Левиафан

Охота

Я круто развернулся, подхватил с пола пистолет, дополнительный рожок и выскочил из квартиры. Как можно тише и быстрее спускаясь по неосвещённой лестнице, я заметил, что голоса людей, идущих снаружи, звучат и внутри, а это значит, что и они могут услышать меня. Я немного сбавил темп – не стоило выдавать своего присутствия раньше времени.

Последний пролёт, и вот я у выхода. Выглянув наружу, я увидел, что троица вышла на перекрёсток, повернулась ко мне спиной и уже заворачивает за угол. Стараясь не топать и не сильно торопиться, чтобы не попасть в засаду, я соскочил с порога и побежал за ними. Пересекающиеся здесь улицы были тихи и пустынны, похоже, кроме Нас, в этом районе никого не было. Так как дорогу старательно расчистили, можно было не беспокоиться об осколках стекла, кусках пластика или металла под ногами, которые сообщили бы о моём приближении противнику, наступи я на них.

Беззвучно добежав до угла и прижавшись к холодной шершавой стенке, я осторожно высунулся: бойцы всё так же, ничего не подозревая, вели оживлённую беседу. Я снял автомат с предохранителя, прицелился и, вынырнув из-за многоэтажки, быстрыми тихими шагами пошёл за ними – на малом расстоянии, с элементом неожиданности, у меня гораздо больше шансов на успех.

Я уже был метрах в четырёх и собрался открыть огонь, но тут шагающий впереди маленькой процессии подневольный громко кашлянул. Стрелки разом замолчали и уставились на него, словно не поняли, сказал он что-то, или им только показалось. Нужно было действовать! Я быстро сделал два шага и, чуть наклонившись вперёд, нажал на курок. Автомат безо всякой отдачи испустил сухой стрекочущий звук, мало похожий на стрельбу, однако по телу левого из бойцов тут же прошло несколько маленьких глухих взрывов, разбрасывающих крупные капли крови во все стороны.

Второй среагировал моментально. Даже не взглянув на падающего замертво товарища, он стремительным рывком повернулся ко мне с явным намерением открыть огонь без предупреждения. По уверенности его движения было ясно, что он не испугается направленного на него автомата, так что я снова нажал на курок. Несколько маленьких мощных разрывов, причиной которых, судя по всему, была специфическая архитектура патронов, хоть и нанесли смертельные повреждения этому человеку, не смогли даже пошатнуть его. Что ни говори, а стойкости у него в достатке. Только спустя несколько долгих секунд, когда из его крупных обожённых по краям ран хлынули потоки тёмной крови, он начал наклоняться назад. Уже под конец осознав, что произошло, он, изо всей силы сжав оружие, так, что побелели пальцы на рукоятке, выпустил в воздух длинную очередь. Его автомат звучал гораздо громче моего – если неподалёку бродят друзья этих двоих, то они могли не услышать моих выстрелов, но они точно обратят внимание на эту предсмертную пальбу.

Мужчина, которого вели эти бойцы, даже не повернулся в сторону активных действий, разразившихся у него за спиной. Он спокойно стоял на том самом месте, где его застала стрельба, с видом полного безразличия к происходящему. Очевидно, он не представлял для меня угрозы, но я всё же не стал опускать автомата.

–

Повернись! – немного дрожащим от волнения голосом скомандовал я.

Он медленно выполнил команду. При этом его безвольно висящие руки, ведомые инерцией оборота, немного приподнялись, демонстрируя полную безнадёжность. Ему было около шестидесяти пяти. Уже начавшая лысеть голова, глубокая морщина задумчивости на лбу, светлые туманные глаза, немного впалые губы – он был похож на какого-то мудреца. После недолгого разглядывания меня он негромко заговорил: – Ты зря спас меня. Когда они выводят человека в город, ему колют медленный яд. Если на палачей нападут железяки, или ещё какое-нибудь происшествие, жертва всё равно не выживает. – он произносил слова быстро, без малейших пауз между предложениями, словно хотел сказать как можно больше за как можно меньший промежуток времени.

Конечно, если о яде он говорит правду, его можно понять… – Это такая предосторожность.

