Стражи. После заката

10:10. Курт Нокс сидел в телефоне, когда Rolls—Royce Ghost цвета белого перламутра заехал на стоянку корпорации Хайвест. Пока приезжие школьники заходили через парадный вход, все сотрудники и Курт как исключение поднимались в здание с подземной стоянки.

Когда машина остановилась, юноша убрал телефон в карман, вышел из автомобиля и, зайдя в лифт, начал подниматься на первый этаж. Родители потребовали, чтобы Курт присутствовал на презентации отца, несмотря на то, что его обучение проходило дома с репетиторами. Решение отца – закон в семье. Но и Курт не был разочарован, потому что у него в голове был собственный план, касающийся корпорации, а день, когда в здании будет находиться множество незнакомых лиц, был идеальным для реализации его плана.

Лифт остановился, и за открытыми дверями Курта уже ожидали трое охранников. Ни шагу без дополнительного контроля. Курт достал телефон и пошел прямо. Из троих охранников один отделился и направился вслед за парнем. Идя по коридору и глядя в телефон, Курт завернул за угол, а через секунду, как только охранник повернул за ним, резко вернулся обратно. На секунду сопровождающий растерялся, и его объект был потерян из виду.

«Тупой гомункул. Ладно, отец, посмотрим, какую систему шифрования сети ты используешь у себя в здании.» Курт сидел в закрытой кабинке туалета. Разминувшись с охранником, он завернул в туалет, располагающийся около входа. Можно было и предупредить охрану, но внести немного суеты и беспорядка было интереснее. Пускай понервничают, потому как Курту совсем не нравилось, что за ним постоянно следят. «WPAWPA3—PSK? Серьезно. И это в таком-то здании?»

Отец заставлял заниматься сына с репетиторами, вместо посещения школы. Так, по его мнению, внимание преподавателя концентрировалась на одном человеке, а не на всем классе, отсутствовало предвзятое мнение к слабым/сильным детям, а индивидуальный подход позволял гибко менять сложность изучаемых тем, да и сам процесс обучения при необходимости. Но Курт был очень способным учеником, отчего занимался самостоятельно гораздо больше, чем от него требовали преподаватели, втайне от них. Всегда нужно держать туз в рукаве. Даже по отношению к своим родителям. В свободное время, которого у него практически не было, он изучал коды системы корпорации отца. Включая операционную систему Хайвест – HaOs, поэтому взломать ее с помощью беспроводной сети по телефону, даже сидя в туалете, для него было как два пальца…

«Поздравляю, батя, твой софт – говно». Курт вошел под профилем администратора в сеть. Десять секунд до полной тревоги при обнаружении нового неутвержденного пользователя. «Давай, нужно убрать одного из сети. Нужно, чтобы хоть один реальный администратор вошел и проверил несанкционированный вход, тогда я смогу совершить теневое подключение». Пять секунд до тревоги. «Давай, давай. Проверьте уже кто-нибудь, кто это вошел в сеть». Курт стоял в кабинке уборной, нервно покусывая губы. Три секунды до полной тревоги. «Почему никто не смотрит в свой чертов экран безопасности?!» Парень чуть не стукнул со всей дури по двери в кабинке, но вовремя остановился. Шум бы раскрыл его местоположение.

– КУРТ НОКС, ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО ТЕБЕ НЕЛЬЗЯ ВЫХОДИТЬ ИЗ-ПОД ПРИСМОТРА! – раздался крик охранника в туалете.

«Он догадывается, что я здесь, но не знает окончательно». Одна секунда до тревоги. «ДА ВОЙДИТЕ КТО-НИБУДЬ В СЕТЬ!» Нокс еле сдерживался, чтобы не закричать во весь голос от напряжения. Он не был готов смириться с поражения на такой ранней стадии. *Администратор в сети* «Наконец. Благодаря тому что один из админов зашел проверить на несанкционированное подключение к сети, я смог привязаться к его профилю и, пока он не выйдет, безопасно творить все, что мне нужно. А на это мне хватит и пары секунд». Курт забирает управление системой и делает пару тапов на телефоне. «Отлично. Камеры мои. Начало положено. Осталось избавиться от охранника и найти нужное мне помещение».

10:25. – КУРТ НОКС, ПОСЛЕДНЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ! – охранник начинал открывать кабинку за кабинкой в поисках парня.

«Последнее, потому что не знаешь, где еще меня искать и надеешься, что я буду именно здесь».

