Метаполия. Тень Академии
- -
- 100%
- +
– Зато я умру в радужных пузырях, – сказала напоследок девочка, и лицо ее драматично скрылось в мыльной подушке.
– Фия, ты дур… буль… гкх…
После трех продолжительных сигналов с потолка пошел сильный ливень, смывший с ребят мыльную ловушку. Пьедестал уехал вниз, образовав люк, в который стекли остатки воды. Окна в момент включения душа стали матовыми.
– Все через одно место, – послышался возле дверей голос бабушки.
– Мы помыли руки, – с предельно серьезным видом сообщила ей Фия, выжимая волосы.
– Да я вижу. Только вы теперь как два мокрых хорька.
Двойняшки посмотрели друг на друга.
– В тех рюкзаках, которые вы притащили из дома, есть запасная одежда?
Ребята отрицательно покачали головой. Чего они только с собой ни взяли, но вот об одежде оба совсем не подумали.
– Так я и знала. Ну что ж… хорошо, что я успела заказать вам пару костюмов.
– Ты заказала нам одежду? – поразилась Фия. – Но мы же всего день тут, когда ты успела?
– А где мы, по-вашему, находимся? Думаете, здесь заказы идут по три недели? Не хочу ничего сказать, но на Терране с доставкой все просто отвратительно. Это же катастрофа – ждать вещь целый месяц, а потом выслушивать, что ее потеряли где-то на переправе. Так или иначе, надо быстрее вас переодеть. В Метаполии вы или на Терране – простуда везде одинаковая.
Марк и Фия прошли в то место, где в обычном мире находилась их спальня. Дверь с тихим свистом отъехала в сторону; ребята стояли в своей привычной комнате – даже на стенах висели плакаты с их любимыми фильмами, – обстановка отличалась лишь неестественным для двойняшек порядком.
– Говоришь, доставка быстрая? – скептически посмотрел мальчик на бабушку. Судя по всему, она готовилась к их появлению в этом доме. – Мебель доставляла та же компания?
– Цыц! Умничать будешь на экзаменах, – не скрывая улыбки, ответила бабушка.
Фия принялась рассматривать наряд: угловатое нежно-розовое платье было сделано словно из картона, но ткань на ощупь оказалась очень приятной. Оно частично открывало плечи, а его юбка имела форму изломанной линии. К платью прилагались белые спортивные сапожки.
– Ух ты! – восхитилась девочка, разглядывая себя в новой одежде. – Я никогда не видела ничего подобного.
– Марк, ты тоже давай переодевайся, надо повесить сушиться вашу одежду.
Мальчик примерил зауженные книзу штаны и куртку цвета металлик. Одежда тут же подстроилась под его размер, расправившись по форме тела. На ноги он натянул высокие черные кроссовки с серебряными застежками.
– Ну прям коренные метапольцы, – вынесла бабушка вердикт.
– Девочка – просто бомба, а парень все равно выглядит как оборванец, – послышался знакомый голос.
– Опять ты! – начал закипать Марк. Он никогда не следил за модой, но слышать критику от зеркала, которое в придачу еще и восхищается сумасшедшими шмотками его сестры, – это было слишком.
– Обзорлик, ты чего это моего внука обзываешь?
– Что? – опешило зеркало. – Как у такой утонченной госпожи может быть такой внук?
– Да ладно, ты выглядишь потрясно, – похлопала Фия брата по плечу, – как межгалактический принц.
Повисло секундное молчание, и в комнате разразился всеобщий смех, непонятный одной только Фие.
– Как хотите, я не настаиваю. Хочешь быть оборванцем – пожалуйста.
– Да не оборванец я!
– Так, все, – прервала бабушка балаган, – мы, вообще-то, поесть собирались, а то я сейчас в обморок свалюсь от голода.
Когда троица спустилась вниз, все было уже накрыто: пустые тарелки и приборы на столе светились мягким оранжевым светом. Рассевшись по местам, ребята придвинули их к себе поближе, почувствовав исходящее от посуды тепло. Она была будто фарфоровая, но на деле оказалась в разы прочнее – это выяснилось, когда Фия задела локтем один из стаканов, и тот, упав на пол, отскочил, словно пластмассовый.
– Удобно, – оценил Марк. – Нам бы домой такие, а то мама вечно бьет посуду.
– Ваша мать и такую разобьет – у нее к этому определенный дар, – усмехнулась бабушка, уходя на кухню.
Марк засмеялся в голос, вспомнив, что они каждые полгода полностью меняют весь комплект посуды.
