Пик интуиции

© Андреева Н., 2018

© ООО «Издательство АСТ», 2018

– Третий лишний, так, что ли?

– А ты что предлагаешь? – она посмотрела в окно, где мертвая пробка из облепленных снегом машин была похожа за застывший ледник. Они еле-еле ползли по пологому серому склону Ленинградского шоссе, туда, вниз, к станции метро, из-за которой и получалось непреодолимое сужение дороги. В любую погоду, в любой сезон, что летом, что зимой, движение здесь было почти парализовано.

– Развод.

Они сказали это хором и невольно посмотрели на мертвую пробку. Такие же замороженные отношения возникают и в браке, заключенном бог знает сколько лет назад. Ползущие, выматывающие обоих отношения, которые упираются в привычку точно так же, как этот поток машин упирается в сужение дороги. Перестроить ничего невозможно, надо разрушать подземные коммуникации. Такой капитальный ремонт возможен лишь по обоюдному желанию. А если у каждого давно уже своя жизнь? Так что ж, ломать?

Развод?

Они поняли друг друга без слов и переглянулись. Дальше-то что?

– И раздел имущества. По закону. И на что я буду иметь право? Ровно на половину? Это в лучшем случае. А могу и потерять все. Брачный договор мы не заключали, тогда этим еще никто не заморачивался, в те далекие годы. Никто ведь не знал, что у нас будет столько денег и имущества. Все зависит от адвоката. А разве это будет честно? У нас ведь ребенок. Дочь хоть и взрослая, но она тоже имеет право на свою долю.

– Да, дележ имущества должен быть справедливым. А это в нашей ситуации невозможно. Ты знаешь о моих проблемах. Я тебе мало что могу предложить.

Идущий к дверям мужчина в белоснежной сорочке и элегантном сером в полоску костюме невольно скосил глаза. Там, у окна, сидели двое, и, судя по их напряженным лицам, обсуждали что-то серьезное, жизненно важное. Женщина, на которую завсегдатай этого уютного ресторанчика невольно обратил внимание, была красива. Про таких говорят: в ней что-то есть. Они притягивают взгляды, вне зависимости от того, сколько им лет, во что и как они одеты, хотят они этого или не хотят, и на сердце становится тревожно. Вот и у этого холеного мужчины возникло чувство, будто он что-то важное в жизни упустил. Взять бы эту маленькую ручку с тонкими пальчиками в свои, сильные, мужские, сжать покрепче, чтобы птичка пискнула, и требовательно заглянуть в ее глаза: ну что, пошли? С этой должно быть сладко. Она вся такая… Словно поднос с восточными сладостями, от воздушного лимонного лукума до истекающей медом пахлавы. И к ним – пряная крепость обжигающего черного кофе. Заметная женщина.

Мужчина мечтательно улыбнулся и стряхнул оцепенение. Жизнь – это не сон. У этих двоих серьезные проблемы, судя по их лицам. А у него сегодня важная встреча. Он деловито взглянул на часы. Женщина, с которой должно быть сладко, скользнула по нему безразличным взглядом. И спросила:

– Что ты еще можешь предложить?

– Ты прекрасно знаешь. Мы это уже обсуждали.

– Нет! – она вздрогнула. – Я боюсь!

– А тебе ничего и не надо делать. Просто дай свое согласие, чтобы поездка не была впустую. Жаль выбрасывать на ветер такие большие деньги. Дай слово, что после того, как я это сделаю, мы будем вместе.

– А просто отдохнуть нельзя?

– Отдыхать мы будем с тобой… Когда все закончится. Помнишь наши мечты? Вдвоем, в длительный круиз. Средиземное море или даже Карибы. На новом лайнере, огромном, как город, с магазинами, ресторанами, дискотеками и аллеями, обсаженными пальмами. С площадями, на которых по вечерам собирается праздная толпа. В номере люкс, с балконом и отдельным рестораном для привилегированных гостей. И чтобы мы были только вдвоем. Ты и я. И не только мыслями, как это бывает, когда мы с тобой надолго расстаемся. На этот раз будет по-другому. Только скажи да.

