Четыре стихии. Том 1. Небесные острова

Глава 1.

«Приключения начинаются»

Давным-давно в одном созвездии, название которого я не смогу произнести, потому что вы всё равно не найдёте его на карте звёздного неба, находился мир Фантазии. Много там планет вращалось вокруг своего светила – второго солнца. Захочешь поглядеть на них долго и безвременно – так даже и вблизи и не пересчитаешь, сколько их в созвездии.

Каждая из них была уникальна и прекрасна по своему подобию. И каждая хранила в себе собственные истории и легенды. Но есть среди всех их и та история, которая до сих пор бьёт всех древних слушателей в дрожь и радость от событий, пережитых героями той страны. О ней-то я и расскажу.

На одной из тех планет-стран, так называли их сами жители, лежала в ширину и длину Волшебная страна, населённая животными, фантастическими существами и прочими героями из сказок. Ко всему удивлению там звери, птицы и рыбы умели говорить человеческим языком; помимо этого, они обладали знаниями второго государственного языка, на котором они также в совершенстве говорили, писали книги и письма и читали их. Они имели хорошо развитый разум, умели думать и считать, и говорили себе, что хвалам богам природы их страну, родную землю не настигла нога человека. Они очень боялись людей, считая, что эти опасные хищники съедят их, отправят на исследования и опыты или ещё хуже уничтожат. К счастью, многие животные и на целых две тысячи лет не видели и не встречали людей.

Наверное, читатель всё-таки желает узнать, откуда они знают людей, если жители Волшебной страны даже и не наступали на наши следы. Магия – впивается сразу в голову читателя слово, и не ошибётся. В числе животных, как и сказочных героев, были и волшебники. А ведь иначе, каким образом они бы назвали свою страну? Да уж точно не мир зверей или, скажем, просто мир сказок. Эта страна обладала намного большей значимостью, чем просто земля животных. Животные-жители не знали там ни зла, ни греха. Занимались повседневными делами трудолюбиво и бескорыстно: сажали растения и цветы, выращивали, как и мы, овощи, ягоды и фрукты, ни разу не пристрастились к возможности охотиться на разных и диковинных фантастических зверей. Если же это действительно удосуживалось всем, то только для того, чтобы не умереть от голода; некоторые так и поступали, когда погода им не позволяла взрасти, хотя бы даже тоненькие ростки растений. Но к счастью этого не происходило.

Их культура поклонялась многим богам и богиням природы, в числе них были и духи. Абсолютно каждый житель держал в своих руках шанс заниматься и учиться магии и алхимии.

На месте правления Волшебной страной стоял звериный король, имевший за собой целый и длинный царский род. На нём хранились в памяти разные и многочисленные животные. А в каждом короле и королеве того рода текла в жилах кровь старого, великого волшебника, отданного на защиту своих родных и больших земель. К ним все жители сжимали крепко накрепко при себе верность к мудрым чародеям, которые не без чар оберегали их.

Сложно представить себе другую землю, где бы протягало в душе, словно ручьём, такой же покой и процветание. Совершенно никто бы не отказался от такого места, как Волшебная страна, и не ради магии и чудес, как многие захотели, а просто лишь бы почувствовать то прикосновение к природе, с которой ни один человек не расставался.

Как встанешь рано утром на рассвете, услышишь с первых же минут дня там радостное многоголосье птиц. Откроешь окно своей комнаты – и подует тебе в лицо тёплый, встречный ветерок. Глубоко вздохнёшь – учуешь ты пьянящий запах летней росы и сырости после дождя. А когда твои взоры только что опрокинуться на всю зелёную траву и деревья, украшенные цветами, не успеешь и глаз сомкнуть, как первый, солнечный луч озарит всё пространство, увиденное тобою.

И лишь потом, когда солнце встанет в зените, а ты будешь всё глядеть и глядеть в синее небо, по которому плывут облака, жители земли весело запоют звериными голосами, чириканьями и рычаниями. Только после этого на мгновение ты поймёшь, до чего же прекрасна эта жизнь и природа, которая навеки переплетается с твоей душой.

Гармония природы, царившая в Волшебной стране, заметно переходила в радость, которая вовсе не прекращалась. Ничто не предвещало ей. Ведь уже целых тысячи лет этот мир овладел четырьмя элементами: землёй, огнём, воздухом и водой.

