Встреча выпускников в петле времени

ГЛАВА 1

 Неожиданное предложение

Пим-пилим! Пим-пилим! Пим-пилим! Пим-пилим! Пим-пилим! Пим-пилим!

– О-о-о, бо-о-о-оги… Ну кому не спится?! Суббота же… – простонала я и нехотя выпростав руку из-под тёплого одеяла, вслепую пошарила по тумбочке рукой, дотянулась до продолжающего пилимкать мобильника.

Кое-как разлепив веки, взглянула на экран. Ясно, кому-то из моих неугомонных одноклассников не спалось с утра пораньше, и он создал в соцсети групповой чат под названием: «Встреча одноклассников, десять лет спустя».

– Ага, все так и бросились… – проворчала я, выключая звук и запихивая мобильник под подушку.

Тр-р-р-р-р… Тр-р-р-р-р… Тр-р-р-р-р… Тр-р-р-р-р… Тр-р-р-р-р… Тр-р-р-р-р…

– М-да… Вот и поспала! – со вздохом констатировала я и выудила вредный девайс из-под подушки.

«Девоньки и мальчики! До Нового Года две недели и у меня созрело супер-предложение!» – гласило первое сообщение от имени одной из одноклассниц – Карины Бесталовой.

Следом шли многочисленные разношёрстные комментарии с приветствиями, проклятиями, и вопросами – что она задумала. Лично меня, так и подмывало спросить: «Какого … тебе не спится-то?!» Да, грубо, но как иначе, если у человека впервые за две недели выдалась возможность выспаться, а тут…

«В общем, я в отпуске и приехала в наш некогда любимый городок…»

Девица набирала текст довольно медленно и отправляла предложениями, а разбуженные товарищи, успевали засыпать её вопросами. Зачем? Ведь понимают же, что ответить не успеет. Дай бог чтобы суть изложила.

«Да ладно?! Ты в Проводкине?.. И как там погодка?..»

«Тепло», – удивив меня, довольно оперативно отписалась в чате Карина. – «Так вот…»

Над окошком ввода сообщения светло-серым высветилась надпись: «Карина Б печатает…» Смотрю на экран и понимаю, что едва ли ни в первые за всю историю использования гаджета целиком и полностью согласна со своим телефоном: именно – «Б», потому что цензурных слов на то, чтобы высказать что именно я думаю о разбудившей меня ведьме, просто-напросто не существует в природе! А ведьма… это, увы, не порыв моего гнева, нет. Это её прозвище, ещё со школьных лет.

У Каринки в роду кого только не было, в том числе и цыгане, от которых та переняла любовь ко всякого рода гаданиям, приворотам-отворотам и прочей ворожбе. Всё это добавляло харизмы её образу: смугловатая, темнобровая, в длинных тёмно-каштановых волосах сверкают «ведьмины пряди» – невесть откуда взявшаяся с детства густая проседь, таинственный, слегка отчуждённый взгляд карих глаз, будто она не на тебя сморит, а в саму душу заглядывает, и неизменно чёрная одежда, главным атрибутом которой всегда были длинные, едва ли не в пол, юбки. В общем, внешний её облик соответствовал внутреннему на все сто процентов.

Вспоминая Каринкин образ, я с минуту тупо пялилась в экран, ожидая продолжения, но она всё печатала и печатала. Не выдержав, включила торшер, нащупала ногами тапочки, встала с постели и сделав несколько разминочных упражнений, пошлёпала в ванную. Проходя мимо зеркала взглянула на свою взъерошенную шевелюру, попыталась пригладить волосы, и наконец-то добрела до цели.

Терпеть не могу, когда меня будят утром по выходным! Потом всю неделю варёная хожу, а в прошлые выходные ещё и работать пришлось – крупный корпоратив был. И ведь зарекалась телефон выключать, но нет же – склероз, он такой склероз.

Пока приводила себя в порядок телефон успел «н»-ное количество раз попиликать, и входя в кухню, я предвкушала длинную речь о том, что же задумала наша неугомонная староста. А именно ею числилась Карина в годы нашей учёбы в интернате. Г-хм… Звучит это как-то…

Дело в том, что училась я в санаторной школе-интернате, специализирующейся на лечении бронхолёгочных и сердечных заболеваний. Лично я была вполне здорова, просто так уж вышло, что мои родители надумали разводиться, и им посоветовали во избежание нервного срыва у неокрепшего детского организма, то бишь – у меня, отправить этот самый организм куда-нибудь подальше. Ну меня и отправили… К бабушке.

