Ожерелье дракона

Низкие тучи висели над руинами замка. Слабый дождь не мог смыть следы крови с полуразвалившихся стен.

Человек отступил, скользя взглядом по земле рядом. На ней крови не было, зато были следы: многочисленные следы людских ног, перекрытые сверху несколькими отпечатками огромной когтистой лапы.

От стен веяло холодом. Из разбитых окон смотрела черная пустота.

Человек развернулся, взметнув полами длинного черного пальто и, не оборачиваясь, зашагал прочь. Ему хотелось вернуться в отель, чтобы продолжить отдых.

Вообще, Арчибальд Молле не любил брать отпуск. Слишком противна была ему мысль о нескольких днях бесцельного времяпровождения, когда было столько дел, требующих решения. Даже в прошлые дни, когда работал простым метрдотелем, а параллельно плел хитрую паутину вокруг солидного бизнесмена, Арчи частенько засиживался на работе допоздна, не позволяя себе ни на миг расслабиться.

Став владельцем ресторана «Альфа», мужчина не изменился – его тяга к беспрерывной работе как будто даже возросла и, пожалуй, он бы так и продолжал трудиться без перерыва… Если бы однажды не обнаружил себя спящим на рабочем месте, склонив голову на дубовый стол.

Это Арчибальду не понравилось и не понравилось крепко – он помнил, что именно так частенько засыпал тот самый бизнесмен, которого он некогда ненавидел, и всегда полагал такое поведение признаком слабости. Да и вообще, походить на чертова дельца очень не хотелось.

Пришлось признать, что и его собственный организм ослаблен непрерывной работой, и нуждается в отдыхе.

Скрепя сердце, Арчи отдал бухгалтерии и метрдотелю необходимые указания, и приказал не беспокоить его на протяжении месяца. Отпуск он планировал хороший, рассчитывая на полноценный отдых. И отдыхать мужчина собирался не в своей стране.

Сейчас, полулежа на диване в комнате уединенного отеля в глубинке Шотландии, почти бездумно листая взятый из местной библиотеки детективный роман-триллер и изредка отпивая из бокала дорогой коньяк, он мельком подумал, что план его удался – он уже начинал ощущать себя отдохнувшим.

Здесь все было очень спокойно и умиротворенно.

Просыпался Арчи не рано и не поздно, а исключительно когда ему самому этого хотелось, умывался, одевался, причесывался и заказывал в номер завтрак. Есть он все-таки предпочитал в уединении – должно быть, сказывалась тюремная привычка проводить время в ненавистной одиночной камере. Проклятое время, два потерянных года его жизни и все почему? Потому что в своих бедах он винил не того, кого следовало. Сам виноват, пожалуй.

Позавтракав, мужчина отправлялся гулять по окрестностям – через зеленое поле напрямую к густому лесу, или по узкой тропке к нагромождению камней, а иногда даже забредал по мосту на другую сторону реки, где высились потемневшие от времени руины некогда прекрасного замка. За ограду их он, правда, предпочитал не заходить. Забрел раз и то, что увидел внутри, ему сильно не понравилось. Ввязываться же вновь в какие-то приключения мужчина не собирался. Не для того он прибыл в эту страну.

Природа Шотландии всегда казалась подернутой тенью сумерек, облака закрывали небо и даже легкий ветерок дул иногда. Изредка накрапывал дождик.

Ему нравилось здесь. В этой прохладе, в этом сумрачном умиротворении его огненная натура, казалось, смирялась и даже утихала. Здесь его мятежная душа прибывала в покое.

Никакой цели его прогулки под собой не имели – он просто шел туда, куда несли ноги, позволяя взгляду безучастно скользить по одиноким местам и наслаждаясь отсутствием людей вокруг. Мысли в это время тоже бесцельно перескакивали с одного на другое и порой обращались даже в прошлое. Не в тюремное – эти два года он запрещал себе вспоминать, полностью вычеркнув их, но в более далекое.

Вспоминалась иногда первая любовь. Первая… и последняя в его жизни. Потому что после предательства, после того, как эта дрянь посмеялась над ним, любить он себе запретил. После того случая он запретил себе вообще привязываться к людям – в «шутке» участвовал один из его тогдашних «друзей», и впутываться в паутину дружбы больше не тянуло.

Нет, к черту. Он привык быть один, так спокойнее.