А Тебе нужно бежать – на выстрелы сюда сбежится целая армия…

–

Кто они? – я просто не мог не перебить его. Несколько озадаченный вопросом старик задумался.

–

Это секта. Называют себя «ОКО». Они пытаются воспользоваться войной с железками, чтобы захватить власть.

–

За что они хотят убить Вас? – несмотря на то, что я только что спас ему жизнь, у меня язык не поворачивался говорить с этим человеком на Ты.

–

Они уже меня убили. С ядом в крови я умру минут через тридцать. Противоядие взять негде. Я обречён…

Я снова перебил его:

–

Почему они хотят убить Вас?

Теперь уже он понял, что заговорить мне зубы не удастся. Опустив глаза, пленный снова затараторил:

–

Я был одним из них когда-то, но мне не понравились их мечты о контроле над всем человечеством. И вот… – он поднял на меня свой выцветший взгляд. – Оставь мне пистолет и беги! Ты должен выжить!

Я понял, что более никакой информации от него не добьюсь. Быстро осмотрев тела убитых сектантов, я заметил, что у обоих на ушах надеты рации. Я снял одну и повесил себе. Отстегнув от пояса бойца ОКО кобуру с пистолетом, я протянул её мудрецу. Снова безнадёжно опустив глаза, он взял оружие и почти шёпотом напутствовал:

–

Беги туда! – он кивнул головой назад. – Держись левой стороны! Давай! – его кожа резко побледнела от выкрика, наверняка, из-за действия яда.

Мне не хотелось оставлять его здесь, в одиночестве, но он, увидев моё промедление, снова уверенно, и даже с каким-то рыцарским благородством, кивнул головой.

Мельком оглянувшись назад, я сделал глубокий вдох и двинулся вперёд по улице. Дорога на этом квартале светилась чистотой, что уже переставало мне нравиться. У этого ОКО есть машины, и, чем свободнее трасса, тем раньше они меня нагонят.

Вдруг нечленораздельные голоса, всё это время суетливо шумевшие в рации, сменились одним громким чуть дрожащим басом:

–

Эй, придурки! – я сразу узнал в нём спасённого мной мудреца. Теперь его голос звучал протяжно и насмешливо, в полную противоположность полушёпоту, которым он меня провожал. – Высший меня не покинул!

Я остановился и обернулся назад, пытаясь понять, что вытворяет старик. Будто заново оживший мудрец, гордо выпрямив спину стоящий посреди пустой серой дороги, презрительно швырнул маленькую рацию на землю и приставил пистолет к виску. Я не стал дожидаться, пока он нажмёт на курок, а просто побежал дальше. Через пару секунд послышался громкий выстрел.

Рация, замолчавшая после короткого обращения мудреца, снова ожила:

–

Так, всем граничным сомкнуться! Не выпустите его! Патрульные в квадрате, найти и уничтожить! Немедленно! Я высылаю к Вам всех. – очевидно, это был глава секты. Вместе с командирской уверенностью, в его голосе чувствовалось нешуточное негодование и даже нервозность. Чем-то высказывание мудреца его сильно задело.

Добежав до первого перекрёстка, я свернул налево. Вокруг меня, я ощущал, уже образовалась горячая сфера напряжения, но энергии, пока ещё, было в достатке. Рация снова затрещала:

–

Мы нашли деда – он застрелился. Конвой убит. Это сделал не дед, повторяю, не дед.

В ответ опять зазвучал почти кричащий голос командира, и на этот раз он уже был полон ярости:

–

Найдите того, кто это сделал! Сейчас же!!!

Я почувствовал, что впереди движется какая-то угроза. А улица идеально чистая, без единого укрытия! Нужно было ускориться, чтобы добраться до ближайшего поворота до того, как меня застанут врасплох. В многоэтажку бежать смысла не было – они уже сообразили, в какой я стороне, и, если у них есть углерододетекторы, в чём я ни на мгновение не сомневался, они найдут меня очень быстро.

