- -
- 100%
- +
Приди…
– Лизи, я ухожу. Проследи, чтобы твой брат лёг спать вовремя, не позднее десяти, – Виктория поправляла волосы перед зеркалом в холле. Её непослушные локоны никак не хотели укладываться в аккуратный пучок и так и норовили вырваться из плена шпилек и невидимок. Она посмотрела через зеркало на свою пятнадцатилетнюю дочь Элизабет и девятилетнего сына Джорджа, которые стояли в проходе на кухню. Джордж жевал тост с шоколадной пастой, его темные волосы, такие же непослушные, как и у Вики торчали веселым ёжиком.
– Ну, мам, ты же не в первый раз уходишь на ночное дежурство, всё будет Окей, – Лизи мило улыбнулась. Внутри она была вся в нетерпении, да она уложит Джорджа спать уже в девять. Только бы он не мешал ей и двум её подружкам развлекаться, ведь именно сегодня они собрались устроить пижамную вечеринку с ночевкой у них дома.
И Лизи была права, её мама – врач хирургического отделения часто уходила на ночное дежурство и оставляла детей одних. Это если отец был в рейсе, что случалось довольно часто. Их отец Шон был пилотом пассажирского самолета на международных рейсах, в силу своей профессии он часто отсутствовал дома, зато при возвращении привозил много сувениров, подарков и вкусняшек. Сейчас он полетел в Париж и должен был вернуться не раньше, чем через два дня.
И чего мама так нервничает? Вики и сама этого не знала. Её переживания можно было понять, когда она стала впервые оставлять детей одних после смерти их бабушки Кэтрин, которая умерла два года назад. Это была большая утрата для всех, Кэтрин была светлым и добрым человеком. Это именно она, работая главврачом в больнице, познакомила своего вечно занятого сына Шона с Викторией. А после рождения внуков она твердо решила уйти на пенсию и нянчиться с ними. Но коварный тромб, оторвавшийся во сне, прервал жизнь этой замечательной женщины, любимой всеми членами семьи, коллегами по бывшей работе и соседями.
Тяжелее всех переживала Элизабет. Даже свои девичьи секреты и переживания она доверяла именно ей. Не стоит думать, что с матерью у неё были плохие отношения, нет, просто бабушка была ей ближе по характеру: у них совпадали вкусы и взгляды во многом. И внешностью внучка была похожа на бабушку: русые волосы, серые глаза, высокие скулы, изогнутая верхняя губа. Часто бывало, что начиная смотреть новый фильм, они одновременно высказывали одинаковое мнение о новом творении кинематографа. И вся семья взрывалась смехом от таких курьезов и совпадений. Джордж тоже любил бабушку, но такой связи у них не было, да и его возраст помог ему быстрее справиться с горем. Но только не Элизабет, она до сих пор разговаривала с бабушкой и верила, что та её слышит.
В дверь постучали, Вики открыла, заметив на лице дочери нетерпение и радость. Виктория улыбнулась, она точно знала, что сегодня Лизи не удастся вовремя уложить Джорджа спать. А как же он ляжет спать, когда Лиз с подружками будут веселиться, смотреть сериалы, есть вкусняшки? За дверью на пороге стояли улыбающиеся подружки её дочери: Мэри и Хлоя.
– Добрый вечер, миссис Доннат. Прекрасно выглядите! – хором проговорили девочки. В руках они держали пакеты с пижамами и вкусняшками: леденцы, шоколадки, карамельки, печенья.
– Здравствуйте, девочки. Ну, я поехала, ведите себя хорошо! Веселого вечера!
Виктория помахала детям и пошла к своему автомобилю. Дети помахали ей в ответ и с нетерпением прошли в дом.
– О, девчонки! Привет! Всё взяли?
– Всё и даже больше, – загадочно ответила Мэри, приподнимая свой второй пакет, в котором читались очертания чего-то прямоугольного.
