- -
- 100%
- +
Делегация на десятке чёрных автомобилей и двух автобусах уже мчалась от длинного здания в сторону корабля.
— Успокойтесь, Рендел. Будете действовать по обстоятельствам.
— Если брать за основу волнения знание истории нашей цивилизации, то успокоиться невозможно.
— Аналогии ложны. Эти люди, вероятно, вновь прошли путь от каменного топора до двигателя внутреннего сгорания и решили национальный вопрос, ассимилировавшись до единой национальности.
— Может, шлем надеть? Объясню, что воздушная смесь непригодна для нас, — предложил Рендел.
— Она отлично подходит. Правда, имеется большое содержание микроскопических частиц, образовавшихся вследствие активного сжигания ископаемого топлива, но ваш организм выдержит и куда более плачевное состояние окружающей среды.
— Надежда не оправдалась. Думаю, пока микродронов не стоит запускать, как бы ни велико было желание. Если местные засекут, а они засекут, могут возникнуть сомнения в наших добрососедских намерениях.
— Полностью с вами согласен. Временно обойдёмся данными со спутников и сканеров.
Делегация встречающих подъехала к кораблю. Из каждой машины быстро вышло по два человека и десятка два из автобусов. Примерно одна треть из встречающих была представлена женщинами. Головы мужчины стригли коротко, но аккуратно. Тела прикрывали старомодные, строгие, серые костюмы с белыми рубашками, а ноги — чёрные, идеально начищенные туфли. Женщины носили подобные мужским костюмы, но отлично подогнанные по фигуре и красиво на них смотревшиеся, а их волосы были собраны в крепко затянутые хвосты. Что сразу бросалось в глаза — комплекция представителей человечества. Все высокие, подтянутые, что контрастировало с известной Ренделу историей цивилизации. В подобное время у людей часто наблюдался избыточный вес из-за неправильного питания, реже из-за болезней, что плохо или совсем на то время не лечились. Здесь же собрались спортсмены, не просто следящие за собой, а соблюдающие строгий режим жизни.
Делегация стояла у корабля с той стороны, у которой не было двери, и тихо перешёптывалась. На открытых лицах с приплюснутыми белыми носами, слегка раскосыми и немного узкими глазами восседали либо полуулыбки, либо мрачная сосредоточенность.
Рендел заставлял себя выйти, но сознание останавливало его, пытаясь выгадать себе мгновения на обдумывание множества вариантов развития событий.
— Вас ожидают, — сказал Спиц, будто подталкивая к выходу.
— Да-да, уже иду, — сказал Рендел и пошёл к выходу, будто его подтолкнули сзади.
— Предварительная маска языка загружена. Старайтесь не использовать слишком сложных слов, так как не всё ещё переведено. Возможны некоторые сложности ввиду отсутствия времени на детальную проверку интерпретаций и глубокого невербального закрепления.
В появившееся отверстие вошёл жаркий воздух с отчётливым ароматом чего-то произведённого из продуктов переработки нефти, перемешанный с тысячей других запахов и оценённый Ренделом в «пойдёт».
Местная звезда интенсивно поливала ровную поверхность своими лучами, разогревая её до такой температуры, что идущее от поверхности тепло ощущалось лицом. Облаков на небе не наблюдалось, и голубой небосвод заполнял лишь кусок щербатого спутника, занимающий его малую часть.
Обойдя корабль у носа, Рендел направился к делегации, которая при виде его разом замолчала и перестала улыбаться. Организм испытывал нагрев самой важной части человеческого тела — головы — и пытался интенсивно её охладить, поэтому Рендел ощущал приятную прохладу лысого черепа, когда двигался.
От делегации отделился серьёзный мужчина средних лет с густыми, но явно подстриженными бровями, слегка рябым лицом и ростом немногим ниже среднего среди встречающих. Лицо его выражало уверенность, но Рендел по глазам видел волнение в его голове, что тот пытался скрыть. От ощущения, что не один он находится в состоянии напряжения, свободному исследователю стало заметно легче, и в шаге от встречающего он остановился, непроизвольно изобразив полуулыбку на лице. Ему ответили тем же, но немного оголив крупные белые зубы с немалой щербиной между передними верхними зубами.
