Бэк-флэш-форвард

Вступление

Иногда сам собой возникает вопрос, а нужно ли было вообще рассказывать о тех событиях? Ведь столько мнений бытует о произошедшем. Французский учёный Рене Декарт как-то сказал о своих принципах познания: «…никогда не принимать за истинное ничего, что я не познал бы таковым с очевидностью… включать в свои суждения только то, что представляется моему уму столь ясно и столь отчётливо, что не даёт мне никакого повода подвергать их сомнению».

Вот и выходит, что Декарт ни за что не стал бы рассказывать о той трагедии. Просто не разобрался бы во всех хитросплетениях. Получается, что о тех событиях могли бы поведать достоверно только сами участники, но из них так никто и не удосужился взяться за перо. Но наверняка и их сочинения были бы лишь отражением их собственного мнения, стеснённого рамками личного восприятия и возможностями познания их разума.

Ну что же? Выходит, что желающим докопаться до сути вещей, необходимо собрать как можно больше информации о том дне, чтобы проанализировать данные и выделить из них зерно истины. Пусть потом применяют метод индукции или дедукции, как будет удобно.

Впрочем, понять, почему произошёл этот теракт и как люди докатились до такого, не так уж сложно.

Мы ведь уверенно говорим о некоторых вещах, что они сбудутся в будущем. Можно часто услышать «сейчас взойдёт Солнце», или «когда начнётся отлив», или даже «завтра будет дождь». У людей есть твёрдая уверенность в этом. Так сказать, проверено на опыте. Всё закономерно и объяснимо.

А ведь на самом деле и люди такие же предсказуемые. Просто времени не хватает, чтобы выделить закономерности в их поведении. Если бы человек жил достаточно долго, то и его поведение можно было бы предсказать почти с такой же уверенностью, как движение Солнца и планет по небесным орбитам. В этом случае можно было бы с такой же уверенностью сказать: «Сейчас Вася почешется и откроет очередное пиво», – или, например, – А завтра, примерно в 11, у Екатерины будет секс».

Поведение людей даже более предсказуемо, чем можно себе представить. Семья, общество, личные нравственные ориентиры закладывают в голову индивида устойчивые реакции или манеру поведения. Да, это не всегда работает, если человек сталкивается с чем-то новым и необъяснимым. Тогда он может замереть, как баран перед новыми воротами. Но ведь никто и не гарантирует, что Солнце завтра снова взойдёт. Есть только большая вероятность этого.

Но мы ведь не о том. Разговор о дне, когда случился этот теракт, когда Земля перевернулась с ног на голову. Или вы не считаете, что это был теракт?

Вступление

Во время взрыва все начинают бегать, как мураши, когда расшебуршили их муравейник. Все носятся из стороны в сторону, не понимая зачем, горлопанят. Конечно, взрыв ведь никого не оставит равнодушным. Естественно, мимо не пройдёшь, если скорость детонации чуть ли не 7 километров в секунду! Раз – и жизнь уже не будет прежней. Раз – и нет твоего муравейника, который ты строил с пелёнок. Такие дела.

Они ведь тоже разные бывают. Взрывы эти. Скажем, если далеко бабахнуло, то тебе и дела нет. А вот как шибанёт так, что волна несколько раз вокруг шарика нашего обернётся, тогда все завопят. Будут ходить потом как оглашённые.

Ясное дело. Это ведь как мясорубка временная. То есть мы так воспринимаем событие это. Все входим в эту мясорубку отдельными мясными кусочками, а выходим одним фаршем. Интересное дело получается. Есть сочные кусочки, есть сухие, есть жилистые, есть уже с запашком. Много каких кусочков есть.

Взрыв – он как противоположность столпотворения, в смысле возведения Вавилонской башни. Там ведь сначала люди вместе были, а потом Бог разделил всех. А теперь все настолько самостоятельными стали, что пришло время их малость объединить.

А то уж слишком разошлись некоторые. Даже писатели. Что ни книга, так обязательно нужно написать, что Бога нет. Фантасты давно так придумали делать. Потом видимо уже в печать не принимали книги, если этой пометки не было. Не знаю, уж хотят они себя такими узколобыми показать, или и вправду являются такими кретинами. Кто разберёт? Это как люди недалёкие, которые спрашивали у первых космонавтов, мол, видели они там Бога на небе? А они и рады отрапортовать, что никак нет.

