Зодиакальная ДНК: 6659-й год

© София Сергеевна Адаховская, 2024

© Кристина Андреевна Иванова, 2024

ISBN 978-5-0064-0723-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог. Кто ты? Расскажи мне всю правду

Двери столовой оглушительно распахнулись, и удар дверной ручки о стену эхом пронёсся по просторному помещению. В дверях появился силуэт, облаченный в темное твидовое пальто и брюки, тщательно подогнанные по длине. Фигура казалась высокой, необычайно высокой – под два метра ростом. Плавным, расслабленным шагом силуэт двинулся вперёд по сверкающему от чистоты полу, который всего тридцать минут назад закончили драить слуги большого поместья Асте́риса Фрéготта.

Это было второе поместье влиятельного чиновника страны Львов, отнюдь не такое тайное, как поместье в горах недалеко от города Неовиль. О нём знали остальные чиновники и изредка бывали тут: вытерпеть характер Астериса удавалось далеко не всем. Однако гостю визит был вовсе не в тягость. Лёгкой, ровной походкой он подошёл к вешалке, уверенным движением снял пальто, аккуратно вешая его на плечики. Следуя своему характеру, он поправил рукава белой рубашки, которая была видна сквозь тонкий шелковый галстук в тон. Галстук был завязан в аккуратный полувиндзор узел. С полной уверенностью в каждом шаге он подошел к продолговатому столу, на котором уже были расставлены столовые приборы. Внимательно подтянув стул, чтобы он был идеально выровнен, аккуратно уселся.

– Спасибо за визит, Харли, – усмехнулся Астерис и поднял пустой бокал в знак приветствия, но, заметив, что тот пуст, мужчина недоуменно заглянул внутрь, словно не верил в происходящее, – Хиро! – оглушительно завопил он, раздувая ноздри, – Небесный отец, почему в наших бокалах до сих пор нет моего самого дорогого и выдержанного вина? Ты что, не слышал, что я говорил тебе о важности нашего гостя?!

В эту же секунду с другого конца столовой, из маленькой и неприметной двери, вероятно, предназначенной для слуг, вылетел мужчина в сюртуке. Вид у него был на редкость встревоженный, в руках он уже держал тёмную, запечатанную бутылку, в которой плескалась алая жидкость.

– Простите, сэр, простите, ради Звёзд Вселенной, – залепетал он, и, быстро поставив бутылку на стол, вынул штопор из заднего кармана брюк, – сейчас, сейчас.

Астерис устало потёр лоб и исподлобья взглянул на гостя. На его губах сияла пренебрежительная и насмешливая улыбка:

– Хоть Хиро и самый преданный слуга, у него тоже бывают промахи. Думаю, ты понимаешь, Харли.

– Понимаю, – кивнул гость, выравнивая осанку и поправляя ноги, чтобы они были параллельны друг другу. В дальнюю от стола стену были врезаны широкие окна с распахнутыми золотистыми шторами, позволяющими ласковым лучам дневного солнца проникать в помещение и заставлять мужчин морщиться от их ослепительного света. Да, такую силу дневного солнца даже в холодный ноябрьский месяц можно было ощутить лишь в одном месте – в стране Львов, – у меня никогда не было слуг, и, думаю, не будет. Даже когда я осуществлю свой план и смогу обрести могущество предков.

– Отчего же? – удивлённо спросил Астерис, но на Харли не смотрел: взгляд его был обращён на пыхтящего от волнения и напряжения Хиро, словно старик боялся, что тот непременно облажается. Слуга штопором пытался вынуть пробку из бутылки.

– Это своего рода рабство, – задумчиво заметил Харли и прищурился, не переставая скользить взглядом по столовой. Здесь было достаточно пусто, не считая стола с идеально белой скатертью, занимавшего почти всё пространство. По углам комнаты были расставлены коричневые горшки с огромными пальмами, колючие листья которых торчали во все стороны и смотрелись на редкость нелепо и неуместно среди всей роскоши поместья. Руки гостя были сложены на столе, но не поддерживали его локтями, ладони лежали спокойно, а пальцы слегка касались друг друга.

Астерис расхохотался:

– Хиро, ты чувствуешь себя рабом?

– Нет, сэр, – без заминки ответил он, не поднимая головы.

Старик победно посмотрел на собеседника, оторвав взгляд от несчастного слуги.