– Д-да, – сказала красавица с легкой заминкой.

– Да?

– Меня, если честно, тоже все достало, – в ее голосе была досада. – Моя красота словно тает, я это физически чувствую. Лоб сползает на брови, а брови нависают на глаза. Ресницы и волосы редеют, нос превращается в клюв. А губы усыхают, словно медуза, которую выложили на песок, под палящее солнце. И из нее постепенно испаряется вода. Б-р-р… Еще пара-тройка лет, и на меня уже никто не посмотрит с интересом или завистью. Ни мужчины, ни женщины. Я превращусь в скучную тетку, которой уступают место в общественном транспорте, – красавица грустно улыбнулась. – Мне иногда даже хочется покончить с собой. Особенно, когда я думаю о старости. Закрываю глаза и мечтаю: хоть бы заснуть навеки. И не видеть больше своего отражения в зеркале. Никогда… – она тяжело вздохнула. – Если мы сейчас ничего не сделаем, то больше уже не решимся. В итоге расстанемся, ты будешь жить своей жизнью, я своей, встречаться все реже и реже, а потом это и вовсе сойдет на нет. И наступит старость… Не по возрасту, мы с тобой относительно молоды. Душа умрет, понимаешь? Мы больше ничего не сможем изменить…

– Не грусти, я тебя прошу.

– А что я могу с собой поделать? – сказала красавица с досадой. – Каждый раз как посмотрю в окно – тоска накатывает. Я хочу свободы и независимости. Начать все сначала, пока мои песочные часы еще не опустели. Пока у меня есть шанс… – она тяжело вздохнула.

– Давай так: я буду действовать по обстоятельствам. Экспромтом. Хотя домашняя заготовка у меня будет. Вот путевка на Мальдивы… – на столик лег синий с белым конверт.

– Уже?!

– С началом высокого сезона в хорошем отеле уже может и не быть мест. А мне этот остров понравился. Достаточно большой, чтобы там затеряться и не стать бельмом на глазу у обслуживающего персонала, с домашним рифом и опасными течениями, с буйной растительностью, и к тому же далеко от аэропорта. Туда можно попасть лишь на гидросамолете, а они летают только днем. И в хорошую погоду. Это прекрасно.

– Была такая безграничная уверенность, что я соглашусь?

– Просто отдых нам с тобой тоже не помешает. По обстоятельствам.

– Но ведь ты сильно рискуешь! Я не готова тебя потерять!

– Ты только что сказала да.

– И когда ты летишь? – спросила красавица после легкой заминки.

– Посмотри на дату. А потом за окно.

– Да-а… Метель поднимается…

– Нет ничего прекрасней, чем путешествие из зимы в лето. Мальдивы – это рай на земле. Вот мы и разъясним этот рай. Насколько правдивы все эти восторженные отзывы? Кто-то говорит, что там невыносимо скучно, а есть и такие, которые улетают с острова «Баунти» со слезами на глазах.

– Я, пожалуй, тоже подготовлюсь.

– А что ты можешь сделать?

– Кое-что могу, – сказала она загадочно. – Но пусть это останется тайной. Пока. А тебе нужна легенда. Какая-нибудь связь на стороне, можно в фитнес-клубе поискать, там натуры хватает. Что-нибудь глупое и блондинистое. Да хоть на рецепции.

– Да, на меня уже косились.

– Еще бы! Такая машина и такая одежда! Видно, что лакшери, а не с распродажи в каком-нибудь мегамолле. Плюс членство на год и занятия с персональным тренером. Они там сразу видят, на кого стоит обратить внимание.

– Вот тебе и легенда. Все, работаем. Помни: ты самый близкий мне человек. Вдвоем мы вполне достойно встретим старость. В любви и согласии.