Сколько себя помнил, он стремился к покою. Совершал безумные вещи, убил стольких, что страшно вспомнить, но всегда стремился только к покою. Ему хотелось жить размеренной, безмятежной жизнью и ею он жил здесь.

Завершив моцион, он возвращался в отель – как правило, точно к обеду, который тоже заказывал в номер. Пообедав, отправлялся в душ, а после, освеженный, ложился с книгой на диван. Никакими делами ресторатор не занимался, даже не вспоминал о них, подходя к вопросу отдыха от работы очень сознательно.

Мысленно сам себя он упрямо называл именно ресторатором. Преступное прошлое уже начинало подергиваться дымкой забвения и вспоминать о нем не хотелось, как и возвращаться к нему. Хватит. Он достаточно набегался в свое время с пистолетом, теперь имеет право жить, как обычный человек.

Он даже одеваться стал несколько иначе, не так, как в городе – перестал носить деловые костюмы, рубашки и штаны, предпочитая им тонкие кашемировые джемпера и простые джинсы. В такой одежде он чувствовал себя значительно более расслабленным и, что было ему еще более важно – максимально приближенным к обывателям.

Не смотря на натуру индивидуалиста, слишком выделяться из серой массы Арчибальд не хотел. Правда, пистолет за поясом все равно носил.

Да и на главной его привычке в одежде желание казаться обычным никак не сказалось – длинное черное пальто по-прежнему оставалось неизменным атрибутом его облика. Надо заметить, что, когда мужчина шел в нем по лесу или пробирался через руины замка, выглядел он очень эффектно и вполне соответствовал обстановке.

Поздним вечером Арчи заказывал стандартный ужин и, утолив голод, немедленно ложился спать. Джемпер и джинсы мирно лежали на стоящем рядом с большой кроватью стуле, а сам мужчина с удовольствием нырял в объятия мягкой перины и теплого одеяла. Подминал под себя подушку, обхватив ее одной рукой и, уложив голову рядом с ней, мирно засыпал до самого утра.

Утром же все начиналось сначала. Это был непрерывный механический цикл, выработанный Молле специально для полноценного отдыха, помогающий ему немного прочистить голову, и работающий на все сто процентов.

В отпуске он даже позволял себе пить дорогой коньяк, хотя обычно избегал алкоголя. Ему всегда нужна была ясная и чистая голова, он всегда должен был оставаться настороже… Не хотел этого, но чувствовал себя обязанным.

Здесь он расслаблялся. Отдыхал. Впервые в жизни по-настоящему отдыхал.

Однажды днем он, бродя, как обычно, в окрестностях отеля, остановился возле небольшой речушки и долго смотрел в воду, глубоко вдыхая свежий, чуть влажный воздух. Отражение смазывалось, дробилось быстрыми струями, но он и без того знал, как выглядит. Черное пальто, пистолет и шотландская бородка – вот три главных приметы, по которым Арчибальда Молле узнал бы любой. Будь он, конечно, в здравом уме и твердой памяти.

Он стоял и думал. Странно все повернулось в его жизни. Сначала он хотел любви… потом получил предательство, как ушат холодной воды. И стал желать совсем другого – мечтал стать настолько опасным, чтобы имя его вселяло ужас в людские сердца. Он даже придумал это имя – Альфа, и сделал все, чтобы его запомнили.

Его запомнили. Его стали бояться.

А потом его прозвали Хищником, и он все больше и больше привыкал к этому прозвищу. Предпринимал неловкие попытки стать законопослушным человеком, и вновь возвращался к бытию Хищника.

Даже сейчас, даже здесь… Он стоит над быстрой рекой, смотрит на воду, а за поясом его по-прежнему есть пистолет.

Потому что он – Хищник. Преступник, убийца. От старых привычек тяжело избавляться…

За спиной хрустнула ветка, и он мгновенно обернулся. Никого? Или все-таки… Взгляд выхватил смутную тень, скользнувшую среди нагромождения камней за спиной. За ним кто-то следит? Пожалуй, он не зря держится настороже. Может быть, от старых привычек еще не пришло время избавиться.

Вернувшись в отель, он снова немного выпил – не больше четверти стакана, каких-то пятьдесят грамм, – и, уверенный, что спать будет крепко, но проснется при случае моментально, упал в кровать, привычно подминая под себя подушку.

Сейчас и здесь никому не пришло бы в голову, что этот человек – опаснейший преступник своего времени, что его боятся даже равные. Во сне он казался самым обычным парнем, молодым мужчиной, хорошо проводящим время.