– Астерис, если бы об этом его спросила его матушка, ответ был бы, предполагаю, другим, – голос Харли был спокойным, ровным.

– У меня нет матушки, – вмешался Хиро и дёрнул штопором. Пробка с характерным звуком выскочила из бутылки.

Харли нахмурился:

– Мне жаль, но я имею в виду, что, если бы у тебя была возможность сказать об этом тому, кому ты доверяешь, ты бы рассказал ему правду.

Взгляд Хиро затуманился, он замер на месте и крепко задумался, словно позабыл о своих обязанностях и сидящем рядом Астерисе, раздраженный взгляд которого не означал ничего хорошего.

– Хиро, – натянуто мягко позвал Астерис и властно взмахнул рукой, указывая на свой бокал, – налей нам вино и прикажи, чтобы принесли обед. Уверен, мой гость голоден.

Когда Хиро справился со своими нелёгкими обязанностями и спешно покинул мужчин, Астерис шумно выдохнул и схватился за бокал. Он хотел было опустошить его, но вовремя вспомнил о своём компаньоне:

– Ах да, – он протянул руку и поднял бокал, – выпьем за встречу. Я совсем забыл, что нахожусь тут не один. Грустная привычка пить в одиночестве.

– За встречу, – ответил Харли, непрерывно смотря на бокал и проверяя степень его заполнения.

Некоторое время они сидели в молчании, лишь торопливые шаги за дверью и суетливые голоса разрывали тишину.

– Как обстоят дела между Овнами и Водолеями?

– Дела обстоят как надо, – Харли бесшумно поставил бокал на стол, вернув руки в прежнее положение, – легко было обвести их вокруг пальца, обстановка самая что ни на есть напряжённая.

– Чего ещё ожидать от старого дурака Пирса? – хмыкнул Астерис, беззаботно рассматривая свои пальцы, на которых поблёскивала целая куча золотых колец, – у него с головой не всё в порядке, и я рад, что ты послушал меня и организовал кражу артефакта именно из дворца страны Овнов, чтобы развязать конфликт между странами.

– Да, всё это замечательно, – тихо сказал гость, ничуть не меняясь в лице, – но есть проблема. Ты говорил, что решишь этот вопрос.

– Какие ещё проблемы, Харли? – Астерис вскинул ухоженные брови и лучезарно улыбнулся, – я не знаю ни о каких проблемах, если бы они были, я бы уже попытался устранить их.

– Я про тех детишек из пророчества, они могут стать помехой.

– Они? – снисходительно воскликнул Астерис и подался вперёд, – Ха-а-рли, это не главная наша проблема, на твоём месте я бы забыл о них и предоставил это дело мне. Я следую плану. Как мы и договаривались, – при последней фразе глаза старика блеснули, – я изначально пытался собрать их вместе, чтобы мы могли покончить с ними сразу же, без свидетелей. Но… шестёрка упрямых баранов постоянно убегала у меня из-под носа, – мужчина опасно прищурился и поджал губы, – в итоге я пошёл на хитрость. Попытался столкнуть две группы, чтобы они ненавидели друг друга и желали расправы, потихоньку создавал напряжение между ними.

– Зачем же?

– Рассчитывал, что так они окажут меньше сопротивления. Я даже направился в долину, чтобы закончить дело, – бесстрастно заявил Астерис, уставившись взглядом жёлтых, кошачьих глаз, в одну точку, – к сожалению, планы мои не осуществились. Но детишки всё еще ничего не знают и доверяют мне, так что теперь они в Академии в долине Сидхант. Там они будут заперты как мыши в клетке и никуда от меня не денутся.

– А если они снова убегут?

– О нет, мой любезный друг, такому не бывать, – улыбка сползла с его лица, глаза обрели жёсткий оттенок, – больше я этого не допущу.

– Астерис, – Харли с улыбкой посмотрел на хозяина поместья, наверное, это была первая улыбка за весь их разговор, – а как же так получилось, что две группы столкнулись в долине? Неужели, они настолько дураки, что повелись на твои расказни и просто так решили поубивать друг друга?

– Конечно нет, но для начала конфликтов нужна угроза, и я дал им её, я послал ребятам письмо. Письмо с угрозой, якобы от другой группы. Естественно, те ничего не знали и наивно думали, что отправляют письмо с перемирием. Подменить письма не трудно, когда есть нужные люди, – старик задумчиво улыбнулся, слегка покрутив бокалом, наблюдая за тем, как красная жидкость переливается по его стенкам.

