Отсчёт. Топи

Пролог

После туманного и странного разговора с Яраем я начала остерегаться магистра. Хотелось вернуться в гильдейский дом, под крыло к Ио, но тревога за сестру не позволяла уйти. Как она вообще вышла за этого бездушного сухаря?.. Да и Шуген крутился поблизости, чувствуя моё настроение и пытаясь на него ненавязчиво повлиять. Мол, конечно же, можешь уходить, но кто тогда погладит такого прекрасного меня? Приходилось сидеть на лестнице, гладить и нервно поглядывать на дверь комнаты Ярая. К себе, в царивший там бардак, возвращаться резона не было – силы справиться с уборкой испарились вместе со злостью, – в гостиной же обосновался Кирино, который вряд ли обрадуется компании. Оставалась либо прихожая, либо кабинет сестры, но заходить в последний без разрешения я опасалась.

Весташи вернулся только на следующий день, с отличными, по его мнению, новостями – он узнал, что похожую на Ирнэ девушку видели в храме Хеффы. Таши проверил информацию, но решил поступить разумно, поэтому, пусть и проник внутрь, не бросился её спасать.

– Через тень не проведу, – мотнул головой он. – И… её пытали. Нужен хороший целитель.

Кирино на эти слова лишь хмыкнул.

Ещё неделю Весташи пробирался в храм и выведывал всё, что мог, пока мозаика не собралась воедино: Ирнэ собирались принести в жертву Хеффе. И день жертвоприношения близился, поэтому нужно было поторапливаться и что-то выдумывать поскорее. Ярай ходил мрачнее тучи, а меня так и подмывало почаще попадаться ему на глаза – раз уж я так неприятна, что не хочет замечать, то вот вам, пожалуйста. Остановил меня Таши. Как всегда проницательный и по-своему мудрый мэтр не дал навлечь на себя неприятности.

– Ты в курсе насчёт того… что у Кира с глазами?

Я закусила губу и неуверенно уставилась на Таши. Как назло, внимание привлекла серебряная серёжка, о которой всё никак не получалось поговорить с ним. Куда-то ведь делся осколок души Кирино? Не оставил ли Весташи его себе?

– И что у Ярая то же самое, – кивнула, предположив, о чём хотел поговорить он.

– Способ, благодаря которому Кир ещё может творить магию, нам показал Грассэ. Думаю, он вызнал его у Ярая. Я делился своей кровью. Это что-то вроде переливания воды из одного кувшина в другой… не знаю, как сейчас Кир справляется, но не в этом суть.

Нахмурилась, потому что то, к чему клонил Таши, от меня продолжало ускользать. И он это видел.

– Н-да, всё-таки брат лучше объясняет такое, – покачал головой мэтр. – Давай иначе? Отсутствие магии для таких людей чувствуется как нестерпимая жажда. У теней часто бывает обострённое обоняние, некоторые из нас могут выслеживать магов по запаху крови, которая несёт в себе энергетический след, но и маги иногда способны на подобное. Ирнэ, скорее всего, делилась с ним своей кровью, а поскольку ты её сестра и пахнешь похоже…

– Я – как вкусный кусок мяса для магистра Ярая? – наконец дошло до меня, и на радостях я ляпнула первое, что пришло в голову. – Он что-то вроде вампира из легенд?

– Думаю, легенды не на пустом месте возникают, – рассмеялся Таши.

После этого стало ещё неспокойнее. А вдруг ночью сожрут? Тут никакой Шуген не поможет, Ярай – его хозяин. Прикажет не мешаться, и что тогда?

Хотя, теперь я догадывалась, что случилось с тем несчастным, которого осушили до капли и оставили лежать на кухне. Но уж лучше бы я просто Яраю не нравилась, чем знать, что являюсь желанным блюдом с ватрушками. По крайней мере, сравнивать себя с выпечкой было приятнее, чем с куском мяса.

– Будешь приглядывать за Киром для меня? – Весташи незаметно очутился слишком близко.

– Думаешь, он мне позволит? – отведя взгляд в сторону, я попыталась скрыть смущение.

– Ты для него пока полезна. Я, судя по всему, своё уже отработал, вот и попал в немилость.

Шутка вышла неубедительной. И я плохо понимала, что в действительности хотел от меня Таши. Зачем приглядывать за тем, кто одним жестом вызывает демонов? Или мэтр имел в виду что-то другое?..

