Каменная туча

Предтучие

Сквозь лесную чащу, где забытые дороги давно поросли травой, пробирались трое с рюкзаками и снаряжением.

– Тимоха, не отставай, это тебе не турпоход. До рухнувшей каменной тучи ещё далеко, а впереди туман, в котором даже я не знаю, что может встретиться, – поторопил Влад друга и взглядом намекнул Юле подгонять её парня. Она ткнула Тимофея локтем.

– Да понял я, понял! Подожди, с чем мы там можем столкнуться? Ты же говорил, это не опасно? Соврал? – возмутился тот.

– Не врал, а предупредил. Ты, как обычно, в облаках витал со своей возлюбленной камерой, – ответил Влад.

– А разве не лучше идти, пока темно? – спросил Тимофей. – Периметр наверняка охраняется от таких любопытных, как мы.

– Жить хочешь? – услышав вопрос Влада, Тимофей смолк. – Хотя оттуда всё равно ещё никто не возвращался.

– Откуда ты знаешь? Ведь это мы и хотим проверить.

– Нечего тут проверять.

Под тяжёлыми ботинками трещали сухие ветки, хвойно-мховый ковёр не чавкал влагой, а шелестел и хрустел. Высокие старые ели плотно сомкнулись над головой, скрывая солнце. И всё же оно находило просветы среди мохнатых лап и падало яркими огоньками на кусты, траву, стволы деревьев и путников. Тёплый свет радовал и предрекал, что вечер будет долгим и светлым, и даже когда иссякнет, тьма не наступит.

– Я всё понять не могу, чего вы за мной увязались? Да и как вообще узнали?

– А ты свой ноут не оставляй, тогда и знать никто не будет. И запароль его наконец.

Влад вспомнил, как Юля принесла ему забытый у неё ноутбук. Затем увидел улыбку девушки и ничего не понимающий взгляд Тимохи.

– Я как первопроходец – не хочу позволить кому-то раньше меня вернуться и всё рассказать. Думал прославиться, тут и возможность выпала. Ни за что не упущу, – выпалил он свои цели.

Влад вдруг остановился и обернулся. Парни оказались лицом к лицу.

– Ты совсем дурак?! Никто ни разу не вернулся. Это путь в один конец! – вспылил Влад.

– Тише ты, тише! Я и не собираюсь туда идти. Я буду снимать, как ты зайдёшь, а потом сразу выйдешь. И дальше делай, что захочешь, – оправдался Тимофей.

– Так! Не ссорьтесь! Влад, мы не зайдём в облако, правда, обещаем! – вклинилась меж ними Юля. – И ты тоже!

Парень отвернулся и молча пошёл быстрым шагом.

– Влад! Стой! Ты и правда собрался туда войти? Но ведь ты сам говорил… – Юля не договорила, её перебил Влад:

– Вот и проваливайте! Чего увязались!

Вечереющее, глубоко синее небо с проступающим румянцем на горизонте изредка виднелось сквозь толщу хвои. Ещё реже проглядывало солнце, призрачно напоминая о своём существовании. Душный жаркий воздух дурманил ароматами пряных трав. С каждым шагом медный диск клонился всё ближе к горизонту. Скоро он его коснётся, и наступят терзающие тревогой сумерки. Голубая синева поблёкнет, и лишь узкая полоса зарева будет алеть холодом. Не успеют свет и радость покинуть этот мир, как тьма, холод и опустошение начнут въедаться в бледнеющую синеву. Тени почернеют и, алчно выглядывая из-за каждого дерева, будут ждать своего часа, чтобы накинуться и поглотить. Это неумолимое изменение ни прекратить, ни остановить, ни замедлить. Можно лишь приготовиться и ждать, когда весь свет мира погаснет и всепоглощающая тьма погрузит мир в вечный хладный сон.

Влад, единственный знавший дорогу, шёл впереди и нёс за спиной большой, но не тяжёлый походный рюкзак болотно-зелёного цвета. Парень совсем не чувствовал его веса, так как обладал крепким телосложением. Оделся Влад под стать походу, и если отойдёт за ближайшие деревья, кусты или присядет в траву – сольётся с ней. Иногда Юля стряхивала с его тёмных прямых волос прилипшие хвоинки, а после её взгляд скользил по лицу, задерживаясь на серых глазах или тонких кротких губах. Несмотря на громоздкие походные кожаные сапоги, ступал Влад очень тихо. Лишь в редких случаях под ногами хрустели тоненькие веточки.