Неловкое молчание продлилось с минуту, затем консул Шерп сказал:
— Рады приветствовать тебя, свободный исследователь Рендел-2 Раст, на планете Верайшик. — Складывалось впечатление, что консул редко говорил либо имел какой-либо дефект речи. — Мы сохранили в веках информацию о наших далёких предках и ожидали их возвращения, но и не надеялись на столь ранний прилёт, поэтому и приём, оказанный тебе, организован на скорую руку, за что просим прощения. — Консул замялся, подбирая слова. — Прошу присесть в автомобиль и отправиться в специально отведённое для визита помещение.
Спиц будто шептал на ухо, боясь, что его услышат:
— Вам необходимо ответить взаимной вежливостью и проследовать за консулом.
Рендел подал правую руку, так как ни один раз видел такое приветствие в прошлом. В ответ ему кивнули и пожали её, ещё более оголив зубы.
— Человеческая цивилизация приветствует своих собратьев, потерянных после Эпохи Крови. Данная встреча казалась нам невозможной, но всё же мы надеялись, что она произойдёт. Рад, что именно мне выпала такая честь, и я сделаю всё, что в моих силах, ради воссоединения людей всех потерянных галактик. — Маска сработала отлично, переводя в обе стороны и позволяя говорить на доселе неизвестном языке, что удивило консула.
Как только Рендел заговорил, ему стало гораздо легче. Этот момент он представлял за свою жизнь в сотнях вариантов, и ни один из них не оказался верным. Самый простой совет от Спиц — «действуем по обстоятельствам» — выиграл у сотен часов, проведённых в фантазиях и придумывании диалогов. Вот только сказанная фраза — «воссоединения людей» — теперь показалась ему преждевременной и произнесённой невпопад. И это он заметил по глазам консула, что выдавали не только его мысли, но и состояние. От идеального зрения, модифицированного, готового к выживанию в экстремальных условиях, невосприимчивого как к естественным, так и искусственным пагубным вирусам и бактериям, не могли скрыться фокусирующиеся зрачки и сдержанные подёргивания мышц лица, что не воспринимаемы обычным взглядом.
— С моей стороны, я буду всеми имеющимися в моём распоряжении средствами помогать нашему сближению, — сказал консул более сдержанно, чем Рендел, и, немного повернув тело влево, указал рукой на автомобиль. Гость кивнул на приглашение хозяина.
— Нам далеко перемещаться? — спросил Рендел, когда они отправились к автомобилю. Делегация разделилась на пары, и первая шла за ними в отдалении пяти шагов.
— Здание управления планетой находится в тридцати минутах езды. Формально — недалеко, — ответил консул, улыбаясь.
— Корабль... Будет ли возможность переместить его ближе к зданию? Это мой дом, и мне бы не хотелось оставлять его здесь. Это ведь не проблема? Или население планеты не в курсе моего приземления? — аккуратно готовил возможные пути для отступления Рендел.
— В курсе. Инфосфера общая для всех. Мы не можем делить информацию по каким-либо ограничениям, — ответил консул, удивившись. — А... насчёт корабля можешь не волноваться — никто его не тронет. Я не знаю, какую гарантию тебе дать, но могу дать своё честное слово, — последнее консул произнёс так, будто ничего твёрже и сильнее во вселенной не существует.
Рендел мысленно обратился к Спиц:
— Инфосфера — ноосфера. Просто разные слова.
— Возможно и вероятно, учитывая бесконечность вселенной, — огрызнулся Спиц.
— Я не волнуюсь, — продолжал диалог с консулом Рендел. — Корабль действительно мой дом. Свободные исследователи всю жизнь проводят в космосе, а корабли создаются специально под нас, и для каждого свой, в единственном экземпляре.
— Хорошо-хорошо, мы найдём место у здания, — сказал консул и остановился. — Корабль может перемещаться без тебя?
— Да, — сказал Рендел и сделал движения в сторону транспорта, не желая задерживаться. — Но только пока я жив и связан с ним, — последнее являлось полуправдой.
Когда они уже присаживались в чёрные автомобили делегации, Спиц вновь будто шепнул на ухо:
— Фильтр создан. Он обратно совместим и может скрывать выводной поток для местной инфосферы.