Они обменялись сдержанным поцелуем. Словно давние друзья перед разлукой, а не заговорщики, которые только что задумали убийство.

Потом по отдельности ушли в метель. В бесконечную пробку пристроились еще две машины, одна поехала в центр, другая в сторону московской области, в элитный коттеджный поселок. Огромный город увязал в снегу, который все валил и валил.

А где-то далеко, почти в девяти часах лета от Москвы, Господь, замечтавшись, рассыпал в океане у экватора свои жемчужные четки. Каждая из этих жемчужин стала сказочным островом и несла на себе отпечаток божественной, воистину райской красоты. Господь постепенно прибирал эти четки к рукам, острова неумолимо уходили под воду. Но у людей еще было время ими полюбоваться и попробовать босой ногой ласкающую свежесть бирюзовой волны, набегающей на сахарно-белый песок. И ощутить себя в раю…

Леонидов

– Леша, а на Мальдивах красиво?

– Не знаю, я там ни разу не был.

Он невольно глянул в окно. Там – будто Космос. Мрак без границ, в котором спиралями закручиваются снежные вихри. А дома хорошо, тепло. Жизнь в Инете бурлит, там тоже – Космос. Эфир без границ, где спиралями закручиваются споры о вечном. Или поднимаются пылевые облака ссор из-за ерунды, пустой болтовни и сплетен.

«Что-то меня на философию потянуло», – с досадой подумал Алексей. И повторил:

– Не был я там, без комментариев.

– Вот и я не была, – жена тяжело вздохнула.

– И какие проблемы? – он нехотя отклеился от планшета. – Я прекрасно понимаю, что это намек, мол, пора подумать об отдыхе, но ты прекрасно знаешь, Саша, что я невыездной. В Крым, хоть на месяц, – пожалуйста. А за границу поезжай одна. Ты завуч большой московской школы, зарабатываешь хорошо, и я добавлю из своих сбережений. Вперед! – и Алексей опять уткнулся в планшет.

– Умеешь ты испортить настроение, – с досадой сказала жена. – Мальдивы, Леша, то место, где хорошо вдвоем. Как Адаму и Еве, понимаешь? Потому что это рай на земле, – и жена опять тяжело вздохнула.

– Это симулякр, очередной миф.

– Как-как?

– Тебе надо почитать французского философа Жана Бодрийяра, его «Общество потребления». Тогда ты узнаешь, что наша жизнь – это сплошные симулякры. Вещи, которые на самом деле не стоят тех денег, которые мы за них платим. Возьми тот же «Ролекс» или сумочку «Луи Витон». Какова их себестоимость и какова цена в модных бутиках? Меж тем основная функция часов точно показывать время, а сумочки – держать при себе необходимые в повседневной жизни мелочи, как то: кошелек с кредитками и мобильник. Ну, еще косметичку, – сказал он, насмешливо посмотрев на жену. – Но наличие у тебя таких часов и сумочки – это знак твоей принадлежности к высшему обществу. А как еще определить с первого взгляда, кто ты есть? Твой социальный статус. То же самое и Мальдивы. Прекрасно отдохнуть можно и в Крыму, в Турции. Да на любом море. Но рай на земле – это почему-то Мальдивы. Ценник сумасшедший, перелет утомительный. Но – рай! Очередной симулякр, или символ элитарности. А на деле там дикая жара, опасные морские гады и отвратительная питьевая вода. Симулякр, – и он пожал плечами.

– Это в тебе зависть говорит, Леонидов. Зануда! Там наверняка красиво. А заговорила я с тобой о Мальдивах вовсе не потому, что клянчу отпуск на море. Мне все равно где отдыхать, лишь бы с тобой и детьми. Но одна моя подружка на днях летит на Мальдивы. Вот я и спросила.

– Я ее знаю?

– Встречались мельком, на наших учительских корпоративах. Она – моя коллега.

– Ты сказала подружка, не подруга?