Тимоха сделал всё, чтобы ему было неудобно в этом путешествии. Даже одежда не для леса, а в лучшем случае для небольшой прогулки по городу, а на все ворчания Юли говорил, что внешний вид для съёмки – превыше всего. Однако больше всего девушка сердилась на то, что парень состриг пышные кудрявые волосы, которыми она всегда любовалась, при этом оставив бородку, всегда её бесившую. Зато ярко-синие глаза Тимофея так запали ей в душу, что она любовалась ими при каждом удобном случае.

Коренастый Тимоха был ниже Юли и Влада. Он в принципе был маленького роста: и в школе, и в техникуме. Не всегда его мужественный раздвоенный подбородок и выделяющийся размерами нос в сочетании с комплекцией соответствовали характеру. Юля часто шутила над ним, называя «гномом», но не в обиду, а из-за его харизмы. Тимоху часто сторонились, принимая за сурового мужика, несмотря на то, что он был добродушен и иногда даже наивен.

Парень снял рюкзак, настроил камеру, чтобы записать самого себя, нашёл подходящий ракурс и начал съемку.

– Мы бредём через лес к каменной туче. Кругом красота! Хвойный лес, в котором встречается костяника, а на последней полянке росло столько земляники, что хоть лопатой греби. В лесу не так жарко и всегда тенёк. Никакой городской суеты и монотонного шума, только шелест хвойных лап, травы. После такой прогулки невольно задумаешься о домике в лесу или хотя бы в небольшой деревушке, по-дальше от города. – Тимоха на камеру преображался и словно становился другим человеком.

Не успел он закончить запись, как споткнулся, всплеснул руками так, что камера подлетела и запечатлела, как Тимоха распластался, втыкаясь лицом в мох. Камера упала рядом.

– Ага, прям райское местечко. Когда надумаешь лешим стать, подготовь стол для мишек с волчатами, потому что никто к тебе больше в гости не придёт, – Юля протянула ему руку и помогла встать.

Девушка несла только небольшой рюкзак, в котором были еда да плащ от дождя. Всё остальное она сгрузила Тимохе, поэтому шла налегке в удобной одежде, но по просьбе Влада сдержанных природных цветов. Даже кроссовки были грязно-рыжего цвета. Налипни на них какая грязь – будет незаметно. Поднявшийся Тимоха только сейчас заметил, что Юля покрасила волосы в шоколадный цвет, и почувствовал себя неловко. Девушка следила за собой, и даже посреди леса выглядела достойно и очаровательно. Утончённые черты лица и стройная фигурка всегда притягивали взгляды окружающих, отчего он, бывало, ревновал.

– Кстати, мы как в лес зашли, я ни одной птицы не услышала, – заметила Юля, с улыбкой любуясь, как неуклюже Тимоха пытается надеть рюкзак и наворачивает круги, «догоняя» лямку. – Влад, почему такая тишина? Ни ветра, ни даже комаров. Куда все подевались?

– Значит, мы приближаемся, – уклончиво ответил тот. Он сам, побывав тут не раз, не знал, почему всё живое сторонится этого места.

Вдруг ребята ощутили порыв ветра.

– Наконец-то, – с облегчением вздохнула Юля ожидая прохладу после жаркого дня.

Ветер дул в лицо какое-то время, потом резко останавливался и почти сразу с такой же силой дул в противоположную сторону. Как живой метался из стороны в сторону, размышляя о чём-то. Все трое шли, не обращая внимания и радуясь, хотя подобное явление может быть предвестником чего-то плохого. Первым странное поведение ветра заметил Тимоха, и то потому, что просматривал отснятое в ускоренном режиме.

– Что за ветер такой? – обратился он к Владу. – Дует в одну сторону, останавливается, потом дует в противоположную, ещё и с одинаковым интервалом. Похоже на дыхание.

– Кто может так дышать? – удивилась Юля.

– Влад, а ты нас случайно не в логово Горыныча завёл? – попытался пошутить Тимофей.

– Так это явление и прозвали «дыхание», – Влад снова не порадовал подробностями. – Мы приближаемся. Скоро будет брошенное село, там переночуем.

Холодными огнями тлел закат. На далёкую синь наползали тучи, медленно отгрызая от неба по кусочку. Густая чернота расползалась по низинам и оврагам, поглощая краски. Пустой, безжизненный лес холодел. Включённые фонарики едва выдёргивали из ночи деревья и траву. И вот последние ало-фиолетовые отблески потухли, забрав с собой остатки надежды. Надвигалась непроглядная тьма. На грустном небе не было видно звёзд, и луна ещё не взошла. А просветы синевы окрасились сажей пепелища ушедшего в другой мир алого кружочка.