Так ладно фантасты! Сейчас это в любой книге найти можно, кроме разве богословской. У них видать, у богословов, свои издательства есть.

Но мы ведь о взрыве! Может и хорошо, что он был! Хотя, если так посмотреть, то мы повыскакивали из этой мясорубки времени всё такими же индивидуальными. Одни после взрыва задумались, другие совсем стухли, третьи скурвились. Но, не мне же судить, конечно.

Вступление

Листаем учебник истории и думаем, какое было страшное время! Как люди жили на границе двух эпох? Тут же вспоминаем китайца, который сказал, что только врагу можно пожелать жить в период перемен, а вот так получилось, что мы сами живём в такое время. Да разве скажешь, что в такое уж невыносимое время живём? Может у кого-то и хуже жизнь была… Хотя, если судить по высказываниям представителей каждого из поколений, жизнь на протяжении столетий и тысячелетий становится только хуже и хуже. Ведь каждый не применёт сказать «а вот когда мы были в этом возрасте, у нас такого себе не позволяли!» Вот так и получится, что лет через двести, когда школьник откроет электронную лекцию по истории и будет изучать наше время, он обязательно подумает, как эти старички там жили? Как вообще можно было выжить в таких условиях?

Один мудрец раскрыл секрет человеческой души. Он понял, что эта «тёмная» материя состоит из двух половин. Одна – разумная, дающая человеку такие качества, как благородство и благодетельность. А вторая часть эмоциональная – удел страстей.

При этом для того, чтобы нам, скудоумным, было легче это понять, мудрец объяснил нам свою теорию образно. «Душа, – говорил он своим ученикам, сидевшим прямо на каменном полу перед ним, – подобна повозке, в которую запряжена пара коней. Повозкой правит возничий. Он есть разум, разумная душа. А кони суть душа чувственная, но она по природе своей дуальна, двойственна. Так, один конь благороден. Когда он вырывается вперёд, человеком движут благородные порывы. А второй конь низок, груб и туп».

Вот так со времён сотворения всё было нормально и сбалансировано. И правил повозкой возничий. Потом наступил перелом. Что-то случилось с возничим. Может на выбоине подскочила повозка, и возница выпустил удила. Благородный конь вырвался вперёд, почувствовав свободу. Полный сил, он одарил человечество героями, которые в своём благородном безумстве делали историю, поворачивая то в одну, то в другую сторону.

Возничий же никак не мог снова схватить удила, чтобы выправить ситуацию. Он пробовал взять ситуацию, под контроль, но кони попались привередливые, и их было уже не остановить.

А потом пришло наше время. Время следующего перелома. Конь благородный выдохся, он ещё какое-то время пытался сам тянуть повозку, но мочи не было продолжать гонку. Вперёд стал выходить ретивый конь, которого мудрец назвал грубым, низким и тупым.

Вот в тот день это и произошло. Все думали, что стряслось? Как случилась эта планетарная катастрофа? Грешили на активность солнца, антиматерию, космические лучи или испытание оружия. Но всего-навсего на планете возобладали страсти низменные и животные. Конь тупой помчал вперёд к обрыву. А всем было как-то не до этого. Если бы Земля не перевернулась в тот день, то никто ничего бы и не заметил. Несётся повозка и несётся.

Правда, один поэт по этому случаю написал следующий стих:

Всё течет, всё изменяется;

Меньше стало достойных образов;

Время принцев-героев кончается;

Настало время каких-то пидоров.

Вот видите, значит, чувствовали люди в то время, что что-то неладное твориться. Да и что говорить об этом? Всё равно мы в глазах нового поколения лишь старики, которые сетуют на свою жизнь и проявляют недовольство лишь потому, что сами отстают от жизни. Всё идёт так же, как и шло.

Глава первая. Руслан (I)

Лето особо прекрасно в стареньких двориках, окружённых пошарпанными двухэтажными домами. Высокая зелёная трава, длинные дни, заросшие палисадники и ветхие кладовки – настоящий рай для мальчишек. Это и поле сражения, и татами для борьбы, и секретный «штаб», где можно сделать тайник и хранить там свои ценные вещи.

