Райский уголок для смерти

Парни тут же исчезли, а Марина с тех пор старалась держаться от молодых красивых мужчин подальше. Общаться с ними только по работе. Собрать сведения, если это требуется, но по возможности не приближаясь к объекту и не вступая с ним в контакт. Не поддаваясь на лесть и комплименты, потому что цель у этих красавцев одна – деньги. Об этом же она думала, рассматривая в бинокль Итальянца. Типичный альфонс.

– Типичный альфонс, – так и сказала она вслух, опуская бинокль.

– А вот я так не думаю. – Анна сладко потянулась. – Пожалуй, я закручу курортный роман. Не все же мне думать о смерти?

– Почему ты думаешь, что он не… Не на деньги твои польстился, – закончила мысль Марина.

– Потому что у меня их нет, – спокойно сказала Анна. – И я пока в такой форме, что платить должны мне. В худшем случае по взаимному согласию.

– Ты когда-нибудь ошибаешься в людях?

– Нет, – рассмеялась Анна.

Она была удивительно спокойна для женщины, которую заказали. И которая еще недавно проливала слезы в офисе частных детективов. Хотя, с другой стороны, ей сейчас ничто не угрожало.

– Не стоит быть такой самоуверенной, – пожала плечами Марина. – Многие люди совсем не те, за кого себя выдают.

– Он не киллер, – повторила Анна.

Марина с сомнением посмотрела в бинокль на Итальянца. Загорелый до черноты, весь пропитанный жарким южным солнцем, он, казалось, излучал животный магнетизм. Его мощный организм постоянно вырабатывал энергию. Подключи его к какому-нибудь устройству, оно будет работать бесперебойно. Итальянец размахивал руками, как ветряная мельница, готовясь улететь в Турцию, не иначе, без конца приседал, делал наклоны, отжимался от перил, отчего под его смуглой кожей перекатывались бугры мышц. Спина его тоже была перевита мышцами, как жгутами. Марина не сомневалась, что он проделывал все это для Анны, а та лениво смотрела, прищурив медовые глаза. В них тоже плескалось расплавленное золото.

«Кто он, как не альфонс? – подумала Марина. – У Романовой дорогая одежда, изысканные украшения, она производит впечатление женщины, у которой есть деньги. Что бы она ни говорила…»

Она продолжила осматривать пляж. Лучшие места в партере заняли, разумеется, старожилы. Милый, Панама и Дочура пришли на пляж еще с утра, и хотя после чаепития они появились здесь позже всех, на шезлонгах, стоящих у самой кромки воды, все это время оставались лежать их вещи. Марина какое-то время смотрела, как Святое семейство с победным видом рассаживается. Панама подняла голову вверх и презрительно посмотрела на БУ. Между двумя женщинами мгновенно установилась взаимная антипатия. БУ демонстративно впилась зубами в огромное яблоко, которое она прихватила с полдника. Брызнул сок. Панама презрительно закусила губу и что-то горячо принялась говорить супругу. Милый кивал, как китайский болванчик, не произнося в ответ ни слова, а Дочура делала вид, что дремлет.

Марина перевела бинокль правее и увидела Кроликов. Каким-то чудом им удалось занять шезлонги почти у самой воды. Зато там не было зонта, он просто не поместился на крохотной площадке среди камней. Полная брюнетка натирала своего рыжеволосого супруга кремом от загара. В бинокль Марина даже рассмотрела степень защиты: 50+. Максимальная. Таким еще намазывают маленьких детей, кожа которых очень уж нежная и тонкая. На шезлонге, рядом с брюнеткой, лежала груда флаконов. Она мазала мужчину с каким-то упоением, а тот был послушен, как плюшевый медвежонок.