Наконец свет фонариков отнял у мрака старый, покосившийся от старости, деревянный дом. Рядом мрачными силуэтами застыли ещё несколько похожих изб. Все они давно были покинуты и доживали свой век в забвении и разрушении. Время пожирало их медленно, с усладой высасывая из них былую красоту.

Первым в дом зашёл Тимоха. В глазницах окон замелькал свет, внутри забубнил голос, скоро затрещат дрова и загудит каменное сердце. Дом оживет.

Аномальный ветер, прозванный «дыханием», стих. Влад взглянул на луну. Она уже возвысилась необычайно большим диском и имела ореол свечения не в виде привычного круга, а в виде вытянутых вертикальной и горизонтальной полос. На расстоянии в несколько окружностей луны проявлялся ещё один полупрозрачный след увеличенного светила.

– Красиво, – шепнула Юля, взяв его за руку. Но парень отдёрнул руку, словно его коснулась не женская нежная рука, а раскалённое железо, и поспешил зайти в дом.

Внутри замелькали лучи фонарей. Электричества, конечно, нет. Однако Влад знал, что в чулане есть пара старинных керосиновых ламп и несколько свечей. Он принёс их, и по дому растёкся тёплый свет. Круглые бревенчатые стены исполосованы трещинами. Почти по центру стоит холодное кирпичное побелённое сердце – печь. К ней с разных сторон подходили перегородки, разделявшие жилище на комнаты. Изнутри дом не казался покинутым. Когда Тимоха осматривался, у него возникло ощущение, будто хозяева только что вышли, чтобы решить проблему с отключением света, и скоро вернутся.

– Похолодало, – поёжилась Юля и покрылась мурашками.

Влад открыл задвижку печной трубы, заглянул в топку и поводил зажжённой спичкой. Затрещала береста, камин загудел как топка паровоза. Сердце ожило и начало разогреваться.

– Сейчас согреешься, – Влад обернулся к Юле. Она уже стояла в пледе, который где-то нашёл Тимофей.

– Почему так холодно? Будто не июль, а октябрь, – снова удивился Тимоха. Влад только вздохнул, а ребята одновременно произнесли:

– Аномалия.

– Возможно, завтра мы окажемся внутри неё, – предупредил Влад и начал устраиваться на диване.

– Кстати, там есть спальня, нам места хватит, – Тимофей указал Юле на проход в другую комнату. А потом до него дошли слова Влада, и стало страшно: – Как окажемся внутри?

– Откуда ты так хорошо знаешь дом? – удивилась Юля, но вопрос остался без ответа.

Закончив с местом для сна, Влад налил в чайник воды и поставил на плиту, после чего сел за стол. Друзья последовали его примеру.

– Удивительно, о такой странной аномалии, как «каменная туча», почти никто не знает, – озвучил мысли Влад.

– Вот я и хочу всё показать, чтобы знали. А то всем говорят, якобы зону оцепили из-за большого количества карстовых провалов, только звучит это странно, – вставил Тимофей, копошась в сумке. Влад словно не слышал и продолжал:

– Эта аномалия расширяется. Когда-то она была относительно небольшой. Но, судя по всему, выросла в десятки раз. И распространение продолжается. Добраться до неё всё трудней. На обычные несколько километров пути может уйти времени в несколько раз больше.

– Почему ты так думаешь? – Тимофей достал карту памяти, заменил её на камере и снова включил запись.

– Когда-то тут было очень красиво. Село окружено полями, за которыми глухой лес. На самой линии горизонта виднелся один из хребтов уральских гор. Поначалу в небе появилась природная аномалия, которая никак не укладывалась в известные рамки природы.

– Что за аномалия? Это то самое?

– И да, и нет. Помню, как оно появилось. Это произошло прямо у меня на глазах. Надвигалась обычная гроза: ветер, гром, ливень. Однако после основного массива туч в небе осталась другая. Очень тяжёлая, угольная, похожая на выброс гари туча проплыла в то место, которое можно считать эпицентром, и зависла. А на следующий день изменила цвет.

– То есть? – удивился Тимофей.

