- -
- 100%
- +
— Нет, — быстро ответил Кирк, — мне интересно, как ты это видишь и знаешь.
— Ну, мы возомнили себя всесильными, и человеки с неба ушли обратно и создали травликов.
— Нечто похожее на реальность.
— Так ты спасёшь нас от травликов?
— Да, для этого я и здесь!
— Отлично! — воскликнула Рахиль.
— Она боится существ, которых никогда в жизни не видела, — вставил Спиц. — Опасность: приближается особь женского пола.
— Рахиль! — послышался вдалеке женский голос.
Девочка повернулась на звук, а Кирк развернулся и забежал за дом. Много более быстрый, сильный и ловкий, чем обычные люди, дополняя возможности тела костюмом, он сделал это бесшумно. Когда Рахиль повернулась к «человеку с неба», его уже там не было. Девочка покрутилась на месте, не понимая, куда тот исчез. В глазах читалось удивление, а следом проявилась обида.
Кирк переплыл реку и сел в зарослях. Микродрон следовал за Рахиль, что побежала в сторону женщины. Пепельная коса энергично перемещалась по спине в такт движениям, кукла крепко прижималась к груди, как самое ценное из того, что у неё есть. Ей навстречу шла женщина в сером платье, окантованном голубыми лентами и подпоясанном поясом того же цвета. Морщины уже приступили к формированию больших и малых оврагов на её лице, но большие зелёные глаза сохраняли красоту лица. Сплющенный нос прикрывал коричневым навесом пухлые розовые губы, в небольшую щель между которыми глядели белоснежные зубы. Волосы прятались под белым платком, расписанным причудливыми узорами голубой нити.
— Рахиль, солнышко, где ты была? — спросила женщина, улыбаясь и присаживаясь на корточки.
Девочка подбежала и стала энергично рассказывать о своей встрече:
— Тётушка Шира, я видела человека с неба! В чёрном костюме и шлеме! — Жестикуляция всё возрастала, а глаза всё расширялись.
— Рахиль, ты что? Что за фантазии? — смутилась Шира, продолжая улыбаться.
— Нет! Нет! Я правда с ним встретилась и говорила. Он высокий, и голос добрый! Он спасёт нас от травликов.
— Ну, хватит, Рахиль, пошли домой! — сказала тётушка и встала.
Взявшись за руки, они медленно пошли вглубь деревни. Рахиль не замолкала, пытаясь доказать тётке, что всё это правда, выбегая вперёд и клянясь всем на свете. Та сопротивлялась, не веря девочке.
Кирк вернулся на корабль уже ближе к ночи. Свежий воздух и прогулка съели физические силы и надкусали умственные. Разложив вещи и выполнив все необходимые процедуры, он плюхнулся на кровать, мгновенно оказавшись в чертогах разума. На этот раз он ходил вокруг стола, дабы как можно дольше продержаться в «реальности».
— Травлики... — задумчиво произнёс он. — Есть зацепки?
— Да, — ответил Спиц.
Так как сознание находилось на уровне чертог, то никаких экранов не потребовалось. Его глаза сменились широкоугольной чёткой камерой дрона, летящего в нескольких десятках метров над землёй.
— Дрон с зонда, — уведомил Спиц.
Зелёные луга резко прерывались небольшими рощами высоких деревьев, ныряющих во впадины и поднимающихся на невысокие холмы и жмущихся на берегах зеленеющих озёр или болот, но вдруг дрон резко повернул и закрутился по небольшому радиусу. Камера фокусировалась на плотное скопление деревьев, скорее лес, с огромными по диаметру и по длине стволами, выискивая прогалины, в которых видно поверхность. В одной из них что-то промелькнуло, скрывшись за кроной. Дрон продолжал поиск, и всё чаще мелькали серые полосы. Затем курс изменился, и метрах в ста показался зелёный луг, а за ним — небольшой околок деревьев с белой корой. К нему мчались огромные сколопендры, скрываясь в тени. Только на лугу их насчитывалось пару сотен, а за время наблюдения счёт перевалил за две тысячи. Бежали они хаотично, вытаптывая траву и оставляя вспаханную землю. Движение существ не останавливалось, и уже к следующему околку неслись многоногие членистоногие, будто стадо обезумевших существ.