Бабуля у меня была мировая: добрая, всёпонимающая и так далее, и тому подобное, но жила она на самом отшибе небольшого южного городка, а ближайшая школа располагалась километрах этак в четырёх, за пользующимся дурной репутацией лесочком. А прямо за забором нашего дома располагался санаторий, куда меня и пристроили.

Ну что сказать? Воспоминания о годах, проведённых в стенах этой школы остались исключительно светлые и тёплые. Попав туда на седьмом году учёбы, я и предположить не могла, что класс может быть настолько сплочённым и дружным! Что собственно и не мудрено, ведь одно дело, когда все детки прибегают на учёбу и с последним звонком разбегаются по своим домам, и другое, когда они проводят рядом всё время. Ночевала я у бабушки, а утром бежала на завтрак, потом шли занятия, обед, самоподготовка – выполнение домашних заданий в классе под присмотром руководителя, далее следовали несколько часов свободного времени, кружки, ужин, и опять свободное время до отбоя. Всё это в пределах довольно обширной территории санатория, где имелись качели, спортивные и игровые площадки, библиотека с огромным количеством не только учебной, но и художественной литературы, кинозал и компьютерный класс.

Возможно те из учеников, кто оказался в санатории с первого класса, скучали по дому, мечтая учиться в обычной школе, а я была в восторге, даже порой отпрашивалась у бабушки на ночёвку к девчонкам. Всё это напоминало поездку в летний лагерь, где я однажды бывала.

Однако несмотря на всю нашу дружность, встретиться после выпуска так ни разу и не удалось. И причина крылась не в нашем нежелании вспомнить былое повидав друг друга, а в том, что жили мы в самых разных уголках нашей огромной России-матушки. Что уж тут говорить? Обычные ученики городских школ, живя в одном городе, и то не всегда умудряются вырваться на встречу, ведь у кого-то работа, дела, семья, командировки, а тут ещё и преграда в тысячи километров.

Пока ностальгировала, вспоминая былое, успела заварить кофе, и с чувством выполненного долга взяла в руки чашечку и мобильник. Сто сорок семь сообщений в чате! Вот это активность!

Прочитав, задумалась. Уж больно соблазнительным было сделанное предложение. Света, умудрилась встретиться с руководством санатория и договориться о том, чтобы на время зимних каникул нам предоставили возможность погостить в некогда родных стенах. Не безвозмездно конечно, но это ли важно? Главное, появилась возможность не просто смотаться к чёрту на куличики и пообтираться в гостиничном номере, ради одного вечера с друзьями, а реально вспомнить былое! Пожить в спальном корпусе, и даже питаться в некогда родной столовке, где в случае нашего согласия будут готовить завтраки, обеды и ужины. Обещали даже кабинеты ЛФК открыть и попотчевать нас кислородными коктейлями!

– Ну, Карина! Ну, совратительница! – залпом осушив кружечку с успевшим слегка подостыть кофе, выпалила я и заметалась по квартире, в попытке совладать с эмоциями и взвесить все «за и против».

Да, у меня были кое-какие планы на эти каникулы. Но как можно сравнить встречу Нового Года с мамой и котом, а потом визит на дачу к друзьям, с которыми вижусь едва ли не каждый день и… Поездку в прошлое!

– А, была ни была! – воскликнула я и плюхнувшись в кресло, оттарабанила в чат: «Согласна!»

«Ура! Ленка тоже с нами!» – тут же написала Марьяна – ещё одна из наших одноклассниц, так же как и я решившаяся на поездку.

«Думаю, это будет настоящее путешествие в прошлое!» – с улыбкой отписала я в ответ.

Следом мы успели обговорить финансовые стороны вопроса, решить кто что привезёт для празднования Нового Года. Причём акцент делался не на наши новые возможности, в планы входило притащить то, что максимально восстановило бы прошлое. Ведь в годы нашей учёбы, девчонки нередко отпрашивались у родителей и оставались на праздники в санатории. Не все конечно, но многие. Вот и сейчас, сговорились и одежду подобрать по стилю максимально подходящую к тем временам, и вино купить такое, какое мы тайком пили в выпускном классе. Жаль только не все могли приехать. По первоначальной оценке, из семнадцати человек, на провокацию поддалось девять, и не исключено, что из них до места доберутся от силы пятеро. Но и этого будет более чем достаточно.

