- -
- 100%
- +
Обойдусь без сил. Лишь бы с балкона больше не выкидывали.
***Лестница вела к потайной двери, спрятанной за одной из деревянных панелей. Это не могло не радовать – если меня оставят здесь и захочется прогуляться или даже сбежать, не придётся долго плутать, чтобы выбраться. Но замок тут должен же быть? Жутко становилось от мысли, что кто-то мог свободно пробраться посреди ночи.
Шад бережно опустил меня на пол и поспешил занять место в углу зала, за одним из диванчиков, на котором расположился Ананта. Дождавшись, когда я подойду ближе, к своему повелителю присоединился и Рюдзин. От пристальных взглядов хотелось спрятаться, но пришла мысль рассматривать происходящее как не вполне стандартное собеседование, и получилось улыбнуться. Конечно, я для этого мира никто и звать меня никак, но задавать вопросы имею полное право. Чтобы лучше представлять, чего от меня ждут и что можно получить взамен.
Что ж, если это собеседование… Пожалуй, Ананте пошёл бы брючный костюм. Рюдзина в другой одежде представить трудно. А про Шада рассуждать бессмысленно – из-за обмотанной вокруг головы шали только глаза да кусочек переносицы видно. Кожа точно не сильно смуглая, глаза – голубые, кошачьи. Вот и всё, что мне пока известно. Из-за вертикальных зрачков скорее можно подумать, что Шад дракон, а не Рюдзин, как бы он себя ни называл.
– Прошу же, садись, – улыбнулся хозяин дворца и сделал приглашающий жест.
– Спасибо, я постою.
Он вопросительно поднял брови.
Чёрт, ну не говорить же ему, что, когда я упала, зад травой испачкался, и садиться на дорогущий на вид бархат боязно? Ещё и халат белый, шёлковый… тоже недешёвый. И проблема не в том, что отругают за испорченную вещь. Им, кажется, совсем не жалко, иначе бы давно что-то сказали или потребовали. А мне – жалко. Очень.
Или мне счёт за всё выставят как-нибудь потом? Надо выяснить уже, на каких я тут правах, насколько богат Ананта и что мне позволено. Чего, собственно, от меня ждут? Не просто же я так попала в этот мир. Ведут они себя спокойно и миролюбиво, так что можно смело предположить: мой случай далеко не первый.
– Визирю моему в поступках сдержанность неведома, и часто действует он опрометчиво. Но, коль гостьей я назвал тебя, прекраснейшая, страшиться нечего, – по-своему расценил мою заминку Ананта. – Вопросов много в голове твоей, посему позволь мудрейшему из мудрых прийти мне на подмогу и утолить твой интерес. Поведай же своё имя, прекраснейшая, и раздели свои тревоги с нами.
Мне бы такое красноречие. Хотя, конечно, он здесь хозяин и чувствует себя уверенно. На его месте я бы тоже вела себя так, но пока могла только беспокойно отводить взгляд и всячески скрывать трясучку, судорожно подбирая слова.
– Рита, – представилась я и всё-таки устроилась на краешке одного из диванов, сев на длинные рукава халата, чтобы не испортить обивку. Одежда и так частично испорчена, лучше уж её мучать, чем мебель.
– Имя твоё, прекраснейшая? Ритэ? – уточнил Ананта.
Поправлять его произношение не стала и просто кивнула. Мало ли как магический переводчик работал – вдруг именно так он всё и услышал? Или моё имя звучало сродни ругательству или чему-то неприличному?..
Стоило покончить с представлением, повисла тишина, которую я расценила как приглашение задавать вопросы.
– Как я сюда попала? И сюда – это куда? Я здесь зачем-то? А кто вы?
– Не так уж важно как, – фыркнул Рюдзин, вертя в руках возникший из ниоткуда веер, – куда важнее зачем. Я имею в виду, тебя интересует не смысл происходящего, а только то, каким образом всё случилось?
Мысленно вздохнула и сосчитала до десяти. Вывод, что в присутствии Ананты болотный –зелёный, да ещё и лягушку подарил, пусть и украшение – гад переставал быть противным, можно перечеркнуть. Сдержанный – да, но по-прежнему занудный и… высокомерный. От снисходительного тона внутри меня всё сжималось, будто на пересдаче важного экзамена. Причём не по своей глупости, а только потому, что отказалась покупать методичку преподавателя, вот он и мурыжил, пользуясь положением.