— То есть они получали всю информацию от меня в режиме реального времени?
— Некоторую часть, связанную лично с вами. Соединиться с кем-либо другим через вас они не смогли, но некоторое количество попыток я отследил.
— Становится интереснее. Местные, вероятно, не так просты, как кажутся, — сказал Рендел, серьёзно задумавшись над произошедшим.
— Выводы не подкреплены доказательствами. Последняя попытка произошла в самом конце контакта с ЕП. Так что, возможно, они были случайностью, не стоит делать столь далеко идущие выводы. Со слов консула выходит, что все люди присоединены к единой инфосфере, и это была лишь «автоматическая» попытка подключить новое «устройство».
— Я на это очень надеюсь, — закончил диалог Рендел, осознавая, что проявление излишней осторожности действительно необходимо.
Глава 12
Кортеж не спеша ехал в точку назначения, почти бесшумно скользя по гладкому покрытию без единого шва или чего-то подобного, либо подвеска скрывала все неровности, придавая средству передвижения некий люксовый класс. Просторный салон был выполнен из приятного телу гладкого светло-коричневого материала в дырочку. За рулём сидел статный мужчина и украдкой с интересом разглядывал Рендела в зеркало заднего вида.
Аккуратные пёстрые дома пастельных тонов с закруглёнными углами, небольшими карнизами и непрозрачными окнами радовали глаз. Город утопал в зелени деревьев, кустарников и цветов. Здания располагались на достаточно большом отдалении друг от друга так, будто землю местные жители не экономили и считали необходимостью разъединять строения разнообразными зелёными насаждениями. Но уже через несколько минут бросалось в глаза, что этот город будто скопированный и вставленный огромное количество раз шаблон — настолько он был однообразен, что без каких-либо средств ориентирования на местности добраться из одной точки в другую было бы проблемой.
Консул Шерп молчал, но чувствовалось, что его одолевает желание завязать разговор, но что-то — волнение или запутавшийся клубок интересующих вопросов — заставляло его молчать и делать над собой попытки заговорить с гостем издалека.
— Как хорошо вам известна история Верайшик? С момента заселения или много позже? — прервал молчание Рендел.
— О... пропало лишь около тысячи лет, что ушли на пребывание в первобытном состоянии.
— То есть после Войны Крови вы не смогли сохранить цивилизацию?
— Да. Пока спутники работали, мы смогли переместиться с пятой на шестую планету, но вскоре система управления была уничтожена. Что или кто это сделал, нам неизвестно, но мы буквально вернулись в первобытное состояние. Впрочем, у тебя будет возможность пообщаться с более компетентными людьми по этому поводу.
— Я на это надеюсь. Человечество заинтересовано в получении знаний и вашего опыта преодоления кризисных ситуаций.
— Вскоре ты сможешь брать информацию из Инфосферы, и тогда изучить наш мир не составит труда.
Только сейчас Рендел осознал, что за то небольшое время с момента знакомства консул будто вновь научился говорить.
— Здесь люди не общаются голосом, — поведал Спиц.
— Когда мы сможем подключиться к Инфосфере? — обратился Рендел к Спиц.
— Я не уверен, что ваш мозг вообще сможет каким-либо образом адекватно воспринимать из неё информацию. Само её строение не подходит к нейроинтерфейсу и оболочке, что позволяет взаимодействовать с парами частиц. Местная создана эволюцией, наша — искусственно.
— Будем надеяться, что тебе или кому-то удастся создать «прокладку» для взаимодействия.
— А человечество, как оно пережило разделение цивилизации? — спросил консул, но тон предполагал лишь тезисный, а не развёрнутый ответ.
— На пять тысячелетий застряло в одной галактике, уничтожило Землю, реакционно откатилось на несколько тысячелетий назад в своём социально-экономическом устройстве, потеряло технологию мгновенного перемещения посредством «Звёздных Врат», стагнировало технический и социальный прогресс, но в конечном итоге преодолело затяжной кризис. Теперь я нахожусь на Верайшик, — как и желал консул, ответил Рендел. Тот в ответ благодарно кивнул. — А какова причина вашего неосвоения космоса? — в лоб спросил Рендел.
