Летописец: Скрижаль Эльдэриума

Текст А. Муравьев

Текст М. Девин

Дизайнер обложки В. Тучинина

© Антон Андреевич Муравьев, 2018

© Михаил Борисович Девин, 2018

© В. Тучинина, дизайн обложки, 2018

ISBN 978-5-4490-9705-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Дорогие читатели!

Надеемся, что нам удалось описать те необычные события в мире, который рисовало наше воображение.

Будем признательны вам, если вы поделитесь своими впечатлениями.

Нам важно, чтобы вы отметили не только достоинства, но и недостатки произведения. Ваше мнение поможет нам понять, что действительно удалось, а над чем еще стоит поработать.

Пользуясь случаем, выражаем огромную благодарность поддерживающим нас друзьям и близким, без помощи которых эта книга не увидела бы свет. А также спасибо всем читателям просто за то, что вы есть.

Все права защищены ©.

Права на обложку принадлежат авторам.

С уважением,

Муравьёв А. А., Девин М. Б.

Предисловие

Пустота… В ней зародились два начала – Порядок и Хаос. Две противоположности, олицетворения созидания и постоянства, разрушения и изменения. Существовали они рядом, пытаясь поглотить друг друга.

Но однажды явился Демиург1. Обладая безграничной силой, он разъединил два начала, а между ними сотворил мироздание – Элоен.

Прошли века, Элоен процветал – в нем зарождались миры. Используя искры первоначал, Демиург создал душу – чистую энергию. Но как любой энергии, душе нужен был сосуд. Так и появились Разумные – творения, которые заселили миры Элоена. Одним было даровано бессмертие, в то время как жизнь других ограничивалась годами. Демиург желал, чтобы Разумные сами выбирали жизненный путь, свободно и независимо.

Тысячелетиями миры Элоена развивались по своим законам, сохраняя равновесие. Но однажды внешние границы ослабли, и два первозданных начала, каждое со своей стороны, стали по капле проникать в него и изменять миры и Разумных, что жили в них.

Незаметно, век за веком, Разумные стали меняться. Создатель был против этого. Он выбрал нас, тринадцать первых, и поставил следить за пошатнувшимся равновесием.

Время, однако, было упущено.

В мирах, что были ближе к Порядку, почти угасла частица Хаоса, а Разумные, населявшие их, превратились в ангелов. Они утратили способность к мечтам и фантазиям, и их помыслы были о том, чтобы привести все миры к Порядку.

Другие миры, что были ближе к Хаосу, стали именоваться Инфериумом. Искра Порядка в этих мирах померкла. Обитатели Инфериума – демоны – распространяли власть Хаоса повсеместно.

Видя это, Демиург снова вмешался. Ведь оставались и другие миры, пока еще не тронутые столь однобоким выбором. Чтобы отделить Инфериум и Королевства ангелов от остальной части Элоена, он воздвиг новые границы. Однако эти границы были прозрачны. Они сдерживали влияние первоначал, но не отменяли его совсем. Так как, по замыслу Созидателя, для развития нужен выбор, который Разумные должны сделать самостоятельно.

После усилий Демиурга равновесие вернулось, хотя и оно не было продолжительным. Хаос и Порядок нашли лазейку. Чтобы влиять на миры Элоена, они стали использовать пороки и добродетели Разумных. Тех Разумных, у которых тот или иной порок или та или иная добродетель проявлялись особенно ярко, первоначала превращали в адептов. Живя и проповедуя в своих мирах, адепты шаг за шагом, год за годом пытались открыть путь покровителям.

Вернуть гармонию в Элоен было не просто. Но мы, избранные Демиургом, нашли выход – объединили миры в Рукава и соединили их между собой.

Добраться до миров Рукава было не просто. Чтобы это сделать, силам первоначал пришлось бы проникнуть в центральный мир, открывавший проход во все остальные. Однако не всем их планам суждено было осуществиться. Не все Разумные верили посулам первоначал. Сомневающиеся начинали искать ответы, и некоторых поиски приводили к нам. Узнав правду, многие возвращались в свои миры и всеми силами старались не дать сломать равновесие…

Так было.

Я – Летописец. Я – один из тринадцати избранных, и имя мне – Алексиус.

