Последний их Первых Миров – Эпоха Тишины. Том 1

Глава 1. Прощания

Казалось, и сегодня солнце было не благосклонно к Лилике, и желало любым способом нарушить ее сон, и без того вполне тревожный. Но причиной ее внезапного пробуждения было не только солнце – за окном ее, с громким и одновременным хрустом брусчатки, по улице вдоль ее дома шагали солдаты. Лишь подняв веки и протерев глаза, Лилика вспомнила, что уже теперь она должна отправляться в путь. Даже после сна ее сознание мгновенно просветлело от этой мысли, и она, в спешке резко откинув одеяло на другой край кровати, резко соскочила на пол, поднятым от одеяла ветром колыхнув занавески. С ходу не найдя на полу тапочки, одеваться и собирать вещи она отправилась босиком, едва не споткнувшись о лежащий рядом детский розовый мячик. В путь ей стоило идти налегке, но ей обязательно требовалась пища. Каким бы долгим не был путь, Лилика часто нервничала, и много ела в путешествиях – она была готова нагрузить свою спину даже десятком килограммов пищи, отправляясь теперь в Храм Актониса, в котором ее волнение наверняка достигнет пика. Никто не знал, какие опасности будут ждать ее там, и она могла оставить пищу у входа в Храм – даже лишний килограмм груза наверняка помешал бы ей в бою, если она и вправду не сумеет полностью скрыться от глаз обитателей этого злого места как собиралась.

Но вовсе не страх смерти от рук имтердов тогда туманил ее мысли. Ее брат, цель ее поисков, мог быть теперь в опасности. Мысль о его очередной встрече с Самумом, или прочими не менее страшными существами, не давала ей покоя. На свете не было ничего ей дороже, чем любимый старший брат – единственный, кто всегда мог прижать ее к груди, успокоить, делая каждое мгновение ее жизни счастливым. Она не могла потерять его. Тем более, когда еще был шанс его вернуть, если делать так, как говорят Серпион и Ультра, которым она немало доверяла и питала уважение.

Еще не одевшись, так и крутясь волчком по дому в одном белье, она с большим шумом, как ураган, пронеслась по всем полкам на кухне, перевернула почти всю мебель, уронила все стулья и чуть было не опрокинула стол. Она всегда любила и ценила порядок, но совсем разучилась о нем думать, когда стала жить одна. Именно из-за ее расторопности, она часто останавливалась на середине дел, так и забывая, зачем их делала. Так же было и сейчас – она затолкала почти все содержимое кухни в рюкзак, что недавно сама кое-как, вместе с горой одежды, вытянула из шкафа, но совсем не обращала внимания, что, тем самым, создала ужасный бардак. Она почти не следила, что собирала, но была уверена, что рано или поздно ей, в пути, это все равно пригодится. Она взяла с собой некоторые октовые полезные мелочи, вроде винхори и лемоти. Также, она совсем не взяла с собой средств для оказания первой помощи, лишь на секунду задумавшись об этом, и решив, что, в случае чего, ей уже на месте поможет брат. Конечно, о том, что его там не окажется, она и думать не хотела. Точнее, не хотела думать, что она его не найдет.