— В этом нет необходимости, — коротко ответил консул и отвернул голову, уставившись в окно.
Ответ смутил Рендела.
— Можете пояснить свои слова или в другое время и другие люди?
Консул повернулся. Выражение лица стало строгим, если не сказать злым.
— Отчего же. Вы изменили природу человека ради продолжения бесконечной экспансии, словно вирус или бактерия, приспосабливающаяся и старающаяся по возможности не убить носителя, дабы продолжить свою жизнь, но уже в другой особи. А иногда выходит обратное, и особь погибает, унося с собой в могилу и причину своей смерти, что не смогла перекинуться дальше. Мы же изменили природу человека ради остановки и настоящей жизни. Наша цель: гармония с природой и с самими собой. Ваша — бесконечное самовозрастание. Временно вы контролируете себя, но что будет далее? Вы не задумывались, что произойдёт, столкнись человечество с внеземной цивилизацией, что попытается вас уничтожить? Или с другими людьми, что создали похожие на ваши конструкции? Не думали о возникновении конкурентной борьбы, что выйдет за рамки цивилизованного общения, превратив вас обратно в варваров, уничтожающих себе подобных? — Консул говорил резко, будто чужим голосом и словами. — Вся история человеческой цивилизации — это синусоида, где число «пи» есть сумма страданий отдельных её представителей. Сейчас вы в верхней точке или приближаетесь к ней, но что будет завтра? Сколько раз люди откатывались в развитии и снова поднимались вверх? Неужели не настал день, когда необходимо сделать остановку в восхождении и просто двигаться в бесконечность на одной высоте?
— Аккуратнее, — предостерег Спиц.
— Не понимаю, какой смысл делить бесконечный космос двум цивилизациям, что смогли приспособиться в нём существовать? — спросил Рендел.
— Минимум три внеземных цивилизации люди истребили или довели до такого состояния, что они исчезли. Считай геноцид, но в масштабах куда более значительных, чем во время зарождения единой планетной цивилизации на планете Земля.
— Мы многое не понимаем о том времени и целях, что преследовали люди, — пытался парировать Рендел, но осознавал, что не имеет весомых аргументов.
— Цель — поиск Совершенной Крови. Средство — массовое размножение в надежде на случайность. Результат — немыслимых масштабов экспансия. Окончание — страдание миллиардов, — будто рубил с плеча консул, уверенно отчеканивая фразы.
— Но сейчас мы жёстко контролируем рождаемость. Сейчас, фактически, человек не способен к естественному размножению и к вынашиванию плода. К тому же какова была истинная цель поиска Совершенной Крови — так и осталась для нас загадкой.
— Соблюдение законов развития — вот истинная цель.
— Поясните, — попросил Рендел, не понимая, что имел в виду консул.
— Синусоида, восходящая вверх — экспансия и развитие. Резкий спад — война. Медленное падение — стагнация. В данный момент времени — вновь подъем.
Рендел не понимал, отчего консул так жёстко отзывается об истории человечества, но ясно видел, что данные фразы и слова тот прокрутил в голове не один десяток раз, пока они не нашли нужные уши.
— Но удерживая, вы лишь теряете. Человеку необходимо развитие, желание открывать, видеть, ощущать новое. Это то, что и делает нас теми, кто мы есть.
— Значит, мы уже не люди. Хотя формально так оно и есть. Мы симбионты.
— Значит, ЕП действительно существует? — спросил Рендел.
Консул немного сузил глаза, делая вид, что не понимает вопроса.
— Что значит — симбионт? — дополнил Рендел.
— Результат эволюционного приспособления к планете. Симбиоз с существом, обладающим разумом, но клетки этого разума разбросаны по планете. Оно будто её — планеты — сознание. Некое подобие человеческого мозга, но клетки не нуждаются в физических связях, передавая друг другу информацию волнами, — ответил консул.
Спиц сказал:
— Волновая природа взаимодействия. Осталось выяснить физику процесса.
— Какова природа волн? — спросил Рендел, понимая, что данная информация позволит приблизить возможность приобщиться к инфосфере собственным сознанием.
— Нереальная с точки зрения вашей физики, но реальная с точки зрения вселенной, — коротко ответил консул, хитро улыбаясь.