Пожалуй, единственное, что сейчас отличало его от обывателей – исключительная чуткость.

Спал он крепко, но проснулся мгновенно, лишь слуха коснулись тихие, почти неслышные шаги. Не подал виду, продолжая лежать с закрытыми глазами и ждать.

Он слышал, чувствовал всем своим существом, что посторонний – кем бы он ни был, – приближается, ощущал угрозу, знал, не сомневался, что с минуты на минуту произойдет нападение.

Он среагировал моментально. Тень возле его кровати только заносила руку с тускло блестящим в полумраке ножом, а он уже метнулся вперед и, сбив ее с ног, прижал к полу.

Тень носила маску. Удерживая одной рукой ее руку с ножом, он сорвал маску с лица… и на миг удивленно замер, не прекращая удерживать противника, но теперь с недоумением разглядывая его. Точнее, ее.

Под ним, на полу, прижатая к покрытию, лежала молодая женщина с индейскими чертами лица, разметавшимися вьющимися волосами и сверкающими глазами, злая, как фурия и гибкая, как кошка.

Поняв, что инкогнито раскрыто, она перестала сдерживаться.

– Пусти меня! – свободная рука взметнулась в воздух и, не успел мужчина перехватить ее, как щеку обожгло болью. Девица, не будучи в состоянии воспользоваться ножом, предпочла просто оцарапать его.

Арчибальд нахмурился и сильнее стиснул правое запястье. Противница яростно зашипела, против воли разжимая пальцы. Нож слабо звякнул, падая на пол.

– Кто? – слов понапрасну тратить он не пожелал, поэтому вопрос задал короткий и четкий. Он не сомневался, что негодяйка поймет его.

Она фыркнула и снова попыталась вывернуться.

– Понятия не имею, о чем ты!

Мужчина слегка встряхнул ее.

– Я спросил – кто меня заказал?

Незнакомка снова надменно фыркнула и отвела взгляд.

– Я не знаю имен своих клиентов. Коммерческая тайна, Хищник, говорит тебе это о чем-нибудь?

Говорило ему это о многом. Уже одно то, что наемница знала его прозвище, знала, на кого охотится, давало понять, что заказчик неплохо знает его. Сама девица, быть может, понимает это чуть хуже, но тот, кто отправил ее сюда, точно знал. Возникает вопрос – хотел он избавиться от Хищника или от самой девицы? Столкновение с ним всегда чревато малоприятными последствиями.

– Твое имя.

Собеседница тяжело вздохнула и попыталась высвободить запястье. Потерпела неудачу и насупилась.

– Нэйда. Кто ты, я знаю.

– Я это понял.

Он уперся свободной рукой в пол и рывком поднялся, заодно поднимая и наемницу. Только, когда они оказались стоящими лицом друг к другу, он отпустил ее запястье.

– Думаю, тебе следует уйти… Нэйда.

Девушка дернула плечом, растирая правое запястье.

– После таких тесных объятий ты вот так запросто меня выгоняешь?

Арчибальд заинтересованно изогнул бровь.

– Ты ждешь от меня слез и страстных поцелуев?

Нэйда задумалась. Окинула взглядом свою несостоявшуюся жертву, изучила атлетический, поджарый торс, потом посмотрела на валяющийся на полу нож… И предпочла не отвечать на вопрос.

– Оружие забрать дашь?

– Нет, – Молле тонко улыбнулся, – Я предпочту уверенность, что у змеи вырваны ядовитые зубы.

«Змея» негодующе фыркнула.

– Грубиян! Не волнуйся, я найду подходящего стоматолога, и он вновь поставит мне зубы! И яда в них, возможно, будет еще больше…

– Сначала найди, – остудил ее мужчина, – Уходи. Я хочу спать.

Девушка поморщилась, но к двери шагнула. Помедлила несколько мгновений и неожиданно обернулась.

– Скажи, как ты услышал меня? Я передвигаюсь достаточно бесшумно, но ты разобрал мои шаги, как?

Арчи слегка повел плечом. Отвечал он почти безмятежно и чуточку насмешливо.

– Я Хищник.

***

На следующий день он проснулся поздно, лежа щекой на пистолете. Обычно пистолет лежал под подушкой, которую мужчина, в свой черед, подминал под себя, но сейчас подушка валялась на полу, а оружие оказалось под щекой.

