Жизнь в приключениях

Посвящается всем желающим

0. Автор

Жизнь удивительна и полна приключений. На каждом шагу нам встречается что-то необычное. Как сказал Теренс Дэвид Джон Пратчетт, «мы живём в невероятном, фантастическом мире, хотя и не подозреваем об этом». Со временем мы привыкаем к условиям, что диктует нам та самая удивительная жизнь, и уже не видим окружающих нас чудес. Это всё равно что каждый день есть красную икру: когда-нибудь она потеряет свои вкус, свежесть и прелесть. Но если отстраниться и взглянуть на происходящее под другим углом…

Если стать гостем…

пришельцем…

очевидцем…

читателем…

…можно увидеть многое. То, что раньше бы никогда не заметил. И новый, предложенный автором мир заиграет во всех красках. Станет приятным, родным, весёлым. А после на свою собственную, настоящую вселенную взглянешь уже совсем по-другому.

Что я и предлагаю сделать.

Добро пожаловать в «Жизнь в приключениях»!

1. Мумзель Барракуда

Если кто вякнет, что Мумзель Барракуда – ограниченный кретин, закидайте того камнями. Я не просто наихудший плохиш из всех, что носила Земля, – я ещё и самый непредсказуемый и самый бесстрашный. Обладатель безупречного накачанного тела, красивых синих глаз и светлых волос, а ещё идеально ровных белых зубов. Зверь с ликом человека, скажем так.

Возможно, мой словарный запас беднее, чем у этих… как их… ну, «Отелло» и «Анна Каренина», но я возмещаю это сторицей своими силой и обаянием. В основном, первым. Если проблему нельзя решить кулаком, то она недостойна вас. Плюньте и пройдите мимо. Впрочем, таких затруднений я ещё не встречал – я имею в виду те, что не решаются при помощи точно нанесённого удара, хотя бы и с третьей-четвёртой попытки.

– Давай, Мамзель, держи! Ты сможешь!

– Меня звать Мумзель! А вообще, отвали, идиот, я и так держу!

– Ты ещё подерзи, подерзи наставнику!

– А я что делаю?!..

Пока я, привязанный за руки – за ноги к четырём пальмам, пытаюсь удержать на своём тренированном животе слонёнка, поведаю-ка я вам историю. Обычно я подобным голову не забиваю, но ситуация сложилась, прямо скажем, в корне необычная.

Во-первых, этот вселенский злодей, эта жестянка Лохотрон Тринадцатый решил, что пора бы завоевать мир. Прилетел со своей Лохудрии и давай новые порядки вводить. Ну не наглость?! Даже я, несмотря на то, что когда-то промышлял контрабандой, захватом заложников, ограблениями и рэкетом, не опускался до этого. Знаете, есть такое слово «бесперспективняк». Вот, а Лохотрон не знает. Что ж, его проблемы.

Во-вторых, половина страны во главе с президентом припёрлась ко мне на ранчо, где я отдыхал от мирских дел, и стала уговаривать меня «спасти всех ради господа бога!». Мне это было, как бы получше выразиться, по барабану. До лампочки. Ну, Лохотрон – ну, и хрен с ним. Меня-то он не трогает.

– Чё вам надо?

– Ты наша единственная надежда, Мумзель! Помоги нам! Мы знаем, внутри ты вовсе не такой злой, каким…

А вот фиг вам, именно такой. И то, что полицейским пока не удалось меня поймать и упрятать за решётку или отправить на эшафот, вовсе не означает, что я настолько безрассуден и глуп, чтобы немедля броситься на помощь «несчастным землянам».

– Мой ответ «нет». И на всякий, если ты или кто-то ещё из четверти миллиарда людей, что пришли с тобой, не расслышал, повторю: «нет». Всего три буквы – несложно понять.

– Но, Мумзель, ты ведь негодяй!

– Ещё какой! А почему, ты думаешь, я вам отказываю?

– Ты не отказываешь, а отказываешься – от шанса, который выпадает настоящему плохишу только раз в жизни, и то не всегда!

– Э?

Я насторожился, но, к своей беде, не понял, что это "в-третьих".

Третья необычность состояла в том, что я мог не просто освободить людей Земли, но и, освободив их, занять место Лохотрона и стать вселенским злом вместо него.

Не буду отнекиваться, глаза мои загорелись. Да-а… Даже не так: а-ага-а… Тогда во мне пробудились древние инстинкты, которыми, в общем-то, и живут все плохиши. Жажда антиславы и мирового господства рекой протекла передо мной, и я купался в лучах, отражаемых её игристыми водами, наблюдал за этим сиянием, плыл вместе с ним – куда-то далеко… Короче, сам не помню как, но я согласился.