Напрочь забыв о своём негодовании, вызванном ранним подъёмом, я быстро собралась и помчалась на вещевой рынок. Да-да, именно туда, где ещё можно отыскать устаревшие модели свитеров, брюк, платьев, обуви. Модели десятилетней давности здесь и вправду нашлись. Продавец был в восторге, видать уже и не чаял распродать всё это барахло, а я закупилась едва ли не оптом, всё же ехала ни много ни мало на десять дней! Заскочила ещё и в магазин тканей, где купила отрез тюля с люрексом, планируя нарезать его на ленты. Помнится, мы очень любили вплетать такие самоделки-ленты в волосы во времена учёбы в санатории, это была своеобразная местечковая мода. После рынка немного поколебалась между выбором: самолёт или поезд? Но решила: хочу прочувствовать возвращение в прошлое в полной мере, а значит, пару суток придётся поболтаться в плацкартном вагончике. Тут же приобрела билет и в предвкушении чего-то невероятного, отправилась домой.

Две недели пролетели как один головокружительный миг. Каждый день я просыпалась и крестиком помечала в календарике ещё один прожитый день, и да – ждала. Теперь у меня появилась новая привычка: каждый вечер, приходя с работы, я доставала школьный альбом с фотографиями и сохранившиеся девчачьи дневники, где мы с подружками писали друг другу всякие пожелания на праздники, приклеивая к ним открытки или фотографии, а порой и рисуя что-то от руки. И раз за разом, перелистывая странички, восстанавливала в памяти некогда родные лица, вспоминая их голоса, смех. И так тепло на душе становилось, что улыбка с лица не сходила.

Незадолго перед отъездом, я даже в парикмахерскую наведалась и вернула своей ныне блондинистой шевелюре, натуральный светло-русый цвет. Хотя, всё равно эффект получился «летний»: когда выгорая на солнце отдельные пряди становились намного светлее основного тона. Благо хоть волосы у меня по-прежнему длинные, а иначе моего запала хватило бы и на наращивание. Единственное, на что долго не могла решиться, это обрезать чёлку. Пусть она когда-то была довольно длинная – почти до подбородка, но всё равно не вписывалась в нынешний имидж. Однако… Чего только не сделаешь ради чуда? В конце концов, сменила же я стильные очки на линзы? А волосы… Это же не зубы, отрастут. Многим ли удаётся хоть так – инсценируя вернуться в детство?

Так в ожидании я даже и не заметила, как минул мой день рождения, ещё на один год приблизив к жуткой цифре тридцать! Двадцать восемь! Кошмар! А ведь кажется давно ли в школе училась?

Благо сосредоточиться на этих грустных мыслях я просто-напросто не успела. Ежедневно делала всякие зарядочки для лица, маски, массажи и тому подобное, чтобы выглядеть помоложе. Ну и ещё, нет-нет да примеряла обновки крутясь перед зеркалом, и результат меня бесконечно радовал. Эффект был просто потрясающим, мне словно опять едва стукнуло семнадцать. Причём не только внешне, но и внутренне! Вспомнились все перипетии школьной жизни: мелкие споры из-за какой-то ерунды, то как мы конкурировали за внимание одного из одноклассников, игравшего на гитаре в школьной музыкальной группе.

Интересно, а он приедет? Серёжка написал, что посмотрит по обстоятельствам. Живёт он относительно недалеко от школы, на машине или электричке добраться вполне можно, так что, если решится, то примчит в последний момент. В груди что-то ёкнуло от этой новости. Вот же! Десять лет прошло, а первая любовь так и не забылась. Хотя… Может всему виной то, что на личном фронте у меня тишь да гладь? Или я умудрилась мысленно настолько окунуться в прошлое, что реальная жизнь сейчас проносится мимо, словно это сон и она ненастоящая?

Мы с ребятами постоянно переписывались в чате, что-то обговаривая, уточняя. Так как время прибытия в город у всех, мягко говоря, различалось с разбросом более чем в десять часов, договорились собраться уже в санатории, куда заблаговременно были отправлены предварительные списки «гостей». Стоит заметить, что счёт за предоставляемые услуги нам выкатили отнюдь «не детский», и кое-кто из одноклассников попытался заартачиться, отговариваясь от поездки делами, но причину отказа быстро раскусили, и мы решили скинуться.