Юноша показательно медленно выходит из кабинки.

– Что ты кричишь? Мне резко приспичило зайти в туалет. Какие-то проблемы? – на лице Курта была полная невозмутимость.

– Ты знаешь, что тебе нельзя выходить из-под присмотра, – мужчина еле сдерживал гнев.

Курт пожал плечами:

– Но это твои проблемы, что ты успел потерять меня спустя один поворот. Похоже, ты не справляешься с обязанностями.

Охранник молчал. Он знал, что одно такое заявление младшего Нокса отцу, и конец его службе. А увольнение из Хайвест сопровождается такой личной характеристикой, что устроиться в стране на работу будет невозможно.

Выйдя из туалета, Курт направился к участкам с классами. Следящий за ним охранник следовал позади, ни на секунду не отводя глаз от объекта наблюдения.

11:30. Зал темнеет, персонал с экранов сообщает предварительный план презентации.

«Отлично. Люди собираются в установленных точках. Ходить запрещено. Второй акт начался».

На каждом этаже в здании по десять ключевых постов охраны. Охранники стоят попарно. Плюс к этому – постоянно видеонаблюдение через скрытые в стенах камеры. Но благодаря схеме здания, скопированной на телефон, Курт знает об их расположении, как и о постах охраны. Часовые докладывают о ситуации по рации в ухе. Неподготовленному покажется, что время доклада случайное. Но юноша долго изучал это здание, поэтому знал: доклад каждые 9—5—13—7—6 минут. Для простоты: 1—2—3—4—5 – порядковый номер доклада соответственно.

«Итак, камеры у меня в кармане. Осталось избавиться от надзирающих». Курт должен был присоединиться к московскому десятому классу. С преподавателем об этом было обговорено заранее. Парень опоздал на пару минут, но оправдался тем, что долго искал нужный класс. Контролирующий его охранник стоял неподалеку. Ему нельзя было вызывать подозрений гражданских, но и нельзя выпускать из-под присмотра юношу. Вот парень подходит к незнакомой девушке и начинает общение. Неплохое начало для парня – сразу в бой. Но тут обзор охраннику перекрывают трое учеников, и он уже не видит свой объект. Охранник быстрым шагом идет по направлению к толпе, но резко останавливается – обзор вновь открыт, а его объект все так же общается. Все в порядке. А Курт в это время стоял уже в совсем другом месте. «Нужно дождаться тринадцатиминутный перерыв между докладами на постах».

11:41. «Первый доклад прошел. Еще чуть-чуть, пока не заметили, что в толпе стою не я». Зная, к какой группе он должен был присоединиться, Курт заранее немного изучил учеников класса. Это позволило ему составить незамысловатый план. Девушке он сказал, что она нравится ее однокласснику, но тот боится признаться. Парню же в точности наоборот. Выбор ученика для Курта был неслучайным: его определили похожая комплекция и цвет волос. Находясь в толпе, Курт завел разговор с ученицей. Как только его заслонили от присмотра, подозвал парня и отдал свой кардиган, сопровождая напутствием, что так паренек выглядит солиднее и больше шансов понравиться противоположному полу. Со спины отличить, кто стоит на самом деле, было очень трудно. Пока парень не повернется в профиль. Но этого не случится, ведь ученик, в основном, будет смотреть в зал. Не должно случиться. Итог: охранник продолжает наблюдать за мнимой целью, Курт получает возможность свободно передвигаться и выигрывает время, а школьник находит девушку. Идеально сыграно.

11:46. «Второй доклад прошел. Отлично. У меня есть тринадцать минут до следующего». Курт выдвинулся из толпы, вновь сделав на телефоне пару нажатий. «Камеры почти буквально у меня в кармане. Тринадцать минут будет стоять вчерашняя запись. Тринадцать минут на то, чтобы незаметно найти нужную мне комнату, сфоткать ее содержимое и вернуться обратно к толпе, не попав при этом никому в поле зрения. В противном случае – отец. За то, что я делаю, он не пожалеет даже сына. Итак, сейчас или никогда».

Юноша совмещал быстрый темп с крайней аккуратностью, идя по коридору и обходя посты. На постах стоят по два человека, контролирующих противоположные направления. Обойти почти нереально. Почти. Экран над постом №3 моргнул. Незначительно для срабатывания тревоги, но достаточно, чтобы насторожиться. Оба охранника на пару секунд повернули голову в сторону экрана. Пара секунд – и Курт проскакивает мимо них. Некоторые посты он обходил, полагаясь на темноту в помещениях, а для некоторых применял «фокусы» для отвлечения внимания. Ведь вся система безопасности была под контролем его телефона. Три минуты прошло.

