Радужное стекло

Каменный холм

Тихое летнее утро, кругом поют птицы, ярко светит солнце, и на небе не единого облачка, слабый ветер с трудом переворачивает листья. В это время, когда ещё роса не впиталась в землю, хочется сесть на пенёчек и насладиться этими пейзажами.

А вот и холм: он усыпан большими булыжниками и маленькими камнями. Холм окружён вековыми соснами, елями и кустами. Чтобы добраться до холма нужно было сначала преодолеть густой лес, пройти по мягкому и сырому мху, обойти многочисленные трясины, а иногда заглянуть и на немногочисленные полянки, где можно было найти грибы. Дорог здесь не было, если не считать тропинку, которая уже давно заросла кустами и высокой травой. Если встать на самую верхушку холма, то единственное что вы увидите – это лес. Он был везде, казалось, что деревья окружили это место только для одной цели: занять этот холм. Но крутой спуск с одной стороны и камни с другой не давали деревьям шанса это сделать.

Но что это? Ближе к полудню из леса вышел человек. Само появление человека в этой глуши заставляло напрячься, может он пришел нарушить покой природы?

Человек остановился у подножия холма и стал смотреть на его вершину. Он всматривался туда довольно долго, затем присел на корточки и принялся вглядываться в землю, а точнее – в камни. Вероятно, он нашел то, что искал, так как резко встал и пошел на холм.

У человека был самодельный рюкзак из кожи, впрочем, как и вся его одежда, только шапка была сделана из меха волка, а на плечах красовались наплечники из медвежьего меха. Видимо, шапка имела оборонительную функцию, так как к ней было прикреплено металлическое забрало, в котором были аккуратные отверстия для глаз и шесть дырочек для дыхания. На забрале были видны многочисленные царапины, но сейчас оно было поднято. У человека был также жилет, похожий на металлическую кирасу, на ней тоже были следы когтей разных форм и размеров. На рюкзаке – несколько креплений, оба крепления находились сбоку и на них висело его оружие: двуствольное ружьё и штурмовая винтовка чёрного цвета. На поясе у него был одноручный меч и ещё одно двуствольное обрезанное ружьё. В больших карманах его штанов тоже что-то было, ведь все они у него были полные. Наверное, он хранил в них закуску или вещи для розжига костра. На ботинках у него были железные накладки, а на коленях и локтях дополнительная защита, и она тоже была из железа. Отдельного внимания заслуживали его перчатки: металлические, чёрного цвета с острыми и короткими шипами на пястных костях. Весь металл на его теле был выкрашен в черный цвет и это придавало страха всем тем, кто его встречал.

Примерно на середине пути к вершине холма он остановился и опять присел, взял несколько камешков с земли и начал их рассматривать. На них была кровь. Он посмотрел в сторону кровавого следа и увидел пещеру. Кровь вела туда. Но он не стал туда заходить, а стал осматривать всё вокруг.

Слева от себя он увидел ржавый пикап. Это его заинтересовало, и он подошёл поближе.

Человек не спеша обошёл его несколько раз и стал говорить сам с собой:

– Ржавый, не один десяток лет здесь стоит. На двери следы от пуль, они прошли обе двери навылет. Фары разбиты, покрышки сгорели. Скорее всего, перевозил оружие и провиант, об этом свидетельствуют прогнившие деревянные и железные ящики, надо поискать, может, найду для себя что-нибудь полезное.

Он стал переворачивать и перетаскивать ящики, после чего заглянул в салон и под капот, более похожий на увеличенную крышку от консервной банки, которая пролежала в воде три года.

По его лицу можно было догадаться, что он ничего не нашёл, только смог одну лампочку из выбитой фары открутить, да бардачок оторвать. Деревянные ящики он разобрал, а железные и уже насквозь прогнившие смял. Они могут пригодиться при переплавке.

Дело уже клонилось к вечеру и солнце медленно начало скрываться за горизонтом, на небе появились тоненькие облака, ветер немного усилился и наконец смог раскачать ветви на деревьях. Человек всё это время любовался закатом и природой, а тёплый ветер обдувал его лицо и заставлял мех на его одежде клониться из стороны в сторону, костёр потрескивал и кидал язычки своего пламени вверх, всё больше и больше озаряя всё вокруг, ведь солнце уже успело скрыться, а за ним быстро начал уходить свет.

