Метаполия. Тень Академии

Фия, в свою очередь, о таких вещах не думала. Купив в привокзальной лавке хлеба, она закармливала им до отвала шайку голубей. Это отвлекало ее от грустных мыслей о длительной разлуке с родителями и от волнения перед началом необычного учебного года.

– Нет, от такой жары можно и помереть ненароком, – причитала бабушка. – Вчера был дождь, и весь город ходил в плащах и резиновых сапогах, а сейчас хоть в купальник наряжайся.

– Так ты сними шерстяную кофту, – предложила наиболее логичный выход из ситуации Фия.

– Вот еще! Чтоб вы знали, эта одежда – единственное, что меня еще уберегает от обморока.

– Толстый свитер? – с иронией в голосе спросил Марк.

– Этот «толстый свитер», как ты выразился, сделан из специальной ткани, которую можно найти только в Термонии.

Дети вопросительно посмотрели на бабушку.

– Планета, на которой перепады температуры происходят от плюс сорока до минус пятидесяти градусов в течение одного терранского часа, – пояснила она. – И чтобы хоть как-то переносить такой климат, жители Термонии разработали специальную терморегулирующую ткань. В одежде из этого материала ты одинаково комфортно будешь чувствовать себя как в центре Везувия, так и на пике Эвереста в январе.

– Но тебе все равно жарко.

– Я ж не покрыта этой тканью с ног до головы, это же очевидно, что мне жарко!

Наконец раздался долгожданный звук прибывающего поезда, и все трое, подхватив багаж, отправились на поиски нужного вагона.

Дорога была скучной. Дети играли в карты, а бабушка читала книгу с замысловатыми иероглифами на обложке. Когда Фия спросила, на каком языке написана эта книга, бабушка отмахнулась, сказав, что на французском. Хотя буквы на страницах больше походили на арабскую вязь.

Проиграв три раза подряд и выслушав шквал насмешек от победившей его сестры, Марк решил прогуляться по вагону. Однако за пределами купе ему также не встретилось ничего интересного: весь поезд отчаянно пытался убить время до прибытия в пункт назначения кроссвордами, книгами и фильмами с планшетов. Бездумно слоняясь по салону, Марк остановился возле окна и стал наблюдать за проносящейся мимо чередой нефритовых деревьев.

– Какой отвратительный транспорт! Почему такой низкий уровень цивилизации? – брезгливо просипел женский голос за закрытой дверью купе.

– Хах, хорошая моя, это ты еще во Всеболотье не была. Там до сих пор сотни километров преодолевают на коркусах, – голос ее спутника был низким, но таким же осипшим – будто каждое слово давалось с трудом.

– Ты шутишь… Сколько дней они тратят на путь от Изумрудного Пруда до Мелкоморья?

– Около месяца.

– Вот же ж хорб, – выругалась дамочка.

Поезд качнулся, и дверь купе слегка приоткрылась. Вплотную прильнув к стене, Марк теперь мог разглядеть собеседников. Справа от окна сидела худощавая женщина в черном бархатном платье. Ее огненные волосы были собраны в тугой узел, а кожа отливала изумрудно-зеленым цветом. У нее были широкие рыбьи глаза, узкая полоска рта с острыми зубами и два маленьких отверстия вместо носа. Лица сидящего напротив нее мужчины по-прежнему нельзя было рассмотреть, зато огромный серый плавник, прорывающий пиджак, очень даже отчетливо просматривался на его широченной спине.

– Невероятно, что мы тратим время и силы на такие долгие перемещения! – продолжала причитать женщина, скрипя своими острыми мелкими зубками. – А ведь могли бы в сотни раз быстрее… Все этот проклятый Совет!

– Тише ты! Хочешь, чтобы нас арестовали на полпути в Черное Гнездо? – прошипел громила.

Недовольная пассажирка притихла.

– Мы тут не просто так трясемся, и, если твой длинный язык привлечет чье-нибудь внимание, допрос в Комитете нам обеспечен. А я сомневаюсь, что тебе удастся соврать истнусу.

– Да поняла я! Нечего меня тут отчитывать…

Вагон снова покачнулся, и Марк, не удержав равновесия, зацепил ручку двери. Разговор оборвался.

В руках мужчины что-то сверкнуло. Он осторожно поднялся со своего места и стал медленно приближаться к источнику шума. Задержавшись на секунду, резко распахнул двери купе и стал оглядываться по сторонам. Он сильно удивился, увидев пустой коридор вагона, – звук был достаточно отчетливым. Постояв некоторое время, мужчина скрылся в купе, плотно захлопнув за собой дверь.