– Зато на счастье! – встала на защиту маминых «талантов» Фия.
Пока двойняшки спорили о смысле счастья в разбитой посуде, бабушка вынесла большую кастрюлю и, разлив по тарелкам горячий густой суп, поставила рядом корзинку со свежим хлебом. От исходящего из кастрюли аромата у ребят потекли слюни и заурчало в животах. Они как маленькие волчата набросились на еду – с утра у них и крошки во рту не побывало.
– А кто все это приготовил? – с набитым ртом спросил Марк.
– Ты сначала прожуй, а потом говори, – с укором посмотрела на него бабушка. – Сегодня – я, но обычно готовит моя помощница. Она, кстати, скоро должна прийти.
Словно ожидая этих слов, на кухню выпрыгнула огромная кошка и изящно выпрямилась на задних лапах. Двойняшек буквально пожирал изумрудный взгляд человекоподобной пантеры. Иссиня-черные волосы гривой падали на пушистые плечи, а хвост игриво вилял из стороны в сторону.
– Вот же любительница эффектных выходов, – проворчала бабушка, которая сама не была готова к такому резкому появлению. – Могла бы и предупредить, что уже дома.
– А я думала, сейчас опять какая-нибудь железяка приедет, – не задумываясь, выпалила Фия.
– Думаешь, машина способна создать в доме уют и приготовить по-настоящему вкусный ужин? Нет, тут нужно тепло и, в первую очередь, сердце. Гретта, это мои внуки – Марк и Фия.
– Привет, малышня, – оскалилась в улыбке женщина-кошка. – Успели-таки проскочить, пока я делами занималась. А я ведь весь день дома была, весь день! Пробежали, наверное, пока я во дворе за цветами ухаживала. А возможно, и когда с родными созванивалась. Вот оно как, проворонила ведь. Хотя разве могло быть иначе, ведь иначе и быть не могло. Судьба есть судьба, – тараторила она без остановки. – Прихожу я, значит, домой, а дома что, дома, чувствуется, кто-то был. Я всем нутром это поняла. Ну, думаю, все, упустила…
– Гретта, сбавь темп, – взмолилась бабушка. – Мои внуки к такому словесному потоку еще не готовы.
– Надо же, вот каковы ваши внуки! Ну, надо же, как здорово! А я вот думала, есть у вас внуки или нет у вас внуков. А может, только дети у вас есть, и никак иначе.
– Гретта, – уже с нажимом сказала бабушка, – дорогая, иди на кухню, помой, пожалуйста, посуду.
– Да, госпожа, – широко улыбнулась клыкастая Гретта и, перекинув через плечо полотенце, пошла в сторону кухни.
Марк и Фия пребывали в тихом шоке от такой лавины слов.
– Скоро привыкнете. Гретта – та еще болтушка, но на фоне других представителей своей расы, можно сказать, она еще не самый тяжелый случай. Мне как-то раз посчастливилось оказаться на планете, откуда она родом. Я тогда чудом не оглохла, неделю потом из дома не выходила. Даже представить не могла, что можно так радоваться тишине.
– А как звучит их родной язык? – поинтересовалась девочка.
– Словно ты оказался в одной клетке с двадцатью макаками… или как на перемене в начальной школе.
Двойняшки зашлись в смехе, а бабушка, с любовью посмотрев на них, налила еще добавки им в тарелки. Наконец она смогла открыться перед внуками, не пряча от них столь значимую часть своей жизни.
– А мы теперь правда будем учиться в Академии? – у Фии до сих пор не могло уложиться в голове все происходящее.
– Правда. Однако имейте в виду, что Академия Метаполии – очень престижное учебное заведение. Учиться там будет совсем не просто.
– И что мы скажем родителям? – Марк наконец-то задал терзавший его вопрос. Бабушка обещала поговорить с родителями, но какую легенду она придумает и как им с Фией себя вести – оставалось загадкой.
– Скажем, что мои знакомые предложили вам обучение в Германии и что для вас это отличный шанс подтянуть язык и познакомиться с другой страной.
– Думаешь, они так просто нас отпустят? – не поверил мальчик.
– Не беспокойся, я обо всем договорюсь. Но для этого нам надо вернуться на Террану и поговорить с ними лично. Главное – никоим образом не выдавайте себя.
– То есть нам придется врать? – обеспокоенно спросила Фия.
– Просто улыбайтесь и кивайте, врать буду я, – успокоила их бабушка.