Где-то впереди завизжала машина, которая, судя по звуку, входила в крутой поворот на большой скорости. Я снова прибавил темпа. До арки в правом здании, открывающей проход во дворы, оставалось около пятнадцати метров, как вновь завизжали шины, и на перекрёсток дальше по улице вырулил большой джип. С белым глянцевым покрытием он выглядел так, будто попал в этот разрушенный город из какого-то другого времени. Остановившись всего на миг, автомобиль грузно повернулся в мою сторону и начал разгоняться. Я вскинул автомат и, уже заходя под арку, сделал несколько предупреждающих выстрелов. Это не только не напугало гнавшихся за мной сектантов, но, похоже, даже наоборот, разозлило их, потому что мотор джипа зашумел ещё громче.

Влёт пробежав арку, смахивающую на короткий высокий туннель, я обнаружил себя в изрядно потрёпанном дворе: глубокие рытвины, крупные обломки камня, целые горы серой пыли и куча стеклянных осколков. Справа наискось в высокой стене телесного цвета многоэтажки виднелся ещё один проход. Не замедляясь, я свернул к нему, перескочил через низенькую зелёную металлическую ограду и, что есть силы, побежал вперёд.

Детская площадка, через которую лежал мой путь, сильно выделялась на фоне почти пустого сквера своими цветастыми аттракционами, так, что я не сразу обратил внимание на то, что она полна убитыми. Очередное место казни. Но мне было не до того. Двигатель джипа рычал уже совсем рядом, вторя себе грозным эхо в пустом дворе. Выстрелов ещё не было, но я чувствовал, что так будет продолжаться совсем недолго. Где-то поблизости зашипела сигнальная ракета, указывающая моё местоположение и направление движения.

Я перескочил через ограду, теперь уже выйдя за пределы маленького сквера, и окинул взглядом правый фланг. Белый джип, объезжая квадратный двор, неуклюже поворачивал в мою сторону. Его размеры сильно уменьшали маневренность – узкие дворовые дорожки с трудом давались тем, кто меня преследовал. Пользуясь моментом, я вбежал под очередную арку и не на шутку обрадовался, увидев, что следующая улица сплошь забита автомобилями. Очевидно, бомбардировка застала в этом месте огромную пробку. Джипу здесь однозначно было не проехать.

Я кинулся к машинам. Они могли не только остановить преследующий меня автомобиль, но и послужить мне замечательным укрытием. Нырнув в пробку, я залёг за одной из широких легковушек во втором ряду и приготовился встретить врага. Я знал, что в критической ситуации время идёт медленнее обычного, но это не сбавляло напряжённости ожидания белой глянцевой громадины, которая неповоротливо въезжала под арку.

Остановившись в паре-тройке метров от первого ряда пробки, люди ОКО, как один, открыли двери и начали выскакивать на открытое пространство. Мне не понравилась их уверенность. Зная, что противник вооружён и спрятался где-то рядом, они были слишком спокойны, словно их совсем не волнует, убьют их или нет. Обычно, так ведут себя роботы – у них нет страха перед болью и смертью.

Будто услышав мои мысли, бойцы, огромное количество аксессуаров и татуировок на телах которых недвусмысленно говорило о том, что они очень большое внимание уделяют внешним атрибутам своей преступной успешности, немного замедлились и, внимательно высматривая цель между машинами, начали расходиться в разные стороны, неосторожно, невнимательно. Нетрудно было догадаться, откуда в них эта наглость: последнее время они, похоже, только и делали, что охотились на беззащитных гражданских, да грабили все заведения, что попадались на пути.

Я переключил автомат в режим одиночной стрельбы и прицелился. Один из преследователей, обвешанный металлическими медальонами, звякая железом, двигался в мою сторону. Шаг. Ещё один. Время практически остановилось. Но вот он попал в промежуток между машинами! Я чуть-чуть повёл автоматом, чтобы прицелиться точно ему в грудь, как вдруг он, попав на меня взглядом, дёрнулся от испуга. Я выстрелил.

Теперь нужно было действовать быстро!

Поднявшись на ноги, я передвинул предохранитель на автоматический режим и сразу же пустил очередь в ближайшего ко мне бойца, замершего рядом правее от убитого мною первого. Задёргавшись под выстрелами, сектант с глухим ударом упал на капот стоящей за его спиной тёмно-зелёной машины и соскользнул на асфальт. Он допустил ошибку.