Судя по расположению помещений и потреблению энергии, третий блок этажа требует слишком много электричества. Ранее, просматривая подробную схему конструкции здания, Курт обратил внимание, что потребление электричества и объем проходящего воздуха в пустых пространствах при измерении больше, чем можно получить согласно расчетам по документации. Зачем обычный парень решил вообще начать заниматься таким необычным делом? Все «благодаря» отцу.

«Я в третьем блоке. Судя по показателям на телефоне, где-то в этой области есть еще одно помещение. Куда направлены все камеры?» На экране телефона Курт мог смотреть расположение скрытых камер и их направление. «Раз, два, три… Пересечение трех камер в одной стене. Ну конечно. За стеной только и нужно им смотреть». Курт подошел к стене и сделал несколько постукиваний. «Просто белая стена. Даже не полая внутри. А что если открывается она не здесь, а где-нибудь в кабинете отца или дистанционно, по команде? Вот это будет залет».

Шесть минут прошло. «Думай, думай. Если здесь есть скрытый проход, то вряд ли бы отец дистанционно его открывал. Тогда мог ненароком увидеть еще кто-нибудь лишний. Вход должен быть здесь, это точно». Курт начинает осмотр стены. «Ни выбоин, ни тайных пластин… Рядом нет картин, за которыми можно что-то спрятать. Растения далеко по углам, что тоже вряд ли является ключом, экспонаты под стеклом – и это не то. Скрытая биометрия в стене? Глупо было бы. А если кто-то захочет воспользоваться частью тела отца? Нет, он бы подумал об этом. Отец непосредственно должен подойти, должен находится в сознании и в разуме. Голосовое распознавание тоже вряд ли подходит: слишком уж просто можно взломать через звукозаписывающие устройства. Ну же, думай!»

Восемь минут прошло. «Камеры включатся через пять минут. На меня направлены целых три разом. ДА ГДЕ ЖЕ ЭТОТ ПРОХОД?» Курт ходил из стороны в сторону, дыхание становилось все чаще и глубже, к ногам подкатывала ледяная дрожь. На счету была каждая минута, да еще в любой момент здесь может показаться охрана. Давненько он не испытывал такого стресса и не получал такого количество адреналина, как сегодня за день. А ведь он так близко! Одна стена отделяла его победу над отцом от сурового наказания. «Точно! Почему это должна быть стена? Пол! Это же очевидно! Что если ключевые точки в полу? Тогда к ним должны идти датчики. Давления? Допустим. Как я определю? Измерить сопротивление в полу. Где оно больше, там возможна проводка, ведущая к нажимным пластинам». Курт включает радио на телефоне, выставляя частоту 100 Кгц. Громкость на минимум. Дополнительные провода должны быть там, где будет слышно потрескивание в колонках. Где треск сильнее, там и проводка.

Девять минут прошло. «Три точки. Я обнаружил три точки. Почему три? Не в твистер же отец играет здесь… Но что будет, если они рассчитаны на определенный вес?» Парень берет неподалеку стоящее растение в руки для того, чтобы увеличить вес под показатели Валенти и встает на две рядом расположенные точки. «Вот стою я тут с горшком травы в руках перед стеной. Вот потеха будет, когда это на камерах увидят. Забавно будет, если тут не нужен определенный вес и я зря стараюсь. Так, ладно. Допустим, здесь он стоит. Еще одна точка правее и выше. Что там может быть? Что туда можно поставить? С чем… Портфель! Он часто носит в руке деловой портфель. И сколько он может весить? Ладно, все, что у меня есть – телефон. Надеюсь, подойдет.» Юноша кладет на третью точку свой телефон. Ничего не происходит.