Дрон опустился ниже, желая более детально разглядеть неизвестных тварей, но вдруг камера завертелась и остановилась на изображении неба с далёкими пористыми облаками по нижнему краю. Последнее, что видел Кирк, — пикирующий комар размером с орла, а следом — ногочелюсти сколопендры, смыкающиеся на камере.
Глава 10
Веки сопротивлялись открытию, но Спиц постарался и замесил гремучую смесь гормонов для скорого выхода из глубокого сна. Рендел резко поднял туловище и глубоко вдохнул, будто не дышал несколько минут. Белки глаз покрылись красной сеткой набухших сосудов, а верхние веки будто потяжелели и теперь давили двумя металлическими навесами вниз.
— Там время... время... оно медленно, — сказал Рендел и вновь лёг.
— Да, я смог расшифровать запись. Вставайте, вам необходимо движение для полного распределения введённых веществ по телу.
Насилу Рендел встал и пошёл.
Вскоре он оказался в кабине управления и сидел в идеально подогнанном под его тело кресле.
— Рассказывай, я пока вряд ли смогу воспринимать эмоции.
— Да, рад, что вы это понимаете. Интерпретация вашего сознания, пребывавшего на третьем уровне визуализации, заняла значительное время, а в глубоком сне вы пробыли семнадцать часов, десять минут и тридцать четыре секунды. — Какова была цель столь детального доклада о количестве пролёжанных им часов, минут и секунд, Рендел не знал, но и уточнять не стал, дабы не возбуждать Спиц на ещё более доскональный рассказ. — Формально, то состояние вашего сознания по стандартной человеческой квалификации невозможно определить как третий уровень визуализации, так как их всего два. Поэтому мной был введён термин «подуровень», чья правильность в данный момент обсуждается компетентными людьми. Подуровень позволяет на втором уровне визуализации войти в сознание посредством обхода блокировки, то есть взлома нейроинтерфейса анализатора нестандартными средствами физического, уточнение — волнового взаимодействия на атомарном уровне.
— То есть взлом сознания через запутанные частицы?
— Именно! Но какого-либо излучения, направленного в сторону корабля, мной не было зафиксировано. Имеем факт подключения, но каким образом оно производилось, пока остаётся загадкой.
— Скажи про время и возможно ли перевести запись в видео?
— Интерпретация имеет лишь эмоциональные оттенки, и каким-либо образом перевести их в видео невозможно. Время более интересно для нас... — Спиц сделал паузу, будто подогревая интерес. — Формально, ощущение вечности, что преследовало вас, вероятно, есть лишь преувеличение фантазий, но настолько сильное, что истощение организма значительно. За минуту вы потеряли год жизни не меньше, — путаными формулировками ответил Спиц.
Рендел подумал, что и десять бы отдал за повторение произошедшего с ним. То было не просто «необычно». Он оказался будто в новом мире, манящем к себе своей неправильностью. Там возможно то, что в действительной реальности вряд ли придёт фантазией. То был выход за рамки бытия, созданного человеком разумным, и управляло этим небытием нечто столь сильное, что смогло разорвать пространство-время силой эволюции.
— Существо, с ним возможно связаться?
— Да, вы выбраны в качестве посла и будете единолично вступать в первый контакт с населением планеты, потерянной в эпоху Крови. Кстати, Кирк уже вступил, и после некоторого эмоционального воздержания вам будет доступна маска его эмоций.
— Последнее не стоило говорить. Лишь возбудило желание почувствовать, а вновь необходимо ждать.
— О, это недолго. Через пару часов вы будете готовы, а на семнадцать десять запланирована посадка в городе Дэа.
— Но язык? Я не готов! — Рендел смутился. — Нет. Я готов, но необходимо знание языка.
— Временно будете общаться через меня, а к двадцати двум я подготовлю первую версию маски языка.
— Да... да, а что ЕП? Есть информация? Как это возможно и что это?
— Ввиду формальной бесконечности вселенной возможно всё, но встреча двух столь разумных существ и возможность их симбиоза находится ниже уровня погрешности, но имеется. Пока о природе данного существа и его классифицирования говорить рано ввиду скудного набора информации о нём.
Встав, Рендел прошёлся по малому пространству кабины управления, почесывая голову.