И всё было очень замечательно в этом мире волшебства, но внезапно пришла великая беда. Древнее зло из преисподней овладело этими четырьмя стихиями. И теперь гармония природы оказалась покалеченной и те четыре природные силы стали буйствовать. Разрушились неведомым знаменьем магические алтари.

Из-за этого Волшебная страна превратилась в безжизненную пустыню, небо почернело от нависающих туч, жестокий холод сковал над реками, и озёра, и реки превращались в лёд, стали гореть растения, цветы и погибли деревья.

Каждый житель этого уголка мира спрашивал: «Что же произошло? В чём причина этих несчастий? И есть ещё возможность спасти, когда-то цветущую, сказочную долину?» Да. Там в башне старого замка, где за ним вихрятся склоны серых, снежных, высоких скул земли, живёт мудрый Маг-медведь – он то и знает ответы на все эти вопросы.

Однако к полному разочарованию никого из селян не впускали туда. Звери считали, что их правитель вдумчиво занят делом и ему, как и всем остальным, тоже представлялось нелегко перевесить эту катастрофу. Неудивительно, что лишь одному посланнику отдали редчайший визит к нему.

Однажды в том замке к Магу-медведю прислали одного эльфа, чтобы тот поговорил с ним. В тот день за окном шел сильный дождь, и шумно гремела страшная гроза.

– Приветствую тебя мой верный друг, – Встретился с ним Маг-медведь, одетый в мантию с цветом утренней незабудки, кафтан с угловатыми, небесными и расправленными в две стороны до низа воротниками.

– Я так рад встретиться с вами, Ваше Величество, – поклонился перед ним эльф.

– Я тоже очень рад такой долгожданной встречи, долго тебя не было, хотя и вижу шустрого и ловкого тебя, – повёл седыми бровями Волшебник, его длинная белоснежная борода дотягивалась, прям до самого пола. Встав в вертикальную позу на ковёр, и не сходя с одного места, эльф видел пред собой огромного, бурого медведя с сапфировыми глазами, двигающего изогнутыми приподнятыми к верху усами.

– Бедная наша страна, – поймал взглядом в окно, буйствовавшее там бедствие Маг-медведь, – Что же с тобой стало, земля родная? Кто же тебя сделал такою непредсказуемой?

Когда бурый медведь произнёс эти слова, он, вглядываясь в своё отражение, стал что-то тихо говорить и бормотать. Эльфу было не слышно его не разборчивый шёпот. Тогда он навострил свои угловатые вверх уши и попытался кое-что расслышать из уст Великого Мага, но, вместо чётких слов, произнесённый говорящим зверем монолог всё равно являлся не понятным. Лишь в последние минуты короткой его речи, оказалось чётким среди них только одно слово: вина. Услышав это, Эльф осторожно подошёл как можно ближе к медведю с коричневой шерстью и стал упрекать его не думать об этом:

– Не казните себя, Ваше Величество, вы всё равно для меня и для всех жителей останетесь мудрым и великим волшебником.

– Не смей даже говорить мне эти слова, которыми ты напрасно награждаешь меня, – Повернулся внезапно Маг-медведь и твёрдо встал напротив маленького эльфа, – Самый мудрый – один бог знает. Великий человек иль правитель, хоть всего мира – рассудит потомство.

– Простите, я просто не хотел, чтобы вы истлевали горем, Маг-медведь.

– Не изволишь ли ты, мой друг, коль смекалистый призадуматься над моим вопросом: если бы существо могло уметь всё, то смогло бы оно иметь своих друзей? И как бы тогда выглядел мир, если бы у всех были равные качества? Ведь из-за наших недостатков мы и отличаемся в круге их, всего на свете, – сказал Волшебник и приставил вблизи эльфа свой золотистый посох, – Вот мой магический инструмент, скипетр… вдалеке он, кажется для всех как что-то красивое, поближе можно чуть-чуть разглядеть на нём некие пятна и излишние царапины, как видишь. Не уж то ли ты желаешь протереть его, отполировать до блеска, уничтожить все следы тех, к кому мы так все обязаны и дать твоему тщеславию восхищаться идеальным и светлым им?

Большой медведь перевёл свой взгляд с посоха на эльфа, который был вне удивления от такой мысли.