– А раньше подобное случалось? – Решив игнорировать снисходительный тон и его источник в целом, я посмотрела на Ананту, но тот виновато качнул головой в сторону своего визиря.
– Можешь же, можешь думать и задавать правильные вопросы! – Рюдзин аж подпрыгнул на месте.
– Так постарайся и ответь на них. Не будь подобен Валто, мудрейший из мудрых, – осадил его Ананта.
– Одни вопросы потянут за собой другие, и мы не управимся и до вечера, а у меня и без этого достаточно забот. В том числе разрешение загадок, связанных с нашей прекраснейшей гостьей, – подражая размеренному тону повелителя, пропел болотный гад. – Более того, если встанет вопрос о её возвращении домой…
– А это возможно? – встряла я.
– Теоретически. Здесь одно из трёх: или мы разберёмся, зачем ты здесь оказалась, или сумеем найти нужный осколок, или – всё разрешится само собой. В последнем случае нет никаких гарантий, что это случится скоро и вообще случится. Однако, беря в расчёт прошлый опыт…
– Так всё-таки подобное случалось? – перебила его и даже толики угрызений совести не ощутила.
– Твой случай – четвёртый. Несчастливое число, – обрадовал меня Рюдзин.
Брошенный на него недовольный взгляд не помог – гад продолжал безмятежно улыбаться, будто он так заботу выражал, а не поддеть или напугать пытался. Может, в этом мире у примет куда больше силы? Всё-таки магия – настоящая.
– Что же, раз мудрейшему из мудрых надобно уединиться, дабы отыскать средство возвратить тебя, о прекраснейшая, в родные земли, быть тебе моей гостьей и впредь. Не отказывай себе ни в чём в моём дворце. – Ананта переключил внимание на себя.
Запоздало подумалось, что уж при нём-то надо вести себя прилично, всё-таки почти начальник. Поддаваться на провокации Рюдзина в его присутствии не стоило.
– Просто так? – насторожилась я. – Я ничего вам… не буду должна?
– Это наш долг. Как хширасс, – заявил хозяин дворца так, будто непонятное слово всё объясняло.
– Хши… расс? – Я в недоумении вскинула брови.
– Похоже, твой артефакт не работает? – оглянулся на визиря Ананта. Мне показалось или в его тоне промелькнуло ехидство?
– Всё работает, – цыкнул Рюдзин и постучал сложенным веером по подбородку. – Феномен, не имеющий аналога в языке реципиента, не может быть корректно выражен посредством лексем переводного языка.
– Так кто вы? – пока рассуждения окончательно не скатились к трудностям перевода, я вернула разговор в нужное русло.
– Хранители магического равновесия, – пояснил болотный гад. – Такой формулировки будет достаточно, иначе придётся вдаваться в сложности мироустройства. Если совсем упростить, наша обязанность – помочь тебе, потому что никто знает, как всё обернётся, если мы этого не сделаем. Никому не нужно второе пришествие тьмы или доламывание и так хрупкой Грани, так что лучше уж сиди тут, под присмотром.
Я неуверенно кивнула. Под присмотром, значит под присмотром.
– Гуляй, развлекайся, наслаждайся едой и вином, – вроде бы радушно улыбнулся Рюдзин, – а когда вернёшься домой, всё произошедшее для тебя станет зыбким видением, мимолётным сном.
– Разве моё отсутствие не заметят? – Беспокойство всё-таки вырвалось наружу, и я вцепилась пальцами в край рукава. – Меня должны искать…
– Время в отражениях течёт медленнее, так что, предполагаю, в твоём мире пройдёт… не больше пары минут? Кто-то успеет потерять тебя за это время? – насмешливо фыркнул Рюдзин.
Расстраивать бабушку не хотелось, так что подобное объяснение меня успокоило. Но ненамного. Насколько можно верить словам Рюдзина – ещё нужно выяснить, да и слова эти были лишь предположением. Свободно путешествовать по мирам «хранители магического равновесия» точно не умели, иначе вопрос, как вернуть меня, не встал бы. Но раз Рюдзин говорил по-русски, с моим миром он всё-таки был знаком. Или это тоже какая-то хитрая магия? Хотя мою шутку про японское божество он оценил, так что вывод очевиден: или эти знания у него возникли благодаря прошлым «гостям», или каким-то образом он мог добывать информацию из-за пределов своего мира.
– А что за отражения? – зацепилась я за непонятное объяснение.