Разговор на этом сам собой свернулся. А дело по спасению Ирнэ, между тем, всё никак не разрешалось. Попытка заставить Кирино поделиться хоть какими-то соображениями не возымела должного эффекта, а Ярай, что странно, на это никак не реагировал. На мой взгляд, хмырь тянул время, как бы он ни пытался объяснить эту задержку должной подготовкой и планированием.

Кирино лишь поделился, что для его задумки нужно было разобраться с заклинанием остановки времени, «стазисом». Ярай с этими чарами никогда не работал, а вредный Шуген мяукал о том, как испугался – ему никто, разумеется, не верил, – и уже не помнил, что именно сделал. Когда же хмырь попытался припугнуть вредного кота, тот ответил, что «сейчас снова испугается и сотворит что-нибудь непонятное», после чего растворился в воздухе. Так что с заклинанием пришлось разбираться самостоятельно. По факту, конечно, занимались этим Кирино и Ярай – Таши мало что понимал в хитроумных записях чародеев, а я и подавно.

А через несколько дней я проснулась от страшного грохота. Шуген, спавший под боком, лениво махнул хвостом, приоткрыл глаз… и, как ни в чём не бывало, перевернулся на другой бок. Фамильяр, в отличие от меня, прекрасно чувствовал, что происходило в доме. Но помогать выяснить подробности случившегося он не собирался, поэтому пришлось вставать.

Я спустилась в прихожую, где у парадной Таши помогал Кирино подняться. Судя по всему, источником грохота был упавший хмырь – и сам по себе достаточно бледный, сейчас он выглядел донельзя болезненным и уставшим. На обоих красовались опалённые по краям подолов багряные накидки, запутавшиеся в ногах. Хм, а вот и причина падения?..

– Ирнэ с Яраем, – коротко доложил Весташи и перехватил попытавшегося отвертеться от помощи хмыря, не дав ему свалиться на ковёр. На пьяного вроде не похож… магическое истощение?.. – Она ещё не пришла в себя, но жизни ничего не угрожает. Кое-кто мог бы и не так сильно стараться.

Всё-таки сумев встать ровно, Кирино одарил побратима холодным взглядом. Мне, впрочем, достался не менее тёплый. Наверное, он колебался где-то в глубине своей раздробленной на осколки души – мне померещилось сомнение в по-прежнему ржавых глазах. Ему трудно было что-то сказать?..

– Она потеряла ребёнка. Мне не хватило сил.

Голос звучал пусто и отстранённо, будто Кирино говорил то, что ему посоветовали сказать. Уж не Таши ли устроил ему ту ещё головомойку?.. Пожалуй, для хмыря признание неудачи было своеобразной попыткой выказать сожаление или что-то вроде того.

А потом до меня дошло, что он сказал. Вряд ли я была способна понять хотя бы толику того, что должна почувствовать Ирнэ, когда очнётся. А Ярай?..

Проводив Кирино и Таши, я не смогла сдержаться и прокралась к комнате Ярая. По полосе света из-за приоткрытой двери поняла, что он – а значит, и Ирнэ – был там, поэтому захотела убедиться, что «оголодавший» за время отсутствия супруги магистр не сожрал её в один присест. Поколебавшись несколько мгновений, я заглянула внутрь.

Ирнэ полусидела, откинувшись на подушки – она казалась просто спящей, утомившейся после тяжёлого дня. На лице виднелась едва заметная паутинка мелких шрамов, лежавшие поверх одеяла руки были забинтованы до локтей, а некогда длинные волосы теперь едва прикрывали уши и завивались мелкими колечками, топорщась во все стороны. Мне очень хотелось думать, что столь бледной она казалась из-за светло-зелёной рубахи, которая неудачно оттеняла цвет кожи. Но я понимала – в плену с ней далеко не душевные разговоры вели.

– Не стой на пороге, – прохрипел Ярай, сидевший на краю кровати.

Два тускло-рыжих глаза – словно ржавчина в них была куда старее, чем у Кирино – смотрели прямо на меня. От внимания магистра стало не по себе, хоть в тайне я и надеялась, что когда-нибудь удостоюсь этой чести. И всё же не особо понимала, о чём с ним можно говорить. И нужно ли вообще.

– Я могу поделиться кровью… – начала и тут же прикусила язык.

Ярай покачал головой и грустно усмехнулся. Не знаю, что он подумал, но предлагала я не из жалости и не потому, что переживала за сестру. Мне хотелось как-то помочь – всё-таки не чужие же люди, – пусть даже столь странным способом.