Президент сложил вчетверо документ с моей подписью и отдал помощнику. Тот, в окружении толпы охранников, убрал бумагу в сверхзащищённый кейс. Потом поднял глаза и поздравил меня с правильным выбором.

Мне жуть как хотелось послать его к чёрту, и я с превеликим удовольствием осуществил свою мечту.

– Ну что ж, Мумзель, пора, – напутствовал меня президент.

В тот же день, собрав свой нехитрый скарб, я вылетел на тропический остров. Самолёт высадил меня в открытом море, так что до острова, местонахождение которого надо было сохранить в тайне, я добирался вплавь, попутно отбиваясь от разного рода зубастых созданий, норовивших откусить от меня что-нибудь нужное…

Как сообщают СМИ

Тем временем Лохотрон играл в бильярд. И, так как победить честно он ни в коем случае не мог, Лох использовал гипнотизаторы, подкупал магов, устраивал баталии без права перемирия только ради того, чтобы во-он тот шарик закатился во-он в ту дырочку. Если вам доведётся играть с Лохом, возьмите с собой циркулярную пилу, бластер с неограниченным боезапасом, противозакляточный амулет и ватрушку. Последняя нужна на случай, если в перерывах между руганью и стрельбой вам вдруг захочется перекусить. И, конечно же, ни за что не соглашайтесь играть с Лохотроном в «дурака»: Лох Дураком не может быть по определению.

…Сэнсэй, учитель, гуру, наставник – называйте как хотите этого дохлого узкоглазого сморчка – встретил меня с улыбкой и протянул руку. Но я хотел его проверить и вместо рукопожатия провёл хук справа. Как я очутился на земле, не знаю. Дол Динь Дон (так зовут сморчка) снова протянул руку, на сей раз чтобы помочь мне подняться. Я встал, сжав его сухонькую ладошку изо всех сил своей лапищей, – и с удивлением заметил, что это не произвело на моего будущего учителя никакого эффекта.

– М-да, с тобой придётся поработать, – бросил он и отправился в хижину.

Я последовал за ним – под покачивание пальм, под звуки-порывы тропического ветра, под шуршание песка, под крики птиц… Короче, я как раз собирался устроиться на новом месте поудобнее, когда Дол Динь Дон покачал головой и молча указал на подстилку перед дверью. Снаружи.

– Ты чё, спятил?

– Хочешь победить Лохотрона?

– Да не особо, просто я связан договором…

– Тогда слушайся меня во всём.

Как позже выяснилось, спать на улице, таскать воду из колодца, мыть полы и стричь старику ногти было совсем необязательно и никак не влияло на боевой дух, конституцию, координацию, силу удара… Ни на что. Но это старикан сообщил мне на прощание, а пока я стойко сносил все «издевательства». Впрочем, можно и без кавычек.

– Как ощущения, Мамзель?

– Меня зовут Мумзель! – в сотый раз рыкнул я. – Долго ещё?

– Пока слонёнок не продавит в тебе большое круглое углубление.

– Чё-о-о?

– Хе-хе. Да не, уже всё. – Старик встал и опёрся на палку. – Заканчивай тут и приходи в дом. – И направился вглубь острова.

– Эй! – крикнул я вслед. – А не хочешь ли снять с меня эту заразу и развязать мне руки?

– У-у-у-у-у! – ответил ветер.

Я выругался и принялся изображать из себя Гудини…

Как сообщают СМИ

Тем временем Лохотрон морально разлагался в обществе вина, друзей и куртизанок. Эта консервная банка постоянно кричал что-нибудь вроде «Официант! Шампанского!», потому что сам не свой был до алкоголя. А в подвыпитом состоянии превращался в любителя рассказывать бородатые анекдоты, и когда говорю «бородатые», я имею в виду принадлежность подлиннее, чем у Черномора. Затем, когда количество выпитого перешло все мыслимые границы, Лох начал гоняться за официантками по столам, поскользнулся на красной икре и свалился на пол, травмировав свою и без того болезную голову. После чего, когда количество выпитого перешло границы НЕмыслимые, наступила самая страшная и невыносимая стадия – имя ей Вокальные Упражнения Акапелла.

…Когда я, вымотанный и злой, вернулся домой, старикашка пил чай.