– Она давно уже хочет сблизиться, а мне это не очень-то нравится.

– Почему?

– Она из богатеньких. Муж – крутой бизнесмен. Мне постоянно приходится искать ей замену. То Варенька на больничном, наверняка липовом, то в отпуск улетела, то дочку проведать. Она у нее тоже, между прочим, за границей живет.

– А теперь в тебе зависть говорит, – улыбнулся Алексей.

– Просто Варвара Коняева – сотрудник проблемный. Но денег у нее много, и она спонсирует многие наши проекты. Приходится ее терпеть.

– А-а-а… Тогда понятно, почему Мальдивы! Деньги карманы жгут.

– Ничего тебе не понятно, – с досадой сказала Саша. – Она узнала, что ты в полиции работаешь. Просится в гости. Говорит: время поджимает. Проблемы у нее, Леша.

– Ах, и у нее проблемы! Пусть обратится с заявлением по месту жительства, – пожал он плечами.

– У нее нет доказательств.

– Доказательств чего?

– Что муж хочет ее убить.

– О как! – он отбросил планшет и рассмеялся. – И везет для этого аж на Мальдивы!

– Зря смеешься, – с обидой сказала Саша. – Она случайно прочитала эсэмэску у него в телефоне. Муж мылся в душе, а телефон лежал в кухне на столе. Раздался сигнал, что пришла эсэмэска. Варя не удержалась, и…

– И?

– Прочитала переписку. «Как наши дела?» Ответ Вариного мужа: «Все готово. Действуем по обстоятельствам. Яхту я зафрахтовал». «Ок». Последняя эсэмэска задержалась по причине сбоя связи, и телефон взяла моя подруга.

– Из чего же следует, что эту твою Варю должны убить? Кому адресована эсэмэска?

– В том-то и дело. Михаилу. Но никакого Михаила моя коллега не знает. Среди друзей ее мужа нет ни одного Михаила. Она подозревает, что под этим именем скрывается женщина.

– Какая-нибудь Маша или Марина? – Алексей развеселился. – Ох уж мне эти неверные мужья! Придумали бы что-нибудь оригинальное. – Он вспомнил собственное приключение на спортивной базе, где готовили олимпийцев, и прикусил язык. Эту тему развивать не следует. Вон, жена сразу напряглась. – Из этой эсэмэски вовсе не следует, что твоей подружке угрожает смертельная опасность, – сказал он с досадой.

– Скажи ей об этом лично, а?

– Пусть запишется на прием, – разозлился он.

– Леша! Да будь ты человеком!

– Хорошо. Мой интерес? Я не собираюсь заниматься чужими проблемами бескорыстно. Ты прекрасно знаешь, что у меня полно работы.

– Твой интерес – это мой интерес. А мой интерес… Леша! Я ведь никогда в жизни не полечу на Мальдивы! И ты невыездной, и у меня денег таких нет. У нас двое детей, их еще на ноги надо поставить. Да меня жаба задушит. Но мне очень хочется узнать: а как там? Отзывам в Инете я не очень-то верю. Большинство, кто там побывал, конечно, хвалят взахлеб. Рай, мол, и все такое. Некоторые ругают, но по тону чувствуется, что это снобы, уже пресыщенные постоянными поездками за границу. А как там на самом деле? Варя мне врать не будет. Да и я ее хорошо знаю, чтобы доверять ее мнению. Вот чтобы не думалось… К тому же она тоже учитель словесности. Пишет хорошо. Мне будет интересно прочитать ее путевые заметки. Плюс фото и видео.

– А Инет там есть? – с сомнением спросил он. – На этих райских островах?

– Там все есть. Хотя в некоторых местах этого треклятого Инета лучше бы не было! Например, у меня на кухне. Ты все время сидишь, уткнувшись в планшет. Ну что там такого интересного? Ты совсем перестал со мной разговаривать!

– Это по работе, – он торопливо отодвинул от жены планшет.