Как говорил еще вчера Серпион, совсем скоро во всем мире начнется резкое потепление, когда солнце "растечется" по небосводу. Лилика не совсем поняла значения его слов, но уже заранее решила, что, в этот раз, не будет надевать слишком много одежды, пускай и раньше больше предпочитала легкие платья. В этот раз, открыв свой шкаф пошире, в лучах уже хорошо пробивавшегося через открытые занавески солнца, она с большим трудом, бросая каждую вещь в теперь уже кучу рядом, принялась выбирать что-нибудь наиболее подходящее. По ее мнению, лучше было выбрать одежду не сильно броскую или милую (не платье), не слишком тяжелую и теплую (не латы, наверное), но и достаточно прочную для возможных сражений. Она все еще была не уверена в своих силах в бою с возможными обитателями Храма Актониса. Она еще не раз пролистала свои лекции в тетради от Серпиона, дабы найти максимально полезную для боя информацию о Самуме, потому как его она тогда боялась больше всего. Следуя из особенностей его оружия, то есть топора, подаренного ему самим Винторисом, и способному буквально проходить насквозь любой защиты, она решила не заморачиваться именно с прочностью, а взять что-то наиболее удобное, в чем она сможет положиться на мобильность и проворство, тем более для встречи со столь грузным и тяжелым противником. Еще раз об этом подумав, она уже взглядом вытянула с вешалок синюю тканевую, достаточно плотно прилегающую к телу тунику без воротника и рукавов, открывающую плечи. К ней, с той же вешалки из ранее собранного комплекта, она достала длинные плотные белые перчатки с кружевами и высокие белые, не прозрачные, колготки с теми же кружевами. Юбка была достаточно короткой, чтобы не стеснять движений, но, в то же время, достаточно длинной, чтобы под нее полностью заходили колготки. В качестве обуви она, все же, предпочла сапогам полностью закрывающие голени туфли. Она планировала также взять с собой плотную вуаль с символикой Совета Октолимов и надеть его поверх остальной одежды, чтобы тяжелый рюкзак не сильно давил на ее маленькие, совсем открытые плечи, в то же время защищая ее от возможного ветра и вечного холода Леса Ренбира.

Еще раз покрутившись перед большим зеркалом в холле, легко, как перышко, развернувшись на носочках, довольная своим выбором она в последний раз, уже набрасывая на плечи вуаль, а на нее уже и огромный толстый рюкзак, ласковым взглядом окинула свою маленькую комнатенку. Она смотрела на так и не заправленную ей кровать, вдохнула носиком от кухни пропахший ванилином от чая сладкий воздух, и, в последний раз сама себе кивнув головой, подошла к двери, отворила засовы, и шагнула на улицу, сразу встречая все еще довольно прохладный и сухой слабый уличный ветерок, колыхавший края вуали.

Все еще в волнении, она едва не забыла закрыть за собой дверь, еще раз у порога оглядевшись, и положив ключ в щель между составляющими ее домик немного замшелыми камнями, но так, чтобы этого "никто не увидел". Легко, совсем не чувствуя нагрузки от уже серьезно давившего на плечи рюкзака, она резко спрыгнула со ступенек на брусчатку, накинула капюшон для защиты головы от уже разливающегося золотистым светом вокруг солнца, и быстро пошла по дороге, минуя проходивших мимо в сторону боевого центра города воинов. От металлических сапог их во все стороны летела пыль и мелкий песок, громом по аллее раскатывался их строевой шаг, совершенно монотонный и тяжелый. Все они шли централизованно, ровным строем, и ей становилось лишь грустнее от вида их лиц – большинства еще совсем юных, явно неготовых к войне, но теперь уже совершенно взрослых и зрелых мужчин, готовых любой ценой защищать свою расу. И все же небо над их светлыми головами, даже в шлемах с забралом, сегодня освещалось не на шутку веселым солнцем. Не было в лицах этих воинов ни капли страха – они были уверены, серьезны и мужественны как никогда. Ослепляюще сияли их доспехи, и ослепляюще горели их глаза. Шедший впереди них командир, со знаменем в руках, запевал обыкновенную солдатскую песню, лишь сегодня звучавшую как-то удивительно бодро. Ни в его голосе, ни в хоре солдат, ни чувствовалось даже малейшего напряжения – все они знали на что и куда они идут, и были горды, что поведут их в бой с настоящим злом их величайшие герои, кто сражался за них столетия назад, и кто не оставил их и в этот трудный час.