После заката он всё ещё сидел на металлической куче и подбрасывал гнилые дровишки от ящиков в костёр. Он ждал.

Вдруг страшный рёв пронзил лес, а доносился этот рёв из пещеры. Человек всё ещё сидел. Пока из пещеры не выглянула огромная и мохнатая тварь, она была гораздо больше него. Он медленно встал и опустил забрало, его рука потянулась за ружьём.

Сумерки… На небе начали зажигаться звёзды, тишина. Но вот тишину и покой разрушили два выстрела и чей-то рёв.

Мусор

  На свете жил – поживал один человек. Этот человек был довольно старым, ещё бы, ведь ему было около семидесяти лет. Человека звали Анатолий, и он очень любил природу и ненавидел бардак. Жил он в однокомнатной квартире на окраине небольшого города в обшарпанной хрущёвке, у которой постоянно протекала крыша, а если выйти на балкон, то можно было ненадолго стать птицей, ощутить полёт на несколько секунд, пока не столкнешься с преградой в виде земли и тротуара.

Этот район был известен на весь город, его называли "Серый камень". Любой, кто решался сюда заселиться через несколько месяцев лишался своих целей и воспоминаний. Сюда боялась приезжать даже полиция, а ждать гостей или родственников было бессмысленно.

Неподалеку от него была заброшенная парковка, за многие года застоя она заметно изменилась: сквозь асфальт проросли берёзки и ивы, вокруг стояла высокая трава и вся парковка часто закидывалась мусором, деталями машин, палками, гнилыми продуктами. Старик это ненавидел.

– Жалуетесь на страну и бардак, а сами всё это и кидаете! – сказал однажды он человеку, который проходил мимо парковки и кинул тут горстку фантиков – А ещё называют себя людьми!

Несмотря на все старания Анатолия парковка всегда пополнялась мусором. Он пытался это исправить, постоянно там прибирался, держал чистоту, ставил таблички с призывом к уборке и чистоте. Всё это было напрасно. Для людей он казался старым скрягой и не более, но были и те, кто сочувствовал ему. Анатолию мусор всё больше и больше надоедал. Окончательно он разочаровался в людях после того, как нашел в помойке трупы животных. В тот день он проклял всех этих людей за такие жестокие дела.

Со временем он уже не мог ходить, а горка мусора на парковке разрасталась. Старик каждое утро ковылял к окну в надежде, что этой кучи мусора больше нет. Но никто не хотел убирать её. Люди только жаловались, что нельзя так делать, но сами продолжали кидать и пополнять её. С каждым днём куча мусора воняла всё больше, а состояние старика всё ухудшалось. Уже совсем скоро наступил тот день, когда Анатолий покинул нас, он был единственным, кто убирал этот мусор. Он делал это для всех, но его труд попирали и почти никто не захотел ему помочь, считая его незначительным.

Ночь. Сильные порывы ветра заставляли ветви деревьев качаться и бить ветками стекла обшарпанного здания. Тяжёлые капли дождя выбивали барабанную дробь на хрупких стёклах, а на улице потоки воды, стекающие с асфальта, делали почву всё мягче и мягче. Вот идёт какой-то подросток, дорожка вдоль этого унылого здания была постоянно залита водой, подросток решил обойти лужи стороной, но поскользнулся и упал. После попадания он выругался попытался встать, но опять упал. Грязь под его ногами и руками постоянно хлюпала. Он ещё раз попытался подняться и на этот раз получилось, но ему пришлось опустить левую ногу в лужу, там хоть и мокро, но дно твёрдое. Он встал, весь грязный и мокры, но его лицо ничего не выражало. Он хотел уже было идти, но его внимание привлек хруст со стороны мусорной кучи. Подросток повернул в сторону хруста голову. Перед ним появилась ужасающая картина, которая заставила после стольких без эмоциональных лет испугаться. Я думаю, что если бы это был человек с другого района или города, то он умер бы со страха: перед подростком стояло большое существо. Существо сильно воняло гнилью и состояло из разных коробок, бумаг, пакетов, стаканчиков и прочего мусора. Паренёк увидел второе лицо человека, лицо умершего старика, состоящее из мусора. Подросток задрожал. Дождь продолжал капать на землю, а ветер только усилился. Существо смотрело на дрожащего человека, но ничего ему не делало, затем оно медленно развернулось и пошло в сторону реки, которая протекала в двух километрах к северу.