– Стала цветной. Подумывали на какой-то выброс химикатов. Вызвали службу спасения. Те лишь развели руками, хотя не оставили ни с чем – сами обратились в НИИ. А спустя несколько дней заметили, что туча будто застыла в небе. Местные встревожились. Кто мог – уехали, а остальные тряслись за своё жильё. Началось паломничество заумных и важных людей. Вскоре появился научно-исследовательский лагерь, понавезли оборудования.

Чайник перестал шуметь, из носика повалил пар. Влад, заваривая чай себе и друзьям, продолжил вспоминать:

– А облако было красивое. Каждый день на него любовались. Но со временем оно стало выцветать и темнеть. Представьте остров в небе, – вот примерно так оно выглядело. Обычные облака обтекали его.

– Ты жил тут! – вдруг воскликнула Юля.

– Да, – подтвердил Влад.

– Что было дальше? – спросил Тимофей.

– Спустя почти год после ее появления, – Влад тяжело вздохнул, – моя младшая сестра, Сонька, пошла в очередной раз разглядывать эту штуку. Она часто ходила, почти каждый день. Любила до ужаса цветную тучу. Возвращалась и каждый раз рассказывала, что слышала и видела. Я считал, она выдумывает. Соня якобы слышала какие-то звуки и даже иногда что-то видела в этом облаке.

– Что? – перебила вопросом Юля.

– Ну, будто туча – это окно в другой мир. Такие сказки сочиняла. А потом эта проклятая туча возьми да и упади. Сонька была там…

– Как упала?! – Тимофей так увлёкся, что жаждал услышать продолжение.

– Ты никогда не говорил об этом, – взгляд Юли изменился на сочувствующий.

– Были хлопок и сильный порыв ветра, мне это напомнило взрывную волну. Только ничего не разрушилось, удара с землетрясением от падения этой махины не последовало. Отец выбежал ко мне и замер, смотря на упавшую громадину. Выглядело так, словно выросла гора. За отцом выбежала мать и первое, что спросила, это где Соня. Я ответил, что там. Мы поспешили к туче.

– Всё, Тимош, не мучь расспросами, – произнесла Юля, однако Влад помотал головой и продолжил:

– Рядом с тучей увидели покинутый лагерь учёных. Все исчезли, оборудование было раскидано. Родители велели ждать, и, если скоро не вернутся, возвращаться домой. Они скрылись в дымке этой штуки и больше не вернулись. Я ждал их, долго. Несколько дней приходил на то место. Пока ждал, излазил весь научный лагерь. Группа учёных, исследующих это явление, узнали о ней мало, лишь несколько свойств. Свет, как и все известные виды излучений, будь то волновые, полевые, радиация, да что угодно, удавалось получить только с глубины от десяти до двадцати километров, в зависимости от места. Дальше полная неизвестность. И это лишь кромка. Приблизительные размеры тучи – более ста километров в ширину и ста пятидесяти в длину. Там же я получил подтверждение слов Сони, что под ней возникала звуковая и визуальная аномалия. Что-то вроде хрономиража. А потом нашу деревню эвакуировали, меня забрали бабушка с дедушкой. Но каждое лето я возвращался и видел одну и ту же картину. Облако расширяется. Теперь и луна выглядит ненормально. Перед тем как меня забрали, туча почернела. Выглядело словно чёрная дыра с очертанием тучи.

– Разве раньше такого не было? – спросила Юля.

Влад помотал головой.

– Вот так история! И почему это скрывают? Что страшного? – очнулся Тимофей. Он выключил камеру и убрал её.

– Наверняка не только родные Влада пропали, но и ещё куча народа. Так? – Юля посмотрела на Влада.

– Давайте спать. Утром встаём рано. И лучше не выходить из дома ночью, – предупредил тот друзей.

Юля увела Тимофея в спальню. Влад остался сидеть за столом. Он ждал, пока догорят дрова и под неразборчивый бубнёж из спальни вспоминал о проведённом в этом доме детстве. С грустью вспоминал родителей и сестру. На душе возникла тоска. Он мечтал, как бы они сейчас жили, если бы родные не пропали. Влад вспоминал, как много лет назад, незадолго до исчезновения Сони, они поругались. Память никак не желала выбрасывать обидные слова, которые он сказал, и которые оказались пророческими. Сколько бы лет ни прошло, Влад не мог себя простить. Хотя за этим следовала целая вереница событий, за которые хотелось бы попросить прощения. Только теперь не у кого.

Дрова прогорели, угли тлели мелкими синими языками. Загудел тревогой ветер в проводах. Через окно пробивался лунный свет. Он расплылся крестообразным пятном на полу.

