Москва не принимает

«Добром это не кончится», – подумал Алексей Леонидов и постарался слиться с шезлонгом, а дышать пореже. Дамы наверняка подумали, что он спит, когда принялись выяснять отношения прямо на пляже. «Или я так похож на матрас? Старый, дырявый, полосатый матрас»…

Думать так не хотелось. Леонидов привык считать себя «интересным мужчиной», который пользуется успехом у противоположного пола, и на всякий случай решил притвориться спящим. Но женщины кричали так, что покойника могли бы поднять со смертного одра:

– Если я еще раз увижу вашего сына рядом со своей дочерью, я… я не знаю, что сделаю! – надрывалась похожая на сдобную булочку миловидная блондинка, нервно поправляя на пышной груди безвкусный купальник в мелкий цветочек.

– Если ваша липучка только приблизится к моему сыну, о! Я-то знаю, что сделаю! Я сдам ее в полицию как проститутку! – отчеканила сухая, как палка, брюнетка в алом с блестками бикини.

– Моя дочь кто?!

– Проститутка!

– А вы… а ты… сука ты, вот ты кто!

«Они сейчас друг друга убьют», – подумал Алексей и резко встал. Тут важен эффект неожиданности. Сработало! Дамы, уже готовые вцепиться друг другу в волосы, отпрянули и оказались по разные стороны его шезлонга. Обе тяжело дышали.

– Добрый день, соседка. – За ужином Леонидов и красавица-брюнетка сидели за соседними столиками и вот уже вторую неделю поддерживали ровные приятельские отношения. Именно это и остановило даму от отвратительной драки на пляже. – Погода сегодня хорошая.

– Да, солнечно. – Брюнетка дрожащей рукой поправила выбившуюся из прически прядь волос. Было видно, что она еле сдерживается. В другое время Алексей подумал бы: «Роскошная женщина». Но она вела себя так безобразно, что думать о ее прелестях не хотелось. Девушка, которую она назвала проституткой, этого не заслуживала. Милая, застенчивая шестнадцатилетняя Наденька. Весь отель ей симпатизировал, и все дружно защищали от нападок брюнетки.

Алексей не мог взять в толк: откуда такие шекспировские страсти? Наденька и Тема удивительно друг другу подходили. Ему девятнадцать, ей шестнадцать, он студент престижного технического вуза, перевелся на третий курс, она прилежная школьница, почти круглая отличница, в следующем году тоже готовится поступать в институт. Три года – идеальная разница в возрасте. Оба не какие-нибудь отморозки, а милые, воспитанные молодые люди, и оба на редкость симпатичные. Не курят, почти не пьют. Лишь однажды Алексей видел, как Тема выпил за ужином бокал белого вина. И то лишь после того, как в очередной раз поскандалил с матерью. Да радоваться надо, что образовалась такая прекрасная пара! Родители должны быть в восторге и всячески поощрять инициативу. Разве выгодный брак не замечательное приложение к отпуску на модном заграничном курорте? Разве не об этом мечтают все родители, вывозящие на отдых своих подросших детей?

Вражда двух семейств не поддавалась логике. Причем все начиналось у Алексея на глазах. С Мануковыми они вместе летели. Еще в московском аэропорту Алексей приметил симпатичную девушку, потому что она была очень уж милой и какой-то не современной. Уши свободны от плейера, светлые волосы собраны в косу, на лице ни грамма косметики, а вместо планшета на коленях лежала книга в твердом переплете. Жена Леонидова Наденьке Мануковой тоже симпатизировала.

– Жаль, что Ксюша еще мала, я хотела бы, чтобы у нее была именно такая подруга, – украдкой вздохнула Саша, глядя на девушку.

Леонидовы летели вчетвером, собственно, поездку в Италию «заработал» Сережа, который в этом году успешно окончил школу и без проблем поступил в институт. Ксюшу решено было культурно развивать, и Алексей сразу начал прикидывать, как бы ему отмазаться хотя бы от половины экскурсий? И Мануковых он приметил не случайно. «Наверняка девчонку везде повезут. Флоренция, Падуя, Верона. Прицеплю Сашку к ним, а сам посплю».

Поспал!