– Ну и ну, какая погода – сказал полицейский, который в это время ехал по окраине города.

Вдруг диспетчер сообщил ему – экипаж номер пятнадцать? Обследуйте правый берег реки, местные говорят, что там кто-то хулиганит и очень сильно шумит.

– Принято, выезжаю – ответил патрульный повернув в сторону реки. – Местные? Они ходят как в тумане, не говорят, даже в скорую не звонят, а тут такое. – патрульный задумался. Капли воды разбивались о лобовое стекло автомобиля, их было так много, что дворники не успевали их смахивать, а фары не могли освещать дорогу больше чем на пять метров.

Вдруг из ниоткуда появилась куча мусора. Полицейский вышел из машины и включил фонарик. Он обомлел от увиденного, видя, что у кучи были человеческие черты. Чтобы то ни было оно смотрело на служителя закона грустными, полными болью, глазами.

– Мууусор, – сказало оно, подбирая очередной фантик с дороги. – Убрааать.

Куча мусора подобрала фантик и медленно встало на ноги. "Оно ходит по городу в поисках фантиков и прочего мусора." – подумал полицейский и смотрел как оно ходит по улице, не решаясь доложить об этом, ведь в психушку попасть не хочется, да и существо само по себе безобидное.

Ток прошла ночь. Полицейский ездил позади этого существа и следил за ним, с удивлением смотрел как оно с трепетом поднимает очередной фантик, словно человек, который поднимает с земли потерянную им и вновь найденную дорогую для него вещь.

К утру куча мусора направилась к свалке. Там этот грустное существо село на гору пластиковых изделий и стало смотреть на рассвет. Мягкие градиенты предрассветного неба постепенно поглощали звёзды, словно неведомый гигант решил перекусить ими.

Полицейский вышел из машины и потихоньку подошел к существу, словно боялся его вспугнуть резким движением. Он подошёл к куче мусора, поднял голову и спросил у странного существа:

– Кто ты?

– Мусоор, рождеенный из боли людской. Хоочу немноого прибрать город, но мусоора боольше нет – всё собрал. Остаалсяя тооолько муууусор в их мыслях и сердцааах. Я не могу иим помоочь. Они меняя бояятсяя.

– И что ты собираешься делать дальше? – с любопытством спросил служитель закона.

– Встреечу свой первый и последний рассвееет – с грустью и дрожью в голосе ответило ему существо.

– А как тебя зовут?

– Мусоор, но можешь зваать меняя Блюй, – в этот момент солнце вышло из горизонта. Лучи, что касались Блюя, заставляли его рассыпаться на части, – Прощаай, друг, – сказал он на последок и полностью рассыпался на части, оставив после себя большую кучу мусора, которая с шелестом расползалась в стороны.

Полицейский немного посмотрел на эту кучу, развернулся и медленно побрел к машине. Когда он сел в машину, то долго сидел и обдумывал происходящее.

"Неужели тот серый квартал создал это существо? Неужели люди настолько стали безразличны друг к другу. Они настолько погрузились в себя, в свои мысли, захламили разум, и они стали похожи на ту самую кучу мусора. Перестали обращать внимание на окружение и даже не заметили, как куча мусора шатаясь и грохоча под окном просто ушла на свалку."

Закончив свою мысль, он провернул ключ в замке зажигания. Стальное сердце автомобиля сначала несколько раз чихнуло, после чего завелось. Воткнув заднюю передачу он медленно, под шум сбегающих из-под шин камней, развернулся. Ещё раз остановился, посмотрел через открытое правое окно в последний раз на то, что осталось от Блюя. Посмотрев несколько мгновений, водитель воткнул первую передачу и не спеша, подпрыгивая на мокрых ямах и ухабах поехал восвояси.

Градиент рассвета

Пасмурное утро. Кругом мокрая трава и лужи, отражающие в себе всю серость пасмурного неба. С мокрых листьев деревьев падали капли, которые выстукивали особую дробь на мощенной камнем дороге. Чистые, с редким кустарником поля были овеяны лёгким туманом.