– А что это? – с присущим младшим братьям и сестрам любопытством спросил Джордж.
– Любовные романы, – ответила ему Мэри, желая, чтобы Джордж потерял интерес. И угадала. Лицо Джорджа исказилось гримасой отвращения: «Беее!»
Девчонки дружно засмеялись. Вечеринка удалась на славу, все четверо посмотрели новый мультфильм, потом фильм про супергероев, недавно вышедший в прокат, попутно объедаясь сладостями. За окном стемнело.
– Джордж, тебе пора спать, – Лизи посмотрела на часы.
– Ну, Лизи! – заныл брат.
– Хорошо, оставайся, будем читать любовные романы, – ответила Хлоя, хитро смотря на Джорджа.
– Фу! Нет, я лучше спать!
И Джордж встал с дивана, направляясь в ванную чистить зубы. Он лучше в комнате в игры на телефоне поиграет, чем будет слушать эти сопливые истории. Ох уж эти девчонки! В любом возрасте все эти сюси-пуси любят. За его спиной послышалось хихиканье девочек.
– Всё, братишка! Пора спать! А то достанется нам от мамы: и тебе и мне. Спокойной ночи!
Элизабет закрыла дверь в спальню брата и вернулась к подружкам в гостиную. Ей не терпелось узнать, что же такого придумала Мэри, в её пакете точно не могло быть никаких романов, не такая она была. Уж скорее у неё в пакете окажется колдовская книга. Увлекалась её подружка всякими мистическими делами, особенно после просмотра Сумерек всё мечтала стать такой же, как и Белла: отрастила волосы, повторяла её манеру поведения, различную мимику, манеру говорить. И в самом деле, Мэри была похожа на актрису Стюарт, сыгравшую Беллу: длинные темные волосы, светло-карие глаза, светлая кожа, худоба. А вот Хлоя была блондинкой-хохотушкой, всегда весёлая, задорная, этакое солнышко в их маленькой компании.
Подружки сидели на диване в трепетном ожидании Лизи, на столе уже лежало то, что Мэри принесла в пакете и это была доска Уиджи. Элизабет на мгновение замерла на пороге, по телу прошла волна необъяснимого страха.
– Это что? – медленно спросила она у Мэри.
– А разве не видно? Я же обещала кое-что интересное.
– Я пыталась её отговорить от этой затеи, – проговорила Хлоя.
– Да ладно вам, девчонки! Не будьте занудами. Я дома уже пробовала.
– И как?
– Не получилось, – с грустью ответила Мэри.
– Что? Всё надеешься найти своего Эдварда? – с притворной загадочностью спросила Хлоя, сдерживая смех.
– Очень смешно! Девчонки! Ну, давайте! Можно узнать своё будущее или попросить чего-нибудь, будет интересно. Вызовем дух Вашингтона или Монро или кого-нибудь ещё. Разве не хотите пообщаться с кем-нибудь из умерших?
Перед глазами Элизабет встала бабушка, улыбчивая, светлая, с маленькими морщинками вокруг глаз, из-за чего на глазах самой Лизи выступили слезы.
– Эй, Лизи, ты чего? Я что-то не то сказала? – забеспокоилась Мэри, заметив слезы в глазах подруги. Она и Хлоя подскочили к подруге.
– Лиз, ты бабушку вспомнила?
– Угу, я так по ней скучаю. Каждый день с ней разговариваю.
Девочки замолчали, все думали об одном и том же, и только Мэри решилась спросить.
– А может, получится поговорить с ней через эту доску? Ты чего? – шикнула она на Хлою, которая больно ткнула её в бок.
– Опять за своё!
– Знаете, может, Мэри и права. Вдруг у нас получится, и бабушка придёт поговорить со мной. И это будет безопаснее, бабушка точно нам ничего плохого не сделает. Давайте попробуем. Рассказывай, что надо делать?
Девочки под указания Мэри расставили и зажгли свечи, выключили свет и уселись вокруг стола.