– Новая «Хонда» – по работе? У вас в полиции что, полностью меняют автопарк? – ехидно спросила жена. – И спортивный инвентарь по работе?

– А также дрова, садовые лопаты, стальные грядки… В общем, все по теме «дача». Ладно, зови свою подружку. Но учти: я буду груб. Потому что я – мент…

…Против ожидания Варя Коняева ему понравилась. Хотя Леонидов заранее настроил себя против нее, чтобы поскорее отделаться. Богатая избалованная бабенка, у которой на почве приближающегося климакса началась паранойя. Муж изменяет. Обычное явление. За годы своей сыщицкой карьеры Алексей на таких женщин насмотрелся. Этот тип лица называется «бэби-фэйс». Широко поставленные распахнутые глаза, голубые, как незабудки, по-детски пухлые губы, и выражение этого «фэйса» наивное, трогательное. Разве вы обидите ребенка? А что там, за фасадом, какие тараканы в голове? Надо быть начеку.

Но по мере того, как Варя говорила, Алексея отпускало. Она его стеснялась, постоянно оправдывалась: а может, я преувеличиваю? Что-то не то говорю? Вы уж меня простите. Ей было неловко, что напросилась в гости и отнимает время, даже денег попыталась предложить:

– Мне следовало обратиться к частному детективу, но я совсем не умею решать проблемы, – она чуть не расплакалась. – Я привыкла, что всю ответственность на себя берет мужчина. Может быть, вы… Вот… – и Варя полезла в сумочку.

– Уберите, – поморщился он. – Я еще ничего не сделал. Давайте мы вот что… Чаю попьем. Да, Саша?

Жена с готовностью кивнула. Ей тоже было неловко. Не смогла отказать коллеге. Но в полиции с Варей бы даже разговаривать не стали. А частный детектив начал бы разводить на деньги. В итоге вытянул бы из несчастной женщины кругленькую сумму, а результат – ноль. Сейчас все словно осатанели, денег хотят. Никому нельзя доверять. О новых способах мошенничества постоянно говорят по телевизору и пишут в Инете. Чуть ли не каждый день предупреждают: будьте начеку!

– Успокойся, Варенька, – ласково сказала Саша и поставила чайник.

Чай был вкусный, с чабрецом. А к нему пирожные: воздушное апельсиновое суфле. Дочка в своей комнате делала уроки, Сережа умчался к друзьям-студентам на вечеринку. Так что Леонидовы могли спокойно поговорить с гостьей.

– А вы в полиции кто? – наивно спросила Варя. Леонидов мысленно похвалил жену: не хвастается мужниным чином, вообще тему его работы предпочитает избегать. Умница!

– Да кем я только не работал, – сыграл он в простачка. – Даже коммерческим директором крупной фирмы побывал. Потом Службой безопасности рулил, тоже в частной фирме. В итоге вернулся в родные пенаты, туда, где начинал. Я по образованию юрист. А по призванию сыщик.

– Леша обожает разгадывать детективные загадки, – улыбнулась Саша. – Он у нас спец по психологии человеческих отношений.

– Отрекламировала! – покачал головой Алексей. – Я, Варенька, часто ошибаюсь. – Поневоле и он стал звать этого «Бэмби», употребляя уменьшительно-ласкательный суффикс. О суффиксах Алексей знал от жены, учителя словесности. И много чего еще о русском языке и литературе. То, что влетало в одно ухо Леонидова, иногда задерживалось и в его голове, а не вылетало целиком из уха другого. – Люди – существа загадочные. Но кое-что у меня получается. Так что вы мне расскажите о своей проблеме, а я подумаю, насколько она серьезна?

– Об эсэмэске вы знаете? – Варя залилась краской. И еще больше Алексею понравилась. Его любимая жена тоже легко краснела. Он кивнул:

– В курсе.