Пока я поднимался, у него было время сообразить, где я, и подготовиться, но он, вместо этого, попытался выглянуть из-за автомобиля на подстреленного товарища, чтобы определить, жив тот или нет. В бою такое не прощается.

Увидев, что половина команды уже уничтожена, двое оставшихся стрелков быстро пригнулись за легковушки и начали, не глядя, палить в мою сторону. Высовываться под огонь не стоило, так что я присел и двинулся в обратную от мародёров сторону. Через несколько секунд движения я услышал сзади громкий короткий взрыв. Оборачиваться было некогда, тем более, я и так знал, что это граната. Стрельба прекратилась, видимо, люди ОКО начали обходить предполагаемое место моего укрытия.

Пробежав в полуприсяде метров тридцать, я увидел справа крупный металлический рекламный щит, перекрывающий собой чуть ли ни весь тротуар. Пригнувшись ещё ниже, я забежал за него, стараясь скрыться от глаз преследовавшего меня дуэта, как вдруг перед лицом у меня засвистели пули. Дальше по улице в моём направлении уже двигалась тройка вооружённых людей. Очевидно, это были члены ОКО.

С трудом сдерживая острое желание остановиться и поискать другой путь, я пересёк тротуар и вбежал в маленький офис. Светлые столы буквой «Г», пара шкафов с разноцветными папками, кофейный терминал, кулер – всё, как обычно. В помещении была всего одна дверь, так что долго думать мне не пришлось. Открыв её, я обнаружил узкую железную винтовую лестницу, ведущую на второй этаж. Должно быть, там находится квартира хозяина. Интересно, во сколько ему обошёлся этот ход наверх, прорубленный в многоэтажном доме. Как бы там ни было, мне очень повезло попасть именно в этот офис.

Бегом поднявшись по лестнице, я попал в светлую и достаточно просторную квартиру, которая, к сожалению, тоже была варварски разграблена. Похоже, я всё ещё на земле ОКО. Определив, где выход на площадку, я бросился к нему. В офисе, тем временем, прогремел мощный взрыв – сектанты шли буквально по пятам. Небольшое окно на тёмной лестничной площадке было разбито. Услышав торопливые шаги внизу, я понял, что на поиск альтернатив времени нет, и с разбегу прыгнул в него. Нарастающая волна воздуха побежала по телу. Удар. По инерции меня бросило вперёд, но я успел сгруппироваться и, хоть и болезненно, но всё же удачно перекатиться, громко чиркнув автоматом по бетону. Пистолет, всё это время висевший заткнутым за ремень, выпал. Я обернулся, схватил его и, не сразу справившись с онемением в ногах, сопутствующим всякому падению, устремился дальше.

Двор, в котором мне выпала судьба оказаться, выглядел заброшено. Пролетев бетонный тротуар, я вбежал на узкую тропинку, прорезанную среди тонких коричневых прутьев некоего растения, стоящих сплошной стеной высотой метра в два. Послышалось тарахтение автоматов, в ответ на которое затрещали окружающие меня сухие ломкие пруты. Судя по углу падения пуль, палили из того самого окна, из которого выскочил я. Немного пригнувшись, я подставил лицо холодным комкам земли, разлетающимся под выстрелами, осознавая, что мне это, на самом деле, не сильно поможет. Тропинка, изгибающаяся по широкой дуге с уклоном вправо, провела меня через весь двор к ещё одной высокой арке. Что есть мочи, я рванул под неё.

Мельком оглянувшись на ходу, я понял, что справа, прижавшись к стене, идёт ещё одна группа вооружённых людей, которые с небольшим опозданием, но всё же начали стрелять в мою сторону. Бежать становилось всё тяжелее, автомат не позволял нормально двигать руками, что было необходимо при моей скорости движения. Пролетев через арку, я увидел чуть дальше широкий перекрёсток, к счастью, тоже напрочь заставленный автомобилями. Слева, наискось по нему, оказалось недостроенное здание, сразу бросившееся мне в глаза. Со всех сторон его окружали леса, и мне это показалось удобным.