– Кладем кончики пальцев одно руки на указатель и ни в коем случае не отпускаем, чтобы не случилось.
– Не пугай!
Пальцы девочек легли на указатель, и Мэри начала звать дух покойной бабушки Кэтрин. В самом начале девушек окутало чувство чего-то таинственного, мистического, они стали дышать медленнее, прислушивались к каждому звуку в доме, пытались почувствовать присутствие духа. Но, минута, две, три, ничего не происходило. Указатель не двигался, никаких посторонних шумов, звуков, температура резко не упала в комнате, никакие предметы не начали двигаться, как это ожидали девочки. Ведь именно так показывают в кино. Хлоя уже начала скучать, Лизи расстраиваться, но Мэри с упорством продолжала призывать дух Кэтрин.
– Всё, хватит, Мэри. Мне это уже надоело! Ничего не получается. Ерунда всё это! – Не выдержала Лизи и встала.
– Ты что делаешь?! Нельзя разрывать цепь!
– Но никто же не пришел?
Лизи собиралась пойти и включить свет, как все они в испуге вскочили от крика Джорджа. Джордж стоял в проеме коридора и с ужасом смотрел куда-то за спину Мэри.
– Джордж, что случилось?
Но договорить им не удалось, указатель на доске медленно пополз и остановился на указателе «Привет!», и все свечи разом потухли. Вот тут уж с ужасом закричали все. Элизабет кинулась к выключателю.
– О, Боже мой! Джорджи! Джорджи!
Хлоя подбежала к подруге и её брату, а Мэри стояла в ступоре, боясь пошевелиться, завороженно смотрела на доску. Джордж открыл глаза.
– Слава Богу! Ты очнулся! С тобой всё в порядке? Что с тобой случилось? Почему ты закричал.
Мальчик расплакался и сквозь слезы, заикаясь, стал рассказывать.
«Я стал играть в игру. Потом мне стало интересно, что же вы тут делаете. Я решил, что вы меня обманули, и у вас не было никаких романов. Я прокрался в коридор и стал наблюдать. Вы сидели, вызывали бабушку. Потом ты, Лизи, встала, и я увидел это. Оно стояло за вашими спинами. Большой, черный, он посмотрел на меня, он понял, что я его вижу». И Джордж снова разревелся.
– Джорджи, успокойся. Это, скорее всего, была тень кого-то из нас от свечей. Тебе показалось, вот и всё.
Девочки пытались успокоить мальчика, хотя сами испытывали ужас. Они не хотели верить в то, что кто-то пришел к ним, но в то же самое время все они видели, как двигался указатель. Они пытались успокоить Джорджа и убедить его, да и самих себя, что это всё игра воображения и теней. А указатель? Просто кто-то из них случайно задел стол, вскакивая от крика Джорджа, вот и всё! Никакой мистики. Сейчас же всё спокойно. Настроение было испорчено у всех. Элизабет уложила брата в своей комнате вместе со всеми. Про спиритический сеанс они не упоминали, все хотели забыть об этом. На следующее утро девочки пытались вести себя, как обычно и не вспоминать вчерашнее происшествие. Мэри забрала доску и выкинула в ближайшую мусорку по дороге домой.
– Ну как прошли ваши посиделки? – Виктория заглянула в гостиную, где дети смотрели мультики.
– Нормально. Ничего необычного: фильмы, объедания, пустая девчачья болтовня.
– А ты Джордж? Не скучал?
– Нет, было весело, – Джордж улыбнулся Вики.
– Какой-то ты бледный. Поздно спать лег? Верно? Ну ладно, один раз можно, тем более каникулы. Кто хочет есть?
– Что-то не хочется, – ответила Лизи, а Джордж лишь помотал головой.
– Ясно, сладостей переели. Аллергия хоть не началась?
Дети помотали головами.
– Тогда я прилягу отдохнуть. А вечером приготовлю ужин. Люблю вас.