– Я ей ничего не сделаю. Тебе – тоже.

Чувствуя неловкость, я подошла и встала у изножья.

– Иксарш тебе рассказал? Пожалуй, он всё же знает больше, чем кажется на первый взгляд.

– Иксарш?..

– Это его настоящее имя, – объяснил маг, касаясь щеки Ирнэ тыльной стороной ладони.

– Я знаю. Просто…

– Не понимаешь, откуда знаю я? – улыбнулся он. – Твой отец много мне о нём рассказывал. Как нашёл, как учил, как помогал…

Не успела даже сформулировать вопрос, лишь зацепилась мыслями за то, что Ярай уж точно знал отца куда лучше, чем те же Кирино, Таши или даже Росэр. Но спросить об этом мешало стеснение. Как вообще вышло, что отец попал в ученики именно к Яраю? Хмырь называл отца колдуном, значит, Грассэ владел демонологией… и чему тут может научить артефактор? Или Ярай тоже далеко не так прост?

– Грассэ – трус. – Ржавые глаза вновь уставились в глубины моей души. – Он бежал всю жизнь от судьбы, а её не обманешь и не проведёшь. То, что предначертано, обязательно сбудется. Рано или поздно, так или иначе…

– От чего он бежит?

– У меня связаны руки, Марисса. Расскажи я тебе всё – уже не смогу жить так, как живу. Я не имею права вмешиваться в происходящее. Уже одно то, что я остался жив, может обернуться большой бедой для всех вас.

– Поэтому вы не могли сами спасти Ирнэ?

Не верилось, что сумевший прожить больше века магистр, имея столь могущественного фамильяра, был не в состоянии сам отыскать жену, с которой, к тому же, имел магическую связь. И с какой стороны подступиться к этому клубку?..

Ярай отвернулся, что ответило на вопрос лучше, чем какие-либо объяснения.

– Как… как она стала вашей женой? – попыталась сменить тему и улыбнулась, но вышло что-то вымученное и усталое, искорёженное. Магистр моей гримасы не увидел.

– Нэ очень упрямая и… Она повторяла вновь и вновь, спрашивала, убеждала, была уверена, что если захотеть – получится всё, что угодно. Я не мог не сдаться при столь вероломной осаде. Мне не хватает её решительности.

Я замерла, не представляя, что здесь можно сказать. Да и нужно ли?

– Рождение через смерть, словно… кха… – эти слова, судя по всему, дались ему особенно тяжело – закашлявшись, Ярай не сразу смог прийти в себя.

Я склонилась к нему и с ужасом заметила кровь на руке, которой магистр прикрывал рот. Как же ему помочь?..

Возникший на прикроватном столике Шуген смотрел на Ярая… мне показалось, сочувствующе? Его глаза, шерсть, выпущенные когти – всё светилось синим, и не было никаких сомнений, что он окончательно оправился и пришёл в себя. Или притворялся до этого?.. Не важно. Главное – магия вновь была при нём. И если раньше фамильяр приложил все усилия, чтобы хозяин остался жив, то, возможно, он что-то сделает и сейчас?

– В огне рождённый, в огне погребённый, – нараспев произнёс Шуген. – Не сломленный, но – пустой. В конечном счёте, закончатся ноты, мелодия стихнет…

Голос Шугена звучал почти по-человечески, и от того – особенно жутко.

– Ты будешь съеден тьмой.

Час Пса

(1)

Рукоять серпа пульсировала под пальцами, словно оружие, сотканное из самой темноты, дрожало в нетерпении. Отчасти, так и было – проклятие Жатвы требовало взять своё, тем более «жертва» лежала передо мной, погружённая в глубокий сон. Но за прошедшее время я научилась справляться с этой жаждой.

– Посмотришь? – голос Весташи, звучавший глухо из-за алой маски на его лице, был абсолютно бесцветен.

К тому, как менялось его поведение, стоило ему войти в роль мэтра Шёпота, я до сих пор так и не привыкла, как и к светлому ёжику волос. Длинные шли Таши куда больше, особенно вспоминая ту роскошную косу. С наполовину рыжими, но достававшими почти до плеч, тоже можно было мириться. Так что когда Кирино ехидными фразочками дошутился, и Весташи всё-таки обрился налысо, я, наверное, печалилась даже больше мэтра. А причина, по которой хмырь относился к рыжим с пренебрежением, пока оставалась для меня покрытой мраком тайной.