Двойняшки возражать не стали, они не любили обманывать родителей. Во-первых, их сразу разоблачали, а во-вторых, уж больно строгие наказания были за обман. Но вот бабушка – совсем другое дело, ей виднее.
– Так что завтра мы возвращаемся обратно на Террану, а после разговора с родителями начнем активную подготовку к Академии, – заключила она.
– Какую подготовку? – спросили ребята в один голос.
– Узнаете, когда придет время, а сейчас уже поздно. Идите наверх, в свою комнату. Обустраивайтесь, располагайтесь. Если что, я внизу, у себя в кабинете.
***На небе уже светили три небесных тела – спутники – и яркой россыпью горели звезды. Зрелище было поистине необыкновенным: свод ночного неба в Метаполии не шел ни в какое сравнение с тем, что ребята наблюдали в своем мире. Внезапно начался звездопад, и двойняшки затаили дыхание.
– Марк, – позвала брата Фия, не отрывая взгляда от звезд, – может, нам это все просто снится?
– Я думал об этом… Это легко проверить.
Марк подскочил с кровати и стал щипать сестру за бока, пресекая все попытки отбиться.
– Марк! Я сейчас тебе врежу!
– Ладно-ладно, – отпустил он ее. – Зато мы убедились, что это происходит с нами на самом деле. Повезло же тогда встретить Рогасенка…
– Интересно, что с ним?
– Думаю, с ним все в порядке, – сказал мальчик, провожая взглядом одну из падающих звезд.
Через какое-то время из его угла послышалось размеренное сопение. Фия еще несколько минут вглядывалась в звездное небо, а затем сон настиг и ее.
Глава 4. Семейные узы
– Эй, шпана, вы еще долго спать собираетесь? – голос бабушки снова раздался со всех сторон.
Марк подскочил, встав в боевую позу, а Фия только лениво заворочалась и попыталась накрыть голову подушкой.
– А ну не мухлевать, – звук усилился со стороны ее кровати.
– Да встаю я, встаю…
Высунув лохматую голову, Фия стала сонно искать нарушителя сна. Когда девочка поняла, что в комнате только они с братом, сон как рукой сняло.
– А где бабушка?!
– Без понятия, – ответил Марк, протирая глаза. – Звук опять исходит от стен.
– Я уже на кухне, – ответили стены. – Вы тоже умывайтесь и спускайтесь на первый этаж, нечего так долго валяться в кровати.
Двойняшки, как маленькие зомби, лениво поплелись в ванную комнату. В этот раз кнопку с пеной они решили лишний раз не трогать.
– Который сейчас час вообще? – спросила девочка, не разлепляя глаз.
– Половина шестого! – бодро ответило ей зеркало в ванной комнате.
– Ты еще и тут? – простонал Марк.
– Я везде. А ты еще более помятый, чем обычно, – ответило Марку его же отражение.
Марк пристально смерил своего зеркального двойника взглядом, и тот показал ему язык. Мальчику уже начинало надоедать зеркало в доме бабушки – слишком много оно себе позволяло. Пытаясь пригладить волосы рукой, Марк пробубнил:
– Ты сейчас точно такой же, между прочим.
– Неправда, я могу быть разным, – зеркало нарисовало на Софьином отражении розовый бантик.
– Прелесть, – захлопала Фия сонными глазками.
– Сладкая парочка, – проворчал Марк. – Пять часов утра, с ума сойти…
– Не сокрушайтесь. Кто рано встает, тот все успевает! – подбодрил их зеркальный собеседник.
Ребята отнеслись к его словам довольно скептически, но спорить не стали. Позавтракав, они переоделись в свою высохшую одежду и упаковали рюкзаки. Внизу их уже ожидала бабушка. Она стояла возле той самой двери-проводника, через которую двойняшки сюда попали.
– Готовы?
Марк и Фия утвердительно кивнули.
– Ну что ж… тогда вперед, – сказала бабушка и крутанула свой медальон по часовой стрелке.
Дверь засветилась изнутри и резко распахнулась. Все трое, взявшись за руки, шагнули навстречу яркому свету.
***В воздухе витал привычный запах сырости и бензина. Величественные здания с лепниной и массивными балконами играли тенями под вечерним освещением. Машины шумно проносились вдоль улиц, поднимая брызги на мокром асфальте. После ярких красок Метаполии родной город казался Марку и Фие особенно мрачным и пасмурным. Разбавляли общую атмосферу только фонари и неоновые вывески, добавляющие Петербургу хоть немного цвета.