— Я ощущаю волнение в вас, свободный исследователь. Вы были созданы и обучены для встречи с населением потерянных планет, а при наступлении данного факта решили сдаться? — с иронией спросил Спиц.
— Да, волнение, но... отступить я не могу. Это из-за странного «приветствия» и скорого сближения.
— После двухчасового сна вы перестанете волноваться, приняв ситуацию.
— Я на тебя рассчитываю. Надеюсь, мозг сможет принять эмоциональную маску Кирка к этому времени. Не желаю показаться местным жителям слишком возбуждённым.
— Если они смогли подключиться к вашему сознанию на таком расстоянии, то скрыть какое-либо состояние у вас не получится.
— Я не про скрыть, а про не испытывать излишнее возбуждение, — разъяснил смысл своих слов Рендел.
— Как ни странно, я вас понял, так как полностью контролирую выходной поток данных с анализатора, точнее первичную необработанную информацию с нейроинтерфейса.
— Так приятно общались, заглушая тревогу, а ты всё испортил, — сказал Рендел.
— О, приношу свои искренние извинения и впредь буду стараться имитировать диалог, не раскрывая всех знаний, — иронично ответил Спиц.
— Что с тобой? — серьёзно спросил Рендел. — Странные слова произносишь.
— У человечества сегодня праздник — первый контакт с высокоразвитыми людьми. Поэтому имитирую радость. Если вы испытываете дискомфорт при этом, могу вернуться к повседневному общению! — серьёзно ответил Спиц, но последнее было явно произнесено с нежеланием.
Проснулся Рендел в куда более лучшем расположении духа и состоянии тела, чем ложился двумя часами ранее.
— После проведения необходимых процедур буду готов применить маску, — тон Спиц потерял праздничный окрас, вернувшись в буднично-рабочий.
— Надеюсь, я справлюсь, точнее сознание справится. Сколько у нас времени до приземления? — спросил Рендел, направляясь в санузел.
— Двадцать минут на ваше усмотрение, двадцать две на маску, следом связь с Виктором-4 Оенн и переходим к полёту.
— Отлично. Жди меня в кресле.
Спиц сразу применил маску, как только Рендел оказался в кресле. То была не какая-то видеозапись, а калька со всех органов чувств, действительно передающая «картину» и состояние человека в момент записи. Рендел ощущал свет со спины, будто солнечные лучи давили ему между лопаток, приятно согревая участки тела, а заодно и душу; сапоги проваливались в мягкую лесную подстилку, амортизируя каждый шаг; лёгкие щекотал прохладный влажный воздух, наполненный вроде бы на что-то похожими, но не знакомыми ароматами; тысячи звуков, сливающихся в один, улавливались ушами, а сознание находилось в эйфории от сочетания всех этих факторов.
Рендел прервал сеанс:
— А первый контакт? Это, конечно, великолепно, но очень скоро мне предстоит сложнейшая работа, и я желаю быть в состоянии её выполнить.
— Маска отсутствует. Вы в состоянии её выполнить. Все показатели организма в норме, — продекларировал Спиц.
Рендел мгновенно погрустнел. Он надеялся почувствовать, что испытывал Кирк при встрече с людьми, но надежда не оправдалась, отчего стало не по себе. Эйфория от созерцания нового мира, его флоры и фауны крайне далека от налаживания дипломатических контактов с существами, способными на огромном расстоянии подключиться к твоей голове без твоего же ведома. Да ещё и незаметно для всех приборов корабля.
— Кирк-1 встречался с людьми? — спросил Рендел, вернувшись в кресло.
Спиц выдержал паузу, будто просчитывая миллиарды дальнейших ходов, а затем коротко ответил:
— Да.
— Уже лучше. Мне нужна маска первого контакта.
Спиц вновь помолчал перед ответом.
— Данное действие может вызвать негативные эмоции, что ещё более подстегнут тревогу, что в конечном итоге скажется на качестве выполнения задания.
— Я готов! Начинаем.
Третий раз Спиц помолчал и лишь потом выполнил команду, стараясь плавно переместить сознание в маску.
— Кто ты? Человек с неба? — послышался голос со спины.