Юля проснулась от быстро мелькающего света за окном. Это не утро, да и свет играл то холодными, то тёплыми лучами, напоминающими мощные фонарики. Девушка попыталась растолкать Тимоху, но тот спал чересчур крепко. Юля рассердилась и со всей силы ударила его по ноге – даже не шевельнулся, словно ничего не произошло. Она встала и направилась к выходу. А в гостиной увидела стоящего у окна Влада. Парень, заметив ее, шикнул и подозвал к себе. Юля украдкой и почти не дыша, чтобы даже самой не слышать собственного дыхания, подошла. В окне, выходившем в ту сторону, откуда они пришли, Юля увидела перемещающиеся световые и размытые чёрные пятна. Они бродили по заброшенной деревне, словно души людей, оставшиеся на земле скитаться без тел. Странность ещё и в том, что вблизи они передвигались медленней тех, что были далеко и едва улавливались глазом.

– Что это? – услышали Юля и Влад шёпот Тимохи за спиной. Влад шикнул и ему, но было поздно.

Световые пятна, казалось, тоже услышали и поплыли к дому. Влад сел на пол и утянул друзей за собой. Он показал кулак Тимохе и доходчиво дал понять: ещё слово – и всем будет худо. Юля зажала рот руками, чтобы случайно от испуга не закричать. В доме становилось всё светлей, и вдруг все погасло. В эту же минуту Влад как ужаленный подорвался, друзья, не думая, рванули следом. Влад знал одно место в доме, где нет окон, – подпол. Ребята нырнули к старым банкам и небольшим деревянным ящикам, которые были навалены среди пыли, мешков, пакетов и разного мусора, натасканного грызунами. Едва все успели спуститься, как свет вновь вспыхнул, раздался гул и удары по полу. От ужаса на глазах Юли появились слёзы, – она незаметно вытерла их. Руки Тимофея тряслись. Он мотал головой и ёрзал, пытаясь что-то разглядеть через щели. Но от этого случайно задел стеклянную банку, негромко клацнувшую о другую. Все трое прекратили дышать и будто окаменели. По лбу Тимохи катились капли пота. Юля двигала губами, повторяя в мыслях одну и ту же фразу: «Лишь бы не заметили». Секунды тянулись, не желая тикать и меняться на минуты. Гул и шумы наконец стихли. Друзья ещё какое-то время не шевелились, но выдохнули.

Влад посмотрел на часы – только час ночи. Он поставил таймер на три часа, тихо устроился и приготовился спать. Юля тихонько переместилась к Тимохе и положила голову на плечо. Вскоре и они, доверившись Владу, устроились и задремали.

Таймер закончил отсчёт и неслышно завибрировал. Влад его ощутил. Вокруг была полная темнота. Парень растолкал Тимоху и Юлю. Вместе они вылезли наружу. Уже начинало светать. На тёмно-синем беззвёздном небе виднелась заходящая луна. Влад посмотрел на часы, потом открыл приложение, где сверил время восхода солнца. Потом ещё раз взглянул на небо и деревья, макушки которых уже полыхнули в рассветных лучах.

– Что-то не так? – спросила Юля.

– Видимо, часы сбились, рассвет на полтора часа раньше. – Ребята сверили время на всём, чем можно, и Влад озвучил мысли: – Кажется, мы попали в какую-то временную яму.

– Может, из-за того света, что был ночью? – спросила шёпотом Юля, опасаясь новых вспышек.

– Не думал, что такое существует на земле! Откуда они тут? – встревожился Тимоха.

– А ты откуда знаешь, что это? И с чего ты решил, что вообще знаешь, что это? – самодовольно остановил удивление Тимохи Влад.

– Так это же иная форма жизни! Получается, эта туча – проход, через который она может попасть в наш мир! – выпалил догадку Тимоха, на что Влад только улыбнулся. – Что?! Разве нет?

– Это ещё одна аномалия. Только раньше она была в другом месте, – Влад начал собираться. – Опасная вещь. Найдет тебя, и всё – лишишься разума. Будешь до конца дней пускать слюну. Собираемся и выходим, – скомандовал Влад, и друзья сразу отреагировали.

Уже через несколько минут ребята отправились в путь. Их встретила утренняя прохлада. Тимоха сделал несколько шагов от дома, а его обувь уже стала сырой от росы. Юля вздохнула полной грудью. После ночи в пыльном и грязном подполе свежий воздух очень радовал. Влад закрыл дом до следующего раза, и все трое продолжили путь. Юля еле волочила ноги, Тимоха ворчал на всё что можно. Никто не выспался, но Владу словно было нипочём.

