Четырнадцать

14.21

– А что, если твоя жизнь изменится за двадцать один день? – спросил Семена незнакомец, сидящий рядом в переполненном вагоне метро.

– Конечно изменится. Вот только кто же мне даст отпуск сразу на двадцать один день… – философски заметил Семен, не отводя глаз от экрана нового смартфона последней модели, купленного пару недель назад, – максимум дней четырнадцать, и то если шеф будет в хорошем настроении.

Семену определенно понравилось собственное остроумие. Кинув мимолетный взгляд на соседа, Семен моментально определил в нем потрепанного жизнью айтишника: растянутый полосатый свитер крупной вязки, небрежно уложенные волосы на голове, очки и седеющая борода.

– Ну четырнадцать, так четырнадцать, – с этими словами незнакомец на удивление ловко и легко двумя пальцами выхватил смартфон из рук Семена и приложил к непонятному устройству прямоугольной формы, напоминающему беспроводную зарядку, без которой Семен страдает уже вторую неделю, ощущая неполноценность функционала своего нового навороченного гаджета. В мгновение ока устройство завибрировало, подмигнуло вспышкой светодиодного индикатора прямиком в глаза Семена и предательски затихло.

К своему удивлению, первое, что пришло в голову Семену после такой неслыханной дерзости со стороны соседа, был ролик из соцсети, в котором невысокий китаец в одежде монаха разрубает листом бумаги деревянный брусок. Уж больно схожа была та легкость, скорость и грация в движениях китайца и соседа.

Когда Семен, наконец, опомнился и поборол вдруг овладевшие им скованность, неловкость и трусоватость, айтишник успел вложить смартфон обратно в застывшие руки владельца, почтительно улыбнуться и, словно дым, просочиться к выходу сквозь заполненный людьми вагон утреннего метро, как раз вовремя оказавшийся на станции.

Утренний ритуал

Подходя к очереди за утренним кофе к единственному в офисе кофейному аппарату, Семен был непривычно задумчив и угрюм, чем вызвал небывалый всплеск интереса со стороны коллег, которые требовали свежей утренней крови. Непривычный вид Семена как раз вселял надежду на повод перемолоть кости очередной жертве, так что столпившиеся сослуживцы в одно мгновение прервали бурное обсуждение новой серии нового сезона нового культового сериала и с вожделением уставились на коллегу.

– Да все нормально, – Семен отмахнулся от расспросов со стороны тех, с кем вот уже третий год «работает в одной команде и делает одно дело», – Тут такая ерунда случилась…

После этой фразы Семен рассказал про утренний инцидент в метро, ловко обойдя неудобные темы про свои первые мысли, странную скованность в теле и почему-то не выходящую из головы улыбку старика с неухоженной бородой. Этот невероятно полезный навык избегать неудобных моментов при обсуждении любых вопросов Семен приобрел еще на прошлой работе, чем нескончаемо гордился. Он тонко умел почувствовать, какие темы лучше замолчать, а на каких сделать акцент, чем заслужил любовь бухгалтерии и почетный доступ к составлению отчетов своего отдела.

“Эксперты” по IT-безопасности, собравшиеся вокруг Семена с чашками утреннего кофе в руках, снабдили его ценнейшими знаниями и четким планом действий на ближайшие полчаса по проверке собственных данных, балансов на номерах и счетах. Это подбодрило Семена и даже зарядило какой-то энергией, ведь более значимыми делами он, казалось, не занимался по утрам давно.

…на круги своя

Так и не найдя никаких последствий утреннего инцидента для себя и, главное, для своего нового гаджета, Семен постепенно стал забывать о не вполне обыденном случае и плавно вернулся в привычный и давно отлаженный график рабочего вторника. И, чем ближе был вечер, тем больше его увлекала мысль о предстоящем совместном с коллегами походе в любимый бар на просмотр долгожданного футбольного матча.