Я выбрал своей целью наблюдать за Элоеном и писать его историю. Неисчислимое множество лет я слежу за событиями, которые происходят в мироздании, и как каждый из тринадцати принимаю в них активное участие. Я нахожусь в гуще событий в образе обычного смертного историка или сказителя и готов поделиться своими наблюдениями.

Множество интереснейших историй хранит моя память. Возможно, в одной из них вы найдете ответы на свои вопросы.

Сегодня я расскажу историю об Эльдэриуме – центральном мире Рукава Кельзер, за свободу которого сражались и умирали миллиарды Разумных.

История эта началась в Альдрусе – одном из миров Рукава. Красота его была неописуема: просторные равнины, леса, уходящие за горизонт, горы, чьи ледяные вершины прятались за облаками, океаны, реки, пустыни, острова и тропики. В нем было все, кроме спокойствия и мира…

Старейшее из государств людей, Хирум, уже многие столетия вело захватнические войны со всеми соседями. Малые государства не могли сопротивляться ему и быстро поглощались. Их земли отбирались, а жители угонялись в рабство.

Единственный, кто мог противостоять этой тирании, был Империум. Его стальные легионы не раз давали понять хирумским захватчикам, что обратить этот мир в рабство у них не получится.

Но люди не единственная раса, что жила на Альдрусе. Они делили этот мир с эльфами, чьи дома были древними лесами, и дроу2, чьи предки были изгнаны князем светлых эльфов за те злодеяния, что они сотворили против своего народа. Изменения, которые произошли с ними, отразились не только на их статусе, но и на внешности. Кожа их стала черна, как уголь, а волосы белы, будто сама Смерть прикоснулась к ним. А также жителями Альдруса были гномы – великие мастера молота и наковальни, которые любили селиться в предгорьях вулканов.

Глава 1. Поход на Астрикс

Шла середина дриаса3. Распутица, свойственная концу виндериаса4 закончилась, дороги снова стали проходимы. Самое время для походов. Перед легионом «Элиот» поставили цель – отбить крепость Астрикс. Она была в руках хирумских захватчиков более ста дней.

У хирумцев было много времени, чтобы укрепить позиции. Они ждали жаркой схватки, а имперские легионеры не любят разочаровывать своих врагов.

Летучий отряд эльфов Гальтера5 обнаружил разведку дроу в двух днях пути от крепости. Командованием было решено зачистить местность и взять крепость в осаду. На марше неожиданностей не было. Разведка не зря ела свой хлеб. Вопреки ожиданиям, дроу не пытались атаковать передовые разъезды, а лишь расставляли на их пути ловушки. Когда до Астрикса оставалось меньше десяти миль, дроу скрылись.

Дойдя до крепости, пехота начала осадные работы, а разведка отправилась прочесывать местность.

Вечером того же дня разведчики доложили об обнаружении входа в тоннель. Судя по всему, этот туннель вел в крепость, иначе не было смысла охранять его столь тщательно. Раньше тоннеля не было, значит, хирумцы прокопали его, пока удерживали объект.

Спустя неделю, когда осадные работы были закончены, командование разработало план штурма. Главные надежды возлагались на сотню Дакара. При поддержке двух десятков светлых эльфов во главе с Астель его солдаты должны были проникнуть в тоннель, через него выйти в крепость, уничтожить по возможности командный пункт противника и с помощью факелов дать сигнал к решающему штурму.

Вернувшись из штаба, Дакар застал своего младшего брата за любимым занятием – правкой и заточкой цепных мечей6.

– Леон! – громко крикнул Дакар, подзывая его к себе.

– И какое же самоубийственное задание нам предстоит выполнить в этот раз, братишка?

– Пошли когонибудь за Астель и другими командирами, нам есть что обсудить! – буркнул сотник, присаживаясь у костра.

Прошло немного времени, и стал подтягиваться офицерский состав. Когда все были в сборе, Дакар коротко посвятил подчиненных в детали завтрашнего дня:

– Идти до входа в тоннель примерно десять миль. Вход охраняют около трех десятков дроу. Хоть их и меньше, чем нас, не стоит терять бдительность: дроу – мастера засад и ловушек.

– Насчет засад можете не волноваться, сотник. Мои эльфы пойдут в авангарде и позаботятся обо всех сюрпризах, что могут встретиться на пути. И еще кое-что: разведка сообщила только о тех дроу, которых видела, но также было замечено множество следов. Не исключено что где-то поблизости таятся хирумские солдаты, – промолвила Астель.