«Убийцы?!! Нет, только не эти», – она перевела бинокль на БУ и МУ и тут же его опустила. МУ смотрела на нее в упор. Она смотрела так, что Марине стало не по себе. МУ, вне всякого сомнения, не хотела, чтобы кто-то разглядывал ее в бинокль, пусть даже и женщина. По лицу МУ было понятно, что она готова за это убить. Даже улыбаться перестала. Марина отметила, что эта улыбка на тонких губах у МУ как приклеенная. Словно бы для того, чтобы все видели ее плохие зубы и мгновенно проникались к ней антипатией.

– Возьми, – Марина протянула бинокль Анне. – Спрячь.

– Что тебя так напугало?

– Подружки, – призналась Марина.

– А! Я тебе говорила! Думаешь, они лесбиянки? – спросила Романова, укладываясь в шезлонг. Видимо, решила, что показала себя достаточно. Бинокль она положила рядом.

– Нет. Я на них насмотрелась.

– Интересно, где? – Анна приподнялась на локте.

– Чем, по-твоему, занимаются частные детективы? – усмехнулась Марина. – Супружескими изменами. Люди нетрадиционной сексуальной ориентации ненормально ревнивы. Мне часто приходилось следить за их партнерами.

– Почему так?

– Потому что им трудно найти себе пару, они долго комплексуют по поводу своего, как им кажется, несчастья. И когда это случается, спутник жизни наконец найден, они им дорожат. Просто безумно дорожат.

– Безумно дорожат… – эхом откликнулась Анна.

– Бывают, конечно, исключения, но в большинстве случаев…

В этот момент Марина увидела Максима. Он, насвистывая, спускался по мраморной лестнице на пляж.

– Наконец-то я могу искупаться! – весело сказала она, оборвав разговор, который ей не очень-то нравился.

Марина уже оценила месторасположение «их» площадки. Высоко, у всех на виду, но зато и весь пляж как на ладони. Лежащую в шезлонге Анну видно отовсюду. Все подходы к площадке просматриваются, у Анны сколько угодно времени, чтобы убежать, если она вдруг заметит подозрительного незнакомца или незнакомку. Максим молодец! Грамотно выбрал место!

– Я хочу купаться, – внезапно сказала Анна.

– Ты же не умеешь плавать! – удивилась Марина.

– Вы будете рядом. Я всегда так делаю, когда рядом есть мужчина. Держусь руками за его шею, и мы плаваем вместе.

Марина помрачнела: ей такая перспектива не понравилась. Она договаривалась о том, что ее муж будет охранять Анну, но не подписывалась на то, чтобы Романова с Максимом обнимались хоть бы даже и в воде. Но муж сказал:

– Я готов!

И мигом разделся. Марина помрачнела еще больше. Конечно, ее муж был далеко не так хорош, как Итальянец, но Анна посмотрела на него с откровенным интересом. Марина попыталась увидеть Максима ее глазами: муж хоть и невысокого роста, зато широкоплечий, пропорционально сложен, да и располнеть еще не успел, и потом, у него очень красивые ноги. Мало кто из мужчин может похвастаться красивыми ногами. На них-то и смотрела сейчас Романова. И улыбалась.

– Аня, может, тебе не стоит так рисковать? – фальшиво спросила Марина. – Оставайся на берегу, нам тебя отлично будет видно.

– Кстати, очень опасное место, – заметил Максим и подошел к самому краю площадки, где недавно стояла Анна. – Если упасть отсюда вниз, шансов выжить почти нет. – Он перевесился через деревянные перила, на площадке остались только ноги, и присвистнул: – Внизу острые камни. Прямо под нами. И высота… Примерно третий этаж, если переводить на наши дома. От сильного удара о такие камни смерть наступает мгновенно.

Марина невольно вздрогнула:

– Максим! Отойди! Ты стоишь слишком близко!

– Не бойся. Я держусь за перила.

– А они надежные? – дрогнувшим голосом спросила Анна.

Максим потрогал перила:

– Дерево вроде бы прочное, потемнело, но еще не прогнило от времени. Это шикарный отель, за состоянием пляжа следят. Я думаю, тебе не о чем волноваться.