— А точнее возможно рассказать? Нет, если это составляет какую-либо тайну, то я не буду настаивать.
— О, я уже сказал, что вскоре тебе станет доступна инфосфера, а она общая для всех. А длина промежутка времени до наступления данного момента сугубо на вашей совести.
Ренделу не понравилась манера, в которой ответил консул. Они будто стали друзьями, что знают друг друга с детства и провели не одну тысячу часов за личными разговорами.
Свободный исследователь кивнул принимающей стороне, и они отвернулись каждый к своему окну, до конца поездки не проронив ни слова.
Автомобиль выехал на обширное, свободное от высоких деревьев, но засаженное невысокими кустами пространство. Ровно в середине стояло четырёхэтажное округлое здание пирамидальной формы. Бледно-серый цвет придавал ему некое чувство отторжения и неприязни. Если это было место, в котором решались судьбы мира, то окрас выбран явно неверный, подумал Рендел.
Некоторое время они неспешно ехали по кольцу, затем повернули вправо и по ровной дороге добрались до бледного строения. Автоматическая дверь пропустила их внутрь, и по крутому спуску делегация спустилась на уровень закрытой парковки.
— Наша остановка. В зале для совещаний всё уже готово, и ожидают лишь нас.
Рендел кивнул. Двери автомобиля открылись без посторонней помощи, впустив немного затхлый, влажный и прохладный воздух помещения.
— Нам сюда, — указал консул на небольшую двустворчатую дверь с красивыми металлическими ручками.
— Хорошо, не будем заставлять людей ждать, — сказал Рендел, быстро зашагав в указанную сторону. Консул еле успевал за гостем, делая два шага на один его.
Пара рослых мужчин открыла им двери изнутри, пропустив делегацию в небольшой коридор. Консул и Рендел шли вперёд, а остальные, так же парами, за ними. Во всю длину коридора пол покрывал трёхцветный ковёр, а стены на высоту в полтора метра были окрашены в светло-синий цвет. Квадратные лампы интенсивно излучали белый свет. Приглушённый ковром топот отдавался эхом от стен.
Далее они вошли в просторное прямоугольное помещение, в центре которого стоял овальный стол, на котором, в свою очередь, стоял округлый стеклянный аквариум с сидящим на стуле человеком внутри. Человек не подавал признаков жизни, а его окутывали белые тонкие нити, словно неизвестный паук пытался обернуть свою добычу, но ему не хватило времени или сил. Казалось, что заключённый в аквариуме лишь придремал, склонив голову вниз и оперев её о правое плечо, но что-то подсказывало Ренделу, что тот мёртв.
Консул вежливо отодвинул деревянный стул с высокой спинкой и мягким тряпочным сиденьем. Свободный исследователь сел, придвинувшись ближе к столу. Ножки стула лязгнули по полу, и звук эхом отскочил от стен, немного сконфузив Рендела.
Делегация рассаживалась по свободным местам, и когда последний стул оказался занят, консул встал и торжественно произнёс:
— Рады приветствовать тебя, свободный исследователь Рендел-2 Раст, на всепланетном совете Верайшик. Сегодня мы празднуем знаменательную дату, точнее — начинаем праздновать. Мы ожидали воссоединения с Землёй после первого найденного упоминания о нашем прошлом, и по мере получения знаний оно — желание — всё возрастало. Первый из нас может ощущать то радостное чувство, что испытывают все люди Верайшик, — улыбаясь, произнёс консул своим, не тем, которым он пользовался в автомобиле, голосом. Рендел внимательно слушал, не сводя глаз с аквариума. Первый... то ли они значение вкладывали в это слово, что и люди с Земли. Для него Первый был лишь лучшим среди равных, а не мифическим «божеством» Эпохи Крови, чьё существование так и не подтверждено. И не местный ли Первый сейчас сидит перед ним в аквариуме?
Консул уставился на Рендела, будто ожидая его слов. Тот встал и не менее торжественно произнёс:
— Мне выпала честь приветствовать вас сегодня от всей человеческой цивилизации... — Рендел немного замялся, — Млечного Пути. — Как и вы, все населяющие её люди с нетерпением ожидали встречи с нашими потерянными в веках родственниками. Мы желаем наладить контакт и вместе двигаться в светлое будущее нашего вида.