Фантазия мальчишек, подпитываемая новыми американскими фильмами, становится просто безграничной: горка превращается в космический корабль, а вспышки молний при грозе мнятся выстрелами кораблей пришельцев. Палка чудесным образом оборачивается бластером. Ну а если отец или старший брат смастерит из доски, деревянной прищепки и резинки самострел, то счастью нет предела.

Мальчишки всегда носятся гурьбой. А если кого не выпускают на улицу по причине наказания, вся ватага будет жалобно вопить под окном, пока мать не сжалится и не отменит карательные меры.

При этом в каждой шайке малолетних разбойников (как их именуют сварливые бабульки) обязательно есть свой гласный или негласный лидер. Иногда сорванцы даже не осознают, что они не равны, что идут за кем-то.

Руслан сидел на скамейке один. Остальные сидели на корточках. Он был старше других мальчишек на год-два (а ведь это целая пропасть!) и чётко знал, кто тут лидер. Он знал, что есть и другие «старшики» – кто уже учится в старшей школе. Они собираются в кружок в другой части двора, открыто курят, лузгают семечки, играют на гитаре вечерами, не гнушаются и женской компанией. Вся детвора их побаивалась, а Руслан сам шёл к ним. Он гордился, что был с ними на короткой ноге. Мальчуган знал, что малышня побаивается его, и пользовался этим. Ему это приносило большое удовольствие.

Вот и теперь, сидя на скамейке, он видел, как нервничают мальчишки, сидящие на корточках перед ним. Им и хотелось бы уйти, но они не могли. Руслан плюнул на землю и растёр плевок сандалией. В ладони он крутил коробок спичек – запрещённой среди детворы вещицы.

– Ну и где? – в который раз спросил он.

– Сейчас уже придут! – охотно ответил Алёша, который нервничал больше всех. – Вон они идут!

Со стороны бассейна неслись два мальчика. Один повыше – он в этом году должен пойти в школу, а второй – совсем ещё малыш. Они подбежали к скамейке и, вывалив на неё груду окурков, стали отряхивать ладони. Ведь родители строго запрещали брать эту дрянь. Руслан недовольно поковырял пальцем «улов».

– Я же сказал с фильтром принести! – недовольно проговорил он и вперился взглядом в добытчиков.

– Там не было других, – виновато ответили мальчики.

Руслан выбрал окурок с фильтром, достал спички и прикурил. Мальчишки открыли рты и стали озираться по сторонам. Им хотелось быстрее смотаться отсюда, но они не могли, и Руслан наслаждался этим. Его действия были преступлением, грехом, святотатством. Это было даже несравнимо с бранным словом при взрослых. Наверное, хуже было бы только снять штаны и прилюдно вылезти на сцену в парке.

Руслан выпустил дым и улыбнулся: «Пусть знают, что я плохой. Я такой же, как и старшики. И даже больше. Сыкло они!». Окурка хватило на три затяжки. После этого он выбросил фильтр и прикурил «Астру».

Тут на дороге появился белобрысый мальчишка с буханкой хлеба, которую он успел пообкусывать с двух сторон. Он широко улыбался чему-то своему.

Руслан тоже улыбнулся и свистнул.

– Эй, Свистун, – крикнул он и поманил рукой, – иди сюда.

У мальчика было обидное матерное прозвище Саша – «Свистун». Он был немного «того» и время от времени приносил своей странной одинокой матери разные «сюрпризы». Так, совсем недавно он умудрился забраться в автобус, который шёл в другой город. В том городе он шатался по улицам полдня, пока добрые люди не сдали его в милицию.

Саша подошёл, продолжая жевать хлеб.

– Что ты там ешь? – спросил Руслан, раздумывая над тем, что бы сделать с этим ушлёпком.

– Леп, – неразборчиво ответил мальчик.

Руслан вспомнил, как однажды Саша ни с того ни с сего съел сгоревшую дотла спичку. Это было очень странно, но Саша потом только улыбался.