Арчи знал, что пистолет заряжен и не стоит на предохранителе. Знал, что выстрелить он может в любой миг, от любого неосторожного движения, но страха не испытал. Лишь легкую досаду, когда увидел в зеркале на своей щеке красный отпечаток оружия рядом с несколькими тонкими царапинами.

Чертова наемница… Все-таки сумела испортить ему сон и подпортить отпуск. Теперь прощай умиротворение, опять придется жить в напряжении, постоянно быть настороже.

Он оделся и привычно заказал завтрак в номер. Время, правда, уже близилось к обеду, но в отпуске Арчибальд не сковывал себя никакими рамками. Сотрудники отеля его в этом полностью поддерживали – желание клиента здесь и в самом деле считалось законом. Тем более, что платил клиент хорошо.

Заказ принесли быстро, он перекусил и, накинув пальто, отправился на привычную прогулку. Сегодня он вновь намеревался посетить развалины замка, быть может, даже зайти за ограду и еще раз осмотреть землю, и не забыл захватить с собой пистолет. В том, что Нэйда следит за ним, Хищник не сомневался.

На пути никаких помех он не встретил. Вода в холодной узкой речушке под мостом привычно журчала, заглушая тихий звук его шагов; руины замка прятались в тени окружающих деревьев. Солнца сегодня не было, да оно и вообще редко заглядывало в эти места, и хмурые облака, казалось, отражали его настроение. Но тучи тоже отсутствовали, как и дождь.

Вступая под деревья, окружающие развалины замка, он небрежным жестом сунул руку в карман и сжал пистолет. Сделал еще несколько шагов и, не минуя полуразрушенную ограду, остановился.

– Тебе и в самом деле следует поучиться ходить бесшумно.

Говорил он негромко, прекрасно зная, что будет услышан. Он не ошибся.

Из-за толстого дерева за его спиной выскользнула легкая тень. Он обернулся и смерил свою ночную гостью взглядом.

На свету стало ясно, что волосы у нее темно-каштановые, что в сочетании с зелеными глазами на узком, изящном лице, смотрится почти роскошно. Оделась Нэйда по случаю прогулки в оливковый костюм в стиле сафари, достаточно неприметный, чтобы иметь возможность скрыться среди деревьев или среди камней.

– Ты меня преследуешь, Хищник?

Арчибальд, продолжая сжимать пистолет, ненавязчиво коснулся курка.

– Кажется, это ты преследуешь меня. Вломилась ночью в номер, шла по пятам…

– Да щаз! – Нэйда оскорбленно вздернула к небу нос, – Здесь у меня другие интересы! Другое задание, тоже довольно денежное… хотя твоя голова стоит дороже.

Молле хмыкнул и вытащил руку из кармана, оставляя пистолет лежать там.

– И сколько же?

Девушка тяжело вздохнула и, прислонившись спиной к дереву, из-за которого только что вышла, скрестила руки на груди.

– Пятьсот тысяч евро, Хищник. Я получаю рассылку с анонимного адреса – задание и цена. Если все устраивает, пишу, что берусь. Если успеваю первая – получаю куш. Конечно, если все выполню… С тобой возникли трудности, поэтому я взяла другое задание.

– Так быстро сдалась? – Арчибальд удивленно изогнул бровь, но задерживаться на этом вопросе не стал, – Пятьсот тысяч евро… Неплохие деньги. Примерный годовой оборот моего ресторана.

Нэйда пренебрежительно дернула плечом.

– Вот только врать не надо, а. Я следила за тобой, выяснила многое… До пяти сотен твой ресторанчик не дотягивает, даже за год. А у меня был шанс получить такой барыш сразу, махом! Впрочем, я умею понимать и признавать свое бессилие. Что ты здесь забыл, Хищник?

Хищник окинул заинтересованным взглядом окружающий их пейзаж. По всему выходило, что «здесь» это именно здесь, буквально в этом месте. Но что здесь могло быть такого важного, что эта дерзкая девица посчитала руины замка своими охотничьими угодьями? Неужели следы?

– Гуляю.

– Ой ли? – наемница так и скривилась, – Так я и поверю, что Хищник…

– Хочешь верь, хочешь нет, – Молле пожал плечами, – Я приехал в отпуск, что ты должна бы была выяснить, раз уж следила за мной. Здесь я просто отдыхаю, и ежедневно гуляю по окрестностям. А тебя что здесь так заинтересовало? Или в развалинах замка скрыты несметные богатства?