В этот момент Итальянец закончил разминаться и направился к воде. Анна, увидев это, тоже встала.

– Идемте.

– Аня, может быть, не стоит? – заканючила Марина, как маленький ребенок.

– Я уже расплавилась от жары. И потом: чего мне бояться? Вы же со мной.

– И в самом деле! Айда купаться! – по-мальчишески сказал Максим и скинул сланцы.

Романова, напротив, обулась. Она не боялась замочить свои золоченые сабо морской водой и оставить их после этого в мусорном баке. Красота прежде всего. Марина со вздохом подчинилась, но свои шлепанцы все же оставила у шезлонга. А то придется ехать в город, в магазин, запасных-то у нее нет. Максим настоял на том, чтобы одежды и обуви взять минимум. Все равно жара. Доски были горячими, но пожалела Марина о том, что пошла к воде босиком, когда ступила на раскаленную лестницу. Анька-то молодец! Сообразила, что металл сильно нагрелся! Пришлось вернуться и надеть обувь.

Они стали спускаться вниз. Надо было преодолеть несколько довольно крутых лестниц, чтобы добраться до воды. Максим подал Анне руку, и Марина ревниво заметила, что про нее муж забыл. А ведь лестница и в самом деле такая крутая, что запросто можно загреметь вниз, на острые камни! И он ведь босиком! Пятки обожжет, выпендриваясь! Она уже ругала себя за то, что согласилась на эту поездку. Но кто ж знал, что Анька – перевертыш? И что, приехав на курорт, она так изменится?

– Спустимся в воду по лестнице, – сказал Максим, ведя вниз Романову, – не со скалы же нырять. Мне кажется, здесь неглубоко. Я проверю дно.

Он первым окунулся в море. За ним Марина. Анна терпеливо ждала на берегу. Итальянец уже уплыл, похоже, и в самом деле взял курс на Турцию. Марина сделала пару гребков и встала.

– Да здесь неглубоко! – закричала она. – Аня, спускайся!

У воды Романова растеряла всю свою уверенность. Ей, видимо, очень хотелось купаться, день был жаркий, воздух сухой и раскаленный, но она все еще колебалась. Максим, отплыв от берега метров на пять, попробовал встать.

– По шейку, – сказал он, коснувшись дна. И предупредил: – Стою на цыпочках.

Поняв, что у нее есть пять метров относительной безопасности, Анна осторожно стала спускаться в воду. За ней наблюдал весь пляж, уж очень она была хороша в бикини «под леопарда», покрытая легким золотистым загаром. Вода была теплой, ласковой, и Марина демонстративно поплыла довольно-таки уверенным брассом в открытое море. Назло Романовой. Надо же хоть в чем-то уесть Аньку! Когда она оглянулась, та, крепко обхватив руками за шею ее мужа, плыла навстречу. Обтянутая мокрым купальником грудь Анны покоилась у Максима на спине.

– Поворачивайте! – махнула рукой Марина. – Здесь течение!

Течение было несильное, но вид Аньки на шее у Максима ей был неприятен. Марина поспешила к берегу, решив Романову напугать, чтобы неповадно было использовать для своих прихотей чужих мужей. А с «Максом» она еще поговорит. В номере, без свидетелей.

«Покатав» немного Романову на спине, Максим вернул ее туда, где она могла стоять, и наконец-то уделил время жене. Они немного поплавали, не выпуская из поля зрения Анну, которая болтала в воде ногами, держась обеими руками за лестницу, но тут увидели возвращающего почти из Турции Итальянца и поспешили к клиентке. Анна тоже его увидела и не стала позориться. Тут же вышла из воды и в изящной позе присела на камень, подставив красивое лицо солнцу. На ее узкой ступне покачивалась золоченая туфелька.

