхарма-пуране», для Парвати отсутствие ребенка действительно являлось серьезной проблемой, которую она пыталась по-разному решить. Если уж не с помощью мужа, то хотя бы самостоятельно.
А вот что рассказывает «Шива-пурана» (Кумара-кханда: 13. 15–26). Однажды Шива без предупреждения вошел в комнату для омовений, где находилась в тот момент Парвати, и этим поставил ее в неловкое положение. Она хотела побыть одна. Это было явно неподходящее время для посещения, даже если посетителем был любимый муж. После этого инцидента богиня всерьез задумалась о том, чтобы у нее был кто-то, кто бы верно и преданно служил ей. Подумывая об этом, она счищала грязь со своего тела, из которой и появился красивый юноша. Парвати благословила его и одарила драгоценностями. Как только прекрасный юноша Ганеша увидел богиню, то сразу же спросил о том, каким будет ее приказ. Она ответила, что с этого момента он должен будет охранять ее покои. «О дорогой, послушай, что я скажу. Отныне ты будешь моим стражем. Ты – мой сын. Мой собственный сын. Больше нет никого, кто принадлежал бы только мне. Дорогой, без моего разрешения никто и ни при каких обстоятельствах не должен входить в мои покои».
Таким образом, имеются две главные причины рождения Ганеши – страстное желание Парвати стать матерью и защита ею своего личного пространства. И по некоторым версиям Парвати создала своего сына одна, без участия Шивы. Творила его из своего собственного материала, из субстанции, которая была чем-то внешним, непостоянным и даже нечистым по отношению к ее божественному телу. Идея этого внешнего слоя передается в мифах по-разному.
Обычно в историях о создании Ганеши рассказывается об использовании субстанций, которые обозначаются в основном терминами mala и lepa. Первый означает грязь, в том числе выделения человеческого тела. Но у него есть и другое значение. Например, в философии пашупатов mala означает первобытную тьму. Также термин может пониматься как синоним авидьи и связывается с космологическим принципом пракрити, и в конечном итоге – с Парвати. А слово lepa означает грязь или остаток, и происходит от санскритского корня lip – «мазать». В контексте брахманического ритуала lepa означает прилипшие к рукам остатки или частички, оставшиеся на руках после подношения в ритуале поминовения предков (sapiṇḍīkaraṇa) по отцовской линии (отца, деда и прадеда), в ходе которого формируются «тела» в виде рисовых шариков [43]. Кроме того, термин lepa встречается в текстах по архитектуре, химии и алхимии в значении клея или связующей субстанции.