- -
- 100%
- +
Энциклопедии, в том числе и самые авторитетные, утверждают, что драконы – это мифические существа. И это в нашем двадцать первом веке! Хорошо хоть, уже мало кто сомневается, что они жили в далёком прошлом. Наряду с динозаврами, саблезубыми тиграми, единорогами и прочими представителями древней фауны. И если сейчас никому не посчастливилось увидеть дракона, то это вовсе не повод заявлять, что их нет. Или, что они не жили давно-давно. Действительно, ни одному археологу пока не удалось найти скелет дракона (вот нашли бы такой, произошел бы переворот в науке). Но, однако, и ни один серьезный учёный не возьмёт на себя ответственность утверждать, что драконов нет и никогда не было. И правильно. Потому что скелетов нет, а рассказы очевидцев есть.
И мне довелось один такой услышать, и в его достоверности у меня нет ни малейших сомнений. Рассказала мне его моя добрая приятельница Аленка, девяти лет от роду. Скажете – ребенок. Как можно верить ее сказкам? А зря! Известно же, что детям, как и животным, дано видеть и понимать гораздо больше, чем мы в нашем взрослом высокомерии полагаем.
И вот с разрешения моей приятельницы в слегка отредактированном виде публикую эту удивительную историю, имеющую, несомненно, огромное значение для науки.
По просьбе автора, все изложено в третьем лице.
Аленка сидела в своей комнате. Расположение духа – не самое весёлое. И было от чего. С родителями возникло не просто разногласие, а, скажем прямо, непримиримое противоречие. Разумеется, из-за собаки (история, как понимает мой читатель, стара как мир). Аленка давно мечтала о собаке, и родители уже почти согласились. Но обставили это всевозможными условиями. А на самом деле, как теперь понимает Аленка, искали, за что бы зацепиться и заявить: условие не выполнено, собаки не будет.
И такой случай не замедлил произойти. На уроке рисования учительница повесила огромную и очень скучную фотографию: вывешенные для просушки красивые салфеточки, которые отбрасывали тень на безликую серую стену.
“Сегодня, дети, мы изучаем теплые и холодные тона!” – с энтузиазмом возвестила она.
Аленка оглядела фото. С холодными тонами все было понятно – тени и стена. Но где же теплые? Может, эти чахлые розочки на салфетках? Рисовать это ей не хотелось, и она решила, что большой беды не будет, если на рисунке повесит сушиться что-нибудь поцветастее, день сделает посолнечнее, да и вообще перенесет все это действо в другое место – поинтереснее. Например, в итальянский дворик с разноцветными и, как положено, слегка обшарпанными домиками.
Но учительница такой творческий подход не разделила. А когда Аленка заявила, что переделывать рисунок не будет, позвонила родителям. И вот теперь, непокорный и недооценённый художник расплачивался за смелость в творчестве (в истории живописи это, как хорошо известно дорогому читателю, далеко не первый случай). Мало того, что никакой собаки не будет, так ещё и все праздники придется сидеть дома. С тетей. А родители уехали кататься на лыжах.
С тетей так с тетей. Она особенно к Алёнке не приставала, только следила, чтоб та ела суп-второе-компот/кисель и вовремя ложилась спать. Все терпимо, но ужасно скучно.
Аленка подошла к балконной двери. Балкончик был совсем крохотным. Одно название, что балкон. Она рассеянно уставилась в темноту за стеклом, где в бесконечном танце кружились снежинки, и уже подумала, что ей суждено так просидеть все праздники. Может быть так бы и произошло, если бы в этот момент в круговерти снежинок не промелькнула тень. Это было столь неожиданно и стремительно! Аленка приоткрыла дверь, чтобы рассмотреть, что там, в темноте. Из снежных вихрей на нее взглянули страшная чешуйчатая морда со светящимися глазами.
Аленка ойкнула и отпрянула вглубь комнаты. Она хотела бы позвать маму и вместе ещё раз подойти и посмотреть. Но мамы не было, а позвать тетю – даже в голову не пришло. Она отдышалась, посчитала до десяти и подошла к балкону. Почему-то на цыпочках. Никто в комнату не заглядывал. Значит, померещилось. Она перевела взгляд на край балкона. На перилах кто-то сидел. Аленка вздрогнула. И стала вглядываться, пытаясь сквозь падающий снег рассмотреть, кто же это. На перилах сидел… дракон. И выглядел он совсем не страшным, а замёрзшим и печальным.