А как хорошо все начиналось! Мигом наладился контакт, женщины, Александра Леонидова и Людмила Манукова, уже в ожидании самолета в терминале аэропорта Домодедово о чем-то оживленно беседовали. Еще и оказалось, что им в один отель! Хотя чему тут удивляться? Собираясь на отдых, все читают отзывы на одних и тех же популярных туристических сайтах, изучают рейтинги отелей. Дети почти ровесники, Сереже семнадцать, Наденьке шестнадцать, следовательно, интересы обеих семей совпадают. Поселиться лучше у самого выезда из города, чтобы не сидеть подолгу в экскурсионном автобусе, но и не на отшибе, максимально приближенно к центру цивилизации, кафе и магазинам.

Как же Саша радовалась этому знакомству! Но ровно до ужина, потому что, дожидаясь горячего, Мануковы потеряли интерес и к отдыху, и к отелю, и к экскурсиям. В общем, ко всему. Леонидов недаром был сыщиком. Он четко отсек этот момент. Видимо, Катыковы летели через Венецию и приземлились в аэропорту Марко Поло. Потому и к ужину припоздали. Когда семейство Катыковых вошло в красиво оформленный зал ресторана, все сидели в ожидании главного блюда. Ресторан был забит до отказа, высокий сезон, да и официанты никуда не спешили. Блюда они разносили так торжественно, будто это был банкет в честь вручения Нобелевской премии, никак не меньше.

Столики расписывались заранее, и Алексей увидел, как эффектная черноволосая дама лет тридцати пяти в сопровождении метрдотеля направляется к нему. Сначала Леонидов видел только ее. Ах, хороша! Что лицо, что фигура, которую выгодно подчеркивает короткое белое платье!

– Рот закрой, – сказала слегка разозлившаяся Саша.

Следом за дамой шел ее муж. Худощавый холеный господин, глядя на которого сразу становилось понятно: деньги у него есть. Леонидовы на эту поездку копили год, во многом себе отказывая, чтобы хватило на все: и на экскурсии, и на покупки. Все-таки Италия, приодеться бы не мешало. Саша сказала: если уж ехать, то в лучший отель, и ни в чем себе не отказывать. Вот и пришлось поднапрячься. А этот господин, видать, заскочил в Венецию между делом, к примеру, бизнес-визитом в Лондон и трехдневной экскурсией в Париж. И вот теперь красавица-жена этого счастливчика с толстым кошельком недовольно морщила носик, разглядывая накрахмаленные скатерти на столах. Что уж ей так не понравилось? Разве винное пятнышко углядела?

Наверное, поэтому Элина Катыкова не сразу увидела, как вытянулось лицо у Людмилы Мануковой. Алексей вдруг услышал:

– Гена, пойдем отсюда!

– А десерт?

– Я сказала, идем! – и Манукова вскочила, едва не опрокинув вазу с цветами.

Тут и Геннадий Мануков обратил внимание на восхитительную Элину. И реакция на красоту у него оказалась совсем не такая, как у Алексея. Мануков будто змею увидел. Причем ядовитую. Королевскую кобру, не меньше, потому что он подпрыгнул и вскочил, словно ужаленный. Вот тут и Катыковы увидели, какую реакцию они произвели в зале главного ресторана. Последовала немая сцена.

– Пойдем отсюда! Я не хочу есть! – отчеканила Элина, обращаясь к мужу. – Я уверена, что кухня здесь отвратительная!

– Думаю, ты права. Мы лучше сходим куда-нибудь в другое место. Мне еще в Москве порекомендовали парочку неплохих ресторанов.

– Мам, пап, я хочу есть! – заупрямился Тема. – Мы весь день куда-то едем. Давайте уже просто посидим.

– Сыночка, мы тебя накормим, – сразу сменила тон Элина. – Но только не здесь.

– Согласен, тут уж больно пафосно, но жрать-то хочется! – весело сказал парень.

И тут он увидел Наденьку, которая в сопровождении родителей направлялась к выходу. Она его тоже увидела. Произошло то, что в любовных романах описывают примерно так: «В мгновение ока его сердце пронзила стрела любви. Потом румяный Купидон направил свой коварный лук в ее сторону и – о! Свершилось! Родилась любовь!»

Это была любовь с первого взгляда. Наденька покраснела, засмущалась и поспешила к выходу. Тема двинулся за ней как приклеенный:

– Мам, тут и правда хреново. Я лучше пиццу на улице куплю.

Но увидев, что Мануковы уходят, Элина Катыкова мгновенно переменила решение:

– Тема, ты голоден.

– Да, надо поесть, – утвердил решение жены Катыков.

– Да не хочу я есть!

– Ты же только что сказал, будто умираешь от голода!

– Я сказал, что хочу пиццу!

– Сын, сядь! – повелительным тоном сказал Катыков.

– Ренат, не кричи! – одернула его жена.