– Путевке на Мальдивы я сначала обрадовалась. Мы с мужем полмира исколесили, и в турпоездках, и в круизах, а вот туда пока не добрались. То денег таких не было, то знакомые отсоветовали, то отзывы в Инете не понравились. И потом, муж говорил: туда-то мы всегда успеем. Всего-то восемь часов лету, давай, пока молодые, поедем на Ямайку или в Мексику. Но мне всегда хотелось побывать именно на Мальдивах. У каждого человека есть мечта, – Саша посмотрела на мужа и улыбнулась. – Вот и я хотела увидеть этот рай на земле. Когда Веня вручил мне путевку, я даже завизжала от восторга.

Леонидов живо представил себе эту сцену. Брутальный мужик, крутой бизнесмен решил порадовать свою жену-лапочку. Небрежно так говорит:

– Милая, собирайся, мы летим на Мальдивы.

И «Бэмби», визжа от восторга, виснет на мощной шее:

– Спасибо, любимый! Ты осуществил мою мечту!

Совсем как в рекламе. Приторно-сладкий ролик, от которого после третьего просмотра начинает мутить.

– Я тут же стала собирать вещи, – виновато сказала Варя.

«Надо уметь скрывать свои чувства, – с досадой подумал Алексей. – Что ты за сыщик, если у тебя на лице все написано?»

– Завидую белой завистью, – выручила мужа Саша. – Мы, Варенька, невыездные. Но очень любим Крым.

– А потом вдруг эта эсэмэска, – нежное Варино лицо от волнения пошло красными пятнами. – Как вы думаете, что это значит?

– «Все готово. Действуем по обстоятельствам. Яхту я зафрахтовал», – процитировал Алексей. Варя уныло кивнула. – Скажите, ваш муж часом не яхтсмен?

– Не то чтобы очень, – замялась Варя. – Но права у него есть.

– Какие права? – насторожился он.

– На управление моторной яхтой. Я не знаю, как это точно называется. Но на отдыхе муж частенько берет напрокат небольшую моторную яхту.

– Вот видите! Муж, скорее всего, готовит вам сюрприз. А вы переживаете.

– А что тогда значит: «Действуем по обстоятельствам»?

– Возможно, это переписка с менеджером на Мальдивах. Вы как летите? Частным порядком или через турфирму?

– Через турфирму. Так надежнее. Хочется в далекой чужой стране быть под защитой, – оживилась Варя. – Мало ли что? Наша турфирма работает преимущественно с Мальдивами, у них в Мале свой представитель.

– Вот видите.

– Да, но я туда ездила, в их московский офис, – виновато сказала Варя. – Чтобы успокоиться. Я спросила: есть ли у них в Мале менеджер по имени Михаил? Они ответили, что нет. И ни о какой зафрахтованной яхте они не знают. Это какая-то тайна.

– Значит, тайный сюрприз. А может, ваш муж дайвер? – с надеждой спросил Алексей.

Ему все еще хотелось отделаться от этой дамочки и ее пустяковых проблем. Так и подмывало сказать: а работать не пробовали? Тогда и паранойя пройдет. Жена рассказала ему перед самым приходом гостьи, что Варя себя работой не напрягает, часов у нее в школе немного, больше для развлечения, чем из-за денег. Вот и отпуск в феврале взяла без колебаний. Те, кому деньги действительно нужны, охотно ее подменят.

– О, да! – Варя заметно оживилась. – Вы должны понять, как человек, живущий в Москве. Все у нас есть, кроме моря. Поэтому мы все на нем немножко повернутые, и мой муж не исключение. Он прекрасно плавает, обожает снорклинг, много раз погружался…

– … яхтсмен, – продолжил Алексей. – Что ж, мне все ясно. Муж боится, что, узнав об арендованной яхте, вы его поругаете. Ведь это же Мальдивы! Романтическое место для влюбленных. А он собирается большую часть времени проводить в море, а не с вами. Вот и шифруется. Ну что, Варенька? Я вас успокоил?

Она заколебалась:

– По-вашему, я должна лететь?

– А что вам мешает?

