Айна из Замка. Книга Айны

От мыслей о графском сыне и о доме Айне стало столь одиноко и горько, что она наконец расплакалась. Благо Лиан этого не видел.

Никто не видел… Никто не знал, где она. И не мог прийти к ней на помощь.

– Айна! Айна, ты спишь?

Тихий горячий шепот разбудил ее и вернул из прекрасного мира черной пустоты в реальность.

Айна уснула на кровати, свернувшись на ней калачиком после долгих слез. Теперь, распахнув глаза, она увидела перед собой маленький темный силуэт в светлой рубахе на фоне залитой лунным светом комнаты.

Свеча давно прогорела и погасла.

– Ли… Я задремала, прости. Не дождалась тебя… Как ты?

Лиан сердито тряхнул головой. На щеку Айны упали брызги воды, слетевших с его волос.

– Ужасно. Чуть не помер от стыда. Эта мерзкая девка, служанка, сказала, что тебя выпорют, если я не дам ей отмыть себя. Пришлось стерпеть, – голос его дрогнул, а потом стал еще звонче: – Айна, она сказала, нас взяли не просто так… Для какого-то богатого южанина, который… которому нравятся бездомные дети. – Лиан стиснул лицо руками. – Айна, я не хочу стать евнухом! Не хочу, чтобы меня изуродовали! Нам надо бежать отсюда, немедленно! Я скорей сдохну, чем… чем…

– Ш-ш-ш! – Она быстро встала с кровати и крепко обняла его. – Конечно, мы убежим! Ох, светлые боги, только бы понять как.

– Я знаю! – Лиан стиснул ее ладонь и заговорил еще тише, чем прежде: – Я видел, где тут задняя дверь. Не для господ, для слуг. Нам надо пробраться туда! Она запирается на обычный засов. Мы сможем его открыть!

– Ты думаешь, нам позволят вот так просто взять и уйти?

– Не знаю… Но попытаться-то надо!

Айна кивнула.

Она критически оглядела себя и Лиана. Длинные белые рубахи мало подходили для выхода в город. Но уж лучше оказаться на улице в одной сорочке, чем остаться в доме, где будущее рисовало им обоим только кошмары.

– Давай дождемся часа, когда все будут спать, – решила она. – Рано или поздно ведь это место тоже затихает.

– Давай!

– Только нам самим надо как-то продержаться. Не уснуть. Сядем на пол, – Айна немедленно спустилась с кровати и прислонилась к ней спиной. – Может, так получится.

Лиан последовал ее примеру и приткнулся Айне под бок. От него вкусно пахло щелоком и травами. Внезапно Айна задала вопрос, который рвался у нее с языка уже несколько часов:

– Ли… А ты… часто разговариваешь во сне?

Маленькое плечо, тесно прижатое к ней, остро напряглось и затвердело. Несколько мгновений Лиан молчал и только дышал слишком часто, как испуганный зверек. Айна уже думала, что ее друг вовсе ничего не ответит, когда он прошептал:

– Нет. – И, словно собравшись с силами, добавил: – Не очень. Но бывает.

Айна чувствовала, что ему трудно говорить об этом.

– Извини.

Лиан вздохнул. Провел рукой по влажным волосам, растрепав их и вновь уронив на лицо Айны пару капель воды.

– Что я бормотал?

Айна задумалась, вспоминая.

– Что-то про клетку…

Он зябко повел плечами.

– Даже не представляю, о чем это.

В лунном сумраке Айна плохо различала выражение его лица, могла только по голосу понимать, что происходит с мальчишкой. И было совершенно точно ясно – он чего-то боится. Боится и скрывает.

– Ли, я никому не расскажу, ты не думай. Просто… – Айна изо всех сил пыталась подобрать правильные слова, чтобы не напугать его еще больше. – Просто мне показалось, что это не обычные сны. Да?

Лиан шумно сглотнул и обхватил себя за плечи, совсем спрятав лицо между колен.

– Да…

Несколько минут они сидела молча, только и слышно было, что негромкое тирканье сверчков. Лиан едва заметно дрожал. Айне стало ужасно жаль его. И ужасно стыдно, что она вообще начала этот разговор.

– Прости. Если я могу чем-то тебе помочь…

– Нет! – его ответ прозвучал слишком быстро и слишком громко. Лиан всхлипнул и провел рукой по глазам. – Ты не можешь.