Сила привычки

Утренний будильник нарушил так скрупулезно создаваемую идиллию сна Семена. Сегодня из смартфона доносилась другая мелодия будильника, что вызвало глубокое расстройство. «Можно состариться, пока разберешься, как настраивать эти новые устройства», – буркнул Семен и стал вслепую давить пальцем на экран в попытке отключить незнакомую мелодию. Но мелодия не унималась. Семен, одолеваемый желанием поспать еще пять минуточек, полный негодования, все же сел на край кровати и поднес телефон к лицу, пытаясь отыскать еще слипающимися глазами нужную кнопку.

На экране устройства красовалась надпись: «Древняя китайская пословица гласит: «путь в тысячу Ли начинается с первого шага», и горела единственная кнопка «Принять». По спине Семена пробежал холод, и на лбу мгновенно появилась испарина. «Этот старик в метро все же влез в мой телефон», – в памяти Семена мгновенно ожили странные воспоминания прошлого утра.

Музыка продолжала играть, будто увеличивая громкость, и Семен, весь раздираемый сомнениями, все же нажал пальцем на слово «Принять». Мгновенно пред его глазами засветился привычный экран, на часах было 6:05. И хоть до будильника оставалось еще пятьдесят пять минут, Семен сразу понял, что сна ему больше не видать.

Стандартные утренние процедуры заняли сегодня больше времени, чем обычно. Мысли о том, как выяснить причину странного поведения совершенно нового и долгожданного устройства, отнимали бо́льшую часть мыслей. Однако, когда до окончания сборов осталось не более пяти минут, Семен с удивлением обнаружил, что на часах только половина восьмого, и до привычного времени выхода из дома есть целых полчаса. Недолго думая, Семен залез в интернет.

В сети Семену было на удивление неуютно: многолетняя привычка просмотра новостных сайтов и социальных сетей за кружкой кофе на работе настолько прижилась в уме, что буквально сразу возник вопрос: «Что же я буду делать за рабочим местом, если сейчас просмотрю все новости?». Эта мысль была даже немного пугающей. Но настолько, что Семен решил во чтобы то ни стало вернуться к сложившейся традиции.

Выйдя из станции метро, где был расположен офис компании, на двадцать минут раньше обычного, Семен вспомнил, что есть и длинная дорога к офисному зданию, которая, по словам коллег, увеличивала время в пути на те самые необходимые минуты. К удивлению, новый маршрут оказался намного удобнее и красивее, он пролегал вдоль зеленого сквера и вдали от пыльного и гулкого шоссе. С деревьев доносилось пение птиц, а легкий весенний ветер и приносимый им запах цветущих майских трав навевал теплые воспоминания о счастливом и беззаботном детстве в деревне.

Неожиданно, очередная порция ледяного душа словно обдала Семена. Около неприметной двери двухэтажного кирпичного здания красовался плакат с фотографией незнакомого дружелюбного китайца, похожего на монаха Шаолиня, и надписью: «Мастер Ли Пинь. Цигун. Тайна внутреннего огня и энергии Ци. Сегодня в 19:00. Вход бесплатный». Семен сразу вспомнил утреннюю надпись на телефоне, которую изначально принял за вирус, рассылающий рекламу очередного никому ненужного барахла: «мало ли в сети спама про всяких Ли».

Оказалось, что Ли не всякий, а самый конкретный.

Семен стоял и думал. Отогнать неудобные мысли из головы на сей раз оказалось сложнее. С одной стороны, целевой рекламой по геолокации сейчас никого не удивишь, большой брат делает свое дело. Но абсолютно невозможно предугадать такое большое количество совпадений, чтобы привезти Семена к плакату с анонсом встречи с неким Мастером. Однако, это случилось и стало очередным звеном цепочки странных событий, что вчера запустил старый айтишник. По крайней мере, одна часть Семена так утверждала. Другая часть Семена лишь крутила недоверчиво пальцем у виска.