Произнеся эти слова, в его голове сразу возникло некоторое количество вопросов ввиду нелогичности своего повествования. Люди ли мы в их понимании, и какой в это слово он сам вложил смысл? Нужен ли действительно им этот контакт? И самый главный: одинаково ли «светлое будущее» для них и для нас? Последнее как раз таки склонялось в сторону отрицания, имея в виду ту браваду, которой консул разразился в автомобиле.
— Да, — сказал консул. — За время, что прошло с момента разделения нашей общей цивилизации, понятие «человек» претерпело значительные изменения. Теперь нам необходимо примириться с этим и выработать некие принципы, по которым будет происходить взаимодействие. Первый выбрал тебя именно для этого, и он исходил из твоих умственных способностей. Так, вернёмся к принципам... — на мгновение консул задумался, но следом продолжил говорить, став значительно серьёзнее. Рендел понял, что торжественная часть прошла и настало время серьёзно обсудить насущные вопросы. — Думаю, самый главный — мы уже не один вид. Вы изменились искусственно, оставив от прошлого вида лишь одну оболочку. Мы изменились эволюционно, соединив себя с планетой, но организм как таковой претерпел незначительные изменения, но всё-таки претерпел, и вероятность нашего скрещивания теперь стремится к нулю. Думаю, у нас ещё будет возможность проверить сей факт на практике. Вы согласны?
— Аккуратно, — предупредил Спиц.
— Не думаю, что стоит делать столь поспешных выводов о различии видов. Необходимо комплексное исследование для сравнения работы мозга, а уже на его основе что-либо утверждать. Но я с вами согласен — теперь мы перешли на новую ступень развития нас как вида, и я считаю это замечательным для всех, — сказал Рендел.
— Преодоление животного состояния было процессом сложным, но человек может многое, если действительно этого возжелает.
— Если исходить из строения мозга, то ваше взаимодействие с вашей же «инфосферой», — говорил мужчина с круглым лицом и массивной шеей, сидевший левее аквариума и лицом к Ренделу, явно относящийся к числу учёных, — вероятнее всего, мало чем отличается от нашего. Участки мозга одинаковы для всех, если вы, конечно, не вносили каких-либо существенных изменений в него.
— Свободные исследователи имеют самую изменённую структуру мозга среди всех. Нам необходимо участвовать в просчёте траектории перемещения, а человеческий мозг справляется лучше любого вычислительного устройства с вероятностным исчислением траектории, кое и применяется при таких скоростях, — разъяснил Рендел.
Обладателю массивной шеи ответ явно понравился, так как он расплылся в улыбке, и его глаза заблестели.
— Что ты вкладываешь в понятие «структура»? Увеличение величины долей либо нечто фундаментальное?
— Увеличение долей и специфичный анализатор, способный распараллеливать некоторые, точнее необходимые, потоки сигналов и, соответственно, отличный от стандартного нейроинтерфейс, — ответил Рендел.
Мужчина продолжил улыбаться и сказал:
— Это меньшая из проблем. Значит, сигналы нейроинтерфейс собирает напрямую с мозга, как и в нашем случае ЕП.
Рендел мгновенно стал серьёзнее. Надежда, что незваный гость, просочившийся на второй уровень визуализации и буквально замедливший время, существует, оправдалась полностью, хотя он и понимал, что это так и до его слов.
— Мы немного ушли от первостепенных вопросов, — закончил диалог Рендела с обладателем массивной шеи консул. — Верайшик продолжит самостоятельное существование и не готов становиться полноправным членом «старого» человечества. Но, — он сделал небольшую паузу, — мы готовы наладить постоянный контакт с вами. Думаю, корабль, прибывший следом за тобой, обладает такой возможностью?
Рендел получил ответ на первый из первостепенных вопросов, который даже не пришлось задавать.
— Конечно, если вы позволите, специалисты установят передатчик для связи с любым приёмником сигналов. Они же совместно с вами придумают способ интерпретации информации с него в вашу инфосферу.
— Это будет первый шаг, который мы и сделаем.