С работы меня отпустили со скрипом, что и не мудрено, ведь в развлекательной индустрии на новогодние праздники приходится самый пик, а тут я со своим отпуском! Пришлось пригрозить начальству, что если не отпустят, то уволюсь. Отпустили. С друзьями объяснилась без особых проблем, а вот мама… Она расстроилась. Хотя её понять можно – не слишком-то весело праздник вдвоём с котом отмечать.

И вот настал долгожданный день. Желая вжиться в образ, я уже из дома выходила в новом амплуа деточки-малолеточки: в слегка дранных «аля простреленных и потёртых» джинсах, свитере и полусапожках-дутиках отороченных мехом, бывших некогда последним писком моды, а ныне явно слишком устаревшей моделью. Ко всему этому в комплект шли яркий пуховик, который я бы в здравом уме ни за чтобы сейчас не надела, а завершали образ не менее яркая вязанная шапочка с кошачьими ушками и шарфик в тон к ней. За спиной болтался тканевый рюкзачок, а вещи, вместо современного туристического чемоданчика на колёсиках, лежали в большой спортивной сумке.

Смотрелась я настолько несерьёзно для своих двадцати семи лет, что даже проводник, проверявший билеты, с недоверием долго всматривался в фото и дату рождения в паспорте, сличая со стоящим напротив него оригиналом, но всё же ничего не сказал. Лишь хмыкнул, покачав головой.

Сев в поезд, отчиталась в нашем чатике об отправлении, заодно просмотрев последнюю переписку. Четыре человека включая меня явятся точно, и двое под вопросом, в том числе и Серёга. Собственно, как я поняла приехать планировали лишь те, кто на данный момент оказался не обременён семьёй и детьми. Жаль конечно, что не могут собраться все, но и так чудесно, что кто-то всё же вырвется.

Промеж прочей переписки, в чате обнаружились правила участия в собрании:

1. Не говорить о своём настоящем (позднее в чатах обсудим);

2. Оставить появившиеся с годами конфликты, стереотипы и жизненный опыт за пределами санатория;

3. Общаемся так, словно после очередного полугодия остались на каникулы в школе отметить праздник с друзьями;

4. По прибытии на место отключаем мобильные и все гаджеты;

5. Не смотрим телевизор с современными концертами и поздравлениями нынешнего президента. Будет запись новогодней программы, хронологически соответствующей нашему последнему году пребывания в школе. Музыка тех же лет. Пара фильмов для просмотра в санаторном кинозале, из репертуара, что смотрели в десятом классе. Обо всём этом уже договорились с администрацией санатория. Серёга, если приедет, привезёт гитару.

6. Эти правила распространяются не только на новогоднюю ночь, а от начала и до конца пребывания в санатории!

Я улыбнулась, прочитав эти слова. Если всё задуманное удастся осуществить, то каникулы обещают оставить незабываемые впечатления.

ГЛАВА 2

 На пути к прошлому

Плацкартный вагон лишь на первый взгляд напоминал те, в каких я ездила в детстве: окна теперь не открывались, на них висели аккуратненькие занавесочки, в тон которым на столик были наброшены скатёрки, постельное бельё принесли упакованное в полиэтиленовые пакеты. Благо хоть чай по старинке был в стакане с подстаканником. Пассажиры тоже существенно отличались. Если прежде люди общались друг с другом, играли в карты, читали журналы, газеты и книги, то сейчас стоило разложить вещи и все тут же уставились в телефоны, ноутбуки, планшеты и книжки-читалки. Собственно, я первым делом тоже влезла в телефон, но вскоре отложила его, пытаясь проникнуться атмосферой поездки, восстановив ощущения прошлого. Увы, не удалось. Ещё и соседи попались не самые удачные: расфуфыренная девица, смотрящая на всех настолько свысока, что так и подмывало спросить почему она едет не на лимузине, а в плацкарте на верхней полке? Чопорная бабка с мальчуганом лет десяти, тут же уставившимся в планшет.

– Милочка, уступишь нижнее место, – обращаясь ко мне, ни столько спросила, сколько констатировала старушенция, таким тоном, будто все вокруг как минимум самим фактом своего существования ей обязаны. – Ты ж молодая, тебе и наверху неплохо будет, – добавляет, явно даже мысли не допуская, что ей откажут и словно уже получив согласие, бросает рядом со мной постельное бельё.