– Что-то электрочайник барахлит – посмотри, – не поворачивая головы, словно обращаясь к пустому месту, произнёс Дол Динь Дон. Удобно расположившись в кресле, он смотрел по телевизору новости в исполнении красотки Грудинии Глазки, которая вещала об очередных «достижениях» Лохотрона.

Бубня под нос самые грязные ругательства, что сейчас, после столь утомительных тренировок, мог вспомнить, я направился в кухню и там чуть ли не до утра возился с чайником. Оказалось, старая развалина специально испортил технику, чтобы мне было, чем заняться, так как никаких других заданий для меня он не придумал.

Я свалился на кровать, после чего кто-то сильный и ловкий – вы, наверное, догадываетесь кто – секретным приёмом, которые я и прилетел изучать и знал уже довольно хорошо, переместил меня на улицу, на коврик. Но мне было до фени. Я спал и видел сны.

А часа через три старый маньяк поднял меня с коврика и отправил на гору. Я должен был без всякого снаряжения забраться на неё, а после слезть тем же маршрутом. Ощущая себя Томом Крузом, я карабкался, цепляясь почти что за воздух. Где-то на середине пути вверх зазвонил мобильный. Держась одной рукой за уступ, другой я достал трезвонящий телефон и, раскачиваясь над пропастью, нажал кнопку "Ответить". Звонил старый дружбан Гремзель Кайман (мы с ним вместе как-то грабили рыбный магазин, за что и получили свои прозвища. Это было наше первое дело).

– А-а-а, Гремз, привет-привет. И пока ты не положил трубку, хочу сказать, что ты…

Я долго и витиевато высказывал другу всё, что о нём думаю. Это же надо было насоветовать такого мастера! Такого наставника-перенаставника!

– Ты сам-то у него учился?

– Нет. Но мне рассказывали много хорошего…

– Хорошего!.. А плохого?

– Э-э… нет. А что плохого?

Витиеватые оскорбления возобновились.

– Погоди-погоди, в чём проблема-то?

– Нет, это ты погоди! Кто тебе рассказал о Дол Динь Доне?

– Хрямзель Креветка.

– Хрямзель?! О дьявол! Ведь он давно на тебя зуб имеет – да и на меня тоже – из-за того, что у него такое прозвище!

– Он был молодой и неопытный. Пока он стоял, разинув рот, на месте преступления, ты назвался Барракудой, я – Кайманом, а ему досталось… ну, то, что досталось.

– Я это знаю. А ещё я знаю, что он до сих пор на нас в обиде и ищет способ отомстить. Вернее, уже нашёл. Потому и посоветовал тебе этот сошедший с ума трухлявый пень.

– Дол Динь Дона?

Я не успел поздравить его с феноменальной догадливостью: уступ, за который я держался, отломился, и я полетел вниз.

Не знаю, что было хуже: приземление или повторное восхождение. Закончил я тренировку, уже когда солнце село и на охоту вышли дикие звери. Набив парочке хищников морды – им, видите ли, захотелось мясца антигероя, – я вернулся в лачужку и благодаря доброте старикелло до утра чистил картошку. Будить меня не пришлось – уснуть времени попросту не нашлось. Так что я сразу отправился на скрытый в джунглях суперсекретный военный полигон, где мне предстояло несколько часов уворачиваться от ракет и пуль, которые пытался всадить в меня мой дорогой учитель.

– Это тренировка реакции и выносливости!..

– Я тебя убью! – между делом крикнул я. И, видимо, зря, потому как обстрел не прекращался до вечера, а к тому времени я был слишком утомлён, чтобы кому-то откручивать голову…

…Так, неспешно, текли день за днём на красивейшем тропическом острове, местонахождение которого не сможет обнаружить ни одна разведка, потому что все «стелсы» и прочие самолёты мой сэнсэй сбивал на раз из своей портативной ракетницы…