Он шутил, и был уверен, что шутка понятна, но Нэйда осталась серьезной. Даже слишком серьезной, на взгляд мужчины.

– Меня не развалины интересуют, – негромко, но твердо произнесла она, – Не в них богатство. Здесь есть заброшенный отель.

Арчибальд, не скрывая изумления, вскинул брови. Он много бродил по округе и был убежден, что никаких заброшенных отелей здесь нет. Да их и быть не могло – какой идиот бы стал ставить отель рядом с другим, да еще и преуспевающим? Так же ни один идиот, по мнению Молле, не стал бы строить отель в развалинах замка.

– Здесь нет отеля.

– Он здесь! – Нэйда нахмурилась, – Я его не видела сама, но точно знаю, что он здесь есть! Я перерыла много источников, выяснила совершенно точно… он где-то за развалинами. Не хочешь проводить девушку?

Пожалуй, впервые в жизни, Арчи порадовался, что не успел опустить брови. Без конца поднимать их было бы глупо.

– С какой радости? Ты нарушила мой сон, теперь испортила мне прогулку… Что тебе в том отеле?

Девушка вздохнула и как-то поникла.

– Говорят, там хранится древний артефакт. Предлагают, правда, немного – всего двести штук, но, если поможешь, я с тобой поделюсь. Одной… мне стремно как-то.

– Тебе? – Хищник недоверчиво прищурился. Он был уверен, что уже достаточно изучил девицу, чтобы понять – мало что на свете может напугать ее.

Нэйда скривилась. Видимо, поняла, что карты раскрыты.

– Ну, не стремно, пусть, если не веришь… Но я не дура и, если вижу сильного союзника, предпочту заручиться его помощью. Ну, Хищник… неужели бросишь девушку в беде? – она обольстительно улыбнулась и, явно дразнясь, провела кончиками пальцев по своему декольте.

Хищник остался бессовестно равнодушен.

– Я бы тебя бросил, – очень спокойно уведомил он, – Ты пыталась убить меня, помогать тебе мне резона нет… что это за артефакт?

Собеседница поморщилась и небрежно пожала плечами.

– Его называют «ожерелье дракона». Какое-то древнее ожерелье, сделано из зубов и когтей неизвестного животного. Наверное, какой-то чокнутый коллекционер хочет заполучить его в свою коллекцию… Хотя я читала про это ожерелье. По легендам, оно может лишить души!

– Любопытно, – говорил Арчибальд исключительно равнодушным голосом, стараясь не выдать своего интереса, – Что ж… я не обещаю помогать тебе, Нэйда. И не хочу вмешиваться в твои дела. Но на такую безделушку я бы взглянул… Только отеля здесь нет, я обходил руины.

– Отель где-то среди них, – девушка, явно обрадованная возможным союзничеством, кивнула на развалины, – Его выстроили прямо среди древних руин, хотели сохранить антураж. Прогорел отель довольно быстро, его забросили… хотя, по другим слухам, владелец отеля отыскал то самое ожерелье, лишился души и покончил с собой. Ну, а после него дело было продолжать некому.

– Ожерелье, лишающее души, мрачные развалины, труп… – методично перечислил Арчибальд и усмехнулся, – Вполне в духе Шотландии. Что ж, пойдем взглянем на это мистическое местечко.

Оживившаяся Нэйда приглашающе махнула рукой и беззвучно скользнула между двух каменных обломков некогда величественной стены. Молле спокойно последовал за ней.

Страха он не испытывал – страх в принципе был неведом ему, к тому же, в кармане он всегда держал пистолет. Будучи вооружен, сознавая собственную опасность, этот человек мог быть абсолютно уверен, что справится с любыми неприятностями. И почему-то не сомневался, что неприятности на избранном пути его ждут. В конце концов, странных отпечатков никто не отменял.

В миг, когда миновал проход меж двух обломков стены следом за Нэйдой, он вдруг ощутил дыхание холода. Будто кто-то незримый вдруг подкрался и дохнул в самое лицо. Только дохнул почему-то могилой, а не теплом.

Зашумели окружающие руины деревья, загудели, как от сильного ветра. Арчибальд поднял голову.

Листья оставались недвижимы, ни одна ветка не шелохнулась. Ветер продолжал завывать, слышался треск, шум листвы, но деревья стояли, как влитые.