– И мы тебя, – за двоих ответила Лизи. Когда мама скрылась в коридоре, Лиз тихонько поинтересовалась у брата о самочувствии. Тот уверил, что всё хорошо, он не боится, всё забылось. Тогда Лиз решила больше не напоминать брату о случившемся и самой быстрее забыть обо всём. Мультфильм закончился, Лиз спросила у брата: чем бы он хотел заняться, тот ответил, что будет играть в своей комнате в телефон.
– Хорошо, а я пойду, полежу в ванной, так что ванная будет занята. Если хочешь в туалет, то сходи сейчас.
Джордж помотал головой в знак отказа. Он прошел по коридору до развилки, где тот делился надвое. Справа были спальня родителей и ванная, а слева напротив друг друга находились две комнаты его и Лиз. Раньше её спальня принадлежала бабушке, а они вдвоем ютились в одной. После смерти бабушки Лиз сама захотела переехать именно в её комнату, хотя она была меньше их общей. Джордж посмотрел налево: дверь в спальню родителей была закрыта, Виктория отдыхала после ночной смены. Джордж прошел к себе, влез на кровать и стал играть в телефон. Он слышал, как Элизабет прошла в ванную, как зашумела вода. После вчерашнего происшествия он всё ещё со страхом прислушивался ко всем шорохам, присматривался ко всем углам, но детская психика так устроена, что стирает страшные и неприятные воспоминания. Вот и он не помнил похороны бабушки. Оставались лишь некоторые моменты из детства связанные с бабушкой, а её фотографии и видео с ней помогали не забыть её лицо и голос.
Задумавшись и забыв про игру, Джордж посмотрел на экран телефона, который потух, и замер. На темном экране он видел своё отражение, дверной проем позади себя, а из-за дверного косяка выглядывал кто-то черный. Он держался рукой за косяк и смотрел своими светящимися глазами на Джорджа. Сердце замерло, дыхание остановилось, Джордж смотрел на этот выглядывающий черный силуэт и боялся пошевелиться. Это что-то стало медленно скрываться в коридоре, но Джордж ещё долго боялся пошевелиться. Закричать? Обернуться? И он обернулся – никого. Он медленно встал, подкрался к двери и осторожно выглянул в коридор – никого. Джордж даже осмелился и прошелся по коридору, выглянул в сторону гостиной, подошел к двери ванной. Вода так же шумела, сестра что-то напевала, а мама тихо похрапывала в спальне.
Джордж вернулся к себе в комнату, запер дверь и сел за телефон. К его радости больше ничего не происходило, никаких черных силуэтов.
– Мам, а папа на сколько приедет домой? – Джордж ждал возвращения отца больше чем обычно, не из-за подарков, которые он заказал у него, а из-за того, что папа это мужчина, сила, защитник. Уж в его присутствии никакие черные силуэты не посмеют появляться в их доме.
– Милый, он приедет всего на два дня, а потом у него снова рейс.
– Но он же говорил, что будет дома неделю!?
– Он согласился подменить другого пилота, который заболел.
Джордж погрустнел.
– Не расстраивайся! Папа уедет ненадолго, всего на два дня. Это будет рейс по стране. Он полетит в Калифорнию. Может ему удастся взять у какой-нибудь звезды автограф. Может даже на его рейсе будет кто-то из знаменитостей.
– Я бы хотел автограф Железного Человека или Тора, – глаза Джорджа загорелись.
– Не будем загадывать заранее. Не сидят же все звезды в одном месте и раздают автографы.
– Ну, хоть у кого-нибудь, всё равно будет здорово.
И Джордж весь вечер стал мечтать и представлять, как в самолете его папы летит Железный Человек или Человек Паук, как они жмут руку его папе, благодарят за мягкий полёт и посадку, как фотографируются с ним, дают автограф для него, Джорджа. Да, именно так и будет. Из мечтаний Джорджа вырвал слабый стук в дверь его комнаты, которую он снова закрыл, хотя делал это редко. Вот Лизи теперь часто закрывалась в комнате и не разрешала входить без стука. Теперь и он будет так делать, ведь он теперь тоже взрослый.