Вдруг из тумана показался черного цвета. Огромный, могучий конь нёс на себе закованного в латы рыцаря – тевтонца. За дестриэ следовало несколько навьюченных , которые шли в составе обоза. У коня тевтонца на морде была закрытая , и красивая, золотого цвета уздечка. Седло было выполнено из лучшей телячьей кожи, а на теле коня были пластинчатые цельнокованые латы под стать тем, в которые облачались и сами рыцари ордена. Броня для коней обязательно закрывала шею, ну, и тело, разумеется. Вся броня была украшена позолотой и качественной чеканкой. Кони обоза тоже были украшены красивыми седлами и уздечками.

Рыцарь, который всё это время смотрел вдаль, на замок, отдавал приказы своим подданным: у одной из телег сломалось колесо.

Он был одет в гофрированный тевтонский доспех, в руках он держал свой литый шлем , а за спиной у него был белый щит с черным крестом посередине, в некоторых местах из под лат можно было заметить торчащую кольчугу.

После того, как вопрос с колесом был решен, рыцарь и его подданные продолжили путь. Они двигались к замку Каупа.

Замок Каупа был небольшим, но довольно чистым и красивым. У него было всего четыре башни и один круглый , в котором и жил феодал. В донжоне также распологались главный колодец, склад продовольствия, винный погреб и оружейная комната. Перед стенами был вырыт огромный ров, а толщина стены достигала трёх метров, высота в свою очередь – двенадцать. По мере приближения к замку можно было увидеть главный вход – ворота. Чем ближе обоз подходил, тем лучше была видна поднятая герса – деревянная решетка, армированная металлом и калитку стражников справа от самих ворот.

Когда рыцарь перешёл через деревянный мостик и подошёл к воротам, его окликнул стражник со стены:

– Кем будешь, я вижу, что ты не один! – поднял арбалет, целясь в смотровую щель рыцарского шлема.

– Я, Херивиг. Мне нужно навестить своего дядю.

– Да, ваше имя в списке, – сказал другой стражник, подходя к молодому светловолосому Херивигу. – Проходите -и он отошёл в сторонку.

Обоз проехал через ворота. Проход ворот был специально удлинен, а по бокам были бойницы. Делалось это для того, чтобы если бы врагу посчастливилось пройти все препятствия, сломать ворота и герсу, то лучники просто завалили бы их камнями и стрелами, а также могли полить горящим маслом.

Пройдя этот проход, они очутились за высокими стенами замка.

Сеньёр Кауп был очень богатым человеком, в его замке не было грязи, так как все улицы были вымощены камнем. В замке практически не было деревянных построек, если не считать бойницы и подпорки для лестниц на стенах, а также оконные рамы, таблички и колодцы. Здесь было несколько кузниц, конюшен, кухонь и других важных зданий таких как дом лекаря, школы для фехтования и церковь, которая гордо стояла по середине замка.

Недалеко от ворот находился и сам сеньор. Он был одет в оранжевого цвета с кольчужными вставками и разговаривал со своим вассалом. Херевиг слез с коня и пошёл в их сторону. Кауп, который всё это время не замечал своего племянника повернул в его сторону голову.

– Херевиг! Сколько лет! А я ещё помню те времена, когда подарил тебе свой меч, как вырос, какой конь, – он с улыбкой на лице обнял рыцаря в латах.

– Привет, дядь, – тоже улыбаясь поприветствовал Херевиг. – Ну, рассказывай, как дела, как жизнь?

–– Дела идут хорошо. Я приобрёл ещё один клочок земли к северу. Там есть маленький хуторок, назову его Марион, нужно навести порядок, отстроить дома, яблонь посадить, груш. Дел хватает. Ты лучше скажи, как дела на дальнем севере? – спросил его дядя.

– Плохо. Веками мы отстаивали эти земли, но чую, что это ненадолго. У Гринвальда мы потерпели поражение. – голос Херевига дрогнул.

– Ничего, не впервые. Отобьете, а если нет, то зачем я тут замки строю? Но надеюсь, враги сюда не дойдут, – Он положил руку на плечо своего племянника – Не вините себя.

Наступила минута молчания. Каждый из них сейчас думал о фронте, о возможности потерять территории. Тут их прервал мальчик, он бежал с деревянным мечом в руках. Его заметил Кауп.

– Рудольф, стой, – он остановил мальчика рукой. – Вы закончили тренировку?

– Да, сеньор, – сказал мальчик немного испуганно.

– Зови меня дядюшка Кауп.