Семен решил перестраховаться: «Ну уж если будет еще одно совпадение, точно вместо бара пойду к Ли, пожму руку этим гениям маркетинга». В голове всплыли приятные воспоминания из отпуска, проведенного на Пхукете, с кадрами довольно симпатичных и подтянутых девушек, занимающихся то ли йогой, то ли цигуном на газоне около отеля. Лицезрение по утрам полуголого женского тела с таких непривычных ракурсов благотворно влияло на восстановление Семена от похмелья после ночных приключений. А перспектива повторения подобного зрелища даже в зале старой московской постройки однозначно нравилась Семену, так что он мысленно пожелал мастеру Ли побольше подобной аудитории.

Тем более, вход был бесплатный, что было положительно отмечено обеими сторонами Семена.

Офис

Офисная жизнь, со скоростью вихря поглотившая Семена, уже подходила к концу рабочего дня, как Андрей, один из коллег из IT-отдела пожаловался на тошноту после обеда и принял болезненное решение променять бар и футбол на постель и лекарства, название которых Семен услышал впервые.

– Меня жена теперь лечит, я больше не вникаю в этот процесс, – Андрей попытался изобразить улыбку на лице, заметно перекосившемся от боли в животе.

Что же, обычная история, один-два человека всегда отваливаются от компании без вреда для боевого настроя Семена. Но именно сейчас он ощутил непривычную пустоту внутри и осознал незаметную ранее связь с Андреем. Семен наконец понял, что самые искрометные воспоминания о корпоративных и околокорпоративных мероприятиях неразрывно связаны с наличием на них двух обладателей потрясающего чувства юмора: Семена и Андрея. И только Андрея перепивший Семен мог назвать другом в курилке бара, прихватив того за затылок рукой и ритуально прикоснувшись к его лбу своим.

По этой причине именно Андрею из всего многочисленного IT-отдела Семен показал свой телефон с деликатной просьбой проверить его на вирусы. И пока коллега копался в настройках и проводил различные диагностики, Семен, вначале ощущавший себя как на приеме уролога после поездки в Таиланд, начал расслабляться, наблюдая за работой профессионала в своем деле. Диагноз, как и в тот раз у уролога, был обнадеживающий – все в полном порядке, вирусов нет. Странное сообщение списали на особенности новой операционной системы, в которой еще предстояло разобраться.

Ближе к вечеру Семен почувствовал, что перспектива общения с остальными завсегдатаями бара почему-то не вызвала восторга, поэтому, пробубнив что-то невнятное про маму и доставку ей дивана в самое неудобное время, отправился навестить Мастера Ли уже успевшим полюбиться новым маршрутом.

На пороге

Стоя недалеко от входа в здание, где Мастер Ли совсем скоро начнет разжигать огонь Ци, Семен долго мялся и не решался войти внутрь. Он неожиданно вспомнил про данное себе утром обещание и очень удивился тому, как рабочий микроклимат полностью завладел его умом и отвлек от затеи с поиском очередных совпадений.

К сожалению, не один из входивших в дверь даже отдаленно не напоминал юных любительниц йоги, а процентов семьдесят по подсчетам вообще были мужики. Тем не менее, когда время приблизилось к семи вечера, Семен сделал шаг внутрь, предположив, что так к его персоне будет проявлено наименьшее внимание и интерес.

Внутри

Внутри было темно и тесно. Пахло восточными благовониями. «Как в Буддистском храме», – вспомнил Семен свой единственный отдых в Таиланде прошлой зимой, там он в первый и последний раз побывал в монастыре, посвященному Будде. У стойки его встретила улыбка приятной во всех отношениях девушки-администратора в шелковом костюме с вышитым драконом, напоминающим одежду мастера Шифу из мультфильма про Кунг-фу Панду. Ровным и приятным голосом она сообщила явно заученную ранее инструкцию, как попасть в зал и занять свое место на лекции.

В крохотном зале было душно и тесно, как в утреннем метро. Перед зрителями стояли два обычных стула, небольшой стол с микрофоном и стаканом воды на нем, рядом был установлен обычный офисный флипчарт с разноцветными маркерами на магнитах. Больше напоминало атмосферу утреннего совещания или лекцию какого-нибудь не слишком популярного бизнес-тренера, от засилья которых обычному московскому менеджеру уже начинает становиться неуютно. «Им бы поучиться в Мастера Ли, как завлекать аудиторию», – ехидно отметил Семен, оглядывая битком набитый людьми зал.