Каково это, торчать одному под снегом, Аленка знала очень хорошо. Прошлой зимой мама отвела ее на детский праздник. Все было замечательно. Но когда праздник закончился, и всех детей разобрали их родители, за Аленкой никто не приехал. Она стояла во дворике, вглядываясь в каждую проезжающую машину. Ее звали зайти обратно в фойе, но она не соглашалась. Вдруг мама забыла, в каком доме праздник, и проедет мимо. Нет уж, лучше она будет стоять снаружи, чтоб ее наверняка увидели. А снег все шел и шел. На шапке Аленки был уже целый сугробчик, когда мама наконец приехала. Оказалось, что из-за аварии образовалась большая “пробка”, и мама, переживая за Алёнку, в надежде миновать затор съехала в ближайший переулок. Но таких желающих было много, и в результате выбраться из сети незнакомых закоулков оказалось не просто. Все это Аленка вспомнила, глядя на понурого дракона. Он вовсе не казался злобным и агрессивным, наоборот, в его глазах она уловила настороженность и надежду. Она часто видела такой взгляд у уличных собак, когда разворачивала принесенную для них еду. “Нет щенка, так будет дракон!”– подумала Аленка и широко распахнула балконную дверь.
“ Иди сюда! Ты, наверное, замёрз.”
Дракончик вздрогнул от такой неожиданности. Он неуверенно посмотрел на девочку, потом оглянулся назад, чтобы удостовериться, что приглашают именно его, а не кого-то неизвестного за его спиной, и слез с перил.
“Спасибо”.
Это был очень вежливый дракончик. Он постучал лапой об лапу, чтобы отряхнуть снег, и вошёл в комнату.
“Апалала”, – представился дракончик, учтиво шаркнув лапой и слегка поклонившись.
“Аленка”.
Девочка протянула руку. Ледяная (ещё бы – столько времени на морозе проторчать!) огромная лапа бережно пожала Аленкины пальчики.
“Какое у тебя красивое имя”.
Девочка хотела быть как можно более гостеприимной и вежливой. Не каждый же день драконы в гости залетают! Апалала смутился.
“Мама так назвала меня в честь легендарного дракона, могучего повелителя бурь и наводнений. Она хочет меня тоже чему-то такому научить”.
Учтивость Апалалы не могла не расположить. Девочка улыбнулась и, как взрослая, предложила (точь в точь, как мама. По крайней мере, так Алёнке казалось): “Может быть, чаю?”
Дракончик благодарно кивнул, и Аленка отправилась ставить чайник. Тетя, слава Богу, была погружена в страсти очередного телесериала и, не отрываясь от экрана, что-то пробубнила типа: “Пора тебе уже спать ложиться”. “Да, да, конечно”, – с готовностью ответила Аленка и, прихватив пару кусков пирога и кружку горячего чая, скрылась в своей комнате. Вскоре Апалала сладко спал на диванчике.
“Интересно, чистят ли драконы зубы по утрам?” – засыпая, подумала Аленка.
Однако утром ее это уже не интересовало: она проснулась от оглушительного “апчхи”. Апалала чихнул ещё пару раз и смущённо посмотрел на девочку.
“Извини, наверное, это аллергия”.
Но нет, это была не аллергия. Дракончик утратил свой задорный разноцветный окрас, он был багровым, а глаза воспаленно-красными. Вчерашние полеты в снегопаде не прошли безнаказанно: у него явно поднялась температура. Аленка знала, что даже, если поставить градусник, то понять, на сколько она поднялась, будет невозможно. Как она читала в толстой книге про мифологических животных (хотя какой же Апалала мифологический? Очень даже реальный), нормальная температура драконов в зависимости от вида варьируется от 25 до 47 градусов. Спрашивать Апалалу, к какому виду он принадлежит, было бы ужасно невоспитанно. А давать жаропонижающее Аленка не решилась. Конечно, Апалала был очень вежлив и говорил как человек, но всё-таки он не человек. Не всем живым существам (или, как говорила бабушка, созданиям божьим) можно давать жаропонижающие. Например, собакам и кошкам нельзя ни в коем случае. Для них есть специальные. Это Аленка знала точно.