Лишь этой ночью во всех городах были собраны войска, и весть о начале мобилизации армий всех стран, о их объединении, облетела Запад в считанные часы. Каждый муж считал своим долгом в последний раз дать отпор врагам своего народа, и всю ночь во время речей Унзара с вершины лестницы Пирамиды по городу раскатывались радостные крики и хоровое громогласное «Ура!» солдат, и тех, кто стал ими лишь теперь по воле судьбы. В тот же день из стен Пирамиды валом на улицы выступили войска Демонов, древним соглашением призванные вернуться в мир, когда опасность снова нависнет над человеческим родом. В восторге от сияния их уже поеденных временем, поблекших и потрескавшихся доспехов, от внушавшего некогда страх имтредам их залитых вражеской кровью мечей, люди всю ночь гуляли, радуясь, сколь много защитников вернулось вновь исполнить свой долг и встать на их защиту. Они тотчас разошлись по Западу, каждый отправляясь на боевые рубежи своих прежним командиров, Богов, готовя силы помочь им в Последней Войне. Однако, тайной и для Лилики, и для всех остальных людей, остался вопрос – откуда же они все, на самом деле, пришли? Ведь изначально в Пирамиде их точно не было.

Обычных людей вокруг уже почти не оставалось, и лишь единицы все еще стояли у дверей своих домов, разглядывая шагающих строевым шагом мимо солдат. Город выглядел тогда как-то особенно серьезно, и в улочках за домами люди даже сами конструировали средства для будущей обороны города, с полной серьезностью приняв слова Унзара о том, что помочь своей расе должен каждый человек, и лишь объединением сил всех жителей города они смогут его защитить. Люди не жалели мебель и частей собственных домов, дабы создавать заграждения. Некоторые индивиды, однако, заранее переоценили силы своих Богов, полностью положившись на их защиту, и потому не делали ровным счетом ничего. Должно быть, былая на их решении сказалась былая дезинформация и слишком серьезное возвышение героев людей в рассказываемых им историях. О том, насколько страшен был их враг, они тогда даже не догадывались.

Весело и взволнованно пробегая вдоль по улице к самой Ренбирской Пирамиде, Лилика лишь на пару секунд задержалась между сомкнутыми рядами воинов перед самой лестницей, где уже не было места даже для старого, но красивого мраморного фонтана. Город потерял многие свои достопримечательности за предыдущую ночь, дабы освободить место для солдат, и почти все те места, где совсем недавно Лилика гуляла с друзьями и братьями, не стали исключением. Даже солдаты у лестницы, мимо которых теперь Лилика едва пролезала от плотности их строя к лестнице Пирамиды, выглядели довольно грустно, многие наверняка в прошлом жители этого города, теперь просто его не узнающие.

На самой лестнице уже не было никого, кроме спускающихся вниз людей, которых также было не много. Там, вниз ко всему городу, ветер разносил приторный и прелый землистый и гнилой запах оставленных воинами Демонов на ступеньках мокрых следов. Эти следы уже успели оттереть и вывести, но запах коррозии от них теперь, наверное, до конца времен останется витать в окружающем воздухе. Пусть это будет не смешно человеку, который точно знает, из сколь неприятного места вышли те воины, они и вправду во все времена умели… «оставить свой след в истории». Не предполагайте заранее, что это было за место. Наверняка, вы даже почти окажитесь правы.

Теперь в небе над головой Лилики совсем не было птиц, кошки и собаки в городе начали забиваться в углы, и даже мыши, вечная проблема этого города, совсем перестали вылезать из своих нор. Помимо людей весь мир будто затих, чуя надвигающуюся угрозу. В городе стало почти совсем тихо, и мысли Лилики не нарушали даже строевые песни, речи капитанов и крики воинов вокруг, тотчас сделавшие из Города Знаний самый настоящий Город Войны. Окружающий шум был вовсе не раздражающим, но девушка совсем не хотела его слушать и всячески его игнорировала. Ей все еще было тяжело принять такую перемену обстановки после недавнего праздника, после чего почти все люди в городе поменялись местами с солдатами, а яркие краски конфетти и мишуры заменились на отражения солнечного света от серых доспехов, мечей, и уже готовящихся заграждений.