– Надо действовать очень быстро и по возможности тихо. Если ктото предупредит защитников крепости, они могут завалить ход, как только мы войдем, и тогда никто живым оттуда не выйдет, – изложил свое мнение Леон.

– Можно переодеться в форму убитых солдат и проникнуть в крепость. Эффект неожиданности нам обеспечен!

– Мы не знаем точно, куда ведет ход. Нет смысла переодеваться. Вот что, Нерион, давай сделаем так: твои пойдут первыми, чтобы вырубить охрану выхода из тоннеля, – распорядился сотник.

На какое-то время повисла тишина.

– Если ни у кого нет других предложений, предлагаю разойтись и как следует подготовиться. Задание, как всегда, не из легких, – произнес Леон, вставая.

– Да. Все могут разойтись, – кивнул Дакар. – А тебя, Леон, я попрошу задержаться.

Когда они остались одни, Дакар попросил брата не использовать магию при штурме входа в тоннель. От сырых деревьев слишком густой дым, и его могут заметить в крепости.

Молча кивнув, Леон удалился.

Дакар уже собирался пойти отдохнуть, когда к костру вернулась Астель.

– У тебя вопрос?

– Нет, я просто хотела поговорить наедине.

– Не думал, что эльфийки интересуются людьми, – улыбнулся Дакар.

– Не стану отрицать очевидного: эльфы невысокого мнения о человеческой расе. Но и среди вас встречаются интересные личности. Ты и твой брат, например. Тебе едва исполнилось двадцать пять, а уже командуешь сотней. Не каждый седовласый ветеран может похвастаться таким успехом. И Леон многого достиг.

– Не вижу в этом ничего особенного. Наш отец – ветеран легиона, и он с детства приучал нас к солдатской жизни. Да и магическим даром мы не обделены, а магия, как известно, способствует продвижению по службе.

– Все так, но в вашем возрасте, сколь высокими ни были бы магические способности, можно рассчитывать только на должность подмастерья, а не на звание сотника.

– Я, конечно же, могу рассказать тебе о наших приключениях, но не думаю, что это будет веселая история, – усмехнулся Дакар.

– Расскажи, а смешно или нет, я решу сама! – ответила Астель, нахмурившись.

– Слушать придется долго, – начал Дакар, погружаясь в воспоминания.

Глава 2. Два брата

Мы родились в деревне Айвер, что на северо-западной границе с королевством гномов. Те еще вредные коротышки! В детстве я часто подбивал брата сбегать через границу к гномам, посмотреть на чудеса, что таятся в их столице. Говорят, там до сих пор не ступала нога человека, а нас каждый раз отправляли обратно на нашем же плоту, едва мы пересекали реку и сходили на берег. У меня было такое чувство, что патрули гномов вырастали буквально из-под земли. Так нам и не удалось дойти до Азуриса, «огненного города», как его прозвали гномы. Больше, пожалуй, ничего примечательного из детства я рассказать не смогу. Всякие глупости типа: забраться на сеновал с дочкой старосты, стащить яблоки из общинного сада, кинуть пачку дрожжей в сортир к врагу Бастиру, тебе будут неинтересны.

– Ты прав, ничего, кроме зевоты, это не вызывает. Как я поняла, вы с братом решили стать солдатами из-за отца?

– Не скажу, что авторитет отца был основной причиной, но свою роль в нашем выборе сыграл. Леон и я всегда хотели быть воинами, и мы не скрывали своего желания служить в легионе. Отец был не против, а вот мать категорически этого не хотела. Она находила тысячи причин, почему нам лучше стать фермерами, а не солдатами. Мы и не думали изменять своей мечте, но и она стояла на своем. Однажды у нас состоялся серьезный разговор, после которого мы сильно поругались. Помню, что не разговаривал с матерью пару недель, пока нас не помирил Леон. В отличие от меня он всегда был ближе к матери, а вот с отцом держался настороже.

– Для подростка ничего странного, – промолвила Астель.