Он совсем отстранился от нее и сидел теперь, словно за сотню шагов.

Айна встала и, сдернув с постели тонкое шерстяное одеяло, укутала им дрожащую фигурку.

– Прости, Ли… Пожалуйста! – Она крепко обняла его и спрятала похолодевшие маленькие пальцы под складками одеяла, накрыв их своими ладонями. – Я больше не буду ничего спрашивать об этом. Только если ты сам… сам захочешь мне что-то рассказать.

Лиан кивнул и понемногу обмяк. Не сразу, но его дыхание вновь стало ровным. Айна даже встревожилась, как бы ее дружок не уснул. А потом решила, что в этом нет ничего дурного, – пускай спит. Она посторожит его сон. Не впервой.

Однако Лиан не спал.

– Айна? – тихо позвал он, и ей пришлось склониться ниже к его голове, чтобы услышать вопрос, от которого волоски у нее на руках встали дыбом: – Айна, ты ведь не боишься этого? Ты никогда не бросишь меня, правда?

– Никогда, – она и сама не знала, почему в горле встал комок и почему выдохнуть это было так трудно. Вытолкнуть именно слова, а не расплакаться вместо того. – Я никогда тебя не брошу, Ли.

5

– Нет, ну вы посмотрите на них! Чисто кошки бездомные. Вы бы еще под кровать залезли!

Айна не сразу поняла, где она и чей это такой громкий насмешливый голос. Разлепив глаза, она увидела, что лежит на полу у кровати, а под боком у нее оторопело моргает сонный Лиан.

Они все-таки уснули! И все проспали…

Страх горячей волной опалил ее лицо и руки, затопил горло до самых зубов, которые пришлось со всей силы сжать, чтобы не разреветься.

Толстоногая Рона стояла над ними, уперев руки в бока. При свете дня Айна хорошо рассмотрела суровые черты ее немолодого лица и крепко сбитую фигуру в простом, но недешевом платье цвета спелых олив.

– Вставайте, котятки! Не знаю, чем вы тут ночью занимались, но теперь пришло время привести себя в порядок. – Рона кивнула на постель, где аккуратной стопкой лежала новая одежда. – Одевайтесь и спускайтесь вниз, в трапезную. Уже почти полдень.

С этими словами помощница хозяина покинула комнату, унося с собой уверенность, что пленники сделают именно так, как она сказала.

Айна и Лиан посмотрели друг на друга. В глазах мальчишки Айна увидела отражение своего раскаяния за упущенную возможность сбежать.

– Прости… – еле слышно сказала она.

Лиан покачал головой. Он тоже винил себя.

– Ну и ладно, – Айна потянулась к стопке с одеждой, – ничего страшного. Мы попробуем снова! И теперь у нас хотя бы будет что-то получше ночных сорочек.

Она попыталась улыбнуться, но Лиан смотрел на одежду таким отрешенным и потерянным взглядом, что улыбка мгновенно стекла с ее лица.

– Ли… – Айна села на кровать и привлекла его к себе. – Мы выберемся. Я обещаю.

Лиан кивнул. Но взгляд его оставался далеким и потухшим.

Вещи, которые принесла Рона, были в сотни раз лучше всего того, что когда-либо носила Айна. Ей самой досталось длинное аккуратное платье зеленого цвета со шнуровкой на груди, а для Лиана приготовили короткие серые штаны и белую рубаху с нарядным воротником. Одежда пришлась им обоим впору. Равно как и мягкие кожаные туфли без каблука, явно пошитые одним мастером.

Когда они вышли за дверь, то наткнулись на поджидавшую их давешнюю служанку. Не обращая внимания на недобрый взгляд Лиана, долговязая немногословная Мита с большой темной родинкой на щеке отвела новых обитателей дома на нижний этаж и молча указала в сторону трапезной.

Лиан, как каменный, застыл на пороге этой небольшой комнаты, где за длинным светлым столом, весело переговариваясь, стучали ложками четыре девушки, показавшиеся Айне необыкновенно красивыми. На отдельном стуле во главе стола сидела Рона и делала какие-то пометки в толстой книге.