– Да что вы ко мне пристали! – взвился Тема. – То сиди, то стой! Почему никто никогда не спрашивает, что я хочу?

– Да мы живем ради тебя! – вскинулась Элина. – Твои желания превыше всего!

– А по-моему, мам, твои!

– Мадам, что вы будете на десерт? – как можно мягче спросил метрдотель.

– А разве здесь не шведский стол? – Элина попыталась успокоиться. – На входе я видела витрину с пирожными и тортами. Хотя я это все и не ем, но хотелось бы клубники. И, пожалуй, тирамису.

– Десерт, мадам, можно выбрать только один, – важно сказал метрдотель. По-русски он говорил скверно, но, видимо, эта тема, выбор десерта, была настолько актуальна у русских туристов, что текст итальянец выучил назубок. – Но вы бы, мадам, сначала присели. – Это было сказано уже по-английски.

– О господи, куда мы приехали?!

– Лина, сядь!

– Мам, пойдем отсюда к черту!

– Вина… красного… – простонала Катыкова, без сил опускаясь на стул. Тема надулся и присел напротив. Метрдотель поспешил за винной картой. Напитки за ужином были платными, а цены на них почти как в московских ресторанах. Отель на этом неплохо зарабатывал.

Леонидовы досидели до конца, то есть дождались-таки десерта. Все это время Саша обиженно молчала, а Алексей наблюдал за Катыковыми. Семейство его крайне заинтересовало.

– Леонидов, ты не на работе! – одернула его жена.

– Да, дорогая, ты права, – покорно сказал он и уткнулся в свою тарелку. Какое-то время «старый, дырявый полосатый матрас» безмолвно поглощал тирамису.

Отужинав, семейство Катыковых отправилось отдыхать, стараясь не пересечься больше с Мануковыми. Но поскольку у отеля практически не было своей территории, им это не удалось и плохо удавалось в дальнейшем.

Потому что с этого первого ужина все и началось. Вражда двух семейств, которая до боли напоминала Леонидову непримиримую войну Монтекки и Капулетти. И которая, как он подумал через неделю, добром не кончится. И не ошибся.

Только что он предотвратил смертоубийство, которое чуть было не совершилось прямо на пляже. При Леонидове дамы старались держать себя в руках. Алексей уже праздновал победу, как вдруг на пляже показался Геннадий Мануков. Он озирался по сторонам в поисках жены, то и дело нервно дергая резинку ярких, в крупную ромашку пляжных шорт.

– Гена, сюда! – махнула рукой Людмила. И торжествующе посмотрела на соперницу. Теперь, мол, нас двое против тебя одной. – Я сейчас скажу ему, как ты назвала нашу Наденьку!

– Как же! Испугалась! – насмешливо ответила Элина, но по ее лицу было видно, что она не горит желанием объясняться с Геннадием. Леонидов давно уже догадался, что Элина его просто боится.

Но тут Алексей увидел, как с другого конца пляжа к ним направляется Катыков. Поджарый, подтянутый, он был похож на застоявшегося породистого жеребца, только что копытом не бил. И он тоже искал свою жену.

– Ренат! Я здесь! – Элина торжествующе посмотрела на Манукову. – Иди сюда и ты узнаешь, что они говорят о Теме!

«Ну, все. Конец», – с тоской подумал Леонидов. Появление мужчин вовсе не означало, что конфликт исчерпан. Они горели такой же ненавистью друг другу, как и женщины. В бой вступила тяжелая артиллерия. «А не уйти ли мне?»

Но Алексей тут же поборол минутную слабость и незаметно стал разминать плечи. «Господи, куда бить-то, чтобы их отключить? Эх, пистолет бы мне! Я бы их мигом утихомирил!». Но приходилось обходиться подручными средствами, поэтому Леонидов покосился на шезлонг. «А что? Подниму! И – Катыкову по башке! А потом Манукову!»

Но тут на сцене появились новые действующие лица, которые сорвали его планы. По раскалившемуся на солнце почти добела песку в их сторону брели Саша с Ксюшей, одетые по-пляжному. Леонидов понял, что как только он поднимет шезлонг, Сашка в него вцепится с другой стороны. И закричит на весь пляж:

– Ты на отдыхе, а не на работе!

Так что ж теперь? Допустить, чтобы соотечественники друг друга поубивали?

– Гена, ты слышал, как она назвала нашу Наденьку?

– Нет, меня же здесь не было!

– Ренат! Сюда, Ренат! Они оскорбляют нашего сына!