Как сообщают СМИ

Тем временем Лохотрон осматривал свои новые владения. Ему наконец-то стало интересно, что же он завоевал. Вернее, он протрезвел после жутчайшей попойки, а врачи вернули ему зрение и возможность ходить, которые он потерял по результатам сражения, возникшего, когда он в очередной раз получил на погоны две «шестёрки». Осмотр достопримечательностей проходил как обычно: Лох попытался погладить собаку-охранника, в результате чего последняя его немного прикусила своими огроменными зубищами; пытаясь сбросить собачку, Лох наткнулся на телохранителя с огнемётом и повалил несчастного на землю; огнемётчик случайно нажал на гашетку и поджёг бар с алкогольными напитками; тот сразу зашёлся синим пламенем, которое рванулось к небесам, но, что ещё хуже, и к резиденции Лоха тоже; доктор лечил инопланетного тирана долго и усердно, за что получил в итоге благодарность в виде злобнейшего щелчка по носу; но вот Лохотрон пришёл в себя, увидел полыхающий дворец и заорал благим матом, что все, не жалея живота своего, должны немедля броситься тушить резиденцию, и запуганные до смерти слуги и подчинённые, которые боялись Лоха больше, чем неожиданной диареи на оживлённой улице, стали исполнять приказ начальства. Только ремонтников и строителей ему всё равно пришлось вызвать, ведь пожар спалил девять десятых здания. А приехавшие на вызов ребята оказались добросовестными и конкретными парнями, поэтому, когда Лохотрон им не заплатил, подогнали специально нанимаемый в таких случаях самолёт с напалмом, которым летательное средство и облило резиденцию. И всё началось по-новой. Лох очень любил веселиться.

…Наконец, подошли к концу последние тренировочные сутки. Я превратился в гору мышц, злобы и виртуозного владения боевыми искусствами давно забытых и потерянных народов. Дол Динь Дон поздравил меня с этим и, расчувствовавшись на прощание, пустив слезу, доверительно сообщил, что найдёт меня и свернёт шею, если я кому-нибудь расскажу, как добраться до острова. Он якобы очень любил покой.

Я улыбнулся и рассмеялся – чуток неуверенно, будь он проклят! – и наши пути (наконец-то!..) разошлись. Правда, перед этим я сообщил наставнику, что один тип по имени Хрямзель, по прозвищу Креветка, раздаёт координаты острова налево и направо. Сэнсэй обещал разобраться, и это хоть немного, но согрело мою душу…

…На подступах к резиденции Лохотрона меня слегонца задержала его армия. Всего-то несколько десятков тысяч солдат – больше на скромном пангалактическом крейсере не доставишь, – но на то, чтобы справиться с ними, я потратил добрые два часа. Жаль, что рядом со мной не было Гремзеля с Хрямзелем. Первый отдыхал на курорте после очередного удачного ограбления банка, а второй, как я подозреваю, уже находился в больнице: не стоит переходить дорогу Дол Динь Дону. Когда освобожусь, надо будет узнать, куда определили моего старого дружбана, и отнести ему апельсинов....

А тем временем Лохотрон правил бал – что естественно, в бальном зале. Разодетые под роботов, мутантов и пришельцев из иных измерений люди, которых в восстановленной из праха резиденции набилась шишова туча, трясли потными телами под убойный музон, а сам Лох, стоя напротив императорского кресла, что ему специально привезли с его родной планеты, дирижировал мракобесием.

И грянул гром. Я не шучу, действительно раздался раскат грома, и я подумал, что это неплохой момент, чтобы завалиться на вечеринку. Я снёс шестиствольным пулемётом двери с петель и вошёл в зал. Все остановились; Лохотрон выключил музыку.

– Кого там принесла нелёгкая?

– Ты прав, Лох, ох, как ты прав, совсем нелёгкая!.. Пулемёт, например, весит, как во-от такой поросёнок. (Ой, чуть не уронил пушечку.) А все эти гранаты и патроны…

– Взять его!

Но никто не шелохнулся. Все испуганно расступились к стенам, освобождая мне проход, и на всякий случай легли на пол.

Я поднял шестистволку – и без лишних слов жахнул по Лохотрону. У того глаза на лоб полезли. Он мгновенно спрятался за бронированный трон. Когда пулемётные патроны закончились, я взялся за плазменную гранату.

– Погоди, я не готов! – донеслось из-за кресла.

– Зато я готов.

– Да постой же…

– Ничего не знаю – у меня обязательства.

Раздался оглушительный взрыв – я даже немного забеспокоился: подумал, что могли лопнуть мои барабанные перепонки. Это всё акустика в лоховском зале. Слава богу, ничего подобного не произошло.

Между тем все присутствующие, кроме нас с Лохотроном, благоразумно покинули здание. Самозваный император всего мира выбрался из-под обломков сорвавшейся с потолка люстры и, воспользовавшись мешаниной, достал из секретного отделения в стене лучемёт. В следующую секунду прямо в меня полетел смертоносный ярко-оранжевый луч! Я упал на пол, и он просвистел надо мной.

– Ты что ж делаешь, гад! Видишь же, я без энергетических доспехов!