– Войдите, – деловито произнес Джордж. Дверь тихонько открылась, а за ней никого не было.
– Лизи? Мама? Это вы?
Джордж осторожно выглянул в коридор. Мама была у себя, дверь её спальни была закрыта, дверь Лизи тоже. В коридоре тускло горели несколько светильников на стенах, а в ответвлении, ведущем в сторону гостиной и кухни, было темно. Снова послышался слабый стук, теперь он шел из противоположного конца коридора. Светильники на стенах стали моргать и гаснуть, один, второй, третий. Темнота приближалась к Джорджу, а вместе с ней и слабый стук в стену. Не дождавшись, когда погаснет самый последний светильник возле его двери, Джордж захлопнул дверь. Стоило это сделать, как раздался оглушительный стук. Кто-то настойчиво и сильно стучал в дверь Джорджа. Мальчик крикнул, запрыгнул на кровать и накрылся одеялом. А в дверь продолжали ломиться, которая готова была треснуть от силы и натиска ударов.
Где же мама? Где Лизи? Неужели они не слышат этот грохот?
Дверь с грохотом распахнулась и с сильным грохотом ударилась о стену, а Джордж, не выдержав напряжения и ужаса, провалился в небытие. Очнулся он уже утром. Мальчик с ужасом посмотрел на дверь, та была открыта нараспашку. Послышались шаги, Джордж напрягся и облегченно вздохнул, когда в проеме показалась Лизи.
– Доброе утро, соня! – Элизабет заметила, что брат неважно выглядит: бледный, синяки под глазами, испуганный вид. Она обеспокоенно спросила, – Джордж? Всё хорошо? Ты плохо выглядишь?
Джордж хотел рассказать сестре о случившемся вечером, спросить: почему она не слышала этот ужасный грохот и его крики? Но не смог. Хотел, но не мог, словно кто-то зажал ему рот и запретил говорить об этом. Он только смог ответить: «Всё нормально», хотя на самом деле так себя не чувствовал.
– Ну, ладно. Мама зовет завтракать. Пошли.
Джордж думал, что ему и кусок в рот не полезет, но к своему же удивлению съел всё, даже нелюбимую овсянку.
– Мужчина растёт! Вон, какой аппетит появился! – похвалила его мама.
Элизабет тоже была рада такому аппетиту брата, значит с ним всё хорошо, и он забыл о том ужасном вечере. Ведь она винила себя в том, что согласилась на эту авантюру со спиритической доской, в том, что случилось с братом.
– Я сегодня снова на дежурство, а завтра приезжает папа. Сегодня никаких вечеринок не намечается? – Вики с улыбкой посмотрела на Лизи.
– Нет, хватило той надолго.
– Чем займемся сегодня? А то я вчера весь день проспала, как сурок.
Решили посвятить день походам по магазинам. Пока Виктория с Элизабет закупались в магазинах, Джордж зависал в игровом зале. А что? Не ходить же ему по женским магазинам?
Эх, был бы сейчас рядом папа, было бы веселее. Ему тоже всегда было скучно ходить по магазинам с мамой и Элизабет. Вот завтра он приедет, столько всего расскажет интересного. Ну и пусть на один день, зато потом он полетит в Голливуд! Надо составить список чего я хочу!
Довольные покупками Виктория и Лизи забрали Джорджа от игровых автоматов и отправились домой. Дома Элизабет отправилась к себе рассматривать и примерять покупки, Джордж решил покататься на велосипеде, а Виктория занялась приготовлением ужина. От примерки очередной обновки Лиз отвлек телефон, звонила Хлоя.
– Привет, ты как?
– Нормально. Джордж тоже хорошо, про тот вечер не вспоминает и даже маме не стал рассказывать, а то влетело бы мне от неё.