– Ты чрезвычайно хитёр, Астерис, – с задумчивой улыбкой проговорил Харли, внимательно вглядываясь в лицо собеседника, – приятно иметь такого союзника на своей стороне.

– Ты об этом не пожалеешь, друг мой.

– Как интересно получается, – медленно произнес Харли, его ярко-голубые глаза блеснули, – как тебе удалось вычислить из этих ребят того, кто захочет тебе помогать?

– Очень просто, – ничуть не напыщенно ответил Астерис, – манипуляция. Когда знаешь, что зодиаку нужно, очень просто его использовать. Помнишь, я рассказывал про Генри? Даже его бронь я смог сломать, надавив на больную точку. И теперь ему тоже приходится помогать мне, – мужчина усмехнулся, словно находил это очень забавным.

– Умеешь людям под кожу залазить.

– У Генри кое-что случилось в прошлом, по моей… а может, и не по моей вине. Мы с ним повздорили, когда я был у него в гостях. Произошло несчастье, – с нарочито обеспокоенным выражением лица начал старик, будто игнорируя реплику собеседника, – пламя охватило всю комнату… а вскоре и все этажи дома, где находилась его жена и дети. Генри попытался спасти свою семью, но я уверял его, что он погибнет сам, если попробует ринуться в огонь за ними. Притворялся заботливым дураком, переживающим за его жизнь. Останки жены удалось найти, когда пожар потушили, а вот сын и маленькая дочь…. Их не нашли, – он хитро улыбнулся и поднял глаза на Харли.

Астерис не сводил с него взгляда, будто мысленным взором пытался донести смысл рассказанной им истории. Возможно, этот взгляд означал предупреждение, предупреждение никогда не переходить ему дорогу. Харли не стал спрашивать ничего более, видимо, у Астериса были причины убить всю семью Генри в страшном пожаре.

– Они живы, – снова неожиданно продолжил хозяин дома, – их забрал под своё крыло мой старый друг и должник, воспитал их, а когда сын достиг возраста совершеннолетия – просто исчез из их жизни, – рассказал он, полностью погрузившись в эту загадочную историю, – Генри же не мог поверить в утрату всей семьи. Если останки жены ещё подтверждали её смерть, то загадочное исчезновение детей… Всё это время он искал их, но я хорошо позаботился о том, чтобы он не нашёл.

Харли ничего не говорил, молча переваривая информацию, а Астерис, тем временем, продолжал:

– С тех самых пор я использую его как пешку. Я знаю, что он сделает всё, чтобы найти своих детей, – старик наклонился вперёд, вперившись пристальным взглядом в Харли, – всё ради меня, если я пообещаю ему вернуть сына и дочь. Понимаешь?

Астерис замолк. Его рука, украшенная массивным золотым браслетом, лениво поднятая к лицу, позволяла ему держать бокал вина, как корону на вершине его самоуверенности. Глаза, прикованные к бокалу, а не к собеседнику, выражали не только интерес к напитку, но и уверенность в том, что мир вращается вокруг его собственного вкуса и желаний. Ухмылка на его губах казалась олицетворением превосходства над окружающим миром.

– Кстати говоря, именно поэтому он ввязался во всё это, – проговорил хозяин поместья, медленно переводя взгляд с бокала на своего гостя, – Генри рассчитывал, что на «межзнаковых играх» сможет найти своих детей, ведь все подростки так мечтают попасть на них. И знаешь что? Его сын действительно оказался там, и даже более того – он один из избранников. Когда специалисты изучили натальные карты финалистов и назвали имена избранников, я сразу узнал его. И Генри встречался с ним, но не смог узнать, сынишка повзрослел и изменился. А фамилию и имена им с сестрой я поменял почти сразу.

Возможно, Астерис был безумным. Просто обезумевшим и идущим по головам людей для своей выгоды, но он был отличным союзником. Превосходным. Если его заинтересовать. Харли задумался: после внезапного рассказа Астериса он вспомнил, как двадцать два года назад старик заявился к нему и рассказал о его предках. Мужчина узнал, что он потомок великих Змееносцев, когда-то правивших всеми зодиаками. Будучи восемнадцатилетним парнем, он здорово заинтересовался историей и захотел вернуть могущество предков. Перед глазами тут же всплыли строки пророчества, которое сотни лет назад старый оракул передал последнему правящему Змееносцу, тому самому, которого позже отравили.