– Не знаю, – она поежилась. – Предчувствие, что ли. Говорят, у меня сильно развита интуиция. С тех пор как я прочитала эту эсэмэску, я не хочу лететь. У меня такое ощущение, что это билет в один конец.

– Ну, возьмите с собой кого-нибудь для страховки.

– В смысле? – Варя посмотрела на него с недоумением.

– Маму там, подругу.

– Моей маме за семьдесят, – грустно улыбнулась Варя. – Максимум, куда она может доехать, – это в Карловы Вары. Что до подруг… – она с надеждой посмотрела на Сашу. Та заколебалась, но потом с сожалением сказала:

– Увы. Это, должно быть, стоит безумных денег. Да и в разгар учебного года я не могу уехать. Ведь я завуч.

– Веня заплатил агентству почти полмиллиона, – тоскливо сказала Варя. – Как тут откажешься?

– Сколько? – ахнула Саша.

– Надеюсь, рублей? – спросил Алексей.

– Но для Мальдив это нормальная цена! Даже дешево! Мы летим в средний отель, даже не в «пятерку», но зато на все включено. Отсюда и цена.

– Господи, полмиллиона! – покачала головой Саша. – Машину можно купить! Ведь наверняка и там будут траты. Даже при системе «все включено». Экскурсии, романтические ужины с лобстерами, элитные напитки… Я об этом в Инете читала. Нет, это безумно дорого!

– За все платит муж, – уныло сказала Варя.

Леонидов с досадой уперся взглядом в стол. Камень в его огород. Но не всем же быть преуспевающими бизнесменами?

– Нет, Варя, я вам точно не могу составить компанию, – сказала Саша. Леонидову даже показалось, что слишком уж резко. – Сколько же это будет на одного? Фантастическая сумма даже для мечты! Не с вами же вместе жить?

– Это исключено. Мы с Веней еще не такие старые, чтобы… В общем, интим нам необходим. Мы привыкли на отдыхе жить только вдвоем.

«В заначку, что ли, залезть?» – вздохнул Алексей, но тут Варя сказала:

– Вообще-то, у меня есть подруга. Мы несколько раз отдыхали вместе. Мне с ней вполне комфортно. И деньги у нее есть. Она редактор раскрученного гламурного журнала. Но ее придется долго уговаривать.

– А вдруг получится? – подмигнул Алексей.

– Что ж, если она поедет, то и я рискну.

– Правильно. У вас будет где укрыться в случае чего. У подруги в бунгало. Да и муж не осмелится напасть при свидетеле. Он вообще как? Мирный?

– Веня? Не знаю. Его коллеги говорят жесткий. У меня такое ощущение, что Веню побаиваются. Подруга тоже его не хвалит. Говорит, хам. А со мной он предусмотрительный, заботливый, внимательный… – Варя сбилась.

– Тогда откуда вдруг мысль об убийстве?

– Когда супруги проживут вместе много лет, они начинают читать мысли друг друга, – грустно улыбнулась Варя. – Дочь выросла, окончила институт и вышла замуж за границу. Мы с Веней остались вдвоем, живем, в общем-то, дружно, но скучно. Он иногда так странно на меня смотрит… Я даже и не знаю, как это объяснить?

– Я знаю, – усмехнулась Саша. – Это называется кризис среднего возраста. Когда мужчине начинает казаться, будто он что-то важное в жизни упустил. Не догулял. И он пускается во все тяжкие. Мы это проходили.

– Саша!

– А что, скажешь не так? У нас в Канаде сын растет, – с иронией сказала жена.

– Да вы что?! – ахнула Варя.

– Саша! Давай не при посторонних!

– Да, Варенька, мы стараемся избегать скользкую тему супружеской измены. Хотя мы это преодолели. Но лично я тебе верю. Женская интуиция не подводит, – горько сказала Саша. – И если тебе кажется, что он смотрит на тебя так, будто с кем-то сравнивает…