– Подумай над этим, когда будешь в пути, – посоветовал Маг.

– Обязательно, Ваше величество, – снова поклонился перед ним эльф.

– Хорошо, идем к делу, – начал медведь, вглядываясь сквозь мозаичное окно, где за ним, на улице шёл мокрый дождь вперемешку с раскатами грома и пугающей всё население грозой, – Какой-то злодей завладел четырьмя стихиями, и в нашей стране мир постепенно превращается в хаос. Ты должен отправиться в долгий путь и проследить за ним, выяснить, что он ещё пытается нам и нашей стране сделать дурного. Когда вернёшься к нам с новыми вестями – расскажешь о том, что узнал.

– Не беспокойтесь, я выполню это сложное задание, – Со стойкостью и храбростью заявил эльф.

– Отлично. Я в тебя верю. Удачи тебе, мой друг, – Попрощался с ним Маг-медведь, и эльф-воин ровным шагом ушёл на собственную миссию.

Атикин, как звали его все, всё ещё продолжал смотреть на разрушительный пейзаж, когда слуги и другие жители Воздушного замка покинули его, и он остался наедине с собой. Сросшийся будто на одном месте пола большого зала, где над ним горел яркий свет, он, любивший долго поразмышлять, держа в правой руке свой посох, думал над одним, расцарапывающим его душу, вопросом: кто мог бы стоять за всем этим.

***

Точно неизвестно, сколько раскидывал мыслей наш мудрец. И в те поры, что он делал и делает, мы наконец-то узнаем о том, как все четыре элемента исчезли и из-за чего начались неописуемые бедствия. С этих пор то зло по имени Энстрепие, который и является главным вором сил природы, хотел остановить Мага-медведя, чтобы тот потерял все свои силы. Вся малюсенькая магия природы осталась в его волшебном посохе, и поэтому колдун Энстрепие решил тайно украсть посох у мага Атикина. После этого злой колдун полностью завладел стихиями природы и вселенной.

Позже с помощью украденной магии, гипноза он стал управлять жителями. И потом весь народ Волшебной страны, охваченный им, послушался мысли о том, что говорил Энстрепие: Маг-медведь Атикин вовсе не великий волшебник, он всех вас обманул. Отомстите ему за его подлость и ложь. Узнав неправду от злого колдуна, все жители той страны поверили, что вся энергия природы – неуправляема Магом-медведем. Из-за этого вся округа начала бунт против него. Все сельчане кричали ему о том, что он обманщик, и также смеялись над ним. Атикину в свою очередь было очень обидно слушать всё это. Он пытался умерить гнев жителей, вверяя им истинную правду, но всё было напрасно.

Вместо того чтобы поиздеваться над магом, жители Волшебной страны решили изгнать его из мира фантазии. Так и случилось, Мага-медведя выгнали из того мира, за всю его ложь и подлость, по их мнению.

Так, тёмный чародей Энстрепие завладел Волшебной страной, и весь её народ подчинился ему. Со временем в момент воцарения на трон его страну стали называть «Безымагии», потому что жителям той страны было приказано не владеть магией, даже другим магам и волшебникам. Затем за этим последовал целый пласт новых проблем и ограничений, набор жестоких и коварных законов, придуманных злым колдуном. В числе них был также и тот самый закон, строго запрещавший всем, кто живёт в его, завоёванной им, стране использовать волшебство. Ежели все жители нарушали этот закон, то все они должны были расплатиться жизнью и оказаться приговорёнными к смертной казни. Следуя по его отвратительному утверждению, в бывшей Волшебной стране кипел полный беспредел. Позже вся это ужасная картина вдруг стала резко изменяться в ещё больший и разрушительный хаос.

С начала его правления появлялось множество неподчинённых, гипнозом, жителей и магов, которые нарушали тот закон. Чтобы жители продолжали подчиняться ему беспрекословно и вся, сокрытая им, правда не выплеснулась наружу, колдун Энстрепие решил продавать и отдавать в качестве подарка непослушных жителей в рабство своим воинам и тёмным, кровожадным чудовищам. Это было очень жестоко, судя по власти злого колдуна Энстрепия. Многие также остальные жители и воины, служившие бывшей той стране, мочились тайно остановить его и разгромить всю армию злодея и тирана. Некоторые из них активисты даже пробовали наладить дружеские отношения с другими странами мира Фантазии, чтобы те, объединившись с ними, супротивились против Энстрепия и его сторонников. Но ни того и ни другого они никак ничего не добились. Было всё тщётно. Поистине, казалось нереально, но этакая страна, запылившаяся пылью ненависти, была под властью, пожалуй, самого сильного противника из всех времён, чёрного Мага.