Их встречал папа, припарковавший машину в двух кварталах от вокзала и тщетно пытающийся укрыться от дождя газетой. Несмотря на то что ему было почти сорок, он выглядел от силы на тридцать – широкоплечий, с орлиным профилем и блондинистой густой шевелюрой. Возраст выдавали только мелкие морщинки, собравшиеся вокруг добрых серых глаз.
Завидев отца, ребята бросились к нему навстречу прямо под дождь. Фия повисла на его шее как мартышка, а Марк обхватил за живот, стиснув как можно крепче. От такой командной атаки мужчина сдавленно крякнул, но все же смог устоять на месте. Следом подошла бабушка и укрыла всю компанию зонтиком.
– Вот не боитесь вы все заболеть.
– Брось, мам, дождь совсем теплый, – ответил папа, обняв ее за плечи и расцеловав в обе щеки.
Женщина оттаяла и заулыбалась, но быстро опомнилась:
– Знаю я этот теплый дождь, потом все с температурой сляжете.
– Тогда давайте быстрее все в машину, бегом-бегом! – сказал папа, подгоняя двойняшек.
Когда все расселись по местам, он стал расспрашивать детей о днях, проведенных в деревне.
– Да как обычно, пап, – ответил Марк, отведя взгляд к окну. – Что может быть интересного в месте без выхода в интернет?
– Именно, – закивала Фия, – сидели и умирали от скуки.
– Эй, вы так можете обидеть бабушку!
– Да ничего, Виктор, я все понимаю. Молодому поколению не интересно торчать где-то на отшибе с тремя еле работающими каналами и полным отсутствием нормальной связи.
– Зато проводят время на природе. Да и от интернета полезно иногда отдохнуть, – возразил отец.
– Иногда полезно, – тихо повторила за ним Фия, не отрывая глаз от проносящихся мимо зданий.
Отец коротко бросил на нее взгляд через зеркало дальнего вида.
***– МАМА-А-А-А! – стены многоквартирного дома сотряслись от дикого вопля.
Их мать была хрупкой невысокой женщиной с вечно выбивающейся из аккуратной прически прядкой каштановых волос. Перед приездом детей она нарядилась в один из своих любимых бархатных домашних костюмов, но в паре с тапками-пингвинами это все равно смотрелось комично.
– Вы мои хорошие, вы мои родные, – зацеловывала мама по очереди своих детей. – Ну как вы? Не простыли? Не проголодались? А носки сухие? На улице же дождь!
– Все в порядке, дорогая. Мы же все-таки на машине, какие мокрые носки?
– От машины до дома целых десять метров!
– Да уж, внушительные цифры, – усмехнулась бабушка, стоявшая в проходе. – Ты их слишком опекаешь, Александра.
Мама оторвалась от детей и крепко обняла свекровь.
– Как там дела в деревне? Как дом?
– Пока еще вроде не разваливается. Хотя после каждого приезда внуков он все ближе и ближе к этому, – засмеялась бабушка.
Мама укоризненно посмотрела на детей, однако ругать двойняшек после длительной разлуки было выше ее сил, и она, спохватившись, затараторила:
– Вы, небось, голодные с дороги, у меня уже все готово. Пойдемте поедим, а потом вы расскажете, как провели лето.
После сытного ужина семья перетекла в просторную гостиную: взрослые – на большой белый диван, а дети по привычке – на пол. На журнальном столике их ждали домашнее печенье и свежевыжатый апельсиновый сок, заботливо приготовленные мамой к их приезду.
– Представляете, я подружилась с целой семьей енотов! – поделилась Фия своим самым ярким событием за время каникул в доме у бабушки. Почти самым ярким…
– Да ты что! – подивился отец. – И как? Грустно было прощаться?
– Прощание было очень красочным, – загоготал брат.
– Марк!
– Ты почему смеешься над сестрой?
С нескрываемым удовольствием Марк рассказал про печальный финал Софьиной дружбы с енотами во всех красках: как ее голова застряла в дупле, как крик ее разносился по всему лесу и как бедные звери в страхе разбегались без оглядки. Смеялась вся семья, кроме самой Фии. Мама приобняла дочку за плечи:
– Да ладно тебе, подумаешь! Зато они тебя точно запомнили.