– После нашего примирения мать отправила меня и Леона в портовый город Сальдор, купить кое-что, – продолжил Дакар. – Сальдор был единственным крупным городом вблизи нашей деревни. Мать наказала нам вернуться к ужину, но разве могут два подростка, редко покидающие деревню, быстро закончить дела в городе, да еще таком большом! Приехав в Сальдор, мы выполнили наказ и хотели уже возвращаться, когда увидели уличную лавку коротышек. Они выставили на продажу не украшения, не золотые безделушки, что так любит знать, – они торговали оружием, и каким оружием! Не банальные мечи и секиры, а лучшие творения подгорных мастеров. Венцом коллекции были цепные мечи из вулканической стали. Мы хотели подойти к прилавку и хотя бы потрогать их, но изза толчеи это было невозможно. Полюбовавшись на товар издали, мы отправились в обратный путь, но к ужину уже явно не успевали. И чтобы избежать очередного витка ссор, мы с братом, сверкая пятками, понеслись домой.

– Как я заметила, такие мечи есть у твоего брата, и они подходят ему как нельзя лучше. Я думаю, ты знаешь, что вулканическая сталь усиливает магию…

– Да, нам рассказывали в Академии, но тогда мы еще об этом не знали. А что касается твоего намека на воровство – ведь я правильно тебя понял? – ни я, ни Леон не считали это лучшим способом достигнуть желаемого.

– Ах, какие вы благородные, прямо рыцари, – усмехнулась Астель.

– Ну, поступи мы по-другому, были бы безглавыми рыцарями. Двум подросткам связываться с хирдом7 гномов, пусть и неполным, было бы неразумно. Но встретиться с ним еще придется, я расскажу об этом чуть позже.

– Ты меня интригуешь, Дакар! Продолжай.

– А дальше мы вернулись в деревню. Но деревни уже не было. Ни один дом не уцелел. Лишь кроваво-красные угли говорили о том, что пожар прекратился совсем недавно. Мы побежали к нашему дому. Умом-то мы понимали, что выжить здесь никто не мог, но безумная надежда все равно теплилась в наших сердцах. Увы, она разбилась, как гномий хрусталь. Сначала мы увидели отца: он лежал во дворе с мечом и щитом в руках. Вокруг него валялось около семи изрубленных тел мужчин в желто-оранжевом военном обмундировании. Эти цвета в Империуме знает любой мальчишка. Оранжевый дракон на желтом фоне – герб Хирума. Мы были в отчаянии: если отец умер здесь – значит, мать была в доме, и… Не зная, что делать, мы стояли у развалин нашего дома и испуганно озирались по сторонам.

Через некоторое время наше внимание привлекли клубы дыма, поднимавшегося за деревьями у реки. Я подумал, что там идет бой и, возможно, кто-то из деревни еще жив и нуждается в помощи. Схватив отцовский меч, я приказал Леону найти безопасное место и не высовываться, пока я не вернусь. Ага, послушался он меня! Молча взяв отцовский щит, Леон помчался за мной.

Когда мы добежали до реки, наша помощь была уже не нужна. Сбившись в ватагу8, наши мужчины смогли пробиться к кораблям Хирума и поджечь их. Потушить огонь хирумцы не могли – староста деревни владел огненной магией, и тут уж ничего не поможет.

Повсюду были трупы – и наших деревенских, и солдат Хирума. Всматриваясь в них, мы брели по берегу и наткнулись на повозку. У нее подломилась ось, и она была брошена. Потом Леон заметил, что колея на заброшенной дороге, ведущей в сторону Сальдора, стала глубже. Скорее всего, не так давно там проезжали груженые повозки. Мы решили предупредить сальдорцев и со всех ног бросились к городу.

Преодолев половину пути, мы услышали звуки боя. Прибавив скорости, бросились вперед. Как оказалось, дрались гномы – это их караван проехал по заброшенной дороге, так что особой опасности для Сальдора не было, – а дрались они с хирумскими воинами. Коротышкам явно повезло с местностью: густые заросли не давали их окружить, и при меньшей численности – с полсотни, наверное, – они успешно оборонялись.