***

Шесть лет шло это жестокое и унизительное рабство в стране Безымагии. И долго продолжалась и власть злого колдуна Энстрепия. Там на той земле, где жила раньше милая, добрая, в тёплых объятиях жителей жизнь, почти не существовало никакой надежды на спасение.

Шёл 2013 год на нашей родной земле, в мире людей, где нет магии и фантастических существ. По древним вычислениям и расчётам колдунов и астрономов, в мире фантазии этот год соответствовал бы к 2.013.000.000 лет, в зависимости от расположения и расстояния между нашем солнцем и их миром. Несмотря на то, что в стране Безымагии приключалась такая громоздкая беда, всё же не терялась ещё одна надежда на освобождение Волшебной страны и её народа от ужасного гнёта Энстрепия.

Неподалёку от города Москвы, в Подмосковье, где, в обычном случае, жили бедные, но добрые и трудолюбивые сельчане, у маленькой семьи жил мальчик 12 лет по имени Гам.

Он рос очень хорошим и скромным мальчиком. Хорошим он был, потому что всегда слушал своих любимых родителей и уважал всех старших людей. Скромным же он находился в обществе лишь потому, что у него не имелось никакого желания быть в центре внимания.

Был он голубоглазым, худощавого телосложения. На его голове вырастали раскинуто во все стороны гладкие и чёрные волосы, да и сами брови его тоже преобладали таким же цветом; на его лице вытягивался бежеватого оттенка прямой, но ещё маленький нос, под ним облицовывались розовые губы, ещё только детские.

Только одно мешало ему слиться воедино с остальными детьми. На его лбу виднелось и высвечивалось родимое пятно в форме пятиконечной звезды, которую родители и Гам и прятали под тёмными волосами. Возможно, именно поэтому его иногда и называли Звёздным мальчиком.

Несмотря на то, что его семья жила в бедности, сам же Гам считал, что он является самым счастливым человеком. Потому что ему было так хорошо и просто с родителями, что мог бы пожелать лишь только одного: обнять весь мир, и чтобы люди и дети жили в любви и ласке.

Родители Гама могли бы даже стоять на первом месте в числе всех, как очень добрые, спокойные и самые любимые люди для своего сына. Его мать научила ему жалеть невинных и прощать тех людей, которым очень жаль, что они сами сделали зло. Отец же научил справедливости, быть сильным в душе, несмотря ни на что, и верить в себя и в добро. Они помогали ему, поддерживали его, и Гам этому был искренне благодарен.

Всеми этими моментами, наполненный верой и любовью родителей, Гам тоже помогал и поддерживал их. Ходил в школу, учился отлично, и делал добрые дела. Друзей у него имелось немного, но с ними в школе учёба давалось ему очень легко и просто. Большую часть времени ему выдавался часто шанс, побыть наедине с природой и разговаривать с её деревьями и животными. У него был свой внутренний мир.

Для одноклассников он выделялся из толпы, собранной в коридоре школы, как черноволосый мальчик, любящий только природу и её творения. Он умел красиво и чётко рисовать различные фигуры тел и предметов, за что ему и отдавали уважительное внимание учителя, в частности его преподаватель по изобразительному искусству. Всё своё время во втором доме ему казалось, словно он там являлся чуть ли не самым нужным из всех учеников помощником, который не жалел даже единого часа. Многие о нём часто говорили, нежели о его бедной семье, о которой беспокоились лишь учителя.

И всё же Гам был самим собой, и всегда хотел быть таким, даже если сам станет знаменитым, и судьба повернёт его безмятежную жизнь под другим углом.

Глава 2.

«Волшебный случай»

Рано утром Гам, услышав звонкое пение петуха в деревне, проснулся и, встав с кровати, пошел на кухню. После быстрого завтрака, он собрал в синий рюкзак свои вещи, оделся и, как только его проводили родители, отправился школу.