Ананта неожиданно рассмеялся, запрокинув голову, и хлопнул в ладоши.
– Вижу, скучать тебе не дадут, мудрейший друг мой, – сощурившись, оскалился он в сторону Рюдзина. – К великому сожаленью моему, придётся мне вас покинуть. Заботы города вниманья жаждут.
– Можно подумать, я ничем не занят, – оскорблённо отвернулся Рюдзин и со щелчком расправил веер, закрываясь им.
– А вы… не могли бы… вы?.. – замялась я, когда Ананта встал.
– Не тревожься, Ритэ, – улыбнулся он, – оберегать тебя будет Шад. С ним нечего страшиться.
Мельком посмотрев на укутанную в плащи фигуру, я благодарно улыбнулась Ананте.
– Весь дворец к твоим услугам, прекраснейшая, – медленно кивнул он и вышел.
Оставшись с Рюдзином, я шумно выдохнула и попыталась составить в голове список основных вопросов. Было бы лучше, окажись под рукой тетрадь или хотя бы лист бумаги, чтобы законспектировать основное, перечитать потом и разобраться, что к чему, зачем и почему.
Стоило Ананте уйти, на лицо болотного гада вернулась едва различимая змеиная улыбочка. Хорошо, что балкон был достаточно далеко, острого поблизости ничего не находилось, а за Рюдзином стоял Шад, который, надеюсь, способен помешать его внезапным порывам убедить меня посредством… Не знаю даже, как такие методы назвать. В стрессовых ситуациях вроде бы дозволяется кричать и бить впавшего в ступор человека, но у меня же не ступор. Да и доверия эта выходка не прибавила.
– Любишь задавать вопросы? – сложив веер, спросил Рюдзин.
Блин, точно же! У гада была магия, так что отсутствие острых предметов меня не спасёт. Интересно, а Шад владеет чем-то подобным? Не просто же так он телохранитель Ананты. Или кто он, если не телохранитель?
– Не люблю чего-то не понимать.
– Рано или поздно ты вернёшься домой. К чему тебе там знания об устройстве мира здесь? Что будешь делать с тем, что узнаешь?
Сев ровнее, я смерила его долгим взглядом. В чём-то, быть может, он и прав, вот только пока я застряла здесь. Хотелось бы иметь толику понимания, а не просто ждать, когда же мне помогут. И если ждать, чем-то же занять себя надо?
– Книгу напишу, – фыркнула и, цыкнув, отвернулась. – Стану известной, разбогатею и ни в чём не буду нуждаться.
– Тебя интересует богатство? – В мгновение ока Рюдзин очутился рядом, встав ровно там, куда был направлен мой взгляд.
– А что? – спокойно уточнила я, поняв, что всё-таки интересна ему, как бы высокомерно он себя ни вёл. Но в присутствии Ананты он не хотел показывать этот интерес.
– Пытаюсь понять, какая ты. Идём. – Щёлкнув пальцами перед моим носом, Рюдзин поманил за собой. – Одних разговоров мало, да и пройтись не помешает.
Если здесь была библиотека, задача «выяснить как можно больше о мире» в разы упрощалась. Особенно если действие магического переводчика распространялось и на книги. А библиотека в этом дворце определённо должна быть, раз уж место принадлежало хранителям магического равновесия. Должность звучала достаточно внушительно, чтобы обязать обладать обширными познаниями.
Хотя говорить на незнакомом языке я могла благодаря ленте с камеей, а понимать его – из-за украшения на ухе. Так что, следуя логике, для книг нужно что-то вроде очков?
– Для чего тебе понимать меня? – Не желая оставаться в долгу, я последовала за Рюдзином, обеспокоенно бросая взгляд за спину время от времени – проверяла, шёл ли за нами Шад. – Хочешь понять, какая от меня может быть польза?
Телохранитель исправно выполнял приказ Ананты, а мне и впрямь было чуточку спокойнее, что с болотным гадом я не одна. Даже смелости прибавилось.
– Логическое мышление присутствует, – хмыкнул Рюдзин.
– И всё же?
Я чувствовала потребность забить голову информацией, чтобы если и думать, то о том, какое всё вокруг незнакомое и удивительное. Иначе откуда-то из глубины протягивал мерзкие щупальца страх, заставляющий подозревать, казалось бы, добрых и приветливых людей в чём-то ужасном. Исключая ситуацию с балконом, ничего со мной не сделали. Наоборот, проявили радушие, понимание и гостеприимство. Не стали упрекать, мол, чего это так подозрительно относишься, глупости всякие спрашиваешь, лучше бы сидела да помалкивала, пока умные мужчины проблему решают.