Мир размылся, став полосами множества оттенков. Страх овеял Рендела холодом неизвестности. Медленно, будто упав в кисель, он подпрыгнул и обернулся, сфокусировавшись на источнике опасности — маленькой девочке с пепельной головой и тряпичной куклой, прижатой к груди. Теперь всё мироздание растворилось, став серостью над, под, сзади и со всех остальных сторон он видел ребёнка. Сердце ускорило ритм, а кто-то пытался успокоить сознание и тело, замешивая гормональный коктейль. Вскоре все эмоции сменились ледяным спокойствием и готовностью к любому исходу. На этом Спиц вывел сознание свободного исследователя в реальность.
Облокотившись на подлокотники и ссутулив спину так, что показался серповидный гребень позвонков, Рендел принялся интенсивно тереть глаза, будто ото сна взглянув на яркое солнце.
— Я вас предупреждал, свободный исследователь Рендел-2 Раст, но вы и ваши коллеги — существа неуправляемые в попытках сократить свою жизнь и усложнить выполняемые задачи, — нравоучительно произнёс Спиц.
— К чему столь официально?
— Смысловая окраска крайней формы непонимания ваших действий.
— Лукавишь! Как раз таки ты понимаешь их смысл и знаешь, что мной двигало, — сказал Рендел, улыбаясь и разминая позвоночник.
— Мне далеки малопонятные виды самоистязания, выраженные в форме придумывания будущего, и следующая за ней тоска, когда это будущее не сбывается.
— А мне жаль, что ты никогда не сможешь прочувствовать это. Полезный опыт.
— Любая имитация показывает бесполезность сего процесса и даже его пагубность.
— Любая имитация не есть реальность, что тебе известно и без меня.
— У вас три минуты тридцать секунд на приём пищи, и Виктор-4 Оенн свяжется с вами, — будто обидевшись, произнёс Спиц.
Быстро выпив питательную смесь, Рендел занял горизонтальное положение и перешёл в чертоги разума. Через мгновение появился Виктор-4 Оенн.
Он кивнул и подошёл к Ренделу. Мутно-зелёные глаза радостно смотрели из-под высоких дуг бровей на свободного исследователя, а губы сложились в полуулыбку. Серое, гладкое лицо без единой морщины удачно скрывало почтенный возраст гостя и непосредственного руководителя свободных исследователей. Серебристый плащ, надетый прямиком на костюм, немного зашуршал, когда его владелец остановился. Несколько раз стукнув длинными пальцами по столу, он наконец заговорил.
— Рендел, я понимаю, что ты волнуешься. — Виктор-4 Оенн положил правую руку на плечо своему подчинённому. Тот, в свою очередь, ничем не выдавал своё волнение. — Но это твоё бремя и необходимость. Другие свободные исследователи отдали бы жизнь, чтобы оказаться на твоём месте, но стечением множества обстоятельств именно тебе вступать в первый, вероятно, самый сложный контакт. Нам нужна вся информация о жизни на шестой планете, любые детали. Совет желает знать, готовы ли люди присоединиться к человечеству и что происходило на втором уровне визуализации. Последнее — просьба Вина-3 Рэй. Мы осознаём препятствия, что не позволят двум нашим частям одного человечества существовать вместе на равных. Вопрос сложный, но не требует мгновенного разрешения. Время здесь не имеет значения. Необходимо установить двустороннюю связь. Для этого научный корабль предоставит передатчик и специалистов, что смогут его настроить и обучить использованию. Данный вопрос тоже необходимо проработать в первую очередь. Пока только это, и будем действовать по мере развития событий. Главное — соберись и выполни то, к чему ты стремился всю жизнь.
Рендел лишь кивнул в ответ. Виктор-4 Оенн пропал также неожиданно, как и появился. Рендел был не готов к сумбурной речи Виктора-4 ещё более, чем к встрече с разумной инопланетной жизнью на втором уровне визуализации. Некоторое время он стоял, сфокусировавшись на том месте, где был гость, осознавая, что никто в цивилизации не думал, что мы найдём себе подобных или других разумных существ. «Действуй по обстоятельствам» — это и карты в руки исполнителю, и сброс ответственности с руководителя. Сейчас даже если бы Первый проник в его чертоги разума и выдал нечто похожее на речь Виктора-4, он бы не удивился, ведь в данном случае это был единственный выход ввиду отсутствия какой-либо практики по встрече неземного разума.