Было 1 сентября. В этот день начинался один из самых известных событий для каждой первоклашки – школьный праздник, день знаний, который проводился во всех школах. В этот год Гам перешёл в пятый «А» класс. Семья состояла настолько в печальной бедности, что последних денег вовсе не доставалось единому, кровному дому и получала настолько маленький доход и прибыль, что даже не хватало на покупку школьной формы. Но это не мешало Гаму идти в школу.

Многие учителя, из-за своего сочувствия к мальчику и семье, предлагали помочь им собраться в школу, но родители Гама отказывались. Все школьные дни для родителей Гама являлись просто большим испытанием, так как они ни на шаг не отходили от него, пока тот не покинет их, были неравнодушны к нему и искаженно нервничали за него большую часть времени суток его ухода. Несмотря на то, что Гам шёл на уроки в предыдущих классах самостоятельным, он тоже волновался за своих родителей и поэтому каждый раз, когда уходил в школу, он на прощание целовал своего отца и свою мать в щеку. Родителям становилось очень приятно также услышать на прощание голос своего сына и, вселяя в них частичку надежды и любви, им было спокойно и счастливо на душе от этого.

Для того чтобы добраться в школу, в Москву, следовало проехать несколько километров на автобусе, который отходил от самой единственной остановки Подмосковья в самый большой город России. Добравшись до остановки, Гам дожидался автобуса, сидения на остановке оказались заняты, и поэтому ему пришлось стоя ждать, когда автобус вот-вот уже приедет и остановится. На остановке длилась спокойно долгая тишина, и пока пожилые люди, сидя и дожидаясь автобуса, разговаривали между собой и попросту болтали, Гам же заметил большую и красочную афишу, которая висела на стене, возле сидения. На этой афише узнавалось новость о том, что представления в цирке будут состояться с 3 – по 13 октября, и там, на той сцене будет выступать самый величайший фокусник на земле, Атикин «Великолепный».

Рассмотрев полностью афишу, Гам был в большом восторге, но, на минуту вспомнив о нищете, ему оставалось лишь грустно смотреть на это.

– Ох, как это очень прекрасно! Мне очень хотелось бы попасть туда, но я не смогу с мамой и папой пойти в цирк. Жаль, что денег у нас нет. – Подумал с печальным вздохом Гам.

И в этот грустный момент Гам увидел вдалеке автобус, который приближался всё ближе и ближе. И как только этот автобус остановился на остановке, все пожилые люди встали и, подымаясь по ступенькам, вошли в автобус, Гам последовал за ними.

После того, как двери той машины закрылись, автобус начал отходить от остановки. Деревня вдалеке уменьшалась за окном, смотря назад, на тот оживлённый пейзаж, Гам сидел на заднем сидении. Слушая хорошую музыку по радио в автобусе, у него поднялось настроение. Его сердце на миг снова наполнилась отзывчивой добротой и его грустные мысли испарились в воздухе.

Как только автобус добрался до Москвы и остановился на другой остановке, Гам вышел из его распахнутых, железных дверей, и ему пришлось идти в школу пешком через городской парк. Парк находился за остановкой. Судя по листьям деревьев того парка, можно точно и ясно сказать, что наступила золотая, ранняя осень. Листья деревьев окрашивались золотым, оранжевым и красным цветом. Вся каменная дорога, по которой шёл Гам, покрывалась опавшими и даже жухлыми листьями. Сама же трава в парке увядала чуть-чуть жухлой, жёлтой, но всё также сохранявшей зелёный оттенок и, как и везде она устилалась полумёртвыми листьями. В центре парка располагался небольшой фонтанчик, из которого вытекала маленькими струями вода. Шагая по парку, Гам заметил, как хлопотливый и шустрый воробей уселся на самый его кончик и стал из него пить воду.

Гам находился возле маленького фонтана, в центре парка и, идя вперёд, обогнув его, он был уже в нескольких метрах от своей школы. Железная, решёточная дверь, находящаяся перед ним, отворялась открытой.

– Наконец-то, я почти добрался до своей школы. – Ощутив свою радость, сказал Гам.