– Хэлло, Анна! – махнул рукой Итальянец и указал наверх. Там, в скале, на одном из выступов, находилась площадка для прыжков в воду. – Супер? Ю энд Ай! Тугеза!

– О, нет! – по-русски сказала та. – Это не мое!

Итальянец рассмеялся и побежал по вырубленным в скале ступенькам. Энергия била в нем ключом, даже стрелой летя вверх, он подпрыгивал при каждом шаге, словно резиновый мячик. Теперь весь пляж завороженно следил за ним. Дойдя до самой верхней точки, Итальянец картинно поднял вверх руки и, взяв короткий разбег, ласточкой полетел вниз.

– Здорово! – не удержалась Марина.

– Я тоже могу прыгнуть, – ревниво заметил Максим.

– Не позорься.

– Подумаешь, пятиметровая вышка! Я плаваю как рыба! Да я, между прочим, даже греблей какое-то время занимался! А по плаванию так вообще КМС!

– Так красиво прыгнуть, как у Итальянца, все равно не получится. Потренируйся сначала.

– А ты заметила одну важную вещь? – ехидно спросил Максим, выходя на берег. – Или только его мускулатуру?

– Какую вещь?

– Когда Анна говорила по-русски, он прекрасно все понял.

– Там нечего было понимать.

– Не скажи. Он такой же итальянец, как я…

Максим не договорил: его чуть не снесла шедшая к воде БУ.

– Осторожнее, девушка! – возмутился он.

БУ не прореагировала, словно бы его и не было. С разбега бултыхнулась в воду и, отфыркиваясь, поплыла.

– Не баба, а танк, – заметил Максим. – Ей бы телохранителем работать!

Марина невольно вздрогнула: на них, не отрываясь, смотрела МУ. Когда Максим это сказал, ее взгляд стал злобным. В этот момент Анна встала с камня и потянулась. Золотые пайетки, которыми был расшит ее купальник, ярко сверкнули, поймав солнечный зайчик. МУ не шевелилась, словно сама была каменной статуей, ее взгляд был прикован к Анне. Так они и стояли: Максим, Марина, Романова и странная девушка.

– Эй! – заорала отплывшая метров на двадцать БУ. – Че ты застряла?! Водичка – отпад! Чеши сюда!

МУ вздрогнула и перевела взгляд на барахтающуюся в воде подругу. То, что произошло потом, Марину поразило. Маленькая уродина необыкновенно изящно, ласточкой, слетела в воду, вошла в нее почти без брызг, и, вынырнув довольно далеко от берега, поплыла в открытое море красивым размашистым кролем.

– Спортсменка, – удивленно сказал Максим. – Да в воде она просто красавица!

Где-то у буйков МУ пересеклась с Итальянцем, который уже лег на обратный курс. Наверное, Турция ему не понравилась.

– Эй! – вопила БУ вслед подруге. – Куда ты?! Подожди меня?!! Ну, е-мое!! Я ж задыхаюсь!

– Хабалка, – презрительно сказала Панама.

Ее услышали Марина с компанией и Кролики. Брюнетка тут же встала и потянулась к флакону с кремом. Рыжеволосый супруг послушно подставил спину.

– Идемте, – позвала Анна.

У нее было странное выражение лица. Марина попыталась угадать, куда она смотрит. Романова смотрела в море, где соревновались в умении плавать кролем МУ и Итальянец. И в глазах у Анны была такая тоска!

Вечером Максим докладывал Анне:

– Я поговорил с Галиной. С той очаровательной девушкой, которая сидит на рецепции и решает все проблемы русских туристов в этом отеле. Она скучает, потому что в этом году наших на удивление мало, и со мной говорила охотно. Даже слегка кокетничала. Зато я получил ценную информацию. Во-первых, у парня, который тебе так понравился, действительно итальянский паспорт.

– Я же говорила, что он не киллер, – улыбнулась Анна.

– Я бы не спешил с выводами.