Кстати, а как тут с женской эмансипацией? И общим уровнем развития? Магия же прогрессу мешать не должна, как во всяких приключенческих историях, где тысячи лет одно сплошное средневековье, мечи и огненные шары.
– Смотри по сторонам, – цыкнул болотный гад. – Обратно я тебя не поведу.
Я ненадолго прикусила язык и стала глазеть по сторонам. На этот раз никаких низких коридорчиков на пути не встретилось. Залы с высокими потолками и колоннами, галереи и переходы с видами на парк и стену, что отделяла дворец от города, широкие лестницы с ажурными балюстрадами – всё сплеталось в хитрую архитектурную систему. Дворец не был одним зданием, скорее – целым комплексом, в котором с лёгкостью заплутаешь, если не знаешь верное направление. Не стоило и надеяться что-то запомнить, поэтому я просто любовалась окружением, как если бы гуляла на экскурсии. Жаль, гид попался не слишком дружелюбный.
– А почему так пустынно? – не сумела сдержать любопытство я. – Неужели здесь никто не живёт?
Рюдзин спешил, и чтобы не отставать, мне приходилось придерживать полы халата и широченные рукава. Вроде примерно одного роста, а ноги у болотного гада явно длиннее!.. После заданного вопроса он замедлился и оглянулся через плечо.
– Слуги не должны лишний раз попадаться на глаза хозяевам, у них другие коридоры. А гостей сейчас, кроме тебя, нет, – выдержав паузу, соизволил ответить он.
Воспользовавшись моментом, пока он не вздумал срываться с места в карьер, я связала концы рукавов за спиной – не будут болтаться, не станут и мешаться. Сердце кровью обливалось обходиться так с дорогой тканью. То ли я попросту не умела ходить в таких нарядах, то ли это было какой-то изощрённой пыткой для местных женщин. Или дело в том, что Рюдзин зачем-то торопился, а этот халат – скорее для размеренной прогулки или возлежания на мягком кресле, чем для забегов через весь дворец.
– Но, кроме тебя и Ананты, здесь кто-то есть? – спросила я. – В смысле не слуги. Ананта же правитель? А чей? Как называется ваша страна? А у мира есть название? А хранители – только вы с ним? Или есть другие? А сколько вас всего?
Наверное, в глубине души я злорадствовала и пыталась таким невинным образом отыграться на Рюдзине. Если и достану, то с меня взятки гладки. Всё ради пользы, всё ради дела! Глупостью мои вопросы не назвать – они скорее от незнания, чем от скудного ума. А что хочется разузнать обо всём и сразу, так это отлично! Вон, показываю своё желание не просто сидеть и вздыхать, когда же меня домой возвратят, а включиться в процесс и, возможно, чем-то помочь.
– Ананте принадлежит город, что ты видела, – пропустив мимо ушей часть вопросов, начал рассказывать Рюдзин. – Когда-то на месте этого города был лишь небольшой оазис, но удачное расположение позволило ему разрастись. Здесь находится пересечение нескольких торговых путей.
– А называется город?..
– Рашх, – перебил он, прежде чем я успела вымолвить что-то ещё. – А дворец – Рашхшудур ни-Шеру.
– А это что-то значит? – Униматься я не планировала. – Разве твоя магия не должна переводить всё-всё?
– Я же не дилетант, – оскорбился Рюдзин и закрылся веером, недовольно взирая на меня из-за него. – С топонимами – мучайся.
– Так что эти названия означают? – и не думала мучиться я.
Если уж есть тот, кто способен дать ответ, то почему бы и не спросить его? А не ответит – что тут сделаешь. Постараюсь запомнить и выяснить где-то ещё. Не то чтобы смысл названий по-настоящему важен, но это хороший способ проверить, как в действительности относился Рюдзин ко мне. Может, он только на первый взгляд такой вредный и высокомерный, а на самом деле ему нравится рассказывать и учить? Отличная же возможность лишний раз показать своё превосходство!
По крайней мере, с такими людьми я знала, как найти общий язык. Открываешь рот пошире, задаёшь как можно больше вопросов и восторженно хлопаешь глазами. Может, ответят и не на всё, но что-то точно расскажут.