– Ничего не знаю – у меня беспощадность.

– Где?

– В бороде!

И пришелец надавил на курок, да отпускать его не намеревался. Пока Лох поливал окружающее пространство из лучемёта, я бегал по стенам – благо, у меня имелись предназначенные для этого ботинки. В стенах появились бреши, затем дыры, а после – огромные дырищи. Но Лохотрона это мало беспокоило.

До тех пор пока заряд лучемёта не иссяк.

– Чав-чав-чав, – сказало оружие в руках удивлённого владельца.

– Так-так-так, – произнёс я.

– Э-э… Мумз, погоди, я перезаряжу.

– Ну уж фигушки.

И я спрыгнул с потолка, где в настоящий момент находился, прямо на своего заклятого врага. Тот, продолжая перезаряжать лучемёт, тихонько отошёл в сторону.

– А-а-а-а-а! Ма-а-а-а-ать!.. – выразился я, прошибая дыру в полу и уходя под землю.

– Сейчас, сейчас… сей-ча-ас… – обнадёжил Лох.

Я перекувырнулся и выскочил из дыры, чтобы наброситься на наглого инопланетянина. Но того нигде не было.

– Чтоб тебя! Плащ невидимости, да?

– А то!

Я вытащил из-за пояса два бластера, выставил на них режим «Спасайся кто может!» и принялся палить вокруг без разбора, начав с того места, откуда, как мне показалось, раздался голос моего противника.

– Ха-ха-ха! – рассмеялся Лохотрон, кося под одного из своих многочисленных кумиров-кинозлодеев. – Ха-ха-ха! Не попал, не попа… а-а-а! Ты что! Чуть меня не убил!.. Фух.

Я продолжил безумную атаку, но, кажется, слишком увлёкся: только краем глаза я заметил, как Лох вскидывает лучемёт и нажимает на спусковой крючок. Похоже, тем удачным выстрелом я испортил его плащ-невидимку. Теперь настала моя пора отскакивать в сторону, что я и сделал. Луч всё того же опостылевшего ярко-оранжевого цвета пролетел в сантиметрах рядом со мной и превратил в ничто опору.

И тут у меня появилась идея. Безбашенная, но других не держим-с. Да и не было особенно времени думать и выбирать.

– Лох-горох! Лох-скоморох! Лох-чертополох!.. – дразнил я одетую в чёрное железяку.

– Ах, чертополох!!! – не на шутку разозлился Лохотрон, выставил на лучемёте режим «Выноси всех святых» – и ЖЖЖАХНУЛ!!!..

Именно так, я не преувеличиваю.

Разряд отправил в небытие вторую опору. Зданию это не понравилось, и оно начало опасно крениться.

Я между тем отпрыгнул, отбежал, снова отпрыгнул – на инстинктах, не глядя – и оказался напротив третьей опоры.

Лохотрон, обуреваемый яростью, не замечал ничего и только ЖЖЖАХАЛ!!!, ЖЖЖАХАЛ!!! и ЖЖЖАХАЛ!!!

Это было мне на руку.

Вот только, к сожалению, я поскользнулся на остатках красной икры, когда третья опора превратилась в дырку, и здание неуклонно, неумолимо стало обрушиваться нам на головы.

– Ах вот так!!! – заорал Лохотрон, не заботясь о своём осипшем уже голосе. – Хитрость применил, да??? Ну так получай!!!..

И разрушил мощнейшим разрядом четвёртую опору…

…Меня спасло только то, что за недели тренировок башка моя стала крепче титана, – часть здания разбилась об неё и разлетелась на кусочки. Я хмыкнул, почесал затылок и ретировался, убегая от падающих остатков дома.

А недовольного Лохотрона похоронило под обломками. Правда, позднее, когда всё закончилось и завал разобрали, злодея под ним не нашли…

…Я щёлкнул пальцами, привлекая внимание к своей гениальной мысли.

– Портативный телепорт! Как я об этом не подумал!

– Ничего, ты сделал всё от тебя зависящее. – Президент похлопал меня по бицепсу (поскольку выше не доставал), да и для этого ему пришлось встать на цыпочки. – Так что не расстраивайся. А награда ждёт тебя. Правда, памятника тебе обещать не могу – очень уж много денег уйдёт на восстановление резиденции. Но что касается медали, Мамзель…

– Я – Мумзель!!! – рявкнул я. И добавил: – А медаль свою засуньте… – Насколько мог красочно, я описал куда и, чтобы быть последовательным, схватил блестящий кружок с подушки, после чего стремительно покинул место битвы. Учитывая, что я хромал, так как многотонная конструкция заехала мне по ноге, когда я спасался из рушившегося здания, стремительность была не такой быстрой, как хотелось бы.