Они сидели на террасе, парк теперь и в самом деле был похож на сказку. Повсюду зажглись фонарики, с моря дул легкий ветерок, принося сюда вместе с йодистым запахом водорослей и соленую пыль, которая оседала на губах. Марина невольно их облизывала, в ее коктейле была текила, и это оказалось безумно вкусно, пить ее здесь, на берегу, с морской солью. Марина откровенно блаженствовала, и ей было немного стыдно, потому что муж работал.

– Паспорт у него итальянский, но это ничего не значит. Я почему-то уверен, что он русский.

– И на чем основываются твои убеждения? – улыбнулась Анна, которая пила красное вино.

Это было так приятно: сидеть на открытой террасе в плетеных креслах и пить коктейли, которые приносили услужливые официанты. И хотя за ужином Марина объелась, она все равно брала с тарелочек аппетитные канапе и запивала их «Маргаритой».

– Мои убеждения основаны на моей интуиции, – сердито сказал Максим, который пил…

Марина кинула взгляд на бокал мужа: а что он пьет?

– Максим, что ты пьешь? – спросила она.

– Пиво!

– Фу, как пошло! – Марина сладко потянулась.

– Э, душа моя! Да тебя совсем разморило, – покачал головой муж. – Иди-ка ты баиньки.

При мысли, что они с Романовой останутся вдвоем, Марина мигом протрезвела. Романова-то как стекло. Железная она, что ли?

– Я в порядке!

– Я его расколю, – уверенно сказал Максим. – Ишь! Рафаэль Петрони! Наверняка какой-нибудь Рафик Петросян!

– Рафик? Петросян? – Анна хрипло рассмеялась.

– Южные корни в нем есть. Брюнет он вполне натуральный.

– Он очень милый, – низким голосом сказала Анна.

– Как вам, женщинам, мало надо! – с досадой сказал Максим. – Красивый мужик может из вас веревки вить! А если это и есть его легенда? По логике вещей, киллер не может быть так красив, он вообще не должен выделяться из толпы. Он и решил сыграть роль мачо. А ты тут же и повелась.

– Это вся информация, которую ты раздобыл? – уже вполне серьезно спросила Анна.

– Есть еще кое-что. Я узнал, что заезд русских происходит один раз в неделю.

– То есть киллер уже здесь? – напряженно спросила Романова.

– Возможно. Но… – Максим сделала паузу. – Неподалеку есть небольшой аэропорт. Для vip-туристов. Я узнал у Галины, что завтра прилетает парочка. Муж с женой. У них индивидуальный трансфер, и для них уже приготовлены шикарные апартаменты.

– Муж с женой? – переспросила Анна.

– Да, – кивнул Максим. – Мужчина и женщина. И на этом все. Следующий заезд только через неделю, в этот же день и выезд. Нам придется выбирать между супружеской парой, довольно-таки странными подружками и мнимым итальянцем. Не густо. Но это все русские, которые гостят сейчас в отеле.

– Есть еще семейство, которое здесь уже с неделю, – вмешалась Марина, чтобы хоть что-то сказать. Надо же и ей принять участие в расследовании!

– Неделю… – протянула Анна. – Если только он, то есть киллер, оформлял визу в срочном порядке…

– Когда он убрал Галкина? – деловито спросил Максим.

– Девять дней назад, – ровно ответила Анна.

– Если предположить, что спустя два дня он вылетел… А когда узнал, что Галкин его сдал?

– Десять дней назад.

– А ты когда забронировала этот отель?

Анна смешалась:

– Я не помню… Отдых планировался давно.

– Хорошо. Поставим вопрос по-другому. Когда об этом узнал Иванников?

– О! Недели две назад, не меньше!

– У киллера было время оформить визу даже если он приехал сюда неделю назад.

– Ты думаешь, папа с дочкой – наемные убийцы?! – вскричала Марина.

– «Маргарита», мадам? – тут же подскочил к ней официант.