Я на миг растерялась даже – не переношу столь хамского панибратства, тут же бессознательно перехожу на такую же манеру общения и морально давлю собеседника как букашку. В той сфере где я тружусь – иначе нельзя. Там просто-напросто по-другому не понимают. Но бабке повезло: вспомнив про свой внешний вид, я немного смягчилась. Открыла рот, и…

Слова – «Какая я тебе в пень милочка?» – застряли где-то на полпути. Потому что на боковое место присел мужчина-мечта. Этакий эталон именно «моей» красоты: высокий, длинноногий, стильное пальто-пиджак подчёркивает широкие плечи, якобы небрежно наброшенный белоснежный шарф подчёркивает смуглую гладко выбритую кожу на волевом лице, густые тёмно-русые волосы зачёсаны назад, а глаза…

– Так ты освободишь место? – фонила бабка, и желая отделаться от неё я просто-напросто кивнула, искренне радуясь, что та наконец-то за… Пусть будет – «замолкла».

О, боги, какие глаза! Вот зря я прежде линзы не носила! Наверняка немало интересных «образчиков» пропустила на своём жизненном пути. Потому что зрение у меня «мягко говоря» очень «минусовое», а стильные очки, которые я обычно носила, позволяли не щурясь читать текст на расстоянии вытянутой руки и не более. А вот теперь я прозрела! В общем, глаза у него были светло-серые, с будто подведённой тёмным радужкой! И вся эта прелесть в обрамлении непозволительно длинных для мужчины густых ресниц…

В следующий миг обзор закрыла спина проходящего мимо пассажира.

«Ну свали же ты уже!» – мысленно взмолилась я, а тот как назло застопорился в проходе, потом зачем-то наклонился и…

Меня едва не вывернуло, когда рука «красавца» скользнула по затылку отклячившего пятую точку чувака и они явно слились в поцелуе.

Не могу сказать, что я такого прежде не видела, опять же по роду деятельности подобное было вокруг и рядом, никогда не осуждала лиц нетрадиционной ориентации, но… чтобы так ошибиться в своих симпатиях? Вот это, пожалуй – впервые!

Ну что сказать? Ещё один штришок в минус очень уж изменившимся пассажирам. Дальнейшая поездка больше напоминала ад, нежели ностальгическое путешествие в прошлое и я сто раз успела пожалеть о том, что не полетела самолётом.

Девица развалившись на верхней полке, напротив меня, не прекращая с кем-то трещала по телефону, всё время «о»-кая и «вау»-кая. Бабка, постоянно чем-то шуршала. Создавалось впечатление, будто она специально всё упаковала в шуршащие пакеты: каждое отдельно взятое яблочко, мандаринку или конфетку… В промежутках между шуршанием, она заунывно-назидательным тоном читала нотации внуку, который давно уже забил на всё и вся, целиком уйдя в мир какой-то игрушки на планшете. Парочка голубков куда-то свалила, прихватив свои вещи, а на их месте расположились два побитых жизнью мужичка, начавших «злоупотреблять» водкой стоило поезду тронуться. Вскоре, дойдя до нужной кондиции они принялись перемывать кости правительству, тыкать пальцами в окружающих и учить всех жизни. По их мнению, всё было плохо, потому что вокруг одни дураки, а вот они умные, но их никто не слушает.

Так и подмывало им что-нибудь сказать, но потом ведь не отвяжутся. Пришлось скрипеть зубами и молчать.

Почти двое суток я провела на верхней полке, пытаясь сосредоточиться на каком-то романе о попаданке, который всё же взяла с собой. Вот только в какофонии окружающих, мягко говоря, раздражающих звуков, уловить цепочку сюжета оказалось слишком сложно.

В конце концов, благодаря скопившемуся раздражению и недосыпу, в душу закрались мысли о нелепости нашей задумки. Ну вот как можно инсценировать прошлое и поверить в него, если все и всё вокруг настолько изменилось? Приедем, а там небось санаторий уже перестроили до неузнаваемости, в спальном корпусе мебель современную поставили, столовую обновили, качели старые убрали, некогда деревянные окна на металлопластик заменили и что? Чего ради все эти жертвы, подготовка, если мы лишь силой мысли будем напоминать себе о том, что вот именно здесь мы когда-то учились?