Мы кинулись на помощь к гномам и, подоспели вовремя: хирумцы усилили натиск. Но гномы, что ни говори, умеют драться. Хоть и маленькие, а такие храбрецы. Насколько я понял, солдаты хотели захватить молодого, богато одетого гнома, чья повозка была в центре каравана. Нужно отдать ему должное – он не прятался за спины товарищей и ловко орудовал мечом. Леон вытащил меч из рук убитого хирумца и ввязался в бой, а у меня был меч отца. Мне удалось заколоть солдата, атаковавшего молодого гнома, и тут я заметил, что мой брат в опасности. Ударом ноги в щит офицер хирумцуев отбросил Леона на ближайшую повозку и занес над ним клинок. Я подскочил к нему, и это спасло брата – хирумец переключился на меня, я едва успевал отражать его удары, настолько он был ловок. И, когда я уже подумал, что мне пришел конец – не отбиться, в тело офицера вонзился клинок. Леон… Он где-то раздобыл цепные мечи. Потом уже я узнал, что они были в одной из повозок каравана. Расправившись с офицером, он нажал на спусковой механизм, и острое лезвие с тихим шелестом пробило навылет живот другого хирумца, пригвоздив того к борту повозки. Еще мгновение, и гном-возница снес солдату голову взмахом секиры.

– Удивительно, я и не знала, что деревенских мальчишек, пусть даже их отец был легионером, учат управлять легендарным гномьим оружием, – покачала головой Астель.

– А нас и не учили. Просто мы видели, как на рынке один из гномов демонстрировал свое мастерство в обращении с оружием. В том числе и с цепными мечами. Особенно нас впечатлило, как одним взмахом он разрубил свиную тушу пополам вдоль хребта.

– Да уж, мальчишек всегда завораживают кровавые зрелища. Но все-таки мне хочется узнать, чем закончился бой и кто был тот богатый гном. Ты ведь не зря его упомянул, так?

– По-моему, ответ очевиден: нас убили, – рассмеялся Дакар, но Астель даже не улыбнулась. – Ладно-ладно, сейчас расскажу, могла бы и не спрашивать. Бой завершился тем, что все хирумцы были перебиты. Мы оказали помощь раненым гномам. Нам повезло, я и Леон отделались ушибами и порезами. Брат спросил одного из караванщиков, где тот богатый гном, а потом мы увидели его – он сам подошел к нам.

«Благодарю вас за помощь, люди, – воскликнул он. – Вы подоспели вовремя. В противном случае мне бы никогда не довелось снова увидеть великие залы Азуриса. Я Гаундрундир, наследник рода Диров, но для вас, друзья, просто Гаудир».

«Спасибо за добрые слова, – поблагодарил я гнома. – У нас с вами общий враг. Хирумские псы сожгли нашу деревню и убили наших родителей. Мы помогли бы любому, кто сражается с ними».

«Прошу прощения, что без разрешения воспользовался вашим оружием. Я увидел в повозке цепные мечи и, не раздумывая, схватил их. Классная штука! Даже жаль расставаться», – Леон со вздохом протянул мечи гному.

Гном молча взирал на Леона, а потом вдруг резко дернул себя за бороду и разразился оглушительным хохотом:

«За полтора года странствий мне довелось пообщаться с огромным количеством людей. Среди них были и обычные, и благородные, и все желали купить мой товар, хотя он стоит дорого. Но не всё в этом мире оценивается золотом. Прими эти мечи в знак моего уважения и благодарности».

Леон дар речи потерял, так и стоял с открытым ртом некоторое время, а потом выдавил:

«Благодарю вас за столь щедрый дар…»

«Будь добр, подойди сюда», – обратился гном ко мне.

Махнув рукой одному из караванщиков, он что-то сказал ему, тот побежал к повозке и, вытащив из ее недр сундук, принес его нам. Гном открыл сундук, и я увидел щит и меч на синем бархате.

«Это оружие выковал мой предок. Он завещал отдать его достойнейшему. Так уж вышло, что за несколько столетий никто из членов моего клана не проявил себя должным образом. Но ты, юноша, дрался как лев, и я отдаю это оружие тебе».

Теперь уже я потерял дар речи, но от такого подарка, конечно же, не отказался.

Наступила ночь. Мы помогли гномам погрузить раненых и тела погибших в повозки. Тела хирумских солдат стащили в одну кучу недалеко от дороги и, полив маслом, сожгли.

Пора было возвращаться в деревню. Добрались мы туда под утро и сразу занялись погребением родителей. Вернее, похоронили только отца – тело матери мы так и не нашли.