– А! Явились… – Хозяйская помощница заметила их и повелительно кивнула на скамью у стола. – Садитесь. Сейчас вам дадут еды, а потом мы немного побеседуем.

Айна взяла Лиана за руку. Если бы она не сделала этого, он бы так и остался стоять столбом у двери. Девушки, собравшиеся за столом, с интересом наблюдали, как двое детей подходят и садятся рядом с ними. Лиан при этом ни разу не поднял глаз – он смотрел только вниз, словно не желал отворять свое сознание никому и ничему вокруг. Айна не выпускала его ладонь из своей, и ей казалось, что она чувствует каждый его вдох и выдох, каждую мысль и каждый страх. Пальцы Лиана были холодными и влажными. Айна посадила его справа от себя, подальше от всех, будто хоть немного могла заслонить собой.

Немолодая служанка, пахнущая кухней и дымом, внесла поднос с двумя мисками и парой кружек. Она поставила еду перед Айной с Лианом, бросив на них лишь один короткий взгляд, а потом быстро вышла. От густой пшеничной каши исходил горячий пар и такой дух, что Айна даже глаза прикрыла, боясь захлебнуться слюной, но ложку не тронула. Лиан и вовсе не шевельнулся. Он сидел за столом, низко опустив голову, так что волосы полностью занавесили его бледное лицо.

– Ешьте, – отдала приказ Рона. – Небось, от голодухи уже животы к хребтам прилипли. Ну, смелей!

Айна взяла ложку и, наполнив кашей, медленно поднесла ко рту. За последние дни она успела забыть вкус и запах горячей еды. Ее живот издал громкий звук, от которого красивые девушки, сидевшие рядом с Роной на другом конце стола, немедленно рассмеялись.

– Как тебя зовут? – спросила одна из них, едва Айне удалось проглотить то, что было во рту.

– Айна… – уже назвавшись, она подумала, что надо было бы солгать, придумать для себя другое имя.

– И сколько тебе лет?

– Двенадцать.

– А этот малыш? Он твой брат?

Краем глаза Айна увидела, как еще больше закаменел Лиан. Он в этом страшном месте и правда казался совсем маленьким.

– Да, – соврала она и вновь накрыла его пальцы своей ладонью, легонько их сжав.

– Он красавчик у тебя, да?

«Господи, – думала Айна, – хоть бы вы заткнулись, глупые куры!»

– Хватить трепаться, – Рона сердито глянула на девиц. – Дайте детям спокойно поесть.

После этого в трапезной воцарилась тишина, только было слышно, как ложки скребут по мискам. Айна быстро справилась с кашей и с наслаждением выпила почти все молоко из своей кружки, но Лиан так и не шелохнулся. Он не прикоснулся ни к еде, ни к питью.

– Гордый мальчик, – услышала Айна незнакомый голос. Обернувшись, она увидела еще одну красивую девушку в дверях трапезной. Впрочем, нет… вошедшая уже не была так молода, как остальные, но зато ее глаза светились проницательностью, а наряд выдавал высокое положение в этом доме. – Зря вы его взяли, Рона. Такого нельзя сломать – только полностью уничтожить.

Красивая женщина подошла к ним вплотную и остановилась, пристально глядя на Айну. Ее темно-красное платье было пошито из очень редкой ткани, а в ушах покачивались серьги не менее дорогие, чем носила Алиния Берг. Если бы Айна не знала, кто живет в этом доме, то подумала бы, что перед ней стоит аристократка.

Женщина мягко взяла Айну за подбородок и развернула лицом к себе. В ее темных глазах мелькнул проблеск сострадания и грусти.

– А девочка хорошая. Даже жаль…

От этих слов Айне стало совсем тошно. Их отзвук смешался с нежным запахом роз, исходившим от женщины, и вошел ей глубоко под кожу.

– Ты, что ли, провидица, а, Магда? – Рона сердито фыркнула в сторону красотки. – Арнис, небось, тебя вот только не спросил!

Прекрасная, пахнущая розами Магда небрежно повела плечом, словно легко сбросила эту колкость.

– Вы сами увидите, – обронила она и покинула трапезную, оставив за собой шлейф цветочного аромата и недосказанных слов.

После того как Магда ушла, Рона отложила свою толстую книгу и решительно встала из-за стола. Она смотрела на Айну и Лиана так, будто видела их в первый раз.