Казалось, всё в этот день будет безупречно и спокойно, и без каких-либо приключений он благополучно придёт в свою школу. Но в этот момент перед глазами Гама промелькнуло что-то маленькое и необычное, которое спряталось за деревом. Удивлённый от изумления, Гам протёр свои глаза руками, после чего тихо и без быстрых движений подошёл к тому дереву, за которым пряталось нечто, чтобы убедиться в том, что ему это не показалось. Он медленно опустил свою голову, внимательно стал смотреть и, как только Гам заглянул за деревом, из-за дерева выскочил маленький, но шустрый гном. Бегая из-за всех сил, одетый в мантии и, держа в руках свои часы, он что-то бормотал на своём неизвестном и человеческом языке. Гном был очень торопливым и рассеянным, судя по тому, что он ели-ели держал левой рукой свою голову, удерживая собственный красный колпак, держа также правой рукой свои часы, которые ели-ели ходили чуть-чуть разбитыми.

На миг у Гама пришла в голову необычная и одновременно глупая мысль. Ему захотелось узнать: откуда пришёл этот гном, и куда он так идёт и торопиться. Ноги Гама стали шагать сами собой. Идя вперёд, его скорость увеличивалась. Он начал бежать за гномом из-за всех своих сил. Сам не подозревая о том, что будет теперь, он не мог сдержаться.

Он бежал до тех пор, пока гном не притормозил у высокого дуба. Гам остановился и видел, как тот, положив в карман свои карманные часы, стал залезать на дерево. Карабкаясь по крону дуба, он добрался до большого дупла, в глубине которого наступал мрак. Последнее, что увидел Гам, так это то, что гном скрылся во тьме дупла.

Гам вспомнил, что ему пора было поторопиться в школу, но потом какая-то мысль стала удерживать его от этого: последовать дальше за гномом. Гам решился идти на свои интересы и догнать гнома. Он стал лазать по старой и жухлой коре огромного дуба. Залезший в большое дупло, его ожидала тьма. Внутри старого дуба не царило, буквально, ничего кроме одной темноты. Не подозревая о том, что вдруг он не вернётся, он сделал первый шаг. И как только Гам один раз шагнул, его тело покачнулось вниз, и он упал во мрак.

***

–Воу! Вот я упал, так упал. А ведь мои родители говорили мне не любопытствовать. Не надо было сворачивать с дороги. И вот именно почему – сказал с удивлением Гам.

Гам оказался среди темноты, в котором мелькали какие-то предметы и сияли яркие звёзды, переливавшиеся разными цветами. Он летел вниз во мрак медленно. Между неизвестными промежутками времени просвечивалась внутренняя крона дуба-великана, но летя всё вниз и вниз, свет, который падал с дупла и чуть-чуть освещал мрак, постепенно исчезал.

Перед глазами Гама появлялись какие-то картины и предметы, по стилистике и их необычному виду они прилетели, будто из 19-ого века, из аристократии. Как-то раз Гам, летя вниз, увидел перед собой летящий во мрак небольшой круглый столик, на нём лежала книга. Он, перемещаясь в воздухе к столику, взял книгу, столик же мгновенно полетел вниз, и с любопытством стал рассматривать её. Но на внешней стороне книги не было ничего написано, а страницы были вовсе пусты. Поэтому ему пришлось обойтись без чтения какой-либо, даже неизвестной книги, и положил с недоумением эту необычную книгу на полку книжного шкафа, который пролетел медленно вверх мимо него.

Гам, летя всё вниз и вниз, не мог ничего понять, что же происходит вокруг него. То ли пропасть прорывалась очень глубокой, то ли он сам летел вниз слишком медленно, но у него хватало ещё немного времени, чтобы прийти в себя и подумать, что же будет дальше.

За некоторое время Гам продолжал всё падать и падать, но он не чувствовал под ногами ни земли, никакой либо твёрдой поверхности. После этого вдруг перед ним в воздухе стала висеть картина, прилетевшая снизу. На картине была изображена дама в шёлковом и красочном платье, на левом плече висела её небольшая прямоугольная сумка, в правой руке она держала веер с размером страницы небольшой книги, на голове худощавой дамы вырастала красивая шляпа с блёстками, с перьями и с усеянными цветами. Было такое ощущение, как будто она казалась по-настоящему живой. И эта оказалось чистой правдой, дама умела покровительственно, словно вживую, двигаться. Она шла изящно и спокойно возле своего цветущего сада, улыбалась Гаму, говорила о чём-то своём и даже смеялась. Сзади неё стояла деревянная лавочка, выкрашенная белым цветом.