Всего за минуту, не больше, волосы цвета океана Лилики в последний раз колыхнулись над верхним краем лестницы, и проскочила оттуда чуть вперед, в сторону теперь круглосуточно открытого входа в Великую Ренбирскую Пирамиду. На ее пути уже почти никого не было, и у Лилики была возможность теперь, отдышавшись после тяжелого подъема, особо не торопиться, наконец поняв, что так она только впустую тратит силы. Люди впереди редко стояли группами, и было их совсем мало. Все они выглядели чем-то озабоченными, но в их лицах вряд ли можно было прочитать, чем именно. Пока Лилика шла мимо них по каменной узорчатой дорожке, из раскрытых нараспашку дверей Пирамиды ей навстречу, к тому же спуску, вышли Защитник и Мираж, одни из самых скандальных членов Совета Октолимов. Огромный по человеческим меркам мужчина в латах, с не меньшим мечом за спиной, и совсем еще юная девчушка в темно-зеленой сорочке с длинной юбкой, с хитрым и будто чуть злым, или даже гадким, лицом. Должно быть, они были недовольны, что их так просто, как пушечное мясо, отправили на Южный фронт, под начало своего товарища Подчинителя, и Бога Смерти Чеистума. Задачей Южного фронта было отражение атак Хемир под началом Хемирнира с Земель Марконнор. По союзу Верховного Властителя имтердов Совенрара и Клинка Власти Дорана, Бездна Марконнор уже приняла Хемир с Юга, и там они ждут Великого Подъема, дабы напрямую атаковать оттуда Запад. Известно также, что Совенрар отправил по одному из своих самых близких командиров, созданных им же Горных Владык, на каждый фронт, дабы с их помощью контролировать ситуацию на отдаленных рубежах. Совенрар не до конца доверял верности двух из Военачальников, что должны были вести его войска в последнее наступление. Хемирнир, с которым они 400 лет побеждали войска Короля Альберта на Севере, поддерживался захваченным в те же времена Богом Небес Мосселькемом, порабощенным Черным Пламенем. Сам же Альберт, приняв сторону победителя, возглавил наступление Севера, управляя войсками лишь имтердов, под опекой, со стороны Совенрара, его Морского Владыки Гиса. С самих Земель Марконнор за Запад должна напасть Восточная Армия, под началом ее прямых Военачальника и Генерала – Даллахана и Самума. В лояльности Самума Совенрар не сомневался, однако совсем ничего не знал о его Военачальнике Даллахане, и наблюдал за ним через Земного Владыку Теса.

–Поверить не могу. Неслыханно! Почему эта больная тетка остается в городе, пока мы будем ставить свою жизнь на кон? Тем более – почему нами командует какой-то труп ходячий? – капризно дулась и кричала Мираж, от чего даже стоящие неподалеку, ранее изображавшие каменные статуи стражники, недовольно перевели взгляд на девочку. По крайней мере хорошо, что шли эти двое достаточно быстро, и стражники только провожали их взглядом.

–Т-с. – «легонько» стальной перчаткой ударил ее по голове Защитник, от чего девочка едва не упала на землю. – У нас все схвачено. Нами командует один из Богов, а это тебе не сотник с деревянным мечом.

–А что, если нас там убьют? – потерла макушку она.

–Если кому-то и предстоит тебя там убить, так это мне. – с неизвестной степенью серьезности в голосе посмеялся он.

Они шли настолько быстро, что уже обошли Лилику стороной, и скрылись за небольшой кучкой людей позади нее. Они не встретились взглядом, но и без того не были никогда знакомы лично. Лилика многое о них слышала, и понимала, что Защитник всего лишь пошутил, и Мираж наверняка сразу это поняла, ведь и без того часто это слышала. Их голоса дальше Лилика уже почти не слышала, но могла догадаться, что подумала та девочка.

–Дурак ты. Сил не хватит, ведь… – совсем тихо хихикнула Мираж.

Как и всегда раньше, по обеим сторонам от золотистого не то от солнца, не то от позолоты, входа в Пирамиду стояло всего два стражника, облаченных в парадную форму с красными кисточками перьев на плечах, которые то и дело колыхались от небольшого сквозняка из самой Пирамиды. Их Лилика старалась проходить как можно аккуратнее. Ее всегда немного удивляло и даже пугало, что их извечно ставили настолько близко ко входу, что посетители едва не терлись о них плечами, когда входили. То и дело в ее голове крутились страшные картины, в которых стражники, будто правда каменные статуи, вдруг оживали, и резко хватали ее за руки. Пусть и причин для волнения никогда не было, и никто из них никогда ее не трогал, она уже сама не знала, почему этого боялась. Может быть, это была какая-то детская травма? Например, когда ее рукав зацепился за дверную ручку кабинета ее отца в их старом имении, и она еще с минуту просила ее отпустить, подумав, что ее держит рука живого человека. Тогда она еще долго надеялась, что никто не видел этого ее позора, а мистические книги про страшные особняки с оживающими мертвецами и статуями, которые она читала тогда, совсем извратили ее воображение.