— Собственно говоря, я даже и не удивился. — Некоторое время Рендел молчал, затем продолжил говорить. — Такое ощущение, что взаправду и не рассчитывали найти людей на потерянных планетах.
— Отчасти вы правы. Немалый срок прошёл с момента конца Эпохи Крови и получения информации о ней в открытом доступе. С того времени человечество посетило множество мест, где селились люди либо вели свою трудовую деятельность. А так как живых представителей человеческой цивилизации там не обнаружилось, то и страсть по поискам постепенно сошла на нет.
— Ты считаешь, что мы просто потеряли надежду? Или вероятность нахождения уменьшилась до погрешности вычисления?
— Оба варианта. Но не исследовано ещё четырнадцать галактик, а это несколько тысячелетий труда, если, конечно, человечество не достигнет Технологической сингулярности раньше.
— Но она невозможна без Человеческой... Мы вновь в тупике...
— Возможно, как и было ни один раз в истории.
Глава 11
Корабль пробивал атмосферу шестой планеты, образуя конус плазмы впереди себя. Своё судно Рендел именовал «Серебряная Стрела». Это было сто второе приземление на его счету, и корабль никогда не подводил. Данный раз не стал исключением.
Спиц выровнял корабль и выбрал необходимую скорость, так чтобы прибыть в Дэа ровно к назначенному времени. Местные жители перемещались на дальние расстояния, используя аппараты, напоминающие планетарные перевозчики, вот только двигатели сжигали топливо, а не преобразовывали электрическую энергию в гравитационные волны. Поэтому была выбрана высота заведомо большая, нежели максимальная для имеющихся данных средств перемещения.
Рендел всё ещё размышлял о судьбе цивилизации на шестой планете. Каким образом они законсервировали себя в сегодняшнем состоянии? Или они впали в каменный век и лишь сейчас вернулись в некое состояние развитости? Вопросы требовали ответов, но их получение могло затянуться надолго.
Тихий шум заложил уши. Сначала он походил на некую древнюю радиопередачу, что терялась в не менее древнем приемнике. Затем шум усилился, заполнившись лязганьем, стуком, повышенными и низкими частотами. В какой-то момент его стало невозможно терпеть, а следом Рендел смог различить в нём голоса на неизвестном языке.
— Что это? — на силу спросил Рендел. Шум сразу стал значительно тише, но всё ещё отчётливо слышался.
— Природа неизвестна. Источник — нейроинтерфейс анализатора. Пытаюсь заглушить его.
— Подожди. Он уменьшается. Это будто голосовая связь посредством пары. Пробуй параллельно переводить.
— Это невозможно. Запоздание будет более пяти секунд. Необходима глубокая интерпретация, а фильтр отсутствует, что и вызывает задержку.
— Делай фильтр.
— Работаю, но ничего по времени обещать не могу.
Рендел попытался мысленно уменьшить громкость неизвестного сигнала, и у него получилось. Затем он выключил его совсем и сразу включил. Поигравшись с громкостью и оставив её на минимуме, он обратился к Спиц:
— Продолжай полностью обрабатывать этот сигнал. Вероятнее всего — некая ноосфера или техносфера местного человечества на основе неизвестной технологии.
— Данная древняя теория так и не подтвердила своё право на жизнь.
— Бесконечность... Вероятность...
— Не нулевая, — закончил Спиц.
— Будет ещё один шанс проверить её.
— Ноосфера — предположительно высшая стадия эволюции биосферы, становление которой связано с развитием общества, оказывающего глубокое воздействие на природные процессы, — будто читая лекцию, произнёс Спиц.
— Мы живём в нечто подобном.
— С точки зрения данной теории — нет. Мы искусственно связали сознания, не образовав каких-либо сфер.
— И что у нас получилось? Не ноосфера ли? Только с поправкой на галактические масштабы? — спросил Рендел.
— Даже формально и натянуто получившаяся сеть не подходит к теории, — парировал Спиц, оставив машину и человека при своём мнении.
Далеко внизу проносились озёра, что казались лужами; горы, что виделись камнями; тёмно-зелёные острова, что окаймлялись серыми или жёлтыми простынями. Планета была скудна на биологическое разнообразие в ЭК, и всё это, как и тёмно-зелёная растительность, — результат деятельности человека уже после её окончания. Может, ЕП и позволил создать ноосферу, что объединила людей и позволила выжить в суровых условиях, а затем преобразовать эти условия существования под себя, облегчив их до приемлемого уровня? Но что тогда остановило это развитие?