Марк сидел за тележкой с чаем, беспечно оставленной молодым проводником. Он еле успел отскочить и теперь, сидя на полу, пытался перевести дыхание. Сердце бешено колотилось, вырываясь из груди.

Как они могли тут оказаться? Связаны ли они с Метаполией? Неужели тот Совет, о котором они говорили, – это Совет Четырех Столпов?

– Ты что тут сидишь? И с каких это пор в наших поездах обед на тележках развозят, где ты ее нашел?

Голос сестры, словно ушат ледяной воды, вырвал Марка из бешеного потока мыслей.

– У тебя какой-то нездоровый вид.

– Нам надо к бабушке, – решительно ответил мальчик.

– Так она меня за тобой и послала.

Быстрым шагом Марк направился в сторону их купе, а Фия – за ним, попутно осаждая брата огромным потоком вопросов. Ни на один из них мальчик ей не ответил, он спешил обо всем рассказать бабушке. Резко остановившись возле нужной двери, он со свистом ее распахнул.

– Бабушка, мне нужно тебе кое-что срочно рассказать! Тут не только… – начал он и осекся.

Напротив бабушки сидел усатый мужчина в строгом костюме-тройке. В одной руке он держал сложенную газету, а во второй – трубку. Третьей же рукой он поглаживал свои кустистые усы. Оставшаяся рука, впрочем, у него была свободна.

– Марк, познакомься, – сказала бабушка, будто не услышав его слов, – это Артур Жуковский и его питомец Мори. Они будут нашими соседями до конца поездки.

– З-здравствуйте.

– Добрый вечер, юноша, – кивнул новый сосед. – Мне о тебе многое рассказывали. В особенности то, что ты очень храбрый и осмотрительный мальчик.

Марк смущенно опустил глаза.

– А где ваш питомец? – поинтересовалась Фия, выглядывая из-за плеча брата.

– Мори? Вот же он.

Мужчина поднял указательный палец и поднес его к губам. Тут же его усы шевельнулись и, освободив лицо, переползли на ладонь. Послышался писк. Ребята разглядели маленькое существо, напоминавшее продолговатого хомячка с двумя глазками-пуговками.

– Ничего себе! – воскликнула Фия. – Приятно познакомиться, Мори.

Зверек радостно пискнул, протянув к ней свои маленькие лапки.

– А вы быстро находите язык с животными, юная леди, – удивился Жуковский. – Мори обычно весьма недоверчив.

– Не забывай, чья она внучка, – ухмыльнулась бабушка.

Маленькое животное ловко перебралось на колени к Фие и, устроившись поудобнее, свернулось калачиком.

– Бабушка, здесь есть кое-что подозрительное, – вернулся к теме Марк, со щек которого еще не успел сойти румянец от волнения.

– Взгляни в окно, милый, и сам все поймешь.

Поезд, мчащийся сквозь тяжелый зеленый массив загородного леса, въехал в тоннель. На какое-то время в купе стало темным-темно, а затем вместо привычных елей двойняшки увидели белоснежные облака. Подойдя ближе к окну, они смогли разглядеть внизу кроны деревьев, протекающие уже в десятке километров под ними.

– Что с поездом?! – воскликнула Фия.

Транспорт, приняв более обтекаемую форму, открыл по бокам люки, из которых выехали крылья самолета.

– Это трансфобус. Он перестраивается в зависимости от места, дороги и пассажиров, – пояснила бабушка, с интересом наблюдающая за реакцией внуков.

– То есть мы сели не в поезд до Москвы?..

– Зачем делать такой непонятный крюк? – фыркнула бабушка. – Тем более на трансфобус не так легко попасть. Он, знаешь ли, не каждый день ходит через Террану. Нам, считай, повезло.

Марк и Фия вышли к большому окну в салоне, чтобы получше рассмотреть вид. Солнце и белоснежные облака слепили глаза, а некогда гигантские леса и реки умещались теперь на ладони. Зеленую гущу сменили красные крыши пригородных домов, и чем выше взлетал трансфобус, тем больше общая картина напоминала карту из учебника по географии.

– Как хорошо в мирные времена, – послышался за дверью приглушенный голос Жуковского. – Помню, раньше перемещаться было гораздо сложнее. Хотя и сейчас расслабляться не стоит.

– Это верно, – негромко ответила бабушка. – Если моим внукам будет грозить хотя бы малейшая опасность, я немедленно увезу их из Метаполии.

После этих слов Марк резко передумал рассказывать ей о подслушанном разговоре. Если бабушка узнает, что с ними едет такая подозрительная парочка, скрывающаяся от Совета, то им с Фией даже до Метаполии добраться не светит; а те пассажиры, судя по всему, выдавать себя не собираются, и, следовательно, неприятностей от них ждать не стоит.