Эти строчки навсегда отпечатались в сознании Харли. Ему казалось, что это обращение лично к нему: где-то далеко в прошлом его предки верили в него. И он их не подведет. Мужчина выпрямился, поправил стул, чтобы он стоял ровно, проверил положение ног, взял со стола салфетку и аккуратно расстелил её у себя на коленях.

Вскоре подали еду. Несколько слуг забежали в столовую, торопливо расставили все приготовления на столе и также скоро скрылись за дверью. Мужчины в молчании принялись за еду, каждый думал о своём и об одном и том же одновременно. Они оба преследовали свои корыстные планы. И всё сводилось только к одному – уничтожить Избранников Звёзд.

Квинта Ратио совершит 6660-ый обход вокруг Солнца – настанет благословенное время для твоего потомка. Люди будут внимать его речам, а Звёзды дадут шанс вернуть утерянное. Но жди беды от двенадцати знаков – поработителей твоих. Пришлют они избранных, да свергнут потомка твоего. Только принеся их в жертву под кровавой Луной, обретет он успех.

Глава 1. Юджин

Юджину нравилось путешествовать, перемещаться из одной точки в другую и заводить новые знакомства. В окружении людей, пусть даже незнакомых, он чувствовал себя крохотной частичкой единого целого. Возможно, не такого уж значимого целого, но ему было плевать.

С чего бы начать? Может, с того, что его жизнь кардинально поменялась, когда ему в очередной раз захотелось сменить местоположение и побывать на «межзнаковых играх», о которых уже все давным-давно забыли, а тут неожиданно вспомнили, решив почтить память предков. Юджин от души похохотал, а после почесал в затылке и понял, что людей, должно быть, соберётся немало, куча новых знакомств, девушек… Разве не здорово? Решение было принято мгновенно, он собрал вещи и поехал.

Всё было классно. Ему даже удалось выиграть эти игры, но радость длилась вплоть до того момента, когда некий странный тип по имени Астерис не объявил ему и другим странным типам, что они, с бухты-барахты – важные шишки и им чрезвычайно важно и необходимо внести свою лепту в борьбе со злодеем. Звучало как бред сумасшедшего, но Астерис был очень убедительным. В общем, ввязался Юджин по самое колено. От таких важных мыслей у парня голова начинала болеть. Лучше уж жить в мире сказочных иллюзий, где ты сам повелитель своей судьбы и никакие странные ребята вроде Астериса не сваливают на голову непонятную информацию.

Значит, Юджин и другие, ввязавшиеся в несусветное дерьмо, должны были отправиться в поместье к Астерису, но что-то пошло не так… на полпути в группе произошёл раскол: шесть ребят вдруг решили, что им на уши вешают лапшу и находиться в компании Астериса небезопасно. Юджин отчасти был с ними согласен, но его жизнь до игр не была слишком уж сладкой, чтобы отказываться от проживания в роскошном поместье. Поэтому он остался на стороне Астериса. Мятежникам же удалось сбежать.

В этом вихре тайн и загадок сложно было понять кто друг, а кто враг, поэтому они то и дело ссорились, не доверяя друг другу. Однажды им удалось выбраться из поместья в город: замысел этой вылазки заключался в том, чтобы помешать Змееносцу – тому самому злодею из пророчества, осуществить свои подлые планы. Потом они отправились за беглецами в некую долину Не́мбус, где попытались мирно поговорить с бежавшими ребятами, предварительно написав им письмо, но всё произошло не так, как они рассчитывали. Завязалась неразбериха, драка, суматоха… можно было как угодно назвать это происшествие, но итогом этой драки стала сломанная нога Юджина. Он попал в больницу и был отрезан от того, что происходило между ребятами, но когда они пришли за ним, то объявили о том, что теперь они «друзья на веки» и готовы бороться против вселенского зла сообща.

С тех пор прошло два месяца. Сейчас они находятся в Академии и будут учиться тут до тех пор, пока не станут нужными кому-нибудь. Ох, то есть, пока не настанет время спасать мир, конечно же.