Слуха коснулось надсадное, задушенное карканье. Нэйда вскрикнула и шарахнулась назад, едва не врезаясь спиной в своего спутника. Тот, остановив девушку рукой, выглянул из-за ее плеча.

На пожухлой траве лежала мертвая ворона.

– К-кажется… двести тысяч за это м-мало… – пролепетала наемница. По лицу ее было видно, что больше всего сейчас девушка хочет прижаться к своему спутнику, надеясь на его защиту. Хочет – и понимает, что защищать ее он не станет никогда. Раз сказав, Арчибальд не любил менять свое решение.

– Попросишь прибавки, когда вернешься, – холодно бросил он и, обойдя спутницу, равнодушно переступил через мертвую птицу. Страха Хищник не испытывал, страх, как уже говорилось, в принципе не был ему ведом, даже страх перед неведомым. Но трепет все же испытал, хотя и постарался не выдать этого.

Кругом валялись камни. Несколько из них, сложенных и скрепленных друг с другом, поднимающихся на небольшую высоту и закономерно обломанных, говорили, что здесь некогда стояло древнее строение. Возможно, прекрасное, наверняка – загадочное. Но теперь от него осталась лишь память и легкий ореол ужаса, окутывающий старые стены. И следы с той стороны. Кто их оставил?..

– Здесь, наверное, и привидения водятся… – дрогнувшим голосом шепнула Нэйда. Арчи безразлично повел плечом.

– Ну и что?

Ему в жизни доводилось видеть призраков, даже более того. С духами он общался, сотрудничал, помогал им, а одну мистическую хищную тварь даже убил, поэтому страха перед неупокоенными душами не испытывал.

Нэйда оглянулась на него, но ничего не сказала. Для нее, видимо, подобные заявления были внове или она просто еще не встречала по-настоящему бесстрашных людей. Арчибальду подумалось, что в глазах обывателей он, должно быть, выглядит сумасшедшим. Ну, что ж… его и без того всегда считали психом.

Девушка без особой охоты направилась дальше, а он последовал за ней, незаметно озирая древние развалины. До сей поры в них он не заглядывал, предпочитал бродить по округе, да и вообще зачастую поворачивал обратно, лишь добравшись до руин. Кроме того раза, когда зашел за ограду и наткнулся на странные следы у задней стены развалин. С тех пор заходить сюда он тем более не собирался.

Не потому, что боялся, нет, просто влезать в непонятные приключения в отпуске ему не хотелось. Поэтому он заканчивал свой моцион недалеко от развалин, и возвращался в отель. Действовать Молле предпочитал всегда в соответствии с четким планом, который составлял сам.

Сегодняшнее приключение выбивалось за рамки плана, но мужчина все-таки решил поучаствовать в нем. В конечном итоге, ничем особенным это приключение ему не грозило, а значит, могло равняться с забавным развлечением. Подходить к следам, даже чтобы просто вновь взглянуть на них, он не планировал.

Да и потом, он же все равно в отпуске. Почему бы не разнообразить свой досуг обществом призраков? С одной стороны, стоило бы отдохнуть и от приключений… с другой, что-то внутри подталкивало его к ним.

– Вот он… – Нэйда остановилась и напряженно облизала губы. Арчибальд, немного отставший, вышел из-за ее спины и слегка приподнял бровь, засовывая руки в карманы пальто.

Строение перед ними не производило ровным счетом никакого впечатления. Просто старенький, потрепанный временем, деревянный фасад, обшарпанные стены, да обветшавшая дверная створка. Сам отель, по-видимому, продолжался куда-то вдаль, вглубь и, вполне вероятно, располагался среди остатков древнего замка. Что ж, это вполне соответствует страшной легенде – где же еще водиться привидениям, как не в заброшенных, полуразвалившихся замках?

Единственным, что слегка удивляло, было отсутствующее ощущение опасности. От дверей отеля несло прохладой, но и только – ничего, хоть сколько-нибудь опасного за ними не ожидалось. Значит, страшная легенда не так уж правдива? Значит, ничего ужасного там нет…

– Слушай, Хищник… – наемница сглотнула и быстро улыбнулась, – Раз ты такой смелый, может, первым пойдешь, а? Я, вообще-то, не привыкла на мужиков полагаться, но за твоей спиной спрятаться было бы неплохо.

– Кажется, это твое задание, а не мое? – Хищник легко усмехнулся, – Ты ведешь себя не как наемница. Это вызывает некоторый… диссонанс.