– Хорошо, дядюшка Кауп, – сказал он торопливо и ринулся опять бежать по улице.

Херевиг и Кауп смотрели ему вслед. Маленький Рудольф встретил ещё одного мальчика с деревянным мечом на другой стороне улицы, между ними завязалась схватка, но она быстро закончилась, так как Рудольф попал по пальцам другого мальчика.

– Когда-то и мы были такими же, – сказал Кауп.

– Да, – подтвердил, смотря на убегающего мальчика, Херевиг.

– Ну, ладно, пойдем пообедаем, отдохнёшь с дальней дороги, – весело сказал сеньор в оранжевом – Расскажешь о битвах, о трагедиях и товарищах. А завтра посмотришь, как я тренирую новых рыцарей.

– Многие недовольны тем, что ты равняешь всех в своих глазах, – продолжил Херевиг.

–Ты о чем? – спросил его Кауп.

– Строишь новые дома для простолюдин, много им платишь, воинов снабжаешь лучшими лошадьми, даже доспехи ты им приобретаешь за свой счёт.

– Я делаю то, что считаю нужным. Я творю добро. Давай не будем об этом, тебе ещё помыться нужно. Иди в донжон, я скоро тоже приду.

Херевиг кивнул и направился в донжон, а Кауп ещё немного поговорил со слугой об обеде.

Перед обедом все рыцари надели на головы чёрные шапочки, всё, как по уставу и приступили к трапезе.

Кауп был великолепным рыцарем, но сейчас он уже очень стар, поэтому тренирует будущих воинов.

На столе перед гостями был обычный рыцарский рацион Тевтонского ордена, который они употребляли в походах: пшеничная каша с салом на первое, среднего помола, каждому по тарелочке тушеной и квашеной капусты, большое количество калбас с разными специями, козий сыр, сделанный из сыворотки козьего молока с добавлением зелени, кувшины с холодным пивом. Херевиг был рад выпить родное немецкое пиво с колбасой и различными копчёностями. Сухофрукты, посыпанные анисом и кориандром, заменяли свежие яблоки и груши, некоторые рыцари заливали фрукты мёдом и ели как десерт. На севере они наливали в кружку пива только на половину, туда добавляли яйцо и мёд. Напиток приобретало специфичный запах и вкус, что нравилось не всем.

Весь оставшийся день и почти весь вечер они провели за столом в компании рыцарей. Они говорили о походах, рассказывали о народах, о землях, в которых они побывали, и о рыцарях, чьи имена остались надолго в их памяти. Они вспоминали и римлян, ведь когда-то давно они были в их стране и здесь потерпели поражение.

Ближе к ужину слуги принесли ещё копченостей и зажаренных поросят, из напитков принесли бочки с красным вином и пивом. Все оживились. Кауп хоть и не любил алкоголь, но обилие гостей, которые его требовали заставили старика уступить.

Уже ночью все рыцари и слуги разошлись по комнатам. Херевиг был рад встрече со своим дядей и с нетерпением ждал следующего дня. Он хотел посетить уроки фехтования и посмотреть, насколько они изменились.

Вот и наступило утро. Между влажными камнями на стенах протекали капли воды, а в ямках были чистые лужи. Они, как зеркальце, отражали лучи солнца, которое то показывалось из туч, то опять пряталось за ними. На улице вдруг всё ожило, запели птицы, прокукарекали петухи, кони недовольно фыркали в конюшнях, видимо конюх опять опаздывал их покормить. На улицах кроме стражников показались крестьяне и воссалы Каупо, загремели повозки. Из кузниц доносились стуки молотов, иногда раздавался свист кучеров.

Херевиг встал со своей постели и спустился на первый этаж донжона, там было его снаряжение. Убранство здесь порождало своей простотой и уютом. Здесь не воняло, грязи не было, как и пыли на полках каминов, везде висели различные картины и гобелены, висели щиты, на стойках были латы. Окна поражали своей чистотой и размерами.

Херевиг спустился на первый этаж, здесь его встретил вассал Каупа.

– Сеньёр просил вас известить, что он взял ваши доспехи на полировку, вы можете забрать их у кузнеца Альфреда, он тут недалеко, сто шагов направо и по прямой, там увидите табличку с его именем.