– Мистер Де Вен, – над головой прогремел грозный голос преподавателя географии. Она нависала над ним как неутешительная грозовая туча, сжимая в руках увесистую указку. Парень совсем погрузился в свои размышления, поэтому не знал, как долго она так стоит. Юджин с опаской покосился на указку и выпрямился. Вероятно, если он скажет что-нибудь не то, она сломает её об его голову, – Вы сделали домашнюю работу, мистер Де Вен?

Юджин прикрыл глаза и тяжело вздохнул, судорожно размышляя, что сказать преподавателю в качестве оправдания. Если он соврёт, мисс грозовая тучка обязательно распознает ложь и сотрёт его в порошок, но лучше ли ему будет, если он скажет, что вчера весь вечер провёл с одной очаровательной девчонкой со второго курса и совсем не думал о домашке. Она была старше и умнее Юджина, птичка высокого полёта, но парень смешно шутил всю прогулку и явно понравился ей. Может, он позовёт её погулять во второй раз, а может, чтобы не давать ложных надежд, обзаведётся новой подружкой.

– Он сделал, – сказал Клинтон, сидящий рядом. С мрачным видом он потянулся к своему рюкзаку и достал исписанный лист бумаги, – я взял его домашку, чтобы сверить наши ответы.

Поджав тонкие губы, учитель взяла в руки неряшливый листок и с критичным видом осмотрела его.

– Больше прошу не сверяться с чужими ответами, особенно с ответами мистера Де Вена, – она бросила лист на парту.

Когда учительница отошла от них на достаточное расстояние, Юджин повернулся к Клинтону:

– Что это было?

Сосед по парте небрежно ухмыльнулся и забрал лист с парты:

– Я спас твою задницу только что, безответственный ты придурок, мог бы сказать спасибо.

Юджин молча взирал на товарища, требуя от него более подробного объяснения того, как он фантастическим образом «спас его задницу», и, заметив это, Клинтон мученически вздохнул и продолжил:

– Это мой черновик, – он помахал листом бумаги перед удивленным лицом Юджина, – я писал сначала сюда, а потом на чистовик.

– Э… спасибо? – неужели, заносчивый Клинтон только что действительно выручил его и спас от возможного дополнительного занятия, который могла бы назначить учитель в качестве наказания? Юджин поднял взгляд от листка и осмотрел аудиторию, в которой проходил урок. Свет редко стоящих свечей придавал стенам золотистые оттенки. Деревянные столы и стулья, украшенные изящными резными узорами, были на редкость неудобными. Наверное, чтобы ученики не могли заснуть на уроках, но Юджину это всё равно удавалось. Окна аудитории – высокие арочные отверстия, через которые проникают лучи дневного света, по бокам у стен – древние картины и глобусы, – с чего бы это?

– С того бы это, что если бы ты не сдал домашку, она бы пришла в ярость и потребовала бы её со всех. А я… не уверен, что всё сделал правильно.

– А я-то думал, ты набрался чувства благородства, снизошёл до простых смертных и решил протянуть свою великодушную руку помощи! – театрально прошептал Юджин и покачал головой, – какая жалость, Ваше величество. Вы не меняетесь.

– Не дождёшься, Де Вен.

С Клинтоном отношения стали намного лучше, чем были. Намного лучше тех времен, когда они грызлись как собаки и катались в кучке листьев, пытаясь наставить друг другу как можно больше тумаков. Сейчас они жили в одной комнате, дрались только когда делили между собой шоколадные пончики, которые таскали из столовой, и время от времени, но всё же без злобы, задирали друг друга. Клинтон, вопреки ожиданиям, оказался паинькой и прилежным учеником. Каждый день он сидел за учебниками и показывал неприличный жест, когда Юджин пытался списать у него. Но сейчас, он, видимо, правда переживал за свою шкуру и только по этой причине решил помочь.

Некоторые занятия в Академии – общие, или же потоковые, им приходилось вдвоём – например, географию или историю, а на предметах, где изучали управление силами стихий, Юджину (какое несчастье!) приходилось расставаться со своим «любимым» другом. переживать

Над головой преподавательницы прямо в воздухе висел прозрачный голубой шар, в котором красиво переливались разноцветные лепестки, похожие на те, что спадали с деревьев ранней осенью. По окончании урока необычные листья высыпались из сферы, красиво кружа в воздухе и плавно опадая на пол. Именно таким образом заканчивался урок, и ученики поспешно складывали свои учебные принадлежности в сумки и вываливались из класса.