Выбежав на середину перекрёстка, я остановился за машиной, чтобы перевести дух. Сзади уже слышались крики и топот бегущих людей, успевших войти под арку. Их было много. Я поднялся и, почти наугад пустив в их сторону короткую очередь, сел обратно, прижавшись спиной к автомобилю. Бойцов это порядочно напугало все они разом бросились на землю и замерли, дожидаясь, пока я вновь выгляну из укрытия. Но, вот беда, сразу с двух сторон, справа и сзади, по мне начали стрелять ещё две группы сектантов. Оставалось только гадать, как они смогли так быстро взять меня в кольцо.

Я присел за распахнутую дверь машины, едва ли имеющую достаточную прочность, чтобы считаться укрытием, и, повернувшись лицом к стройке, приготовился к рывку. Теперь у меня был только один путь – в это здание. Взяв автомат в правую руку, я с низкого старта дёрнулся вперёд, стараясь не разгибать на ходу спины. Стрельба при этом поднялась такая, что я даже не надеялся её пережить. Преодолевая расстояние до недостройки, я успел мельком рассмотреть левый фланг: там было не менее семи человек. Сколько же всего людей ОКО в этом районе? За мной гонится не менее двух десятков хорошо вооружённых и умело скоординированных бойцов. И это, наверняка, лишь малая часть всех сил секты. Крепко же я вляпался.

Влетев в пахнущее песком и неразведённым цементом здание, я выпрямился и пулей метнулся к широкой, начинающейся у самого входа, лестнице. Похоже, в планах это был какой-то бизнес центр или гостиница – слишком уж замысловатым выглядела его конструкция. Поднявшись на второй этаж, я обнаружил, что над главной лестницей полукругом идёт своего рода балкон. Как раз то, что нужно! Судя по голосам, мои преследователи быстро приближались к парадному входу, поэтому, ничуть не колеблясь, я решительно оббежал помещение и стал на противоположной стороне балкона практически над самыми дверьми.

ОКО долго ждать не пришлось: два бойца почти плечом к плечу вбежали в холл, нервно крутя головами по сторонам. Толком не целясь, я сделал несколько выстрелов. Оба моих противника судорожно задёргались под острыми ударами пуль и, забрызгав тёмной красной жидкостью покрытый тонким слоем пыли пол, навзничь рухнули.

Вторая группа возникла незамедлительно. Четверо людей, увидев, что произошло с двумя первыми, сразу подняли глаза на второй этаж и, найдя меня, начали стрелять, как безумные. Не решаясь задерживаться под столь плотным огнём, я развернулся и двинулся вглубь здания.

Послышался звонкий удар по бетону где-то совсем рядом со мной, и от этого звука на теле у меня выскочили ледяные мурашки. Я сделал мощный рывок вперёд – ещё один удар – выпрыгнул в направлении движения и уже схватился за угол, чтобы рукой помочь себе завернуть в коридор, уходящий куда-то вправо, и тут прогремел взрыв. Получив сильный толчок в спину горячей пыльной волной, я ударился о стену и упал на пол. В голове загудело, мысли на какое-то время напрочь вышибло…

Я начал пытаться встать. Поднявшаяся пыль не давала как следует вдохнуть, от чего голова кружилась всё сильнее, а пульс бил в самых глазах. Похоже, осколками меня не задело, но вот оглушило прилично.

В конце коридора виднелся дверной проём, к которому я и двинулся, сильно шатаясь из стороны в сторону и периодически помогая себе руками. Подойдя ближе, я понял, что этим прямоугольным отверстием здание и оканчивается, а до следующего, соседнего, метра полтора-два. В нём, прямо напротив, был такой же проём, похоже, здесь собирались сделать стеклянный мост или что-то в этом роде. Поймав точку равновесия и немного ускорив шаг, я перепрыгнул на ту сторону, после чего, зайдя за стену, привалился к её холодной с колючими бетонными швами поверхности спиной.

В ушах всё ещё сильно звенело, я не мог по звуку определить, где противник. На индикаторе автомата светилась бледно-синяя цифра «2». С двумя патронами далеко не уйдёшь. Я снял магазин и, наклонившись, тихо опустил его на пол. Уже положив руку на пояс, я вдруг понял, что запасного рожка у меня нет – выронил где-то во время погони. Сообразив, в какой ситуации оказался, я оставил на полу и автомат – без патронов толку от него всё равно не было.