Когда на часах стало ровно девятнадцать часов, «девушка с улыбкой дракона», как Семен успел окрестить администратора, вышла к собравшимся и с неизменной улыбкой попросила выключить мобильные телефоны, прекратить разговоры и ждать Мастера Ли Циня, который уже готов выйти и одарить публику мастерством управления Ци. Кто-то даже понимающе посмеялся после ее слов. Семен послушно спрятал гаджет в рюкзаке.

Минуты ожидания Мастера в душном зале без привычного телефона в руках казались пыткой. Но никакое совместное пребывание в одной тесной комнате с такими же молчаливыми переглядывающимися незнакомцами не может сравниться с дальнейшими муками от той лекции, что устроил Ли Цинь. Выйдя в зал в обычных потертых джинсах и одноцветной футболке, он на кривом русском поздоровался с залом, поклонился и сел на стул. На второй стул села девушка-администратор. Следующие два часа Ли говорил на китайском – администратор переводила; Ли рисовал на флипчарте какие-то блоки и схемы – администратор поясняла. Лишь в конце лекции мастер встал в «позу дерева», больше похожей на позу автомеханика, обнявшего колесо от Газели, и показал несколько способов перемещения Ци по телу с помощью дыхания. Администратор и несколько счастливчиков из первого ряда сделали тоже самое.

На этом Ли Пинь закончил, поклонился и исчез за ширмой. Администратор же вышла ближе к публике и начала рекламировать уже платные курсы Мастера и предлагала купить на выходе уникальную книгу Ли Пиня по самооздоровлению «ДАО жизненного огня», только что эксклюзивно переведенную на русский язык.

Чему-чему, а этому Семен вообще не удивился.

Домой

Не зная, о чем больше сожалеть, о потерянном времени или о затекшей на неудобном стуле спине, Семен брел домой. До его ушей доносились обрывки разговоров тех, кто вместе с ним был на лекции и сейчас также неспешно шел к метро. На удивление, даже люди в офисной одежде воодушевленно и живо обсуждали слова Ли, чередуя знакомые русские слова с непонятными китайскими терминами.

Одна женщина лет за сорок с лысой головой даже пыталась заговорить с Семеном, восторженно комментируя слова Мастера о значимости меридианов тела в лечении печени, на что была одарена выдавленной из Семена улыбкой и фразой «ну да, конечно», после чего благополучно исчезла в ближайшем переулке.

Задумчивость, легкая головная боль и непонятное состояние одновременной усталости и легкости от отсутствия привычного потока мыслей в голове сохранились в Семене до самого порога квартиры. Посчитав это последствиями душного зала, благовоний и затекшей спины, Семен, минуя привычные вечерние ритуалы просмотра свежего контента в сети, лег спать…

«Рукописи не горят»

Семен проснулся задолго до будильника. Удивительная легкость и свежесть волнами прокатились по телу, а давно забытые утренние потягивания были настолько приятными, что Семен непроизвольно замурчал, отчего сам же испытал легкий испуг и неловкость, машинально озираясь вокруг кровати с мыслью «а вдруг кто услышит?». От осознания нелепости этой мысли ему стало настолько смешно, что в ту же секунду громогласный смех раздался по всей двушке на третьем этаже хрущевки в старом спальном районе Москвы.

Эти звуки уже точно были услышаны, но Семена это не волновало.

Ему казалось, что новая порция рекламы вот-вот должна появиться на экране. Но время шло, а телефон все предательски молчал. В голову начали незаметно закрадываться негативные мысли, сомнения в адекватности и случайности последних событий. И к моменту, когда уже узнаваемая мелодия наконец-то зазвучала, раздраженный и озадаченный Семен чуть не выронил телефон из рук, пока нес его к лицу, затем прочел надпись и нажал «Принять».

На часах было 6:40, что казалось крайне неуместной шуткой со стороны «Создателя», как успел окрестить старого айтишника Семен, будучи еще в хорошем настроении после пробуждения.