– И что? Дома больше ничего странного не происходило? – трубку у Хлои отобрала Мэри.
– Нет, а ты на это надеешься? – Лиз закатила глаза.
– Ну, мало ли.
– Вот у себя бы дома и вызывала бы.
– Чего ты начинаешь? Сама же захотела, а могла бы отказаться. – Мэри обидели слова подруги, которая явно хотела свалить всю вину на неё.
– Всё! Девочки, не ссорьтесь. Всё обошлось, ничего страшного не произошло. Тогда, скорее всего, Джорджу показалось: игра теней и всё такое, а указатель, просто кто-то случайно задел стол. Мы же все вскочили как ненормальные после крика Джорджа. Не стоит ссориться. – Хлоя всегда выступала в роли миротворца в их маленькой компании, да и вообще, всегда старалась всех помирить.
– Хорошо. Прости, Мэри, я ляпнула сгоряча.
– И ты прости, глупость спросила. Чем занимаешься?
– Девчонки, приходите, у меня столько обновок, хочу показать. А завтра папа должен привести мне сумочку и духи из Парижа, которые я заказывала.
– Лучше ты выходи погулять, сходим в парк, на скейтах покатаемся.
– Встречаемся на углу парка через полчаса.
И Элизабет стала собираться на прогулку, как раз покажет подружкам свои новые джинсы и майку.
– Мам, я с девчонками в парк, – Лиз заглянула на кухню.
– Хорошо, только вернись к моему уходу. Джордж на улице?
– Да, с мальчишками на великах гоняет. Я побежала.
– Привет девочкам!
– Классные джинсы! – восхитилась Мэри.
– И майка тоже. Где купила? Покрутись, супер!
Лиз было приятно. Она знала, что подружки ей ни капельки не завидуют, не было такого в их маленькой компании. Все всегда искренне восхищались обновками друг друга, потом давали поносить друг другу. И теперь Лиз знала, кто в ближайшее время из подружек у неё что попросит: Мэри – джинсы, а Хлоя – майку. Девочки хорошо провели время, катаясь на скейтах, поели мороженное, посплетничали, стараясь не затрагивать тот вечер. Когда подошло время, Лиз отправилась домой.
– Твоя мама снова на дежурстве?
– Да, кто-то из коллег ушел в отпуск. И папа тоже приезжает всего на один день, потом за кого-то летит в Голливуд.
– Ничего себе! Вот здорово! Голливуд, можно встретить звезд, – мечтательно произнесла Мэри.
– Ты прямо как Джордж, ещё автограф Человека Паука попроси.
– И зачем мне его автограф?
– Пока девчонки, я побежала, – и Лиз, встав на скейт, поехала домой.
После ухода Виктории на работу дети поужинали, поиграли в монополию и стали укладываться спать. Ну, как укладываться, Джордж – спать, а Лиз – зависать в соцсетях. Хотя она и подозревала, что и брат не сразу закроет глазки и отправится в мир Морфея.
– Так, я знаю, что ты сейчас зависнешь в телефоне, и не собираюсь каждые пять минут говорить тебе, чтобы ты засыпал. Поэтому, даю тебе час, а потом, если не ляжешь спать сам, заберу телефон. Всё понятно?
Джордж лишь хитро улыбнулся. Он знал, что Лиз сама зависнет в телефоне и забудет о нём. Лучше сказать «Да» и сделать всё по-своему. Но в этот раз Элизабет ровно через час заглянула к брату и отобрала у него телефон под его недовольные ворчания. Сидя в соцсетях, Лиз почувствовала, что её глаза слипаются, хотя было ещё не поздно. Лучше тоже лечь пораньше, завтра ведь приезжает папа. И Лиз ещё раз, заглянув в комнату брата и убедившись, что тот спит, закрыла двери в его и свою спальню и легла спать.