С момента последнего посещения ей Пирамиды, внутри стало заметно меньше людей, а общий антураж заметно потерял в красках. Основной колорит одежды окружающих людей из обыкновенных, по большей части синих и черных костюмов учеников Академии Окто, и совершенно разных одежд посетителей Библиотеки, разом сменился на редкие дорожные костюмы, рыцарские доспехи, формы тех или иных октолимов и искателей приключений. Праздничное настроение уже буквально сбежало из Библиотеки, не оставив за собой ни мишуры, ни украшений, оставляя величественную, как и прежде, Пирамиду совершенно голой, пусть и еще такой же ослепительно яркой. Почти нигде тогда уже не было столпотворений, а большинство посетителей стояли отдельно друг от друга и все время находились в движении, из-за чего внутри было уже не так шумно, как обычно, и здесь уже почти никто друг с другом не разговаривал, наверняка занимаясь только своими собственными делами. В то же время, некоторые работники Библиотеки еще немало шумели, разбирая книжные шкафы, стеллажи и мебель, готовя помещения для сохранения жителей города в Эпоху Хаоса, дабы места стало больше, и люди не страдали от тесноты. По указу Бога Людей, именно в Пирамиде должны были укрыться жители города, а сам Унзар и Боги Времени должны были встать на ее защиту. Потому же я пропустил описание прохода, ведущего от входа в Пирамиду к Библиотеке – с этой стороны здания его не было, а остальным людям и вовсе было велено входить в Пирамиду через Академию Окто, то есть с другой стороны.

Недолго бегая взглядом среди всех собравшихся людей, она легко приметила у лестниц далеко впереди своих друзей, Героев Шеагральминни, которые изначально и должны были находиться там, и все равно сильно выделялись внешне. Среди них были почти все таковые Герои кроме Филони, с которой Лилика прежде совсем не успела попрощаться, и очень об этом жалела. Даже если она и не была ей родной сестрой – они были дороги друг другу, и всегда были вместе, как настоящие сестры, и именно благодаря Филони в ночь пожара в Кацере девочка выжила и нашла новых друзей в Ренбире. Филони пропала той же прошлой ночью, вместе с Кайлой и Тиадрамом, которые сбежали из города лишь заранее обменявшись со всеми парой-тройкой слов, и, казалось, совсем не оставили ей ничего на прощание. На самом деле, у всех них появились свои немаловажные дела, и они езе рассчитывали встретиться с Лиликой позже и все-все ей рассказать.

Не раз едва не столкнувшись с посетителями, то и дело выскакивающими из-за чужих спин по бокам, она быстро промчалась между ними к Героям, которые как раз довольно оживленно что-то обсуждали, наверняка, как обычно, изо всех сил стараясь навязать друг другу свои идеи. Некоторые из них не раз бросали взгляд в ее сторону, и потому заранее старались закончить диалог, будто сделав какие-то итоговые выводы. Двое из них, Пофисс и Кози, стоявшие ко входу спиной, Лилику не видели, и потому не понимали спешки товарищей оставить интересовавшие их темы. Поприветствовали они ее, конечно, сначала жестом, чтобы та наверняка их не пропустила, и словами затем, когда она подбежала к ним достаточно близко, чтобы Пофисс и Кози сразу поняли, куда смотрят их товарищи.

–Надо же. Легка на помине. Хотя не так легка в пути. К чему тебе такой большой рюкзак? – подняв правую руку в приветствии девушки, затем сложил объятые почти зеркальными латными перчатками руки на груди тепло улыбающийся Рыцарь Корим.