Мужчины встали друг против друга и набычились. Грузный, коренастый Мануков, похожий на пушечное ядро, и легкий, напоминающий стальной клинок Катыков. Сталь против стали, сила против силы. Драка назревала давно. Женщины тоже тяжело дышали и готовы были вступить в бой.

И тут вдруг раздался тоненький голосок Ксюши:

– А Надька к Теме в номер побежала!

Это было равносильно ледяному дождю, которым окатили оба семейства. И Мануковы и Катыковы враз переключились на детей.

– Что-о?!

– Как?!

– О господи!

– Убью!

Все четверо подхватились и понеслись в отель.

– Леша, ты можешь мне объяснить, что происходит? – Саша присела на шезлонг.

– Если бы я знал!

– Почему они терроризируют этих милых детей?

– Если бы я знал, – повторил Алексей. – Полагаю, корни этого конфликта лежат в далеком прошлом. А дети всего лишь искупают грехи родителей.

– Но разве так можно?

– Они, похоже, себя не контролируют, что Манукова, что Катыкова. А мужики просто как с цепи сорвались, Геннадий с Ренатом. Что ж там такое случилось? А главное, когда именно?

Людочка Михайлова была счастлива. Так счастлива, что напоминала хрустальную чашу, полную до краев искрящегося напитка. Со дна поднимались пузырьки воздуха, напиток бурлил, пьянил, и Людочка словно парила в воздухе. Казалось, еще чуть-чуть, и счастье перельется через край, и все окружающие в нем просто утонут. Она ведь впервые в жизни ехала на юг! Скромная провинциалка, чьи родители никогда не имели достаточно денег, чтобы позволить себе поездку на море. И вот их дочка выросла, выучилась, устроилась на хорошую работу в самой Москве! А теперь едет в свой первый заслуженный отпуск на юг!!!

– Алина, смотри! Ой, горы! Ты глянь! Настоящие горы!

– Ну, горы, – снисходительно сказала длинноногая красавица Алина. И насмешливо добавила: – А там еще и море есть, представляешь?

Это она уговорила подружку поехать в отпуск на юг. Хотя подружками их можно было назвать с большой натяжкой. Просто работали вместе. Но у Алины была своя компания, красотка старалась не общаться с такой же, как она сама, «лимитой», знакомилась исключительно с москвичами, с ними же тусовалась в свободное от работы время. Но этим летом что-то не срослось. Ехать на юг одной? Всем известно, что парни тоже промышляют «добычу» парами. На взгляд Алины, Людочка была простовата, но личико у Михайловой ничего, фигурка тоже. К тому же хозяйственная, в номере всегда будет порядок и с едой без проблем. Михайлова мигом салатик сварганит, на стол накроет и посуду потом помоет. Вот поэтому-то из всех своих знакомых Алина для поездки на юг выбрала Людочку. Мотивировала это так:

– Замуж, Людка, надо выходить. А то всех сто́ящих мужиков разберут. А где у нас тусуются сто́ящие мужики? Ясень день, в Сочи.

Заветной мечтой Алины было выйти замуж за бизнесмена, разумеется, москвича. Чтобы получить все и сразу: хорошую квартиру, московскую прописку и беззаботную сытую жизнь. Работать после своего замужества Алина не собиралась ни дня. Все ее мысли занимали салоны красоты, бутики и модные курорты.

– За границу хочу-у-у… – постанывала она, разглядывая заманчивые картинки в глянцевых журналах. – Эх! Да хотя бы в Сочи!

Но Сочи они не потянули. Алина искала место, где отдыхает состоятельная публика. Чтобы преуспеть, надо сначала вложиться. Мужики не больно-то уважают охотниц за деньгами. Поэтому для начала надо прикинуться независимой и самостоятельной. Изобразить внезапно вспыхнувшую страсть, одним словом. В охоте на мужчин Алина считала себя женщиной искушенной, удивительно, что до сих пор ей не везло.

Они выкупили номер на двоих в лучшем санатории на Черноморском побережье, между Джубгой и Туапсе. Не Сочи, но все равно престижно. Дом отдыха позиционировал себя как четыре звезды, на его территории располагался огромный концертный зал, где все лето собирали аншлаги звезды российской эстрады. Людочка прямо заходилась от восторга, что увидит своих кумиров вживую!

– Ты бы не спускала деньги на билеты, – снисходительно советовала Алина. – Концерт и по телику посмотреть можно. Пойдем лучше в ресторан. На дискотеку. В бар, закажем по коктейлю и будем ждать. Авось кто-нибудь подвалит денежный.