Вечер протекал в теплой и уютной обстановке. Двойняшки рассказывали о том, как в жару ходили купаться на речку и Марк своим прыжком с двухметровой тарзанки обломал рыбакам на соседнем берегу весь улов; как они играли с местными ребятами в прятки и Фия застряла между забором и сараем, пытаясь найти место поукромней; как рассказывали страшилки друг другу, а потом боялись выйти в туалет, находившийся в другом конце коридора.
Родители внимательно слушали, периодически заливаясь звонким смехом. Больше всего ребятам хотелось рассказать о Метаполии: о парке с радужными кустами, об удивительных жителях и о необыкновенной Академии, в которой им скоро предстоит обучаться. Но бабушка строго-настрого запретила об этом говорить, да и вряд ли родители их так просто отпустили бы туда. Им было грустно отрываться от мамы с папой на целый учебный год, но желание вернуться в этот удивительный мир росло с каждой минутой.
– Виктор, Александра, нам необходимо кое о чем поговорить.
– О чем же? – улыбаясь, спросил ни о чем не подозревавший отец.
– Вы не хотите отдать ваших детей в закрытую школу неподалеку от Берлина, где директор – моя хорошая знакомая? Вы должны ее помнить – Кэтрин, – даже не краснея врала бабушка про вымышленную школу с несуществующим директором. – По поводу перевода и документов не беспокойтесь – я обо всем позабочусь.
Родители на секунду примолкли, а двойняшки напряглись еще сильнее, отчаянно стараясь не выдавать своего волнения. Мама перевела испытующий взгляд на детей.
– Мы очень хотим там учиться! – активно закивала головой Фия.
– Им будет полезно изучить еще один язык, пожить в другой стране. Это расширит их границы и поможет понять, что мир не заканчивается одним Петербургом.
– Но мы же ездим в отпуск в разные страны…
– Это не то, Виктор, – возразила бабушка. – Да и в тех местах, где они будут учиться, туристических экскурсий не проводят.
– А как же языковой барьер?
– Да мы этот немецкий с детского сада учим, – явно переигрывая, закатил глаза Марк, – ни одной четверки за все время обучения!
– Вам действительно так туда хочется? – обескураженно спросила мама.
– Да! Очень! – в один голос ответили двойняшки.
– Как-то уж все это слишком внезапно…
– Александра, ты и сама прекрасно понимаешь, что детям так лучше. Они все равно будут приезжать на каникулы, – сказала бабушка.
– Но…
– Мам, не переживай, с нами все будет хорошо. Я буду следить, чтобы Фию в новой школе никто не обижал, и мы обязательно найдем там друзей.
– С чего это ты взял, что меня кто-то там собирается обижать?!
– А ты уже забыла тот случай на площади?
– На какой площади? Разве в деревне есть площадь? – прищурившись, спросил отец.
Дети замялись. Бабушка красноречиво покосилась на внуков и ответила за них:
– Площадью деревенщины свой рынок называют. Эта шпана нахваталась всякого, нет чтоб что-то полезное запоминать.
Родители озадаченно переглянулись – решение было весьма непростым. Дольше, чем на лето, они с детьми не расставались, да и в деревне за ними всегда присматривала бабушка. Никто же им не сказал, что они по-прежнему останутся под ее контролем…
– Папочка, – слащаво запела Фия, – отпустите нас, пожалуйста, я тебе потом все инструкции переводить смогу – и с немецкого, и с английского. Ты же всегда жалуешься, что на русский переводят отвратительно.
– Что ж, – вздохнула мама, – раз вы хотите, у нас действительно нет повода вам в этом отказывать.
Марк и Фия радостно подскочили, не веря в свое счастье. Обнявшись, они прыгали по комнате, пока не увидели бабушку, одним лишь взглядом указывавшую в сторону их комнаты.
– Ну, мы пойдем, – как бы невзначай сказал Марк. – Давно не были у себя в комнате, хоть в интернете можно посидеть. Фия, пойдем.
Мальчик подхватил сестру, и они удалились из гостиной. Когда дети ушли, мама без сил упала в кресло, а бабушка, крепко сжав ее руку, тихо прошептала:
– Александра, не волнуйся, они всегда будут под строгим присмотром. Это неприступная школа с отличным образованием.
– Надеюсь, Мария, надеюсь… Виктор, что думаешь?
– Думаю, мы справимся, – ободряюще улыбнулся папа.
***– Марк, что думаешь? – с огнем в глазах обратилась Фия к брату.
– Думаю, нам только что разрешили учиться в Метаполии!
Двойняшки ударили друг друга по ладоням и засмеялись, не веря в свою удачу.