Гость поблагодарил незнакомца и пошел искать свой доспех. Долго искать ему не пришлось, замок был небольшим. Когда он зашёл к кузнецу, то сильно удивился блеску своих некогда сильно истертых и поцарапанных лат. Ему некогда было заняться полировкой, а кузнецы выполняли более важную работу, чем это. Латы висели на стойке у входа и ждали своего хозяина. Помимо лат кузнец заменил старую кольчугу на другую, а также принес новую стёганку белого цвета. Сам кузнец в это время удалял заусенцы с меча на точильном камне, поэтому он не смог ничего сказать пришельцу, пока не выполнил свою работу и не отдал меч стоящему рядом ученику. Херевиг осмотрел свой доспех и остался доволен. Он взял мешок монет и протянул кузнецу, тот неохотно принял деньги, так как, по его словам, сеньор Каупо заплатил за работу.

Кузница Альфреда – просторное место, которое делилось на несколько секций, где трудился он и его подмастерье, иногда он брал себе учеников. В кузнице Альфреда было всё, что нужно кузнецу. Он сам устанавливал горн и меха, купил себе несколько наковален, молотов, клещи, резцы, пробойники, течки разных размеров, гравировальный инструмент, которым пользовался только сам, фигурные клинья и штампы. Оружие он хранил на складе или за прилавком, а доспехи, кольчуги и другая военная форма висели на стойках вдоль стен. Кузнец вел список заказов. Приходя в кузницу, посетитель оставлял своё имя, а Альфред говорил, когда ему вернуться и забрать заказ.

Альфред постоянно сравнивал железо с чем-то живым и говорил:

– Железо только на первый взгляд кажется твёрдым и холодным, но стоит немного добавить огня, и оно становится горячим и мягким.

Немного поговорив с кузнецом Херевиг надел латы, в чем ему помог Альфред и пошёл на урок фехтования.

Школа располагалась вплотную к донжону. На улице была небольшая арена, огороженная каменным двухметровым забором. Именно здесь обучались фехтованию молодые рыцари. Практику они изучали в одном из залов строения. Будущие рыцари обучались по трактатам Каупа, которые он вёл ещё со своей юности.

Херевиг остановился у ворот арены и тихонько их приоткрыл. Старый сеньёр Кауп в это время объяснял сидящим на маленьких лавочка подросткам устройство меча:

– Меч – оружие, которое следует применять только тогда, когда у вас выбьют молот, , копьё, или другое более-менее нормальное оружие. Меч хорош только против легкобронированных и вовсе не бронированных противников. Но есть зоны даже в лучших доспехах, в которые можно бить мечом – это шея, подмышки и пах.

Херевиг приоткрыл ворота немного шире. Послышался тихий скрип, но Кауп на него не обратил внимания.

– Меч, – продолжил сеньор, – оружие универсальное. Вы можете бить гардой как клевцом, навершием как молоточком. А теперь я расскажу более подробно о строении мечей. – Кауп взял меч, который висел на доске и продолжил – Это эспадон. Полуторный двуручный меч, его часто использовали на тренировках, на нём нет никаких узоров и гравировки, это обычный меч без изысков.

– Итак, меч состоит из клинка, который делится на три части – дол, многие называют его кровостоком. Предназначен для облегчения не в ущерб характеристикам, а не как украшение. Далее идет лезвие и остриё, – сказал он подросткам, сидящим перед ним, – ближе к гарде клинок становится толще именно здесь находится центр массы, поэтому правая рука должна быть максимально приближена к ней, это нужно для управляемости. Расстояние от гарды и до навершия называется рукоятью. Гарду, рукоять и навершие можно назвать одним словом – эфес.

Сильный скрип воротины заставил всех посмотреть в её сторону. Это был Херевиг, он зашёл к ним на арену.

– Доброе утро, – поприветствовал его Кауп. Ученики встали и тоже его поприветствовали.

– Доброе. – тоже поприветствовал их Херевиг шумя своим доспехом.

– Сегодня господин Херевиг, – Кауп показал на рыцаря. -покажет нам, как нужно фехтовать в доспехах.

Херевиг вытащил свой из ножен и поставил их к бочке, которая была у входа. Меч Херевигу был украшен позолотой, а на его доле были разные узоры. Навершие этого прекрасного меча было в форме груши и золотой крест украшал его. На гарде меча было написано его имя и статус. Этот эспадон был великолепен, а меч, который держал сейчас Кауп не шел в никакое сравнение с ним.