– Все, – сказала она им, – завтрак окончен. Идите за мной.

И тоже вышла прочь.

Айне ничего не оставалось, кроме как последовать за ней, увлекая за собой каменного мальчика, которого она осмелилась назвать братом.

Рона привела их в небольшую комнату, где, очевидно, был ее кабинет. Светлая, с большим окном и книгами на полках, эта комната могла бы показаться уютным обиталищем обычной пожилой тетушки. Вязание в корзинке, небольшой ткацкий станок и даже кошка в кресле… Все это так мало походило на ужасы, которые рисовало Айне ее воображение.

Рона со вздохом опустилась в мягкое кресло у невысокого стола и некоторое время просто молча смотрела на стоявших перед ней детей. Айна избегала встречаться с ней взглядом. Как и Лиан, она предпочла таращиться в темный дощатый пол.

– А теперь слушайте внимательно, котятки, – голос у Роны был мягким, но под этой мягкостью таился острый металл. – Не знаю, какую жизнь вы вели раньше, и мне это не интересно. Судя по вашим лохмотьям, она была не самой сытной. Здесь вы получите все: красивую одежду, хорошую еду, защиту и уважение. Если, конечно, заслужите это. Господин Арнис редко берет на работу таких… с улицы. У нас приличное заведение и отбросы вроде вас тут появляются только по заказу. И быстро исчезают, если не стараются. Вам лучше не знать – куда. И не пытайтесь убежать, не получится.

Айна слушала не дыша. Каждое слово Роны ложилось на нее, словно огромный булыжник, и вся она уже была погребена под этой грудой камней. А Лиан… ей казалось, будто его уже попросту нет. Если раньше Айна ощущала исходивший от него волнами ужас, то теперь не было ничего. Только пустота. И эта пустота страшила ее еще больше, чем слова Роны.

– Жить пока вместе будете, а там поглядим. В любой момент вы можете приходить в трапезную и общаться там с другими обитателями дома. Днем, когда у нас нет посетителей, вам разрешено гулять во внутреннем дворе. Что еще… Скоро у вас будет много новой красивой одежды, ибо Дом Цветов – это не злачный притон у дороги, к нам ходят лучшие люди города. И поскольку эта одежда стоит дороже, чем ваши шкурки, все доходы за первые свидания пойдут в счет ее оплаты. Покажете себя хорошо – однажды и сами начнете получать награду. – Рона задумалась, постукивая по столу большим наперстком. Погладила кошку, которая запрыгнула на стол, а потом добавила, словно невзначай вспомнила про какой-то пустяк: – И еще. Я вижу, вы крепко связаны, котятки. Уж не знаю, кто вы там, брат с сестрой или еще как, но, если один из вас устроит нам неприятности, я лично прослежу, чтобы наказали обоих и другому было так же больно. А может быть, и больней. Теперь вы в ответе друг за друга. Поняли?

В этот момент произошло странное.

Закаменевший молчаливый Лиан вдруг поднял голову и заговорил. От его голоса веяло стылым холодом и вечностью.

– Черная вспыхнет средь лета зима, и снег укроет улицы Ройна, но ты почувствуешь только жар. Плоть станет прахом, смешается кровь с водой. Смерть ждет тебя в полночь, многих она уведет с тобой.

Едва вымолвив это, Лиан тихо выдохнул и тряпичной куклой упал на пол.

– Да что ты мелешь, паршивец?! – разгневанная Рона метнулась к мальчишке, в ярости замахнувшись на него своим мясистым кулаком. Но прежде, чем она успела обрушиться на Лиана, Айна накрыла его собой и приняла весь удар на себя. Это не было так уж больно. Мать лупила ее порой гораздо сильней.

– Ли? – Айна не обращала внимания на крики хозяйской помощницы и ее колотушки. – Лиан! – На краткий миг ей показалось, что он не дышит, и в этот момент Айна поняла, что все ее остальные страхи ничего не стоили рядом с ужасом потерять мальчика, которого она знала лишь несколько дней.

Но нет: под тонкой кожей на шее тихо билась голубая жилка. Он был жив. Просто ушел туда, где можно не слышать, как тебе обещают золотую клетку с решетками из острых лезвий. И Айна очень хотела бы последовать за ним.