Но мысль о примелькавшейся в сети фразе всецело овладела умом Семена, и он решил во что бы то ни стало поскорее успеть на работу, чтобы найти ее происхождение и смысл.

Мастер & Мастер

Выйдя из метро на двадцать минут раньше обычного, Семен быстрым шагом поспешил к офисному зданию, воодушевленный предстоящими поисками и дополнительным временем на них.

Изучение фразы настолько увлекло Семена, что его утренний кофе так и остался остывать в кофемашине. Зато результаты проводимого расследования были явно по душе. Фраза «Рукописи не горят», прочитанная утром на экране, принадлежала Воланду из романа Булгакова «Мастер и Маргарита». «Мастер вчера и Мастер сегодня», – подумал Семен, восхитившись, как легко и играючи он раскусил новое загадочное послание. Так как книга была довольно длинная, Семен стал смотреть различные интервью и видео дискуссий в сети, касающиеся данного произведения, некоторые из которых были весьма интересными, познавательными и даже интеллектуальными. Особенно удивили некоторые религиозные деятели с их глубокой литературоведческой и богословской оценкой романа.

Однако, спустя пару часов. энтузиазм стал незаметно остывать, а мысль о бессмысленности происходящего все больше проникала в ум. Когда продолжать просмотры бесконечных видео стало совсем в тягость, в кабинет вошел Андрей и позвал обедать.

– Вот кто настоящий Спаситель! – улыбнулся Семен, закрыл ноутбук и встал. Точнее, попытался встать. Только сейчас он всем телом прочувствовал, что четыре часа неподвижно просидел за экраном рабочего компьютера, в глаза болели от сухости, а невероятный по насыщенности букет из тупой боли, тяжести и онемения сковал спину от копчика до самой шеи.

По дороге в кафе, уютно обосновавшегося на полпути до метро, Семен напоминал скорее скованного радикулитом и всевозможными артритами деда, нежели здорового тридцатилетнего мужчину в полном расцвете сил.

А, может, все-таки горят?

За обедом Семен решил поделиться некоторыми мыслями о романе, показавшимися ему интересными и заслуживающими внимания. На удивление, коллеги за столом живо включились в дискуссию, а кто-то даже похвастался наличием бумажной книги для чтения по дороге на работу.

– …как сказал Воланд: «рукописи не горят», – продолжал свою реплику Семен, когда Андрей ухмыльнулся и сказал: «А может, все-таки горят?».

– У Рэя Бредбери есть роман «451° по Фаренгейту», – продолжил Андрей, – который начинается словами "451 градус по Фаренгейту – температура, при которой воспламеняется и горит бумага». Так вот в книге как раз и говорится про общество будущего, которое бодро и весело сжигает любые рукописи…

– Точно! – перебил его Семен, – спасибо, друг!

С этими словами Семен выскочил из-за стола и быстрым шагом, граничащим с бегом, направился обратно в офис к рабочему месту, поддавшись на новую непреодолимую волну энтузиазма в собственных поисках.

– А кто за обед платить будет, э?! – донеслось ему вслед… Но эти мелочные и сугубо материальные вопросы уже не имели значения для Семена. Андрей, тот самый человек, благодаря которому Семен оказался на лекции Мастера Ли Пиня, он же показал, где кроется расшифровка заветной фразы. Только нужно искать в самом романе, а не в комментариях различных «экспертов», порой даже вменяемых. Тем более, на пути из кафешки в офис был книжный магазин, где Семен быстро нашел нужный стеллаж, на котором одиноко стоял последний экземпляр романа. «Ты-то мне и нужен!», – усмехнулся Семен, схватил книгу и радостно пошел к кассе.

А нужно было всего лишь…

Увлекательное знакомство с книгой с ее волшебным хрустом новых страниц и запахом типографии плавно перенесло Семена в детство и юность, когда он все лето напролет гостил с бабушкой, Верой Петровной, в деревне, в дальнем углу Подмосковья и успевал прочесть по десять-пятнадцать романов за одно лето: Дюма и Пушкин, Сабатини и Жюль Верн… Звонок офисного телефона прервал ход мыслей.