Единственное, что осталось для меня непонятным во всей этой истории, – почему я согласился? Как президенту удалось уговорить меня? Хм… Я сидел в кресле на своём ранчо и непринуждённо потягивал вискарь. И тут догадка выплыла, нет, даже вылетела из мрака и шандарахнула по мозгам. Вот чёрт! А он и не уговаривал!..

Я набрал номер Гремзеля.

– Эй, Кайман… Да погоди, не перебивай. Скажи, наша армия использует психотронное оружие?

– Ты что, с Чризгелля свалился? Давно уже и вовсю.

– Так я и знал!

– А в чём?..

Я прервал связь. Значит, президент надул меня! Загипнотизировал психооружием и заставил подписать договор! Думал, я не догадаюсь. Другого объяснения я не находил – и подозревал, что оно, к несчастью, правильное…

Но что самое жуткое и отвратительное – мне не отдали мирового господства! Все эти сюси-пуси, благодарности, медали и памятники – за ними я забыл, зачем, собственно, ввязался в эту историю! Гр-р-р!..

Я прикинул, насколько сильна моя ненависть: где-то 95 по 100-балльной шкале. Прилично.

Как обычно моментально приняв решение, я собрал всё тот же свой нехитрый скарб и отправился на затерянный, таинственный и очень опасный остров, названия которого не могу сказать. Чтобы разобраться с президентом и его армией, придётся пройти расширенный курс тренировок у Дол Динь Дона. И да поможет мне здоровье!..

Мумзель Барракуда не кретин, друзья мои. Ну, во всяком случае, не ограниченный. Может, и не стоит закидывать камнями того, кто скажет обо мне плохо, – а вдруг он окажется сильнее вас? Но, когда этот тип отвернётся, покажите ему язык. За меня и за всех несправедливо обиженных хороших плохих парней!

2. Лохотрон Тринадцатый

Если вы думаете, что быть злодеем – жутко интересно и прикольно, то жестоко ошибаетесь. И я знаю, о чём говорю, особенно когда речь идёт о жестокости. В злодействе больше минусов, чем плюсов, тем более тут, на Лохудрии, где все законы, в том числе злодейские, соблюдаются неуклонно, – и попробуйте только не соблюсти! В общем, одна головная боль… Думаете, неправда? Ну, насчёт законов придётся поверить мне на слово, если только ваше везение не даст настолько сильную трещину, что вы попадёте сюда на отдых. А в остальном – давайте разбираться вместе. Остановимся только на трёх пунктах: поверьте, их будет достаточно…

Итак, во-первых, все эти невыносимые ритуалы: дьявольский смех, от которого саднит в горле; пытки и казни, сжирающие большую часть свободного времени; необходимость соответствовать стилю, которая вызывает лишь приступы тошноты. И так далее. Всё это уже навязло на зубах, и хочется поскорее сплюнуть, но приходится сглатывать и притворяться Тёмным Владыкой дальше. Например, из последних сил делать вид, что ты безумно рад видеть свой чёрный дворец с чёрными комнатами, в которых стоит чёрная мебель, и это ещё не говоря о чёрных деталях интерьера, вроде игрушек и статуэток, о чёрном постельном белье, о чёрных шторах, чёрных окнах и чёрных стёклах… Смогли бы вы быть безумно рады этому «пёстрому» окружению в течение двадцати четырёх часов каждый день? А ведь времени на отдых от подобного великолепия не предвидится: настоящий Тёмный Властелин должен заниматься государственными делами, а не просиживать штаны (естественно, чёрные). Так недолго и в самом деле умом тронуться, и если такое случится, будьте уверены, быстро найдутся те, кто вас сместят и закопают. Поэтому приходится держаться…

Ну как, вам уже весело? Во-от, а это только во-первых.

Но перейдём к следующему пункту. Ваши родственники: эти-то сумасшедшие безо всяких меры и ограничений. Учтите, вам придётся уделять им всё свободное время, которого у вас попросту нет, – иначе обидятся, не приведи шкванк! Но мало того, надо будет ещё сносить их сюсюканья («Ты мой монстрик! Дай я тебя подёргаю за щёчку!»). И закидоны – вроде того чтобы без разрешения повесить вашего дворецкого, потому что он на минуту позже принёс завтрак.