Десять минут прошло с момента доклада. «Может, я ошибся? Может, тут нет датчиков? Может, это вообще не та стена? Может, я все же заблуждаюсь в отношении своего отца?» И тут перед Куртом отодвигается стена. Охренеть. Парень ставит растение на пол, подбирает телефон и хочет зайти внутрь, но останавливается. «А если, переступив порог, я невольно подам сигнал о посещении? Нет, так рисковать нельзя». Курт фотографирует на смартфон содержимое комнаты. А там есть на что посмотреть. Сделав несколько интересных снимков, парень выходит из комнаты, хочет закрыть дверь и понимает, что она не закрывается. «Дверь открыта… Вот дерьмо! Я не знаю, как закрыть ее! Дерьмо, дерьмо, дерьмо! У меня около трех или двух минут. Черт, нет времени». Курт разворачивается и быстрым шагом идет назад. Дрожь по телу, сердце неистово старается высвободиться из груди, легким не хватает воздуха. Он знает, что ему будет, если отец прознает про его дела. Он испытывал такое. И еще раз он не выдержит. От воспоминаний по спине бежал леденящий холод. Ноги сами собой несут его в главный зал. «Давай, закройся уже сама! Твою мать, как я не продумал это? Главное, чтобы меня никто не увидел». Курт заворачивает за угол и видит, как ему навстречу идет молодой парень в белой рубашке, отлично отглаженных новых черных брюках и начищенных туфлях:

– Не подскажешь, где здесь туалет?

– Не знаю, – резко отвечает ему Курт и, проходя мимо него, ускоряет шаг.

«Не знаю? Серьезно? Какой же бред я сказал. Что ему нужно? При чем здесь туалет? Какого хрена он тут забыл?! Меня видели. Полное дерьмо. Я попал. Я попал… Кто это такой? Школьник или агент отца? Почему он так одет? Что мне теперь делать?»

Двенадцать минут прошло с начала доклада. Курт заходит в толпу, пропихиваясь внутрь и создавая небольшую суматоху. Просит у парня свой кардиган обратно, оправдываясь тем, что замерз. 11:59. Опять московская группа начинает какое-то движение. Охранник теряет свой объект из вида. На пару секунд. Школьники расступаются, и он вновь ведет наблюдение. Все нормально.

12:00. Валенти выходит. Никаких представлений, никакой подготовки зрителей. Ровно в двенадцать часов нога главы корпорации Хайвест ступает на сцену. Публика в мгновение ока начинает неистово кричать, игнорируя попытки учителей их успокоить. Зал заполняется гамом, состоящим из благодарностей, восхвалений, просьб обратить на себя внимание и непрекращающимися аплодисментами. Даже охранники вздрогнули от такой резкой смены обстановки. Но помимо всепроникающего хаоса звуков они через наушники услышали еще кое-что. То, что никогда не должно быть услышано в этих стенах. Особенно в этот день.

Протокол 8. Все резко стало не нормально.

12:00. Валенти Нокс появляется на сцене. Крики и аплодисменты не смолкают. Он неторопливо обозревает присутствующих. Медленно поднимает правую руку вверх. Чем выше поднимается его рука, тем ярче становится реакция учеников. Валенти держит руку открытой ладонью на публику. Еще пару секунд дает молодым ребятам выплеснуть энергию. Ладонь резко сжимается в кулак. В этот же миг в зал воцаряется абсолютная тишина. Дети и учителя обратились в слух.

– Столько прекрасных молодых умов я наблюдаю перед собой. Видеть всех вас здесь для меня такая же радость, как и вам видеть меня. Я восхищен вашей поддержкой и благодарен за столь радушный прием, – Валенти говорит спокойно, негромко, не повышая голоса. Кажется, он ведет диалог с каждым учеником лично. Ученики боятся даже шелохнуться, чтобы не прервать его речь. Он заглядывает каждому школьнику и преподавателю в глаза и за несколько секунд будто успевает понять всю историю этого человека.

– Я знаю каждого из вас. Я вижу ваши истории, чувствую смятение в ваших душах, понимаю ваши переживания о прошлом. Я такой же обыкновенный человек, как и каждый из вас. Но ваши действия, ваши ошибки – все это привело к тому, что я должен был предстать перед вами. Но сегодня я хочу говорить не о прошлых ошибках, а о будущем, вашем будущем. Моя цель – не сделать нашу страну лучше. Моя цель – сделать лучше весь мир человеческий. И я прошу, нет… умоляю вас помочь мне в этом деле. Если вы согласитесь, то уже через несколько лет кто-то из вас будет стоять вот так перед публикой. Я дам вам все, что у меня есть. Без остатка. Но взамен, я умоляю вас лишь послушать мои слова.

