- -
- 100%
- +
- Чего смотреть, - говорю, - главное, что хорошо и тебе нравится.
- -Нет, ты посмотри, – настаивает дед.
- Ладно, раз тебе так хочется, – соглашаюсь я.
И глянул. Посмотрел на себя в зеркало - и чуть не свалился. Вместо моей любимой молодежной прически меня под бокс подстригли.
Стою я несчастный и лысый, с маленьким чубчиком на голове, а из глаз сами собой слезы катятся.
- Дед, – говорю, – зачем ты меня изуродовал!? Как я теперь жить буду?
А ему, дураку старому, неясно!
- Чем, – спрашивает, – тебе прическа не нравится? Замечательная молодежная стрижка.
Я его чуть не убил за такие слова! Прическа! Ничего себе причесочка! Засмеют! Ой, точно засмеют! Притом сразу!
Еще позавчера над лысым смеялся. Всем детским садом смеялись. А теперь я сам таким же сделался, даже еще хуже. И зачем я только сюда заявился? Сидел бы лучше дома! Просто кошмар, да и только. На улице показаться стыдно!
- Дед, – говорю, – ты, как хочешь, а без шапки я отсюда никуда не пойду! Ты хоть тресни, не пойду! Орать, кусаться буду, а отсюда ни ногой, пока волосы не отрастут.
После таких слов он растерялся маленько. Стал передо мной заискивать. Обещал мороженого купить, конфет всяких. Раньше бы я с радостью, а здесь какой аппетит. Сразу все желание отшибло, как отрезало!
- Ты бы лучше подстриг меня по-нормальному, а мороженое сам ешь! - захныкал я с горечью.
- Что ж ты мне сразу не сказал, какая тебе стрижка нравится? - стал оправдываться дед. - Сделали бы тебе твою любимую прическу.
- УУУУУ…да разве ж я знал, что есть другая!? - шмыгая носом, залился я слезами.
Ну, тут тетеньки вокруг меня забегали, сюсюкают, утешают. А я ну ни в какую - вцепился обеими руками в стул и реву: - Не пойду без шапки! Хоть убейте, не пойду.уу..уууу!
Дед совсем растерялся, хлопает себя по карманам, в пиджаке шарит. Кроме носового платка, ничего не нашел. Стал на мне примерять, а тот даже до ушей не доходит, совсем маленький оказался. Наконец, тетка-парикмахерша свой принесла, побольше.
Повязали на меня платочек, и стал я совсем страшненький. Пускай, думаю, главное стрижки не видно.
В таком виде и пошел. Иду, на деда с ненавистью поглядываю, надулся, молчу. Пришел к бабушке чернее тучи. Ни с кем не разговариваю. И в платочке за стол сажусь.
- Не смейте, – говорю, – его снимать.
Все с пониманием к этому отнеслись, головами закивали (дед перед этим с ними пошушукался)
Посидел я эдак минут десять, стал оттаивать, аппетит появился. Взял ложку и вилку и за любимой колбасой потянулся. Вдруг в комнату входит дядя Эдик. Увидел меня, рассмеялся.
- Говорят; ты в парикмахерскую ходил стричься, а чего ж в платке дурацком сидишь? Ну-ка покажись, архаровец!
И бац, сдергивает с меня платок! Я даже уцепиться за него не успел, поскольку руки были заняты. За столом тишина……! А я перед всем честным народом в таком непотребном виде предстал.
Тут я жутко обозлился, косынку у дяди Эдика вырвал, обозвал его всеми знаемыми нехорошими словами и под стол нырь. Как кот от досады шиплю, дальше ругаюсь.
Еле меня оттуда вытащили. Сижу в соседней комнате, злой и голодный, слезы глотаю.
Дядя Эдик раза три забегал, извинялся, успокаивал. Потерянный такой и расстроенный. А я как его увижу, просто весь трясусь от возмущения и гадости всякие говорю. Почему-то больше всего на него обиделся.
Он мне в качестве утешения свою лысую голову показывал, говорит, видишь какая у меня лысина, так ведь не плачу. Ему легко советовать, она у него с рождения такая - привык, наверное.
В общем, его я в тот вечер не простил, вскоре гости разошлись по домам, и мы тоже засобирались.
В понедельник, несмотря на протесты, отвели меня в детский сад. Пришел я в косыночке и стою. Все ребята вокруг меня собрались. Поглазеть.