– Давай я тебе закуску сделаю! – предложил вожак. – Дайте мне лист.

Ему мигом дали широкий лист от вишни, которая росла тут же. Руслан достал спичку, зажёг её и спалил полностью, перехватив её за сгоревшую головку, когда огонь дошёл до середины. Так он проделал с тремя спичками. Он хотел дать их Саше, но потом встал, сорвал с дерева несколько плодов и, раздавив их в ладони, полил угольки красным соком, смешанным с пылью и грязью. Лист с угощением он протянул Свистуну.

Мальчишки, замерев, наблюдали за его действиями. Некоторые даже встали, чтобы лучше видеть.

– Ешь! – приказал Руслан, встав перед мальчиком. – Он был на две головы выше и заметно крупнее.

Мальчишки с ужасом устремили взгляды на лист с бурой жижей. Но Саша совсем не испугался и даже не расстроился. Он взял лист, выпил всё содержимое и стал пережёвывать спичечный пепел. Вся его чумазая физиономия светилась.

– Зачем ты это делаешь? – не выдержал один из мальчишек. Он обращался к Саше.

– Кусно, – ответил он искренне.

– Да, это даже полезно, – вставил кто-то нерешительно.

– Да! – поддержали остальные, закачав головами. Каждый из них в ужасе подумал, что в следующий раз такое угощение может достаться ему.

– Всё, иди! – отпустил жертву Руслан, вставая, чтобы помыть руки в бассейне.

***

Мальчик «развивался» очень быстро. В 9 лет втихую напробовавшись вина на семейном банкете, он впервые познакомился с алкоголем. Выйдя после этого к старшикам, он видел, как в их глазах появилось какое-то уважение.

Если бы мать Руслана, работавшая тогда в детском доме и воспитывающая ребёнка одна, только могла представить, что не пройдёт и десяти лет, как её сынишка превратится в законченного наркомана, она бы убрала куда подальше свой стыд, за то, что сын живёт в неполноценной семье, и занялась его воспитанием. Но этого не произошло. Дед Руслана служил в армии и любил крепко закладывать за воротник после каждой получки. В эти дни он ходил, пошатываясь, по двору, раздавая мальчуганам конфеты и дефицитные жвачки «Ну погоди», обдавая их удушающим перегаром. Внуку в такие дни перепадали не только сладости, но и достаточно крупные деньги. Дед тоже и думать не мог, что, ещё будучи школьником, внук начнёт таскать из дома деньги и вещи, чтобы покупать водку для себя и своих старших друзей.

Руслану запомнился день, когда дед вернулся со службы раньше обычного, еле держась на ногах. Он прямо рассвирепел, когда жена начала дома какие-то увещевания. Замахнувшись на дочку, он вышел в гараж, который стоял прямо перед домом, и стал вышвыривать на улицу какие-то вещи и припасы. Руслан стоял в это время поодаль, с возбуждением наблюдая за развитием событий. Подустав, военный подозвал внука. Они вместе пошли на берег реки. Здесь мужчина достал из кармана пригоршню медалей, которыми его одарила Родина, и дал их внуку. «В реку их!» – скомандовал он.

Руслану перешло возбуждение деда, он стал со всего размаху швырять в воду жалобно позвякивающие награды. Дед наблюдал за этим со злорадством, а мальчик тем временем уже успел спрятать в кармане две медали, которые ему показались наиболее ценными. Он знал, что за каждую можно выручить, по крайней мере, по бутылке водки, а если повезёт, то и больше.

Дед потрепал его по шевелюре и отпустил. Руслан вернулся во двор, но его злобное возбуждение не прошло. Он хорошо запомнил, как притихли его бабушка и мать, когда дед показал им свой здоровенный кулак. Сила решила все вопросы. Это неслабо заводило.

Руслан встал возле раскрытого дедовского гаража, за которым втихую из окна приглядывала бабушка, и стал смотреть, как ватага маленьких пацанов гоняет по пыльной площадке мяч. Уличив момент, он схватил мяч и стал смотреть на реакцию футболистов.