Посреди ночи Лиз проснулась от непонятного ощущения тревоги. Она открыла глаза, стараясь успокоиться, такое иногда бывало после приснившегося кошмара, неприятный осадок. Но в этот раз тревога не прошла, да и не снился ей кошмар. Лиз посмотрела на часы, время было половина четвертого. Ещё спать и спать. И только сейчас она заметила, что двери в её и комнату брата открыты. Лиз точно помнила, что закрывала обе. Джордж вставал и открыл? Она слегка поддалась вперед, чтобы посмотреть на брата. Её кровать стояла немного в стороне от проема двери, а вот кровать брата прямо напротив двери боком. Лиз увидела, что брат сидит на кровати.
Ну, точно! Играл в телефон и не успел притвориться, что спит! Сейчас я ему…
– Эй, Джордж! Ты почему до сих пор не спишь? Я тебе что сказала? Всё маме расскажу. – Крикнула Лиз в проем двери, но брат никак не отреагировал. – Ты оглох? Не притворяйся, я уже поняла, что ты не спишь. Джордж?
Но от брата никакой реакции, он так и продолжал сидеть на кровати, смотря перед собой. Эта сцена начинала немного нагонять страха на Элизабет. Она встала с кровати и решила подойти к брату.
Наверное, он в наушниках, вот и не слышит меня.
– Эй, Джордж, ты меня слышишь.
Как оказалось, никаких наушников у Джорджа не было, да и сидел он с закрытыми глазами. Лиз ещё раз попыталась его позвать, но брат никак не отреагировал. Слабый стук заставил Лиз резко обернуться, а повернувшись снова к брату, обнаружить, что тот спокойно спит на боку, как ни в чем не бывало. Элизабет с трепетом и страхом быстро вышла из комнаты и снова закрыла обе двери. Она поняла, что у брата начался лунатизм, это было единственное объяснение его поведения, но этот стук. Всё-таки даже такое простое явление, как лунатизм произвело на неё неприятное впечатление. Не хотелось бы, чтобы брат во сне заходил к ней в комнату, выглядело это всё неестественно и немного пугающе.
С утра с приездом отца она забыла про ночное происшествие, радуясь встрече и подаркам. Только за обедом она рассказала о произошедшем ночью.
– Да ты, братец, у нас лунатик. – Шон потрепал сына по волосам, – Надо бы спрятать все острые предметы.
Эти слова заставили Элизабет вздрогнуть и посмотреть с испугом на отца.
– Да шучу я. Ничего необычного в лунатизме нет, бывает, особенно у детей.
– Всё равно надо показаться врачу, а то вдруг он поранится во сне, упадет.
Джордж с удивлением слушал такие новости о себе, естественно он ничего не помнил о своих ночных выходках. А Лиз решила теперь не запирать свою дверь, чтобы в случае хождения брата вернуть его в постель, беспокоясь о нем. День прошел насыщенно, все члены семьи отдыхали и наслаждались обществом друг друга. Вечером устроили праздничный ужин, но спать легли пораньше, у Шона был утренний рейс. Лиз делилась новостями с подружками по телефону и договаривалась о встрече на завтра. В комнату слабо постучал Джордж. Услышав этот слабый стук, так похожий на ночной, Лиз встрепенулась от страха.
– Лизи, я хочу спросить, – стесняясь, сказал брат.
– Да, Джорджи, говори.
– Я странный? – на лице брата отразилась грусть.
– Нет, ну что ты! Ты из-за лунатизма? В этом нет ничего странно. И родители же сказали, что со многими такое бывает. Я про это прочитала, многие дети ходят во сне, это потому, что ты растешь.
– Правда? Это нормально? – с надеждой Джордж посмотрел на сестру.
– Конечно! Не волнуйся!
И Лиз обняла брата и чмокнула в щечку. Может, и не стоило обо всем этом говорить родителям? Ну, лунатизм, что тут такого? А то теперь Джордж переживает по этому поводу. Элизабет отвела брата в его комнату и помогла укрыться.