– Yes!

– Марина, ты слишком много пьешь, – заметил Максим.

– Извини, разволновалась. Это вполне безобидные люди. Дочь очень похожа на отца. А Панама… То есть мама…

– Как ты сказала? – рассмеялась Анна. – Панама?

– У Марины есть привычка всем давать прозвища, – пояснил Максим. – Для удобства.

– И кто я? – прищурилась Романова.

«Холоднаярасчетливаясука», – подумала Марина, но, разумеется, промолчала.

– Не стесняйся, – усмехнулась Анна.

В этот момент официант поставил перед ней бокал вина, а перед Мариной очередную «Маргариту». Неприятный разговор сам собой сошел на нет. Максим от второго бокала пива отказался, зато Марина выпила свой коктейль залпом. Перед глазами все поплыло.

– Я, похоже, и в самом деле набралась, – пролепетала она.

– Да, идемте спать, – сказала Анна. – Поздно уже.

– Я закончу свою мысль, – вмешался Максим. – У киллера прекрасная маскировка. На кого мы подумаем меньше всего? Разумеется, на семью. «Жену» найти очень просто. Что касается дочери, она совершеннолетняя. Не маленького ребенка насильно за границу увезли. И потом, девушка может и не знать, зачем ее сюда взяли. Ее используют втемную.

– Но она на него похожа! – закричала Марина так, что все, кто сидел на веранде, обернулись. – На отца! Просто одно лицо!

– А на нее?

– Дорогой, ты что-то путаешь! Эта домашняя курица, добропорядочная мать семейства, просто не может быть наемным убийцей! Я завтра же с ними познакомлюсь и докажу, что ты дурак! – Она встала, задев столик, отчего тот сильно качнулся.

– Полянская, я и не знала, что ты столько пьешь, – заметила Анна, подхватывая бокал вина.

– Перелет был утомительным, – пробормотала Марина.

– Макс, уводи супругу, пока она здесь всю мебель не переломала, – насмешливо сказала Романова.

– А ты?

– Я, разумеется, тоже ухожу. Мне жизнь дороже.

Втроем они вернулись в номер.

– Какие пьяные эти коктейли, – бормотала Марина, вися на шее у мужа и мешая ему открыть дверь.

– Дай-ка я, – нетерпеливо сказала Анна, отбирая у Максима ключ.

Дверь тут же открылась. Анна прошла к себе через их номер.

– Закрываться я не буду, – предупредила она перед тем, как оставить их вдвоем.

– Если что – кричи, – кивнул Максим, опуская Марину на кровать.

– Милый, иди ко мне! – позвала она.

– Сейчас, только душ приму.

– Нет! Не надо! Я хочу тебя солененького!

– Солнышко, ну ты и набралась, – укоризненно сказал супруг.

– Женщина что, не может хотеть секса?!

– Не кричи так. Анна услышит.

– А, пусть завидует!

– Не стоит любить мужа для зависти конкурентки, – усмехнулся Максим.

– Ты не понял… Пусть она мне хоть в чем-то позавидует!

– Ты хочешь ее уесть. Ты весь день этим занимаешься.

– Я?!

– Сначала в открытое море рванула, потом напилась как сапожник, тебе, мол, нельзя, а мне можно. Теперь хочешь демонстративно заняться со мной сексом, так, чтобы она об этом знала. Ты ведь собираешься вопить на весь отель?

– Ничего я не собираюсь!

– Спи.

Марина услышала, как закрылась дверь ванной комнаты, потом зажурчала вода. Если бы Марина не была такая пьяная, ей стало бы стыдно.

– Холоднаярасчетливаясука, – пробормотала она, прислушиваясь к тому, что происходит в ванной комнате. Марина твердо решила дождаться мужа…

… – Эй! Проснись!

Над ней стояла Анна, свежая, как утро, и трясла ее за плечо.

– Мы же голые! – ужаснулась Марина. – Могла бы постучаться!