Она не собиралась уезжать с юга без добычи. И на Рената глаз положила сначала Алина. Но он неожиданно увлекся Людочкой. И Алина также неожиданно уступила. Курортный роман развивался по всем правилам. Ренат ухаживал красиво. Дарил цветы, водил Людочку в рестораны, где заказывал все самое лучшее и дорогое, хотя она скромничала и старалась есть как можно меньше, говорил по-восточному цветистые комплименты. Потом купил ей подарок: кольцо и серьги с кораллами. Увидев комплект украшений, Алина хмыкнула:

– Не кольцо с бриллиантом. Фи! Серебро! Небось врет, что бизнесмен. Хотя… – она всерьез задумалась. – Нищие здесь не отдыхают. У него отдельный номер-люкс, приехал на машине, и тачка шикарная. Я наведу справки…

Людочка никаких справок наводить не собиралась. Она просто наслаждалась жизнью и упивалась любовью. У нее и раньше случались увлечения, но ничего серьезного. Замуж Людочку не звали, и она приписывала это своей бедности и застенчивости. Москвичи если и женятся, то на таких, как Алина, красивых и предприимчивых, а что взять с Людочки Михайловой? Разве что хозяйственная.

В общем, Ренат был у Людочки первым. И сначала он даже растерялся. Лежал, курил, смотрел в потолок и… молчал.

– Я сделала что-то не так? – испугалась она.

– Я думал, ты так же, как и я, приехала на юг развлечься.

– Но ты же сказал, что любишь меня!

– Конечно, люблю, – усмехнулся Ренат. А потом, глядя ей в глаза, спросил: – И откуда ты такая взялась, а? Наивная, порядочная. Я уж думал, что такие девушки остались в прошлом веке, когда наши мамы с папой с год ходили, держась за руки перед тем, как поцеловаться.

Она чуть не заплакала от обиды. И спросила то, о чем до этой ночи спросить не решалась:

– А почему ты один приехал? Разве у тебя нет девушки? Ты же такой… Такой… – она смешалась.

Как сказать Ренату, что он лакомый кусочек для всех, без исключения, женщин? И – один?

– У меня был тяжелый период в жизни, – он нахмурился. И нехотя признался: – Небольшие проблемы со здоровьем.

– Господи, что случилось? – ахнула Людочка и торопливо заговорила: – Не переживай, мы тебя вылечим. Я все могу, и сиделкой могу, и домработницей. Постираю, помою, приготовлю. Укол поставлю, если надо. Вылечим, – уверенно повторила она.

– А ты добрая, – задумчиво сказал Ренат. – Пожалуй, мне тебя бог послал. Да, это то, что нужно. Вариант.

Она не поняла и все допытывалась, что у него за болезнь? В конце концов Ренат сказал, что пошутил. Мол, он совершенно здоров, без жилищных и материальных, как говорится, проблем. В Москву Катыков предложил Людочке вернуться вместе, на его машине.

– А как же Алина? – испугалась она.

– Ох уж эта твоя Алина! – Ренат невзлюбил длинноногую красавицу с первого взгляда. – Я не знаю, кем она там себя возомнила, но выглядит дешевкой. И все у нее на лице написано. Хочу москвича, хочу богатства, хочу все и быстро! – усмехнулся он. И добавил: – Я на таких насмотрелся.

Его слова Людочка передала Алине, хотя и смягчила, как могла, характеристику, данную ей Ренатом. И Алина отомстила. Все случилось за день до отъезда.

– Ты, небось, думаешь, что выудила крупную рыбу? – зевнув, спросила Алина. Сама она, как ни странно, опять никого не поймала в свои сети, хотя ни дня не оставалась одна. Возле нее все время крутились какие-то мужики, но день-два – и они исчезали так же внезапно, как и появлялись.

– Ничего я не думаю! – вспыхнула Людочка.

– Но ты с ним по крайней мере хоть не спала?

– У нас с Ренатом любовь, – тихо сказала она.

Алина расхохоталась:

– Ты хоть удовольствие-то от секса получила? Потому что любовь у вас кончится завтра, когда мы в поезд сядем.

– Ренат предложил мне поехать в Москву вместе, на его машине.

– Ага. Чтобы высадить тебя на ближайшей к Москве заправочной станции. Потому что он, милая моя, женат.

– Как женат?! – ахнула Людочка.