– Безмятежность, – убрав веер, после небольшой паузы поделился Рюдзин. – Дворец безмятежности Властелина Юга.
– А на что вообще способна ваша магия?
Новый вопрос пришлось задавать уже на ходу, но теперь болотный гад не так спешил, и я смогла спокойно идти рядом.
– Смотря чего ты хочешь, – скривил губы он. – Другой цвет глаз, фигуру, лицо, голос? Или тебя всё-таки интересуют богатства?
– Причём тут это?
– Женщины часто недовольны своей внешностью. И хотят обладать чем-то, что позволит им жить не напрягаясь.
Странные интонации промелькнули в его голосе, но я решила не обращать на них внимание.
– Спасибо, меня пока всё устраивает, – попыталась успокоить его. Судя по мелькнувшему во взгляде ехидству, так Рюдзин по-своему мстил за поток вопросов: пытался задеть гордость и вывести из себя. – Но вернуть меня домой с помощью магии ты не можешь, так?
– Пока не могу, – с нажимом произнёс он. – Вопрос времени. Да и у мироздания есть законы, в которых придётся разобраться, чтобы понять, зачем ты здесь.
– А зачем я здесь?
Галерея, по которой мы шли, вывела к атриуму с декоративным бассейном в центре. Я подобрала полы халата, спускаясь по небольшой лестнице, и неожиданно для себя отметила, что Шад каким-то образом успел очутиться передо мной. И протянул руку: то ли предложил опереться, то ли попросту приготовился ловить, случись чего.
– Закон сохранения равновесия. – Рюдзин крутанул кистью и коснулся переносицы, поправляя очки. – Если где-то чего-то не хватает, мироздание пытается заполнить эту пустоту.
Замерев на середине лестницы, я поколебалась и кивнула Шаду, мол, спасибо, помощь не требуется, тут девушка самостоятельная, бдить не обязательно. Жаль, по одним глазам ничего не понятно…
Насколько неприлично будет попросить его снять шаль?
– Тогда и на моём месте должно что-то появиться? – Меня внезапно осенило, и я сама не заметила, как нагнала Рюдзина. – Это как цепочка домино, да?
– Не знаю, что за домино, но напомню: отсутствие в твоём мире будет кратковременным. Незначительным.
Всего на мгновение он улыбнулся, как мне показалось, мягко и ободряюще. Ему всё-таки нравится поучать?
– Значит, нужно выяснить, для чего я тут, и получится вернуться домой?
– Если ты действительно здесь для чего-то, – пожал плечами болотный гад. – Может статься и так, что твоё появление – случайность, попытка заткнуть пустоту хоть чем-то. Если не выясним это в ближайшее время, другие хранители заинтересуются тобой, а там созовут всех. И спокойствия тебе не видать.
– Ага, – протянула я, почуяв подтверждение догадки, – значит, всё-таки, кроме тебя и Ананты, есть ещё хранители. А как вы делитесь? По стихиям? Цветам?
– Каждый отвечает за своё, – поморщился Рюдзин, и я с удивлением заметила, что он не возмущается – едва сдерживает смех.
Моё излишне детское поведение он, видимо, находил забавным.
– Своё… что?
Необходимость тянуть из него объяснения чуть-чуть злила, но самообладание терять не стоило. Терпение и сдержанность, сдержанность и терпение. Если всё-таки сумею найти подход к Рюдзину, пользы всяко будет больше, чем если разругаюсь в пух и прах. Он не просто так занимал место визиря при Ананте. И не просто так Ананта считал, что именно Рюдзин способен ответить на мои вопросы.
– Место. Область. Территорию, – отчеканил он и смерил меня недовольным взглядом поверх очков. – Знаешь, тебе не помешает хотя бы изобразить почтение.
Всё-таки довела. Жаль. Надеялась, лимит вопросов нескоро будет исчерпан. Придётся сбавить обороты, а то вдруг на нашем пути встретится ещё один балкон…
Хотя мы уже и не шли. Видимо, этот атриум и был конечной точкой маршрута. И я даже примерно помнила, каким путём мы сюда добрались, значит смогу вернуться обратно.
Поняв, что почемучкой побыть больше не дадут, напоследок решила съязвить.
– А если не будет почтения, что сделаешь?
– Я могу придумать что-то поинтереснее свободного падения.
– Например? – Мне стало любопытно.