– Семен Викторович, где отчет по поставкам за прошлый месяц? – холодно произнес голос руководителя Семена из трубки, – обещали к обеду прислать, а уже пятый час.

– Как пятый час? – Семен судорожно пытался разглядеть часы на экране ноутбука, но цифры почему-то предательски прыгали и никак не складывались в часы и минуты.

– Я не знаю, как… Где отчет?

– Марат Аркадьевич, вышлю в течение получаса, – машинально ответил Семен заученной фразой, все еще находясь в шоке. Из трубки донеслись быстрые гудки, напоминающие безжалостное тиканье таймера обратного отсчета бомбы, что поспособствовало быстрому возвращению рассудка.

На столе под книгой Бредбери лежал лист бумаги, на котором собственной рукой Семен написал вчера список рабочих задач, которые требовали срочного выполнения сегодня, в четверг. Среди них был тот самый отчет, но еще несколько важных документов, про которые он напрочь забыл. «Да гори оно все огнем!» – сурово произнес Семен, глядя на лист бумаги со списком дел, и вдруг понял… Грустная улыбка скользнула на его лице. Опустив глаза на ту самую рукопись, написанную собственноручно, Семен с горечью подумал о том, как легко он позволил себе улететь из мира реального к глупым фантазиям, сколько времени было потрачено впустую. Какая-то глубокая тоска по не выпитому утром кофе, не просмотренным новостям вдруг охватила его.

И, в пятом часу дня, Семен, твердо решив привычно начать свой рабочий день, побрел к единственной в офисе кофемашине.

После дождичка в четверг…

Когда Семен вышел из офиса, выполнив все задачи и получив приличную порцию выговоров и критики со стороны руководства, на часах было почти девять вечера. Торопиться было некуда, тем более проливной дождь, который шел более трех часов и прекратился только недавно, наполнил воздух удивительным ароматом свежести и чистоты, которым хотелось надышаться.

Медленно шагая к метро длинным путем, Семен впервые порадовался тому, насколько теплый и приятный май был в этом году. Почему-то детская способность восторженно радоваться таким мелочам, как хорошая погода, прогулки по улице с лучшим другом и свежий черный хлеб с хрустящей корочкой вытеснялась к тридцати годам взрослыми серьезными проблемами. Но сейчас легкий вечерний ласкающий ветерок снова перенес Семена в прошлое, в тот удивительный и увлекательный волшебный мир детства, наполненный приключениями, каждодневными открытиями, мечтами о будущем и нескончаемыми фантазиями. Перед глазами проплывали Семен – рыцарь на вороном коне, Семен – капитан пиратского судна, Семен – летчик боевого космического истребителя из будущего, в которое он был отправлен Семеном – волшебником из прошлого.

Неожиданно, чья-то рука подергала Семена за рукав куртки. Он обернулся, пройдя за доли секунды длинный путь из детства в настоящее.

– Извините, у вас рюкзак открыт, – улыбнулась ему всеми оставшимися молочными зубами девочка лет семи. Одной рукой девочка все еще сжимала рукав куртки, другой, не менее крепко, держала за руку свою маму.

– Ага, спасибо, – улыбнулся Семен. Действительно, рюкзак был открыт и из него торчал уголок книги с виднеющейся на обложке частью имени автора «…бери».

– О, это Бредбери? Прекрасный писатель! – воодушевилась мама девочки, заметив книгу, – взахлеб читала его Марсианские хроники и многие рассказы. Что у вас?

– Это «Фаренгейт».

– 451 градус по Фаренгейту – температура, при которой воспламеняется и горит бумага, – воодушевление мамы нарастало, – Давно хочу прочитать эту книгу. Стоит того?

Семен молча расплылся в улыбке. В груди стало тепло и впервые за день тихо… Он достал книгу из рюкзака и протянул ее девочке: «на, держи!».

– Что вы, не стоит! – удивилась мама, – зайду в книжный и куплю.