По крайней мере, пистолет остался при мне. Звон в голове начал медленно стихать. Я осторожно выглянул сквозь прямоугольную прореху в стене и увидел целую группу вооружённых людей, аккуратно просматривающих каждый дверной проём на той стороне. Их было не меньше шести, и я подозревал, что это ещё далеко не все, кто есть в помещении. Я начал осматриваться: серые бетонные и, местами, просто кирпичные стены, такой же пол и потолок, само здание мало похоже на лабиринт долго прятаться в нём не получится, за его пределами местность открытая, спрыгивать опасно, ведь я не знаю, сколько людей ждёт меня внизу. Единственным выходом были строительные леса в конце уходящего направо коридора.

Я заткнул пистолет за пояс сзади и, подбежав к тёмно-синим металлическим трубам, взялся за самую верхнюю. Подтянуться не составило труда, однако, уже выбравшись на третий этаж, я обнаружил, что он ещё не начат. Здесь даже стен не было – лишь одна прямая поверхность пола с парой квадратных отверстий в разных концах. Не зная, как быть дальше, я замер на месте и понял, что уже стал различать отчего-то ни на мгновение не смолкающие голоса тех, кто меня ищет. Но, кроме этого, я услышал ещё один звук – шум реактивного двигателя. Сюда приближался робот-летун! А я на этом пустом этаже, без единого укрытия, как на ладони!

С противоположной стороны к зданию, на которое занесло меня, примыкала многоэтажка значительно большей высоты.

Несмотря на критичность ситуации, я двинулся к ней умеренным шагом. Силы нужно было приберечь, ведь мне ещё предстояло перепрыгнуть на другую сторону. Внизу послышалась ожесточённая стрельба из множества стволов сразу. Я был почти уверен в том, что это прибывшие на место происшествия машины. Слишком уж высокая активность людей, поднявшаяся в этом районе, просто не могла их не заинтересовать.

Я подошёл к краю здания. До соседней многоэтажки было метра четыре – далековато для прыжка, особенно, в моём состоянии. И всё же нужно было рискнуть. На втором этаже виднелась просторная лоджия – с третьего я должен суметь допрыгнуть до неё. Сделав несколько шагов назад, я почувствовал, как в спину мне подул неестественный ветер. Обернувшись, я увидел летуна, парящего уже совсем рядом. Медленно рассеивая пыль под собой, он будто примерялся, куда бы ударить. Пока что он был повёрнут ко мне боком, но это шаткое положение могло измениться в любую секунду.

Я повернулся обратно и, как следует разбежавшись, изо всех сил оттолкнулся ногами от края, сразу же закрыв глаза. Удар о стекло с деревянной рамой оказался тяжелее, чем я предполагал, но внутрь попасть мне всё же удалось. С грохотом и звоном повалившись на пол, я почувствовал, что почти вся правая часть моего тела порезана осколками. Сцепив зубы и снова закрыв глаза, я весь сжался, прилагая неимоверные усилия, чтобы не издать никакого звука. Вряд ли мой прыжок кто-то видел, и мне совсем не хотелось голосом привлекать к себе внимания. Стоило на какое-то время остаться лежать на месте и постараться справиться с неимоверной болью, едва-едва не вырывавшей из меня крик. Теперь, когда сюда явились роботы, ситуация несколько изменилась: хоть они и не станут спасать меня, скорее, даже наоборот, они, определённо, отвлекали преследовавших меня бойцов ОКО на себя. Судя по безудержной пальбе в соседнем здании, отвлекали – это ещё и слишком мягкое слово.

Эта облава начинала вызывать у меня неподдельное удивление: такая серьёзная операция, и всё только для того, чтобы уничтожить одного человека. Не думаю, будто ОКО не понимало, что боты обратят внимание на столь масштабную погоню. Сектанты пошли на риск сознательно, только для того, чтобы нагнать стрелка, который положил двоих бойцов из их банды!

Частично вернув над собой контроль, я начал медленно подниматься. Из окон ничего не было видно – всё закрывала собою двухэтажка, но стрельба подсказывала, что бой в самом разгаре. Пройдя в комнату, я аккуратно сел на жёсткий коричневый диван и начал торопливо вытаскивать из своего бока окровавленные стеклянные осколки.