Отозвав серп, подошла ближе и коснулась лба спавшего мужчины. Внешне он казался весьма приятным – ухоженное лицо, тонкий нос и высокие скулы, чувственный абрис губ… Проницательностью Таши я не обладала, и хорошо, что выслеживать цель взялся он. Если бы мне пришлось завести разговор с этим человеком, чья аура, вдобавок ко всему, скрывалась амулетами, то я ни за что не заподозрила бы в нём работорговца. Пожалуй, от подобной наивности стоило поскорее избавиться, дабы не влипнуть в неприятности без присмотра мэтра.

Не будь рядом Таши, я бы остереглась вести себя неосторожно и не стала бы подходить, но без прикосновения ничего не выйдет. Мужчина не очнулся, дыхание осталось ровным и глубоким, ресницы не дрожали. А вот дар отозвался не сразу. Видеть прошлое предметов было немного проще, чем вторгаться в чьи-то воспоминания, особенно когда знаешь, на что можно наткнуться…

– Не торопись. Время есть, – успокоил Таши.

Я коротко кивнула. И, когда удалось нащупать нить, достала из поясного мешочка маленький кусочек рубина. Чтобы никто не смог определить меня по моему камню, Ярай подготовил несколько разных, сделав из них записывающие воспоминания артефакты. И так было куда легче: не приходилось тратить силы и концентрацию, чтобы самой зачаровывать в процессе.

…девчонка визжит – надрывно, истошно. Руки добираются до тёплой кожи под рубахой, лезут вверх, сжимают грудь…

Тошнотворный ком поднялся по горлу, и лишь усилием воли получилось сдержаться. Семеро, как же мерзко рыться в чём-то подобном, но – надо. Надо, демоны раздери, и от этого никуда не деться.

– Нашла? – в вопросе Таши прозвучали обеспокоенные нотки. А сам говорил, что маска Лиги отреза́ла носителя от всяких эмоций!..

Дёрнула плечом, мол, не отвлекай. Услышала, как хмыкнул мэтр, а потом вновь нырнула. Уже – глубже.

…обсуждение сделки, как ни странно, ведётся посреди оживлённой улицы. Впрочем, разговор столь непринуждённый и завуалированный, что распознать работорговцев невозможно. Если не знать, о чём идёт речь. Женщина рядом выглядит не старше двадцати, но она – магесса, и в действительности ей может быть куда больше. Тонкий смех ввинчивается в уши…

– Этого будет мало, – вздохнула я и потянулась за новым камнем, на этот раз – аметистом. И криво усмехнулась, заметив, как мужчина начал хмуриться во сне. – Не переживайте, сеньор Игцэ, ещё немного.

Фраза получилась колкой, чрезмерно ехидной. Подражание Кирино помогало мне справиться с неприятными обязательствами.

…прибытие новой партии из Ньэнна. Красноглазые – тот ещё народец! Вроде и вступаются за людей перед Конклавом, даже на отмене человеческих жертвоприношений настояли, а всё ж основной их остров, куда пускают людей, каким-то образом стал центром работорговли. На подобное они почему-то спокойно закрывают глаза, во дела!..

На лбу Игцэ возникла болезненная испарина, с губ сорвался приглушённый стон. Ему было больно, но не физически – ментальные воздействия поднимали из глубин сознания кошмары, потаённые страхи. И теперь его сон – не из приятных.

…тяжёлый кошель приятно оттягивает пояс. Сделка прошла гладко, маги не стали ни торговаться, ни придирчиво осматривать товар, лишь мазнули взглядами, посмотрели что-то в аурах – и кивнули. Надо бы сказать этой Вирее, что по поводу таких заказов она может обращаться без лишних раздумий…

– Есть! – чересчур радостно воскликнула я, с удовольствием отмечая, как скривилось лицо Игцэ. Ну да, ментальное вмешательство от неумелой в этом вопросе меня могло быть той ещё пыткой…

Даже от моего возгласа мужчина не очнулся – он целиком и полностью был во власти кошмара. Но своеобразное наказание продлится недолго, на улице уже стояли гвардейцы Его Величества, ожидавшие только, когда мы выйдем и представим доказательства виновности сеньора Игцэ.