Мальчики побаивались Руслана, но всё же решились попросить мяч назад. Он только улыбнулся. Они ещё много раз будут упрашивать его, прежде чем он достанет из кармана складной нож и порежет резиновый бок игрушки. Кто-то из игроков заплакал. Владелец мяча даже бросился на обидчика, но силы били неравны. Руслан был доволен, и он был сильнее. Оттолкнув жертву, он, молча, ушёл за гаражи курить.

Уже вечером, когда к ним домой пришёл отец обиженного мальчика, он на миг испугался, но потом, когда мать шёпотом попросила прощения и дала денег на покупку нового мяча, он понял, что теперь ему можно всё. Мать ему даже ничего не сказала, снова оправдав такое поведение отсутствием мужского воспитания.

Следующим этапом взросления стало знакомство со слабым полом. Руслан вскоре умудрился перецеловать и перелапать практически всех девчонок, которые путались со старшиками. Некоторые были старше него на 5-6 лет.

Задавленная собственными родителями и брошенная мужем мать Руслана, только вздыхала, когда ей кто-то в очередной раз жаловался на поведение сына. Она бы вела себя совсем по-другому, если бы увидела своего Русланчика закоренелым наркоманом, потерявшим добрую половину волос вместе с зубами. Уже превратившись во фригидную бесполую амёбу, он будет рассказывать о девчонках, которым он «на прошлой неделе» устроил бессонную ночь.

Набравшись в очередной раз, он представлял себя сильным и авторитетным мужиком, которому позволено всё, которого все боятся. Пусть и не уважают (потому, что они ничего не понимают в жизни пацана), но боятся до дрожи в коленях. Особенно радужными казались перспективы под воздействием анаши. Он и в страшном сне не мог себе представить, что будет вынужден работать поваром в грязной столовой, из которой его потом с позором и побоями выгонят за кражи, что мать откажется от него, когда он, продав практически всё из квартиры, поднимет на неё руку, чтобы та отдала на дозу остаток своей пенсии. А ещё он никогда не задумывался над тем, что даже молодой организм не может выдержать пятнадцать лет наркоманского стажа. Ближе к тридцати годам он превратился в хромающую развалину, один глаз перестал видеть (отслоилась сетчатка) после того, как какой-то амбал врезал ему за попытку вытащить из машины регистратор. А о состоянии своих внутренних органов он мог судить лишь по постоянной тупой боли в области печени, трепыхающемся сердце и горечи во рту.

Худой, как палка, он не вызывал не то что страха, но даже жалости. Ему теперь удавалось добыть деньги одним путём – он подкарауливал в подворотне молодых девушек, вставал у них на дороге со шприцем в руке и, угрожая, что сейчас заразит их СПИДом, требовал денег. Этот трюк проходил часто, хотя он и не был уверен, что у него не было ВИЧ.

Глава вторая. Руслан (II)

Не голова, а помойка! Столько в ней всего и разом. И надо же: гордость и мерзость вместе уживаются там. На улице такая противная погода – тучи чернющие да ещё ветер холодный, пронизывающий. И так трясёт с утра после вчерашнего. Отходняки.

Утром он очнулся в какой-то квартире. Даже не знал, чья это хата. Как в песне Биг Рашен Босс. Кто-то растолкал его. Женщина какая-то. Чуть не пинала. Давай, мол, сваливай, а то скоро хозяева придут. Он обвёл заплывшими, красными глазами этот гадюшник. Два существа бесполых шарахались в санузле, кто-то спал на диване, отвернувшись к стене. Руслан пошёл на кухню, выпил прямо из чайника холодный и горький чай. В комнате он осмотрелся. Видимо из квартиры давно продали всё ценное. «Почти как у меня дома!» – подумал Руслан. На столе перед диваном лежал сотовый телефон. Он сунул его в карман, уверенный в том, что телефон его, хотя свой он давным-давно загнал. В коридоре он среди горы курток отыскал свою. Карманы были пусты.

На улице витала мерзость. Руслан сразу обзавёлся парой сигарет у какого-то школьника. Ноги едва двигались. Всё тело ныло. Скоро опять будет ломать.

До теракта оставалось несколько часов. Но ему-то что?