– Ты на протяжении всей поездки какой-то странный, – хмуря брови, покосилась Фия на брата. – Что случилось?

– Тут поезд в самолет превратился, в такой ситуации трудно оставаться нормальным, – ухмыльнулся он ей в ответ.

В салон потихоньку начали выходить пассажиры, чтобы размять ноги, щупальца и копыта. Проводник, уставший от чересчур тесной формы, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и стянул синюю кепку, обнажив короткие рожки. От обычного поезда не осталось и следа.

– Ну и ну! – выдохнула Фия. – Это тоже свойство трансфобуса?

– Верно, юная леди, – ответил ей Жуковский, которому тоже надоело сидеть. – Он маскирует не только свой внешний вид, но и внешность и речь пассажиров, подстраиваясь под планету, на которой находится. Удивительное изобретение! В нем срабатывает тот же механизм, что и в аномальгуме.

Жуковский взглянул на двойняшек, но взор его разбился о прочную стену полного непонимания. На помощь ребятам пришла бабушка:

– Аномальгум – можете просто называть его «мальг» – незаменимый гаджет для каждого метапольца. Через него можно обмениваться аудио- и видеозвонками, прокладывать маршруты, искать нужную информацию…

– Как смартфоны? – разочарованно перебил ее Марк, надеявшийся, что устройства нового мира будут куда более прогрессивными. «Такими темпами, – подумал он, – адаптироваться в Метаполии будет проще простого».

– Ваши смартфоны – очень примитивная версия мальга, – покачала головой бабушка. – В нем гораздо больше функций, но, чтобы рассказать обо всех, нам этой поездки явно не хватит.

Осадив своими словами чересчур самоуверенного внука, она перевела взгляд на Жуковского:

– Артур, не мог бы ты продемонстрировать ребятам функцию маскировки.

Достав из кармана золотые часы на цепочке, Жуковский откинул узорчатую крышку щелчком пальцев и посмотрел на винтажный циферблат. На аномальгуме было несколько колец разного цвета. Покрутив одно из них, Жуковский стал расплываться в воздухе, словно призрак, и на его месте возник незнакомец – коренастый, низкорослый и лысый.

– Ну как? – спросил он сиплым голосом.

Бабушка ухмыльнулась, а ребята не отрывали взгляда от нового обличия Жуковского. Снова крутанув кольцо, он перевоплотился уже в длинноногую красотку с огненными волосами. Она обворожительно улыбнулась детям, сверкнув аномально длинными клыками, и к Жуковскому снова вернулся его нормальный вид.

– С ума сойти! – восхитилась Фия. – А мы потом так же сможем?

– Эта функция доступна далеко не всем. Совет очень тщательно отслеживает такие моменты. Для трансформации нужно получить специальное разрешение.

– А как его получить?

– Для начала успешно окончить Академию, – засмеялся Жуковский.

Самолет резко дернулся, и все трое пошатнулись.

– Не пугайтесь, это обычное явление, – успокоила их бабушка, – но лучше вам вернуться обратно в купе.

Сама она невозмутимо продолжала читать книгу. На этот раз язык, насколько могла судить Фия, действительно был французский.

– Хочу так же быстро читать, а то прочтение летней литературы занимает целую вечность, – позавидовала девочка такой скорости чтения.

– О чем ты? Это все та же книга, – не поняла бабушка.

– Но на той была какая-то вязь, а не буквы.

– Наверное, у трансфобуса маскировка барахлила, – пожала бабушка плечами, не отрываясь от чтения.

Прошло около часа после трансформации. Двойняшки уже привыкли к перемещающимся по салону пассажирам: некоторые из них заглядывали в купе поздороваться с бабушкой или с Жуковским. Как-то к ним даже влетела зареванная полупрозрачная женщина и сквозь всхлипывания спросила, не видели ли они ее сына (на что все отрицательно покачали головой). Продолжив реветь, эфемерная гостья отправилась дальше на поиски.

– Скоро приедем, – сообщила бабушка, с хлопком убрав книгу в сумку, – приготовьтесь.

– К чему?

Не успел Марк задать свой вопрос, как самолет резко окунулся в грозовое облако. Купе снова погрузилось во тьму, разрезаемую яркими молниями. Когда вспышки прекратились, двойняшки поняли, что находятся глубоко под водой. Мимо проплыла пестрая стая светящихся рыбок с несоразмерно длинными плавниками, струящимися в голубой воде. Фия прочитала целую гору энциклопедий про морских жителей, но ни в одной не встречала таких рыб: они, словно лоскутья ярких тканей, плыли то в одном направлении, то в другом, строго соблюдая общий строй. Девочка приложила к окну свою ладонь, и крапчатая стайка скопилась возле нее по ту сторону стекла.