Обратный путь предстоял короткий: коридор и лестница, через небольшой зал к прихожей, где за дверью – оживлённая улица. Там нас ждал секретарь Кирино, сеньор Бривьер руи Зитра, и дюжина королевских гвардейцев. И как только я передам Бривьеру собранные «доказательства», замешанного в работорговле Игцэ арестуют. Чтобы разматывать клубок дальше, чтобы подобраться ближе к Цикаде…

Полгода назад Кирино решил, что пора бы мне заработать определённую репутацию, если уж хочу приносить пользу и хоть сколько-нибудь продвинуться в деле избавления от проклятия. И мне бы радоваться, что ехидный хмырь начал воспринимать меня как полезную… единицу. Вот только радостного в этом было мало. С личиной Мариссы лисс Ашэ, которая была представлена королю, я имела за плечами влиятельных родственников, и никаких проблем не существовало. Знай только посещай балы и званые вечера, заводи новые знакомства, делай невинное выражение лица да избегай неудобных расспросов о роде Авари и вечно пропадающем где-то отце.

После состоялся короткий разговор с дядей Рэйесом, ставшим моим опекуном после того, как Ярай и Ирнэ покинули Алитту. Дядя не был против моего вступления в Шёпот, а вся гильдия – кроме сделавшегося недовольным Азора, для которого новость, что я его двоюродная сестра, стала неприятностью – радостно восприняла это решение. Скрывать своё настоящее имя от них я перестала, потому что залогом доверия и хороших отношений являлось отсутствие тайн. Уподобляться отцу или Кирино желания не было, особенно, когда ребята лишь пожали плечами – ну Ашэ и Ашэ, ну наследие рода Авари, ну племянница Рэйеса, и что тут такого?

Тренировки не сильно отличались от тех, что были до этого, добавились только занятия с Таши… А потом от лица магистра Таэдо в Шёпот поступил заказ. Лично Кирино не явился, послав вместо себя секретаря, которого представитель Лиги направил уже к Весташи. Мэтр соблюдал все правила, несмотря на абсурдность этой необходимости – и маску носить стал чаще, и дистанцию держал должным образом, когда разговаривал с Бривьером как посредник. Нужно было создать видимость заказа для Лиги, показать заинтересованность во мне как в исполнительнице. И хотя я ещё проходила обучение, номинально можно было исполнять обязанности тени без Защиты Имени. Под присмотром, конечно же.

Тогда-то и началось основное веселье. Кирино, откуда-то вызнавший о моей способности видеть воспоминания вещей – а изредка и людей, – намеревался воспользоваться этим в расследовании, что поручил ему Росэр. Подозреваю, это был совместный план – его и Таши. Никому, кроме мэтра и Шугена, я не рассказывала о своей небольшой тайне, а зная о взаимной антипатии кота и Кирино, фамильяр точно не мог проболтаться.

И спустя полтора года после невольного появления в столице, я наконец-то стала подбираться к Цикаде и своей настоящей роли во всём этом действе. Не сомневалась, что в делах с распоясавшимися в последнее время работорговцами мог быть замешан только один септ. Каким образом это было связано с отцом, Кирино ещё выяснял, и раз в несколько дней мы договорились проводить что-то вроде собраний, где обсуждали всё новое: информацию, теории, идеи, планы. Такое пришлось мне по душе. Появилась возможность принимать участие и влиять непосредственно на происходящее.

Уже больше года я не то что не видела отца, но не получала от него даже весточки. Единственное письмо, которое пришло от него за всё это время, предназначалось Кирино, да и то… ничего, кроме очередных инструкций и распоряжений, там не оказалось. У хмыря были свои соображения на тему, что же нам делать, хотя пока он следовал планам отца – всеми силами тормозил конфликт между Коссэ и Нитиро, пытаясь предотвратить войну. И пускай меня это мало касалось, невольно я помогала Кирино и в этом. Наверное, в тайне надеялась, что отец даст о себе знать как-то ещё… и не желала думать, есть ли смысл в пустых надеждах, когда он даже о судьбе Ирнэ никак не поинтересовался.

А сестра, меж тем, только сейчас смогла окончательно встать на ноги и оправиться после случившихся с ней ужасов. Мне было жаль, что я ничем не могла помочь. И если бы не их с Яраем переезд в Нотту, то чувствовала бы себя совсем бесполезной – вроде находишься рядом, а сделать ничего не можешь.

Сегодня Кирино распорядился, чтобы кто-то из его магов-подчинённых сопроводил гвардейцев и наложить полог тишины или заклинание для отвода глаз, чтобы не привлекать излишнее внимание. Несмотря на глухую ночь, в разгар лета столица не спала, многие заведения закрывались глубоко за полночь, а часть и вовсе работала что при свете солнца, что при луне. И тайно перевезти «подозреваемого» в казематы никак бы не вышло. Без помощи магии, разумеется.