– Да что за! – гаркнул Тимоха, спотыкаясь о торчащий из земли корень.

– Под ноги смотри, а не ворчи. Видишь, вся дорога такая. Кстати, что такое с растениями? – Юля заметила, что корни словно растут вверх, расходясь над землёй, и лишь отчасти уходят в землю.

– Видимо, облако так влияет. Заметили, что дышать стало трудно? Воздух другой, – с этими словам Влад завязал платок, прикрывая нос и рот. Юля поспешила сделать так же. А Тимофей замешкался и не заметил, от чего закашлялся.

– Похоже, корням незачем расти в земле, они получают всё необходимое прямо на поверхности. Удивительно, – восхитился Тимоха, достав камеру.

Брошенное село быстро скрылось в зарослях молодых деревьев. Дорога рассекала запущенные поля, давно поросшие сорной травой, а вблизи леса уже разросся смешанный молодняк. Только рос он с большим трудом и, будучи ещё незрелым, начинал стариться, покрывался лишаём и засыхал. Посреди поля громоздилась груда металлолома, бывшая когда-то трактором. Его поросшие сорной травой бороны так и остались опущенными в землю. Края поля терялись в тумане, хотя далёкая кромка леса ещё виднелась.

Влад остановился. Он заметил то, чего раньше не было: забор подле самой кромки серо-рыжего леса. Дальше ребята сошли с дороги и, озираясь по сторонам, медленно приблизились к нему.

– Не входить. Опасная зона, – прочитала шёпотом Юля.

– Тихо! – скомандовал Влад, и ребята залегли в траву.

Несколько человек в форме и с оружием прошли, неразборчиво бубня. Когда все стихло, Влад встал и неслышно двинулся вперед. За ним последовали спутники.

– Раньше тут не было патруля. Усилили охрану, значит, – прошептал Влад. – Я думал, забор будет за лесом, видимо, облако продолжает расширяться. Это первый периметр.

– Есть ещё? – уточнил Тимоха и остался без ответа.

Они без труда миновали ненадёжный сетчатый забор. Однако дальше их встретил глухой, трудно проходимый лес, и надвигающийся пепел тумана.

Периметр 1

Едва группа углубилась в лес, чтобы сохранить тайну своего присутствия, и мгла скрыла поле, а за ним и кромку леса, как возникло непреодолимое препятствие. Лес оборвался отвесной и ровной стеной земли. Тимофей включил камеру. Он снимал, как по ровной линии срезаны камни, как поднятая, рыхлая земля не осыпалась, пока к ней не прикоснёшься.

– Что это?! Как такое можно сделать? – удивилась Юля.

– Перелезем? Как высоко вверх она уходит? – спросил Тимофей.

Влад растеряно оглядывался, пытаясь решить, как быть дальше.

– Влад! – одёрнула его Юля.

– Её раньше тут не было. Кажется, влиянию подвергается не только всё живое, но и неживое. Высоту не определить, и лезть не хочется. Может, даже целый земной пласт просто взят и поднят.

– Просто взят и поднят? Бредишь? – улыбнулся Тимоха. – Попробуем обойти, только давайте пометку оставим.

Он взял палку и воткнул в стену, достал из рюкзака кулёк и подвязал его. Теперь, если не увидят, то хотя бы услышат и не пройдут мимо.

– Ты чего делаешь? Хочешь, чтобы нас нашли? Убирай! – рявкнул Влад.

Парень убрал кулёк и палку. Влад направился вдоль стены, Юля тоже не стала ждать и двинулась следом. Тимоха задержался, расковырял в стене некое подобие буквы «Т» и только после догнал ребят.

– Тимош, ты чего там делал, и где камера? – девушка заметила, что его руки пусты.

– Вот же! Я сейчас, не уходите далеко без меня, – буркнул он и воротился за камерой.

Та нашлась – лежала на старом пне. Тимоха подобрал ее и крикнул Юлю, но ответа не последовало. Он ещё несколько раз позвал её и Влада – тишина. В голове закопошились мысли, что они могли его оставить или специально не отзывались, чтобы напугать. Тимоха не стал долго думать и вернулся туда, где оставил ребят. Там их не оказалось. Пришлось идти дальше вдоль стены.

– Ты чего так долго! Нам ещё бог знает сколько идти! – накинулась на него Юля, первая заметившая Тимофея.