Он был даже в неплохом настроении. Помнил чётко, что вчера была компания «друзей», были шашлыки, суши, «ягуары» и кое-что ещё. А всё благодаря его смекалке. Гордился, прям, собой.

Шатался позавчера по окраинам и набрёл на груду труб. Ржавые, но видно, что не использовались ещё. Лежат себе у обочины. Целая дюжина, а вокруг прямо никого. На следующий день Руслан сработал оперативно, как никогда раньше. Сделав несколько звонков, вызвал машину, нашёл покупателя. Кран погрузил трубы минут за тридцать. И всё «без сучка и сучки». Он мандражировал, пока погрузка шла. Надо же было ещё так себя вести, чтобы водилы не сомневались, что груз этот его. Хотя, что там сомневаться. Они были уверены, что не его этот груз. Поэтому и взяли двойную цену.

Когда стали выезжать с места, «Газель» прошла нормально, а вот кран был высокий. Вот и врезался в газопровод. Стрелой своей выгнул трубу, она сверху разорвалась. Руслан выскочил из кабины, посмотрел. Быстро смекнул, что дело швах. «Разворачивайся, – говорит водителю крана, выезжай, как приехал сюда, а я в горгаз позвоню». Кран поурчал, уехал в соседнюю улочку. «Погнали! – скомандовал хозяин, вернувшись в кабину. – Я сказал этому, чтобы сам разбирался тут с газовиками». Грузовичок резво покатил по дороге, а через час у Руслана в кармане уже было столько денег, сколько он обычно и за два-три месяца не видывал.

Стоит отдать должное парню. В такие моменты он мог быть щедрым. Для друзей ему было ничего не жалко. Вначале он хотел отложить эти деньги и взять только треть, чтобы погудеть и зависнуть. Товарищи подтянулись сразу. Даже те, кого он раньше не видел, а может, просто не помнил. Гулять начали в одной из недорогих забегаловок уже в обед. Компания алкашей и наркоманов готова была на руках носить своего благодетеля. В ход пошли рассказы правдивые и не очень о щедрости и широте души Руслана. Потом кто-то по запарке поздравил его с днём рождения. И понеслось! Вскоре он уже и сам решил, что празднует днюху. К вечеру деньги закончились. Пришлось ехать домой за оставшейся частью. Компания направилась в какой-то чмошный клуб. Здесь, несмотря на уровень заведения, охрана отсеяла добрую половину празднующих. Глубокой ночью самые стойкие переместились на вписку (вечеринка на квартире с последующей ночёвкой. Прим. автора) к кому-то. Для всех у Руслана уже были приготовлены особые угощения. Здесь утром он и очнулся без денег и без представления о том, кто здесь обитает.

Теперь у него даже не было денег на тримол или анальгин. Болели ноги, глаза, кололо сердце. Нужно было срочно поправить здоровье. Для этого требовалось сбыть телефон, но сделать это аккуратно и при помощи проверенных людей.

Значит, денег придётся раздобыть тут и побыстрее, потому что ощущение у вчерашнего благодетеля было такое, словно он сейчас ласты склеит. Руслан понял, что находится не очень далеко от центра. Ноги сами повели его туда. Только вот не было поблизости подворотен, где можно было бы отжать хотя бы пару сотен для таблеток или пива.

Люди вокруг всё торопились, шарахались от хромого и покачивающегося из стороны в сторону наркота.

Внезапно прямо перед ним выросла симпатичная девушка. Она стала что-то щебетать, махая перед его носом какими-то бумагами. Руслан улыбнулся беззубым ртом, стал рассматривать милое личико красными глазами, один из которых практически ничего не видел.

– У тебя есть таблетка от головы? – наконец спросил он, думая, что девушка откуда-то знает его.

– Есть! Идите сюда! – позвала она.

Удивившись ещё больше, он последовал за ней. Тут возле какого-то красивого дома скопилась целая толпа. Поодаль стояли полицейские. Руслан посмотрел в их сторону с опаской. К горлу подступила тошнота. За партой, прямо на улице сидел ещё один парень и толстая до безобразия женщина. Они держали руками кучу листов, чтобы холодный ветер не унёс их. Девушка налила воды в пластиковый стаканчик и протянула ему вместе с таблеткой.