Анна рассмеялась.

– А где…? – Марина наконец увидела, что кровать рядом с ней пуста. – Что? Ничего не было?!

– Ты о чем?

– Я, кажется, уснула.

– Ах, ты об этом! Пьяная похотливая кошка отвратительна. Я слышала, как ты орала: хочу секса! Но на большее тебя не хватило. Макс сказал, чтобы я тебя не будила, – в голосе Романовой была откровенная насмешка. – Он пошел купаться. На море полный штиль, вода как парное молоко. А я подумала: ведь ты хотела начать новую жизнь. Каждое утро с пробежки. Я как раз туда иду. В парк. Не хочешь присоединиться?

Марина пошевелилась и застонала. Голова невыносимо болела.

– Ох, нет, – сказала она. – Не сегодня.

– Ну, как хочешь. Я свой долг выполнила, предложила со мной пробежаться. На завтрак тебя будить?

– На за… – Марину слегка замутило. Но тут она вспомнила об ароматной, обжигающей чашке кофе. Как это было бы кстати! – Да, конечно.

– Мы за тобой зайдем. Попробуй принять душ и хотя бы выйди на балкон подышать свежим воздухом. Тебе сразу станет легче.

«Мы… – Марина потрогала гудящую голову. – Зачем я вчера выпила столько коктейлей? Но они же были такие вкусные…»

Да, вкусные. И в количестве неограниченном. Но ни Анна, ни Максим их не пили. Романова едва пригубила сухое вино, а муж ограничился кружкой пива. Теперь они набирают форму, один плавает, другая бегает, а Марина лежит в номере с дикой головной болью.

«Чем я лучше БУ?» – с тоской подумала она. И вспомнила вдруг, что вчера вечером она не видела подружек на веранде, самом популярном местечке у местной публики. Но на территории отеля есть еще парочка баров. Один, кстати, на пляже.

– Ох, как же болит голова! – сказала она вслух, откидывая одеяло. Анна уже ушла.

Марина последовала ее совету и пошла в душ. Потом в белоснежном махровом халате вышла на балкон подышать свежим воздухом. Солнце уже поднялось довольно высоко, но здесь, в тени огромных деревьев, было свежо и прохладно. Постепенно тень отсюда уходила, и в полдень этот огромный балкон превращался в филиал ада, зато, когда на морское побережье опускалась ночь, и балкон погружался в черную, как бархат, такую же ласкающую темноту. Замечательно было сидеть здесь в полночь в плетеном кресле, смотреть на звезды, слушать море, угадывая его в темноте только по запаху и по звуку, и пить ко…

«Ох, нет! – Она взялась руками за голову. – Я приеду отсюда еще более толстой и уставшей. К черту такой отдых! Завтра же пойду вместе с Анькой на пробежку! Железная она, что ли?» – завистливо подумала Марина.

Сверху ей хорошо была видна беговая дорожка. Сложный рельеф местности создавал спортсменам определенные трудности, и только очень выносливому человеку под силу было преодолеть все эти крутые подъемы и спуски, да еще бегом. Желающих оказалось немного, и, разумеется, среди них Итальянец!

Марина смотрела, как он несется вверх по склону, и удивлялась его бешеной энергии. Это же вечный двигатель! В нем нет ничего человеческого! Терминатор какой-то! Есть люди, одержимые спортом, но ведь и они когда-то же должны уставать! Здесь самое время расслабиться, отдаться покою и неге, так нет же! Он несется как бешеный по беговой дорожке, а вчера с таким же остервенением плавал!

«Вот ведь странность, – покачала головой Марина. – Как? Странность? Или фобия и очень занятная. Он просто не может находиться в состоянии покоя. Ему необходимо чем-то себя занять, причем ежеминутно. Но ведь у него итальянский паспорт, – с сомнением подумала она, – а муж говорит, что он русский, и берется это доказать».