– А вот так. Ты думаешь, я просто так откололась? Да если бы товар был стоящим, он бы в твою сторону и не посмотрел. Это не он меня, а я его отшила. Он поразвлечься приехал с доступной девочкой, а я не такая. Вот он и нашел тебя, дурочку.

– Откуда ты знаешь, что он женат? – еле слышно спросила Людочка.

– Я первым делом завела знакомство на рецепции, – снисходительно пояснила Алина. – Попросила подобрать мне всех стоящих женихов. За денежку, разумеется. Так вот: в паспорте Рената стоит штамп о браке, потому я сразу и вычеркнула его из списка.

– Это неправда! У него что, и дети есть?!

– Насчет детей не знаю. Мужчины не любят вписывать детей в свой паспорт, как подсказывает мой богатый жизненный опыт. Особенно такие, как Ренат. Ходоки. Меня не обманешь, я их с первого взгляда распознаю, в крайнем случае со второго. Тебя использовали, милая. Ты хоть предохранялась?

Людочка чуть не заплакала от обиды.

– Я не верю! – закричала она.

И побежала к Ренату.

– Что случилось? – спросил он, увидев ее заплаканное лицо.

– Почему ты не сказал мне, что женат?

– А ты что, справки обо мне наводила? – сразу напрягся он.

– Значит, это правда?

– Значит, ты такая же, как все? Богатого мужа в свои сети ловила? А я уж было подумал, ты – хороший человек. Да ты еще хуже, чем Алина. Та хоть не прикидывается святошей, сразу выкатывает прейскурант. За первую ночь кольцо с бриллиантом, за вторую – шуба. А ты решила богатого мужа за девственность купить.

– Господи, какой ужас…

Это было так обидно, что Людочка вдруг почувствовала, как наполняющее ее, словно искрящееся шампанское, счастье превратилось в зловонную жижу. Словно по волшебству. И жижа эта хлынула через край. Людочка вдруг увидела, что у Рената злые глаза и очень уж тонкие губы. А нос… Словно клюв. Большой и хищный. Прекрасный номер-люкс, в котором жил «принц», сразу же показался Людочке убогим и уродливым, занавески из белых превратились в черные, а розы на столе – в чертополох с колючками. Она зажмурилась и в ужасе выбежала вон.

На следующий день Ренат пришел мириться. Но Алина была на страже. Всю ночь она проводила с подругой профилактическую работу:

– Не поддавайся. Хочет потрахаться напоследок, небось, жена ему не очень-то дает. А после ссоры секс особенно сладок. Он знает, когда ты уезжаешь?

– Только дату.

– Вот и отлично. Уедем раньше, по-тихому. Соберем чемоданы и улизнем за ворота, где нас будет ждать такси. Если любит – найдет.

Мобильные телефоны тогда еще были роскошью, и у Людочки такого сокровища не имелось. Но Ренат записал номер домашнего телефона на съемной квартире, где Людочка сейчас жила. Поэтому она и уехала со спокойным сердцем. Если любит – найдет. Она явно недооценила Алину. Нет злейшего врага, чем обиженная подруга. А Алина почему-то сочла себя обделенной. Ведь это она ехала на юг за богатым мужем, Людочку же взяла просто для компании. Она, Алина, все и сделала, а выигрышный лотерейный билет, что ж, достанется другой? И кому? Какой-то размазне, тетехе! Да, Ренат женат, но что мешает ему развестись? Алинин «богатый жизненный опыт» подсказывал, что этот мужчина ищет не просто женщину, а няньку. Боевую подругу, надежду и опору. И он нашел то, что нужно, поэтому жена – не проблема. Разведется. Вон как у него глаза горят, когда он смотрит на Людочку! И Алина решила не допустить Рената до Михайловой. Любым способом.

В поезде Алина постаралась подружку развеселить и тут же нашла компанию. У одного из парней было такое же невеселое лицо, как и у Людочки. Они немного выпили домашнего вина, которое все везли с юга, и поплакались друг другу в жилетку.

– Я недавно развелся, – пожаловался Гена. – Такая сука попалась! Судился с ней. Представляешь, пять судов было! И все равно я проиграл! Друзья уговорили поехать на юг, развеяться. А там везде такие же суки. У всех в глазах – баксы. Совсем в женщинах души не осталось.

– Это так, – поддакнула Людочка. – Я хотела сказать, что мужчины не лучше. Все как один врут. Вокруг сплошь бизнесмены и адвокаты, – горько сказала она. – И все – холостые. А как копнешь поглубже – женатые, да еще и с кучей детишек. А на юг едут, чтобы поразвлечься.