Наконец-то я прибыла в пункт назначения, вышла на перрон и невольно заулыбалась: хоть где-то всё по-прежнему! В отдалении, как привет из прошлого, стоит товарняк с обляпанными цистернами. А вокруг, всё те же, знакомые с детства, пошарпанные платформы, тот же допотопный железный мост над путями, здание вокзала из красного кирпича, киоск с газетками и конечно же, характерно одетые для этих мест бабки, продающие семечки, пирожки, варёную картошку.

Какое-то время простояла на платформе, вдыхая полной грудью знакомый с детства запах, свойственный таким вот периферийным вокзальчикам. И побрела к жуткой конструкции именуемой мостом, представляющей из себя металлический каркас с перфорированным железным «полом», который казалось за древностью должен провалиться у тебя под ногами. К чисто номинальным сварным трубам-поручням, к которым едва ли не проволокой прикручена обычная сетка-рабица, тоже приближаться боязно. Понимаю, что все тут ходят и ничего ни с кем не случается, но как-то не по себе. Ступени ведущей на мост лестницы подозрительно вибрируют под ногами, крепления поскрипывают. Бр-р-р… До чего же человек непостоянная скотина? То мне не нравилось, что всё меняется, то наоборот, подавай – крепкое, новое и надёжное.

Добравшись до первой платформы, вздохнула с облегчением и вошла в зал ожидания. Какая прелесть! Ощущение будто реально в прошлое попала: выщербленный совдеповский кафель на полу, побеленный потолок, крашеные, местами облупившиеся, стены, допотопные рядки деревянных кресел.

Вышла на улицу и пуще прежнего расплылась в улыбке. Зима в этих местах тёплая, снег редкость – не каждый год выпадает. А потому сразу бросились в глаза родные до боли бетонные плиты, коими выложена привокзальная площадь, старенький недействующий в это время года фонтан, побеленные стволы деревьев и бордюры вдоль тротуаров. Да и дома совсем не изменились. Неспеша добрела до остановки. Умилилась тому факту, что маршруты остались прежними. А когда подъехал рыжий автобус-гармошка, я его разве что не расцеловала.

Пока ехала, глазела в окно. Местами город будто застыл во времени, а где-то изменился до неузнаваемости, но чем ближе подъезжала к цели своего путешествия, тем роднее становились окружающие пейзажи. Кто бы мог подумать, что я с таким тёплым чувством буду когда-то взирать на рядок гаражей, где на одной из воротин слегка выцветшей белой краской намалёвано «Лена + Серёжа = Любовь»?

Вышла я на одну остановку раньше, желая прогуляться по некогда родным местам, где гуляли с бабушкой, когда та ещё была жива. Мелькнула мысль: может зайти в наш старый двор? Квартиру-то мы продали, но хоть с соседями повидаться, поболтать, узнать как поживают? Да что там мысль? Пошла я… Вот только на входе во двор меня встретил совершенно чуждый здесь высоченный железный забор с воротами и калиткой. Всё это было заперто на ключ, а в поле зрения никого не было, чтобы позвать и попросить впустить.

Это немного подпортило успевшее подняться настроение, поселив в душе тоску. Я бросила напоследок взгляд на балкон, некогда принадлежавшей бабушке квартиры, и побрела прочь. Заглянула в магазинчик, чудом сохранивший свой былой вид: те же прилавочки, и даже продавщица та же.

– Лена? – удивлённо воззрилась на меня женщина. – Как же ты сохранилась! Ну прямо девочка-девочка! Какими судьбами?

– Да вот, приехала, – улыбнулась в ответ, говорить о встрече почему-то не хотелось.

Немного поболтали о том и сём, выслушав последние новости и прикупив кое-чего типа кукурузных воздушных палочек и лимонада, пошла к санаторию. В этой части города всё осталось таким же, каким я помнила ещё с малолетства. И санаторий остался прежним, начиная от железных, крашеных в синий цвет ворот, заканчивая садом, качелями, да и самим зданием, явно давненько требующим капитального ремонта.

Немного задержалась возле заброшенной оранжереи. Именно в такое состояние она и пришла в последний год моей учёбы, когда бывшая биологичка вышла на пенсию, а новый педагог не пожелал марать ручки. Интересно, она так и стоит с той поры? Или… Стоп! С какой такой – той? Я же уже на месте? На месте. А вот с внутренним настроем – проблемка.