К полудню в деревню прибыл отряд гвардейцев из Сальдора. Один из офицеров спросил нас:

«Эй, ребята, вы из этой деревни?»

«Да, – ответил я. – Только деревни уже нет».

«Сочувствую вам, ребята, – смущенно кашлянул офицер. – На старой дороге мы видели обгорелые трупы. Судя по всему, с убийцами ваших односельчан кто-то расправился».

«Да, это так, – кивнул я. – Им не повезло встретиться с гномами. Хирумцы, видно, думали, что легко расправятся с ними и поживятся добром из каравана, но не тут-то было».

«Мы с братом застали конец боя и даже убили пару хирумских псов», – со злостью добавил Леон.

Офицер задумчиво посмотрел на нас, затем перевел взгляд на ряды свежих могил и продолжил:

«Если у вас есть желание посвятить свою дальнейшую жизнь защите справедливости, я напишу для вас рекомендательное письмо. Покажите его Альнору, легату формирующегося легиона „Элиот“. Они сейчас в тренировочном лагере рядом с городом Берност. Это в семи днях пути по южному имперскому тракту».

«Господин офицер, могу ли я задать вам вопрос?» – спросил я.

Офицер кивнул.

«Как так вышло, что корабли хирумцев смогли заплыть вглубь Империума?»

Офицер опустил голову.

«Не знаю, ребята. А что касается боя, в котором вы приняли участие… Мы о нем знали… Торговец, снабжающий нас провиантом, хотел пополнить запасы в деревнях и тоже поехал по старой дороге. Но спустя час он примчался обратно верхом на кобыле, едва не загнав ее. Он-то и рассказал нам, что видел, как хирумские солдаты напали на караван. Я объявил тревогу, но, как назло, большая часть нашего отряда была в увольнении. Пока мы всех собрали, наступило утро…»

Потом гвардейцы отправились прочесывать ближайшие территории – вполне возможно, что недобитые захватчики могли где-то затаиться.

– Да… Теперь понятно, откуда у вас такое оружие, – промолвила Астель. – Гномы всегда были благодарны тем, кто протягивает им руку помощи. И, как я понимаю, вы воспользовались предложением офицера.

– Ты угадала. На следующее утро мы с Леоном отправились в Сальдор, чтобы найти офицера и взять у него обещанную рекомендацию. Связать свою жизнь с войсками мы решили уже давно. Капитана в городе мы не застали, но он, я думаю, предвидел, что мы явимся, и письмо оставил. Больше в этих местах нас ничего не держало, собственно, так и закончилось детство.

Глава 3. В легионе

Путь до Берноста был не из легких. Но дорогу осилит идущий. Несмотря на все трудности, к вечеру шестого дня мы почти дошли. Ночь близилась, и было решено остановиться в придорожном трактире.

Пересчитав деньги, которых было совсем немного, мы с братом сняли комнату, сменили запыленную одежду и спустились в зал поужинать. Все вместе нам обошлось в четыре золотых ниалов9.

Еда была простой, вкусной и сытной, и после нее клонило в сон. Мы уже собрались встать из-за стола, но тут случилось непредвиденное. По лестнице даже не сбежала, а буквально скатилась хорошенькая девушка. Оглядев зал затравленным взглядом, она бросилась к нам.

«Прошу вас, спасите меня от этих негодяев!» – взмолилась она.

Ее преследовали двое мужчин звероподобного вида.

«Заткнись, дура! – угрожающе пробасил один из них и схватил девушку за руку. – А вы, мелюзга, не лезьте не в свое дело».

Не успел я и рта открыть, как Леон, вскочив, схватил со стола глиняную кружку и со всей силы запустил ее в гориллу. Лучше бы он этого не делал… Осколки еще не успели упасть на пол, как в челюсть моего брата врезался не хилых размеров кулак. Леон упал навзничь. Выше я сказал «лучше бы он этого не делал», но на самом деле мой брат все сделал правильно. Воспользовавшись моментом, девушка вырвалась и стремглав кинулась к двери. Ее обидчики рванули за ней, но тут я вышел из ступора и метнул им вслед стул. Мой бросок был удачный – он врезался в спину одного из преследователей, и тот полетел на пол. Второй притормозил от неожиданности и я, войдя в раж, зарядил ему ногой в пах. Он взвыл и свалился рядом со своим приятелем.