Слова Валенти обволакивали, словно шелк. В них была такая простота и откровенность. Никто не сомневался, что готов сделать все, что скажет этот человек. Парни и девушки видели в нем идеал мужчины. Красота, фигура, голос, движения… будто именно с него писался образ идеального человека. Для всех он был словно отец, заботящийся о своих детях, готовый дать единственное верное направление в будущем. Подростки с нетерпением ждали, что нужно делать. Ждали, что он скажет…

Но Валенти не дали закончить. Подошедший к нему сзади охранник что-то прошептал на ухо и глава корпорации, поклонившись и искренне извинившись, сообщил, что вынужден немедленно отлучиться по не терпящим отлагательства делам. Персонал с экранов на стенах вновь начал вещать, сообщая о непредвиденных обстоятельствах и об изменении в расписании презентации, но никто этого не слушал. Никто не мог осознать того, что их кумир ушел. Они хотели его возвращения и готовы были ждать столько, сколько потребуется, лишь бы еще раз увидеть его и поговорить с ним.

– Мне должны внятно объяснить, почему система безопасности самого высокотехнологичного здания в мире была взломана и как столь подготовленная охрана не смогла уследить за обычным ребенком, прежде чем я заменю весь персонал корпорации. Соберите мне всю информацию о том, что это за ребенок, его родословная, друзья, увлечения, навыки, кто ответственный за его группу и вызовите его ко мне. Он уже должен быть в моем кабинете, пока я иду туда.

– Есть.

Валенти Нокс шел к своему кабинету, пока все здание скрытно переводили на высшую степень тревоги. Его слова были произнесены спокойно, но охрана знала, какими фатальными последствиями они обладают. Весь персонал действовал согласно боевому расчету. Постоянные тренировки выработали у работников четкие, отлаженные действия. У «Хайвест» есть секреты, которые не должен знать никто. А те, кто их видел, должны перестать существовать как в этом мире, так и в воспоминаниях людей.

– И еще, никто не должен выйти из этого здания, пока я не сочту ситуацию урегулированной.

– Есть.

Глава 4

Анна прогуливалась по кораблю, когда пришло подтверждение с Земли. Отправленные данные об образце породы были успешно доставлены и приняты. Ее мать все еще спала, а девочка в это время успела и вздремнуть, и потренироваться. Изучать технологические характеристика корабля ей было неинтересно – она уже давно все знает наизусть, а больше и заняться было нечем.

«Интересно, как жилось на маминой планете? Вот бы вернуться туда». Анна смотрела в окно, сидя на полу, когда интерфейс на руке загорелся красным, а стены корабля начало трясти. Девочка тут же вскочила и хотела побежать к матери, но сама себя остановила. Тряска быстро прекратилась. Она была столь незначительной и короткой, что женщина даже не проснулась. Но как только девочка успокоилась, тряска возобновилась, а потом опять остановилась. Создавалось впечатление чего-то ненормального и необычного, будто планета пытается привлечь к себе внимание, хотя ее остатки больше походили на полуразрушенный астероид.

Анна медленно подошла к клинкету, герметичной двери, ведущей на поверхность. Один шаг отделял ее от безумного поступка, от нарушения строжайшего запрета, установленного матерью. Что если она выйдет наружу без скафандра? Что ей мешает это проверить? В ее жизни и так нет смысла. Ее мир ограничен стенами корабля да бескрайней границей непроницаемого космоса. Но нельзя выйти за пределы ни того, ни другого. Так почему бы не попробовать что-то новое? Почему бы не рискнуть? Какая разница между жизнью и смертью, если в жизни одна пустота? Отключив звуковую тревогу с помощью интерфейса на руке, Анна закрыла глаза, задержала дыхание и открыла дверь.

Ничего. Девочка ничего не почувствовала: ни дуновения ветра, ни обжигающего холода. Тогда она решила открыть один глаз. Впереди нее было открытый проход, будто приглашающий переступить порог в неизведанное, ведь за порогом, вплоть до горизонта, шла серая равнина с оврагами и отломленными кусками поверхности. Неизведанное, потому что еще никогда и никто не ступал на эту землю без скафандра. Открыв второй глаз, девочка собрала волю в кулак и сделала вдох. Ничего. Казалось, что на этом осколке планеты была своя атмосфера. Согласно рассказам матери, только на ее планете-доме, Земле, есть кислород, позволяющий людям дышать, а здесь лишь корабль искусственно вырабатывает необходимое для жизни количество этого химического элемента, а за пределами корабля человек не смог бы дышать. Но все рассказы матери рассыпались, столкнувшись реальностью: Анна стояла без скафандра и спокойно дышала. Границы ее мира трескались, и она хотела узнать о нем больше.