Он держался отстранённо, и я никак не могла понять, что же заставило его перемениться. Может, дело в пренебрежении, которое я позволила себе в сторону хранителей равновесия? Посыпать голову пеплом не собиралась – тут на лицо классический сюжет саги о магах и рыцарях, но… что я знала про этих «хширасс»? В чужой монастырь со своим уставом не лезут, так что смешки над пафосными клише стоит засунуть как можно глубже.
– Пришью твою голову козе, – с готовностью поведал Рюдзин. – И это не шутка, не угроза и не попытка запугать. Я способен.
Кажется, этим умением болотный гад неимоверно гордился. Проглотив желание уточнить, случалось ли подобное раньше, раз уж он так уверен в своих силах, я оглянулась на Шада. И чего отмалчивается? Будто призрак, а не живой… человек?.. Рюдзин говорил про драконов, это точно. И глаза у Шада не человеческие.
– А если у вас есть магия, то и магические существа тоже? – осторожно осведомилась я.
– Твой мир – одно из отражений нашего. Все ваши мифы и легенды не на пустом месте возникли, – всё-таки оттаял Рюдзин.
– Все миры – отражения, а ваш – истинный?
– Так было не всегда. Мы как раз пришли. Любуйся, – сказал он и качнул головой.
Я перевела взгляд в указанном направлении. Стены окружающей атриум галереи украшала стилизованная роспись: в центре сложной картины находился человек в остроконечной шляпе, а между его раскинутых в стороны рук висело разбитое зеркало. Осколки расходились спиралью, и на них были изображены горы и реки, леса и поля, пустыни, люди, звери, всевозможные существа… и драконы в небе.
Странно было видеть подобное – будто иллюстрация из детской книжки. Но в мире, где господствовала магия, этих созданий точно нельзя назвать сказочными.
– Когда-то мир был един, – начал рассказывать Рюдзин и присел на скамью рядом с бассейном. – Только он и тьма по ту сторону Грани, что существовала с момента возникновения мироздания. Магия – это дар черпать чистую энергию из-за Грани и преобразовывать её в нечто иное Как с помощью огня превращать воду в пар. Но один чародей оказался слишком жадным. А может, отчаялся добиться желаемого только той силой, что отмерила ему Грань. Он сломал её и привёл в мир тьму, думая, что ему под силу контролировать первозданную стихию.
– Но тьма его обманула? – предположила я.
– Тьма не имеет сознания, – рассмеялся он. – Она – противоположность существованию, ничто. Пустота, из которой всё пришло и в которую всё вернётся. Но стоит этой пустоте вырваться из-под руки, что придаёт ей форму, она принимается пожирать всё на своём пути. Если бы она достигла Сердца Мира, мы перестали бы существовать. Поэтому чародей, осознав ошибку, бросил все силы на то, чтобы расколоть мир, создать из осколков великое множество отражений и запутать тьму. Грань раздробилась, стала слабее, однако остановить всепожирающее ничто удалось. Равновесие, что мы охраняли раньше, сделалось сложнее, поэтому… прежде чем вернуть тебя домой, нужно понять, зачем ты здесь.
Его серьёзный взгляд заставил меня нервно поёжиться.
– Впрочем, я ставлю на случайность, – насмешливо фыркнул Рюдзин. – Что-то где-то пошло не так, и ты провалилась сюда. Если понять что и где, то ты легко окажешься на своём привычном месте.
– А как давно… жил этот чародей? – не зная, что ещё спросить, поинтересовалась я. Роспись на стене так и притягивала внимание, и зеркало в руках волшебника из легенды – особенно.
– Лет двадцать назад, – безразлично пожал плечами болотный гад, из-за чего всё очарование «древним» преданием тотчас развеялось. – Многое остаётся непознанным. Для понимания нового порядка требуется куда больше времени.
– И вы уже сделали такую фреску? – Я не смогла сдержать улыбку.
– Разве не нужно оставить что-то подобное для потомков? – поджал губы Рюдзин.
– И сколько в этой легенде правды? Легенды часто приукрашивают.
Рюдзин поднялся со скамьи и смерил меня изучающим взглядом. Медлил, будто пытался что-то решить или же желал помучить молчанием. А может, и я, и мои постоянные вопросы ему всё-таки надоели, и он пытался придумать, как поскорее от меня избавиться.
– Примерно всё – правда. Детали тебе ни к чему. По крайней мере, сейчас, – мягко улыбнулся он, и это напрягло сильнее, чем если бы улыбка была насмешливой или змеиной.