“Апалала, у тебя, наверное, и раньше иногда поднималась температура?” – осторожно начала Аленка.
“Да, бывало”, – уныло согласился Апалала.
“И что же делала в этих случаях твоя мама?”
С чего она стала спрашивать про маму? Но ведь мама есть у всех.
“Мама заставляла меня летать”.
“??”
“Потому что, когда летаю, трачу много энергии, и температура падает. Мне действительно становилось лучше. Но летать нужно долго”, – пояснил Апалала.
“Ну так полетели!”– обрадовалась Аленка.
Апалала внимательно посмотрел на девочку своими воспаленными глазами.
“Ты быстро замёрзнешь на высоте даже в теплой куртке”.
“Ты не хочешь, чтоб я полетела с тобой?”
“Нет, что ты! Вдвоем, конечно, лучше!”
“Мы можем полететь туда, где наверняка тепло. Например, в Африку”.
“Я никогда не летал в Африку. Но можно попробовать.”
Апалала сильно закашлялся, и Аленка поняла, что отправляться в оздоравливающий полет нужно как можно скорее. Но как же быть с тетей? Сказать, что болит голова и не выходить к завтраку? Кажется, именно так поступали все барышни в романах, когда хотели сбежать. Нет, не выйдет. Тетя поднимет переполох, будет совать таблетки и звонить родителям.
В дверь постучали. Аленка даже подпрыгнула от неожиданности.
“Алена, ты уже проснулась? Выходи скорее, покормлю тебя завтраком и покажу, что на обед и ужин. Будешь самостоятельной. Мне нужно срочно съездить к моей маме. Она еле говорит по телефону. Температура очень высокая”.
“Да что вы!” – воскликнула Аленка, еле скрывая ликование.
Разумеется, не по поводу болезни престарелой дамы. Но отъезд тети – это так замечательно и так удачно!
“Конечно, конечно поезжайте скорее. Пусть она выздоравливает! Не волнуйтесь, со мной все будет в порядке”.
“Дверь никому не открывай. Ешь как следует. Если что – сразу звони!”
Последние слова были произнесены уже под звук удаляющихся шагов. Входная дверь хлопнула. Все стихло. Аленка повернулась к дракончику.
“Можем лететь!”
Она тут же представила, как Апалала мощными взмахами набирает высоту, она ловко восседает на его спине, а люди с изумлением взирают на них снизу. Но Апалала как будто угадал, о чем она думает.
“Хотя и светло, нас вряд ли кто-то заметит. Люди, как правило, смотрят себе под ноги. Или на ветрины. Но их редко интересует, что там на небе”.
Всё-таки один человек их увидел.
Апалала поднимался все выше. Он был очень внимателен, чтобы не задеть вывеску или чей-нибудь балкон. И, разумеется, не смотрел на окна. Но Аленка не была занята сложным воздушным маневрированием, крутила головой и с любопытством рассматривала лепнину на фасадах, балконы и, конечно, окна (хотя и знала, что это неприлично, но ведь не каждый же день пролетаешь мимо окон аж пятого этажа на спине настоящего дракона).
Люди были поглощены делами в своих жилищах. Кусочки их жизни мелькали как кадры при ускоренном просмотре фильма. Вот женщина вынула пирог из духовки и поспешно опустила его на деревянную подставку, два мальчика на полу деловито возводили крепость, и башня рухнула, один из строителей тут же вскочил и с досады пнул ногой ещё уцелевшие стены. Что было дальше – неизвестно. Апалала набирал высоту и скорость. Аленка ещё успела заметить кота, который метнулся на сервант, но, видимо, не рассчитал, судорожно вцепился когтями в изящно свисающую кружевную салфетку, на которой красовалась ваза с фруктами. “Бедный котик и бедная ваза”, – только и успела подумать Аленка. Она уже потеряла интерес к окнам и смотрела вверх, предвкушая, как они сейчас наконец выберутся из кирпичного ущелья и взмоют над белыми, искрящимися на солнце крышами.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.