– В следующий раз она спросит тебя снова, – заявил Клинтон, складывая свои вещи, – и я тебя больше не выручу. Вместо того, чтобы развлекаться с девчонками посиди над уроками один вечер.

– Вместо того, чтобы учить уроки, поразвлекайся с девчонками один вечер, – передразнил Юджин, мастерски пародируя наставляющий голос Клинтона.

Ученики быстро выходили из класса, расталкивая друг друга и шумно переговариваясь. Удивительная разница между абсолютной тишиной во время урока и неразберихой и суматохой сейчас, когда он закончился. Клинтон и Юджин влились в общую массу зодиаков и последовали туда, куда направлялись все без исключения после окончания четвёртого урока. Начиналась самая большая перемена. Все выходили на улицу и обедали за деревянными столиками во дворе, а народу собиралось так много, что порой негде было вздохнуть, не то чтобы занять столик и пообедать.

В Академии было невероятно красиво – длинные открытые галереи в учебном кампусе, ведущие на большие прогулочные дворики, и каменные коридоры, в которых необычайно пахло сыростью и травой. Юджин так и не выяснил, откуда появился столь специфический запах, но за две недели он поневоле привык к этому. В многочисленных нишах коридоров возвышались различные каменные статуи – начиная от знаков зодиака и заканчивая великими правителями, царствующими до того, как между зодиаками произошёл раскол и они распались на двенадцать отдельных стран.

– Почему ты так много времени проводишь за учебниками? – поинтересовался Юджин, стараясь перекричать шум голосов вокруг.

– А почему ты так мало проводишь за ними? – язвительно ответил Клинтон, грубо отталкивая всякого, кто посмел затормозить в толпе и перегородить ему путь.

– Так, мистер отвечаю-вопросом-на-вопрос, я первый спросил, – держа его за плечо, чтоб не отстать, прокричал Юджин, – у тебя же и так отец богатый. Ты можешь расслабиться.

Они вышли в относительно безлюдный коридор – через него тоже можно было пройти на улицу, но мало кто им пользовался, потому что приходилось огибать весь учебный корпус по кругу.

– Расслабиться, – ядовито повторил Клинтон и хмыкнул, – мне приходится каждый день отплачивать отцу за то, что мне повезло родиться в семье. А если я разочарую и подведу его – он вышвырнет меня из дома и даже глазом не моргнёт. Ему не нужны бездарные и ленивые наследники, недостойные права быть на престоле. этой

– А… – в изумлении только и смог произнести Юджин. Трудно было представить, что в королевских семьях, где дети растут под опекой и надзором взрослых и всевозможных слуг, могут быть свои проблемы. Юджину, обычному пареньку из небольшого городка, зарабатывающего на жизнь честным физическим трудом, казалось, что Клинтон всю жизнь только и делал, что катался как сыр в масле.

– Столики, наверное, уже все заняли, – обреченно констатировал друг.

– Будем надеяться, что Вирда успела занять их, – ответил Юджин через некоторое время. Был за ним такой грешок – отвечать не сразу, а лишь через несколько минут. Возможно, причина была в том, что он часто отвлекался на свои мысли, но слова собеседника отлично помнил и не упускал возможности ответить, даже если в его словах уже никто не нуждался.

– Вирда не ходит по этим тёмным коридорам, потому что всегда с Софи, а та боится тут ходить из-за темноты, – сказал Клинтон, разводя руками.

– И? – не понял Юджин.

– Они же ходят в этом живом месиве, а значит, их двоих уже давно затоптали. Никого, кто хотя бы чуть ниже среднего роста не жалеют в этой толпе.

– Какой невероятный оптимизм, мистер Блэр, я рад идти в компании с Вами. Слушаешь ваши восхитительные мотивационные речи и прям жить хочется! – Юджин схватил Клинтона за рукав рубашки, – пожалуйста, дайте автограф, юный оратор!

– Отвянь, – Клинтон стряхнул его руку и поправил рубашку, – когда ты уже повзрослеешь, чудак?

– Если бы я хотел повзрослеть, я бы повзрослел, – вполне серьёзно ответил Юджин, – хватит ворчать, и давай поторопимся, иначе всё разберут и нам снова придётся делить шоколадные пончики.