– Тебе не кажется, что они как-то уж слишком быстро согласились? – успокоившись, спросила сестра.
– А ты попробуй возрази бабушке.
– Да уж, это почти невыполнимо.
Комната вновь заполнилась смехом. Счастью двойняшек не было предела: им представилась возможность изучить совершенно иной мир, завести межгалактические знакомства, обучаться неведомым на Земле наукам – перевернуть свою жизнь с ног на голову и обратно.
– В какой-то момент мне показалось, что они что-то начали подозревать, – сказал Марк уже лежа на кровати.
– Ага, мне тоже… Когда они оба замолчали после слов бабушки о переводе.
– Скорее всего, это просто был шок. Все-таки это была бы совсем чужая страна.
– Ну да, а так это всего лишь другая вселенная, – хмыкнула Фия. – Как думаешь, о чем они сейчас разговаривают?
– О переводе. О чем тут еще можно говорить.
Повисло длительное молчание. За окном не унимался ливень и бил в стекло с такой силой, будто пытался пробить его каплями как тараном. Ребята лежали на своих кроватях, и их головы разрывались от нахлынувших эмоций.
– Марк…
– Что?
– Я буду очень скучать по маме и папе, – тихо сказала девочка и прижала к себе подушку.
Марк пересел к сестре на край кровати и приобнял ее. Его тоже волновало расставание с родителями – тем более все лето они провели врозь, но он постарался скрыть обуревающие его чувства за улыбкой и приободрил сестру:
– Не грусти, бабушка же сказала, что мы будем приезжать на каникулы домой.
У Фии встал ком в горле, она ничего не могла ответить. Девочка просто уткнулась брату в плечо, тихо хлюпая носом, и он обнял ее еще крепче.
***– Мы уезжаем уже сегодня?! – вопль Фии разнесся по всему дому.
– Все верно, – кивнул отец. – Полетите через Москву, а до нее – на поезде.
– А почему сразу не вылететь из Петербурга?
– Так дешевле, – коротко ответила бабушка. – Меньше вопросов, больше дела. Начало учебного года уже не за горами, вам еще надо разместиться в интернате, купить необходимые учебники, форму и прочие вещи.
– Но как же?.. Мы даже не успеем попрощаться со своими друзьями?
– Вы сами приняли решение о переводе, – подхватила мама. – Назвался груздем – полезай в кузов. А с друзьями всегда по телефону связаться успеете.
Фия надулась, но возражать больше не стала.
– Я в комнату, – объявила девочка. – Надо позвонить Кристине, Лизе, Веронике, Алисе, Милане, Насте, Кате, Ане и…
– Опять это девчачье собрание на два часа, – проворчал Марк. Но Фия его уже не слышала: она добавляла номера своих подруг в групповой чат.
– Марк, – обратился к нему отец, приглашая в гостиную, чтобы не мешать маме паковать чемоданы детей, – нам с тобой надо серьезно поговорить.
– О чем?
– Вы уезжаете в чужую страну, нас там рядом не будет, считай, вы сами по себе. Я хочу, чтобы ты мне пообещал одну вещь, – отец положил руки Марку на плечи и внимательно посмотрел на него. – Обещай, что вы не станете влипать ни в какие неприятности, наживать себе проблем на ровном месте и не будете искать приключений на ту самую точку.
Сын качнул головой.
– А главное – держитесь друг друга. Ни при каких обстоятельствах не позволяйте никому вас поссорить или разлучить. Пока вы есть друг у друга, вы со всем справитесь.
– Ты так говоришь, будто мы летим на другую планету, а не в другую страну.
– Готовым надо быть ко всему, – сказал отец и потрепал сына по волосам. – Ладно, давай тоже собирайся, скоро выезжать. Путь до Москвы долгий, лучше бы тебе зарядить планшет.
***День отъезда выдался жарким, совсем не свойственным для Петербурга, а после вчерашнего дождя стояла еще и такая духота, что воздух можно было резать ножом. Дети с бабушкой прибыли на Московский вокзал вовремя и уже полчаса ожидали задерживающийся поезд.
Лениво прогуливаясь вдоль перрона, Марк без конца раздумывал над несколькими вещами: почему они уже тридцать минут ждут стандартный поезд до столицы; почему родители так легко отпустили их учиться в другую страну; о чем был их с бабушкой разговор и, что самое главное, как они будут объясняться перед мамой и папой, когда приедут после года обучения в Германии и не смогут, в общем-то, свободно говорить на немецком, как должны, – в этом он видел огромную проблему.