- Ты чего это вырядился? – удивились они.
- Ничего, мне так нравится, - отвечаю, и за косынку покрепче ухватился.
Посмотрели они на меня, поудивлялись и разошлись. Стали мы играть с Зойкой в паровозики, и тут кто-то с меня косынку сдернул. Засмеялся: - Лысый!
А Зойка говорит ему: – Ну и что, вон Ванька и Петька такие же.
Тут как раз и Петька подходит, спрашивает у смеявшегося угрюмо: – Чего это ты смеешься?
Тот и умолк: – Ничего, – говорит, – это я так.
Прошел час, затем другой, пролетела неделя, и никто надо мною не смеялся, да я и сам позабыл, что лысый, до той поры пока волосы у меня не отросли, и я снова не сделался чрезмерно лохматым и снова не пошел в парикмахерскую. Вот тогда-то я и стал жмурить только один глаз. Так спокойнее!
Джентльмены
Все началось с того, что Мишка раздобыл где-то книжку о правилах поведения в обществе. Ничего так книжечка. Занятная. Сначала мы ходили по комнате, друг перед другом раскланивались. Потом нам это надоело.
- Знаешь, - сказал Мишка, - все эти кривляния ни к чему. Зачем мне знать за обедом, какая вилка и щипчики для чего служат, когда я и первое и второе ем ложкой (очень кстати удобно)? А насчет оставшейся в тарелке подливки и вовсе ерунду пишут. Это кто же в здравом уме такую вкуснятину выбросит!
- Правильно, - говорю, - давай лучше на улицу пойдем, мячик погоняем.
- Рано, - отвечает мой друг, - здесь еще один раздел остался про то, как за дамами ухаживать.
- А чего за ними ухаживать! Вот Машка, к примеру, как была дурой, так и останется! Вчера мне списать на контрольной не дала, а когда я ей кнопку на стул подложил, она мне весь нос расцарапала!
- Это все оттого, что ты хорошим манерам не обучен! Ходишь как шпана, рубашка мятая, до пупа расстегнута, половины пуговиц нет. Бегаешь, плюешься, да еще обзываешься! Кому это понравится?
Не стал я с ним спорить. И начали мы хорошим манерам обучаться. Я даже устал с непривычки. Никогда не думал, что столько правил существует.
Оказывается, в театре девицу нужно вперед пропустить, даже если она из-за этого самое лучшее место займет. С ума сойти можно!
Ну и книга! Там еще много чего написано было!
Почитал я, просветился и решил свои знания на Машке проверить!
Пришел на следующий день в школу в новой рубашке с галстуком. Всем девчонкам до ушей улыбаюсь. Белозубую улыбку тренирую.
Перед первым уроком к Машке подошел.
- Здравствуй, - говорю, - Маша, рад тебя видеть!
А она пальцем у виска покрутила.
- Здравствуй, Гольцов! Чего придуриваешься?
Я от такого хамства дар речи потерял!
Еле сдержался, чтоб ее по голове учебником не треснуть!
Но это Машку еще больше напугало! Не привыкла она к вежливости!
После занятий я ее у дверей встретил: - Как дела? – спрашиваю.
Хотел у нее портфель взять. Да куда там! Она в него мертвой хваткой вцепилась, по сторонам затравленно оглядывается.
- Ладно - говорю, - не хочешь портфель отдавать, сама тащи! А я тебя до дому провожу. От хулиганов охранять буду!
- Дурак ты, Димка! – огрызнулась она, - И друг твой такой же! Начитаетесь всяких книжек и воображаете! Кто мне вчера щелбан отвесил и мелом на спине написал?!
- Ерунда! – говорю. - Я просто пошутил так! А ты сразу драться! Весь нос мне исцарапала!
- Просто шутки у тебя дурацкие!
- Нет, не дурацкие!
- Нет, дурацкие, дурацкие, дурацкие…..!
Идем мы с ней по улице, подобным образом разговариваем.
Чувствую, разговор у нас получается какой-то неприятный. Так и хочется ей наподдать, чтоб до дома летела и кувыркалась!
Решил я тему переменить.
- Послушай, – говорю, - чего это ты сегодня такая злющая и противная! Неужели нельзя по человечески поговорить! Смотри, погода какая солнечная! И птички чирикают! Хочешь, я тебе мороженного куплю за сорок восемь?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.