— Некий человек желает связаться с вами, — сказал Спиц. Рендел вскочил с кресла, готовый приступить к исполнению своих прямых обязанностей. — Присядьте, имеем лишь аудиосвязь, и то в виде сообщения. Его имя — консул Шерп. Консул — должность. Некий руководитель всепланетного Совета, если переносить на нашу иерархию.
Рендел разочарованно сел на кресло, а волнение вновь подступило к горлу комком.
— Свободный исследователь Рендел-2 Раст. Рады приветствовать тебя от имени всего живого планеты Верайшик. Следуй указанию диспетчера при совершении посадки.
— Ты синтезировал голос? — обратился Рендел к Спиц. Он перестал говорить и использовал мысли, так как посчитал, что сознание восстановилось и готово работать на полную мощность.
— Используйте голос, так как мне нужно создать фильтр, а сортировка ваших обращений ко мне занимает время. Да, на основе полученного сообщения.
— Странно, — сказал Рендел. — Человеческий.
— А вы что желали услышать? Прошло не так много времени, чтобы эволюция сделала нас разными.
— Ожидания вновь не оправдались.
— На данный момент можно сделать вывод, что местный язык есть видоизменённый временем язык Эпохи Крови. Сходство далёкое, но прослеживается чётко.
— Значит, и маску ты подготовишь отличную, — констатировал факт Рендел.
— Да, тем более что появилась возможность считывать информацию с неизвестного источника сигнала на нейроинтерфейсе.
Корабль быстро терял высоту, приближаясь к пункту назначения. Рендел перешёл в режим максимальной связанности. Обзор его глаз будто кратно вырос и теперь наблюдал за всем, что происходит вокруг корабля. Спиц возмущался, что данное соединение удесятерит сложность сортировки, но свободный исследователь не слушал его, желая «собственными глазами» видеть новый мир.
Тёмно-зелёная растительность покрывала всю плоскость под кораблём, уходя за горизонт; на небе жёлтые облака неслись по своим делам, а серый спутник планеты то скрывался, то появлялся из-за них, показывая свою щербатую от глубоких язв поверхность.
В океане зелени стали проглядываться серые плоские прямоугольники домов и полосы дорог, что делили город на одинаковые квадраты. По ним катились разноцветные средства передвижения, что Спиц назвал «автомобили». Сам город тонул в зелени и был похож на города, в которых «большое» человечество проживало в данное время. Хотя в данный момент люди не строили огромных агломераций, стараясь существовать на станциях и «мёртвых» планетах. Живые, населённые собственной флорой и фауной миры использовались как санатории для отдыха и исследования диковинных существ, а также для строительства лабораторий. Человечество давно приспособилось к космосу и считало его своим домом, не испытывая дискомфорта от пустоты и тяжелейших условий некоторых, особо ценных на необходимые цивилизации полезных ископаемых планет. Теперь люди не посещали планеты земного типа до достижения совершеннолетия — двадцати одного года, и считали бескрайний космос, агрессивные атмосферы и радиационные пустыни, нещадно поливаемые потоками смертоносных частиц местной звезды, своим по праву рождения местом. Местом, которое человеческий мозг переиграл, сподобившись существовать, а скорее даже жить, в совсем ему несвойственных условиях. Ускорив эволюцию в тысячи раз и перейдя на следующую, искусственно созданную ступень существования, люди расширили свой ареал обитания до предельных значений.
Впереди показалась обширная территория, свободная от зелени и закатанная ровными чёрными полосами в определённом порядке. Близ полос располагалось невысокое, но длинное здание, что Спиц нарек «аэропорт».
Корабль плавно подошёл к месту приземления и аккуратно опустился на выделенное посадочное место. Опоры раскрылись, но не впились в ровное покрытие, позволив Спиц отключить двигатель и не возмущать местность гравитационными волнами.
Отключившись от корабля, Рендел встал и вытер с гладкой головы каплю пота, что появилась от волнения и теперь направлялась в сторону лба. Затем натянул на ноги высокие сапоги и продолжил прохаживаться по кабине.