Первым вышел Таши, замерев на крыльце и уставившись на… магистра Тэриньо. Повезло, что я чуть отстала. Убедившись, что платок всё также скрывал половину лица, а капюшон натянут до бровей, плотнее укуталась в плащ, шагнула наружу и встала позади мэтра.

Увидеть здесь кого-то из советников Его Величества я не ожидала. Тут был Бривьер, и это вопросов не вызывало, всё-таки он секретарь Кирино и занимается этим делом. А вот Тэриньо…

– Никогда не видел, чтобы мэтры участвовали в делах гильдии, – усмехнувшись, советник короля мазнул взглядом по алой маске Таши и уставился на меня.

– Рысь ещё проходит обучение, – холодно произнёс мэтр и нарочито медленно, демонстративно поправляя манжеты, спустился с крыльца. – Я приглядываю за ней. А вы?..

Не отставая от него, я наспех огляделась по сторонам – полог тишины, ещё какое-то незнакомое заклинание… надо бы запомнить плетение и спросить потом… ага, вон и маг, судя по ауре и мундиру – недавно закончил обучение и поступил на службу, вероятно, надеясь в будущем занять хороший пост при дворе. Будь он куда более способным студентом или имей хоть сколько-нибудь полезные связи, для него нашлось бы престижное местечко. Или работать на Кирино – тоже престижно?.. Никак не получалось разобраться – то ли его недолюбливали во дворце, то ли боялись, то ли считали потенциальным предателем. Окунаться с головой в царившие на острове Бурь интриги мне не особо хотелось, и потому я не стала лишний раз забивать голову этим вопросом.

– Я интересуюсь некоторыми вещами, – натянуто улыбнулся Тэриньо. – Таэ… я же могу использовать имя заказчика?.. Так вот, Таэ любезно разрешил мне посмотреть, как проходит расследование. Если не ошибаюсь, услугами вашей гильдии он до этого пользоваться… остерегался.

– Возможно потому, что у нас не было теней, – спокойно ответил Таши, бросая взгляд на стоявшую неподалёку тюремную карету.

– Вы так спокойно разговариваете со мной, хоть я и не представился, – хохотнул советник и попытался подойти ближе, но мэтр остановил его жестом.

– Мы уже не первый раз работаем с сеньором Бривьером. Находясь на службе у магистра Таэдо, он вправе не подчиняться любому высокопоставленному лицу, кроме Его Величества, и потому, раз сеньор Бривьер не возражает против вашего присутствия, не вижу смысла говорить с вами иначе.

Я едва сумела сдержать смешок, когда лицо Тэриньо вытянулось в недоумении. Бравый советник и телохранитель короля провёл пятернёй по волосам и после недолгого замешательства всё-таки рассмеялся.

– Ваша правда. Могу ли я позволить себе наглость и узнать имя?..

– Нет. Будьте добры держать себя в рамках правил. Мы и без того идём навстречу, вступая в этот диалог. Я для вас – мэтр Шёпота, эта тень – Рысь.

– Судя по комплекции, ваша тень ещё подросток? – не унимался Тэриньо, однако подходить ближе всё-таки не стал. – А, впрочем, пусть останется загадкой… Мне лишь интересно, где сеньор Тамери раздобыл юное дарование, способное собирать доказательства таким… занятным способом.

– Магистр, – кашлянув, Бривьер заставил советника повернуться к нему, – если вы увидели всё, что хотели, я бы…

– О! Ты прав. Здесь действительно не самое лучшее место для беседы. Надеюсь ещё встретиться с вами… мэтр Шёпота. Рысь. Сеньор Зитра. Не буду вам мешать.

Шутливо отсалютовав двумя пальцами, Тэриньо отправился к карете – надо полагать, дальше он планировал донимать не менее странными расспросами несчастного Игцэ, которого вот-вот арестуют. Определённо, как только увижу Кирино, не отстану от него, пока не объяснит, с чего вдруг такое внимание к его делам. Он занимается расследованием по тайному поручению короля? Или что?

– Прошу прощения. – Бривьер виновато развёл руками. – Магистр Таэдо не советовал препятствовать… гостю.

– Логично предположить, – всё тем же бесцветным тоном произнёс Весташи, – что чужеземца на столь высоком посту время от времени будут контролировать.