Сделав шаг вперед, девочка оказалась за пределами корабля. Сначала медленно, затем все быстрее Анна бежала вперед. На ее лице появилась улыбка: она не могла поверить, что может бежать вот так просто по планете, спокойно дыша… И это после строжайшего запрета! Что еще она может нарушить, чтобы узнать о мире больше? Запыхавшись, девочка остановилась, чтобы отдышаться. Makrin был далеко позади и нужно было идти обратно. Не хватало еще, чтобы ее мама узнала, что девочка выходила за пределы корабля. Развернувшись, Анна сначала шла, а потом, поддавшись настроению, вприпрыжку помчалась обратно. Отсутствие гравитации позволяло ей чувствовать себя летящей. Задумавшись, девочка только через несколько секунд поняла, что действительно летит. Не улетает от планеты, а плавно передвигается над поверхностью! Ее просто разрывало от восторга! Сначала испугавшись, но быстро придя в себя, решила пойти еще дальше. Собрав всю храбрость, Анна зажмурилась и сделала в воздухе разворот – мертвую петлю. Удивившись своим возможностям, девочка не сдержалась и закричала во весь голос от восторга. Она была словно ангел в небесах, которому все подвластно. Выпрямившись, словно стрела, Анна на полной скорости направилась домой.

– Понравилось?

Опешив от неожиданности, Анна едва на всей скорости не врезалась в поверхность планеты. Еще секунда, и ее лицо было бы разбито, но в миллиметре от поверхности девочка зависла в воздухе.

– Ну, ну. Осторожнее же надо.

«Что это? Кто может говорить со мной?» Открыв глаза, Анна встала ногами на землю и побежала изо всех сил. Теперь только ужас гнал ее обратно к кораблю. «Как он может быть у меня в голове? Кто это такой? Почему я не упала?»

– Как, как… Да просто вы со скафандрами задолбали уже. Непонятно, что вы там делаете, фиг достучишься. Я тут умираю, а вы только ходите да куски собираете.

– Кто ты? Ты планета? Ты читаешь мои мысли? Что ты хочешь? Ты хочешь уничтожить нас? Ты дал мне способность летать? Ты даешь мне дышать? Зачем тебе это нужно?

– Так, стой!

Девочка прекратила бег и встала на месте.

– В метафорическом плане я имел ввиду… Я скорее то, что было на планете. Мысли? Понятия не имею, о чем ты. Я просто говорю с тобой. И слишком много вопросов. Да, это я помогаю тебе сейчас жить. И я же могу это перестать делать. Но мне нужна твоя помощь. Ты поможешь мне?

– Ч-чем я могу помочь?

– Дай мне свое тело.

Эти слова будто пробудили девочку. Рванув с места, она, пытаясь обогнать время, бросилась бежать к кораблю. Зачем она говорила с этим… да что это вообще!? Ни о чем не думать. В голове просто бег. Что-то необъяснимое было на планете. Что-то живое. И этому живому нужна была она. Пулей залетев в корабль, Анна тут же закрыла за собой дверь. Облокотившись на стену, девочка переводила дух. Она надеялась, что ее мама ничего не узнает. Нужно было обдумать произошедшее и понять, что с этими знаниями теперь делать. Выпрямившись, девочка обернулась и увидела стоящую неподалеку мать. Недоумение читалось на ее лице. Может быть, она не видела, как дочь забежала без скафандра внутрь?

– Что ты наделала?

В этот момент все надежды девочки рассыпались, словно соломенный домик от бури.

Глава 5

Оливер сидел в огромном помещении – офисе Валенти. Но в кабинете была настолько напряженная атмосфера, что стены будто сдавливали парня. Оливер старался не смотреть на мужчину, но все же изредка поднимал глаза и тут же опускал. Валенти, не отводя глаз, смотрел прямо на него. Его взгляд прожигал насквозь. Казалось, даже уйдя из кабинета, из здания, невозможно перестать чувствовать этот взгляд. Сидели они вдвоем уже минут десять, и ни один из них не проронил ни слова. Охрана просто в добровольно-приказном тоне попросила Оливера пройти с ними. Каково было удивление парня, когда его привели в офис главного босса. Он сомневался, что знает причину, по которой мог оказаться в этом кабинете. Ясно было только то, что ничем хорошим это не пахло. И сейчас, похоже, предчувствия оправдывались.